Любовь подаётся холодной

̶ И жили они долго и счастливо.

̶ И вечно?

̶ И вечно. – Я встала и поправила одеяло у Томаса.

– Мама, я тоже так хочу.

– Ты обязательно вырастешь и найдёшь свою любовь. – Пообещала я, наклоняясь, чтобы его поцеловать.

– Нет, я хочу быть вампиром и жить вечно.

– Милый в нашем мире Вампиров нет.

– Ладно, я согласен переехать. Ты ведь поедешь с нами?

Я удивлённо взглянула на сына:

– С вами это…

– Со мной и моей женой-вампиром, – улыбался Томас.

– Конечно, как только ты женишься на девушке-вампире, так сразу и поедем, – пообещала я. Правда, о том, что в сумасшедший дом решила не уточнять. – Давай спать, завтра мне с утра в лабораторию.

Выключив верхний свет и оставив маленький светильник пчёлку, я вышла из спальни сына.

На кухне меня ждал салат и кружка кофе, потому что перед тем, как лечь спать необходим ещё просмотреть и оплатить счета. Вот было бы круто, если бы можно было, как в этой книге, что мы прочли сегодня, просто взять и положить банкноту в ящик, а на следующий день достать целую пачку. Я бы даже кредит взяла, чтоб такой купить. Может я схожу с ума? Надо поменьше читать сказок и переходить на классику. Не хочу проснуться через десять лет с невесткой вампиршей. Хотя с Джульеттой, например тоже бы не хотелось. Так, я похоже не готова ещё думать о таком. Моему сыну девять, я уверена, что у меня достаточно времени, чтобы определиться с персонажами классической литературы, которых я готова принять в семью.

Наверно я всё же схожу с ума.

Утром я проснулась от того, что меня тянут за руку. Удалось открыть глаз и поднять голову. Всё ясно, кофе не помог и я уснула прямо в счетах.

– Мам я сварил тебе кофе. – Томас поставил кружку прямо на бумаги, которые минуту назад служили мне подушкой. – Ты что опять читала без меня?

– Нет, я платила за газ и телефон.

– Это поэтому у тебя такие цифры на щеке?

Чёрт!

Я вскочила и пошла в ванную. Класс! Пропечаталось отменно: и графа “итого”, и сумма долга. Выглядит, как срок годности. Кошмар! Я намылила щеку и принялась счищать.

– Мам, ты на работу тоже не пойдёшь? – Томас пришёл за мной в ванну, неся с собой кружечку с кофе, причем, похоже, он налил ещё одну.

– Что значит тоже?

– Ну я-то в школу уже на два часа опоздал, – вот хитрюга.

– Ты почему не разбудил меня раньше, если видел, что за ситуация?

– Я варил кофе, – он протянул мне кружку. – Между прочим не плохо вышло, особенно в эмалированной кастрюле.

Чтобы не заикаться, я просто молча прошла обратно на кухню. Из хороших новостей – только одна – кофе много и хватит на долго. Спать я видимо больше не буду вообще. Из плохих – кофе везде. Начиная от двух кастрюль и ковшика и заканчивая тремя кружками. Единственное где его нет – упаковка с кофе.

– Одевайся, мы идём на работу.

– Я тоже?

– Ну а что делать, раз в школу уже никак.

Через двадцать минут мы были в машине с термосом бодрящего напитка и ехали в лабораторию репродукции и искусственного оплодотворения, где я работала.

– Если бы ты была вампиром, такой ситуации по утрам просто не могло бы быть, – рассуждал мой сын.

– Если бы я была вампиром, тебя бы не было, – отрезала я.

– Мы не знаем наверняка. И вообще, учитывая где ты работаешь, мы бы что-нибудь придумали.

– Томас, ты только там не выступай, особенно при моём начальнике.

– Тупом самце Рике?

Я стрельнула в него злым взглядом:

– И не вздумай его так назвать! Он не поверит, что это Оливия придумала прозвище, а решит, что я и меня уволят.

– Многие женщины мечтают сидеть дома.

– Нам нужны деньги, Томас. Ты же понимаешь… папа…, ̶ я запнулась. Каждый раз, вспоминая Майка, у меня вставал ком в горле.

– Я всё понял, мама, не плачь. – Томас попытался меня обнять. – Вот я поскорее вырасту и начну работать.

– Ладно, а пока мы сделаем так, чтобы меня не уволили.

Так я думала ровно ещё минут двадцать, пока не вошла в здание центра и не увидела выражение лица личного секретаря Рика:

– Миссис Эверли, он уже спрашивал. – прощебетала она, поганенько улыбаясь.

– Да, я сейчас зайду. – Ответила я ей и обратилась к Томасу: – Сиди в приёмной, ничего не трогай, рот не открывай.

Повернувшись к массивным дверям из темно бурого дерева, я уверенно постучала и, услышав «Войдите», повернула ручку.

– Лили, ты всё же решила зайти сегодня? – Рик сидел за своим столом и театрально разводил руками.

– Да у нас трудность со школой и я… мы сегодня с Томасом. Я останусь подольше, если нужно.

– Ладно, – Рик встал. – Ребенка отправлю на первый этаж, радовать клиентов в предвкушении чуда.

– Рик, пожалуйста. – Ненавижу его манеру использовать всё и всех, что может продаться вне зависимости от возраста. В конце концов, Томас мой ребенок и использовать его могу только я.

– Хотябы до обеда, – он посмотрел на меня. – Вечером прибудет партия – примешь.

Я кивнула. «Партией» назвался био материал, прибывавший из ниоткуда и неизвестно как, но все мы подозревали, что это какие-то эксперименты правительства или тайные разработки секретных служб. Нашей задачей было найти решение, вернее сыворотку, которая помогла бы остановить вирус, подвергающий гниению все клетки организма. Если честно становилось жутко, особенно от того, что мы так ничего и не придумали пока, кроме как нашли способ замедлять процесс.

С Партиями никто возиться не любил, тем не менее, немногим избранным приходилось. Радовало только то, что за это оплатят по тройному тарифу.

– И, Лили, сегодня с партией будут представители.

Кошмар! Тайные агенты, а я в домашнем свитере и рваных джинсах не причёсанная и не накрашенная.

Глава 2

– Что, прости?

– Все люди заняты, сможешь перенести образцы крови омертвений в лабораторию? – повторил Лэрар.

– Так, а я что, не человек? У меня тоже планы на вечер.

– Перенесешь на завтра или циклов на сто, – друг кивнул на пушистое существо, сидевшее на его столе и сверлившее меня злобным взглядом. – Можешь поработать с Мяучио вместо меня и тогда мы с Эмили сами сходим и отнесем материал.

– Поработать с Мяучио? – я обалдел.

– Пэрит, ты что плохо слышишь? Попроси, они заодно тебе уши проверят в клинике.

– Я не буду нянчиться с твоим ручным деспотом, – я встал. – Материал отнесу, но сейчас. Заодно погуляю там.

– Аккуратнее гуляй, опасно.

Я махнул рукой: – Что там со мной случится? В церковь не пойду, согласно страшилкам твоей жены. – Но приятно стало, что друг беспокоиться.

– Опасно не для тебя, а для других. – Вот так всегда, понадеешься, что человек волнуется от чистого сердца, а забываешь, что сердца-то нет у этого конкретного человека.

– Даже если захочу, за ночь всех не получится обратить, только если Вирмы с собой захвачу. – усмехнулся я и добавил, – всех.

– Иди уже.

Я решил, что загляну к себе и подготовлюсь к путешествию. На Земле был всего пару раз до этого с Лэраром и только в комнате перемещения. Раз уж сегодня я иду один, выгляну изучить местность.

Зашёл в библиотеку, взять почитать справочник по Земле, который написала жена Тимэ. Книга пользовалась популярностью, но мне, как преподавателю удалось перехватить экземпляр по блату. Вернее вырвать из рук Адепта, потерявшего бдительность на пути из библиотеки. И теперь он был в секции для преподавателей. Потому что я его там спрятал.

Довольный, я пошел спускаться в свою берлогу при Академии. Держать дом в городе не имело для меня смысла. Какой толк пылить полы, если я почти всё время в Академии?

Рассудив, что впереди у меня примерно час, пролистал содержание, чтобы успеть прочесть самое главное. Из списка заглавий понял, что важнее всего эффектно появиться и подобрать одежду, которая соответствует клише «нормально и адекватно». Прилагался рисунок: прямые брюки, белая кофта на пуговицах и сверху узкая короткая куртка – всё из тонкой тряпки. Ясно, что движения сковывает и, наверно, придётся обойтись без меча. Сразу обрисовалась трудность: где достать белую кофту? У меня в принципе ничего белого не было, но решил, что можно просто опустить этот пункт. Осталось обрезать и укоротить какую-нибудь куртку. Волосы я обрезать не собирался, хотя на картинке у мужчины была очень короткая стрижка.

– Пэрит. – Тала зашла в кабинет и сразу попыталась выхватить книгу. – Ты устал?

– Позже. – Отмахнулся от нее, есть не хотелось.

– Может я могу что-то для тебя сделать? – Тала выпятила нижнюю губу.

– Я занят. Иди погуляй.

– Одна?

– Возьми с собой девушек Са. – Я вынул из ящика стола и кинул ей мешочек с монетами. – Купите что-нибудь.

– Пэрит, я не Са, я Ба, я не должна заниматься хозяйством!

– А придется. – Я прошел и сел за стол. – Всё, иди. Я занят.

Тала поджала губы, но перечить не стала, ушла. Я знал, что скорее всего она пойдёт к Магистру Рэму. Я слышал про их связь, но, если честно, мне всё равно. Пусть что хочет делает, главное, чтоб диету соблюдала и побольше налегала на магию огня. Может чиркнуть Рэму рекомендации, чем кормить? Зачем я вообще её взял? Одни проблемы – вечные претензии, да и кровь так-себе, не смотря на то, что она ест по моей специально разработанной диете, нацеленной максимизировать количество полезных для меня веществ.

Отложив книгу, я прошёл к шкафу и вытащил старый парадный мундир. Заужать не придётся – он мне мал, но обрезал быстро – одним взмахом меча. Все декоративные элементы тоже оборвал. Примерив, понял, что я почти как мужчина с картинки в справочнике, только без белой кофты и застежка у куртки другая, но, надеюсь не заметят. Артефактов иллюзий не хотелось надевать. Что, я не смогу без магии эффектно замаскироваться? В конце концов немагический мир, нужно справляться подручными средствами.

Распихав по карманам всё, что мне может понадобиться на неопределенный срок я решил, что готов и пошёл в зал перемещений.

Ящик с образцами крови уже был тут, впрочем, как и лекарь Кайрэ.

– Магистр Пэрит, это вы? – мужчина уставился на меня, раскрыв рот.

Значит наряд удался. Я просто мастер маскировки:

– Естественно. Всё готово?

Кайрэ кивнул, закрыл рот и открыл портал.

Мы шагнули одновременно, держа ящик с двух сторон.

К моему величайшему удивлению нас встречал какой-то ребенок. Едва мы вышли, парень выдал:

– Здравствуйте! Как вы из этого шарика появились?

– Это портал, – пояснил Кайрэ, опуская ящик. Пришлось нагнуться с ним и поставить на пол.

Мальчик не растерялся и не испугался:

– Добро пожаловать в центр репродукции человека! Мы рады, что даже гости из другого мира приходят к нам за помощью, – ребенок улыбался. Я всегда подозревал, что это дикий мир, но чтобы детей нанимать работать с опасными веществами – это совсем крайность. Потом я вспомнил, что в этом центре вроде как детей выращивают, может малец – это просто их опытный образец. На всякий случай спросил:

– Ты тут работаешь?

– Да, – кивнул мальчик. – Вы пришли сдать материал?

Я кивнул. Поразительно, но факт – дети исследуют кровь омертвений. На проекте можно ставить крест. Кому мы доверили вопрос!

Тут я понял, что мальчик протягивает мне и Кайрэ какие-то полупрозрачные баночки из легкого материала:

– Вот, это под материал, – сообщил он, когда я взял склянку. – Пройдемте в комнаты, где вы сможете расслабиться.

– Расслабиться? – Кайрэ покосился на меня.

– Да, чтобы собрать материал, – кивнул парень.

– Мальчик, с этим материалом лучше не расслабляться, – уверенно сложил руки на груди. – Взрослые тут есть?

– Не переживайте, в комнатах есть всё необходимое: журналы, фото и даже фильмы необходимого содержания, – он многозначительно поднял брови. Я ответил Кайрэ настороженным взглядом и уточнил:

– Какого содержания?

Мальчик перешел на шепот, закрывая ладошкой рот, но расслышать удалось:

– Мне не говорят, потому что думают, что я ещё маленький, но я так подозреваю, что эротического.

Я замер, пытаясь осмыслить услышанное и связать это с кровью омертвений. Неужели они детям вводить собрались? Или расслабление как-то влияет на прогрессию яда? За это время, пока я думал, странный сотрудник уже вывел нас в коридор и активно заталкивал Кайрэ в какую-то комнату слева.

К моему удивлению, лекарь, сначала с опаской заглянул, а потом весьма бодро шагнул в помещение. Я повернулся к парню, который теперь улыбался мне:

– Что там делать?

– Вы что не знаете? – Похоже он искренне удивился. – Погодите, я поищу брошюрку. Но я не дал ему уйти, схватив за ворот его свитера:

– Ну-ка хоть одного взрослого мне…

– Томас! – женский окрик заставил нас с парнем повернуть головы.

Девушка стояла в дальнем конце коридора и судя по её лицу она пребывала в наивысшей степени бешенства.

– Убери руки от моего ребенка, извращенец!

По коридору она неслась невероятно быстро. Если бы не прожигала меня взглядом я бы сказал, что она очень красивая. А так скажу, что злобно красивая. Сразу стало интересно. Я отпустил пацана и приготовился допросить даму.

Глава 3

У меня сердце ухнуло в пятки, когда я увидела, что какой-то мужик держит Томаса за грудки и тычет в него баночкой для семени. У меня в глазах всё исчезло вокруг, я только видела цель и у меня, как у терминатора крупными красными буквами мигало: «Уничтожить».

Добежав, я поняла, что Томаса отпустили, мне стало немного спокойнее и я оглядела незнакомца.

Преступник был выше меня примерно на голову с абсолютно чёрными волосами, причем, похоже, длинными. Одет весьма странно: брюки и пиджак, почему-то рваный и на голое тело, правда застегнутый до середины груди. На лицо он был очень привлекательный, даже удивилась, я преступников по-другому представляла.

– Девушка, мне кажется тут какое-то недопонимание. Мы привезли Партию материала, но я так понимаю ваш сотрудник принял нас за кого-то ещё.

У меня по спине сползла холодная капля. Это я только что перед секретными службами опозорилась. Кошмар!

– Вы привезли партию? – мне удалось не заикаться. Я даже огляделась. – Сколько вас?

– Двое, моего коллегу ваш сотрудник определил в эту комнату. – Мужчина указал на кабинет для сбора семени. Я покраснела, как никогда в жизни. В этот момент из процедурного выглянул красный, как помидор мужчина средних лет с ошарашенными глазами.

– Мам, я всё сделал, как учил тупой самец.

Две пары глаз тайных агентов выкатились практически одновременно и тот, что красивый переспросил:

– Какой самец?

Я прикрыла глаза.

Как мне жить с этим позором теперь? С Томасом у меня будет серьёзный разговор.

– Простите ради бога, – я постаралась быть невозмутимой, насколько это возможно. – Сейчас я покажу, куда поставить материал. Один кивнул, но тот, что постарше просто озирался вокруг.

Через десять минут мы ставили ящик в холодильник лаборатории.

Цвет моего лица возвращался к здоровому румянцу и я ещё раз извинилась:

– Умоляю вас, простите. Мой сын сегодня весь день встречал гостей по настоянию руководства и у него просто заел текст на повторение.

– Ничего страшного, – улыбнулся высокий мужчина.

– Может я могу как-то сгладить вину? Может хотите чаю?

– С удовольствием! – согласился красавец, а его коллега испуганно помотал головой.

На кухню мы прошли в полной тишине. Я расставила кружки и включила чайник, а Томас залез в холодильник и вытащил орехи в шоколаде, печенье и шоколадные рулетики.

– Как вас зовут? – Я не сразу поняла, что мужчина обращается ко мне, поскольку наливала заварку, стоя к гостям спиной.

– Лили. Я как раз и буду завтра изучать и тестировать новые, разработанные нами средства с вашим материалом, – улыбнулась я.

– Очень приятно, – мужчина подошел и, взяв две кружки, отнёс их к столу. – Я Пэрит.

– Какое у вас….необычное имя, – ответила я. Никогда не слышала, наверно родители любители экзотики. По крайней мере не Банана Смузи, как, я недавно читала в газете, семья из Ньюкасла назвало дочь. В США родители вообще назвали ребёнка Бак со средним именем Мусор.

За столом второй гость и Томас наперегонки поедали шоколад. Кто мог подумать, что мужчине так понравится. Я порадовалась, что удалось сгладить неловкость. Сама же я смотрела на загадочного гостя с загадочным именем. Может это и не настоящее имя. Они же из секретных служб. Вот он – настоящий Бонд. Ясно почему на таких постоянно виснут женщины. Он наверно пиджак на задании порвал, а рубашкой вытирал пол от крови, чтобы смыть следы. Просто обалдеть. Теперь сидит тут со мной, а я млею.

– Магистр Пэрит…, – вдруг просипел второй гость и у меня всё похолодело внутри, когда я увидела, что он весь побледнел и пошёл пятнами. – Я не могу дышать.

Мужчина рухнул на пол прямо со стула. Томас вскрикнул.

Пэрит кинулся к товарищу и схватил за запястье. Я вытащила телефон и стала набирать скорую.

– Нужно срочно назад, – констатировал Бонд.

– Да вы что! Я скорую вызываю, – запротестовала я. – Они будут тут через три минуты и помогут, всяко быстрее ваших вертолётов Ми6. Они опытные врачи.

– Я чувствую, это отторжение вещества в крови, – сообщил Пэрит и я ничего не поняла. Он что ещё и врач? – Лили, вы думаете эти врачи, лучше наших лекарей?

– С мамой лучше не спорить, – сообщил Томас, стоя на коленях рядом с Пэритом и глядя на меня.

Скорая приехала быстро и диагностировала острую аллергическую реакцию. Мужчину увезли в больницу и нам сказали, что навестить можно будет только завтра.

Сегодня проклятый день. Мне не везёт с самого утра. Вернувшись на кухню, я принялась прибирать со стола и ставить кружки в посудомойку. Наверно Ми6 разорвёт контакт с нами за отравление ключевых агентов.

Пэрит вошёл неслышно:

– Мне очень жаль, что так вышло и мы доставили неприятности.

Я повернулась:

– Да вы что! Это я не знаю, как ещё извиниться! Накормила вашего коллегу шоколадом, перед этим наорала на вас, а Томас заставил несчастного собрать материал. Я даже представить не могу, что теперь ваше руководство о нас подумает.

– Я не собираюсь рассказывать, – ответил мужчина. – Вы знаете где эта больница, куда завтра прийти навестить Кайрэ?

– Конечно – Центральная клиника. Вы что не из Лондона?

– Нет.

– А откуда? – Томас встрял в разговор.

– Из Воартэра. Вы что, про договор не в курсе? – удивился Пэрит.

– Ну вы же понимаете, такие вещи простым смертным не рассказывают. А где этот город?

– Это другой Мир.

Я подняла глаза на Пэрита: – Сейчас не время для шуток.

– Это правда, мам. Я видел, как они появились из голубого шара. – Томас подошёл к мужчине. – Это правда именно сейчас Я не шучу, хоть мне это и не свойственно, – подхватил идею сына Пэрит.

– Это у вас задача такая не говорить правды? – настаивала я. – Могли бы что-то пообыденней придумать. Например, что вы из Манчестера и зовут вас Джеймс Бонд.

– Не вижу смысла врать. Я сказал вам своё настоящее имя.

Я разозлилась:

– Вы думаете я поверю, что кто-то назовёт ребенка Пэрит? Это вообще что-то значит? На каком языке?

– Вы знаете, я первые несколько сотен циклов тоже был не в восторге, но со временем привык. Моё имя переводится «Смерть Луны» с воартерского.

– Кошмар! – подытожил Томас. – Дурацкое имя.

– Томас, помолчи.

– Точно дурацкое, – согласился обладатель имени.

– А где вы в Лондоне остановились? – спросил сын.

– Нигде. Я думал сразу обратно, – мужчина развёл руками. – Может поблизости есть Таверна?

– Таверна? – Я окончательно убедилась, что Бонды уже не те и мир в опасности. – Вы из какого века выпали? В гостиницу идите.

– Может вы у нас переночуете? – встрял Томас и мне захотелось его встряхнуть.

– Отличное предложение! – обрадовался Пэрит, прежде чем я успела ответить:

– Нет!

– Ладно, не самое отличное, но я буду благодарен, – мужчина сложил руки на груди.

Я закатила глаза.

– Спать будете в гараже.

– Я не буду спать. Лучше книг мне дайте – я почитаю, – ответил напросившийся гость.

– Вы не устали? – удивилась я.

– Я очень люблю читать.

– Мы тоже, правда, мам!

В машину мы сели около девяти вечера, но зато без пробок добрались домой. Я решила не заезжать в гараж, чтобы оставить там место парковки для мужчины на ночь.

Когда заходили в дом, я сообщила план действий:

– Заходим, снимаем обувь, идём мыть руки и садимся в гостиной ждём ужин.

– А кто принесёт ужин? – поинтересовался Пэрит.

– Я, когда приготовлю. Это инструкции для вас с Томасом. Вы уяснили?

– Да мама, – ответил сын.

– Можно я не буду называть вас мама? – гость имел наглость усмехаться, но встретившись с моим каменным выражением лица, добавил: – Я могу помочь.

– Вы умеете готовить?

– Нет пока, но я уверен, что в этом нет ничего сложного.

– Мам, сначала надо будет кофе выпить. Он же в кастрюлях, – напомнил мне Томас и я повернулась к мужчине. – Вот вы кофе и займётесь. Мне нужны чистые кастрюли и кружки.

Представить Бонда на кухне я не смогла, пока, собственно говоря, он там не расположился. Видя, как он за три приёма осушил три кружки холодного кофе я сжалилась:

– Я имела ввиду, что надо вылить и помыть посуду.

Тот ничего не сказал, но из кастрюли пить не стал – слил.

Не смотря на то, что я злилась на мужчину за его враньё, мне хотелось его как-то удивить. Не могла понять, что за блажь меня взяла впечатлять лживых агентов. В морозилке достала картофель по Малазийский с фрикадельками в чесночном соусе. Поставив протвень в духовку, пошла принять душ первой и заодно спрятать всякие мелочи, которые гостям видеть не пристало: например моё бельё развешанное на сушилке напротив душа.

Всё шло по чётко заведённому ритуалу, душ – двадцать минут, легкая уборка – семь минут, слегка просушить волосы – пять минут. Трудность было только с выбором вечернего домашнего наряда. Позориться в растянутых штанах и толстовке перед мужчиной который сам был в рваной одежде, не хотелось, потому что в этом я уже опозорилась, поэтому одела джинсы и футболку.

Вниз на кухню я спустилась за минуту до того, как прозвенела духовка. Накладывая еду на троих, невольно вспомнилось про Майка, наш тихий семейный вечер, где я готовлю, Томас делает задания для школы, а Майк смотрит телевизор. Так привычно казалось. И так искусственно идеально. Кажется будто вчера было, хотя уже прошло два года. Взгляд затуманился, но я отогнала навернувшиеся слёзы.

В гостиную я вкатила тележку с тарелками и приборами и чуть не рухнула, споткнувшись о препятствие. Поперёк порога валялась какая-то деревянная палка, и ещё несколько расположились на моём белоснежном ковре у камина. Подушки на диване отсутствовали, зато они присутствовали на голове гостя, лежавшего на полу у окна, и Томаса, лупившего его другой подушкой по голове.

– Что тут происходит!

Оба замерли, но первым нашелся Томас:

– Мы играем в войну с Нечистями!

– Где вы набрали палок? – негодовала я, наклоняясь и пытаясь собрать неожиданно нарисовавшиеся дрова. – Быстро всё прибрали!

– Извините, это я виноват, – мужчина подошел и взял у меня две деревяшки, что я успела подобрать. – Сейчас я уберу.

Я отвернулась и пошла обратно к тележке, но когда потянула её к дивану, обалдела: деревяшек не было ни одной.

– Куда вы их дели?

– Убрал, я же сказал, – ответил Пэрит.

– Под диван?

– Нет, их нет в доме.

Я перевела взгляд на Томаса, который вдруг засуетился, избегая смотреть мне в глаза и встав, сообщил:

– Я пошёл мыть руки.

Глядя, как сын поднимается бегом по лестнице, я повернулась в Пэриту:

– Что за фокус у вас?

– У меня нет фокусов. А что это?

– Не прикидывайтесь дурачком, я вас раскусила.

– Обычно кусаю я.

Я начала закипать:

– Где дерево?

– Мне показалось, что вы были ему не рады.

– Я и вам не рада, вы же не исчезаете.

– Мне для этого нужен портал.

– Так! Вы сейчас же прекращаете нести эту чушь или я отправлю вас в соседнюю палату к вашему товарищу.

– Как мне вас убедить? Я абсолютно честен с вами. – Пэрит провёл рукой по волосам. – Я с самого начала говорю правду, а вы не верите, это просто удивительно.

– Удивительно, что вы до сих пор на улице расхаживаете, а не в лечебнице для душевнобольных, – ответила я, протягивая ему тарелку. – Вот в этом графинчике соус, его сверху полейте. Ешьте, и чтобы до утра я про вас забыла, ясно?

– Вам надо войском командовать.

– А вам уборщиком быть, мусор просто как по волшебству испаряется.

Томас вернулся в комнату и мы замолчали, правда не на долго: