Туманные берега

Пролог

«Серый призрак» тихо покачивался на полуденной волне, стоя на якоре в одной из укромных бухт острова-республики Варрен. Снаружи доносились привычные звуки: скрип снастей, мерный шаг вахтенного, далекий смех с верхней палубы. Здесь же, в каюте капитана, под низким потолком царила тишина.

Изабелла де Линьер, известная в этих широтах как капитан Шторм, откинулась в кресле, закинув ноги в прочных, поношенных сапогах на край стола. Тонкие пальцы с обветренной от морской воды кожей и усеянные мелкими царапинами медленно перебирали ещё невыполненные контракты, которые она набрала за прошлые свои визиты в Варрен. Шелест бумаг изредка перебивался тихим звоном: на каждом пальце, кроме мизинца левой руки, были кольца.

В дверь постучали дважды — отрывисто и четко — так у неё стучал только один человек.

— Войди, — бросила она, не меняя позы.

Дверь открылась, пропуская внушительную, заполняющую почти весь проём фигуру. Несмотря на свои размеры, Сильван Корт скользнул в каюту подобно тени. Его изборожденное шрамами и морщинами лицо всегда с одинаковым свирепым выражением у многих вызывало вполне естественное желание скрыться из поля зрения, у капитана Шторм же при виде него на душе становилось спокойнее — он не просто её квартирмейстер, он её щит. Их уже больше пяти лет связывало нечто большее, чем просто дружба — это была особая связь с безоговорочным обоюдным доверием. И Шторм знала, что в целом мире не найдется ничего способного пошатнуть это.

Мужчина в руке сжимал нераспечатанный конверт из плотной дорогой бумаги, от которой тянуло запахом воска и сухой пыли канцелярий, а не моря.

— От герцога, — глухо произнёс Корт, положив письмо на край стола рядом с её сапогом. — Гонец ждёт с ответом на пристани. Говорит, срочно.

Отбросив другие бумаги в сторону, Шторм медленно опустила ноги со стола. Ленивое состояние покоя сменилось холодной, фокусированной настороженностью. Она протянула руку, пальцы сломали гербовую печать Сигурда Стерна — стилизованный якорь, перевитый канатом.

Глубокого, насыщенного синего цвета глаза капитана пробежались по строчкам размашистого, весьма узнаваемого ею почерка. Поручение герцога вызвало легкое недоумение — подобным ей ещё не приходилось заниматься, — но когда она увидела размер вознаграждения, то довольно ухмыльнулась и снова расслабленно откинулась на спинку кресла, забросив ноги на стол.

— Собирай наших. Через несколько часов будем поднимать якорь. Курс — на Скайфенн, — наконец-то произнесла она, смотря на своего квартирмейстера. — У нас заказ на одного из горностаев — мы должны перехватить его в водах Туманного моря раньше других. И отправь кого-нибудь к гонцу подтвердить наше согласие на контракт.

Корт кивнул и молча вышел, а Шторм ещё раз пробежала по строчкам послания. Глаза снова замерли на сумме вознаграждения, и губы расплылись в алчной ухмылке.

Глава 1

Королевство Скайфенн

г. Ардгален, столица

Его Высочество Финн Ниа Скайл проснулся от ощущения тонкого, неумолимого давления за висками. Память очень неохотно возвращала его в реальный мир, пробиваясь сквозь навязчивую боль обрывками вчерашних ощущений. Полумрак курительной комнаты. Мерцание хрустальных бокалов в свете канделябров. Сладкие ноты токаи и терпкое послевкусие бренди. Переплетение пальцев с кем-то за игрой в карты. Тяжелый аромат духов. Чужое дыхание у самого уха. Шепот. Умелые ласки в кромешной темноте приватной ложи.

Финн попытался повернуться навстречу прохладной стороне подушки и наткнулся на непреодолимое препятствие. Глаза пришлось открыть. Его правая рука была заперта под головой леди Барбары, чьи роскошные каштановые волосы рассыпались на его груди шелковым покрывалом. С левой стороны он обнаружил леди… леди… А как её звали? Впрочем, неважно. Тонкая рука этой леди покоилась на его животе. И словно предвидя его намерение подняться, изящные пальцы незнакомки скользнули дальше, теснее прижимая его к себе, обвивая словно канатом.

