Великолепная корпоративная вечеринка

Вернувшись из поездки на озеро Саманкуль, Соня Орешкина первым делом открыла ноутбук и обогатила свой электронный дневник пронзительным воплем:

«Боже мой, какой ужас! Что же случилось?! И как мы будем жить дальше?!!»

Глава 1

Заманчивое предложение

– Если сумма кажется вам неподъемной, давайте обсудим варианты, – мягко произнесла дама. Она вторглась в кабинет Аркадия Игоревича уже целых полчаса назад.

Каждая минута Аркадия Лунского, владельца рекламного агентства «Кенгуру», ценилась очень дорого, но он почему-то не спешил избавиться от общества настойчивой мадам. Она «обрабатывала клиента», и делала это профессионально. И Аркадий Игоревич, как специалист в области увещевания, наслаждался процессом. Хотя в данном случае выступал в несвойственной ему роли окучиваемого материала.

Сочетание «неподъемная сумма» было, разумеется, крючком. Разве существуют границы возможностей для бизнесмена уровня Аркадия Лунского?! Директор сделал вид, что купился на уловку обольстительницы.

– Деньги – не вопрос! – бросил он. – Моя нерешительность продиктована сомнением, стоит ли на четыре дня отрывать от работы топ-менеджеров моей компании.

– Но ведь из этих четырех дней три – нерабочие! 12 июня – День России плюс два выходных! Аркадий Игоревич, порадуйте подданных. Осчастливьте ваших кенгурят! Они оценят.

«Наверное, стажировалась за границей», – отметил владелец агентства, улавливая легкий, приятный слуху акцент речи Ольги Валентиновны. И не только акцент и тембр голоса был приятен Аркадию Лунскому, но также и лицо, и манеры посетительницы. Женщина была немолода, но очень даже ничего – зеленые глаза, блестящие волосы. Спокойна и уверена в себе, обаятельна и ненавязчива. За полчаса уговоров любой другой собеседник уже окончательно достал бы Аркадия Игоревича. Но эту даму директор готов был потерпеть еще немного.

Кроме того, одна головоломка не давала расслабиться Аркадию Лунскому. На днях он купил жене брючный костюм. Костюм был изыскан, снабжен лейблом FERRE и стоил дороже отечественного автомобиля. На Ольге Валентиновне был такой же.

И Аркадий не мог понять – неужели он, бог рекламы и крестный отец нескольких брендов, шагнувших на общесоюзный уровень, так глупо купился на логотип, престижную марку? Или Ольга Валентиновна столь богата, что может позволить себе носить FERRE? Или на ней искусная копия?

Вообразить, что женщина в костюме за несколько тысяч евро работает ради зарплаты в несколько тысяч рублей, было трудно. К примеру, другая обладательница умопомрачительного одеяния – Кристина Лунская – конечно же не работала. Единственной целью ее существования являлось растрачивание денег, добытых мужем.

– Ладно, – махнул рукой Аркадий Игоревич. – Повторите еще раз, почему я должен согласиться.

Сотрудница центра психологических тренингов «Галактика» метнула на Лунского быстрый взгляд и улыбнулась. Она поняла, что Аркадий Игоревич, заинтересовавшись ею и как личностью, и как женщиной, сразу ощутил слабость своей позиции и теперь пытается восстановить статус-кво. Заставив Ольгу Валентиновну выступить в роли попугая, долдонящего одно и то же, Лунской напомнил посетительнице, кто в этом кабинете главный.

– Да, я повторю. Первое: четыре дня роскошного отдыха на берегу озера Саманкуль. Изумительно красивое горное озеро. Второе: участие в интенсивном психологическом тренинге под названием «Командный дух». Я сама разработала этот тренинг и опробовала его на десятках групп. Поэтому отвечаю за его эффективность. Третье: размещение в номерах фешенебельной виллы пятизвездочного уровня. Четвертое: ресторанное меню. Пятое: пейнтбол и прочие развлечения. Шестое: еще раз напомню, что возможны варианты оплаты. Если хотите, я сейчас же позвоню руководству, и мы договоримся.

Аркадий Игоревич молчал и разглядывал Ольгу. Он решил помучить жертву.

