Люська, или Богиня-неудачница

Елена Лейман

Люська, или Богиня-неудачница

Глава 1. Почему хреново быть богиней или Вселенная с чувством юмора

Пятничный вечер в элитном баре скрашивала ненавязчивая музыка, доносящаяся из колонок. Несколько девушек собрались в закрытом заведении, куда пускали только своих и очень сильно по интересам – молодых, красивых и незамужних. Девушек, конечно. Из мужского контингента здесь были только Мистеры Толстосумы.

А Люсеньке хотелось на море, прям вусмерть. О чем она и вещала битых три часа своим подружайкам на очередном девичнике. Люсьена, или попросту Люська, была длинноногой миловидной блондинкой с ярко-голубыми глазами. Очень симпатичная, но не подходящая под все каноны красоты соцсетей, иначе б она не работала пятидневку в офисе, а сидела где-нибудь на Мальдивах и дышала маткой. Мечты-мечты… Приходилось полулежа сидеть с бокалом шампанского на красном кожаном диване, покачивая туфелькой на кончиках пальцев. Настроение было ни к черту – начальник наорал, на пояснице выскочил прыщик, да и вообще… И Славик-козел, бывший ухажер, постоянно названивал и ныл, чтобы Люся к нему вернулась. А куда возвращаться-то? Тридцатипятилетний увалень, который до сих пор жил с родителями в убитой хрущевке, категорически не хотел "работать на дядю" и все еще "искал себя". Чаще всего за счет Люси.

– Хочу в отпуск! На пляж и в теплую водичку! Загорать и купаться! Тварь я дрожащая или, – ик!, – право имею?

– Последние три года ты имела только инфантильного Славика и полное отсутствие отпуска, – флегматично напомнила одна из подружек, которая мысленно примеряла на себя весь присутствующий контингент “кошельков”. Пока улов выглядел откровенно жалко.

– А пошли запрос во Вселенную! Она ж всё слышит, мы ж волшебницы! Надо только просить правильно! – насоветовала вторая, которая активно занималась саморазвитием, посещая самые разнообразные курсы за счет своего "папика" – от макрамэ и эротического массажа, до правильных диалогов со Вселенной, хатха-йоги и “пробуждение внутренней богини”.

"А, фиг с вами! Все равно так, как я сейчас живу, мне категорически не нравится!" – мысленно согласилась Люся, заполировав свое настроение остатками шампанского в бокале.

Попросила, как на духу. Еще и зажмурилась для пущего эффекта…

* * *

Сначала ничего, кроме воды, не было. Только широкое-широкое море и солнце, воспарившее высоко над облаками. Единственными обитателями этого мира были животные. Они жили на воде, под морской гладью или летали по воздуху. Тишина накрывала это место теплым одеялом покоя и умиротворения ровно до одного момента.

Потом с неба упала женщина. Люська, блин!

Почувствовав ветер на обнажённой коже, девушка удивленно раскрыла глаза и завизжала со всей силы собственных легких. Ни девичника, ни кожаного дивана, ни нового красного платья на тонких бретельках, ни шампанского в бокале рядом не было, а сама девушка летела прямиком в синее бескрайнее… Небо? Довыпрашивалась! Только как-то странно летит, ощущение, будто вниз, а небо же сверху??

– А-а-а-а-а! – драла глотку девушка. Откуда только бас прорезался?

Тем временем у двух гагар было романтическое свидание. Черно-белый Птыц уже почти уговорил свою любимую Птыцу на потомство, но чей-то вопль сбил весь лямурный настрой.

– Да твою ж мать… – протянул самец, поняв, что же такое загадочное «не везет».

– Маму не трогай. Лови давай, – откликнулась Птыца и рванула на звук. Пернатой было любопытно, что же там такое новенькое решило разрушить их благолепие.

Подхватили гагары Люську на крылья, только лишние килограммы добычи не дали им унести женщину. Начали снижаться. Люська, обессиленная, молча таращилась на гладь воды, глупо хлопая глазами. Картинка мира упорно не хотела укладываться в голову.

– Памагитя-я-я-я!!! – не выдержал Птыц и заголосил, когда понял, что сейчас они рухнут прямо в воду. Хотя поводов для опасений не было – они ж водоплавающие. Видимо, паника вещь заразная.

Птыца снисходительно фыркнула себе под клюв и пробурчала:

– Слабак. Гнездо ему, щаз… Перья смажу и поскольжу!

А внизу под предполагаемым местом падения уже собралась небольшая компания из морских тварей, увидев которых, Люська благоразумно решила уйти в обморок.

– Упадут… – донеслось снизу.

– Потонут! – заволновались твари.

– Так, а ну ша, заткнулись все! – вылезла старая мудрая черепаха Тора. Мудрой она была по возрасту и по умению быстро всех заткнуть и построить. Авторитетная была.

Оценив ситуацию, большая черепаха что-то подумала, кивнула собственным мыслям и устремила голову в небо:

– На спину мне добычу свою несите, может, поместится! – крикнула она гагарам.

Те с облегчением спикировали, бережно попытавшись плюхнуть Люську на горячую черепашью спину.

– Странная дичь. Непонятная. Орёт много, с неба падает, да и плавать не умеет, – гудели твари, окружив тело черепахи.

– Зато хорошенькая, – отмахнулась Тора, вывернув шею.

Люська для своего человеческого тела была настоящей милашкой даже среди животных – везде, где бы не появлялась, ее окружали котята, собаки, даже птицы пытались сесть ей на плечи, за что девушка получала ехидные комментарии окружающих про сказочную принцессу. А если к обаянию и внешности прибавить неуемный характер и талантом попадать в разные передряги – то принцесса превращалась в чудо в перьях. То педикюр начнет делать и ногу вывихнет, то котенка на дереве решит спасать, но МЧС почему-то начнут вызывать именно ей… Да и с мужиками не особо везло, если честно – из-за белоснежных волос ее воспринимали как глупышку, хотя очень даже зря. Везенья, конечно, не было, а мозги – вот они, родненькие, хоть уже и слегка пришибленные.

– Землю ей надо, условия какие-никакие, а то подохнет! Чай, не рыба и не русалка. Ныряйте давайте, землица у нас на дне морском, – велела черепаха, решив оставить странную зверушку себе.

Вся живность дружно проматерились и давай нырять. Но не получалось. В итоге нырнула Жаба, поминая всех мам и прочую родню как черепахи, так и человечки.

Ухватив лапками горстку, всплыла Жаба, разровняла землю по спине черепахи.

– Су… – выдохнула Жаба с чувством выполненного долга и уплыла от греха подальше.

– Точно, суша! Так и назовём, – обрадовалась черепаха и стала ждать, пока проснётся её первая женщина.

Так и появился мир, который впоследствии назвали Большой Черой, честь места, где впервые появилась богиня – на спине черепахи.

Люська, очнувшись на туше необъятной черепахи, размеры которой превышали площадь ее родной хрущевки, сначала не поняла, где она. Вроде же тихо-мирно сидели с девочками, болтали о всяком разном.

“Странно, я вообще где?” – девушка, со стоном разлепив глаза, приподнялась на локтях, чтобы без сил рухнуть обратно.

– Очнулась, ягодка моя? – почти нежно прозвучало над ухом. Голос говорящего был похож на старческий, с легкой хрипотцой и наличием свистящих ноток.

– Вроде да, только пить сильно хочется, – ответила Люся и все-таки села, осмотревшись и, чуть не заорав, начала мотать головой во все стороны, как норовистая лошадь.

– Мать моя женщина, я вообще где? – выдала блондинка, а когда увидела, на ком она вообще сидит, потеряла дар речи.

– В твоем мире. Ты вроде как его создала собственным желанием, – охотно стала рассказывать Тора.

Оказалось, этого мира изначально не было. А потом в единый момент появился. А девушка с досадой вспомнила, как все детство рисовала море, солнце с облаками, огромную черепаху с рыбками и вдали островок с пальмой.

“Вот это выверты сознания! Надо было с детства рисовать лексусы и виллы на Канарах”, – грустно подумалось блондинке.

– Не поверишь, мы даже не разговаривали! Только когда увидели, что кто-то летит на нас с небес, обрели дар речи, – тем временем заливалась восторгом черепаха. – И имена свои осознали, только когда ты здесь появилась. Кстати, как тебя называть?

– Люся. Люсьена Фиалкова, если быть точнее, – тон черепахи убаюкивал, отчего девушка потихоньку начала успокаиваться.

– Меня зовут Тора, моя девочка, – улыбнулась черепаха, а блондинка чуть не икнула – вид был… интригующий.

“Подумаю об этом завтра. А лучше послезавтра. Или вообще, когда в голове будет свободное место”, – решила она.

Напившись воды из пресного моря, просто низко опустившись с тела Торы, девушка вдруг, поняла, насколько крупно попала – цивилизации нет, удобств никаких, зато вокруг бескрайнее море и звери-поклонники. Морские твари, как только поняли, что опасности свалившаяся на них богиня не представляет, наперебой с Торой начали ей петь дифирамбы, что она их создательница и всё такое, но голова-то у девушки круглая, а мысли в ней почему-то квадратные. Не помещаются.

«Сбылась мечта идиотки, пробудила кого попало. Дотрепалась со Вселенной. Да если б я знала, то капли в рот бы не брала и о глупостях не думала!», – мысленно истерила девушка, ошалело переводя взгляд с одной живности на другую. Кого здесь только не было – раки, скаты, осьминог, множество самых разных рыб, а также чайки, гагары и другие птицы.

"Почувствуй себя Ариэль!" – фыркнула девушка, пытаясь хотя бы собственными шутками усмирить распоясавшуюся "кукуху".

К счастью, с пропитанием всё было неплохо устроено благодаря той же Торе – то рыбки самоубиться решат, то водорослями откупались. Вода в море была удивительно чистая и вкусная – так как цивилизованное человечество в этот мир пока добралось только в виде Люськи, то и загадить окружающий мир еще не успело.

Однако на правильном питании продержится далеко не каждый энтузиаст:

– Я скоро сдохну с такой диетой! – взвыла Люська через несколько дней после очередного «жертвоприношения» и самых настоящих крокодиловых слез.

Ну кто виноват, что друг крокодила Дила, экзотическая рыбка Фига в зелено-красную полоску решит закончить жизнь таким оригинальным способом, как посвятить свою смерть их богинечке? Пришлось успокаивать зубастого и отмахиваться от очередного жаброносца.

– А чего тебе сдыхать-то, ты ж богиня? – тем временем озадачилась Тора, которая откровенно не понимала, чем ее роднулечка недовольна. – Пропитание у тебя есть, воды буквально море, водные процедуры обеспечивают… Даже по утрам птицы не будят, специально помалкивают! Сервис!

– Да человек я! Нормально жрущий, а не только сырую рыбу с пресной водичкой! – взвилась блондинка. – Достало быть богиней, я жизнь за борщ продам и за отсутствие этих хвостатых фанатиков-идиотов!

Тора призадумалась. Люся успела за эти дни рассказать черепахе, ставшей практически подругой, все о своей жизни, поэтому рептилия предложила следующее:

– А давай живой водой тебя напоим и есть вообще больше не понадобится?

– Серьёзно? Где у вас тут водятся катоды, аноды, электроды и прочая хренотень, которой советские учёные баловались? – вызверилась Люська, вспомнив уроки физики и нелюбимую учительницу, которая все мистические явления пыталась объяснить с научной точки зрения.

«Интересно, как бы она обосновала мое морское путешествие? Галлюцинациями на фоне паленого алкоголя?», – хмыкнула блондинка.

– Тю, мила моя, а скаты с угрями тебе глазки просто так, что ли, строят? – черепаха вернула Люську к действительности.

Девушка думала, что обалдеть больше, чем есть, уже не получится. Но жизнь полна новых красок.

В итоге электрические гады (прошедшие жесточайший отбор, чуть не передрались же!) заползли на необъятную тушу Торы, нашли небольшой на панцире кратер с водой и начали весело там плескаться, пуская заряды по воде. Торе было за счастье – такой массаж бывает ей выпал впервые. А Люська, памятуя про некогда любимый грех чревоугодия, налакалась этой живой воды, как заправский алкоголик – просто на всякий случай.

Но есть ей больше не хотелось, бессмертием сыта была по самые гланды. По крайней мере, пока.

Но ведь современный человек ест еду для удовольствия, а не из-за чувства голода, не так ли?

Поэтому приключения решили не заканчиваться.

* * *

Люська, хоть и считалась бессмертной, но проверять способности на практике не решилась, да и аппетита не теряла. Поэтому девушка твердо решила найти себе кусок мяса. Жареного и с кровью. И людей. Желания эти взаимосвязаны не были, просто одиноко ей было в звериной компании.

"Вселенная-я-я! Мне скучно! Хочу компанию человеческую! Ну пожа-а-а-алуйста!", – мысленно взывала богинечка после очередного предложения рыбы-фугу показать, как она в шарик надувается. Ну оч-ч-чень увлекательное зрелище. В тридцатый раз за день.

Тора, считая свою маленькую богинечку сущим капризным ребенком, всячески потакала ее прихотям и подговорила гагара Птыца найти в где-нибудь дичь для Люси. Тот, подгоняемый обещаниями Птыци о потомстве, улетел, как наскипидаренный.

В итоге, спустя некоторое время, гагар вернулся с горящими глазами. Без дичи, зато с новостями – за несколько верст полета нашлась неизведанная земля. Даже с зеленью.

Птыцу за такую новость чуть не убила Тора, а Люська уверенно заявила, что хочет переселяться на землю, чем обижала старую черепаху чуть не до слез.

– Неблагодарная! Я тебя отмыла, очистила так чисто, а ты!

– Ага-ага, фиг-вамы рисую, плывем же скорее туда!

Делать нечего, поплыли. Вскоре Люська уже ощущала под ногами теплоту белого песочка, а глаза радовались зеленью джунглей. Морские твари решили бдеть за своей "бедовой богинечкой", поэтому возвращаться в большую воду без Люськи отказались наотрез. Некоторые резко перевоспитались в земноводных, даже Тора временно выползла на берег.

– Люсенька, я с тобой пойду. Ты девочка бедовая, набедокуришь еще чего, а ты у нас одна такая! За тобой присмотр нужен, так что мы с тобой останемся, а в воду возвращаться будем только по необходимости! – твердо заявила старая черепаха.

Так, спустя неделю мучений лазанья по деревьям и гонок за кроликами (чего только с голодухи не сотворишь), Люська добыла-таки тушку. Мясную. И активно пускала на нее слюни.

Но сырьем ей мясо, пусть даже очень желанное, не лезло в горло. В результате в "культ Люськи", как она скромно называла своих приспешников, присоединились человекообразные обезьяны, которые уже вполне неплохо справлялись с самодельными орудиями труда и скорее походили на неандертальцев.

"Ну вот, а говорите, богиня! Тут же Дарвин прям от всей души потоптался!" – хихикала девушка, наблюдая за аборигенами, которые ловко развели костер, разделали тушку и уже хотели бросить мясо на горячие угли.

– Погодите! Можно я? – влезла Люська.

– Нам говори, хозяйка, все сделаем, – отозвалась одна из первобытных. Интересно, что речью человекообразные уже обладали, и Люся их сносно понимала.

Девушка начала руководить. Аборигены, переглянувшись, принесли все необходимое – пряные "травы жизни", мед в странной чаше (как пояснили аборигены, это был ритуальный кубок из черепа волка) и тонкие, но крепкие нити, которые самки уже начали использовать для шитья.

В итоге Люська научила местных делать рулет из кролика – тушу разрезали на относительно тонкие пласты, натерли травами и медом, а после крепко перевязали нитями, чтобы рулет держал форму.

Но, как только по поляне, где происходило все действо, поплыл аромат уже готового блюда, а Люська, пританцовывая от нетерпения, взяла в руки вожделенную вкусняшку, произошло странное.

Готовое мясо взвизгнуло в руках, отрастило конечности и, вереща, отскочило на землю. Спустя пару секунд перед ошарашенным взором богинечки предстал живой и невредимый заяц, изгвазданный травами и медом. При этом ушастый благим матом орал, что он живой и больше не дастся ни в живом, ни в мертвом состоянии.

Выпалив свою речь хрипящим фальцетом, некогда готовый к употреблению заяц развернулся и ускакал в чащу, оставляя после себя лишь аппетитный запах запеченной крольчатины.

– Обалдеть… Воскрес, то есть ожил… – промямлила Люська и уже почти по привычке упала без чувств. А перед глазами у нее летали созвездия из котлет и пельменей.

Глава 2. Доораться до небес

Жизнь текла своим чередом. Девушке первобытные спели ту же песню про богиню, что ранее вещали морские твари, а после обустроили блондинке место для сна, собрав широкие мягкие листья с какого-то тропического дерева. Вместо уже пришедшего в непригодность красного платья на бретелях выдали подобие юбки из широких листьев и топик из половинок кокоса. Девчонка честно старалась не ржать, вспоминая популярный мультик про принцессу с Гавайев, но получалось слабо.

