Без тебя

Повезло!

Мы покинули природу, что чуть осень – замирает,

И дождями непогоды громко о былом рыдает.

Тучи чёрными платками небо плотно застилают,

Так что солнца по над нами даже луч не пробивает.

День играет с ночью в прятки, а она его не ищет

И покров свой опускает ещё раньше, ещё ниже.

Мы покинули природу, что чуть осень – замирает,

И живём под небосводом – тучки птичками порхают,

Солнце тут всегда в избытке, и в любое время года,

Словно вечность поселилась в этом уголке природы.

Звёзды будто бриллианты, океан шумит прибоем,

Пальмы стройными рядами, неба синь над головою.

Ну, везёт же нам с тобою!

2007 г.

Океан

Ну, как не счесть за благо бывать у океана,

и полной грудью бриз божественный вдыхать,

а цветом с небом схож он, и облаками волны

идут до горизонта, но вновь у ног опять.

Он гневается громко,

он бьет волну наотмашь,

и пеной огрызается она,

но сердится недолго,

и ласковою кошкой

в глубины возвращается вольна.

И как не счесть за благо сидеть у океана,

и полной грудью бриз божественный вдыхать,

как будто с небом схож он, и облаками волны,

они уходят словно, но вновь у ног лежат.

Под стать

Надо мною шифон – не шёлк,

Прозрачная глубина,

Бело-кипельный взрыв облаков,

Вкруг чарующая бирюза.

Волны рвутся на берег, рыча,

А в горизонт – тишь да гладь,

Вместе сходятся небеса

С океаном, друг другу под стать.

Восход

Восход ни тучки, облака

Чешуйками гигантской рыбы,

Качнутся ветки пальм слегка

И, как в игре, замрут в порыве.

Свиваясь в локоны, волна,

Качает, усыпляя сладко,

На буе чайка замерла՛,

Баланс удерживая шаткий.

Благую прерывая тишь,

Невидимой руке послушны

Выводит песнь капелла птиц.

Ну чем не райские вам кущи?!

Вера, Надежда…

А ёлочка пушистой пирамидой

Как будто оторвавшись от земли,

Стоит без страха, дескать: позавидуй,

Вся в ожидании неласковой зимы.

Ей нравится упругих веток зелень,

Известно ведь – ни стужа, ни дожди

Наряд её нисколько не изменят,

А интересного так много впереди:

Осенний ветер оголит деревья

До самых, что ни есть, искусных гнёзд,

И листьев разноцветных яркий веер

На землю спустится неспешно и вразброс,

Оттенков всей божественной палитры:

Оранжевых, коричневых порой,

Орнаментом сберутся вместе листья

В как будто сотканный ковёр.

Уйдёт под снег он глубоко на время,

И ёлка станет в шубе наблюдать,

Как мёрзнут в темноте зимой деревья,

Но ждут весны. Тепло придёт опять.

Начнётся суета, столпотворение,

И гнёзда вновь пернатые совьют.

Набухнут почки, листья постепенно

Стволы оденут в зелени уют.

В мир принесёт весна с собой Надежду,

И лето вслед Любовью оделит.

Пусть осень Веру нам подарит, как и прежде,

Зимой нас матерь Софья сохранит!

Весна

И всё-таки весна! Напомнить – есть резоны.

И значит – ожиданье добрых перемен,

Бескомпромиссность четырех сезонов

Доставит от «не очень» в «не совсем».

И дни минутами значи-и-тельно длиннее,

И на полградуса теплей, чем день назад.

Вуалью на ветру, послушной дуновенью,

Пушистой зелени весенний аромат!

Когда уйдёт ненастье

И вот опять желтеют листья,

Кипит в лесу работа споро,

Деревья страждут нарядиться

В пурпур и золото – обновы!

Стоят, от счастья замирая,

Глядите, дескать, мы какие:

Краса под солнцем неземная,

А листья – слитки золотые.

И к небу обратив верхушки

В наряде словно бы вечернем,

Уснут, мечтая, чтоб проснувшись,

Быть в том же ярком облаченьи.

Природа ж дело туго знает,

К зиме заставит скинуть платья… .

Зеленые наряды справит

К весне, когда уйдёт ненастье.

Весеннее

Осталось южных мало дней,

Считаю каждую минуту,

И, просыпаясь, ранним утром

Спешу тепло набрать скорей.

Я запакую в чемодан

Тепло, как слитки золотые,

Сплошь растопить снега лихие,

Зазвать весну, чей воздух прян

От почек, полных нетерпенья

Раскрыться, мир преобразить,

Пернатых пары приютить,

Чтоб гнёзда к сроку свить успели!

Диво

Когда ложится снег пушистый

воздушным девственным ковром,

когда укроют кудри листьев

как будто зелени дождем,

раскроют свой секрет бутоны,

собой украсив бренный мир,

и лепестки – уста влюбленных

поведают вслух о любви,

когда в пурпур, багрянец, злато

нарядит осень лес и дол

и превратит в волшебный замок

все столь знакомое кругом,

тогда в восторге шепчут губы,

им вторят сердце и душа:

"Творец, пусть диво это будет

как можно дольше. А всегда

Во днях, чредой текущих

Блики золотые листьев

Россыпью в траве зеленой,

Как гигантское монисто,

На прощанье с летом знойным.

Осень скоро облачится

И в пурпур, в багрянец, злато,

На недолго. Что случится

После? Дождь и темень. Слякоть!

Как зиме, весне, и лету,

С нею, хитрою, тягаться –

Зимний ветер стелит пледом

Белым в кипель, как на святцы.

Зелень по весне подправит

Лес, сады, аллеи в парках.

Лето щедро всласть добавит

Спелых ягод вкус и запах.

Рыжая ж придёт, заманит

Красок разноцветьем ярким,

Хором воспевать заставит

И уйдёт…в рубище жалком.

* * *

Жизнь, как будто с нею схожа,

И её хитры уловки:

Детство, юность – всё возможно!?…

Мифы, сказки лягут в строки

Стихотворцев. Дар их сущий

Рифмой развлекать народы,

Чтоб во днях, чредой текущих,

Не грустили: "Всё проходит".

Гармония

Ты будто жизнь пережила

От почек и до зрелых листьев

В ветвях, как локоны, тепла

И солнца испытав излишки.

Пусть кроны цвет ушёл совсем,

Но сохранилась величавость.

Гармонию всех перемен

Не завершит вдруг смерть иль старость.

Наступит новая пора,

Когда пройдут снега, морозы,

Зелёные вплетёт весна

Листочки, ива, в твои косы.

Тайна

Что может быть прекраснее природы:

Зелёных игл на ёлках в декабре,

Листочков в иероглифах-разводах,

Рисунков, как на камне, на коре,

Цветов той палочкой волшебной,

Рассыпанных повсюду тут и там,

Ансамбля птиц проникновенный

Весне, любви и счастию хорал!?

Мудрей природы можно ли представить,

И разумом возможно ли объять?!

Она – любовь и жизнь, истоков тайна,

И мы великой этой тайны часть!

Осень поздняя

Осень поздняя – истина в самой последней инстанции,

Жизни голая правда, как этот в лесу листопад.

Никаких векселей, обещаний, ни срочной гарантии;

Осень поздняя – это итог, и по сути своей, результат.

Неизбежность, реальность, живущим напоминание,

Будто ясный пронзительный голос, откуда невесть:

Жизнь не вечность, и в ней предстоит угасание,

Очень грустно, не хочется верить…но путь до небес.

Пусть зима сбережёт под пушистым своим одеяньем,

А весна возродит, возвратится вслед лето, тепло.

Осень поздняя с нами помянет, оплачет дождями

Всех, кого не вернуть, кто ушёл навсегда высоко…

Pадуга

Ничто не предвещало счастья –

День никакой. Он сплошь ненастье.

Вдруг луч пробился озорной

И радугой повис над головой.

Осеннее

Так поражает красотой

Твоё осеннее убранство:

Прожилки нитью золотой

По зелени скользя, струятся.

Прозрачны веточки стеблей,

К земле свисающих свободно,

А крепь изогнутых ветвей

Стволу венчальная корона.

Но грустно и немного жаль

Твою мне, ива, в зелень краски

Воздушно-шелковую шаль,

Подаренный в апреле праздник.

Одуванчики

Одуванчиков поляна –

Солнечная сплошь как будто.

Жёлтый цвет их – глаз услада

Снежным шаром стал под утро,

Салютуя небосводу,

Шар взорвётся, на мгновенье –

Искорки взметнутся в воздух,

И покроют собой землю.

Бесконечность

Ветви ив зеленым водопадом

В воду низвергаются бесшумно,

Не смутив при этом ровной глади,

Камыши, кувшинок, даже уток.

Тихо и спокойно – вечность словно

Поселилась в парковом пространстве,

Время – это знаете, условно,

И над вечностью оно отнюдь не властно.

Может, потому мне так отрадно

Посещать под утро это место,

Что я прикасаюсь к чьей-то тайне,

Ненароком приоткрыв завесу

Жизни, что должно быть, бесконечна,

Воплощение вселенского покоя:

Миллионы лет – секунд беспечность,

И, как будто, ничего не происходит.

Осень ранняя

С ветвей бесшумно опадают листья,

Уже ковёр орнаментом в траве

Вокруг деревьев разноцветный выстлан.

Чернеют блюдца-гнёзда в вышине.

На фоне голубого шёлка неба,

Как будто из открытого окна,

На мир взирает ива королевой,

В убранстве кос, струящихся, она.

Едва заметны золотые стрелки

Средь изумрудной зелени ветвей,

То осени-проказницы проделки,

Ночей холодных и коротких дней.

Звездопад

А листья разноцветны, словно грёзы,

Планируют, по воздуху летят,

Ложатся наземь, как морские звёзды,

Не листопад, а будто звездопад.

Почти совсем уже опала ива,

Прозрачен золотой осенний плат,

В ковёр волшебный превратилось живо

Убранство, что ласкало прежде взгляд.

Не видеть долго мне ветвей зелёных

И не припасть к ним более лицом.

Остатки жалкие взамен волшебной кроны

Обильно поливаются дождём.

Бескровные повисли ветви плетью,

Как будто жизнь покинула их в час,

Но несгибаем ствол твой многолетний!

Не устрашится он осенних дней проказ.

Лето

Осталась далеко Панама,

И лето наступило здесь.

Мне ивы заменили пальмы,

Касаюсь ивовых я перст,

Что над водою наклонились

И словно манят в глубину,

Где в тине белые кувшинки

Не шелохнутся на пруду.

Пруд ими будто сервирован,

Зеленой скатертью покрыт,

Флотилия из уток сонных

В искусных кружевах скользит.

Но в нарушении покоя

Полуметровых крыльев взмах

И с краю приземлился скромно

Красавец аист, добрый маг.

Вот загадаю я желанья

И, может, он исполнит их:

Увижу снова свои пальмы,

Когда листва исчезнет с ив.

К зиме

Обратили деревья к небу

Паутину прозрачных ветвей,

Обнаружив, укрытые прежде,

Птичьи гнёзда различных мастей

И конструкций замысловатых,

И похоже, что прочных вполне.

Вот торчит из них пух или вата,

Всё шло в дело по ранней весне.

А деревья, как монументы,

Пьедестал как литого ствола,

Обнажённые ветви моментно

Прикасаются к небу слегка.

Ураган пронесётся, вслед вьюга

Закружит, заметёт… Но в мороз

Они будут стоять друг за другом

Небом меж и землёй в полный рост.

Из мира иного…

Устану ли удивляться

Природе вокруг себя?

Как будто примчала в царство

Иное меня судьба.

Как будто я вижу впервые

Деревья, кусты и траву,

Овраг, что дожди проливные

За ночь приравняли к пруду.

Тут дивно цветы распустились

И душу мою веселят,

Там утки к воде опустились

С ватагой пушистых утят.

То дождь поливает с запасом

Прозрачной живой водой,

То солнце оранжево-красно,

Вновь неба шатёр голубой.

Не раз эта благость воспета,

Но я словно вновь узнаю.

Иль это другая планета?

Из мира иного ль смотрю?

Традиция

Есть давняя традиция,

и в ней нетленный смысл

заложен прародителем,

кто мыслею был быстр,

кто, сплошь дела житейские

доподлинно познав,

завет почти библейский

оставил как наказ:

чтоб на пиру, в разгаре,

когда веселье в дым,

кричать не забывали

бы "Горько!" молодым.

То бишь, напоминание –

не будет жизнь сладка,

когда во дни печалия

не подана рука,

чтобы сойтись в объятии,

поцеловать в уста,

и вместе быть и в радости,

и в горе! И всегда!

Юношеское

(Когда стихи ещё писались на бумаге)

Ну, же выручи, бумага,

Душу дай излить,

И сказать, что не бы-ва-ет

Никакой любви!

Дай сказать, что всё пустое,

А мечты всё – блажь,

Только сердце, как шальное,

Так саднит, хоть плачь.

Только сердце всё сильнее

Ноет и болит,

И рассудок не умеет

Боль ту победить.

Он, наверно, не поборет,

Лишь притупит боль.

Вот и всё, что мы с тобою

Знаем про любовь…

Прощание

Мы встретились, чтоб разлучиться снова,

High Tech не полагает чувств,

И виртуальная общения основа,

Не пособляет единенью душ.

Случилось: параллельные дороги

Сошлись между собою на земле

На самые ничтожнейшие доли

Секунды, взмыв опять к космической стезе.

Не помогли ни ангелы, ни небо.

Как будто сговорились против все.

И что могли друг другу дать, наверно,

Исчезнет за ненужностью вообще.

Пройдет прощанье просто, как и должно,

И без ненадобных упрёков и обид,

И унесём в свой час мы в мир безмолвный,

Что не дано нам было разделить.

Любовь

Любовь волнует из веков в века:

и юношей, и жизнью умудрённых.

Она – полёт, паренье в облаках

двоих в объятии, восторгом опьянённых,

откликнется когда душа на взгляд,

сулящий неизведанную негу,

когда покоится в руке рука,

и сердце завораживает нежность.

Когда желанье встречи столь сильно,

что разом убираются преграды.

В любви в приметы веровать дано,

надежда в них на счастье и на радость.

И знаки шлют деревья и цветы,

и солнце, и луна, и звёзды,

зимой неведомо откуда теплоты

волна придёт и отведёт морозы.

И, кажется, что вечна жизнь сама,

полётом одарившая нежданно.

А если оборвётся вдруг струна?

Повремени, Всевышний,…ладно?

Я и мозг

Мозг через тридцать секунд

ставит меня в известность… .

Как будто бы мыслей суть

совсем не со мною вместе.

Отрезок меж мною и мной

стоит отдалённой дистанцией,

возможно, что к неземной

мозг подключён субстанции.

Но где тот источник найти

мы получаем мысли из?

Подлинно наши пути?

Чей-то, быть может, вымысел?

Всё проходит

Память храня об ушедших пред нами,

Легче принять, осознать и усвоить

Временность нашего пребывания

В мире людей и под этой луною.

И, чтобы жизни собственной данность

Не отягщать “о потом” беспокойством,

Каждой минуты чувствовать благость,

Даже секунды – пусть малое свойство.

На перепутьи же или в прострации

Помнить, терзали сомненья и мудрых,

Отправивших в помощь как информацию:

ВСЁ в жизни ПРОХОДИТ, как ни было б трудно.

A жизни смысл

A жизни смысл…, и есть ли он вообще?

Всё суета сует, пустая мишура.

