Долгой дорогой в пропасть. Книга вторая. Фамильная драгоценность

Ленинград 1979-й год

По длинному коридору шел высокий мужчина в дорогом костюме. Его туфли были начищены до блеска, рубашка и галстук были подобраны со вкусом и очень подходили к костюму. Одежда сидела на мужчине безукоризненно.

Гущин Роман Карлович, подполковник комитета государственной безопасности, был вызван в кабинет своего начальника в связи с очень важным делом. Таким специалистам не поручают пустяковых дел и подполковник понимал это, как никто другой.

Подойдя к двери в конце коридора, он поправил галстук и постучался.

– Входите, услышал он и открыв дверь, вошел в кабинет.

Бережной Максим Захарович, являлся его начальником. У каждого из них было своё твёрдое мнение друг о друге. Роман Карловичвсегдапридерживался, определённому правилу, что начальников не выбирают, а Максим Захарович ценил высокий профессионализм подчиненного.

Полковник сидел за большим столом, как и полагалось начальнику его ранга и внимательно смотрел на вошедшего.

– Вызывали, товарищ полковник? Спросил Гущин.

– Да, Роман Карлович. Вот по какому делу.

Полковник жестом руки предложил присесть и Гущин подошел к столу и отодвинув стул, присел весь во внимании.

– Несколько дней назад, при попытке пересечь нашу границу, был задержан резидент западной разведки. Из допроса нам удалось установить, что он был заброшен не один. Группа состояла из трех человек, двоих из этой группы, к сожалению, по горячим следам взять не удалось. Собаки потеряли след. Им удалось уйти.

Гущин слушал очень внимательно.

– Задержанный дал показания, из которых следует, что в их задачу входило найти некоего Седого Александра Александрович по кличке Седой. Я поднял старые дела и выяснил, что в 49-м году, вы Роман Карлович входили в группу, которая работала по нему.

– Так точно товарищ полковник, ответил Гущин. Взять его, к сожалению не удалось. Ушел за кордон. Ускользнул в последний момент.

Полковник, кивая головой и закуривая, сказал:

– Получается, никуда он не ушёл, если по его душу отправляют не одного, а целую группу. И вся эта возня, из-за архива, который находится при нём. И только Седой знает, где этот архив.

– Я помню про тот немецкий архив, товарищ полковник и ещё я помню, что помимо архива, под руководством Седого, был организован налет на автомобиль перевозивший золото. Группа диверсантов была вся ликвидирована, кроме Седого. Автомобиль мы нашли в лесу, но золота в нём не оказалось.

– Именно так, подполковник. Сказал Бережной, задумчиво стряхивая пепел. Тут дело не в золоте. Видимо кому-то очень понадобился на западе, тот самый архив, который находится у Седого, если сюда была отправлена целая группа.

– Да, сказал Гущин. Архив очень серьёзный, если к нам забрасывают не одного резидента. Столько лет с тех пор прошло. Активировались те хозяева на западе.

Полковник, в задумчивости отодвигая пепельницу произнёс:

– Не только хозяева, но и те, кто после войны ушёл к ним. Не даёт им покоя тот архив и только Седой знает, где он находится. Архив для него всё. И безопасность и свобода и благосостояние.

Гущин молчал.

Полковник, подняв брови продолжил:

– В вашу задачу на сегодняшний день, входит детальное изучение дела Седого и всё с ним связанное. Освежите память подполковник. Ваш взгляд как участника тех лет, будет очень важен нам. Тридцать лет прошло Роман Карлович.

Гущин задумчиво произнёс:

– Да, я тогда лейтенантом был зелёным. Столько лет прошло с тех пор.

Полковник улыбнулся и сказал:

– Однако, как и много лет назад, вы чётко верны своим правилам Роман Карлович, неизменно носите запонки.

Гущин наморщил лоб и тихо произнёс:

– Талисман. Подарок жены на свадьбу. Двадцать лет ношу. Память о ней.

– Я знаю, знаю, ответил с понимаем в глазах Бережной.

После недолгой паузы Гущин спросил:

– Разрешите идти товарищ полковник?