– Признаюсь, мне это тоже очень выгодно, – выложила та последний аргумент. – Из суммы, которую вы заплатите «Галактике», мне причитается неплохой гонорар. Поэтому я – горячо заинтересованное лицо. Если честно, у меня сейчас непростая финансовая ситуация…

Итак, директору рекламного агентства предлагалась альтернатива: или осчастливить согласием труженицу психологического фронта и дать ей возможность подзаработать, или поступить как последняя скотина и убить симпатичную женщину отказом.

«Конечно на ней подделка», – успокоился наконец Лунской. Он вспомнил о том, что умельцы из Гонконга или Стамбула засылают агентов на Неделю высокой моды в Париж или Милан. И те наметанным глазом сканируют модели, даже не прибегая к помощи карандаша и бумаги (делать зарисовки на показах знаменитых кутюрье запрещено). Или – вот негодяи! – покупают поступившие в продажу наряды прет-а-порте и копируют выкройки.

И Аркадий Игоревич озаботился новым вопросом. Если дешевый костюм-подделка сидит на Ольге Валентиновне так же безупречно, как безумно дорогой оригинал на Кристине, то стоило ли кидать деньги на ветер?

– Уговорили, – поднял руки Аркадий Игоревич. – Сдаюсь.

Вечером внезапно набежали тучи и зависли в ярком июньском небе, словно вражеские летающие тарелки. Стало душно, опасность и напряжение наполнили воздух.

Кристина не замечала ничего вокруг. Она в оцепенении стояла на тротуаре перед развлекательным центром «Колизей», и ее сердце сжималось под ураганным натиском разнообразных чувств. Гнев, потрясение, отчаяние переполняли Кристину Лунскую.

Эту сорокалетнюю светскую львицу и богачку только что выставили из казино, расположенного в здании «Колизея», словно зарвавшуюся нищую девчонку. Как такое могло случиться? Ее, гранд-даму городского бомонда, депортировали из игрового зала!

Сначала – для разминки – швейцар Анатолий посмотрел как-то странно. Скуксились девушки-администраторы. И не успела Кристина сделать первую ставку, не успела задрожать от восторга, услышав звук стремительно бегающего по кругу шарика, как была крепко взята под локоть владельцем казино.

– Кристина Вадимовна, – твердо и тихо сказал он. – Вам лучше уйти. Это для вашего же блага.

Мерзкий капиталист стойко и безапелляционно выдержал Кристинину истерику. К его счастью, иглы любопытствующих взглядов не позволили бедняжке развернуться в полную силу. Так или иначе, через несколько минут красавица очутилась на улице в полном смятении.

«Негодяй, подлец, деспот!» – зло ругалась Кристина сквозь зубы, усаживаясь в автомобиль. Ласковые прозвища предназначались отнюдь не владельцу казино, а мужу Кристины – Аркадию Лунскому. Именно он договорился с хозяином заведения, чтобы драгоценную супругу лишили возможности с кайфом потратить деньги. А ведь сегодня у нее как раз были деньги! Кристина сдала в ломбард кольцо с изумрудом, надеясь потом вернуть драгоценность. Ей всегда удавалось отыграться.

«Ничего, не единственное казино в городе!» – упрямо прошептала Кристина. Она знала их все, включая подпольные, нелицензированные. Везде, где слышался костяной стук шарика и вращалось колесо, можно было встретить г-жу Лунскую – от сверкающих позолотой богатых залов до тесных комнатушек с грязными стенами…

Глава 2

Бубусик и вымогательница

Золотистые лучи солнца прорывались сквозь перламутровую пелену органзы. Легкая ткань штор трепетала и переливалась. Аркадий Игоревич соорудил себе крепкий кофе в объемной кружке, закурил сигарету. Бесхитростное ежедневное удовольствие, инъекция допинга перед рывком в новый день.

Сработанный из отличного генетического материала, Лунской в сорок пять баловал себя подарочным набором вредностей, от которых давно отказались его более молодые коллеги. Если требовалось – выпивал; курил, когда хотелось; глушил кофе в угаре творческих порывов. И при этом – не толстел, не опухал и не страдал от аритмии.

В столовой появилась сонная, розовая и к тому же невероятно лохматая Кристина. На ней был длинный шелковый халат, с бортами, стыкующимися только в районе пупка. Она села напротив мужа и метнула в Аркадия взгляд, полный невероятной любви.

– Ты договорился с владельцами казино, чтобы они меня не пускали…

– Доброе утро, котенок.

– Это жестоко! Ты негодяй! Я тебя ненавижу!