И ни ответа, и ни отклика в душе…

А дальше, дальше, дальше – тишина.

Правда и ложь

По сути и по форме не равны:

За ложью правде не угнаться,

Простушке голой – нет цены,

Ложь в маски рядится и платья.

Разнообразен, пёстр её наряд,

Натура лжива априорно.

Ничей смутить её не может взгляд,

Почти во власти, и почти законна.

Молодые мамы

О, молодые мамы с детишками в колясках,

Ах, как они вам рады, восторг, сияют глазки.

К вам, мамы дорогие, ребёнок тянет ручку,

Зажав в кулак ваш палец, не хочет жизни лучшей.

А с нежностью какою вас ручки обнимают?!

Ведь сладостней объятий на свете не бывает.

О, молодые мамы, вот ваша птица счастья,

Ласкайте деток малых, вспорхнут ведь в одночасье…

И мир очарованья исчезнет в миг из жизни,

Досадное оставив: "Как молоды мы были!"

Рубикон

Вы уже перешли рубикон?

Ни звонков нет оттуда, ни писем,

Нас в неведенье держит властитель,

Он родитель, мы дети его.

Что же ждёт нас, что будет потом,

Свет увидим в конце мы тоннеля,

И пройдём по Эдема аллеям,

Или прахом все в землю уйдём?

Неизвестно, пока живы мы.

Нас тревожат воспоминанья

И свои, и чужие преданья,

Современны, правдивы ль они?

Никому не дано распознать.

Ни гигантам ума, ни пигмеям,

Непонятны нам Бога затеи.

Невозможно умом их объять!

Так задумано?

Бессмертное, как будто, человечество

В присутствии других миров

Стремлением увековечиться

Объято от зари веков.

Воздвигнутые пирамиды

И мавзолеи, и дворцы,

И храмы всех конфессий, очевидно,

Людей разъединить? Ответьте, мудрецы.

Чтоб Вавилон не повторился внове,

И чтоб никто на небеса не посягал,

Пресёк Всевышний, и почило в бозе

Единство всех народов – единство языка.

Жизнь

Жизнь, как будто ребёнок, а лицо – лист бумаги,

И в руках у ребёнка большой карандаш:

"Что хочу, то рисую, не волшебник, не маг я,

Просто я выполняю обычный заказ."

Это только сравненье, с жизнью всё не так просто,

Разрисует вас чётко, уничтожит до тла,

И расскажут, быть может, морщинки, как строки,

О саднящих всех ранах, что жизнь нанесла.

Вот морщинка под глазом, – дочь пришла вчера поздно,

А теперь под другим, и ползёт круто вниз,

И слеза проложила бороздку, – что ж, возраст!

Слезы с возрастом жгут, оставляя следы.

То палитра для жизни – наши беды-невзгоды,

А рука всё крепчает, всё мужает, творя,

Заменён карандаш на резец, и узоры

Вырезает резцом на лице у меня.

Режет больно резцом и лицо, и меня.

Круглые даты

На пороге круглых дат

Мы на десять лет моложе

Даты, следующей позже.

Та, что с множеством "десят"

На пороге круглых дат.

На пороге круглых дат

Задержаться бы подольше,

Ведь свежа, упруга кожа,

И глаза ещё блестят

На пороге круглых дат.

На пороге круглых дат

Очень трудно удержаться,

Жизнь торопится прощаться,

Годы, будто дни, летят

На пороге круглых дат.

На пороге круглых дат

Возникает опасенье:

Зачастили дни рожденья,

Словно разом все подряд

На пороге круглых дат.

На пороге круглых дат

Не спешите огорчаться:

С ними завтра не встречаться.

И отсрочке всякий рад

На пороге круглых дат.

На пороге круглых дат

Много больше, нет сомненья,

Ценим жизни все мгновенья,

Чем обычно, – во сто крат –

На пороге круглых дат.

На пороге круглых дат

Невозможно, к сожаленью,

Время подчинить хотенью,

Раскрутив часы назад,

На пороге круглых дат…

Просто жить

Ты говоришь:" Тепло до срока,

Назавтра обещают солнце,

Весна стоит у самого порога,

И лето к нам опять вернётся."

Всё расцветёт, как водится весною,

Из ягод летом сварим мы варенье,

А осень скатертью покроет золотою,

Из листьев, опадающих с деревьев.

Вновь ожиданье первого мороза

И снега, что потом опять забелит

Всё, что росло вокруг, – и наши розы,

И нас, пока мы проберёмся к двери.

Пройдут морозы, станет потеплее,

Сомнений нет, весна опять вернётся,

Возможно, будет к нам она добрее,

Подарит в этот раз побольше солнца.

Так совершит круговорот природа,

Который тем меня не вдохновляет,

Что бесконтролен он от года к году,

И выбора отнюдь не оставляет.

Минуло много лет, и ожиданье

Уже не восхищает мою душу,

Не хочется погодных мне страданий,

Я не скучаю по январской стуже.

Скажу, по правде, что мне надоело,

Сидеть, надеяться и ждать погоды,

Что непогода, в общем, одолела,

И что тепло могло бы скрасить годы,

Чтоб быть уверенным, хотя бы в солнце

Над головою лучше, а не где-то,

Чтоб не надеяться, что всё вернётся,

А просто жить в тепле и свете.

Зарубки

Мне уже ничего не кажется,

Даже и не мечтается.

День проживаю каждый я

В грубой во всю реальности.

Время, знай себе, годы отсчитывает,

Оставляет зарубки на память,

А, чтоб легче их было считывать,

На лице вырубает, заср…ц!

Быть-не быть

Жизнь моя, ты на конце иглы,

И игла запрятана в яйцо,

А яйцо в той утке там вдали,

Кто, когда и где собьёт её?

Жизнь моя, ты на конце иглы,

И игла запрятана в яйцо,

А яйцо в той утке, что вдали,

Но уже наведено ружьё.

Жизнь моя, ты на конце иглы,

Хитро спрятана игла в яйцо,

А яйцо в той утке средь травы,

Осторожно! Хрупкое оно.

Жизнь, де-факто, на конце иглы,

Между быть-не быть сверкнёт фотон,

И среди ни зги не видно мглы

На пути возникнет Рубикон…

Волшебный возраст

Волшебные тридцать! Побыли б подольше,

Можно без споров

Плюс три или пять.

Пусть тридцать девять, только не больше,

Лишь бы не сорок,

Что не объять,

Что беспределом

И над обрывом,

Вниз круто с горки – Держи лошадей!…

Казалось мне сорок

Безмерно огромным

И за пределами

Жизни моей.

Возраст не любви

Конечно, мой друг, ты против морщин

моих, я с тобою не спорю.

Они ни тебе и ни мне не нужны,

романтики нет в их истории.

Так жизнь отмечает, корежит лицо,

сомнений чтоб не оставалось.

Природа мудра, заморочить б её

Хотя бы на самую малость..

Что жизнь: пространство или время?

Иль створка малая, или окно,

Чтобы взирать на вечность со смиреньем,

Владеть которой Богом не дано?

Дано лишь заглянуть на огонёк, как в гости,

На время, вслед затем навек уйти.

Не думать, как о роке, о погосте,

О том, что не успеть сказать: "Прости!",

Исчезнуть, на ступень шагнув иную,

Оставив горечь безысходную в сердцах,

И завершив юдоль свою земную,

В неведомых рассеяться мирах.

Матрица

Океана вода солёная,

Будто бы из горючих слёз

По потерям в болезнях и войнах,

Что в веках пережить пришлось.

Миллионы людей рождаются

Миллиарды ушли с Земли,

Океана солёная матрица

Судеб, чаяний, грёз людских.

Быть может

Выходим на передовую

И отступать никак нельзя,

Быть может, годы иль минуты

Сомненья наши разрешат.

И силы, что сюда послали,