– Да, не задерживаю вас. Идите.

Гущин уже на выходе из кабинета услышал:

– Роман Карлович, времени у нас практически нет. Я жду вас завтра с чётким планом дальнейших действий.

Гущин отправился в архив, времени до завтра было в обрез.

Пополнение

Проведя в архиве несколько часов Роман Карлович, изрядно подустал и решил выйти на свежий воздух, чтобы переварить изученный им материал. Нужен был, подробный анализ того, что узнал и всё что обновил в своей памяти подполковник.

– Роман Карлович, вас вызывает к себе полковник, сказал торопясь дежурный, который выскочил на улицу в поисках Гущина.

Подполковник быстрым шагом проследовал в здание и через несколько минут, он вновь стоял в кабинете своего начальника.

Кроме полковника Бережного, в кабинете находились ещё двое. Мужчина и женщина.

– Проходите и присаживайтесь товарищ Гущин, сказал полковник.

Роман Карлович присел напротив двух не знакомых ему людей.

– Знакомьтесь, наши новые сотрудники, произнес полковник:

– Капитан Жуй Ксения Степановна и лейтенант Агафонов Фёдор Савельевич.

Гущин молча ждал продолжения, так как он понимал, что его пригласили явно не для того, чтобы знакомиться.

– Роман Карлович, вам нужно создать специальную группу, которая будет заниматься делом Седого, сказал Бережной. Товарищи Жуй и Агафонов включены в эту группу.

Гущин вопросительно посмотрел на своего начальника.

– Да Роман Карлович, вы постоянно твердите о том, что не хватает людей, вот вам для усиления так сказать пополнение.

– Разрешите идти работать, товарищ полковник? Спросил Гущин.

– Идите.

Подполковник встал и быстрым шагом направился к выходу, слыша за спиной:

– И вы товарищи, приступайте к своим обязанностям. Работайте.

Войдя в рабочий кабинет, он молча сел за стол и уставившись в одну точку задумался.

– Роман Карлович, никак досталось от начальства? С улыбкой произнёс сидевший за столом соседним столом мужчина с ярко рыжим цветом волос на голове.

Гущин перевел на него свой взгляд и продолжал, молча размышлять.

Майор Жихарев Михаил Викторович, был замом подполковника Гущина, находился на хорошем счету у всех коллег, так как был прекрасным сотрудником, хорошим товарищем и очень весёлым человеком.

За ним и Романом Карловичем сидя на диване в углу кабинета и медленно протирая линзу от фотоаппарата, наблюдал Валерьянов Илья Петрович, молчун по натуре, криминалист с огромным опытом работы.

Подполковник Гущин резко вскочил со своего места и с бешеной скоростью выскочил из кабинета.

Быстрыми шагами, он пронёсся по коридору в направлении кабинета своего начальника, чуть было, не сбив с ног своих новых сотрудников, которых несколько минут назад, прикрепили в его группу.

Войдя без стука в кабинет Бережного, подполковник с дверей произнёс:

– Максим Захарович, я не пойму, у меня в группе что, детский сад и монастырь благородных девиц что ли?

– Что это за выводы такие Роман Карлович, удивлённо спросил Бережной.

– Я просил людей для оперативной работы, а вы мне дали зеленого пацана в придаче сбабой и иди, какговорится, работай!

– Ты Роман Карлович не горячись, присядь и чтобы успокоиться, водички попей, спокойно произнёс полковник. Значит так. Это не баба, а женщина, во-первых, а во вторых, где я тебе людей возьму? На счёт лейтенанта скажу так, все мы были когда-то зелёными и что теперь.

– Да зачем мне водичка, я и без водички хорошо себя чувствую, спокойно произнёс Гущин. Прикрепляют, понимаете ли, в мою группу чёрт знает что. Какой с ними результат будет?

– Зря ты так Роман Карлович, этот лейтенант Агафонов лучший из выпускников, а Жуй….

– Как?

– Её фамилия Жуй, пояснил полковник.

Гущин взялся за голову рукой, со словами:

– Жуя мне, ещё не хватало!