Аркадий жадно смотрел на супругу. Его сердце разрывалось от любви и пронзительной жалости, а на нижнем уровне сработали микросхемы и начался необратимый процесс – Лунской всегда чутко реагировал на присутствие полуголой жены.

– Я это сделал ради тебя.

– Мне так и передали, – траурным тоном молвила Кристина.

– Но ты, я подозреваю, все же нашла где оторваться?

– К счастью, не все игорные заведения в нашем городе являются клиентами твоего агентства.

– И что же?

– Спустила все до копейки, – призналась Кристина. – Аркашенька, бубусик, дай денежек! Я кольцо вчера в ломбарде заложила! Нужно выкупить!

– Вернее, отыграться, – перевел Аркашенька. – Что?!! Ты заложила кольцо?! Кристина! Ну что же ты делаешь? А дальше? Начнешь вещи продавать?

Аркадий расстроился, мрачная тень пробежала по его лицу. Все зря! Он долго боролся с пристрастием жены к игре, но Кристина ускользала от него, растворялась в бушующем океане страсти.

– В каком ломбарде? Я сам выкуплю.

– На Виолончельной улице. Но все равно, милый, дай денег, а?

– Нет.

В последние месяцы, когда зависимость Кристины от рулетки вплотную подступила к границе психической патологии, Лунской властным жестом отключил жену от источника питания. Он перестал пополнять ее счет в банке, и «платиновые» кредитки Кристины вмиг превратились в ненужный хлам.

Лунской выдал жене список с названиями супермаркетов, магазинов, бутиков, ресторанов, кофеен, булочных. Там Кристина могла делать покупки без денег – как при коммунизме. Все эти прелестные учреждения рекламировали себя с помощью агентства «Кенгуру» и пошли навстречу Аркадию Игоревичу, согласившись обслуживать в кредит его супругу.

Раз в месяц Лунской оплачивал счета. Они были невелики: Кристину не интересовали драгоценности, одежда, вкусная еда. Ей отчаянно были нужны живые деньги – чтобы иметь возможность бросить горсть фишек на зеленое или пурпурное сукно игорного стола.

И что теперь? Она начнет закладывать в ломбард, отдавать за бесценок дорогие украшения, роскошные наряды? Понесет в антикварные лавки старинные вещицы? Аркадий Игоревич обхватил руками голову. Нет, он не скорбел заранее об утраченном имуществе, ему плевать было на все это барахло. Но Лунской понимал, что загнанная в угол Кристина сделала новый шаг к пропасти. Так наркоман, измученный ломкой, начинает таскать вещи из дома.

Аркадий Игоревич стиснул, прижал к себе Кристину, зарылся лицом в ее лохматую, душистую макушку.

– Моя бедная девочка, – сказал он.

– А денежек дашь? – просипела снизу девочка. – Хоть немножко, бубусик, а? Мы с подругами договорились встретиться. Что ж, они в кафе будут за меня платить?

– Отведи их в «Лагуну», у тебя там кредит. И заплати за всех сама.

– Умоляю, умоляю! Ну, хоть триста баксиков, а? Капельку! И можешь трахнуть меня прямо на этом столе в позе «тростника, пронзающего небо»!

От подобной перспективы Лунского заштормило.

Кристина падала все ниже. Теперь она готова была торговать не только вещами, но и собой. Но почему-то против подобного рода сделки Аркадий Игоревич не возражал…

Через полчаса черный «лексус» Аркадия уже мчался по городским улицам в сторону рекламного агентства. Кристина бросила на монументальный дубовый стол триста заработанных долларов.

– Поздравляю с доблестным званием проститутки, – промурлыкала она. – Или, скажем мягче, куртизанки.

Потом она помчалась наверх, в спальню. Шелковые полы халата развевались сзади, как шлейф платья, когда Кристина скакала босыми ногами по ступенькам. Из спальни она принесла сверток, в котором оказалось несколько плотных пачек и еще целый ворох рассортированных купюр. Кристина вывалила богатство на гладкую поверхность стола и принялась считать.

Она обманула мужа. Вчера ей крупно повезло – Кристина покинула злачное место с целым мешком денег. С целым мешком! И все равно, требовалось добыть еще триста долларов, чтобы собрать необходимую сумму. Конечно же эти деньги были нужны Кристине вовсе не для убойной ресторанной вечеринки с подругами. У нее давно уже не было подруг.

Глава 3

Приглашение на казнь

Соню Орешкину, сотрудницу отдела по работе с клиентами, редко звали на планерки, проводимые руководством. В этот понедельник тоже не пригласили, и Сонечка сильно бы удивилась, если б узнала, что сегодня ее незаурядная личность стала предметом бурной дискуссии.

– Праздники проведем с пользой, – объявил Аркадий Игоревич. – В четверг в обязательном порядке выезжаем на озеро Саманкуль, где примем участие в тренинге. Вернемся в воскресенье.

Подчиненные замерли, ошарашенные мирной инициативой начальника. Ясное дело, они были в восторге и собирались с силами, чтобы выразить Лунскому признательность.

– Ах, как некстати! – всплеснула руками Агнесса Михайловна, руководитель финансового отдела. – А я-то планировала поработать дома. Близится полугодовой отчет. Нет, Аркадий Игоревич, знаете…

– Я ведь изящно намекнул: в обязательном порядке!

– Я не поеду, – мрачно заявил Павел Романович, креативный директор. – У меня крупный клиент.

Да, именно в праздничные дни сотрудники «Кенгуру» мечтали напряженно повкалывать дома, укрепляя престиж и финансовую мощь любимой компании. А тут Лунской с каким-то дурацким тренингом!

– Был я на Саманкуле, – сказал густым басом Матвей Денисович, директор по маркетингу и одновременно первый зам. – Красиво! Даже очень. Но база «Изумруд» – не для нас. Это для любителей экстремального отдыха. Представьте – резные избушки. Мило, конечно. Но до туалета – пять километров на тюленях. А до бани – еще дальше. И в озеро, кстати, не нырнешь. Оно ледяное. Горное. А как же мыться?

– Успокойся, Матвей, все четыре дня будешь мыться горячей водой. Мы не на базу. Для нас арендуют виллу.

– Да нет там никакой виллы, – бросил Тимур Кимович, руководитель юридического отдела. – Только горы. Они подступают вплотную к воде. А «Изумруд» ютится на полоске суши размером с помидорную грядку.

Аркадий Игоревич не успел открыть рот, чтобы мягко напомнить бесценным кадрам, кто является хозяином «Кенгуру», как в дверь шумно ввалился персонаж, сразу же приковавший к себе все взгляды.

Это была Инга Сошенко, руководитель отдела по работе с клиентами, и она сегодня «слегка задержалась».

Нет, Инга была вполне собранной и деловой девушкой. К офису фирмы она подъехала, как обычно, с некоторым запасом времени. Но специально опоздала, чтобы привлечь к себе внимание. Ей это удалось.

– Хэллоу, публика, – сверкнула улыбкой Инга. – Начали без меня?

– Не дождались вашего высочества! – рявкнул Лунской. – Почему опаздываешь? И что за вид?!

На Инге был летний топ, из-под которого рвалась на баррикады загорелая грудь (соски были такими острыми, словно их только что пытали кубиками льда). Мини-юбка с трудом скрывала 0,0009 % загорелых ног. Более удачную экипировку для работы в офисе было трудно придумать.

– Извините, – миролюбиво улыбнулась Инга. – Такая жара! Я переоденусь в кабинете. Захватила с собой костюм. Знаете, а здорово, что у нас в офисе везде кондиционеры, правда? Ах, я бы не раздумывая отдалась изобретателю кондиционера! В знак благодарности.

В кабинете повисла напряженная пауза. Очевидно, мужчины лихорадочно соображали, смогут ли добыть фальшивый патент на изобретение кондиционера.

– Я не поеду, – упрямо напомнил креативный директор Павел Романович. – У меня Виолетта.

Виолетта Крикунова, известная в городе предпринимательница, открывала линию по производству пельменей. Госпожа Крикунова со свойственным ей апломбом заявила, что собирается осчастливить не только город, но и всю страну самыми вкусными в истории человечества пельменями. Естественно, с Виолеттой затевалось грандиозное и долговременное сотрудничество. Для затравки по центральным улицам города бродили огромные поролоновые пельмени, почему-то принимаемые горожанами за медведей. Павел Романович ни на один день не отрывался от Виолеттиного проекта. Он как проклятый генерировал идеи. Поэтому и отказывался ехать на озеро.

Инга в две секунды уловила суть дела.

– Пусть едет Сонечка, – предложила она.

– Софья – в рабочей группе Виолетты, – мрачно возразил креативный директор. – Соню я не отдам.

– Уж как-нибудь обойдетесь.

