Холод. 98 лет спустя

Пролог

Слишком много времени прошло с момента смерти захватчика Тобиаса. Если быть точным, то девяносто восемь лет. Это был самоуверенный старый стратег, один из древнейших Моров, входящих в Совет. Он подстроил всё так, что небольшая группа существ развязала войну. Моё имя Тони Аллен, и я один из них. А точнее, я один из последних, кто остался в живых. Ведь для меня время идет совершенно иначе.

Правление Тобиаса не длилось долго, его погубила уверенность в существе, которое привело его к этой власти. Но самое обидное для него, ну так я полагаю, это то, что он умер от руки обычной человеческой девчонки, которой сам же до этого сохранил жизнь. И я искренне надеюсь, что эта мысль преследует его на той стороне и не даст покоя до скончания времен.

Время идет, а Мертвая война не прекращается. Не смотря на падение Новой Империи, люди и Моры не смогли найти компромисс. Если вы спросите моё мнение, то я вам скажу, что они его и не искали. Люди поставили невыполнимые условия, они хотят, чтобы Моры убрались туда, откуда прилетели, но это невозможно, ведь из ныне живущих никто и понятия не имеет о том, как мы сюда попали, и по каким причинам это произошло. Моры во главе с Бенджамином Алленом в свою очередь выставили другие условия для мира. Они хотят поделить землю и жить, не соприкасаясь между собой, но и это невозможно, ведь люди были единственными разумными существами на этой планете, и другого варианта они не приемлют. Помимо людей и Моров, есть "побочные" – это дети от смешанных пар, то есть мама Мор, папа человек, или наоборот. Раньше, буквально сто лет назад, такие союзы были запрещены, так как Совет боялся, что эти дети могут погубить их вид. Вся проблема заключалась в том, что на "побочных" сила Моров не действует, от этого и произошел их страх. Что ты думаешь, Тони, по поводу "побочных", спросите вы меня. Знал я одного "побочного", долгие годы ненавидел его всей своей темной душонкой. Спустя время я понял причину этой больной ненависти… я хотел быть таким, как он. После многих печальных моментов я поменял отношение к нему. Кардинально поменял. Скажу больше, я восхищался его самоотверженностью, силой духа и уверенностью в своих действиях. Но если вернуться к вашему вопросу, то вот что я отвечу на него, мне плевать, какой ты расы, если ты на моей стороне, то будь хоть единорогом. Но если ты меня предашь или причинишь боль моим близким…

Ладно, это всё лирика, вернемся к войне.

Самое интересное то, что на данный момент не две противоборствующие стороны. Их три. Возникновение третьей – это чистое безумие. Люди, несмотря на своё численное превосходство, не смогли одолеть Моров и создали вид, который должен был помочь им в этой бесполезной войне. Они лабораторным методом скрестили ДНК Мора и человека, подмешали туда что-то ещё и тем самым получили новый вид. Ранее мир не видел такого и лучше бы так и продолжалось. Впервые эти создания появилось пятьдесят лет назад. Их стали называть – Аномальные. Один такой Аномальный может одолеть десяток Моров или сотню людей. Их очень проблематично убить, ведь им досталась улучшенная версия нашей регенерации, так же они более выносливы и быстры. Внешне Аномальные ничем не отличаются от людей, единственное различие – это глаза. Они невероятного фиолетового оттенка.

Первое сражение с их участием произошло тридцать лет назад, и это привело к катастрофическим результатам. На данный момент шестьдесят процентов населения планеты уничтожено. Вся проблема в том, что люди не доработали своё детище, и оно вышло из-под контроля. Всего десять тысяч Аномальных, и мир погряз в полнейшем хаосе. Они не видели разницы кого убивать, в их головы вложили понимание того, что землю нужно освободить. И они выполняют свою задачу на отлично, уничтожая и Моров, и людей в том числе.

Люди поняли свою ошибку, но было поздно, Аномальные не вернулись к ним. Они так же разумны, как люди и Моры, и им не стоило больших усилий, чтобы понять, сила на их стороне, и им просто незачем кому-то прислуживать. После своего первого боя они просто ушли, оставив за собой тысячи мертвых тел. И вроде бы вот он момент для объединения сил людей и Моров. Теперь у нас общий враг, но и это не помогло нам примириться.

И случилось так, что теперь за землю борются Моры, люди и Аномальные. Эту войну уже давно прозвали Мертвой, большинство склоняются к тому, что она будет длиться до тех пор, пока на планете не останется только один вид, ещё буквально семьдесят лет назад я верил, что мир возможен. Но слишком многое изменилось, лично я потерял надежду на согласие между нами. Люди отняли у меня значительно больше, чем следовало.

Уже год я нахожусь в плену у людей. Первые три месяца они обследовали меня, пытались понять, являюсь ли я носителем "чистой крови". Со временем они узнали о "крови" и именно с ее помощью создали Аномальных. Но они не знают, что носителей "чистой крови" практически не осталось. Следующие четыре месяца с помощью пыток они надеялись выудить из меня информацию, касающуюся города, в котором находится правитель Моров и по совместительству мой отец. Им это не удалось. Следующие два месяца меня выставляли на бои в клетке, я отказывался сражаться, и в итоге меня уносили оттуда мертвым. В буквальном смысле этого слова. Меня убивали раз за разом, но я восставал из мертвых и снова появлялся на ринге. Всё это было лишь для того, чтобы меня навестил глава людского клана, его никто из Моров никогда не видел вживую. Единственное, что нам известно, что это мужчина и имя его Максвелл. На этом информация заканчивается. Но, несмотря на моё неповиновение и попытки бегства, он не удостоил меня своим вниманием. Спустя девять месяцев пребывания в плену, я начал ощущать слабость. Мне не хватало энергии, я медленно иссыхал. И в один из дней, меня снова завели в клетку, но мои противники не ожидали, что я начну сражаться. А я начал. И бился так свирепо и кровожадно. Получил огромное количество страха и отчаяния своих противников. Это напитало меня, и вот, я снова в строю.

На данный момент я сижу на своей металлической кровати, в металлической комнате без окон, с одной лишь дверью, которая, кажется, заперта с той стороны на все замки, что остались в мире. Я уже дважды пытался сбежать. Ну, так думают люди, а я всего лишь обследую местность, ведь я не просто так попал сюда.

1. Дважды

Амели.

Сегодня второй самый нервный день в моей жизни. Конечно, я нервничала куда больше двух раз. Просто именно эта нервозность… она другая, особенно неприятная.

Меня в очередной раз нарядили в свадебное платье, сделали красивую высокую прическу, надели туфли и отправили по проходу в главном зале Скалы. Иду, еле переставляя ноги, и обвожу взглядом собравшихся. Снова стеклось слишком много людей. Я не понимаю, почему они присутствуют здесь. Да, это свадьба, но по факту, просто союз двух городов. Ни больше, ни меньше.

Я иду одна. Рядом нет отца, который бы проводил меня до моего суженого и отдал из рук в руки. Да мой папа этого и не сделал бы. Жаль, что его нет со мной. Десять лет, как он погиб, сражаясь с Морами. Мне было одиннадцать, и я уже прекрасно понимала, что такое смерть. В один из дней дядя пришел и сказал, что папа больше не вернется, он отдал жизнь, чтобы я смогла жить на своей планете и не бояться того, что захватчики Моры решат подкрепиться мной или же возобновят работу "ферм". Я долго плакала и очень сильно скучала по папе. Скучаю до сих пор.

Маму я никогда не видела, но всегда хотела отыскать женщину, что родила меня. Я знаю, что она жила, а возможно и до сих пор живет в Скале. Но дядя сказал мне, что это глупая затея, и мне никогда не узнать, что это за женщина, как её имя, и почему она не была рядом со мной на протяжении двадцати одного года. Родных братьев и сестер у меня нет. На данный момент у меня есть только дядя и его сын.

Своего жениха я видела лишь дважды. Первый его визит был за пять дней до нашей первой свадьбы. Это обычный молодой человек, не красавец, конечно. Но не это главное, самое печальное то, что он пошел по стопам своего отца. А его папу боялся даже мой дядя. Хотя я вообще думала, что он не способен испытывать чувство страха. Второй раз я лицезрела жениха на свадьбе, стоя с ним лицом к лицу… я ответила "Нет". Это не от того, что я смелая и сильная, и ничего не боюсь. Я ответила так лишь от своего страха. Я знаю, что этот милый молодой человек безжалостный убийца, который неизвестно что будет делать со мной. Он пришел к власти, прилюдно казнив своего родного отца. Он сам отрубил ему голову и оставил тело лежать в центре города больше недели. Так он решил показать каждому жителю, что с ним шутки плохи, и он пойдет на всё что угодно для достижения своей цели.

В первый раз из-за отказа выйти замуж, я понесла наказание. Дядя не бил меня, просто отправил на месяц на исправительные работы в местный бордель. Чего я там только не насмотрелась. Во-первых, меня повергло в шок то, что девушки и женщины там ходили в юбках, а то и вообще без них. Чтобы вы понимали, юбки и платья ушли из нашей повседневной жизни. Этот глупый, но красивый элемент одежды мешает в бою, сковывает бег и вообще не удобный. Своё первое платье я надела на свадьбе, в нем-то меня и привели в бордель. Я должна была прислуживать мисс Бейли и выполнять все её указания. В основном я убирала комнаты девочек после посещения мужчин. Некоторые просили меня помочь нанести макияж или же потуже затянуть корсет.

Я проработала там две недели. И через четырнадцать дней увидела обратную сторону развлечений мужчин. Девушка по имени Селеста не вышла из комнаты после того, как Полковник покинул её покои. Мисс Бейли отправила меня туда и сказала всё прибрать. Я тихо постучалась, но мне никто не ответил. Я постучала снова. Опять тишина. Я думала, что девушка уснула, и хотела бы уйти и не беспокоить её, но ослушаться приказа мисс Бейли невозможно. В этом месте её слово – закон.

Нервозно переступила с ноги на ногу, выдохнула и тихо открыла дверь. О, Боги! Крик ужаса разнесся по борделю. Ничего не могла с собой поделать, я просто кричала. Когда в легких заканчивался воздух, я набирала его снова и опять кричала. То, что я увидела, повергло меня в ужас. Селеста была привязана руками к верхним балкам кровати, её тело практически висело в полный рост, только ноги на коленях стояли на полу. Она была абсолютно обнажена, голова свисала вперед, и длинные белые волосы скрывали её лицо. На мой крик первой прибежала мисс Бейли, она велела мне молчать и не наводить панику. Женщина прошла к кровати и приложила руку к шее подвешенной девушки. Повернулась ко мне и сказала: "Я отправлю тебе в помощь Скотта, думаю, одна ты тут не справишься". Я была в шоке и не понимала, о чем говорит женщина. Но позже пришел Скотт, срезал веревки и упаковал тело Селесты в какие-то тряпки. Он делал это с безразличным выражением лица, все движения отточены до автоматизма. Думаю, это не впервые. Прежде чем Скотт упаковал девушку, я успела увидеть её мертвые глаза и ужасающие синяки на теле и шее. Позже мисс Бейли скажет мне, что Полковник очень страстный мужчина, и порой его страсть выходит из-под контроля, и тогда случаются такие – неприятные моменты.

Неприятные моменты – именно так она называет смерть своих девочек. Я доработала ещё две недели, и дядя освободил меня от этой участи. В какой-то степени я удивлена, что отделалась таким легким наказанием. После моей работы в борделе прошло ещё два месяца, и дядя решил, что я пересмотрела своё решение и готова к тому, чтобы с помощью брака укрепить наш город. Не сказав мне, он пригласил жениха для повторной церемонии. И вот я снова здесь. Снова в том же платье, с такой же прической.

Мне страшно. Я не хочу уезжать из города, в котором родилась и прожила всю свою жизнь. Мой родной город называется Скала, и не трудно догадаться почему. Практически сразу после падения Новой Империи, мой дед и его соратники были спасены из "фермы" и ушли как можно дальше от того места. Они спасались бегством, напуганные и опустошенные. Нашли заброшенный город и стали там жить. Спустя несколько лет город разросся, и людям просто не хватало места, недалеко находилась станция, которая располагалась внутри горы. Мой дед создал проект, и со временем люди построили поистине неприступную крепость. После одного из сражений все, кто находились снаружи погибли, но внутрь Морам попасть не удалось, и это спасло жизни местных жителей. Считаю это место родным, ведь за пределами Скалы я ни разу не была.

Но вся проблема в том, что помимо Моров, сейчас появилась новая угроза – Аномальные. И чтобы укрепить свои силы, дядя выдает меня замуж. Но я не хочу. Не могу.