– Её фамилия не склоняется, продолжил Бережной. Капитан перевелась к нам из Москвы.

– Не работалось ей там? Поинтересовался Гущин. Сидела бы себе, где не будь в архиве, чай пила бы с конфетами, ну какой из неё оперативный сотрудник?

– Да, она начинала свою службу в архиве, сказал осторожно Бережной и видя как отвисает челюсть от услышанного у Гущина, сразу же добавил:

– Но позже прекрасно зарекомендовала себя как оперативный сотрудник с прекрасным послужным списком.

Гущин, качая головой, произнёс:

– Архивист и лучший из выпускников. Спасибо.

Желая быстрее закончить этот разговор, полковник произнёс:

– Роман Карлович, надо работать. Время идёт.

Выйдя в коридор Гущин понял, всю безвыходность ситуации и медленно направился по направлению к своему рабочему кабинету.

Чрезвычайное происшествие

Подходя к двери, где работала его группа Гущин услышал весёлый смех. Он резко открыл дверь, настала гробовая тишина. За своим столом сидел с улыбкой на лице майор Жихарев, перед ним стояла Жуй и Агафонов, в углу на диване, молча сидел криминалист Валерьянов.

Гущин молча вошёл ине входя в свой рабочий кабинет, селна край дивана и спросил:

– Уже познакомились?

– Так точно товарищ подполковник, бойко ответил лейтенант Агафонов.

– Хорошо. Тогда первое тебе поручение лейтенант. Идёшь в дежурку и соображаешь сюда два стола и два стула. Это будут ваши рабочие места, сказал Гущин и посмотрел на капитана Жуй, которая молча и внимательно слушала его.

– Позже я введу всех присутствующих в суть дела, сказал подполковник.

– Пойдём Федя, сказал, вставая майор Жихарев, я тебе покажу, что здесь и как устроено и помогу со столами и стульями.

Они вышли из кабинета.

Выждав пару минут Гущин глядя на капитана Жуй и обращаясь к криминалисту, который сидел на диване, произнёс:

– Илья Петрович, если меня будут спрашивать, я на улице и уже выходя из кабинета, добавил:

– Подышу чуток свежим воздухом.

Вернувшись через некоторое время Роман Карлович увидел, что его приказ выполнен. Новые столы расставлены и все ждали только его. Посмотрев на каждого из присутствующих, подполковник сказал:

– Итак, наша главная цель Седов Александр Александрович. Кличка Седой. На нём столько всего, что рассказ займёт несколько часов, которых у нас, так как руководство требует результатов и эти результаты должны быть исключительно положительные. Сам бандит нам нужен, поскольку постольку, главное архив немецкой агентуры, который он где-то припрятал.

– Ого! Не удержался Агафонов, ещё с тех пор….

– Да, продолжил Гущин, с тех самых пор. У каждого из вас, будет некоторое время на изучения его дела. Я много лет назад уже работал по этому Седому, но он исчез.

– А сейчас появился? Поинтересовалась капитан Жуй.

– Нет, ответил подполковник, не появился, но появились гости по его душу и кому-то он очень сильно понадобился, по этому, мы не должны допустить, чтобы архив ушёл за границу.

– Понятно, задумчиво сказал майор Жихарев и обращаясь к криминалисту, который как всегда молчал, спросил:

– Петрович, а ты что думаешь по этому, всему?

– А что тут думать, ответил Валерьянов, надо дело делать.

Гущин зашёл в свой кабинет и закрыл за собой дверь. Но пауза была не долгой, так как зазвонил внутренний телефон в кабинете подполковника.

После короткого разговора Роман Карлович положил трубку и выйдя из кабинета сказал:

– У нас двойное убийство. Там не всё так просто и видимо по этой причине Бережной вызывает всех к себе.

Уже сидя в кабинете своего начальника Гущин подумал, что сегодня какой-то очень странный день, так как он уже несколько раз был вызван к Бережному.

