Неидеальный брак. Откровения о свободе

Глава 3

Алина

Я не спала почти всю ночь. Арс обнимал меня, грел, тактильно доказывал, что только со мной. И я верила. Может, кто-то, услышав от мужа предложение радикально разнообразить супружескую жизнь, сразу вынесет приговор: не любит, не хочет, кабель. Возможно даже, эти жены правы, но я верила, что он любит меня. Но его слова резанули и зацепили. Если бы Арс ляпнул, не подумав – я бы уже жалась к нему и мирно спала в теплых объятиях. Но по взгляду, интонациям, блеску в глазах считала, что он в теме. Что это не просто глупость, прочитанная в интернете. Возможность экспериментировать заинтересовала Арса. Разнообразие, и это не вибратор или костюмчик развратной медсестры. Это люди. Женщины в его постели. Внимание, поцелуи, секс. Или что там в свободных отношениях?

Я слышала, конечно, но только в общих чертах. Что можно не париться о верности. Больше ничего не знала. И не особо хотела. Никогда меня не привлекла возможность спать с кем-то, кроме мужа. Для меня это измена. Да и сейчас, даже чисто теоретически не могла представить чужака рядом со мной. Интим с ним. Естественно, я иногда фантазировала, никаких конкретных образов, так что-нибудь возбуждающее и пикантное, иногда грубое, а порой вообще стыдно думать о таком, но это только в голове! Ничего из этого не готова перенести в реальную жизнь. Теперь же фантазии Арса постучались в мою дверь, и я не знала, что с этим делать.

Утром уехала на работу пораньше. Я не готова сделать вид, что между нами не было разговора о свободных отношениях. Но и обсуждать эту тему не хотелось. Пока. Нам в любом случае нужно будет как-то это обсудить. Я не могла просто взять и спустить на тормозах информацию, что мой муж, вероятно, хочет заниматься сексом с кем-то, помимо меня. Увы и ах, Алина Юрьевна. Я реально построила блестящую карьеру, хорошо зарабатывала, но, видимо, не состоялась не только как мать, но и как жена.

– Как вчера прошло? – спросила у своего зама, просматривая документы из суда. – Почему решение о возбуждении исполнительного производства отложено? – нахмурилась, читая постановление.

– Адвокат подрядчика пытается заявить о банкротстве.

– И? – приподняла бровь. Да мне плевать. Пусть хоть последние трусы продают, но мы вернем свои деньги. Тем более все же понимают, что банкротство фиктивное. В «Аркаде» пытались тянуть время, чтобы добиться реструктуризации долга. Хотят заплатить меньше, сволочи.

– Я работаю, чтобы это не прокатило, – ответила Настя.

– Мне нужна вся информация об их финансовом состоянии. Вплоть до подштанников их директора.

– Ого! – удивилась Настя. – Ты чего такая жестокая?

Я мельком взглянула на нее и пожала плечами, возвращаясь к документам. Мы были коллегами и подругами. Уже пять лет вместе работали: я ей доверяла, но есть вещи, о которых сложно говорить. Я даже не про сор, который из избы выносить не нужно. Личное вроде как только между супругами? Или нет? Черт, мне нужно выговориться и услышать мнение со стороны. Подруг у меня было достаточно, но столь деликатную тему я могла обсудить только с сестрой.

– Я не хочу дать даже полшанса новому начальству прикопаться к моему отделу, – и это тоже было правдой. Своих ребят в обиду не дам!

– Кстати, насчет Громова, – Настя присела на край моего стола. – Назначишь мне командировку в Нижний? Хочу ехать в составе нашей делегации.

– Конечно, – легко согласилась. – Ты решила всерьез взяться за него?

Настя очаровательно улыбнулась. Эффектная высокая ухоженная брюнетка (не такая жгучая как я, но все же) – я вообще удивлена, что она до сих пор не замужем и без постоянного ухажера. Она чуть младше меня и говорила, что ни разу даже не доходило до серьезных предложений. Сама обрубала на корню такие. Настя тоже строила карьеру, хотела быть успешной, прежде чем связать жизнь с мужчиной. Чтобы потом не тыкал деньгами и не выделял деньги на ногти и реснички. По праздникам. Хорошая позиция современной женщины. Уверена, что у нее все получится. Правда, наш директор слишком вредный. Но, может, он такой, потому что у него «велосипеда» не было. А вот появится и добреть начнет.

– Удачи, – я подписала ее назначение в состав делегации на строительный форум. – Только будь осторожней, – и шепотом добавила: – Даниил Сергеевич – крепкий орешек, зубы не обломай.

– Породистый, да, – согласилась она. – А какой красивый и сексуальный, м-мм… – она прикусила губу и глаза к потолку подняла.

– Пожалуй, – вяло согласилась.

Вчера в салоне его автомобиля я, признаться, воспользовалась моментом: пока Громов изучал что-то в ноутбуке, я изучала его. Классический красавец с модной стрижкой и приличной такой брутальной щетиной. Привлекательный, сексуальный, пах вкусно – мужчина с картинки. Или с Патриков – таких модных типчиков сейчас именно так называли.

В пять часов я бросила в сумку телефон, перебросили через руку меховое пальто и осторожно вышла в коридор. У меня уважительная причина слинять пораньше – к сестре ехать на другой конец Москвы. У нас за это не наказывали, но я боялась, что поймают на полпути к лифту и будут дербанить часиков до восьми.

– Алина Юрьевна! – меня окликнули.

– Черт! – выругалась и ускорилась. Это не я.

– Алина Юрьевна!

Секретарь нашего нового директора не унималась.

– Я вам звонила, но вы не отвечали, – все-таки догнала меня. Я вынужденно остановилась. – Даниил Сергеевич вас вызывал.

Я специально вышла из рабочего чата, чтобы никто мне не писал. Вроде как меня нет. Я в домике.

– Юляшь, – я сжала ее ладонь, – прикрой, а? Скажи, что не нашла меня.

– Алина Юрьевна, но как же… Он же начальник…

– Которого ты знаешь два месяца, – закончила за нее, – а мы с тобой уже не первый год знакомы, – весомо закончила.

– Хорошо, Алина Юрьевна, – согласилась, – но если он меня сожрет…

– Не сожрет, – подбодрила, – я его по судам затаскаю.

Я быстро зашла в лифт и отвлеклась на телефон, не успев нажать на кнопку. Кабина мягко двинулась вверх.

– Блин, – ударила по панели, но двери уже открывались на этаже нашего директората. – Вот зараза… – тихо выругалась.

– И вам доброго вечера.

Все-таки у Громова отменный слух. А уши нормальные, кстати.

– Мне сказали, что вы уже уехали, – нахмурился, остановившись напротив меня. Высокий. Мне, чтобы прямо смотреть на него, голову пришлось прилично задрать. Но на меня габаритами давить не выйдет, муж- шкаф. – Вы проверили наши коммерческие предложения к форуму?

Лифт тормознул и вошло неприлично много людей. Громов не успел занять нормальное место, поэтому ничего лучше не придумал, как шагнуть ко мне еще ближе. Теперь полы его пальто прижимались к моей шубке.

– На лицо харассмент верхней одежды, – решила пошутить, потому что стояли мы возмутительно близко. Я носом в его грудь клюнула.

– Мое пальто не виновато, что ваше такое вызывающе привлекательное.

– Типичная отговорка мужчин, Даниил Сергеевич, – парировала я. – Даже если они пальто.

Громов неожиданно тихо рассмеялся. У него приятный смех, с хрипотцой, да и голос ничего так, когда не орет и не требует.

– Для форума документацию готовит Анастасия Викторовна, – ответила на вопрос. – Она будет сопровождать делегацию, – местечко рядом освободилось, и я шагнула в бок. Спасая свою шубку от приставаний пальто.

– Ясно, – прохладно ответил, больше не было намека на мягкость. – Пусть обсудят поездку с нашим оперативным директором.

– А вы не едете, что ли? – удивилась, забив на субординацию.

Он только густую бровь вскинул надменно. Ну и ладно. Пусть сами с Настей находят точки соприкосновения. Я рванули в Химки. Сестра ждет.

Лена с мужем и тремя детьми тоже жили в частном доме. У них еще собака и две кошки. В квартире не уместится. Я достала из багажника пакет с подарками – сегодня срочную доставку оформила, не могла же приехать к племянникам с пустыми руками.

Сестра была старше на десять лет, но ладили мы отлично. Наши родители жили в Королёве: вроде недалеко, но я не часто к ним выбиралась. Да и не очень хотела: расспросы и причитания, что внуков до сих пор нет, слушать в надцатый раз не было желания. Лена стала моей родной отдушиной. Вместо матери. Она слушала и не осуждала, а если и осуждала, то не отворачивалась от меня. Возможно, потому что у родителей есть ожидания и надежды, связанные с детьми, а у сестер нет.

– Тук-тук, – позвонила в домофон у калитки. В морозном воздухе разливался аппетитный запах сдобы. У меня слюнки потекли. Я, ведь, кроме кофе, не ела ничего. Говорят же, что кофе с молоком считается едой. Вот я и «ем» на нервах.

– Заходи, – услышала и сразу замок щелкнул. Мы с сестрой были противоположностями: как внешними данными, так и внутренними стремлениями. Она хорошенькая, высокая, с аппетитными формами и ярким румянцем. Я же гибкая, невысокая, с острыми скулами и лисьим разрезом глаз. Арс говорил, что у меня красота роковой женщины, хотя мне далеко до нуарных блондинок с крупными локонами. Он парировал, что дело не во внешности, а в том, что мужчины совершают подвиги или умирают именно из-за таких, как я. Врет, наверное.

У Лены муж, большой дом и трое сыновей, старшему из которых в этом году исполнилось двадцать лет. Она никогда не стремилась к независимости и чихать хотела на тех, кто считал домохозяйку лентяйкой и иждивенкой. Она мать и жена, виртуозно справлявшаяся со своими обязанностями.

Я, напротив, всегда хотела быть независимой и иметь свои деньги. Мы росли в рядовой семье на границе распада союза. Папа работал, мама на хозяйстве, с деньгами туго. Потом стало полегче, но мать всегда согласовывала с отцом все траты, потому что собственных денег не было. Для себя такого не хотелось, поэтому школа с медалью, бюджетное отделение юрфака МГУ, красный диплом. Да, я замужем, и мой муж, скажем так, успешен в своей службе государству, но финансово я вполне независима. Зарабатывала очень прилично.

– Привет! – сестра встретила на пороге.

– Замерзнешь! – я вручила ей пакет с гостинцами и быстро в дом отправила. Февраль злой выдался! – Вова дома?

– Нет, – махнула Лена и, скинув шерстяную кофту на кресло, поманила меня в кухню, – мы с Артемом вдвоем. Он уроки делает. Ну или в компьютер играет, – обреченно развела руками.

Ясно: из детей был только младший. Оно и к лучшему. Разговор у меня деликатный.

– Я пирожки пекла, будешь?

– Спрашиваешь! – воскликнула, устраиваясь с ногами на уютном диванчике и укрываясь пледом.

– Ты чего среди недели решила заскочить? – хлопотала сестра: чай наливала, выпечку на стол поставила.

Когда я поступила в университет, Лена требовала, чтобы у них жила, но я считала, что в молодой семье лишней буду, но подкрепиться к ним забегала. Сестра до сих пор пыталась кормить меня как голодного студента.

– Да так… – замялась, не решаясь начать разговор. – Есть новость…

– У тебя тоже?!

– В смысле? – не поняла.

– У меня тоже есть, что рассказать.

– Ты первая! – воскликнула я.

– Нет ты: дорогу молодым.

– Давай ты.

– Ну ладно. В общем, мы с Вовой подумали и решили родить девочку. Я беременна. Пятнадцать недель.

– Вау! – запищала и подпрыгнула, чтобы обнять и поздравить. Они хотели. Три пацана – конечно, нужна принцесса!

– Я немного разжирела, наверное, поэтому незаметно…

– Ты прекрасно выглядишь! И ты в офигенной форме – именно поэтому я не заподозрила. Поздравляю, сестричка, – чмокнула в щеку.

– А у тебя что? – с улыбкой поинтересовалась. Кажется, она решила, что я тоже…

Я только развела руками:

– А у меня свободные отношения! – сюрприззз! И я совсем не знала, что с этим делать. Кто-то детей в браке заводит, а кто-то любовников.

– Чего? – не поняла Лена. – С кем?

Я вкратце передала наш с мужем разговор и то, что узнала об открытом браке.

– Ах вот оно что… – она даже присела, задумчиво рассматривая картину за моей спиной. Я обернулась: Ялта, август, парус, красиво, да. – Это вроде как можно присмотреться к другим мужчинам с одобрения законного супруга?

– Нет, – тряхнула волосами, – это вроде как про другое. Свобода, личный выбор, полное доверие.

– А соглашайся! – неожиданно выдала.

– В смысле?! – я даже чаем поперхнулась, закашлявшись.

– А что? – продолжила она. – Если вы реально крепкая пара, то ничего не произойдет, только нервишки пощекочите знанием «а если вдруг?».

– А если произойдет?

Сестра промолчала. Я тоже сникла.

– А если это своеобразный способ, осознанный или нет, подвести нас к разводу? Может, Арс хочет развестись со мной…

– Возможно, и ты захочешь развестись с ним после этого эксперимента, – весомо пикировала. – Вдруг ты встретишь мужчину, от которого сможешь родить. Ты ведь хочешь, я знаю.

– А если он встретит? – шепотом спросила. – Если Арс встретит девушку, которая родит ему?

– Значит, туда ему и дорога! – воскликнула она. – Если б мне Вовка предложил такое, я бы согласилась и заставила бы его так ревновать, чтобы вся дурь сразу из головы вылетела. Ох уж эти мужики с кризисом среднего возраста…

Домой вернулась задумчивой: пила вино и размышляла. Когда вернулся муж, я готова была обсудить этот эксперимент. Просто обсудить…

Глава 4

Арс

Я подошел к загадочной, но дрожащей жене, мягко разжал пальцы, освобождая ножку бокала и сделал глоток густого красного именно там, где остался след ее помады. Я тоже нервничал. Этот разговор, откровенный и интимный, может сделать нас еще ближе или же развести по разные стороны. Я должен сделать все, чтобы случилось первое.

– Задай вопрос, любимая, – шепнул, увлекая жену к креслу, усаживая на колени, баюкая свою девочку.

– Тебе действительно это нужно? – спросила тихо-тихо, как нечто сокровенное. Вероятно, так и было.

– Нет, – ответил честно. – Но я совру, если скажу, что эта идея не взбудоражила меня.

– Ты долго думал об этом?

– Полгода.

– Полгода?!

Алина подняла на меня глаза и выглядела настолько по-детски растеряно, что я потянулся к ее губам. Такой доверчиво невинной моя жена бывала крайне редко. И, возможно, мне этого немного не хватало.

Я ж обычный мент и ментально тоже! Пусть и упакован в современный образ интеллигентного современного управленца только при погонах. Да, мне нравилось на каком-то зверином уровне подчинение и послушание: как на службе, так и в постели. Приручать сильную стерву – очень приятно, но иногда хочется, чтобы Алина была покорной застенчивой скромницей…

– Ты полгода думаешь о том, чтобы открыть наш брак, а я ничего не заметила. Как так? – посмотрела на меня с диким ошеломлением.

– Лин, – начал тихо, – я не сидел и грезил этой идеей, просто интересовался: смотрел, слушал, читал.

– И как это? – осторожно спросила и, прочистив горло, уточнила: – Как вообще это происходит? Что такое «свободные отношения»?

Я поднялся вместе с женой на руках и сделал небольшую рокировку: теперь Алина сидела в кресле, а я опустился вниз и обнял ее колени. Смотрел на нее, стараясь не терять контакт. У меня юридическое образование, поэтому с красноречием проблем не было, но сейчас другое: мне нужно не просто убедить человека, используя манипуляции и слабые точки оппонента, а донести до любимой женщины, что она останется любимой, несмотря на новые возможности для нас обоих.

– Это прежде всего доверие и уверенность друг в друге, – начал осторожно. – Чтобы ни происходило за пределами наших с тобой отношений, на наш брак, чувства и любовь это не повлияет, понимаешь?

– Ты так в этом уверен? Уверен во мне?

– Да, – ответил твердо. В нее я верил.

– И ты бы не ревновал, если я с кем-то… – повела острым плечиком.

– Да я закипаю только об одной мысли! – воскликнул в сердцах! Это стопроцентная правда. Я еще не познал дзен, который смирил бы ревность и собственнические замашки. – Мне сложно даже фантазировать на эту тему.

– Как же бороться с ревностью? – нахмурилась Алина. – Ведь это все, – она обвела рукой круг в воздухе, – должно приносить удовольствие, а не заставлять нервно грызть ногти. Разве нет?

– Можно начать с малого, – и пояснил: – Фантазии будто бы тебя трахает другой мужик, – моя рука поползла по ее бедру. На ней были шерстяные высокие гольфы и платье в тон – очень эротично. – Закрой глаза, – шепнул. – Ножки разведи, – коснулся гладкой ткани трусиков и погладил. Жаль, что у нее месячные, эх…

Жена эротично облизнулась и потерлась набухшими нижними губами о мои пальцы. Я одной рукой медленно ласкал ее, другой расстегнул ремень, освобождая налитой член. Все это очень возбуждало. Но главное, чтобы ей понравилось.

– Представь, что тебя касается кто-то другой, – говорил хрипло. – Ты позволяешь ему, – подцепил тонкую полоску между ног и сдвинул в бок, – коснуться тебя между ног. Делать тебе хорошо, трахать тебя рукой, губами, членом, – имитировала секс, стараясь сдержаться и не вырвать к херам блядскую веревочку.

Я не куколд, и смотреть даже на воображаемый секс жены с другим – мерзко. Поэтому я тоже представлял, что передо мной сидит скромная девственница, которой только предстояло познать, насколько она развратна. Это можно было бы считать ролевой игрой, если бы нервы не щекотала мысль, что это игра может состояться в реальности. Я усиленно сжимал головку, дрочил с таким удовольствием, словно меня ждал первый оргазм. Ствол каменный, возбужденный запретной похотью. Или свободной и доступной? Это все может стать нашим в реальности.

Я сдернул с плеча платье, оголяя упругую грудь. Мне нравилось смотреть как твердеют соски и подпрыгивают сиськи.

– Стони сильнее, девочка, – умело натирал разбухший клитор. – Громче стони. Не бойся. Я хочу это слышать.

И она в голос стонала, терлась и насаживалась промежностью на мои пальцы, ласкала груди, накручивая бледно-розовые соски. Кончила, больно впившись ногтями в мое запястье. Я тоже был близко, но заканчивать в кулак не хотелось.

– Не открывай глаза! – властно приказал, заметив, как дрогнули ресницы. – Ротик, – надавил на нижнюю губы и вставила головку. – Работай языком… Соси… Бери глубже… – контролировал каждое движение. Хорошо как. Я обхватил ее голову и агрессивно заработал бедрами. – Яйца сожми… Да… Да! – кончил бурно, войдя в горло на полную, лобком прижимаясь к ее губам. Охуенно.

– Пойдем в душ… – подхватил ослабевшую жену на руки. В ванной раздел и посмотрел на раскрасневшееся личико. Алина стрельнула в меня хмельным взглядом и демонстративно облизнула губы. Да, она никогда не сплевывала. Она вообще очень бережно относилась к моей сперме. Я снова почувствовал дикое возбуждение. Но теперь хотел именно ее: дерзкую стерву, роковую красавицу, свою жену. – Извини, любимая, – резко развернул ее, надавил на поясницу, заставляя прогнуться, выдернул блядскую веревочку и круто вошел. – Словно девственницу ебу… – простонал на ухо. – Заводит…

Алина так живо подмахивала, хотя раком трахаться не очень любила, кончить не могла, но не сегодня. Сегодня мы оба обрели и прочувствовали что-то новое.

– Как тебе? – спросил, когда мы уже лежал в постели, обнимались и нежничали.

– Было хорошо. Ты же почувствовал. Если это и есть свободные отношения, то… – и заразительно рассмеялась.

– Это возможности, Алина. Они могут быть разными. Можно обговорить, что для нас с тобой приемлемо, а что нет. Свободные отношения – это не секс с каждым встречным-поперечным. Это общение, флирт, встречи и даже близость, но без жуткого чувства неправильности.

– Типа: игриво улыбнуться на комплимент, принять цветы, позволить флирту зайти дальше положенного, и я не буду тварью? – Алина приподнялась, устроив подбородок на моей груди.

– Именно. Мы с тобой можем делиться какими-то моментами, обсуждать, добавлять перца в нашу постель или, наоборот, возбуждаться от тайного знания, понимаешь?

Я пока не представлял, что моя жена подпустит к себе кого-нибудь. Вряд ли какой-то хрен получить доступ к телу, не такая Алина. Не думаю, что она в принципе воспользуется своим правом налево, но на всякий случай уточнил:

– Лин, если что, я бы не хотел знать… Пока не готов, – усмехнулся весело, но на самом деле сейчас максимально уязвим.

– То есть мы уже решили, что… откроем наш брак? – проговорила задумчиво.

– У тебя, как и у меня, есть право закрыть брак и выйти из свободных отношений в любой момент. И помни, что ты моя, а я только твой, все остальное – антураж.

Алина не ответила, только удобно устроила голову на моем плече и закрыла глаза. Минут через пять я услышал:

– Я тоже не хочу знать, если ты с кем-то переспишь…

Я не стал убеждать, что этого не будет. Потому что сам не знал, как теперь будет…

Глава 5

Арс

Уже как месяц наш брак был условно открытым. Но я не торопился впускать в него кого-то конкретного или переходить к активным действием. Сам факт, знание, что могу сделать что-то недоступное моногамным парами, подстегивал похлеще жесткой порнухи. Алинка тоже ощущала этот бесплотный дух сексуальной дозволенности и раскрепощенности. Наверняка, стала жопой на работе перед мужиками крутить и наслаждаться их реакцией без страха, что до меня дойдет. У них частенько семейные корпоративы, я там многих знал: много баб, и все жуткие сплетницы. Секс у нас стал ярче и бодрее. А будет еще лучше, уверен.

В обед поехал к отцу в главное управление собственной безопасности МВД. Просил по важному вопросу приехать. Сейчас в смежном с моим отделом проверка в отношении одного человечка при больших погонах шла. Собственная безопасность лютует. Я никаким боком не участвовал, моего личного интереса в лишении должности и посадке этого человечка не было. Возможно, отцу какая-то помощь нужна, хотя у него целое управление архаровцев.

– Вызывали, товарищ генерал-лейтенант? – обратился по уставу. Отец мне не начальник, но звание обязывало.

– Вольно, – довольно прокашлялся и пригласил присесть напротив. Кабинет у него боярский: максимально дорого и богато, но в рамках государственного служащего. Такой президентский люкс на минималках.

– Что-то случилось?

Отец кивнул на толстую папку с делом. Я открыл, глазами пробежал, прежде чем спросить:

– Что от меня нужно?

– Скоро снимут Иванникова, – поделился планами. – Я к вам своего человечка поставить хочу. Помнишь Марка Георгиевича?

Я кивнул, углубляясь в изучение послужного списка, видимо, сына старого сослуживца отца.

– Пацана его пристроить на хлебное место нужно, – отец тет-а-тет говорил откровенно и по делу. – Возьмешь под крыло?

Ну что же, парень вроде неплохой: служил, воевал в горячих точках, образование хорошее. Главное, чтобы берега видел, а дальше воспитаем и привьем.

– Ты мог и позвонить с этим вопросом, – отложил дело, – зачем вызывать было?

– Я что, сына увидеть не могу? – воскликнул отец. – Как Алина? Когда в гости приедете?

– Не знаю. Работы много, – сухо отозвался.

Мы с женой перестали навещать родителей с обеих сторон: задолбались слушать про внуков.

– Ты хоть матери позвони. Будь умнее, м?

С мамой я не разговаривал месяц: поругались в последний наш визит. Сначала она мягко намекал на внуков, потом вслух рассуждала об отсутствии у нас детей, а в последний раз в голосину орала и требовала родить.

– Ладно пап, заедем на днях, – протянул руку, – только ты маме внушение сделай, лады?

Он скривился. Да, она жена офицера, ее не приструнить, это ж не зеленый солдатик.

В управление вернулся только к концу рабочего дня: Алина меня, такого свободного (ага!), отправила в чайный бутик: без чашки чая вечером ее не поймать. Ей собрали коллекцию новых вкусов, и поскольку я был на колесах, мне выпала честь забирать.