Иду по проходу и смотрю на незнакомые лица, что окружают меня. В прошлый раз они улыбались, сейчас нет. Все смотрят на меня, и это нервирует ещё больше. За пять минут до этого я сказала дяде, что не соглашусь на брак, но он не поверил мне и сказал, если я отвечу отказом, то участь, что ожидает меня, куда хуже той, что была в прошлый раз.

Шаг за шагом.

Кажется, я перестаю дышать.

Воздуха действительно очень мало, и эта неуместная толпа забрала его весь, не оставив мне и вдоха. Сжимаю в руках букет цветов. Как сказал дядя, его привез мой жених. Цветы красивые. Жених не очень. Он не безобразен, совсем нет. Молодой человек примерно моего роста, может немного повыше, карие глаза, темные волосы и очень большой нос. Ну не прям как у слона, но если бы меня спросили о том, чем именно он запомнился мне с первой встречи, я бы незамедлительно ответила – нос.

Дохожу до него и встаю рядом. Я чувствую, как он прожигает меня взглядом. Но я смотрю только на священника перед собой. Мужчина средних лет одет в белое одеяние, увитое золотыми узорами. Он начинает речь, но я не слушаю его. Я знаю, что будет дальше. Точнее, предполагаю, и для меня это ничем хорошим не закончится. Священник замолкает, и я отрываю свой взгляд от узоров на его одеянии. Чувствую, как жених мягко тянет меня за локоть. Поворачиваюсь лицом к нему. Он берет мою руку в свою и слегка сжимает пальцы. Боже, я ведь даже имени его не знаю. Это просто какой-то спектакль. Дядя говорит, что в новом городе у меня будет много друзей, ведь все захотят понравиться новой "первой леди". Но мне не нужны друзья. Мне и одной хорошо. Дайте мне карандаш, лист бумаги, большего я не прошу. А если вокруг меня не будет друзей, то вообще отлично. Не понимаю, почему люди считают одиночество печальным. Мне хорошо самой с собой, уютно и спокойно.

Жених снова сжимает мои руки. Ловлю его взгляд, он приподнимает бровь в вопросительном жесте. Что ему надо? Он просто смотрит и молчит. Священник молчит. Все молчат. Почему?

– Амели? – обращается ко мне мужчина в рясе.

Перевожу на него взгляд и переспрашиваю:

– Что?

– Согласна ли ты разделить жизнь с Боа Уилсоном?

Так вот как его зовут. Я что прослушала все вопросы и даже ответ Боа? Возвращаю взгляд на жениха. И не могу произнести "да". Просто не могу. Я знаю, всё станет проще. Для всех, кроме меня. Бросаю взгляд в конец коридора, где скрыта потайная дверь, и я знаю, что дядя находится именно там. Сейчас он смотрит на меня и злится. Дядя не присутствует на церемониях или приемах. Он всегда скрывается и не желает, чтобы его видели посторонние люди или существа. Сглатываю ком в горле, прикрываю глаза и говорю тихое:

– Нет.

– Что? – кричит мой жених.

Открываю глаза и наблюдаю, как его лицо искажает злоба. Я унизила его… дважды. Думаю, дяде нужно искать других союзников. Боа замахивается и ударяет меня по лицу. Жар распространяется по щеке. Боже! Это первый раз в жизни, когда на меня кто-то поднял руку. Слезы набегают на глаза, но я стараюсь их сморгнуть, иначе ничего не вижу. Выпрямляюсь в полный рост и тихо говорю Боа:

– Прости.

В зале начинается суматоха, люди расходятся и делятся на две половины. Надеюсь, сейчас не начнется общая драка? Я просто хочу, чтобы он уехал, а я продолжила жить так, как жила до этого.

Боа делает шаг ко мне. Я пячусь назад. Между нами вырастает огромная фигура помощника дяди. Дюк выставляет перед собой руку, тем самым останавливая неудавшегося жениха и говорит:

– Мистер Уилсон, Максвелл желает поговорить с вами и Амели наедине.

– О чем тут можно говорить? Вы снова это сделали! Для чего? Мира между нами никогда не будет! Союзу конец!

Никогда не говори никогда. Сказала бы это я, если была бы чуточку храбрее. Но я молча продолжаю прятаться за спиной Дюка. Я знаю, что он никогда не даст меня в обиду. И не важно, кто стоит перед ним, хоть сам Бенджамин Аллен. Только от мысли об этом всемогущем Море, мороз пробегает по коже. Говорят, он безжалостен и очень жесток. Я видела Моров лишь несколько раз в жизни. У нас в Скале их вообще нет, только пленники-бойцы, которых посадили в карцеры и держат там.

– Поверьте мне, Максвелл предложит вам то, от чего не так-то легко отказаться. – настаивает Дюк.

– Поверить тебе? Кто ты вообще такой?

– Дюк Нельсон – правая рука и доверенный советник Максвелла.

Примерно минуту стоит тишина, но до меня доносится шушуканье людей, окружающих нас, некоторые фразы мне даже удалось разобрать. "Что ей ещё надо, когда в последний раз была настоящая свадьба? Кто может себе это позволить?", "Думаю, у неё с головой проблемы", "Всего лишь племянница, а возомнила себя кем?" И всё в этом духе. Меня не очень любит наш народ. И я это прекрасно знаю. Лишний раз стараюсь не ходить по Скале, только по необходимости и в сопровождении охраны.

– Я выслушаю его, но хватит масок, я хочу видеть его лицо. Это будет залогом наших "возможных взаимоотношений". – соглашается Боа и бросает на меня мимолетный взгляд.

– Хорошо, идемте. – говорит Дюк и показывает рукой в сторону выхода из зала. Боа направляется на выход, и за ним следуют трое его людей.

– Идем, малышка. – зовет меня Дюк.

Еле как переступаю ногами, даже не представляю, насколько злым сейчас будет мой дядя. Он меня никогда не трогал, но понимаю, что сейчас я сорвала одну из самых крупных сделок за все время его правления Скалой. Я опять это сделала – разочаровала его.

Покидаем импровизированную церковь и направляемся в кабинет дяди. Я знаю, он уже там. В Скале очень много потайных ходов, но знают о них лишь члены семьи и Дюк. Остальные в неведении. Таким образом дядя может наблюдать за всеми в городе, но при этом оставаться скрытым от любопытных глаз.

Проходим главную улицу, но здесь практически никого нет. Уже вечер, а значит, люди ушли на представление. Сегодня суббота, следовательно будет бой. Никогда там не была, дядя всегда запрещал. Говорил, что такой нежной девушке не пережить увиденное, но, если честно, мне очень интересно, что там происходит. Говорят, что в бою люди выходят против Моров, и это незабываемое зрелище. Именно там, в клетке, Моров заставляют поплатиться за все их деяния, за всю ту боль, что их раса принесла человечеству. Дядя говорит, что такие показательные "выступления" поднимают боевой дух граждан Скалы. Они видят, что Моры не всесильные существа, они так же уязвимы, как мы, и могут умереть.

Выруливаем на соседнюю улицу и доходим до конца. Упираемся в тупик, Дюк смотрит налево и говорит:

– Мистер Уилсон, не могли бы вы сделать ещё шаг вперед.

– Зачем это?

– Иначе, я боюсь, вас раздавит металлом.

Боа тут же делает два шага вперед. Дюк тянется к стене и опускает первый рычаг. Сверху перед нами скатывается металлический лист. Дюк опускает второй рычаг.

– Что это? – спрашивает Боа.

– Лифт, сэр.

И мы начинаем движение наверх. Желудок падает вниз. Каждый раз, когда мы поднимаемся или опускаемся на этом лифте, я боюсь, что тросы не выдержат, и мы полетим вниз. К счастью, такого не происходило. Надеюсь и сейчас не произойдет. Поднимаемся на самую вершину Скалы, именно там находится кабинет и комнаты дяди. Дюк опускает очередной рычаг, и металл, что служит дверью, убирается наверх. Мы выходим из лифта, Дюк молча ведет нас в кабинет. Стучит в закрытую дверь и, только после холодного: "Входите", открывает её.

Пропускает нас вперед, сам заходит последним. Все, кто впервые видит моего дядю, теряют дар речи, и Боа, оказывается, не входит в исключение из данного правила. Он стоит, разинув рот, и просто моргает. Его охрана старается выглядеть более профессионально, но взгляда от дяди они тоже отвести не могут.

И вот тут начинается самое интересное. Дядя действительно предложил Боа то, от чего он не смог отказаться. Меня же ждет новое наказание сроком в два месяца, а после него состоится свадьба, но она будет проходить без посторонних, только я, Боа, дядя и священник.

Всё дело в том, что дядя любит меня, по-своему конечно, но тем не менее, он пытается сделать так, чтобы я сама захотела помочь ему и объединить города с Боа. И в этот раз он решил показать мне, кто такие Моры, и почему этот брак так важен для нас и для людей в целом.

Он отправляет меня в пленное логово одного из них.

2. Клетка

Тони.

Недолго я просидел на кровати в ожидании. Буквально через двадцать минут за мной пришли. Как обычно десять человек на меня одного. Могу сказать одно, они работают слаженно и профессионально. Каждый раз дверь резко открывается, и в комнату врываются двое, у них в руках автоматы, направленные четко мне в голову. Следом входят ещё двое, у одного в руках кандалы, которые сковывают мне руки и ноги, а между собой их соединяет цепь, у второго – мешок, который закрывает мне обзор. Остальные выстраиваются в шеренгу на выходе и ожидают моего появления.

Если честно, я думаю, они слишком высокого мнения обо мне. Десять человек, ещё и вооруженных. Ну пять… пятерых я бы уложил. Ну ладно шесть, это максимум, и то, если использую свою силу, но после мне нужна будет подзарядка, а в этом месте я её вряд ли найду, так что они зря тратят ресурсы.

И вот, меня ведут по коридорам в мешке и кандалах. Мешок, кстати, постирали, в прошлый раз от него разило так, что меня чуть не вывернуло наизнанку, а в этот раз вроде ничего, терпимо. Кандалы тяжеленные и сильно сковывают ноги, поэтому движемся медленно.

Данный маршрут я выучил, как свои пять пальцев. Триста метров прямо, около ста пятидесяти направо, дальше небольшой уклон вниз и примерно пятьсот метров по прямой. А потом – крик толпы. Дикий и необузданный гул голосов. Это жители Скалы пришли посмотреть на то, как очередного Мора разорвут на куски, ну или по крайней мере постараются. Вот так принято проводить вечер субботы в наше время.

С меня срывают мешок, но кандалы оставляют. Так происходит всегда. Осматриваю место, ничего не изменилось. В центре небольшой помост, на нём и находится пресловутая клетка. Вокруг неё метров на десять ничего нет, а вот дальше находятся люди. Слишком много крикливых человеческих единиц. Здесь нет искусственного освещения, лишь факелы, что расставлены вокруг клетки и воткнуты в каменные стены за толпой. От этого постоянно стоит неприятный запах потных людей и гари.

Бросаю взгляд на свои руки, чертовы кандалы, они, если честно, раздражают меня, я каждый раз вспоминаю день падения Новой Империи. Один из самых печально-счастливых дней. Я буду в цепях, пока не войду в клетку, и она не закроется за мной. Меня всё так же ведут десять человек, а четверо бойцов ожидают внутри большой металлической арены. Это не такая клетка, в которых раньше проходили бои ММА или подобные им. Это действительно клетка, словно для птицы, только очень большой и свирепой. Меня вталкивают внутрь, и мои противники, что уже находятся там, делают шаг назад.

Боятся.

Это хорошо.

Даже отлично.

За спиной звякают ключи, клетка закрыта. Подхожу к уже знакомому месту у края клетки и протягиваю руки, человек с той стороны отпирает замок, и цепь с кольцами падает вниз. То же самое он проделывает и с ногами. И вот, я свободен, ну, метафорически свободен, а по факту, даже близко нет.

Гонга ещё нет. Но я действительно жду его с нетерпением.

Улыбка появляется на моём лице, почему я улыбаюсь? Не знаю, но я чувствую, как кровь бешеным потоком циркулирует по венам. Я в предчувствии страха моих соперников.

Разминаю шею и делаю пару шагов вправо. Смотрю на людей, что пришли сюда. Ловлю взглядом женщин и даже детей, это же отвратительно, растить новое поколение с заранее посаженным зерном лжи. Я знаю, что им говорят о нас. И это очень далеко от истины. Например, люди считают, что мы не испытываем боли, нам плевать видите ли на неё. Ещё они думают, что мы можем жить вечно, это тоже ложь. Помимо этого, Моров выставляют животными, у которых нет чувств. Вообще никаких, кроме жажды убийств и уничтожения человечества. Как будто у нас других дел нет.

Да плевать. Идиоты, что с них взять.

Гонг.

Толпа ревет ещё больше.