– Случай, из ряда вон выходящий, начал свою речь, всем собравшимся в кабинете полковник. В своей квартире был найден зверски убитым, наш коллега, полковник в отставке Коротаев. Максим Захарович, посмотрел вопросительно на Гущина и спросил:

– Роман Карлович, это же твой бывший начальник?

Гущин помолчав, ответил:

– Да.

– Так же в квартире вместе с трупом полковника, был найден труп его жены, продолжил Максим Захарович. Этот вопиющий случай, взят на контроль наверху и ударив рукой по столу, сказал:

– Ну и где это видано, чтобы убивали полковников, даже пусть и в отставке!

Все собравшиеся внимательно смотрели на своего начальника.

Тот немного успокоившись, продолжал:

– В общем, принято решение, дело поручить вам, товарищ подполковник и вашей группе.

Гущин удивлённо поднял брови и сказал:

– Максим Захарович, на мне и моей группе Седой.

– И Седов и Коротаев, слегка повысив голос, для лучшего понимания, ответил Бережной. Роман Карлович, ну пойми, такие важные дела поручать, кому попало, не будут, сам понимаешь. Команда у тебя теперь укомплектована хорошо, как говорится под самую завязку и понизив голос до шёпота добавил:

– А наверху лучше знают, кому, чего поручить.

Гущин сидел и слегка покачивал головой из стороны в сторону.

– В общем, выезжайте на адрес, я распорядился, чтобы до вашего приезда, никто, ничего не трогал. Вы там не затягивайте, а то сверху давят.

– Разрешите выполнять? Спросил подполковник.

– Выполняйте, ответил Бережной.

Все стали выходить из кабинета, последним выходил Гущин, которому полковник сказал на прощание:

– Жду вас к вечеру с докладом Роман Карлович!

Идя быстрым шагом по коридору, майор Жихаревобратился к Агафонову:

– Я же говорил тебе лейтенант, что у нас тут скучать не получится.

– Я уже понял, ответил тот.

– А вы капитан, первый раз выезжаете на убийство, спросил он Ксению Степановну.

Капитан Жуй ничего не ответила майору.

На месте преступления

Валерьянов работал уже несколько часов, как в таких случаях говорятне покладая рук. Гущин решил в очередной раз перекурить в подъезде, чтобы не раздражать никотином Илью Петровича и не мешать ему, так как тот не любил, когда курят и стоят над душой.

– Михаил Викторович, отправьте лейтенанта по подъезду, пусть опросит соседей, может кто-то видел что-то, а может и слышал. Тихо добавляя:

– Пусть привыкает к работе. И сразу же обращаясь к капитану Жуй, сказал:

– А вы капитан, осмотритесь у дома и вокруг, может там, что-то интересное заметите.

– Есть, товарищ подполковник, ответила Жуй и направилась на выход.

Гущин смотрел ей в след.

– С глаз долой? Поинтересовался Жихарев.

Подполковник произнёс докуривая:

– Пошли работать Михаил Викторович, а то Илья Петрович, наверное, заскучал там без нас.

Войдя в зал Роман Карлович посмотрел на труп Коротаева, затем он перевел взгляд на криминалиста. Гущин ждал объяснений.

– Что я могу сказать, произнёс Валерьянов, протирая стёкла очков платком. Ничего не обычного, мною не обнаружено. Улик нет, отпечатков пальцев нет. Мужчина убит тяжёлым предметом, скорее всегоподсвечником, который найден возле жертвы на полу.

– Майор, подойдя к лежавшему трупу и показывая рукой на лежавший недалеко от Коротаева увесистый подсвечник, спросил:

– Этот?

– Уверен, более чем, что этот. На нём есть следы крови. После анализа, смогу дать точное заключение, но исходя из практики, убили именно им. Гущин присел и внимательно стал разглядывать подсвечник.

Криминалист продолжил:

– Удар был нанесен внезапно в височную область головы, неожиданно и смерть была мгновенной.

– Значит так, рассуждал Гущин. Кто-то пришёл к Коротаеву, они о чём-то беседовали у стола, затем этот кто-то схватил стоявший на столе подсвечник и нанёс им неожиданно, смертельный удар жертве по голове.