Разглядев в темноте наглухо зашторенной комнаты часы, он облегченно выдохнул: ещё очень рано, можно ещё поспать. Можно, но… Ровное дыхание спящих девушек. Жар чужих тел, что льнули к нему. Невозможность занять более удобное положение на кровати. Тонкая, но отчетливая дрожь в затекших руках и ногах. Раздражало. Сначала не явно, но с каждой последующей минутой, которую он потратил на то, чтобы расслабиться и заснуть, всё сильнее и сильнее. Близость женщины прекрасна до какого-то определённого момента. И этот момент точно заканчиваться должен ночью. Не утром.

Финн осторожно поднялся, высвобождаясь из плена чужих ног и рук. На его счастье, дамы что-то недовольно проворчали, толком не просыпаясь, но препятствовать не стали. Поэтому уже через несколько минут, натянув на себя часть своего гардероба, а ещё одну часть зажав в руке, принц вышел и лениво побрел к своим комнатам.

Путь предстоял неблизкий. Дворец был огромен, как город в городе. Это и хорошо, и плохо одновременно. Вот как сейчас идти сонному к себе — плохо. Как оставить шумный вечер и жаркую ночь где-то в стороне и как будто не с ним — хорошо. Можно было, как делают некоторые, и у себя дам принимать, чтобы не нужно было никуда идти утром. Но тогда возникают другие неприятные моменты. И главные из них — покушение на только его личное пространство и свободу.

Слугу короля он увидел издалека. Тот несколько раз постучал в дверь его, Финна, комнаты и терпеливо ждал ответа. Первая трусливая мысль скрыться, пока его не заметил человек Брана, была сразу отброшена. Проходили не раз. Если королю нужно увидеть брата, то тот его из-под земли достанет. Ну или из-под любой юбки… Смотря в какое время суток искать.

Финн обреченно выдохнул и решительно направился к своим комнатам, не желая оттягивать неизбежное.

— Ваше Высочество, — поприветствовал слуга и склонился в почтении. — Его Величество просит незамедлительно явиться к нему в кабинет.

Финн стал невольно перебирать в уме прошедшую неделю, за которую толком не видел брата. Ничего предосудительного на ум не приходило, да и брат сам отпустил его в небольшой отпуск. Вдруг вспомнилась девица, имя которой он у себя в недрах памяти так и не нашел. Жена кого-то важного? Чья-то дочь, которая только начала сезон? Объявился чей-то обеспокоенный папаша одной из его прошлых мимолетных связей? Или неприятности другого плана?

Поймав себя на том, что стоит в раздумьях уже неприлично долго, Финн небрежно повел рукой, отпуская слугу, и поспешил скрыться в комнате.

После тяжелого полумрака будуара, пропахшего алкоголем, духами и запахом страсти, собственная спальня встретила мягким утренним светом, прохладой и благословенной тишиной. Рухнуть бы лицом в подушки, раскинуться на льняных простынях — шелк не любил — ощутить бы всем телом тяжесть одеяла. И спа-а-а-а-ать. Очень долго спа-а-а-ать. Потом проснуться. Где-то глубоко после полудня. Заказать слуге чашечку крепкого кофе. Долго смаковать горьковато-кисловатый вкус напитка и смотреть в окно, откуда открывался шикарный вид на темные кроны деревьев и длинную пустую аллею, по которой редко кто прогуливался. И уже после начинать свой день.

Но вместо всего того, о чем так молили тело и душа, Финн наспех освежился в прохладной воде, переоделся в чистый повседневный костюм и почти бегом направился к Брану.

***

— Ваше Величество, вы хотели меня видеть? — спросил Финн, заглядывая в кабинет и сразу осматриваясь, ища, кто ещё приглашен на аудиенцию. В комнате был только Бран.

Король жестом подозвал к себе, а потом более вольно сел в кресле, показывая, что разговор будет не столь официальный. Финн немного расслабился и плюхнулся на своё место, которое он всегда занимал, когда приходил к брату.

— Кофе? — любезно предложил Бран, с первого взгляда понимая, что брат толком не спал и точно не завтракал.

Финн благодарно кивнул. Бран вызвал слугу. Для себя король попросил крепкого черного чая, а для брата — кофе. К данному напитку Брану всегда прилагалось что-нибудь из выпечки. Обычно это был его любимый яблочный пирог с лимонной цедрой и корицей. Финн предпочитал более сытные варианты завтрака, но привередничать не стал, решив, что лучше попозже поест в одиночестве.

О предпочтении своих господ слуги знали, поэтому даже не озвученные просьбы были выполнены, и на чайном столике, который располагался чуть в стороне от рабочей зоны, вскоре появилось два чайничка и два вида выпечки: сладкий пирог для Его Величества и сытный мясной пирог для Его Высочества.

Бран пригласил перейти за столик. Финн недоверчиво глянул на брата. Они, конечно, не раз ели вот так наедине, без каких-то пафосных церемониальных обрядов, просто, под разговоры о важном для страны, но сегодня их завтрак в столь раннее время ощущался по-другому.

— Ты же не казнить меня собираешься? — с тонким налетом иронии спросил Финн и пригубил кофе.

Бран громко рассмеялся.

— Ешь, — сказал король, когда приступ веселья прошел.

Финн бросил ещё один обеспокоенный взгляд на брата, отмечая, что на вопрос тот не ответил. Кофе сразу стал каким-то особенно горьким, а аромат свежей выпечки не таким уже и дурманящим.

— Я выбрал себе невесту, — как-то без особого предупреждения перешел к сути разговора Бран. — Это Женевьева Стерн.

Рука Финна замерла, так и не донеся чашечку с кофе до губ. Он во все глаза уставился на брата, ища признаки шутки. Финн знал, что старший брат и чувство юмора — это что-то на абсолютно несовместимом, но разум всё равно попытался уцепиться за глупую надежду на розыгрыш.

— Женевьева Стерн — это дочь Сигурда и Ингрид Стерн? — на всякий случай уточнил Финн, медленно возвращая чашечку на стол. — Тех самых… эм-м-м… правителей… из герцогства Осари.

Бран кивнул и как ни в чем не бывало продолжил пить чай и есть свой пирог. Словно это не он сейчас сказал из ряда вон выходящее. Словно не он окончательно сошел с ума. Словно не он решил безвозвратно погубить репутацию рода Ниа Скайл.

— Из герцогства Осари? — ещё раз спросил Финн, отказываясь верить.

— Верно.

Жениться на дочери Стерн — это даже не брак с принцессой Мередит из бывшей вражеской страны. Это… Это… Финн просто не находил слов. Герцогство Осари — это остров, расположенный на северо-западе от Скайфенна. Процветание государству обеспечивали богатые рудой и драгоценными камнями шахты, а ещё неофициальные связи с Варреном, Независимой вольной гаванью или островом-республикой, как они сами себя провозгласили. Вот только эта вольная гавань была не чем иным, как пристанищем пиратов, контрабандистов и других мошенников, включая работорговцев. Последнее вообще было чем-то вопиющим в цивилизованном обществе.

Помимо союза с Варреном, у Осари не было иных договоренностей ни с одной из соседствующих стран. Что вполне резонно, ведь на самом деле Осари недалеко в своем развитии ушел от Варрена. И даже титул герцога у Стерна — не более чем слова, к которым хотелось бы ещё увидеть хоть что-то указывающее на знатность рода.

О нравах, какие царили в той стране, у местной аристократии Скайфенна ходили легенды. И эти легенды были далеки от хвалебных. Поэтому представить себе реакцию знати на решение Брана сделать королевой какую-то дикарку, пусть и из богатой страны, — было несложно.

— Ты не отмоешься от этого, — тихо проговорил Финн, всё ещё находясь под впечатлением. — Народ и Мередит не хотел принимать, так она была благородных кровей и высокообразованна, а эта особа…

— Ты говоришь о будущей королеве, — холодно пресёк его Бран, разом теряя видимость благодушия.

Финну было всё равно. Он не боялся гнева короля. Были вещи пострашнее. И происходили они прямо сейчас.

— Вот именно, Бран! О королеве! И ею может стать только истинная леди из древнего благородного рода, а не дочь охотника за сокровищами или торговца, который каким-то образом купил титул и самопровозгласил себя правителем заброшенного в Туманном море острова! В своем ли ты уме?!

— Довольно! — Голубые глаза короля замораживали холодом. — Я не спрашивал твоего совета, поэтому придержи своё мнение при себе.

— Объясни хотя бы почему? — взмолился Финн, уже не в силах остановить в голове бурно развивающуюся фантазию. Бунт. Гражданская война. И казнь всех Ниа Скайлов. Каждого из рода, чтобы не допустить попыток вернуть трон. Кто на это отважится? Претендентов минимум двое. И это из очевидных. А сколько есть ещё тех, кто плетет свои интриги за спиной.

Бран неожиданно оттаял, гнев сменился усталостью.

— Война с Алганом неизбежна, — тихо заговорил он, задумчиво рассматривая узор на чашке. — За те полгода, которые прошли с момента устранения предателей на южной границе, был заключен ряд мирных соглашений. Да что тебе рассказывать, ты вместе со мной их лично составлял. Так вот, полгода обоюдных заверений о добрососедских намерениях, а подготовка к войне идет у Алгана полным ходом. Их армия снова подтягивается к нашим границам. Просто не столь явно. Меры, какие я предпринимаю, всё равно недостаточны. Кровопролития не избежать, я лишь ищу способы минимизировать предстоящий ущерб.

— У нас есть Торрайс!

— Я обсуждал это с Макторри. Они не станут помогать нам. Оказалось, у них есть соглашение с союзниками Алгана — Россэйром. Если Торрайс выступит на нашей стороне, то Россэйр выступит со стороны Алгана. И поскольку обеим странам это невыгодно, их участие в чужом территориальном конфликте исключено.

— Так, а Осари чем сможет помочь? Насколько я знаю, у них нет полноценной армии или военного флота, который нам пригодился. Их остров оберегает Туманное море со своими проклятыми рифами похлеще самых подготовленных воинов.

— У Осари есть шахты, и часть из них станут моими. Но даже не дополнительный источник дохода важен. Самое ценное — сера. Проблема пороха перестанет быть актуальна. Это серьезное преимущество в войне! Ну и не стоит забывать про косвенное влияние Сигурда на вольную гавань.

Бран умолк, давая возможность брату выстроить логическую цепочку самому. И Финн её выстроил. Заключенный брак Сигурду Стерну даст ту самую желанную связь с королевским родом, открывающую дверь на новый для него уровень, ещё не свой у аристократии старого света, но и не чужой. Бран же получит доступ к гибкой силе и ресурсы, которых нет в законной торговле: тайная информация, возможность нанимать каперов, обходить эмбарго. Чтобы одолеть врага, необязательно идти напролом, гораздо эффективнее выводить из строя точечно, разрушая целостность изнутри, убирая шахматные фигуры с доски незаметно. И справиться с этим Варрен очень даже может, вопрос в цене и доверии к тому, кто платит. У Осари есть и то и другое. Ну и, конечно, порох. Как верно подметил брат, в войне это одно из самых очевидных преимуществ.

***

Финн немного успокоился и потянулся к уже остывшему кофе, мысленно прикидывая в уме, кто из аристократов будет особенно против такого союза правящего рода, и попутно подбирая варианты, позволяющие склонить того на нужную сторону. Бран заметил невысказанное одобрение брата и продолжил:

— Я выслал Сигурду своё согласие на брак. Но учитывая мою прошлую помолвку, герцог не хочет рисковать. Поэтому брак будет заключен на Осари в ближайшее время. Ты возглавишь посольство, подпишешь брачный договор от моего имени и привезешь мою супругу ко двору. Сигурд понимает необходимость короля быть в стране в столь шаткое время, поэтому о прибытии посольства знает и одобряет моё решение.

Второй раз за это злополучное утро у Финна от шока замерло всё внутри. И снова эта глупая… глупая надежда на шутку…

— Ты же несерьёзно это сейчас? — хрипло проговорил принц. — Ты же не станешь отправлять меня второй раз за своей невестой? Правда? Скажи, что ты так шутишь…

Бран усмехнулся.

— Да, ирония судьбы меня и самого немного смущает. Но, к сожалению, я серьёзен. Ты снова отправишься за моей невестой, но на сей раз вернешься уже с женой.

На ум пришли дурацкие слова безумной попрошайки, с которой Финн столкнулся несколько месяцев назад:

За кругом круг, и нет исхода —

Ты должен вновь это пройти.

Как пророчила, не иначе. Он опять через это должен пройти? Второй раз? Встретить чужую невесту и привести к королю. Желательно, живую… Шанс на то, что найдется ещё один двойник принцессы… ну ладно не совсем принцессы, а дикарки, но всё равно… шанс на ещё одного двойника отсутствует.

— Хоть я не знаком с ней лично, смерти ей не желаю, — вторя мыслям Финна, проговорил Бран. — В этот раз привези мне живую невесту. Точнее, королеву.

У Финна нервно дёрнулась щека. Королеву… Этот пункт был самый отвратительный. Стоять перед алтарем и произносить клятвы, пусть и за брата, за своего короля, это же невообразимо мерзко. Он понимал, что это вполне обычная процедура в подобных союзах, но ничего не мог с собой поделать. Ему казалось, что он вот так сначала постоит за брата, потом и за себя придётся. Мало ли… Тем более что у судьбы-то чувство юмора оказывается совсем больное. Вот уже второй раз заходит на круг. Тьфу! Опять вспомнилась попрошайка. Накаркала старая ведьма!

— Отбываешь через четыре дня, — сказал Бран уже строгим официальным тоном, давая понять, что теперь следуют приказы, которые не обсуждаются. — Людей в посольство я отобрал лично. Кейден туда тоже входит. Всем разослал официальные бумаги, так что делегация будет готова к назначенному времени отбытия. До этого будет ещё общее собрание, где обсудим стратегию.

— Как мы преодолеем Туманное море? — несколько отрешенно спросил Финн, решив оставить осмысление предстоящего на потом.

— Клиф нашел надежного человека, который ориентируется в Туманном море.

— А пираты?

— Риск нарваться на них есть и в обычной поездке, не только в водах Туманного моря.

Есть, конечно. Финн понимал, но всё равно его грызло очень плохое предчувствие. И он никак не мог сам себе объяснить почему. Возможно, всё дело в схожести с его поездкой за Мередит… Возможно, из-за доверия, которое Сигурд совсем не вызывал. От человека, который построил своё герцогство на сомнительных связях, можно было ожидать чего угодно.

— Сигурд Стерн точно знает, что не ты едешь с посольством, а я? — на всякий случай уточнил Финн.

— Точно. Мы обсуждали это в корреспонденции.

Финн нахмурился. Если герцог знает о прибытии посольства вместо короля, то вариант с устранением важной политической фигуры отпадает. Пользы от смерти среднего Ниа Скайла и кучки аристократов, пусть и приближенных к королю Скайфенна, никому не будет. Поэтому вариант заговора с целью убийства Брана отпадает.

Принц с нажимом провел по волосам и мысленно отстранился от засевшего глубоко внутри беспокойства. Нет никакого заговора. Это просто его дурная фантазия. Нужно съездить и забрать невесту. Привести уже королеву. Он справится. В этот раз точно справится. Приставит охрану к дикарке, будет следить за ней и день, и ночь, чтобы ничего не выпила с ядом, не съела… всё-всё будет проверять. И оружие! Обыскать её и её подданных надо на предмет оружия!

— Всё будет хорошо, — услышал он со стороны голос короля и встрепенулся, понимая, что сидит и смотрит в одну точку уже неприлично долго.

— Конечно, Ваше Величество, — натянуто улыбнулся он и поднялся. — Если это всё, то я хотел бы привести себя в должный вид и отдохнуть.

Бран кивнул, отпуская, хотя на языке вертелось замечание из разряда: отдыхать надо ночью. Но даже если бы это замечание и сорвалось с губ короля, Финн бы его не услышал, слишком занятый мыслями о предстоящей поездке.

Глава 2

Морской караван представлял собой внушительное зрелище. Впереди, рассекая волны, шел «Страж» — тяжелый фрегат с двумя артиллерийскими палубами, чьи пятьдесят пушек открыто подчеркивали назначение корабля и полностью соответствовали названию. За ним, в центре этого стального клинка, двигался «Касдор» — быстроходный, элегантный, но не менее крепкий корабль, названный в честь великого полководца и короля прошлого, их предка Ниа Скайла по линии отца. Замыкал строй ещё один фрегат «Вепрь», чуть меньше «Стража», но известный своей маневренностью и свирепым нравом капитана.

Финн, как и остальные члены делегации Скайфенна, плыли на «Касдоре». Путешествие было весьма комфортным: роскошные каюты, вышколенная команда, должное количество слуг, являющихся по первому зову, и охрана на высшем уровне. Нападения не ждали — флаги рода Ниа Скайл и флаги страны гордо развевались на ветру и служили оберегом от возможного покушения: мало кто из пиратов посмеет открыто напасть на посольство страны, это же не торговые суда.

Всё это очень способствовало успокоению. Принцу практически удалось заглушить неясную тревогу, поселившуюся в нём со дня судьбоносного разговора с королем. Лишь иногда, при взгляде на верного друга, не выпускающего из рук золотые часы с цепочкой, Финна снова охватывали плохие предчувствия.

Погода благоволила им, наполняя паруса ветром и щедро одаривая ясным небом без единого облачка, но никто не обманывался на сей счет. Как только их эскадра оставит воды Восточного безбрежья и углубится на территорию Туманного моря, с ними останется только слепая удача и навыки капитана, которого нашел Клиф для сопровождения по этим гиблым местам.

В очередной раз устав от замкнутого пространства своей каюты и непривычно молчаливого Кейдена, Финн снова прошел на корму. Он часто стоял вот так, стиснув планширь, и отстраненно бродил взглядом то по виднеющемуся впереди «Стражу», то по выверенным и слаженным действиям команды своего корабля. Хоть какое-то развлечение, отвлекающее от тягостных дум.

Туман накатил не постепенно, а обрушился стеной, поглотив в мгновение ока и грозный силуэт «Стража», и беспокойную воду за кормой. Воздух стал влажным, густым и глухим, в нем тонул даже привычный скрип такелажа. Ветер тоже оборвал свой ход, трусливо прячась за проступившими из воды очертаниями огромных, черных, скользких от плесени, скал.

Капитан коротко отдавал приказы. Судно почти впритирку шло вперед, маневрируя между рифами. Недолгие моменты радости от удачного прохождения препятствия при виде очередных каменных стен сменялись новой волной паники — не справятся, сейчас раздастся протяжный скрип поврежденной обшивки! Но паниковал только Финн. Так ему казалось. Команда выглядела настороженной и слишком сосредоточенной, чтобы предаваться губительным настроениям. Матросы жадно ловили приказы своих командиров и сиюминутно выполняли.

Кейден и другие представители посольства, узнав, что случилось и почему ход судна настолько замедлился, поспешили скрыться в своих каютах. Даже не особо верующие тихо молились, прося помощи у Создателя. Порой молитвы чередовались с проклятиями в адрес своего короля, который подверг опасности их жизни для заключения очень сомнительного союза.

Безопаснее находиться было в помещении с остальными великосветскими лордами, но Финн не мог заставить себя уйти. Ему казалось, что вот так, стоя на корме, он способен повлиять на ситуацию. Что он всё ещё хозяин своей жизни, а не выброшенная в море щепка.

— Пираты!!! Слева по борту! — раздался чей-то отчаянный вопль.

Финн всмотрелся в туман. Из-за гребней скал выскользнули низкие, длинные тени. Шлюпы и шхуны, плоские, как бритвы, и верткие, как ласточки, неслись между рифами. Принц не обладал в должной мере знаниями в мореходстве, но этого и не требовалось, здесь и так понятно, что «Страж» и «Вепрь», находящиеся в капкане скал, беспомощны. