- -
- 100%
- +
Пролог
– Вот влипла!
Я посмотрела на уровень топлива. Почти половина бака. Подозрительные лампочки на приборной панели не горели. Машина была в порядке, но ехать отказывалась. Резко остановилась посреди дороги в полях и заглохла.
Ключ безуспешно пытался вернуть ее к жизни. Бедняжка пыхтела, скрипела и отказывалась заводиться.
За что?!
Не следовало ехать на свадьбу сестры. Идея изначально не вызывала энтузиазма. Там соберутся все родственники, даже те, кого ни разу не видела. Эти знатоки начнут причитать, что в тридцать лет надо задумываться о семье, детях, что мой удел – престарелая дева с пучком на затылке, проверяющая работы студентов.
Будет очень тяжело прятать от них Даниэля. Сейчас он занят: организовывает конференцию в Университете, но обещал освободиться к субботе и подъехать непосредственно к церемонии. А я, взяв небольшой отпуск на работе, поспешила в родной город, чтобы помочь сестре и матери.
Жаль, «спешка» не имела ко мне никакого отношения. Тыковка, как за яркий цвет, называлась моя машина, грустила и не желала двигаться.
До ближайшего населенного пункта – километров двадцать. Не так много для автомобиля и критично для человека. Правда, всегда оставалась надежда на попутку, но шансов мало.
Видимо придется звонить брату и просить его приехать. Он поворчит, но не бросит сестренку в беде.
Я вышла из машины и со злостью хлопнула дверью. Так, проведем визуальный осмотр. Подозрительные пятна на земле – отсутствуют. Колеса – на месте. Под капотом тоже нет ответов. Насчет состояния самого двигателя и того, что его окружало, сказать внятно – сложно. Дым не валил, ничего не капало, странных шумов не слышалось.
Где-то можно проверить уровень масла, но в голове не содержалось ни единой подсказки, как именно это сделать.
Обычно Даниэль занимался Тыковкой. Менял расходники, возил на осмотр. Его друг работал в мастерской. От меня требовалось своевременно заправлять машину. Да, несколько раз бензин неожиданно заканчивался, но сегодня проблема не в нем.
Капот с дребезгом закрылся.
Я огляделась. Дорога была пустынна. Вокруг нее раскинулись поля, на которых кое-где проросли низкие деревца. Ни ферм, ни сараев, ни других строений.
Погода становилась все хуже. На небе сгущались тучи. И пусть прогноз дождя не обещал, все признаки говорили об обратном. Идти пешком по дороге в сторону дома – не лучший выбор.
Значит, остается звонок брату.
Пальцы легли на ручку двери, дернули. Ничего не произошло. Ручка не поддавалась. Замок закрылся.
Да вы издеваетесь?!
Моя крохотная оранжевая машинка заперта. В ней лежат телефон, ключи, деньги – все, что представляет ценность в данной ситуации.
Кажется, хуже уже быть не может.
Теперь придется разбить окно.
Я отвернулась, прижавшись спиной к холодному металлу, пытаясь принять решение. Как лучше поступить?
Если бы все происходило на трассе, даже думать не пришлось. Первый же водитель решил бы мою проблему. Здесь машин с помощниками не наблюдалось. После шести потянутся.
Сейчас около двенадцати. Все на работе.
Ветер усиливался. Небо потемнело. Трава на полях клонилась к земле. Воздух пришел в странное движение. Он закручивался у моих ног, скользил выше и улетал ввысь.
Я взглянула наверх и обомлела.
Надо мной повисла воронка торнадо. Ее рваные края вращались с невероятной скоростью и медленно спускались.
Теперь я влипла по-настоящему.
Глава 1.
Ты жизнь дала,
дитя вскормив,
его от стужи
защитив.
И дар великий
получи,
Прыжком на небо
заскочи.1
Сознание медленно возвращалось, отлавливая посторонние звуки, ароматы. Вдали стрекотали кузнечики, пахло луговыми цветами, несколько травинок щекотали нос. Страшно захотелось чихнуть.
Где я? Что произошло?
Последние воспоминания – воронка, затягивающая вверх, а после – поле, на котором распласталось мое тело, сжимающее что-то в правой руке.
Ничего не болело. Это выглядело подозрительно.
Может, торнадо нежно перенесло меня сюда и исчезло?
А куда перенесло? Хоть бы в волшебную страну. Пройдусь по дороге, вымощенной желтым кирпичом, найду Изумрудный город. Неплохая перспектива.
Я приоткрыла один глаз, надеясь разглядеть милых местных обитателей, приветствующих гостя из большого мира.
Обзору мешала высокая трава и фиолетовые цветы, похожие на крупные васильки.
Второй глаз – та же картина.
К василькам добавились мелкие ромашки и сплющенный клевер.
Повернуться на спину было страшно. Вдруг здесь не только мирно настроенные цветы?
– Приветствую, – прозвучало громко.
Посторонний звук стал последней каплей. Я испугалась и села, выставляя для защиты единственное, что держала в руке – боковое зеркало Тыковки – сувенир от боевой подруги. Оранжевая деталь пришла на помощь и, поймав солнечный зайчик, отразила его на обидчика.
– Прекрати. Тебе никто не причинит вреда, – он зажмурился и закрыл глаза рукой.
Передо мной стоял парень со светлыми волосами, одетый в холщовые свободные штаны и простую рубаху. На ногах незнакомца красовалась плетеная обувь.
Крестьянин – мысленно назвала его я. Где-то рядом должна находиться корова или коза.
– Рад видеть тебя в этих землях, – юноша вновь обратился ко мне, продолжая щуриться от яркого света. – Нас ждут.
Крестьянин здесь не случайно. Он знал о моем прибытии. Откуда? И как далеко теперь мой дом?
Он отправит меня назад? Или выход придется искать самостоятельно?
Можно, конечно, задать интересующие вопросы сейчас, но интуиция подсказывала, что новый знакомый не самый осведомленный: слишком просто выглядел. Скорее всего, он обычный исполнитель и во многое не посвящен.
– Ну, пойдем, – я поднялась на ноги и подошла к крестьянину, продолжая держать зеркало, бросить которое рука не поднималась.
Мой провожатый побрел через заросли травы. Мне оставалось следовать за ним.
Одежда для похода была выбрана не самая подходящая: за сандалии все время что-то цеплялось, голени неприятно щекотало. Удобные джинсы с кроссовками остались дома, а из-за жары предпочтение было отдано коротким шортам и футболке. Кто же знал, что предстоит не поездка в автомобиле.
– Могу поинтересоваться? – крестьянин решил завести беседу.
Видимо, молчание, временами прерываемое моим сопением, ему наскучило.
Сам виноват. Следовало выбрать в качестве места встречи свежескошенное поле или специально подготовленную площадку.
– Угу, – пропыхтела я, выпутываясь из очередной травяной ловушки.
– Там, откуда ты, все такие?
– Такие?
Странное определение. Кого он желал увидеть? Королеву? Девочку из группы поддержки? Метательницу молота?
– Субтильные, без мускулов. Обычно те, кто к нам прибывают, выглядят более сильными.
По мере того, как парень говорил, становилось все веселее. Меня точно с кем-то спутали. Ждали другого человека. Это ошибка? Случайность? Или насмешка судьбы?
– Они выше, крепче и не похожи на девушек. Из какого ты племени? – сразил собеседник вопросом.
И ответ пришел сам собой:
– Femina Sapiens.
– Первый раз слышу, – серьезно промолвил крестьянин, – мы уже заполучили китайца, американца, русского, египтянина.
Последняя фраза не понравилась. Речь словно шла о трофеях. Надеюсь, все они живы. И меня не постигнет их участь.
Вслух я ничего не сказала и продолжила пробираться сквозь заросли, стискивая в руке зеркало.
Новый знакомый уже выбрался из травы и очутился на дороге. Он с жалостью взирал на мои тщетные потуги. Лучше бы помог.
За его спиной обнаружилась деревянная телега, запряженная низенькой гнедой лошадью. Ноги с радостью к ней устремились. Сейчас будет отдых и поездка по краю, гостеприимно встретившему нас с зеркалом.
Последние пара метров – и под сандалиями оказалась долгожданная дорога без следа растительности. Карета ожидала Золушку. Надеюсь, конечным пунктом будет все-таки дворец с принцем.
Мы со спутником сели в повозку и поехали навстречу судьбе.
По пути я с любопытством всматривалась, но ничего необычного не заметила. Поля, обещанные коровы с козами, раскинувшийся вдалеке лес. Стандартный пейзаж средней полосы.
Ни развалин замка, ни драконов, летающих в небе, ни оборотней. Все спокойно и даже скучно.
Мне достался самый банальный мир. Поменять еще не поздно?
Вскоре повозка взобралась на небольшую возвышенность. С нее открывался вид на все те же поля, пастбища и, наконец-то, небольшой городок.
К нему и вела дорога.
Поселение вызвало интерес. Теперь появилась возможность воочию увидеть то, о чем рассказывали преподаватели: архитектура прошлых лет.
Крепкие деревянные домики, высотой в один этаж, обрамляли улицы. Сами улочки не являлись образцом ровности: изогнутые, расходящиеся под неожиданными углами. Тут только с навигатором разбираться.
Строения походили друг на друга – бревенчатые, двускатные, обнесенные плетеными соломенными заборами. Единственное, что их отличало – цвета. Тут хозяева использовали фантазию по полной. Пурпурные, бирюзовые, салатовые, песочные – буйство красок завораживало.
Особые оригиналы делали многоцветные фасады, комбинируя оттенки. На это было непривычно смотреть, учитывая тот факт, что в одежде местных жителей преобладала натуральность. Их льняные рубахи и штаны светлыми пятнами выделялись среди яркого великолепия.
За нестройными рядами домов виднелись высокие, с более массивными стенами. Предположительно каменные.
Меня тут же одолело стремление понять: это кирпич или тесаные блоки? И чем они соединены?
Так и хотелось попросить возницу взять курс на заинтересовавшие здания и лично изучить.
Увы, пришлось промолчать. Хоть новый знакомый и был предельно вежлив, что-то подсказывало: не все так просто. Если этот мир такой доброжелательный, то почему никто не спрашивает согласия перед переносом?
Увидеть над головой торнадо и пролететь сквозь его внутренности – было неприятно. В моем расписании подобные дела не значатся.
Я большей частью слоняюсь по Университету, проверяю работы студентов. Даже лекции веду редко: довольствуюсь ролью помощника профессора.
По вечерам мы с Даниэлем, если не заняты работой, смотрим старые комедии, заказываем пиццу, встречаемся с друзьями, ходим в библиотеку.
Теперь же меня выдернули из привычной жизни, зашвырнули к любителям льна и хлопка, и неизвестно, разрешат ли вернуться. Нет, надо быть очень осторожной.
Мы въехали в город. Нас уже встречали жители. Они были облачены в просторные одеяния. Внешность – самая обычная, близкая к европейской. Волосы – русые, каштановые, рыжеватые – и ни одной черной макушки. Сложно будет среди таких затеряться.
На лицах людей стояли улыбки. Их радовала встреча со мной или с моим спутником. И судя по обращенным взглядам, объектом, вызвавшим такие эмоции, являлась я.
Это поражало и одновременно льстило.
Однако постепенно общее воодушевление стало сменяться удивлением, местами – брезгливостью. Кто-то испуганно охал, женщины прятали детей за подолы длинных юбок, мужчины сплевывали на землю.
– Вот, ведь, дохлый, – донеслось из толпы.
– Совсем не кормили, – высказалась дородная дама в широком платье из грубой ткани.
– А одет-то во что? – покачала головой вторая. – Другие приличнее были.
– На бабу похож. Не будет от такого толка, – вынес вердикт сухонький мужичок, держащий руки на широком поясе с вышивкой – один из немногих, чья одежда была хоть чем-то украшена. Все остальные почти не отличались друг от друга – серая безликая масса.
Внезапно повозка остановилась.
Возница повернулся и пристально посмотрел на меня:
– И вправду похож. Почему?
Тайну хранить больше не имело смысла:
– Не знаю, может, потому что все женщины одинаковые.
Звонкий, без единой мужской нотки голос окончательно убедил окружающих в моем половом признаке.
– Но как же так? – крестьянин, наконец, понял свою ошибку.
Он выпустил поводья из рук:
– Подобного не должно было случиться. Сюда всегда приходили мужчины – крепкие, сильные воины.
Мне даже стало неловко. Он будто обвинял, что в моих документах стояла буква «ж», а не «м».
– Прости, так получилось. Все вопросы к родителям.
– Нет, – взревел вдруг парень и ткнул пальцем мне в грудь, – так нельзя! Ты должна быть мужчиной!
Со всех сторон послышался шепот. Люди были согласны. Они решительно двинулись в мою сторону, видимо собираясь выполнить операцию по смене пола прямо здесь, посреди улицы.
И в этот момент мне стало действительно страшно.
Глава 2
В воды реки
камнем тело летит.
Принята дань -
и герой позабыт.
Но не пробил
час кончины его -
будет спасен,
не уйдет он на дно.2
Толпа надвигалась. Не знаю, что она хотела со мной сделать? Разорвать на кусочки или зашвырнуть туда, откуда пришла.
Второй вариант мне нравился, первый – не очень. Руки у мужчин выглядели крепкими. Хватит и одного удара для осознания всех прелестей местного гостеприимства.
Женщины тоже не отличались хрупкостью. Грубая кожа на ладонях, обветренные лица. Такие и селенье отстоят, пока сильная половина на охоте.
Мой спутник же подавленно смотрел вниз, обхватив голову, и не спешил никого разубеждать в невиновности.
Я вжала голову в плечи, приготовившись к худшему. Расправе помешал пушистый кот, размером с волка. Он запрыгнул на телегу, отчего та угрожающе закачалась, и громко зашипел.
Жители в нерешительности остановились. Видимо зверя здесь уважали. И было за что. Мех слегка серебрился, из пасти торчали клыки толщиной в два пальца, а когти на лапах походили на маленькие ножи.
В мыслях остался лишь испуг. Безумно хотелось убежать без оглядки, правда, чей-то «милый» домашний питомец оказался единственным, кто заступился за девушку, посмевшую прийти в этот мир вместо очередного громилы. Он на моей стороне?
Кот прекратил шипеть и стал нервно махать хвостом.
Люди принялись искать поддержку. Никто не желал выступать против неожиданного защитника, а парень на телеге и вовсе съежился, стараясь смотреться более незаметно. Он находился ближе других к острым клыкам, и первым попадал под удар.
Раздалось сдавленное фырканье, которое окружающие приняли в качестве сигнала к отступлению, и разбежались.
Остались лишь мы с котом и до смерти перепуганный возница.
Хотя, нет, в зеркале, до сих пор сжимаемом пальцами, что-то промелькнуло.
Я обернулась. Позади телеги стоял молодой, среднего роста парень с каштановыми, слегка взлохмаченными волосами. Одежда, не отличающаяся от нарядов местных жителей, выглядела слегка небрежной, а руки, лежащие в карманах, завершали образ.
Знаю таких: хотят казаться крутыми. Сами тайком смотрят романтические комедии и заедают шоколадным мороженым, потому что ванильное – для девчонок.
Юноша во все глаза изучал меня, но без враждебности, а с легкой ноткой интереса.
Расслабься, малыш, ты не в моей возрастной категории.
Внимание того, кто на семь-десять лет младше, приятно, но это не сочеталось с моими принципами. По долгу службы мы не раз пересекались с подобными ребятами. Некоторые предполагали, что отношения с преподавателем дают какие-то привилегии, и пытались ухаживать. Тогда и появился пунктик.
– Привет, рад увидеть земляка, – парень с легкостью запрыгнул на телегу, очутившись на одном уровне со мной. – Странно, что ты девушка.
– И ты туда же, – поморщилась я. – Разве это плохо?
– Кто сказал: плохо? – юноша обошел меня и подойдя к коту, небрежно почесал того за ухом. – Странно.
Мохнатый зверь замурлыкал. Он потерся о чужое плечо, едва не скинув моего нового знакомого на дорогу.
Молодой человек не смутился и отреагировал таким же толчком. Этих двоих точно связывали близкие отношения.
– Почему стоим? Поехали, – парень нетерпеливо постучал по телеге, привлекая внимание крестьянина.
Бедняга вскочил, щелкнул вожжами – и повозка вновь тронулась.
Следовало ли заговорить с незнакомцем, спасшим меня, расспросить про необычного кота, который продолжал стоять с царственным видом, рассматривая окрестности. Он замечал каждое мелькнувшее в окне лицо и одним подергиванием уха заставлял любопытных скрыться за занавесками.
Было интересно узнать и про новый мир, и почему появление девушки никого не обрадовало?
Вопросов в голове накопилось много, но как их задать, не вызвав раздражение у собеседника?
Он сам прервал молчание, представившись:
– Руслан или Рус, а это Рекс, – короткий жест в сторону зверя, – мы здесь тоже не по своей воле.
– Вас забрали с земли? – тут же оживилась я. – Зачем?
– Ну, – протянул юноша, садясь в телегу и вытягивая ноги, – технически забрали меня одного, Рекс возник уже тут. Долго объяснять, – поморщился он, – если вкратце: им нужна армия.
– Кому «Им»? И что за «армия»?
Теперь понятно отношение местных. Зачем войску девушки? Кашу варить? Хотя, у меня появился компаньон в должности повара. Парень не походил на супер-бойца. Ни мышц, ни физической силы. У кота, по сравнению с нами, явное преимущество.
– Местным шишкам, – пренебрежительно сообщил Рус. – Нашли лазейку между мирами. Проводят обряд – и кого-то засасывает сюда, в Нéмос.
Интересное название. Довольно примитивное, но не похоже, что народ тут блещет развитостью. Ни электричества, ни автомобилей. Надеюсь, туалет нормальный?
В мыслях сразу всплыли обрывки из книг о мирах, где канализация – лишь странное слово, за которое могут сжечь на костре, душ – вызывает недоумение, а верх роскоши – чан с теплой водой. Такая реальность радости не вызывала.
Надо срочно вспомнить все о водоснабжении и водоотведении и в кратчайшие сроки решить проблему.
– За кого биться? За местное население, жаждущее захватить новые территории? – я задала вопрос машинально, все еще озадаченная модернизацией.
– Не знаю, – пожал плечами парень, – говорят, нужно победить какого-то типа без имени. Все зовут его «он».
– Он? Даже без титула? – странное определение заставило отвлечься от подбора подходящего материала для труб и расчета примерного диаметра.
– Он правит в Окри́́се – это на западе. И говорят, у него нет имени, – Рус сделал страшные глаза, мало веря рассказам местных. – Прямо как у Того-Кого-Нельзя-Называть.
– Технически имя у него было, – не удалось сдержаться и не поправить. – Говорить боялись.
– Видимо здесь также. Сначала боялись, потом забыли.
– Интересно, – задумчиво проговорила я, пытаясь уложить информацию в голове, – нас вытаскивают с земли, чтобы мы сражались с каким-то местным лидером. У него большая армия? А нас сколько?
– С тобой – тридцать семь, – не скрывал собеседник.
Не так уж и много. Если похищения происходили в разное время и в разных местах, то никто не станет связывать их друг с другом.
– У нас есть причины слушаться?
Следовало узнать, стоит ли подчиняться чужим правилам. Если кто-то хочет воевать с Ним, то почему сам не идет? Нет, без имени звучит глупо. Буду пока называть его Кир. Потом попробую узнать настоящее имя.
– Причин нет, – в чужом голосе сквозила беззаботность, – но нас обещали отправить домой, когда все закончится.
За это стоит сражаться. Однако не все согласны. Тот, кто сидел напротив, не испытывал энтузиазма. Не хотел вернуться или не верил обещаниям?
– Допустим, – пока картинка складывалась, пусть вопросов осталось немало. – Почему именно мы? Не суперсолдаты, не сверхсекретные шпионы, не мастера боевых искусств? Или у тебя есть пояс по карате? У меня кроме разряда по гимнастике – ничего. По какому критерию выбирают?
Чем дальше, тем больше охватывало волнение. Вдруг правители, организовавшие наше похищение, останутся недовольны? И повезет, если отправят на землю, а если что страшнее?
Сделают рабыней для местного богача? Буду танцевать перед ним полуобнаженная, буду кормить виноградом, делать массаж ног. Брр, перспектива отвратительная. Придется еще доказать свою пользу.
Теоретически должно получиться. По краям дороги стояли невысокие бревенчатые домики. О бетоне здесь никто не слышал. О многоэтажном строительстве – тоже. Были несколько двухэтажных – видимо жилища тех, кто организовал нашу пропажу на земле. Попробую расплатиться знаниями за неприкосновенность.
Дорога свернула – и мы уткнулись в тяжелые резные ворота. Вправо и влево уходил каменный высокий забор. Из-за него выглядывало здание – такое же громоздкое и безвкусное.
– Приехали, – Рус ловко спрыгнул с телеги, подняв в воздух тучу пыли.
Кот последовал за ним. Лапы мягко приземлились, не оставив и следа.
Мне не дали это обдумать. Парень протянул руку и помог спуститься.
Мы втроем очутились пред входом. Возница не пожелал к нам присоединиться и, щелкнув вожжами, быстро скрылся. Нас будто бросили в клетку к тигру и сбежали, стараясь не смотреть.
– Ты не сказал, – я занервничала, – по какому принципу выбирают? Вряд ли хватают первого встречного.
– Именно, первого встречного, – рассмеялся юноша.
Мне хотелось сказать, что так нельзя, что надо грамотно распорядиться полученной возможностью, не то возникнет ошибка, как со мной.
– Сейчас сама увидишь, – Рус распахнул дверь и подтолкнул меня внутрь.
Легко открыл – без замков или тайных стуков. Не слишком защищенным оказался этот бастион.
Нас ожидали. За забором раскинулась просторная зеленая лужайка, точно поле для гольфа. На ней стояло четверо мужчин. И хоть бы у одного в руках находилась клюшка. Нет, какие-то пожелтевшие бумаги, которые неожиданно стали выглядеть подозрительными, даже если там договор на поставку продуктов. В этом мире мне уже ничего не нравилось. Каждый предмет был с подвохом, каждый человек представлял собой потенциального врага.
Один из присутствующих был одет просто, как все местные жители, но отличался и ростом, и телосложением: крепкий, мускулистый, ростом под два метра. Светлые коротко стриженные волосы, серые глаза, правильные черты лица – одним словом – красавчик из качалки за углом.
«Из наших», – пронеслась в голове догадка.
Наряды остальных смотрелись вычурно и по местным меркам – дорого. Теперь понятно, почему люди на улице так скромно одевались: у них забрали краски эти «три негодяя» – те самые важные шишки.
Они не походили на правителей, которых я ожидала увидеть: не толстые, не изнеженные, без рабов, смахивающих с хозяев пылинки. На лужайке стояли обычные мужчины.
Лица присутствующих вытянулись, стоило им сделать вывод относительно моей принадлежности к слабому полу.
Оставалось мило улыбнуться и помахать рукой.
А крепыш из «наших» неожиданно подмигнул и, замахнувшись, бросил в меня нож.
Глава 3
Голос Богов,
их указы вершит.
За строгим порядком
исправно следит.
Найден неверный,
будет казнен.
Благословеньем
палач одарен.3
Я зажмурилась и инстинктивно выставила перед собой ладони. Не знаю, что нужно делать в ситуации, когда в тебя летит оружие.
В фильмах крутые ребята ловят рукой, уклоняются, отбивают подручными предметами. У меня подобные умения не развиты. Школу единоборств мама не одобрила, поэтому самооборона – не мой профиль.
Художественная гимнастика – вот, что отнимало свободное после уроков время, пока наука окончательно не взяла верх над детскими увлечениями. Они прошли, навыки остались, но ни «шпагат», ни «отвертка» сейчас бы не помогли.
Внезапный звон разбитого стекла отвлек от мыслей о неминуемой гибели. За непривычным звуком тут же последовал удар в лоб – глухой, будто мячом в голову целились.
Я с опаской приоткрыла глаза, потирая ушиб. Боль была, но отличалась от ожидаемой. Куда делся нож? И что сломалось?
Ответы на вопросы нашлись быстро. Возле ног лежало оружие, сплетенное из травы. Им в меня и целились, решив напугать или оценить реакцию.
Со стеклом все обстояло интереснее. В шаге от меня трава серебрилась от осколков: крупные, с пузырьками воздуха внутри, и мелкие, почти превратившиеся в крошку.
Взгляд скользнул по лужайке и замер на мужчинах. Они обязаны прояснить ситуацию.
Тот, кто напал на меня, тепло улыбнулся и показал большой палец, ошарашив еще сильнее. А три местных царька принялись с жаром переговариваться. Им понравилось увиденное. Недовольство на их лицах развеялось как дым, а быстрая речь говорила о явном интересе.
– Отлично, – на плечо легла ладонь Руса. – Ты успешно прошла испытание.
Это прикосновение стало последней каплей, переполнившей чашу терпения. Я взорвалась за доли секунды, резко сбросив чужую руку: