АГМИЛ. Тайна Призрачного Замка

Глава 1 ЗОЛОТЫЕ СКАЛЫ

1.

Люблю путешествия! Мчать в неизведанное, просыпаться каждое утро в другом месте, узнавать новое, встречать интересное.

Мне нравятся дороги. Чем дольше в пути, тем лучше! Можно напевать, устремляясь вперёд. Можно смотреть вокруг, удивляясь и радуясь. Можно остановиться, сделать привал и подумать обо всём: услышанном и увиденном в пути, о тех, кого встретил, что узнал. А, может быть, меня просто тянет в дорогу? Как знать?

Движение приводит в порядок мысли, успокаивает душевную боль, отвлекает от обыденности, уныния, тоски, которых в нашем городе предостаточно.

Путешествовать лучше пешком, тогда внимательней всё рассмотришь, а точнее почувствуешь и поймёшь. Но мы спешили.

… Летели мы семь дней и ночей. Ну, не всё время. С перерывами на, как сказал бы Домовой: «Отдохнуть и подкрепиться, сил набраться и умыться».

И вот впереди показались Золотые Скалы! Их назвали так не потому, что они были из золота. Просто на рассвете вершины гор окрашиваются в золотисто-розовый, а на закате в пурпурно-золотой. Хотя драгоценностей в Золотых Скалах хватало. Хранились они в глубоких пещерах, попасть в которые удавалось не каждому. К тому же пещеры охраняли гномы, которые чужаков терпеть не могли, поэтому заставляли плутать в многочисленных тёмных лабиринтах или устраивали обвалы. Драгоценные камни, золото и пещеры нас не интересовали. Нам бы Озеро-сердце найти! А для этого взобраться на вершину. Не взлететь, а взойти. Таково условие.

… Пока мы летели, я вспоминала всё, что знала о талисманах, амулетах, оберегах. Вот у меня теперь подвеска-оберег с символом Хранилища. Конраду помогает превращаться подвеска-сердце. Рубин – глаз не оторвать! Зря не спросила тётушку о предназначении такого важного артефакта. Она прекрасно разбирается в драгоценных камнях, верит в их целительную, охранную силу. И меня научила.

2.

Я решила показать Дракону свою осведомлённость и затараторила:

– По одной из восточных легенд рубины называли глазами Драконов. Они светятся в темноте из-за мощной ауры и большой астральной силы. Того, кто долго смотрит на рубин, он завораживает. Правда, нигде не упоминалось о сверкающем рубине в форме сердца. Вот бы заскочить ненадолго в АГМИЛ. Там точно знают.

Дракон удивлённо повернул голову и хмуро произнёс:

– Этот камень один такой на свете.

– Ещё бы!

– Ты с метлы не свалишься?

Сказал он это вовремя.

Метла резко начала снижаться. Вышло это так неожиданно, что я кувыркнулась вместе с ней несколько раз в воздухе.

– Ого! – оторопел Дракон и подлетел поближе.

«Поймать хочет, – промелькнула догадка. – Или посмеяться?»

– Спорим, успею подхватить? – насмешливо произнёс Дракон.

Я с трудом удержалась на метле и с вызовом заявила:

– Всё в порядке! Мы часто устраиваем гонки на скоростных мётлах.

– Хо-хо-хо, – не сдержал эмоций Дракон. – Это заметно, что часто.

Больше он ничего не сказал, но мысленно прибавил: «Акробатические номера у тебя выходят очень круто! И прихвастнуть ты не прочь».

– Это правда, а не хвастовство! – выпалила я, доказав, что тоже умею «мысли читать».

3.

Под нами была удобная площадка для приземления. Туда мы и направились. Невдалеке росли кусты барбариса. Его ярко-красные ягоды приглашали угоститься. Так мы и сделали. Ягоды были кисло-сладкими.

Я присела на корточки. Сумку поставила рядом.

Вдыхала терпкий прохладный воздух. Пробовала ягоды и мысленно рисовала картину чаепития в доме у тётушки: самовар, барбарисовое варенье, добродушный Домовой, кокетливая Зиночка, строгий Иван Михайлович.

– Что? – хмыкнул Конрад. – Домой захотела?

Он уже успел преобразиться из Дракона в парня.

– Просто соскучилась, – ответила я и поддела: – А тебе такое чувство неведомо?

– Выходит, что так, – Конрад нахмурился.

– Прости, – опомнилась я.

