Дело номер А-13-183

© Роман Левицкий, 2024

ISBN 978-5-0064-7572-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава первая

В этот жаркий и солнечный июньский день, капитан комитета государственной безопасности Иван Афанасьевич Громов, сидя в своём кабинете за своим рабочим столом, перебирал документы. Из-за жары кушать почти не хотелось, но от холодного компота и маленького бутерброда, отказываться было грешно. Посмотрев на часы, которые показывали без двух минут двенадцать, капитан пробормотал:

– Вот и время обеда настало.

Надо сходить в буфет, да и вообще, косточки размять, подумал Иван. Он сложив документы в сейф, закрыл дверь и направился перекусить.

Ему повезло, очереди в кассу почти не было и Громов довольно таки быстро, оказался с подносом возле молодой и красивой кассирши.

– Здравствуйте, поздоровалась девушка и улыбнулась. Сегодня без аппетита?

– Добрый день, ответил Иван Афанасьевич, нет. Жарко очень. Холодненького компота и бутерброда, мне хватит.

– Понимаю вас, одновременно ударяя по кнопкам кассового аппарата, сказала кассирша.

Присев за свободный столик, капитан сделал смачный глоток холодного компота и закрыл глаза, чувствуя как спасительная влага, разливается по всему телу.

Везёт Славику, подумал Громов. Отдыхать, это вам не работать. Ничего, мой отпуск тоже не за горами.

Прожевав бутерброд и допив компот Громов, направился на рабочее место. Посмотрев на часы и увидев, что обеденного времени ещё вагон, он решил выйти покурить на свежий воздух. В жару этого делать не очень то и хотелось, но желание размять ноги, взяло своё.

Выйти на улицу капитану не удалось.

– Товарищ капитан! Окликнул его дежурный офицер.

– Слушаю вас, ответил Громов, подходя к молодому старшему лейтенанту, возле которого стоял полный пожилой человек с портфелем и в очках.

– Вот этот мужчина просит, чтобы его выслушали, сказал дежурный офицер. Я вам набирал, но телефон молчит.

– Не мудрено. Обед, ответил Громов.

Дежурный, переводя взгляд на посетителя сказал:

– А я что вам говорил мужчина? Обед.

– Я же не настаивал, ответил тот, я сказал, что подожду.

– Я вас внимательно слушаю, произнёс Иван Афанасьевич, обращаясь к посетителю, тем самым прерывая словесную перепалку двух мужчин.

– Антон Дмитриевич Попцов, представился посетитель. Не могли бы выслушать меня с глазу на глаз? Дело в том, что я к вам пришёл по очень важному делу и поверьте мне, что по ерунде, я бы не стал отвлекать вас, от службы.

Громов пристально посмотрел на посетителя и сказал:

– Ну что же, тогда прошу пройти в мой кабинет.

Они поднялись по лестнице. Войдя в кабинет Громов сел на своё рабочее место и предложил посетителю присесть на стул, стоявший у его стола.

– Ну что, рассказывайте о вашем важном деле. Слушаю вас внимательно Антон Дмитриевич.

Глава вторая

– По профессии я патологоанатом. Работаю в городской клинической больнице номер тридцать шесть в морге. Вчера, во время моего дежурства, к нам поступил труп. Мужчина 1921-го года рождения. Причина смерти, сердечная недостаточность. Острая стадия, миокард перестал выполнять свою основную функцию, ткани не получают кислород, а это соответственно летальный исход.

Попцов бубнил что-то себе под нос и Громов пытался понять рассказчика, но терял линию рассказа, так как медицинские термины были не его коньком.

Антон Дмитриевич понял это по глазам капитана и попросил стакан воды, чтобы успокоиться.

Сделав пару глотков, поставив стакан на стол и вытерев платком шею, работник морга продолжил:

– Я понимаю, что медицинские термины для вас сложны, но….

– Вы правильно понимаете, произнёс Громов.

– Дело совершенно не в них, продолжил начатое Попцов. Дело в том, что в процессе осмотра трупа, я обнаружил на теле татуировку, в районе внутренней стороны плеча.

Громов прищурил глаза.

– Вы понимаете, о чём я?

Капитан достал сигарету и закурил.

– Продолжайте, сказал он.

– Родом я из Ростова. Когда немцы пришли в город, мне было четырнадцать лет. На окраине города был большой карьер, куда ежедневно, грузовиками свозили людей. Всё мужское население на фронте, по этому, в грузовиках, как правило, были женщины, старики и дети. Мужчина замолчал, на его глазах выступали слёзы. Грузовики ездили к карьеру ежедневно, ежедневно, пробормотал Антон Сергеевич и добавил:

– Круглосуточно.

После не большой паузы Громов сказал:

– Мне нужно посетить морг и взглянуть на тело. Скажем так, завтра?

– Да, да, конечно. В любое удобное время, я к вашим услугам.

– Вот ваш пропуск. Покажете его при выходе. До свидания, товарищ Попцов, сказал капитан и сняв телефонную трубку, сделал звонок.

– Слава, привет! Как отдыхается? Рыбалка, шашлыки. Ну как так, в отпуске и не на даче. В городе душно, а на природе красота. Скучно говоришь? Ну-ну. Завтра подъезжай с утра. Что-что? Нет, это не телефонный разговор. Жду.

Глава третья

Утром, подходя к входу в управление, капитан Громов увидел стоявшего у дверей Тихомирова, который нервно курил, расхаживая из стороны в сторону.

– Доброе утро Слава! Произнёс Иван, протягивая руку коллеге.

– Привет. Ответил Тихомиров, пожимая руку товарища.

– Что не заходишь?

– Курю, не видишь что ли?

– Вижу. А что ты такой нервный Вячеслав Сергеевич? Спросил, закуривая Громов.

– А то ты не знаешь Иван! Позвонил, понимаешь, заинтриговал, а я полночи не спи, думай, что у тебя там, за не телефонный разговор.

– Спокойно. Берегите нервы коллега, они нам ещё пригодятся. Сейчас всё расскажу.

Капитан Громов слово в слово, рассказал Тихомирову, весь вчерашний разговор, который у него был накануне, с работником морга.

– А чего мы ждём? Спросил Тихомиров. Поехали в морг.

– Верно, ответил Громов. Поехали. Я только быстро сбегаю в кабинет, возьму всё, что нам может пригодиться и едем.

– тебя тут подожду Ваня.

– А чего это ты не заходишь-то Слав?

– Официально, я ещё в отпуске.

Громов усмехнулся, назвав товарища, чудаком и вошёл в здание.

Через несколько минут, они ехали по направлению в морг.

По приезду в больницу, капитаны быстро нашли Попцова, который предъявил им интересующий их труп. Громов осмотрел место татуировки и молча отошёл в сторону, беря в руки медицинские бумаги.

– И так, кто тут у нас, сказал громко Громов, держа в руках и читая протокол патологоанатомического вскрытия человека лежащего перед ним на каталке. Агапов Илья Семёнович 1921-го года рождения. Уроженец Харькова, проживал постоянно в Москве по адресу: Ленинский проспект 106.

Тихомиров молчаливо слушал Громова и задумчиво ходил вокруг тела. В какой-то момент он остановился возле правого плеча умершего. Тихомиров поднял правую руку трупа и наклонился. Присмотревшись, он произнёс:

– А это что у нас тут такое?

Громов прекратил читать и подойдя к столу нахмурив брови сказал:

– Ничего себе. Ещё одна татуировка!

– Очень маленькая. В виде черепа, сказал Тихомиров.

– Еле заметная. Практически подмышкой. Среди волос легко не заметить. Товарищ Попцов, почему не сообщили о ещё одной татуировке на трупе? Спросил Громов работника морга.

Патологоанатом растерянно произнёс:

– Честно сказать, я и не заметил её.

Тихомиров кивнул головой глядя на Громова в знак того, что медик, скорее всего, говорит правду.

– Сфотографируй её Иван Афанасьевич, сказал Тихомиров. Нас тут больше ничего не интересует. Поехали в управление.

– Громов достал бумагу, положил её на стол и приказал Попцову:

– Садитесь.

Тот послушно сел.

– Подпишите бумагу о неразглашении.

Патологоанатом прочёл текст и поставил подпись.

Громов пробежался по листу глазами и сказал:

– Если вы нам понадобитесь, мы вас вызовем.

– Понятно, ответил Попцов.

Глава четвёртая

Подъехав к управлению, капитаны остановились возле входа и закурили ещё по одной.

– Нужно посмотреть в архиве, что там есть на эти татуировки, произнёс Громов.

– Ну, с татуировкой на внутренней стороне левого плеча, всё понятно. Группа крови. Такие татуировки делали всем тем, кто служил в СС, сказал Тихомиров.

– Нас интересуют советские граждане, вставил Громов. Все те, кто перешёл на сторону врага.

– Именно так.

– Предстоит много работы Слава, задумчиво затягиваясь, произнёс капитан Громов.

– Круг поиска сузится быстро Ваня. То, что у трупа было наколото подмышкой, скорее всего, кололи не всем подряд.

– Тут ты прав Вячеслав Сергеевич. Нужно быстро проявить фотографии татуировки и идти в архив.

– Иван Афанасьевич сделай-ка запрос у наших немецких коллег из Штази.

– Непременно сделаю, но сначала архив, ответил Громов.

И делая очередную затяжку поинтересовался:

– Послушай Вячеслав Сергеевич, а чего это ты полез под правое плечо трупа?

Тихомиров сбил пепел с сигареты и задумчиво ответил:

– Не знаю Иван Афанасьевич, не знаю. Наверное, инстинктивно.

Докуривая свою сигарету, капитан Громов поинтересовался у коллеги:

– Ну что, пойдём работать капитан? Или может быть вы ещё в отпуске?

Тихомиров, бросая бычок от сигареты в урну ответил:

– Не умничай Иван. Затем он открыл дверь в управление и зашел в здание.

– Юмор совсем не понимаете, товарищ капитан, сказал Громов.

– Я жду тебя в кабинете, последовал ответ. Отнеси плёнку в лабораторию на проявку и возвращайся быстрее.

Войдя в рабочий кабинет, офицеры присели за свои столы. Тихомиров, поставив перед собой пепельницу, достал сигареты и спички. Громов поставил чайник и сказал:

– Я потороплю их.

– Пусть сразу напечатают снимки, чтобы было с чем идти показывать руководству, посоветовал Тихомиров.

Когда Громов вышел из кабинета Тихомиров осмотрелся по сторонам и подумал, что отсутствовал меньше месяца, а соскучился по работе, как будто его тут не было несколько лет. Нужно составить план действий и доложить вышестоящему начальству обо всём. Да как можно скорее приступать к работе по этому делу, закуривая, размышлял капитан.

Через некоторое время в кабинет вошёл Громов, держа в руках свежие фотографии.

– Быстро, ответил Тихомиров. Не будем терять времени. Пошли к полковнику на доклад.

Глава пятая

На доклад к начальству капитан Тихомиров и капитан Громов прибыли вместе.

Подполковник государственной безопасности Юрьев Игнат Васильевич, выслушал офицеров очень внимательно. Когда они закончили свой рассказ, он сказал:

– Очень любопытно. Возвращая фотографии, сделанные в морге капитану Тихомирову, полковник многозначительно заявил:

– Поздравляю вас товарищи офицеры. Ещё один немецкий пособник. На секунду замолчав, начальник продолжил:

– Правда, этой фашисткой сволочи, удалось уйти от карающего меча.

После недолгой паузы, полковник продолжил:

– Все дела временно приостановить. Заниматься только этим делом. Если нужна помощь или возникнут какие-то вопросы, обращайтесь. О любых изменениях в ходе расследования, сообщать мне лично. Работайте товарищи.

Тихомиров и Громов, выйдя из кабинета начальника, сразу решили идти в архив.

Спустившись вниз, где находилось главное хранилище всех документов, они вошли в помещение.

Их встретил архивариус. Пожилой мужчина, который тяжело передвигался, шаркая ногами. Сильно сутулясь, он предложил офицерам пройти внутрь.

– Добрый день товарищи, обратился он к Тихомирову и Громову. Моя фамилия Мишин, зовут меня Пётр Константинович, представился мужчина. Чем могу вам помочь?

– Мы к вам Пётр Константинович и опять по делу, сказал капитан Тихомиров.

– Знаю я ваши дела, ответил пожилой мужчина. Поди, опять на гадов каких-то вышли. Ну что же, как говорится, чем могу, помогу. Чаю не желаете?

– Спасибо нет, ответил Громов. Нам нужны дела пособников, карателей и прочих палачей, орудующих на территории Харькова и Харьковской области.

– Понимаю вас, сказал архивариус. А за какой год?

– Начнём сначала, ответил капитан Тихомиров.

– Ну что же, сначала, значит сначала, сказал Пётр Константинович и проводя рукой впереди себя, указал стеллажи между проходами.

– Начинать нужно от сюда, сказал Мишин. В этом ряду всё, что интересует вас по этому вопросу. Если буду нужен, зовите. После чего, он удалился в другую часть хранилища.

– Интересный старичок, провожая взглядом архивариуса, сказал Громов. Ему бы на заслуженный отдых. Старик еле ходит.

– Такие люди на пенсию не выходят, пробормотал Тихомиров.

– Старая гвардия без работы жить не сможет, ответил Громов, доставая первую папку с полки, говоря многозначительно:

– Покой нам только снится, беря с полки ещё несколько папок.

– Пока занимались делом детсада, я в этом архиве побывал не один десяток раз. Старик тут как рыба в воде, садясь за стол и раскладывая папки, произнёс Тихомиров.

– Понятно.

– И так приступим. Смотрим дела по Харькову и области. Ищем Агапова Илью Семёновича 1921-го года рождения.

– Запутанный клубок, заметил Громов.

– Найдём Агапова, этот клубок начнёт разматываться, сказал Тихомиров.

Глава шестая

Время, как и сами поиски, шли очень медленно.

– Ну что Иван Афанасьевич, весь день тут торчим, а результата кот наплакал, пробурчал, закрывая очередную папку, тяжело произнёс капитан Тихомиров.

– Да уж, Сергеич, ответил ему капитан Громов, пробегая глазами по документам, результата ноль.

– Я вот что подумал, произнёс, потягиваясь и разминая плечи Тихомиров, мы перебираем папки по Украинским областям, так?

– Так, ответил Громов, сосредоточил внимание на сказанном.

– Труп в морге, был уроженцем Харькова, по этому, мы и начали с места рождения Агапова.

– Верно, ответил задумчиво Громов и помолчав несколько секунд продолжил:

– Ну, да. Этот Агапов, мог родиться в Харькове, а пытать, вешать и жечь, где угодно.

Тихомиров задумался.

– И вообще Агапов ли он. Наверняка гад жил по чужим документам, пробормотал он устало.

– И так. Айнзацгруппы полиции безопасности и СД, зачитывал вслух текст с бумаги, капитан Громов. Массовые убийства граждан, окончательное решение еврейского вопроса, борьба с партизанами, истребление цыган и прочих славянских народов. Эскадроны смерти. Всего четыре группы Сергеич, но в каждой группе, ещё с десяток разных формирований. Попробуй, найди этого Агапова. Это ты верно заметил Вячеслав Сергеевич, был ли он на тот момент Агаповым, мы не знаем.

– Пока не знаем Ваня. Пока, сказал Тихомиров, открывая очередную папку.

Он вздохнул и добавил:

– Зондеркоманды пошли.

– Ну, этих ещё больше, сказал Громов.

– Зачитываю справку Ваня, произнёс Тихомиров. В Киеве, за один только август месяц, карателями было уничтожено 27 тысяч человек. За несколько дней в сентябре месяце, было уничтожено, почти 34 тысячи человек, а с август по октябрь, общей сложностью 365 тысяч.

– Трудились твари, не покладая рук, заметил Громов.

– Мужчины как ты понимаешь, в основном были на фронте. Это мирное население, сказал Тихомиров.

– Нужно перерыв делать до завтра, произнёс устало Громов.

– Согласен, коротко ответил Тихомиров.

Они вышли из архива и направились в свой кабинет, чтобы обсудить дальнейший план действий на завтрашний день.

– Ну, наконец-таки я вас нашёл! Воскликнул старший лейтенант, с которым Тихомиров и Громов столкнулись на лестнице.

– Вас уже час как разыскивает подполковник Юрьев. Он у себя в кабинете, ждёт вас.

– Пошли, заодно обсудим план на завтра, сказал Тихомиров.

Глава седьмая

Полковник Юрьев был в кабинете не один. За столом с ним сидел какой-то неизвестный пожилой мужчина. Это был крепкого телосложения человек. И хоть возраст его был явно за шестьдесят, в нём была явно видна офицерская выправка.

– Заходите и присаживайтесь товарищи офицеры, сказал Игнат Васильевич, показывая рукой на стулья у стола.

– Познакомьтесь, полковник Александр Яковлевич Волков в отставке. Прибыл к нам сегодня из Брянска, по поводу дела с трупом у которого вы обнаружили две татуировки.

Юрьев посмотрел на Волкова и сказал:

– Это капитан Тихомиров и капитан Громов.

– Добрый день, сказал Волков и обращаясь к подполковнику Юрьеву спросил:

– Вы говорили, что это ваши лучшие сотрудники?

Тот молча кивнул головой.

Сверля взглядом поочерёдно обоих капитанов Волков спросил:

– Вы что-нибудь слышали о команде 1001?

Тихомиров посмотрел на Громова и оба капитана дали отрицательный ответ.

– Это неудивительно, сказал Волков. Это сверхсекретное подразделение. Оно было укомплектовано исключительными садистами и отъявленными головорезами, которые не жалели не женщин, не детей, не стариков.

– Других там не держали, заметил Громов.

– Соглашусь с вами капитан, сказал Волков. Но прошу обратить ваше внимание на то, что эта команда зачистки, в её функции входило полное уничтожение всех свидетелей без исключения. Если понадобится, то и своих.

– Неужели и немцев? Поинтересовался Тихомиров.

– В том числе, ответил Волков.

– Ничего себе, произнёс, качнув головой, подполковник Юрьев.

Волков ещё раз оглядел всех присутствующих и продолжил:

– Команда 1001, была создана в июне 1943-м году и просуществовала до апреля 1945-го года. В задачи этого секретного подразделения, входило уничтожение следов деятельности айнзацгрупп, а так же прочих карательных подразделений и следов их деятельности. Каратели 1001-й команды занимались полной зачисткой местности, которая попадалась им на пути продвижения, от еврейского и цыганского населения, громила партизанские отряды, уничтожала подполье, расстреливала комиссаров, коммунистов и партийных работников.

– Полный набор, произнёс капитан Громов и достал из кармана пачку сигарет. Увидев это, подполковник Юрьев резко заявил, махая обеими руками выгоняя курильщиков:

– Так! А ну-ка! Курить в коридор. Я бросил!

Глава восьмая

Когда Тихомиров и Громов, вернулись в кабинет начальника, они продолжили слушать Волкова.

– Партизанские отряды и подполье команда 1001 громила довольно таки успешно.

– В специальной команде СС Дирливангера были егеря и браконьеры, которые в лесах чувствовали себя как дома, сказал Тихомиров, они создавали серьёзные проблемы нашим партизанам, мы занимались этими карателями.

Волков посмотрел на Вячеслава Сергеевича и ответил:

– Команда 1001 гораздо круче.

Тихомиров пристально посмотрел на Волкова.

– Учителя и инструкторы у них были самые лучшие. Их курировал лично Отто Скорцени, а он как мы знаем, диверсант номер один, сказал Волков.

– Известный нацист, вставил Юрьев.

– Многие из этой команды имели высшее образование, а это значит, что они были не простыми убийцами, а мясниками с мозгами, которые умеют думать и принимать правильные решения, продолжал рассказывать Волков. Они владеют секретными приёмы самообороны, стреляют из всех видов оружия, знают толк в холодном оружии и взрывчатке, обладают навыками шпионской игры и мастерски перевоплощаются, словно заслуженные артисты.

– Сверх люди, как и все истинные арийцы, заметил язвительно Громов.

– А вот тут не соглашусь с вами, моментально парировал Волков. Среди этих как вы выразились сверх людей, были и те, кто добровольно перешёл на их сторону из числа наших граждан. Они служили довольно таки успешно, имели награды и звания. К ним относились как к своим. Это говорит о многом.

Волков сделал паузу. Через несколько секунд он продолжил:

– И так, когда немецкая верхушка поняла, что войну им не выиграть, они отдали приказ уничтожить все следы их деяний. Команде 1001 поставили задачу, которую назвали enterdungsaktion, в переводе на русский операция по эксгумации. Под строгим секретом, примерно год, заключённые концентрационных лагерей, раскапывали трупы в массовых захоронениях и сжигали их.

Чтобы заключённые не сбегали, им ломали пальцы ног и одевали цепи.

– Звери, произнёс капитан Громов.

– В команде 1001 на тот момент оставалось чуть меньше сотни бойцов, а заключённых было гораздо больше.

– Всех заключённых, как полагается в таких ситуациях, конечно же, по всем правилам и инструкциям, ликвидировали? Спросил Волкова капитан Тихомиров. Тот кивнул головой в ответ.

– Очень сильно наследила команда 1001 в Брянске и областях, произнёс Волков после паузы. Очень. В феврале 1945-го года, их командир рапортовал в Берлин о том, что все следы преступлений уничтожены. Задание так сказать было выполнено.

Глава девятая

В апреле, буквально за месяц до победы, остатки команды 1001, были окружены нами в районе города Берген, продолжал свой рассказ Волков. Дрались они как звери до последнего. Понимали, что с ними будет и добровольно сдаваться, не собирались.

Волков в очередной раз замолчал.

– Это сейчас я старый и на пенсии, а тогда, был молод и горяч, глядя в одну точку произнёс он. По его лицу было видно, что на него нахлынули воспоминания.

– Кого-то удалось взять в плен? Поинтересовался Тихомиров.

– Нет, в плен они не сдавались, предпочитали пустить себе пулю в голову, ответил Волков, выходя из своих воспоминаний, вернувшись в разговор. Но в той неразберихе, кто-то смог ускользнуть в самый последний момент, этого исключить нельзя, ответил Волков.

– Такое случалось часто, заметил Громов.

– Теперь о главном товарищи офицеры. В команде 1001 было железное правило, помимо татуировки СС, бойцам делали ещё одну татуировку с символикой команды 1001. Это рисунок в виде черепа, который наносился подмышку правой руки.

Тихомиров и Громов переглянулись.

– Значит, сказал капитан Тихомиров, этот самый Агапов, который лежит в морге, из команды 1001?

– Именно так, ответил Волков. Я как только узнал об этом, сразу приехал к вам.

– Я начал наводить справки по поводу татуировки по своим каналам, сказал подполковник Юрьев, мне обещали помочь.

– Я, как только узнал о трупе с татуировкой черепа, сразу выехал к вам, сказал Волков. По оперативным данным, на нашей территории находятся несколько человек из команды 1001 и самое главное, в их числе главарь, так сказать их командир.

– Есть информация на него? Поинтересовался Тихомиров.

– Никакой. Более того, он всегда был в колпаке. Его лицо никто, никогда не видел. Как он выглядит, особые приметы и так далее, нам неизвестны.

– Задача не из лёгких, сказал подполковник Юрьев, но вы товарищи капитаны, должны вычислить всех из команды 1001.

– Вычислить, найти и придать суду, добавил Волков.

– Надо ещё поработать в архиве, сказал Тихомиров. Не может быть, чтобы не было никакой информации. Немцы очень педантичные были.

– Вы товарищи офицеры работайте в архиве, произнёс Волков, а я попытаюсь добыть информацию по своим старым каналам. Будем работать в одном направлении параллельно друг другу. Он посмотрел на подполковника Юрьева и добавил:

– Игнат Васильевич, нужны будут ещё люди.

– Обязательно дадим Александр Яковлевич.

– Мы с капитаном Громовым в архив, ответил Тихомиров.

– Задачи ясны, давайте работать товарищи, произнёс, вставая подполковник Юрьев.

Подождав пока в кабинете не останется никого, он поднял трубку телефона и сказал:

– Лейтенант, зайди.

Глава десятая

Громов и Тихомиров зайдя в архив, терпеливо ждали на пороге, пока к ним подойдёт Мишин.

– Опять вы, товарищи офицеры? Поинтересовался архивариус. Что на этот раз вас сюда привело?

– Нам нужно ещё раз посмотреть дела карателей, произнёс Громов.

Мишин улыбнулся и сказал:

– Не даёте мне старику покоя. И тут же добавил, это я шучу. Конечно, проходите. Прошу вас.

Он сделал несколько шагов по направлению к стеллажам, где находились документы, с которыми недавно уже работали капитаны.

– Пётр Константинович, нас интересуют документы не по Харькову и по Харьковской области, нам нужно посмотреть документы по Брянску и по Брянской области, за 43-й и 45-й год включительно.

Архивариус помолчал несколько секунд, после чего сказал, показывая рукой:

– Так это в дальнем углу. Прошу вас следовать за мной.

Они шли по коридору, где на полках лежали тысячи папок. Вскоре архивариус остановился и показал на самую верхнюю полку, со словами:

– Это там.

Тихомиров и Громов понимали, что работник архива не сможет залезть на такую высоту по стремянке. Громов тяжело вздохнув, стал карабкаться по лестнице вверх, как вдруг они услышали, что в архив зашёл ещё кто-то.