На краю тумана 2
- -
- 100%
- +
Лею оставляю дома, она о моих шатких планах узнает только в день, когда я решу бежать.
Идем почти по пустому городу, которого восемь лет назад еще не было. Здесь находились предприятия. Не уверена, что знаю, что они производили. К моменту, когда я прибыла в Луч, тут все переместили и создали что-то вроде временного места дислокации, где будут держать Святых матерей перед отправкой к Барону. Некоторые до сих пор здесь находятся. Сама философия Барона до ужаса странная, не представляю, как он заставил уйму людей верить ему и даже поклоняться. Скорее всего он появился в их жизни в тот момент, когда беднягам была необходима надежда на лучшее будущее. Он виртуозно этим воспользовался и промыл мозги так, что, даже после пропажи Барона с радаров, ему до сих пор служат.
Мишель поднимает полог палатки, и мы ныряем внутрь.
– Рассказывай, – тут же приказывает она. – Как все было?
Сажусь на мешок, который когда-то служил лежанкой для гадалки, и устало вздыхаю.
– Кай потерял терпение. Ночью он ворвался ко мне в комнату и натянул на голову мешок, приволок к себе и немного угрожал.
– Он бил тебя? – Мишель злится, сжимает пальцы в кулаки до побелевших костяшек.
– Нет. Я пыталась сбежать и по сути сама себя побила. Неудачно упала со стула.
По факту, так и было. Бить меня Кай не бил.
– Что собираешься делать? – спрашивает подруга.
Подсаживаюсь ближе к Мишель и говорю так тихо, что даже если кто-нибудь и решит нас подслушать, то смысла в этом не будет.
– Я не могу вылечить Рэндалла, – шепчу я.
– Да, Кай сразу же убьет тебя, как только узнает, что ты травила его брата.
Киваю.
– Верно. Следовательно, у нас есть неделя, чтобы покинуть Луч.
Мишель отстраняется и снова смотрит на меня с растерянностью.
– Как? Меня и Лею не выпустят за территорию, – напоминает она.
– Я что-нибудь придумаю, – обещаю я. – Пока заготовь мясо кролика, нам нужна будет еда. И еще…
– Что?
– Я уже несколько месяцев готовлюсь к побегу. За территорией Луча есть рюкзак, он закопан, и я туда постепенно что-то уношу. Таблетки, дождевик, фонарь, ножи.
– И ты молчала? – с оскорбленным доверием спрашивает Мишель.
Морщусь и признаюсь:
– Я не думала, что нам придется бежать так скоро. Я до сих пор надеюсь, что Кая сожрет чудик, и я его больше никогда не увижу.
Мишель хмыкает:
– Кай живучий.
– К сожалению.
Задумавшись, Мишель начинает заламывать пальцы и покусывать нижнюю губу.
– Допустим, – начинает она, – мы выйдем за территорию Луча, забираем рюкзак, а что потом? Куда мы пойдем? Мы даже не знаем нашего точного местоположения.
– Об этом я тоже думала. Нам нужна карта. Может, у Кая есть, он ведь постоянно куда-то уезжает. Комнату Рэндалла я проверяла десятки раз, там нет ничего полезного.
Мишель не напугана, она позволяет себе улыбку.
– Я рада, – произносит она.
– Чему?
Она обводит рукой вокруг и смотрит на палатку так, будто уже прощается с ней.
– Это не наше место, – говорит она. – Мы и так слишком долго пробыли здесь. Я устала работать прачкой и обстирывать форму охраны в ледяной воде. Устала ходить, низко склонив голову, ведь военная выправка этому противится каждый день. Я устала смотреть на смерть от голода. Не могу состариться в Луче. Хочу еще хотя бы раз перед смертью помыться под теплым душем или выпить кофе.
Улыбаюсь ее словам, и воспоминания уносят меня в мир до прихода тумана. Как же он был прекрасен. Как можно скорее выбираюсь из пучины милых моментов и возвращаюсь в реальность. Нельзя там застревать надолго, ведь тогда реальность кажется еще более отвратительной, чем она есть на самом деле.
– Если в комнате Кая нет карты? – спрашивает Мишель.
– Она точно есть у Мэрила, – произношу я. – В этом я уверена, потому что Рэндалл говорил, что именно Мэрил должен был встречать нас с корабля. Обычно он ездит, но в тот день Мэрил сломал руку и поэтому остался дома. У него точно должны быть карты. Хоть какие-то.
– Ты планируешь залезть к нему домой?
Тяжелый взгляд Мишель требует правды, и я отвечаю:
– Если потребуется. Но сначала проверю спальню Кая.
– Опасно все это.
– Мы прожили в безумном мире уже семь лет, неужели нам не удасться раздобыть клочок бумаги? – риторически спрашиваю я. – Мы все сможем.
– Я могу попробовать попасть в комнату Мэрила, – предлагает Мишель отведя взгляд в сторону.
Мэрил, в отличие от Рэндалла, не заставляет женщин насильно быть с ним, в противном случае Мишель жила бы со мной по соседству.
– Оставим это на потом, – предлагаю я. – Займись заготовкой. Попробуй высушить мясо, а я наведаюсь на рынок и потом пойду мыть Рэндалла.
– Помочь?
– Нет. Пусть эта травма будет только у меня.
Мишель улыбается, и на этом мы покидаем палатку. Подруга снова просит меня быть осторожной, я, как обычно, заверяю ее в ответ, что у меня все будет отлично.
Прохожу по полупустым лавкам рынка, не нахожу для себя ничего полезного. Нужно дождаться завтрашнего дня, когда все будут на местах. Обычные торговцы на работе, а вот контрабандиста нет ни одного. Скорее всего они сейчас сидят вместе с Каем и остальными за шикарно накрытым столом и обсуждают очередные планы по поиску Барона.
Неспешно шагаю в сторону дома, стараюсь внушить себе, что у меня все получится. Не может не получиться. Я ведь столько всего пережила, что сдаться на милость Кая – не мой вариант. Он не простит, не помилует и не станет слушать дальше предложения «Кай, я травлю твоего брата».
Вхожу в дом, и тут же замираю. Из комнаты Рэндалла разносятся тихие голоса. Один из них мне не знаком. Моментально срываюсь с места и почти бегом пересекаю кухню, распахиваю дверь. У кровати мужа стоит Кай и неизвестный мне старик: до ужаса худой и немного скрюченный в районе лопаток, светлые, почти прозрачные волосы, редкие, как счастливые моменты в моей жизни, достигают плеч. Взгляды собравшихся переключаются на меня, и теперь я вижу, что старика недавно били. На лице мелкие порезы и ссадины.
– Это еще кто такой? – требовательно спрашиваю я, проходя вглубь комнаты.
– Стэн, – представляется незнакомец, – но друзья называют меня Док.
Сердце падает в пятки, не могу отвести от доктора взгляд. Мне конец…
– Я не подпущу шарлатана к Рэндаллу, – как можно тверже говорю я и подхожу к кровати, встаю так, что теперь врачу придется перелезть через меня, более легкого пути к больному я ему не представлю.
Палюсь. Боже, как я сейчас палюсь.
Кай смотрит на меня с открытым подозрением.
– Отойди от моего брата, – просит он.
– Ты не должен был привозить доктора, – напоминаю я, – это запрещено.
Кай растягивает губы в улыбке, по которой хочется съездить кирпичом, и отвечает:
– А я его не привозил, это пленный. Он с подругой решил пробраться в Луч, его схватили и закинули в колодец.
– Вы обещали меня отпустить, – напоминает старик, выглядывая из-за моего плеча.
Кай кивает ему и говорит:
– Да, как только ты посмотришь моего брата и скажешь, как его вылечить.
Старик шагает вперед, а я, не успев обдумать все как следует, падаю на грудь вонючего мужа и, обнимая его за худые плечи, приговариваю:
– Я не дам тебя в обиду, милый мой, все будет хорошо, я прогоню их и…
Кай нахально стаскивает меня с Рэндалла и уносит от кровати. Стальной обруч рук сдавливает меня так, что тяжело вдохнуть. Брыкаюсь, но это не помогает.
Доктор склоняется над Рэндаллом и немного морщится.
– Отпусти меня, – шиплю я.
– Нет, – отвечает Кай и еще сильнее сдавливает меня.
– Я не буду мешать, – обещаю я.
– Нет.
Доктор осматривает Рэндалла, а я шарю взглядом по комнате, чем-то из имеющегося мне придется защищаться от Кая. Страх настолько сильно просочился под кожу, что я не чувствую боли в плече несмотря на то, что Кай сдавливает до хруста костей.
– Кажется, я знаю причину его плохого самочувствия, – говорит Док.
Замираю, и через секунду Кай отпускает меня и быстро подходит к кровати.
Я же стою, тяжело дыша и не понимая, что предпринять. Бежать из комнаты? Сама бы могла, но еще есть Лея, которая может быть даже не в комнате.
Черт.
– Что с ним? – спрашивает Кай и наклоняется над кроватью.
– Видите следы на когтях? – спрашивает Док.
Подхожу к настенной вешалке, она держится на честном слове и двух гвоздях. Снимаю ее и медленно иду к кровати. Кай и Док стоят ко мне спиной.
– Что это значит? – спрашивает Кай.
Слова Дока не пробиваются сквозь звуки ударов моего сердца, но я слышу последнее, что он говорит:
– … отравление.
Кай поворачивается ко мне, когда я уже замахнулась. Глаза в глаза. Бью изо всех сил, Кай не успевает уклониться, и металлическая вешалка прилетает ему по голове, брат мужа падает возле кровати.
Док стоит и молча смотрит на меня, потом переводит взгляд на Кая, снова возвращает его ко мне.
– Я ничего не видел, – говорит он, поднимает руки ладонями ко мне и отступает на шаг назад.
Глава 4
Плечо простреливает новой порцией боли, вешалка выпадает из рук и звонко брякает о пол. Неужели опять вывихнула? Такими темпами оно не заживет.
Пару мгновений уходит на то, чтобы понять, что только что произошло. Меня рассекретили, я грохнула Кая при свидетеле, план постепенно слинять из Луча провалился.
Не лучший день, но он мог стать в разы хуже, если бы не металлическая вешалка.
Кай лежит без движения. Рэндалл и подавно. Седовласый старик смотрит на меня не со страхом, а с интересом.
– Эт ты что ли его травила? – спрашивает он, скосив глаза на Рэндалла.
– Ты вроде бы ничего не видел, – напоминаю я, стараясь не морщиться от боли в плече. Старик не должен понять, что я слаба и на меня можно напасть.
– Безусловно, – кивает Стэн. – Когда нужно, я слеп как крот в солнцезащитных очках.
– Вот и отлично. – Перевожу взгляд на Кая. – Он бы не отпустил тебя и твою подругу.
Док чешет затылок и, поморщившись, говорит:
– Знаю. Но он вытащил меня из колодца, а это уже шаг к свободе.
Не понимаю, что делать с доктором. Куда мне его деть? Оставить в комнате? Выпустить из дома? Он свидетель не только того, как я напала на Кая, но отравления Рэндалла.
– Ты его только оглушила, – сообщает старик.
Вот черт!
Кай куда опаснее худого Дока, нужно сначала разобраться с наиболее веской проблемой, а уже потом рассуждать, что делать со Стэном.
– Стой здесь и не двигайся, – командую я, строго смотря на нового знакомого.
– Без пробле-е-ем, – протягивает Док.
Ухожу из комнаты и позволяю себе пискнуть от боли. Чертова рука. Нужно лишний раз не беспокоить ее, но пока нет такой возможности. Останавливаюсь перед дверью спальни Кая, пихаю ее. Заперто. Зная, насколько здесь хлипкие замки, сильнее толкаю полотно, задействовав только здоровую руку, оно поддается от первого напора. Плечо отзывается тягучей ломкой.
– Больно-больно-больно, – шиплю я, переступая порог вражеской спальни.
В этих стенах я стала слишком частым гостем.
Надеюсь, вижу это место в последний раз.
Шарюсь в ящиках тумбочек и нахожу то, зачем сюда и пришла. Стяжки, те самые, которыми Кай накануне связал мне руки. Возвращаюсь в спальню Рэндалла, Док на удивление стоит там же, где я его видела в последний раз.
Присаживаюсь возле Кая, он рухнул на бок, поэтому приходится перевернуть его на живот. Тяжелый. Замечаю, что на голове у него кровь. Сильно шибанула. У меня не было возможности раздумывать и прицеливаться.
Стягиваю запястья Кая за спиной сразу же тремя стяжками. С ногами делаю то же самое. Поднимаюсь и смотрю на дело своих рук с долей радости, что мне удалось одолеть Кая, хотя и пришлось ради подобного напасть со спины. Вторая доля уходит на то, чтобы скрыть ужас от содеянного. Кай ведь очнется, и что тогда? Прикидываться дурочкой больше не прокатит.
– А ты ему еще ноги с руками стяни, – предлагает Док.
Перевожу на него все свое внимание. Кто ты, черт возьми, такой?
– Ну так он точно не выберется без посторонней помощи, – добавляет он.
А старик дело говорит.
Сгибаю колени Кая, но мне не хватает сил, чтобы свернуть его так, как нужно.
– Помоги, – прошу я.
– Это я могу, – отзывается Док.
Он на удивление сильный. Никогда бы не подумала, что в столь тощих руках есть такая мощь. Док в легкую поднимает ноги Кая, а я скрепляю их с руками очередной порцией стяжек, оставшиеся убираю в карман. Снова выпрямляюсь и смотрю на родственника со стороны мужа, он сейчас очень напоминает креветку, а не грозного противника. Но я, в отличие от Кая, не допущу промаха и не буду его недооценивать. Он годами воспринимал меня, как слабую, пресмыкающуюся дурочку.
– Так лучше, – говорит Док и улыбается мне. Поняв, что я не отвечаю на его улыбку, он стирает с лица свою и спрашивает: – Что дальше?
– В смысле? – переспрашиваю я.
– Дальше что будем делать? Как я понимаю, тебе не нужно, чтобы я помог выздороветь вот тому мужику на кровати. – Говорит Док и переводит взгляд с Рэндалла на Кая. – Этого мы связали и обезвредили. Теперь пора валить отсюда. Видел я ваше разукрашенное поле, не хочу там оказаться.
– Ты вообще кто такой? – прищурившись, спрашиваю я.
– Позвольте представиться, Стэнли Говард Миддлтон, – поклонившись, проговаривает старик. – В простонародье – Док.
Узнав его имя, я не получаю информацию, которая мне нужна. Можно ли верить ему? Что за человек Стэнли Говард Миддлтон?
Напрямую такие вопросы не задают, ведь честного ответа почти никто не даст. Он может лгать, недоговаривать.
– Что ты делал возле Луча? – спрашиваю я.
Док отвечает моментально:
– Мы с друзьями ищем Одинокого Волка. Что-то воровать у вас мы не хотели.
Да чтоб тебя…
Закатываю глаза, поднимаю лицо к потолку и смотрю сквозь него. Боже, за что ты снова отправил ко мне сумасшедшего человека? Чем я так провинилась? Сначала Лея, потом Рэндалл, а теперь и Док. Неужели нельзя было послать в лице Стэнли кого-то адекватного, а не старика, верящего в мифы?
– Одинокий Волк? – переспрашиваю я, снова вернув внимание на Дока.
– Да. – Воодушевляется он. – Не слышала о нем? Это очень крутой мужик, который может все.
– Типа супермен? – уточняю я.
– Не-е-ет, – отмахивается Стэнли. – Супермен по сравнению с ним малыш.
– Ага. Поняла.
– Ты мне не веришь?
– Конечно верю, – говорю я. Жизнь с Леей и встреча с Рэндаллом показала мне – с людьми, которые потеряли связь с реальностью спорить не надо.
– Да я не сумасшедший, – будто прочитав мои мысли, спорит Стэнли. – Мы встречали мужика, который сам видел Одинокого Волка. Вот прям разговаривал с ним так же, как мы с тобой сейчас.
– Но ведь говорят, что его невозможно найти, он сам находит тех, кому нужна его помощь, – напоминаю я.
До меня долетали слухи про неуловимого Одинокого Волка. Будто этот человек сильнее и быстрее любого из смертных. Отчего-то он решил, что будет помогать обездоленным и пошел колесить по умирающему миру. Ну не бред ли?
В его существование я верю так же, как в силу Барона, который может изгнать туман с помощью Святых матерей.
– Да. Мы знаем это. Но как Одинокий Волк поймет, что нужен нам, если мы не будем говорить об этом в каждом поселении, которое проходим? – спрашивает Док, хитро улыбнувшись.
– На удивление логично, – проговариваю я.
– А то.
– И зачем вы его ищите?
Стэнли глубоко вздыхает и отвечает:
– Мы ищем место, где сможем осесть. Устали колесить. Я уже чувствую, что пройдет год-другой и я не смогу так бодро сражаться. Пора на пенсию.
– А где вы с друзьями жили раньше?
– Да везде. Дольше всего мы задержались на военной базе, но со временем там все изменилось и жить стало невозможно.
Док даже не понимает, насколько наши с ним мотивы схожи. Продолжаем брыкаться, лишь бы найти тот самый оазис и засесть в нем.
– Ты пока не выходи отсюда, – прошу я. – Если кто-нибудь поймет, что ты не местный, то повесят на кресте и не будут разбираться в тонкостях того, как ты попал на территорию.
Док кивает. Его взгляд меняется, становится хитрым.
– Я помог тебе, а ты должна помочь мне, – говорит он.
А вот и торг за молчание о произошедшем в комнате.
– Как? – спрашиваю я.
– Надо вытащить Риту. Она была со мной в колодце, а потом ее куда-то увели. Не знаю, где она.
Кай говорил, куда увел девушку. Повезло, что у нас с ним хоть иногда были нормальные разговоры.
– Она у Святых матерей, – отвечаю я.
Док хмурится и поворачивает голову ухом ко мне.
– У кого? – переспрашивает он.
– У женщин на окраине Луча. Кай говорил, что отправит ее туда.
– Ее не охраняют? – недоверчиво спрашивает Стэнли.
– Охраняют.
– Конечно, – восклицает Док. – Иначе она бы уже вытащила меня из колодца. Помоги нам с ней сбежать из вашего Луча.
Отлично. Теперь мне не только Лею и Мишель нужно вытащить отсюда, но и двух незнакомцев? Перебор. Еще немного и мне придется угонять автобус, чтобы вывести отсюда всех желающих.
– А если не помогу? – спрашиваю я.
– Тогда я могу развязать вот этого здоровяка. – Стэнли кивает на Кая. – Или заору во всю глотку, что здесь пожар, и кто-нибудь да прибежит, а ты уже расскажешь, что произошло.
Он снова улыбается.
– Угрозы – не лучший метод для сотрудничества, – замечаю я.
Что-то мне подсказывает, что Док этого не сделает, ведь тогда не только мне будет плохо, но и ему с Ритой.
– Но действенный. Я не хочу тебе угрожать, но мне не выйти отсюда без человека, который знает, как все устроено.
И тут меня осеняет.
– Так ты говоришь, что вас не двое, а больше. Ты сказал, наша компания, друзья.
Стэнли прищуривается. Не понимаю, то ли он плохо видит, то ли относится ко мне с подозрением.
– Да. Нас больше двух.
– Если я помогу тебе и твоей подруге выйти из Луча, то ты поможешь мне добраться до ближайшего города? – тут же спрашиваю я, чувствуя, что хватаю удачу за хвост.
– Ладно, – быстро соглашается Док. – У нас даже транспорт есть.
Не может быть. Сердце разгоняется, отбивая молотом. Мне даже хочется улыбнуться. К черту поиск карты, сбежим из Луча в ближайшее время. Не хочу тут оставаться даже на лишнюю минуту.
– Кроме меня, еще две женщины и кот, – предупреждаю я.
– Обожаю кошек. – Стэнли улыбается. – Я ведь ветеринар.
– Ты не доктор?
– Доктор, но для животных.
Бросаю взгляд на Рэндалла. Этот доктор ему подходит.
– А как ты понял, что его травят? – спрашиваю я.
– Я посмотрел, кажется, все сериалы про медицину. «Анатомия страсти», «Пожарные Чикаго», «911»…
– Я поняла. Договариваемся здесь и сейчас. Я помогаю тебе и Рите выйти за пределы Луча, а ты поможешь моей команде добраться до первого города.
– До любого города? – уточняет кошкин доктор.
– До любого.
Стэнли протягивает руку, пожимаю ее и снова чувствую силу, что скрыта под видом костлявого старика.
– Договорились, – говорит он.
– Если кинешь меня, я тебя убью, – предупреждаю я.
– Не сомневаюсь.
Вот так у меня появляется новый союзник, о котором я почти ничего не знаю. Иногда выбор без выбора это не плохо, это необходимо, чтобы сделать первый шаг и вытащить себя из болота.
Глава 5
– Уму непостижимо, – шипит Мишель, пытаясь догнать меня. – Мы не виделись около двух часов, а ты уже…
– Мы же не будем говорить об этом на улице? – спрашиваю я, немного сбавив шаг. – Все случилось само собой.
Оставив Дока охранять Кая, я проверила Лею, попросила ее никуда не выходить из комнаты и пулей понеслась к Мишель, забежала в дом и все рассказала, но как только подруга стала закидывать меня вопросами, я развернулась и пошла домой, она отправилась следом.
Мысли хаотично скачут по кочкам образовавшихся перспектив. Сейчас у нас появилась реальная возможность покинуть Луч и навсегда оставить этот отрезок жизни позади. Мне не делает чести регулярное отравление Рэндалла и каждодневный обман Кая. Я просто не смогла смириться с тем, что для меня приготовила эта семья. Не буду жить по их правилам и по прихотям Рэндалла. Да и сколько бы я протянула, если бы не Мишель, которая подсказала про цветы и их возможности? Может, год бы я вытерпела или сдалась бы и все прекратила этими самыми цветами.
– Думаешь это не проверка Кая? Вдруг он подговорил этого старпера? – допытывается Мишель, когда мы отходим в сторону с дороги, чтобы пропустить машину, которых в городе всего восемнадцать штук.
– Откуда мне знать? Я действовала по обстоятельствам, – признаюсь я.
Если бы Мишель была рядом, то она бы нашла более логичный и менее травмоопасный для нас выход, но ее не было.
Я не могу надолго оставить Кая без присмотра. С каждым пройденным метром, сердце все сильнее сжимается от страха. Что если он очнулся, одолел Дока и уже душит Лею. Воображение играет против меня. Подкидывает все новые и новые ужасные картины того, что может происходить в бараке, пока меня нет.
Нужно думать о другом. О том, как сдержать обещание, данное Доку, вытащить Риту из-под надзора, а потом сбежать всем вместе за территорию Луча.
– И ты веришь этому ветеринару? – скептически спрашивает Мишель, когда я торможу у крыльца барака.
– Конечно нет, – отвечаю я, смотря ей в глаза. – Мы доверяем только друг другу, ясно? Остальные только для достижения цели. Док поможет нам добраться до ближайшего города, а там мы уже придумаем, что делать дальше.
– Найдем какой-нибудь дом на отшибе, – начинает мечтать Мишель и мягко улыбается. – Я ванну приму.
– Сомневаюсь, что водопровод работает.
– Если придется, я на костре нагрею воды.
Открываю дверь и прислушиваюсь. Тихо, как в могиле.
Переглядываюсь с Мишель, она заводит руку за спину. Скорее всего ее пальцы сейчас уверенно обхватывают рукоять ножа, с которым она не расстается даже во сне.
– Идем, – шепчет Мишель.
Вхожу в дом и прислушиваюсь. Тишина давит на перепонки. Продвигаюсь шаг за шагом в сторону спальни Леи. Нужно убедиться, что с ней все в порядке. Заглядываю внутрь и вижу, как тетя складывает одежду в чемодан. Где она его взяла? Огромный, коричневый с потрескавшейся краской и отвалившимся колесиком.
– Что ты делаешь? – шепотом спрашиваю я.
Лея оборачивается, Шерстяной выглядывает из чемодана. Они оба смотрят на меня так, будто более глупого вопроса я не могла задать.
– Вещи собираю, – отвечает Лея.
По чистоте взгляда понятно, что она с нами, а не в мире грез. Я ей не говорила про побег, с чего она решила собираться именно сейчас?
– Ты была в комнате Рэндалла? – аккуратно спрашиваю я.
– Да. Док сказал, что можно собирать вещи, – беззаботно произносит Лея и отворачивается.
Пока меня не было, она успела познакомиться с самым непонятным членом нашей команды беглецов. Он не причинил ей вреда, но растрепал, по сути, секретную информацию. И как после такого можно ему верить?
– Скоро приду, – говорю я.
Лея кивает и продолжает упаковывать чемодан.
Мишель обходит меня и первой оказывается у двери в комнату Рэндалла. Как же я надеюсь, что там все на тех же местах, что и были в момент моего ухода.
Мишель смотрит на меня, киваю, и она распахивает дверь.
Вваливаемся в спальню.
Все как и было. Вот только теперь Кай пришел в себя, он так и лежит на животе, лицо красное, то ли от гнева, то ли из-за того, что у него во рту кляп.
Док встает с краешка кровати и с подозрением смотрит на Мишель.
– А это кто?
– Она со мной, познакомитесь позже, – отвечаю я, не в силах отвести взгляд от пыхтящего Кая. – Как давно он очнулся?
– Как только ты ушла. Пришлось запихать ему в рот тряпки, я их нашел возле кровати.
Этими тряпками я мыла Рэндалла.
– Он что-нибудь говорил?
– Да, – отвечает Док. – Обещал убить тебя голыми руками. Думал, задушить.
Ну что ж, не буду пока расстраивать Кая, но не видать его рукам моей шеи. Скоро я свалю отсюда.
Мишель подходит к старику и протягивает ему ладонь для рукопожатия.
– Мишель, бывший военный. Ныне прачка, свежеватель дичи, сообщница Октавии.
– Док, бывший ветеринар. Ныне хирург, гастроэнтеролог, аллерголог и так до бесконечности, против воли, тоже сообщник Октавии.
Они пожимают друг другу руки, но подозрительность не уходит из их глаз. Да уж, доверие в наше время стоит непозволительно дорого.
Присаживаюсь возле Кая, он смотрит с такой ненавистью, что я чувствую, как он мысленно уже разделил мое тело на части и раскидал в разных частях света.
– Я не хотела этого, – серьезно говорю ему я. – Если бы Рэндалл не был сволочью, все было бы иначе.
Кай что-то мычит, но я ни за что не выну кляп из его рта. Брат Рэндалла действует на меня, страх перед ним может заставить меня сомневаться в плане побега, сбить с пути, или я начну торопиться, чтобы как можно скорее слинять из Луча, и совершу промах. Промахиваться нельзя.