С едой картина не менялась – злой блондинке пришлось терпеливо подъедать все фрукты, до которых могли дотянуться окружающие. В вегетарианство это ее, естественно, не обратило, но жить стало хоть чуточку веселей – хоть какое-то разнообразие к постылой рыбе.

В один день одна из аборигенок, которую, как оказалось, зовут Мовут, повела Люсю на экскурсию по материку.

– Хозяйка, ты не думай, не такие уж мы "тёмные", мы даже место святое нашли, где тебе молиться!

– Что ты все заладила, хозяйка-хозяйка, зовите меня Люсей! – махнула девушка, отчего Мовут низко поклонилась.

– Хорошо, Люся. Спасибо, что доверила нам свое имя. Так что, показать тебе место для молитв?

От любопытства кошка сдохла, а Люське и того уже не грозило. Пошла смотреть, интересно же!

Гору называли Шаманка, которая находилась на берегу бескрайней воды.

– Когда-то здесь жила злая шаманка, которая охраняла свои несметные сокровища. Увидев однажды незваных гостей, колдунья начинала метать молнии, вокруг заколдованного места образовывалась сильнейшая гроза, грохотал оглушительный гром, от звука которого можно оглохнуть, – рассказала Мовут. – Наши мужчины пытались уничтожить шаманку, но их стрелы не могли навредить колдунье, потому что воины хотели забрать себе все сокровища. Однажды туда отправился молодой Оотунг, он пустил стрелу и пронзил сердце коварной шаманки, потому что намерения его были благими, ведь не хотел он забирать себе богатства, а поровну разделить между всеми в поселении. Так и умерла колдунья.

Люська промолчала, а потом не выдержала:

– Я сильно извиняюсь, но вам зачем богатства-то? У вас же пока…

– Из камушков бусики делали, – отозвалась Мовут.

«Пришли и раскулачили жадину-модницу. Это вы ещё до айфонов не доросли», – хмыкнула девушка и в голове стала играть забавная песенка из одной соцсети.

Место и вправду было особенным, на тело сразу наваливался покой. А в богинечкиной голове продолжало звучать: «Я! Хочу нормального мужика!». И мысли о еде, конечно же.

Вдруг посреди ясного неба ударила молния, а из пещеры на скале раздался тихий мат.

– Какая… меня вызвала?!

На свет (божий?) из пещеры показался высокий брюнет с ясными светло-голубыми глазами и развитой мускулатурой. Загорелый, очень злой, босой и в одних белых штанах на завязочках, которые спускались достаточно низко, чтобы Люся успела пересчитать все кубики пресса и рассмотреть косые мышцы живота. Мовут, увидев это чудо, бросилась перед ним на колени.

– Бог! Бог молний!! Вернулся!

«И тут конкуренция. А кадр ничего такой, аппетитный», – промелькнуло в голове Люси, а потом стало весело и интересно.

Рох, бог с соседнего мира, периодически баловался порталами. Перепив когда-то вина в родном мире, свалился в этот, а местные его чуть не съели. Пришлось учить цивилизованной охоте на всякую съедобную дичь, а не заниматься каннибализмом.

«Эх, значит, все-таки не Дарвин», – взгрустнулось девушке.

В итоге всё закончилось тем, что Рох и Люська жаловались друг другу на жизнь под бутылку самогона, которую мужчина виртуозно в мгновение вытащил из временного портала. Оказалось, боги так умеют. Мечтая о мясе с мясом под мясным соусом, Люська взмолилась об уроках.

Через пару часов упорных тренировок, девушка с утробным урчанием наконец-то ела вожделенный чебурек со свининой. Сама достала, сама! Из чебуречной на углу, где Люська периодически перекусывала после работы.

“Надеюсь, мне никто потом не предъявит счет”, – злорадствовала девушка, ладошкой вытирая сок с подбородка.

– Я тебя люблю! – промычала она Роху, а тот только усмехнулся.

– Да ладно тебе, мне приятно было тебя научить. А то ты на меня так плотоядно смотрела, не хуже твоих черов, – и многозначительно подмигнул.

Люся покраснела. Голод бывает всякий. Поэтому девушка вновь вгрызлась в чебурек. Так оно безопаснее, да и давно не балованный вкусняшками желудок категорически призывал обратить на себя внимание. Поэтому после чебурека на очереди были котлеты, большой баскет куриных ножек и крылышек с картошкой фри, а на закуску – огромная шаурма.

