Когда нет слов несите скрипки

Глава 1

– Может, мы порепетируем дома? – Фиона стояла, сложив руки на груди, и скептически качала головой. Её карие глаза выражали крайнюю обеспокоенность. – Может, ты всё-таки что-то не так говоришь, ну или делаешь? Может, одеться как-то надо по-другому?

– Ты реально считаешь, что, оденься я по-другому, это сотрёт информацию о судебном разбирательстве из моего прошлого? – подруга, конечно, хотела помочь. Однако, второй год безработицы основательно подорвал мою веру в себя и какое-либо будущее в плане карьеры.

– Лисси, в этот раз они не успели дойти до проверки документов. Всего одно собеседование и …, – она задумчиво потёрла подбородок.

– Видимо, в памяти ещё свежо. Я имею ввиду, моя мордашка в зале суда на первой скамеечке крупным кадром. Всё-таки по всем ведущим каналам страны не ленясь полгода крутили. И для тех, кто не смотрел телек, ещё и в газетах, и интернете писали. Убийство посла, это событие века. – Я вздохнула и положила телефон на журнальный столик. Зачем я вообще его держу, он только что передал голос несостоявшегося работодателя, сообщающий, что я не подхожу им.

Взглянув на подругу я поинтересовалась: – Или ты предлагаешь загримироваться?

– Может, документы как-то подделать? – Фиона была настроена решительней меня. – Ну там, новое имя, новая стрижка…

– Новый срок …, – продолжила за неё. – Прячутся те, кто виноват. Я вообще ничего плохого не сделала. Но то, что меня оправдали, вообще не включили в последний репортаж, и всем запомнились первые два месяца ежедневных вещаний, о том, что меня арестовали.

– Лисси, но что-то надо делать. По крайней мере, чтобы дойти до момента, где ты сможешь рассказать, что тебя подставили. И про бывшего босса. И просто, про бывшего.

– Придется пояснять, что бывший босс и просто бывший – это одно лицо. Иначе не ясны мотивы. А отсюда сразу другая проблема – отношения с начальником.

– Отношения, хоть и были проблемные, это не так плохо, как проходить по делу об убийстве, повлекшее международный скандал.

– Да, но когда поймут, что дело по убийству как раз бывшего, то предвзятости не избежать, – я вздохнула. – Причем, как ни подай, хоть босса, хоть любовника, а, не дай бог подумают, что обоих.

– Лисси!

– Что?

– Главное – не отчаиваться.

– Конечно! – утвердительно покивала. – Ладно, давай чайку попьем и спать. Завтра пойду в то агентство, что Никки нашла.

– Боже, серьёзно? – Фиона всплеснула руками. – Неужели личным помощником пойдёшь с твоим-то опытом, Оксфордским образованием и…

– И судебным разбирательством.

Фиона закатывала глаза весь вечер и даже половину утра, надеясь меня отговорить прыгать вниз с высоты карьерной лестницы.

Я была пугающе решительна и не поддавалась на её уговоры. Одевшись в любимые джинсы и пиджак, я направилась попытать счастья в новой, не привычной для меня сфере.

Здание, в котором снимали помещения кадровые специалисты «Брукс и ко» располагалось в фешенебельном районе города. Милый офис с окнами на парк, четыре парковочных места и позолоченный дверной молоток убедили меня, что место приличное, и сразу послать они не должны. Ну или хотя бы пошлют вежливо.

– Вы по записи? – приветствовала меня улыбчивая дама на ресепшене.

– Нет, я не знала, что надо записываться. – Господи, надо было в интернет залезть и на сайте пошариться. Почему я не подумала об этом?

– Не волнуйтесь, сейчас я провожу вас к Анне, она вас оформит.

Н-да, меня примерно такой же фразой после ареста в управлении принимали. Благодарно улыбнулась и присела в кресло в приемной. Волнение за эти два года безрезультатных блужданий по интервью меня более не беспокоило. Если честно, поначалу было обидно. Обидно настолько, что я ревела часами на плече у Фионы, сетовала на дурацкую судьбу, несправедливость и мужиков. Я достаточно быстро уяснила, что люди – как акулы. Почуяв кровь и слабость они придут тебя жрать, даже если ты просто случайно оказался в этом водоёме. Постепенно, я умудрилась смириться, смогла принять судьбу. Единственное, что меня огорчало, это ситуация нахлебницы, поскольку последние два года за квартиру платит исключительно подруга, а моих грошей с временных подработок едва хватает на коммуналку. Пора засунуть гордость куда подальше. Примерно туда же, куда и диплом, и мечты о светлом будущем. Мне нужны деньги, и как-то пофиг уже, хоть уборщицей пойду.

– Госпожа Девис? – из кабинета у информационного стенда выглянула женщина. – Заходите.

Анна была немного старше меня и продолжала приветливо улыбаться. Видимо, не узнала. Пока по крайней мере.

Вздохнув, я встала и проследовала за ней в кабинет. Светлый интерьер и огромное окно за спиной кадровика производили впечатление умиротворяющего спокойствия.

– Присаживайтесь, – Анна указала на стул. – Вы не против, я задам вам пару вопросов?

– Пожалуйста. – Я села на краешек стула и приготовилась услышать стандартный набор вопросов.

– Я правильно понимаю, вы ранее работали в посольстве? – она листала распечатку моего резюме.

– Да, все верно. – Я облизала губы, попутно удивляясь, что она до сих пор не сопоставила информацию с кадрами из новостей.

– А потом, я так понимаю, не работали, – она перелистнула страницу и мельком взглянула на меня. – Уже почти два года?

– Да.

– Чем обусловлен этот перерыв?

– Понимаете, я пытаюсь найти…, – господи, забыла фразу, что мне Фиона надиктовала за завтраком. Как-то не верилось, что до такого может дойти. Обычно ответ на этот вопрос все знают заранее. – Найти что-то новое. Попробовать себя в чем-то новом.

Анна отложила распечатку: – Вы считаете себя преданным человеком? Я имею ввиду преданность работе и руководителю.

– Да, конечно.

– Вы не считаете, что покинув место работы по собственному желанию, вы подвели руководителя, который рассчитывал на вас? Как проявилась ваша преданность на предыдущем месте работы?

– Я была с руководителем до конца…, – отвела глаза, призывая мужество на помощь. – Пока его не застрелили.

– Похвально! – Анна очень странно среагировала на моё признание. Неужели, правда, не узнала? Это придало мне сил.

– Скажите, как вы справляетесь с гневом?

– Меня очень трудно разозлить. – Это правда, я весьма терпелива. Однако, если очень постараться, потом как цунами. Надо как-то перефразировать. – Я обычно слушаю музыку. Классику. Нет ничего лучше успокаивающей мелодии скрипки.

– Чудесно! И последнее, вы готовы подчиняться весьма жестким правилам распорядка, которые, возможно, чуточку излишни, однако на них настаивает руководитель.

– Я уважаю руководителя и приму любые требования, если они эффективны в достижении целей нашего труда.

– Вы просто чудесный работник. – Анна встала. – Именно сейчас у нас нет актуальных вакансий в вашей сфере, однако, если…

Нет-нет, это меня не устраивает. Решила пояснить: – Мне не обязательно юриспруденция. И даже не обязательно применять знание языков. Я была бы рада попробовать что-то новое. Может, секретарём или…

Анна как-то странно прищурилась: – Любая вакансия?

Я кивнула, и она спросила опять: – Вы действительно готовы к весьма требовательному руководству?

– Да.

– У нас есть одна вакансия, – она прошла к стеклянному шкафу по правую руку от своего стола. – Весьма сложный работодатель и ездить не ближний свет, однако, если вы не против попробовать…

– Да, я могу.

– Оплата очень хорошая, то есть компенсация за требовательность весьма достойная, однако, хочу предупредить, за последние полгода сменилось уже двести семьдесят шесть кандидатов.

Я ахнула: – Что, так трудно?

– Вы знаете, обычно от кандидатов отказывается работодатель, но те, c кем удалось пообщаться, сетуют на чрезмерно трудные правила рабочего распорядка, – она выудила бумажную папку и положила её на стол. – Рано приходится вставать и какие-то ещё вопросы с ограничением личного пространства.

– Личного?

– Вроде как работодатель против того, чтобы сотрудники пользовались мобильными телефонами и настаивает на ношении формы.

– Но в этом нет ничего особенного. – Увидев предлагаемую зарплату на пожелтевшей странице, что протянула мне Анна, я решила, что смогу работать даже в комбинезоне заключенного, если этого захочет работодатель. Такие деньги за должность помощника? Господи, люди просто оборзели, отказываться от таких сумм из-за дурацкого телефона. Это даже больше, чем я зарабатывала в посольстве. Было странно, что текст написан от руки и, кажется, чернилами, но кто я такая, чтобы спорить. Я могу и кровью расписаться, если попросят. Не в том положении, чтобы выделываться.

– Я рада, что вы так думаете, – Анна указала на адрес. – Вы когда смогли бы приступить?

– Хоть завтра.

Глава 2

– В смысле, не будет второго интервью? – Фиона как-то не очень радостно восприняла мою новость о трудоустройстве и не присоединилась ко мне, прыгающей по гостиной. – Это как-то странно.

– Меня вся страна знает, – я потрясла перед её носом договором. – Что тут ещё спрашивать? Ты что, не рада?

– Я рада, – она взяла меня за руку. – Правда! Просто, даже не верится.

– Если тебе не верится, прикинь, каково мне! – последний год я действительно почти смирилась с мыслью, что буду до конца своих дней нести бремя позора и клеймо преступницы, будучи ложно обвиненной, но виновной в глазах многих. В классическом любовном треугольнике между мужем, женой и любовницей крайней всегда выходит любовница. Не будь её, прекрасная ячейка общества не распалась бы, не было бы конфликта, и жена не зарядила бы пистолет. Только вот никто не понимает, что любовница в этом конкретном случае не знала, что есть та третья, законодательно закрепленная вершина в треугольнике. Никому нет до этого дела.

– Давай ложись пораньше, ехать, и правда, далеко. – Фиона вернула мне договор, который пролистала.

– Хоть на Луну! – я взяла её за обе руки и подхватила кружиться по комнате. – Сначала на поезде, а потом меня встретят.

– Ты хоть звони или пиши, я буду волноваться.

– Звонить нельзя, после работы поговорим.

– Это тоже странно.

– Это нормально. Даже консультантам в магазине запрещают телефон брать.

Подруга с сомнением пожала плечами, и мы разошлись, после легкого ужина, по комнатам.

Утром я встала в шесть. На самом деле, согласно навигатору, по которому я проложила маршрут, я могла бы встать и в семь, чтобы прибыть в указанное время, но мне не спалось. Энергия бурлила во мне и толкала вперёд, бежать и доказывать, что я достойна доверия и смогу трудиться на благо любой компании. Смогу выполнять любые задачи, не хватаясь за пистолет. Я так понимаю, обычно эти опасения не давали потенциальным работодателям меня принять.

Я ещё вчера поняла, что джинсы и пиджак – принесли мне удачу, поэтому долго не раздумывала в чём явиться. В семь пятнадцать я была уже на вокзале.

Как оказалось, поезда в сторону Челмсфорда ходили каждые полчаса. Оттуда, как мне пояснила Анна, меня довезут на машине. Похоже, компания занимается производством, раз настолько удалена от города. Купив бодрящего кофе в Коста кафе на вокзале, я разместилась в почти пустом вагоне у окна, намереваясь полюбоваться пейзажами.

Путь до Челмсфорда лежал через живописные просторы графства Эссекс. Большая часть пограничной с Большим Лондоном территории Эссекса защищена от новой застройки законами о «зелёном поясе». В этих лесах, ставших национальными парками, спрятаны архитектурные вехи истории страны. Наверно, в Англии нет другого графства, где бы на квадратный километр приходилось такое количество средневековых построек. Колчестерский замок и замок Хадли – одни из самых сохранившихся до наших дней.

Сидя в уютном синем кресле поезда, я разглядывала пышущие зеленью поля, блестящие в утренних лучах солнца озера и высокие белые облака в небе. Настроение было отличное, под стать погоде.

Мы прибыли в город Челмсфорд в восемь, и я вышла на платформу, оглядываясь по сторонам в поисках мужчины, который должен был встречать меня с табличкой «Мисс Девис».

Логично, что на перроне я его не идентифицировала. Основная масса людей тут были как раз пассажирами, спешащими на поезда в сторону Лондона.

Выйдя на привокзальную площадь, я уже была готова поверить, что работодатель такой же эйфории по поводу моего первого рабочего дня не испытывал, и встречающего так рано не отправил, но я ошиблась. Прямо у входа стоял шикарный Рольс Ройс фантом, который почти все прохожие одаривали уважительными взглядами, а некоторые и фотографировали. Я уставилась на авто и на мужчину в брючном костюме с табличкой в руках, на которой было от руки написано моё имя.

Машина была старая, я бы сказала раритетная, впрочем, как и мужчина-водитель. Я бы дала ему около семидесяти. С седой бородкой, в опрятном костюме-тройке он, казалось, вышел из журнала тридцатых годов. Вернее, выехал на этом Ролс Ройсе.

Я приблизилась:

– Доброе утро, – приветливо улыбаюсь и протягиваю руку. – Я Мисс Алисия Девис.

Мужчина вместо того, чтобы пожать мне руку поклонился. Это случилось так неожиданно, я даже отступить не успела, и его волосы слегка скользнули по моим пальцам.

– Прошу вас, – мне любезно распахнули дверцу. – Путь займёт около сорока минут.

Я кивнула и села в кожаное кресло. В машине пахло древностью, примерно, как на чердаке в доме бабушки. Я скользнула взглядом по торпеде и рулевому колесу, решив, что машину содержат просто в идеальном состоянии.

Разговор с водителем совершенно не клеился. Единственное, что мне удалось выведать, это его имя (Мистер Донахью), и что работает он на господина, сколько себя помнит.

Я мысленно молилась, чтобы остальные сотрудники оказались поразговорчивей.

В восемь тридцать мы проехали деревеньку под названием Малдон, и я искренне удивилась, поскольку Гугл мне ещё вчера дома показывал, что до неё ехать около часа.

– Дом привратника, – сообщил Мистер Донахью, когда мы подъехали к двухэтажному особняку. – Позвольте, я открою дверцу.

Я молча смотрела, как он обходит машину и пыталась понять, куда меня привезли. Никаких вывесок с наименованием конторы. Здание было старое, выстроенное из цельных серых камней. Окна с деревянными рамами, и дымок из труб на крыше подсказывали, что современными радостями отопительной системы тут не балуются.

Я вышла из авто и направилась к огромной деревянной двустворчатой двери.

– Мисс Девис? – мне навстречу вышла женщина лет шестидесяти. – Вы крайне пунктуальны!

Это, видимо, потому, что я так рано приперлась.

– Извините, просто первый раз, я боялась опоздать. – Приблизилась, рассматривая длинное в пол платье дамы, её седые волосы, убранные в замысловатую прическу на затылке и тяжелые серьги, висевшие в ушах. Мне показалось, что я попала в прошлое. Если водитель с авто тянули на тридцатые года прошлого века, то дама в этом платье, в дверях этого особняка, казалось, воспользовалась машиной времени и машет мне из восемнадцатого века.

– Меня зовут Миссис Соммерс, я экономка.

– Очень приятно. – Я ответила поклоном на её склоненную голову. Какие странные порядки.

– Сегодня у нас много дел, – сообщила она, оглядываясь через плечо, пока я шагала за ней через холл особняка. – Первый день самый трудный. Я помогу вам разобраться со сводом правил и порядков, мы примерим вашу форму и, если что-то не так, у нас будет время её подогнать.

– А с руководителем я когда увижусь? – поинтересовалась, заходя в комнату, располагавшуюся по правую руку от холла.

Миссис Соммерс указала мне на деревянный стул у дубового письменного стола.

– Первую неделю, вы будете трудиться здесь, пока не вникните во все тонкости работы, – она села напротив и протянула мне огромную книгу в бархатном бордовом переплёте. – Вот свод правил.

У меня отпала челюсть. Талмуд был толщиной около двух дюймов.

– Я должна выучить всё за неделю? – ну чего я переживаю. В магазине продавать, тоже весь товар с характеристиками выучить просят. Что такого? Я смогу.

– Достаточно детально ознакомиться, – экономка протянула мне ещё один лист бумаги. – Вот тут то, что нужно выучить.

Я приняла документы.

– Хорошо, я сейчас же начинаю.

– Позвольте, я сперва покажу вам ваш кабинет, и нам нужно примерить форму. – Женщина встала, и я тоже. Держа книгу в руках, последовала за ней в соседнюю комнату, где стоял такой же письменный стол с деревянным стулом. Ковёр на полу был слегка потёртый, и мой взгляд остановился на камине. Я была права, отопление только такое.

– Вот ваши платья, будьте добры примерить. – Миссис Соммерс указала рукой на кресло в углу, где были сложены несколько стопок чего-то синего, серого и красного.

– Хорошо. – Я прошла к столу и положила на него книги. Взгляд скользнул по чернильнице и целому набору перьев, аккуратным стопкам пергамента и серебряной подставке под свечи.

– Я вас оставлю, чтобы не смущать, – пояснила экономка. – Выберете то, что можно надеть сразу, и присоединяйтесь ко мне в столовой.

Я кивнула, глядя, как за ней закрывается дверь.

В каком-то немом изумлении я оглядывала убранство комнаты и пыталась осознать, что работодатель, похоже, любитель стилистики под старину. Интересно, почему первую неделю я буду только тут? Что будет потом? Что именно от меня ожидается? В договоре прописана должность: личный помощник, но почему нет того, кому помогать, я не могла понять.

Море вопросов наполняло мои мысли и ни один не имел ответа.

Глава 3

– Удивительно хорошо село! – воскликнула Миссис Соммерс, когда я появилась в столовой в наряде для тематической вечеринки в стиле стим панк. – Будто на вас шили.

Я согласно покивала, разглаживая руками плотную ткань юбки. Если честно, ходить в платьях я особенно не любила. Длинных юбок в пол я в принципе не имела удовольствия мерить. Пока ковыляла от своего кабинета до столовой пару раз чуть не навернулась, наступив на юбку.

– Вы не подскажете, где зеркало есть, я бы посмотрела, как это выглядит. – Нерешительно поправляю замысловатые манжеты.

– Мы не держим зеркал, – Миссис Соммерс замерла с заварочным чайником в руках. – Вы ещё не просмотрели свод правил? Зеркал нет ни здесь, ни в замке. Вы с собой не носите?

– Нет, я не ношу. – В голове отпочковался вопрос «Почему», но я не стала спрашивать, а вот образ Фионы, пожимающей плечами и комментирующей «Это странно», уже встал перед глазами. Потом до меня дошла вторая часть предложения, сказанного экономкой.

– В замке?

– Да, на острове, – она поставила передо мной красивую фарфоровую кружку с цветочным орнаментом. – Хозяин не любит зеркала.

Я тактично промолчала, беря кружку и поднося её к губам. Запах чая был божественным. Настоянный на травах. Мой нос явно различал мяту, чабрец, шиповник и ещё какие-то еловые оттенки.

Горячий, но не обжигающий, он согрел меня, едва глотнула.

– В следующий понедельник мы с вами отправимся на остров, и расписание немного изменится. Ваши рабочие дни с понедельника до четверга – вы будете проживать в замке. Пятница, суббота, воскресенье – выходные дни.

Ох, Анна ничего не говорила по поводу проживания. Господи, Фиона меня прибьёт.

– Мне не трудно вставать пораньше, – я решила, что расписание обусловлено жалобами двух ста семидесяти предшественников о ранних подъёмах. – Я смогу приезжать вовремя.

– Расписание хозяина весьма своеобразно, боюсь поезда не ходят в удобные часы, – Миссис Соммерс поставила на стол трёхъярусную тарелку с пирожными. – Начало рабочего дня в пять вечера, а ежедневный отчёт в полночь. Днем вы также будете заниматься небольшими поручениями. – Экономка выжидающе разглядывала меня. – Если вас, конечно, устроит.

– Меня всё устраивает, – поспешила заверить женщину. Расписание, конечно, смахивает на дневной распорядок нашего кота, но кто я такая, чтоб судить? Я прекрасно могу рапортовать и в двенадцать ночи, что такого? Мы с Фионой частенько допоздна не ложимся.

– Вы очень необычны, Мисс Девис, – сообщила дама. – Обычно добрая часть кандидатов встают и уходят после ознакомления с расписанием.

– А недобрая?

– После прочтения свода правил.

Она улыбнулась, и я тоже. Что ж, я однозначно более заинтересована в трудоустройстве, чем мои предшественники. Возможно, у них были и другие перспективные варианты на рассмотрение, в то время как для меня это единственный шанс за два года и, возможно, других не будет.

– Я не подведу, – осушив кружку с остатками чая, добавила. – Где можно помыть посуду?

– Оставьте, у нас есть слуги, – Миссис Соммерс махнула рукой. – Приступайте к ознакомлению с вводной документацией, и в четыре Мистер Донахью доставит вас на станцию.

В шесть вечера я сидела дома в гостиной с тарелкой пасты в руках, а Фиона, нависающая надо мной с прищуренными глазами, очень напоминала детектива:

– Жить на острове, рядиться в платья, ходить по дому без зеркал и встречаться с начальником ночью?

Почему-то из её уст это звучало, и правда, как-то подозрительно.

– Ну жить на острове, правда, удобнее, учитывая расписание. Форма, хоть и оригинальная, безумно красивая. Гораздо хуже было бы ходить в коротких юбках с передником. – Насчёт ночных встреч у меня как-то не нашлось комментария. – Начальник много работает и днём и ночью.

– Как его зовут?

Господи, я до сих пор не знала ответа на этот вопрос, поэтому поджала губы и отвела глаза.

– Лисси, ты совсем что ли голову потеряла от отчаяния? – она нагнулась и схватила меня за плечи. – Я не хочу, чтобы ты проходила по новому делу о насилии. Давай, завтра пиши заявление.

– Нет.

– Плевать на деньги! – подруга была непреклонна. – А если с тобой что-то случится? Ни телефона, ни телеграфа. Как мне тебя искать?

– Я же дала тебе адрес.

Она скептически скривила губы: – Что за загоны с одеждой и зеркалами?

– Может быть у него какие-то отклонения, я имею ввиду физические? – Фиона опять щурилась, и я предложила второй вариант. – Ну, или он сильно пожилой, и не хочет лишний раз об этом вспоминать. Водителю около семидесяти, и он сообщил, что всегда, сколько себя помнит, работал на хозяина. Должно быть ему столько же, если не больше.

– А если он помрёт во время твоего доклада ночью? – Фиона, естественно, выискала очень весомый аргумент. – На тебя же повесят! Довела старичка. Не дай бог, он падая, ударится головой, а на каком-нибудь подсвечнике будут твои отпечатки. Огрела бедняжку по голове.

– Фиона, пожалуйста! – я подняла вверх руки с тарелкой. – Я не хочу сидеть у тебя на шее всю жизнь! Наконец, мне выпал шанс, скорее всего последний. Я справлюсь.

– Ну, может, поискать что-то ещё?

– Ещё пару лет? – я поставила тарелку на журнальный столик. – Или пару десятков лет, когда я состарюсь, и меня перестанут узнавать? Или вымрут все, кто помнил?

– Ох, Лисси, я просто волнуюсь.

– Я знаю, дорогая. Но первую неделю, меня даже не подпускают к старичку, так что переживать точно не о чем.

К пятнице я поняла, что основной задачей на работе было умудриться не заснуть. Свод правил заставлял зевать каждые две страницы, глаза слипались. Плотный обед и приятные чаепития с экономкой не помогали настроиться на активность. Я решила, что два года безработицы меня нереально расслабили. Я уговаривала себя собраться и быть твердой и решительной каждый раз, раскрывая новую главу руководства.

В принципе, если относиться к книге, как к художественной литературе, то удается не сомневаться в здравомыслии автора. Меня поражало количество условностей, всевозможных нюансов и поправок. Единственное, что можно было сказать с уверенностью в качестве комплимента составителю – это кропотливость и усидчивость. Это же не лень было от руки столько написать!

Иногда я представляла, что попала в прошлое. Обстановка очень располагала. Интерьер, одежда, рукописные книги. В этом уголке страны в окружении зелени было удивительно тихо.

К четырём вечера пятницы, я с гордостью закрыла прочтенный фолиант. Даже не верилось, что успела. Страничку с основными правилами я вызубрила ещё во вторник. Никакой техники, никаких зеркал, никаких косметических средств, никакой пищи с собой. При передвижении по замку, смотреть в пол, не подниматься на третий этаж, не выходить из комнаты с двух до семи утра и запирать дверь на ключ в этот период.

Переодевшись в свою одежду, я вышла из кабинета и увидела Миссис Соммерс в холле.

– Дорогая Мисс Девис, поздравляю, вы успешно отработали первую неделю и в понедельник уже приступите к своим обязанностям в замке. – Женщина казалась довольной, она улыбалась и доброжелательно склонила голову набок.