– Не за что, – пожал он плечами. – Сам напросился.

Я набрала ягод в ладонь. Протянула приятелю. Он взял. Попробовал.

– Привал? – предложила я.

Он кивнул.

Тогда я достала из незаменимой сумки самоустанавливающуюся утеплённую палатку. Раз! И возиться с установкой не пришлось.

Дракон внимательно следил за моими пассами.

– Хворост наберёшь?

– Угу.

Он принёс подходящие для небольшого костра ветки. Мы развели огонь.

– А ты с огнём ладишь, – произнёс спутник. В его голосе чувствовались то ли досада, то ли восхищение. Скорее всего, всё вместе.

Я не ответила.

4.

Стемнело. Мы уселись ужинать у костра.

Осенний вечер пришёл не один, а с дождём. Тот шуршал в траве, тихонько стучал по верху палатки, в которую мы вскоре забрались.

… Дождь моросил всю ночь, наполняя мир вокруг влагой и прохладой. Сквозь прозрачное окошко в крыше палатки мы видели тёмное небо и вершины скал, отливающие золотом. Закат был очень красивым!

– Тишина, спокойствие, умиротворение, – произнесла я. – Как раз то, что необходимо после трудного полёта.

– Да ты натура романтическая, – пробормотал Конрад. В голосе его снова смешались удивление с насмешкой.

Спорить я не стала. Чего спорить, если так и есть!

Усталость ушла вместе с горячим чаем на мяте вприкуску с земляничным вареньем. Я рассказывала Конраду, что узнала из тётушкиных книг о Золотых Скалах. Он внимательно слушал.

Ближе к полуночи, мы стали укладываться спать.

Заботливая тётушка отправила с нами Амадея – доброго филина. Этот ночной страж и близко никого не подпустил бы к нам, поэтому мы сразу провалились в сон, чтобы проснуться утром бодрыми, отдохнувшими, энергичными.

Ночью мне почему-то снились сердца! Одно красное, сверкающее, как рубин. Второе прозрачное, чистое, как горное озеро.

… Ранее утро коснулось вершин. Наш страж отправился отдыхать в ближайший лес. Я поспешила умыться в ручье. Вода в нём прозрачная, но холодная. Ух! Даже махровое полотенце не помогло согреть руки. Ноябрь! Снега ещё не предвидится. Зато ветер суров и резок.

Я помчала к костру. Конрад успел подбросить дрова.

5.

Мы позавтракали тушёнкой и крепким кофе. Впереди нелёгкий подъём на отвесные скалы.

– Приключение продолжается, – провозгласила я. – Вперёд! К заветной цели.

Спутник вздохнул. Моя детская радость была ему непонятна.

«Суровый, необщительный, – рассуждала я. – Ну, нельзя же всё время пребывать в мрачном расположении духа? Можно подумать, ему несколько тысяч лет! А вдруг так оно и есть?»

– Нечему радоваться, – буркнул Конрад. – К горам я привык. А ты?

Я задумалась. Это «чтение моих мыслей» напоминало своеобразную заботу, по-драконьи.

В горах я бывала. С родителями. В школе нас тоже многому обучали.

… Дракон привык жить среди скал. И всё-таки мы предвидели, какие трудности нас ожидают: суровый климат, ледники, снежные лавины, акклиматизация, подъём на скалы, а не полёт.

Путь к вершине пешим ходом должен был занять у нас месяц-полтора. Сейчас нам надо было дойти до базового лагеря, расположенного на высоте 5300 метров.

Шли мы весь день, делая небольшие привалы. Из-за погодных условий и акклиматизации надеялись прибыть к базе дней через семь-десять.

Приходилось пить много воды. Хорошо хоть ручьев в округе много. Вода там прозрачная, чистая, разная на вкус.

Мне в горах нравилось. Я вела дневник наблюдений. А Конрад? Вздыхал, поглядывая в небо. Ему нужен простор и полёт, а вместо этого – то Синий лес, то Золотые Скалы.

«Может быть, – подумала я. – Это испытание для него? Ведь он хочет стать обычным человеком, а в лесу заплутал, запаниковал, чуть в болоте не потонул. И в скалах ворчит, потому что терпеть не может узкие тропинки, колючий кустарник, камни повсюду. Как же он собирается в городе обосноваться? Он же на следующий день сбежит».

Глава 2 УДИВИТЕЛЬНАЯ ВСТРЕЧА

1.

В базовом лагере нас уже ждали. Тётя сообщила давнему другу, что мы вскоре прибудем. Начальник базы Эдельвейсов пообещал приготовить необходимое снаряжение и проинструктировать по всем правилам.

В прошлый понедельник мы прилетели к скалам, в этот понедельник прибыли на базу. И в первый же вечер засиделись у гостеприимного хозяина до полуночи. Он рассказывал альпинистские байки, угощал пирогами с капустой, пирожками с грибами, горячим чаем, орехами, мёдом, ягодами.

Затем сказал:

– На моей памяти немногим удавалось подняться на вершину. Места там заповедные. Некоторых просто «не пускают». То обвал, то туман, то ливень, то ветер суровый, то снегопад или лавина. Многие смельчаки не вернулись с восхождения.

Мы переглянулись:

– Ну и ну…

– Вот те раз!

– Я не пугаю вас, – сказал Эдельвейсов. – Озеро-сердце спрятано надёжно от посторонних глаз. Его охраняют. Иначе нельзя. Только представьте, сколько народа тут появится!

– Целая вереница выстроится из желающих поправить здоровье, прибавить сил, помолодеть, – согласился Конрад.

– И это вместо того, чтобы вести здоровый образ жизни! – закивала я.

– Точно, – подтвердил рассказчик и прибавил: – Тем, кому, действительно, надо, Озеро-сердце даст живой воды – на благо. Но тут не раз объявлялись различные торговцы, лекари-самоучки, недотёпы-учёные, представители косметических фирм, спортивных организаций. Им бы сразу да задаром. Но не всё так просто.

– Ещё бы! – воскликнула я.

– Сообразили уже, – пробурчал Конрад.

– Источник Силы надо отыскать. Это, во-первых, – стал перечислять Эдельвейсов. – В злых руках вода из озера теряет волшебные свойства. Это, во-вторых. Озеро-сердце не просто хранилище живой воды, оно символ Любви, Верности, Благородства, Доброты. Оно – живое сердце нашей планеты! Это, в-третьих.

Мы задумались.

Эдельвейсов указал на золотую табличку в скале. Там было написано:

«По силам взойти на вершину тем, кто готов преодолевать трудности, кто вынослив, отважен, кто решится узнать истинного себя».

– Раз так, – произнёс Конрад. – В путь!

– В путь, так в путь, – как ни в чём не бывало согласилась я.

2.

… Чем ближе мы подходили к вершине, тем холоднее становилось. На четвёртый день мы чуть не свалились в пропасть. Перепугались очень! Даже сделали после такой встряски привал до следующего утра.

Это было жутковато, когда я неожиданно повисла над пропастью! Хоть высоты я не боялась, стало не по себе. Конрад изменился в лице и вскрикнул:

– Эн-Ли! Держись. Я сейчас!

И стал подтягивать меня вверх на тросе.

Когда я была близко, изо всех сил ухватил меня за руку и дёрнул.

Я оказалась на узкой, скользкой тропе.

Конрад крепко прижимал меня к груди.

Мы помолчали.

Затем я деликатно высвободилась:

– Вот ещё!

Конрад не ответил, только дыхание перевёл. А после внимательно следил, чтоб я не геройствовала.

Дальнейший путь по тропинке-серпантинке мы шли осторожно, не торопясь. Расслабиться не удавалось ни на минуту. Только подумаешь, что позади многие километры пути, как за поворотом новый подъём! Круче прежнего.

Приходится брать силу воли в кулак, мысленно командовать: «Отставить любоваться пейзажами! Собраться и вперёд. К цели».

… В горах не расслабишься. Надо всё продумать, предусмотреть, рассчитать силы. Хорошо, что Эдельвейсов на тренировках не давал нам спуску! Подготовил на совесть, ведь сам пойти не мог. К Озеру-сердце должны идти только те, кому очень надо!

3.

При подъёме мы старались следовать советам, полученным от инструктора. Конрад впереди. Я чуть позади. Страховочный трос, кошки и ледоруб – первые помощники при восхождении на крутом уклоне. Зато на пологой части можно выдохнуть.

Но это при хорошей погоде. А впереди подстерегали разные неожиданности. Только обрадуешься: «Ух! Вроде один этап пройден», как следующая неожиданность – снежная лавина, снежный барс, снежный ветер. Да такой, что лучше переждать, чтоб не получилось: шаг вперёд, три назад. И не идёшь, а едешь. Сдувает потому что! Вот какой силы бывает ветер в горах. Но мы действовали дружно, быстро, ловко. Пререкания прекратили, как и недомолвки с недоразумениями. В горах осознаёшь, кто и чего стоит не на словах – в деле.

Если в Синем лесу действовать доставалось мне. Конрад в основном отбивался и ворчал. То в горах парень несколько раз спасал нам жизнь. Так было тогда, когда мы попали под снежную лавину. Мой спутник не растерялся. Углядел в снегу небольшую пещеру и втолкнул нас туда. И мы терпеливо пересидели стихию.

– Опять ты себя проявил, – озадаченно пробормотала я, но спохватилась и поблагодарила.

Юноша кивнул. Он всё понял!

Эмоций в походе хватало. По ночам на охоту выходили дикие звери. В горах их было предостаточно: свирепые кабаны, ловкие волки, быстрые снежные барсы. Однажды у речки мы повстречали огромного голодного медведя. Хорошо, что тот был занят купанием, а то…

Попадались нам в пути пастухи. Мы брали у них козий сыр и молоко, взамен давали верёвки, спички, соль, утварь.

В пещерах обитали низкорослые неразговорчивые племена горных гномов, но в гости они не звали, да и посматривали недружелюбно. Предупреждённые Эдельвейсовым, мы вежливо здоровались и шагали дальше.

4.

В одну из тихих звёздных ночей к нашему костру подошёл старец. Одной рукой он придерживал вещевой мешок, в другой сжимал посох, на который опирался при ходьбе.

Мы поздоровались и пригласили его поужинать. Он согласился.

Удивительная то была встреча! Ни воя голодных волков, ни пронизывающего ветра, ни внезапного снегопада.

Потрескивали дрова. Оранжевые искры танцевали, переливаясь и сверкая.

Старец поведал о своих странствиях. Я пояснила, зачем мы здесь. Конрад, как обычно, больше молчал, но внимательно слушал.

После ужина новый знакомый спросил:

– Вы любите загадки?

– Загадки? – обрадовалась я. – Очень!

Конрад кивнул.

Старец усмехнулся и загадал:

– А скажите-ка, что теряешь и не замечаешь?

Я задумалась.

Зато Конрад ответил сразу:

– Время.

– Мы не теряем, – напомнила я. – Мы ищем Озеро-сердце. Вы знаете, туда дорогу?

Старец пожал плечами, но произнёс:

– Если знаешь, что ищешь, обязательно найдёшь.

Мы были с ним согласны.

– Поздно уже, – произнесла я. – Оставайтесь ночевать. – И показала рукой на палатку.

– Там тепло, – согласился Конрад. – Выспитесь, отдохнёте и продолжите путь.

– А мы устроимся в спальных мешках у костра, – поддержала я. – И на дорогу вам дадим лепёшек и вкусного домашнего сыра.

Наш гость внимательно взглянул на нас, кивнул и остался.

5.

Когда мы проснулись, он ушёл. Правда, взял приготовленное заранее угощение. Но самое удивительное, что после его исчезновения, дорога к вершине была лёгкой и в радость! Погода наладилась, поэтому шли мы намного быстрее. Словно пожелали нам доброго пути…

Много диковинного удалось повидать нам за это время! Всего и не перечислишь. Но память хранит мгновения, которые, как воспоминания о детстве, не повторятся, но подарят силы и надежду, как только это потребуется.

Воспоминания о том, как на камнях Неспящего Ручья распускаются ледяные хризантемы!

… Спуск по быстрой речке, такой извилистой и бурной, что вздрагиваешь при каждом новом повороте и выдыхаешь, преодолев очередную преграду и не попав в водоворот.

И завораживающие, нежные, словно майская роза, рассветы в горах. Их не описать! Это надо видеть…

Вот почему я люблю путешествия. Это опыт, который сохраняется в сердце тёплыми воспоминаниями. Это настоящая жизнь, полная опасностей и приключений.

«То время, которое ты проведёшь с кем-то, – говорил отец. – Ты даришь безвозмездно, получая при этом дары в ответ».

Это так. Я кое-что узнала о спутнике. Он стал понимать, кто я. Мы многому научились вместе!

… И вот перед нами ледяная вершина. И Озеро, словно зеркало.

– Ура! – вскричала я. – Дошли.

– Лучше бы летели, – проворчал Конрад. – Быстрей бы на месте оказались.

Не успел он посетовать, как случилось такое, что вспоминать не хочется.

Глава 3 ЖИВАЯ ВОДА

1.

… Ледяные стражи появились внезапно! Из ниоткуда. Их было двенадцать. Поначалу они были размером с нас. Но стоило приблизиться, воины начали расти. Мы застыли от удивления. Попробуй, сразу сообразить, как сражаться?

Я растеряно взглянула на спутника:

– Что делать?

– В сторону, – прорычал он, превращаясь в огромного Белого Дракона. – Укройся в пещере. Я приму бой.

Я медлила, раздумывая:

– Может быть, поговорить со стражами? Объяснить им: зачем мы здесь и для чего нам нужна вода, которую они охраняют.

Но стражи к разговорам расположены не были. Они напали, не дожидаясь объяснений.

Дракон бросился на них и дохнул огнём. Один из великанов зашатался. Дракон дохнул ещё раз! Стражник рухнул, рассыпаясь на ледяные осколки. Зато другие утроили усилия. В нас полетели острые ледышки. Увернуться было не просто. И это при нашей тренировке!

– Ух! Ледяные кинжалы, – бормотала я. – Ай! Сюрикены? Снежные ниндзя какие-то! Вот мы попали.

– Держись! – рявкнул Дракон. – Отобьёмся.

Он ринулся в атаку. Ещё два стражника повержены. Тут я поняла, что действует Дракон целенаправленно, уводя нападавших в сторону. Он уводил великанов от меня!

– Ну, погодите, – опомнилась я. – Нападать сразу. Ни здравствуй тебе, ни как дела! Раз так, то и мы кое-что можем.

Я призвала скоростную метлу. Долго ждать не пришлось! Она примчалась сразу. Я вскочила на неё и принялась кружить возле одного из ледяных великанов. Он замахал руками. Я не отставала.

«Хоть одного из врагов отвлеку на себя», – решила я.

Дракон воевал с остальными!

2.

… Сколько длилась схватка, мы не знали. Дракону удалось столкнуть одного из великанов в пропасть, а самому ловко увернуться от удара огромного ледяного кулака.

Я решила сменить тактику и направила метлу в гущу сражения. Великан развернулся и потопал следом. Дракон изумлённо взглянул в мою сторону. Его изумрудные глаза вопрошали: зачем? Но у меня был хитрый план. Вскоре я оказалась за спиной у одного из нападавших.

Великан размахнулся.

Я увернулась.

Страж с размаху врезал по спине одного из своих.

Тот рухнул на одно колено.

Дракон довершил начатое, дохнув огнём.

И вместо ледяного стража осталась большая лужа с острыми льдинками по краям.

– С пятью справились, – сосчитала я. – Осталось семь.

– Всего то, – хмыкнул Дракон.

Мы продолжили бой.

Вскоре я заметила, что ледяная стража оттесняет нас к Озеру. Это было то самое озеро-сердце. Только вода в нём была подо льдом!

… Сражение с великанами продолжилось на озере. Через несколько минут нам удалось ещё двух великанов вынудить сражаться друг с другом.

Я применила новый манёвр. Это было довольно сложно пролететь между ними. Оба дружно взмахнули кулаками, у меня только ветер просвистел в ушах. Но результат достигнут.

Раз! Один из великанов влепил другому затрещину.

Два! Тот ответил ударом в челюсть.

Они дрались до тех пор, пока не уничтожили друг друга.

– Осталось не так уж много.

– Стой, Эн-Ли! – вскрикнул Дракон. – Не надо…

Но я уже нырнула между сражающимися. Пытаясь поймать меня, великаны лупили друг друга. Дракон обдавал их пламенем. При этом ему приходилось сдерживать ещё троих.

3.

И вот нападавших осталось – по одному на каждого. Мы уравняли силы!

Но тут великаны сообразили, чтобы расправиться с нами, нас надо разделить. Один погнался за мной. Другой атаковал Дракона.

Я оглянулась, проверить, где ледяной страж. Он застыл на месте.

– Всё? – крикнула я. – Перестал играть в догонялки?

– О-у-о-у-у! – проревел в ответ великан и скорчил свирепую мину.

– Догоняй!

– У-о-о-у! – неприятель нагнулся и ударил по льду пудовым кулаком.

– Чего это он? – соображала я.

Лёд под ногами гиганта треснул. Он схватил огромный острый кусок и запустил в мою сторону.

– Ух! Еле увернулась…

Дракон отвлёкся, проверяя, в порядке ли я. Его нападавший нанёс удар. Дракон отклонился и взмыл ввысь. Великан рассвирепел из-за того, что промазал, нагнулся и тоже шмякнул кулаком. Лёд раскололся. Великан стал хватать куски и кидать в Дракона.

Из-за схватки великаны позабыли об осторожности. Лёд на озере трещал. Вскоре стражи оказались по колено в воде. Они были огромные, тяжёлые, поэтому проваливались всё глубже. Дракон подумал немного и… подогрел в озере водичку.

Великаны взревели. Опомнились. Попытались выбраться, но тщетно.

Всё это я видела мельком, потому что разъярённый страж не давал опомниться. Ухнув кулаком по огромной льдине, исполин приобрёл целый арсенал ледяного оружия, которое методично запускал в мою сторону. Взлететь он не мог. Угнаться за мной тоже. Вот и метал в меня всё, что попадалось под руку – от ледяных кинжалов и сюрикенов до дротиков. Но это для великана они дротики. Для меня размером с хорошее ледяное копьё.

Дракон пришёл мне на выручку, со всей силы дохнув огнём. Арсенал растаял. Великан стал медленно проваливаться в озеро.

4.

В это время второй страж с огромным усилием вылез на лёд. Я стала кружить над ним, надеясь, что ледяная громадина оступится и окажется в воде. Исполин размахивал руками, грозил и неосмотрительно следовал за мной. Лёд под ним трещал. Глубина озера была мне неизвестна, поэтому я старалась заманить стража на середину, чтобы выиграть время, пока Дракон делал прорубь шире.

Благодаря моей хитрости, последний великан оказался у самой воды. Но тут я допустила промашку: зависла над широкой прорубью на метле.

Страж замер, оглянулся и понял, что кроме него никого не осталось. Он взревел так, что я попыталась закрыть уши. Но была-то я в воздухе! На скоростной метле.

Дракон рявкнул свирепо на великана и упреждающе мне.

Я опомнилась. Ухватилась покрепче.

Великан тем временем решал, на кого напасть первым. Я была впереди него. Дракон позади. Страж решился! Он нагнулся, ухватил огромный кусок льда и бросил в меня. Дракон успел сбоку отсечь осколок огнём. В меня полетели куски мокрого снега. И то – малая их часть! Но я всё равно не удержалась на метле. Уж очень свирепым и оглушительным был рёв ледяного великана. Плюх! Я в озере…

Дракон бросился на помощь. Он был так низко, пытаясь ухватить меня и вытащить из воды, что великан в последнем порыве гнева и отчаяния просто упал на нас, пытаясь то ли раздавить, то ли увлечь на дно. Груды острого льда вперемешку с глыбами мокрого снега обрушились на меня и Дракона.

… Когда я пришла в себя, то увидела усыпанное перламутровыми овальными жемчужинами дно Озера-сердца. Но мне было не до красоты!

– Конрад? – растерялась я. – Ты где?

Белый Дракон лежал поблизости. Он был без сознания. Ведь вся сила и ярость ледяного великана обрушилась на него сверху, пока он пытался вытащить из воды меня. Я рванула к Дракону. Алый рубин, а под ним тонкая струйка крови от нанесённой стражем раны.

«Миленький, держись!» – мысленно взмолилась я, пытаясь зажать рану.

– Сейчас, сейчас помогу…

Как же испугалась я тогда за него!

Спасала!

Тащила изо всех сил на берег. Из волшебного озера. И не было мне дела до успешного завершения миссии, живой воды, всяких правил и запретов.

5.

… Тащила, тащила, пока не сообразила, что вытащить парня на берег легче, чем Дракона.

Перевернула подвеску и…

– Фух! Так будет полегче.

В воде я чувствовала себя, как рыба! Хоть и переволновалась очень, но силы нашлись, поэтому действовала быстро, ловко.

И вот мы на берегу.

– Хватит, перестань, очнись! – не зная, как ещё привести парня в чувство, я присела на корточки и похлопала героя по щекам.

Конрад замотал головой, откашлялся, затем хрипло уточнил:

– Ты мне пощёчину за что влепила? Я ж тебя даже ещё не целовал!

В ответ я разревелась. Сидела и роняла горючие слёзы прямо в озеро.