"Обожруся и помру молодой!" – счастливо решила Люся, запивая еду самогоном и веселея от каждого глотка.

Рох оказался кладезью полезных знаний. После второй бутылки алкоголя и трёх часов излияния друг другу всего наболевшего, мужчина выдал:

– Слушай, а ты вообще в себя-то веришь? Тьфу, в богов то есть?

– Ну… Вроде да, знаю многих, по крайней мере, – хоть самогон был крепкий, но в голову не бил, поэтому отвечала девушка достаточно ясно.

– Во-о-от. Ты хоть тут и богиня, но пришлая. А своих просить не пробовала? Ну, вдруг сработает?

Люська глупо похлопала ресницами и задумалась. Домой хотелось страшно. Но с богами своего мира у неё взаимоотношения были факультативные в рамках институтской программы по истории и культурологии.

Хотя терять было нечего. Домой хотелось страшно. Села молиться. Разом всем. Чтоб хоть до кого-то достучаться.

Все-таки некоторых людей ничего не учит…

* * *

Где-то в небесной канцелярии

– Слушайте, ну давайте уже ответим! Достала! Она ж всех на уши подняла, у меня рассада подохла! – сетовала Гера спустя три часа люськиных “молитв”.

Боги всех конфессий сидели в одном большом помещении, напоминающем холл дорогой гостиницы. Все-таки ничто человеческое им было не чуждо, поэтому боги с удовольствием перенимали человеческий опыт в плане удобства. А то и переплюнули, вовремя тягая “светлые умы” из загробного мира Аида, чтобы упростить себе жизнь.

– Я б откликнулся, – отозвался Дионис, лежа на диванчике в обнимку с бутылкой. – Она уже литр выкушала в одно лицо, потешила старика! Я таких уважаю.

– Да какой из тебя старик? Ты ж проспиртован, вечная молодость! – огрызнулась Гера, на что бог вина и веселья лишь отсалютировал бокалом в ответ.

Плечистый мужчина в белой тоге вид имел веселый и расхристанный – темно-медные волосы никогда не были знакомы с расческой, а широкое лицо с прямым носом излучало добро и благожелательность. Редко кто видел Диониса хмурым или грубым.

– Стойте, а вы слышали эти формулировки?! Я б за такое глаза сжёг, никакого уважения, – пробурчал загорелый Ра, поигрывая лучиками.

– Зато от души! Сейчас редко кто может от чистого сердца, всё заучивают… Никакой отсебятины, а тут хоть поржать всласть. Забавная девчонка, – возразил Один, натирая свой посох.

– Мужики, да ладно вам. Блондинка, дура… Жалко её, – протянула красавица Афродита, ровно сто раз расчесывая золотистым гребнем свои медовые локоны.

– Уж кто бы говорил, – еле слышно прошептал Сварог. – Хотя что с бабы взять…

– Ладно, друзья, тогда давайте проголосуем! – решил Кронос. – Голосуем!

* * *

Люська выдохлась взывать к небесам, тем более, что солнце давно зашло за горизонт, а по небу щедро рассыпались звезды. Рох уже крепко спал, примостившись к богинечке под бочок, будто на тропическом острове было недостаточно тепло. Хотя Люська была не то, чтобы сильно против – за несколько часов ребята вполне успели подружится, да и помог он очень.

«А хорошо тут», – подумалось девушке. В родном городе небо было затянутое дымкой, а из-за электрического света, заполнившего всё вокруг, было видно лишь несколько маленьких сияющих точек.

– Кхе-кхе, – неуверенно раздалось за спиной.

Люська даже головы не повернула.

“Аборигены скорее всего пришли, домой зовут”, – решила она, поэтому с места так и не сдвинулась, а Рох продолжил сладко посапывать на траве, подложив под голову пустую бутылку.

– Роха отнесите в поселение. Хоть он и божок, но от простуды его это не спасёт, – отозвалась девушка после очередного покашливания.

Некто за спиной поперхнулся. Раздался хлопок и по полянке распространился запах серы.

«Ну что за люди! Пришли, воздух попортили. Учить их еще и учить», – возмутилась Люська и обернулась. Никого.

– Фу. Никакого уважения! – девушка сморщила курносый носик и продолжила смотреть на морскую гладь.

* * *

Где-то в небесной канцелярии

– Я больше к ней не пойду! Сами идите! Парламентеры, блин! – визжал Аид, отпихиваясь от почётной миссии всеми конечностями.