– Нет.

– Паша, ты рабовладелец! – возмутилась Инга.

– Вы позволите мне вставить пару слов? – интеллигентно осведомился Аркадий Игоревич. Строптивые подчиненные утомили директора. – Вы, блин, вообще что? Совсем? Или нет? Я сказал – едем. В четверг. Точка.

– У меня Виолетта, – уныло прогундосил Павел Романович. – Это вулканическая женщина. Женщина-катастрофа. Ее нельзя оставлять ни на минуту. Она обязательно что-нибудь натворит. Ладно, пусть едет Соня.

– Ура, наши победили, – резюмировала Инга.

Аркадий Игоревич раздраженно махнул рукой.

Таким образом, в сонм рекламных богов затесалось одно человеческое существо. Сонечке Орешкиной суждено было поехать на озеро Саманкуль и принять участие в тренинге, разработанном для укрепления командного духа в сердцах топ-менеджеров. Управленцы «Кенгуру», несомненно, нуждались в подобной процедуре.

Пока в кабинете Лунского обсуждалась Сонина кандидатура, сама Сонечка трудилась в поте лица. Уже битый час она отправляла электронные письма школьным подругам, вольготно расселившимся по всей планете. Одну занесло в Брюссель, другую – в Стокгольм. Третья открыла магазин в Майами. Четвертая преподавала русский в Осаке. И все давно были замужем, а одна – даже с детьми.

Нельзя сказать, что космополитические и матримониальные успехи подруг не задевали Соню. Всю жизнь она прожила в родном городе, за границу выезжала только однажды (с родителями в Болгарию) и в двадцать семь лет была беспощадно одинока.

В огромном прохладном кабинете Соне принадлежал стол с компьютером, стена, шкаф и стеклянная перегородка. Все вертикальные поверхности были щедро увешаны графиками, плакатами, эскизами, а горизонтальные – завалены папками, справочниками, дисками. Особо смелые личности пытались заглянуть в шкаф. А там… О-о!

Подобная организация рабочего пространства свидетельствовала, несомненно, о креативности Сонечкиной натуры, о ее трудолюбии и многогранности. (Правда, Аркадия Игоревича однажды придавило огромным макетом гамбургера, изготовленного три года назад для рекламной кампании ресторанов фастфуда. Собственник ресторанной сети уже успел отбить затраты и продать детище, а Сонечка все еще лелеяла аппетитный муляж. Она использовала его для хранения всяческого хлама – внутри макета стоял горшок с землей из-под умершего загадочной смертью кактуса, запасной бокал, старый электрочайник… И вот все это богатство в один прекрасный день почему-то свалилось со шкафа прямо на Аркадия Игоревича. Сотрудники отдела еще долго обсуждали, как же расшифровывается слово из пятидесяти трех букв – первая «е», – произнесенное директором «Кенгуру». Спросить начальника напрямую они как-то не решились…)

На Соне была голубая блузка и юбка-карандаш – все в строгом соответствии с указаниями модных глянцевых журналов. Именно так девушка представляла себе портрет образцового работника. И правда, Аркадий Игоревич обычно ласково улыбался Сонечке (гамбургер он ей простил) и орал, как мы знаем, на Ингу: «Что за вид?!» Тем не менее Инга, несмотря на эпатажное поведение, была руководителем отдела, а суперприличная Соня – заурядным сотрудником. Разве это честно?

Хотя нет, Сонечку конечно же ни за что на свете нельзя было назвать заурядной. Она была необыкновенной. Уже целых восемь лет она работала в рекламном бизнесе и многому научилась. С ней советовались, просили о помощи. В последние годы желающих бесплатно воспользоваться Сонечкиными профессиональными знаниями стало так много (компания Лунского динамично разрасталась), что Софье Орешкиной пришлось осваивать новую науку – умение говорить «нет». За годы усиленных тренировок она добилась грандиозного успеха: из десяти обращенных к ней воззваний о помощи Соня теперь удовлетворяла только девять…

В отделе появилась полуголая, но жутко деловая Инга. Шесть компьютерных дисплеев мгновенно поменяли картинки. Народ в спешном порядке выныривал из Интернета, закрывал окна с пасьянсом или разноцветными шарами, сворачивал «левые» документы.

– Зашевелились, зашевелились, – недовольно произнесла Инга. – Я бы не пришла, так никто и не начал бы работать.

Парни взволнованно уставились на прикид начальницы, вернее, на загорелое тело, не прикрытое одеждой. Девушки смотрели на Ингу с искренним обожанием. А как еще можно смотреть на женщину, которая является вашей начальницей, выглядит как супермодель, владеет огромной квартирой в центре и ездит на новеньком джипе «форд-маверик»? Нет, серьезно, на такую девушку можно смотреть только с искренним обожанием!

– Работайте, тунеядцы! – скомандовала Инга, покидая кабинет. – Костя, не надо пялиться на мою грудь!

– Не надо пялиться, – возмущенно пробубнил Костя. – Оделась бы поприличнее, никто бы и не пялился! Сначала вырядится так, что в дрожь бросает, потом требует не смотреть на ее сись… бюст!

– Костя! – одернула Сонечка. – Когда девушка в жару надевает открытый топ, она меньше всего мечтает об изнасиловании. Просто ей жарко.

– А мне тоже жарко в брюках. Однако я не сую вам всем под нос мои волосатые колени и ногами не размахиваю.

– Твоими кривыми ногами только размахивать, – презрительно сказала Инга, вновь появляясь в кабинете. Она уже переоделась, на ней был костюм морковного цвета. Оранжевый отлично сочетался с загорелой кожей и льняными волосами.

Костя покраснел и спрятался за компьютер. В кабинете повисла траурная пауза. Все поняли, что и в вопросе Костиного экстерьера начальница потрясающе компетентна.

– Софья, зайди ко мне, – приказала Инга.

Глава 4

Соня nonstop

В двадцать лет, лишившись за полгода обоих родителей, Соня из инфантильного создания превратилась во взрослого человека. Влюбленные в ребенка родители служили буфером между дочкой и враждебной внешней средой. Когда их не стало, Соня осталась один на один со всем миром. Душевная травма долго придавала ее взгляду выражение тоски и потерянности, а отблеск перенесенного горя сохранился в ее глазах и через многие годы. Мужчин почему-то интриговало такое сочетание – улыбка на губах и загадочная грусть во взоре. Они ошибочно приписывали Соне особую опытность.

Софья вела дневник. Ноутбук был первой вещью, купленной на деньги, заработанные в «Кенгуру». Дневник Сонечки содержал глубокие философские размышления, тонкие наблюдения за действительностью. Вот, к примеру:

«…Иногда мне кажется, что Инга переспала со всем мужским контингентом нашей фирмы. Интересно, а сдался ли А.И.?..»

Кроме того, дневник помогал Сонечке заниматься самосовершенствованием:

«…На party по случаю успешного выведения на региональный рынок новой марки пива, разработанной в «Компании Березина», я мужественно отказалась от десерта (торт с миндальной стружкой и взбитыми сливками). Какая сокрушительная победа над собой! Какая потрясающая сила воли!..»

Еще благодаря дневнику Сонечке всегда удавалось структурировать финансы – одинокой девушке необходимо тщательно следить за расходами:

«…Проклятие! Истратила последние деньги на тефлоновую кастрюльку с дырками в крышке! Идиотка! Работаю в рекламном агентстве и специализируюсь на запудривании мозгов, а сама поддалась на рекламистские уговоры подлой продавщицы!..»

И естественно, дневник часто становился первым свидетелем свежих, оригинальных идей, озаривших Сонечку в моменты творческого поиска:

«…Если завтра я не предложу пятнадцать вариантов названий для чертовых Виолеттиных пельменей, меня расстреляют из пулемета. Что же, что же предложить? Пельмени от Виолетты. Пельмени аппетитные. Сибирские. Московские. Крутые. Классные. Офигенные. Кайфные. Суперские… Любимые пельмени Человека-паука… Нет, меня, однозначно, повесят…»

Последние три дня записи были всецело посвящены предстоящему турне.

Из дневника Сони Орешкиной:

«…Близость к начальству всегда чревата. Успешным продвижением или сокрушительной отставкой. И это вопрос гибкости позвоночника.

Итак, вместе с высшим руководством я еду на озеро Саманкуль! Четыре дня в компании небожителей! Удастся ли использовать этот шанс? Мечтаю доказать А.И. свою компетентность. И тогда он, возможно, повысит мне зарплату.

Именно Инга предложила А.И. взять меня с собой. Как мило с ее стороны! Ко мне Инга лояльна, чего не скажешь о ее отношении к Косте и другим сотрудникам…»