– Похоже на то, произнёс майор Жихарев.

– На ограбление это не похоже, так как вся квартира набита антиквариатом, а я более чем уверен, все драгоценности на месте, задумчиво произнёс Роман Карлович.

– Вы правы Роман Карлович, сказал Валерьянов, ценностей много и ничего не тронуто. Это не ограбление.

– Нужно пригласить родственников, обращаясь к майору, сказал подполковник. Пусть посмотрят, все ли ценности на месте.

– Понял, товарищ полковник, ответил майор.

– Что со вторым трупом? Спросил Гущин Валерьянова.

– А вот тут Роман Карлович, есть загадки, сказал криминалист. Пойдёмте на кухню.

Они проследовали на кухню, где в луже крови, в халате, лежала жена Коротаева.

– Илья Петрович, ну и какие тут загадки? Спросил криминалиста майор.

– Труп притащили, из комнаты сюда на кухню. У женщины отрезан язык и уши, а так же выколоты глаза, сказал Валерьянов.

– Ничего себе, проводя по своей голове рукой, в задумчивости произнёс Жихарев.

Гущин, поочередно переводя взгляд, на всех присутствующих и на труп спросил криминалиста:

– Илья Петрович, по памяти, у нас было что-то такое похожее?

Криминалист отрицательно покачал головой.

– Да уж, весело. Коротко сказал Гущин.

– Нож? С надеждой в глазах спросил Жихарев криминалиста.

– Весь в крови, обнаружен в раковине. Отпечатков нет. Самый что ни есть обыкновенный, кухонный. Видимо попался под руку убийце, который вошёл на кухню, после расправы с хозяином квартирыи схватив нож, зверски убил хозяйку.

– Не просто убил. Судя по состоянию на кухне, Коротаевы собирались завтракать, сказал Жихарев.

– Да уж, позавтракали, произнёс Роман Карлович.

Быстрым шагом вошёл Агафонов и сказал:

– Товарищ подполковник, я обошёл весь подъезд. Никто из соседей, ничего не слышал и не видел.

Гущин, молчаливо посмотрел на лейтенанта.

– И тут мимо, произнёс майор.

– Я в управление, на доклад кБережному. Заканчивайте тут.

Выйдя на улицу и подходя к машине Роман Карлович увидел идущую по направлению к нему, быстрым шагом капитана Жуй.

– Товарищ подполковник, я обошла вокруг дома и заглянула в соседние дворы. Ничего.

– Надо дворника опросить, сказал Гущин.

– Уже. Говорит, никого подозрительного не видел и никакого шума не слышал.

– А мамы с детьми во дворе?

– Прогуливались две женщины с детскими колясками, я опросила их, но они так же, ничего не видели и не слышали.

– Прямо невидимки какие-то, ответил Роман Карлович. Я в отдел, поедите со мной капитан.

– Слушаюсь, товарищ подполковник, сказала Жуй и открыв заднюю дверь, уселась в салон служебного автомобиля. Гущин сел рядом с водителем и подумал, что от женщины толку на месте преступления всё равно уже не будет, пусть лучше поработает, в управлении ипоправляя запонки на рукавах скомандовал водителю:

– В управление.

Подполковник всю дорогу думал о деле Седого и о убийстве Коротаевых, которые ему поручили. Он не мог спокойно сосредоточиться и собраться с мыслями, так как чувствовал на затылке, пристальный и любопытный взгляд капитана Жуй, которая с явным любопытством смотрела на него с заднего сидения автомобиля.

Странное и не понятное чувство не покидало Гущина.

Посёлок Торфяновка

На веранде не большого дома, в кресле качалке сидел пожилой мужчина и просматривал газету. Погода стояла изумительная, светило солнце, щебетали птицы и иногда это прекрасное пение перебивал звук, куда-то пролетающего шмеля.

На столе стоял самовар. В красивой чашке, которая стояла на блюдце, был налит свежий ароматный чай, в небольшой вазочке лежали баранки, в сахарнице лежал твёрдый, крупный, кусковой, колотый сахар.

Мужчина отложил в сторону газету и взяв в руки чашку сделал медленный глоток чая. Только потянувшись за куском сахара, он на несколько секунд напряг слух, но сразу же, немного улыбнувшись, повернулся всем своим корпусом к калитке.

К калитке подошёл высокий молодой мужчина, средних лет и широко улыбаясь, глядя на сидящего за столом у самовара пожилого человека, широко открыл калитку.

– Здравствуй отец, сказал мужчина, направляясь к старику.

– Здравствуй сын, приподнимаясь с кресла качалки, с явной радостью на лице, ответил старик.

Они обнялись.

– Как поживаешь пап? Спросил мужчина, присаживаясь в плетёное кресло.

– Поживаю хорошо сын, воздух прекрасный, чай великолепный. Продукты есть, мухи не кусают.

Они оба рассмеялись.

– Ну а как ты там, в городе жив – здоров? Спросил старик.

– Я тоже нормально, работаю. Живу потихоньку.

– Работа это хорошо, но и отдыхать надо Миша. Никуда твоя журналистика не денется.

– Да я отец как ты, буду старым и отдохну.

Старик на несколько секунд сделал серьезное лицо и произнёс:

– Не надо как я. И вернув улыбку на лицо, спросил:

– Как там квартира? Может ремонт пора делать?

– Я же не так давно рассказывал тебе отец, что в квартире сделал ремонт и она сейчас как новая.

– Старый я стал сын, память подводит. Помню, был у нас с тобой такой разговор. Был.

И после короткой паузы сказал:

– И что прям и телевизор имеется?

Михаил рассмеялся и ответил:

– И даже цветной!

– Ишь ты, произнёс старик. Ну а холодильники, стиральная машина и этот, как его, почесав затылок, старик вскрикнул:

– Кассетный магнитофон!

– Папа, всё у меня есть. Произнёс, мужчина. Хватит уже заботиться обо мне, как о маленьком. Я же один и мне всего хватает.

– Миша, нет ничего плохого в том, что родители заботятся о своих детях. Ты у меня один и я хочу, чтобы у тебя было всё и ты жил в достатке.

– Я понимаю тебя папа. Но, уже пора мне заботиться о тебе.

– А что обо мне заботиться сынок? У меня, слава Богу, всё есть, вот ты приехал и уже забота обо мне!

– Я папа был у тебя неделю назад.

– Помню-помню. Я ещё не такой склерозный, как кажусь. Но мне хотелось бы, чтобы ты приезжал чаще.

– Я буду стараться пап. Много времени провожу в издательстве, но как только появляется окно, я приезжаю к тебе.

– Спасибо! Ты сын не сердись, но я опять хочу спросить тебя, сказал осторожно старик:

– Жениться не надумал?

– Ну, ты опять за своё отец!

– Ну, ладно-ладно, не заводись, поторопился сказать пожилой человек. Ты уже не зелёный пацан, давно пора семью завести, деток. Дети это всё сынок.

– Я знаю.

– Внуков хочу я, что тут не понятного, смеясь, произнёс старик.

– Будут тебе внуки, будут.

– Ого! Никак есть кто на примете?

– Есть.

– Ну и какая она? Из какой семьи? Годков сколько ей?

– Отец, ты засыпал прямо таки меня вопросами!

– Ну а как Миша? Я же отец твой и мне интересно.

– Всему своё время.

– Вот так всегда! Приедешь, разволнуешь старика, а я потом мучайся, голову ломай, что и как. И вообще, я тут сижу один, а ты там, хоть позвони. Я же телефон провёл не просто так.

– Так в чём проблемы отец? Давно тебе предлагал, переезжай в город, в квартиру. Она большая и места хватит, а сюда будешь летом приезжать, на отдых, как на дачу.

– Э, нет сынок! Я тишину люблю и лес, мне городская суета противопоказана.

– Ну, тогда не ворчи, смеялся Михаил. Ты лучше скажи, а чем я могу тебе помочь? Может по хозяйству надо что? В магазин сходить или воды натаскать.