Вечная Странница. Потерянные звезды

И звезды подчинились. Это было невероятно и невероятно тяжело, но они действительно тянулись обратно, складываясь в уже привычную сферу, пусть и гораздо больших размеров. Но стоило лишь на секунду потерять концентрацию, как звезды, удерживаемые на месте только лишь моей силой воли начинали стремительно отдаляться.

Так сложно было не думать ни о чем лишнем и не отвлекаться, и так страшно было потерять контроль и снова оказаться в пустоте, чувствуя себя лишь еще одной из миллиарда песчинок, отделенных друг от друга бесконечными пространствами.

Я чувствовала, как дрожит что-то внутри от напряжения и понимала, что не смогу держать их вечно. Сфера дрогнула, расширяясь, а затем стянулась немного обратно, повинуясь моему отчаянному рывку. Но это была не более чем агония – не человеку тягаться со вселенной.

Звезды вдруг стали из белых бледно-голубыми, ярко вспыхнули, и лопнули невидимые нити, которыми я притягивала их к себе. Но вместо того, чтобы разлететься в стороны, как стремились еще совсем недавно, они рванули ко мне, ослепляя светом настолько ярким, что уже не оставалось места темноте.

***

Больно! Так больно, что эта боль кажется нереальной. Я хватала ртом воздух, пытаясь закричать или хотя бы захрипеть, но горло перехватывало, а по венам жидким огнем струилась агония. Мне никогда не было так больно, хотя я думала, что привыкла к боли. Но моя боль была совершенно другой, она мирно жила со мной, свернувшись клубочком где-нибудь в голове или в груди и только изредка выпускала когти. А это… это было адом с озером раскаленной алой магмы, которая была вокруг меня, которая была мной…

– Пей, – губ коснулся холодный – ледяной – край, я рефлекторно сделала глоток и даже не ощутила вкуса.

Боль странно притупилась, словно на нее накинули плотное одеяло, она не ушла и в голове не стало яснее. Я как будто медленно падала вниз и никак не могла упасть. Под веками было не темно, а тускло-красно. Я почувствовала чужую холодную ладонь на лбу, от прикосновения боль немного усилилась, но все еще была слишком глухой, чтобы причинить реальный дискомфорт.

– Спи, – еще один приказ знакомым голосом. И мой разум подчинился так же легко, как и в прошлый раз.

***

Все было красным, но не ярким, тускло-красный сумеречный свет с красноватого облачного неба едва освещал мутно-красную воду, похожую на кисель. А по ней плыла такая же красная лодка, вроде бы деревянная, но она была странно мягкой. И твердой одновременно. Словно металл или камень обернули в несколько слоев толстой фланели.

И я сама тоже была мягкой, и твердой, и тускло-красной… но при этом, кажется, светилась. Под кирпичной кожей змеились белые полосы вен, сначала едва различимые, они становились все ярче, ветвились, прорастая все дальше. Пока, наконец, не засияли даже кончики пальцев.

Я медленно покрутила руками перед глазами, светящиеся узоры как будто действительно повторяли рисунок вен, такой же был на плечах, на груди и везде, где можно было рассмотреть. Борт лодки тоже засветился, когда я коснулась его рукой. А потом я опустила пальцы в густую плотную воду, и она стала словно наполняться светом изнутри, пока красная муть не растворилась окончательно в ровном белом сиянии.

***

Было светло. Даже светлее чем во сне, хотя это скорее был все-таки бред. Но глаза открывать в любом случае не хотелось, как и снова сталкиваться с реальностью. Боль отступила, но я чувствовала сильную слабость. Ощущения отличались от моих привычных, но суть сохранялась – шевелиться не хотелось, даже дышать, казалось, не было сил. Но я дышала. И сердце билось легче и сильнее, чем раньше. Не было больше этого болезненного трепыхания в груди – только стабильный ровный ритм. Так странно…

– Я знаю, что ты уже не спишь, – голос мягкий, немного насмешливый, знакомый.

– Эйв?.. – а вот у меня голос был хриплым, едва различимым. Сколько же я провалялас

– Четыре дня.

Я же не спрашивала в слух… Или спросила? Глаза все-таки открылись, да и прятаться от реальности было уже бессмысленно. Зрение немного плыло, танцевало светлыми и темными пятнами. Губ снова коснулся край стакана, на этот раз просто холодный, а не обжигающе-ледяной. Это была простая вода, но мне ничего больше и не нужно было. Я сделала несколько больших глотков, но Эйв – а это был именно он – почти сразу забрал стакан назад:

– Подожди немного, позже еще попьешь, а через пару часов и поесть сможешь. Дай своему телу немного прийти в себя.

Зрение медленно, но верно прояснялось и я уже могла разглядеть своего спасителя почти отчетливо. Это звучало пафосно и в духе дамских романов в мягкой обложке. Но это было именно то, кем был Эйв – он раз за разом спасал меня, сначала не бросил там, на дороге при нашей первой встрече, потом снимая приступы в пути, и, наконец, довез меня до Цитадели и сделал то, что они сделали. Чем бы это ни было. Поэтому да, этот человек был моим спасителем, и я не знала, смогу ли я когда-нибудь расплатиться с ним за эту помощь.

– Ты слишком много думаешь. Дай себе время восстановиться и не переживай ни о чем. Теперь действительно все будет хорошо, – он легко сжал мою руку, а я, наконец, смогла нормально сфокусировать взгляд.

Эйв выглядел… плохо. Лицо осунулось, под глазами круги, несколько крупных прядей неаккуратно выбились из хвоста, даже серебряные искры из глаз пропали. Смотрел он мягко, спокойно, хоть и немного устало.

– Это из-за меня, да? – более внятно свою мысль я сформулировать не смогла. Но кажется он меня и так понял, усмехнулся, провел рукой по волосам, зачесывая их пальцами назад.

– Все не так плохо. Я быстро восстановлюсь, особенно теперь, когда с тобой точно все в порядке. Пару прогулок к источнику и резерв будет как новенький, а может даже больше, чем раньше.

Кажется, он понял, что я его до конца не понимаю, и замолчал, задумавшись. Снова попытался убрать выбившиеся пряди, но они упорно лезли обратно. Вторая его ладонь все еще лежала поверх моей. И это хорошо. Эйв был моей связью с этой реальностью, связью достаточно крепкой, чтобы даже сейчас, будучи слабой и беспомощной как котенок, я чувствовала себя в безопасности. Наверное, с этим можно было только смириться.

– Что будет дальше? – еще один непонятный вопрос, но я правда не знала, как задать его конкретнее, потому что на самом деле это было очень много вопросов.

– Ты будешь поправляться, к вечеру уже сможешь встать. Я уже сейчас вижу, что твое тело хорошо усваивает энергию. Но все равно нужно время, чтобы оно привыкло работать по-новому. Потом будешь потихоньку тренироваться, чтобы окончательно восстановиться. А дальше, сможешь начать обучение в Цитадели. Магический потенциал у тебя для этого есть, размер резерва покажет только время. Новеньких будут набирать через 3 месяца. Не так много времени, конечно, но мы тебе поможем, если захочешь. Ну а если не захочешь, придумаем что-нибудь еще. Мир большой, в нем много достойных и интересных занятий.

– Спасибо, – и опять я сказала так мало, хотя хотела сказать так много. Спасибо, что спас. Спасибо, что не бросил. Спасибо, что выложился до предела, чтобы не дать мне умереть. Спасибо, что делаешь все это и собираешься продолжать делать. Спасибо.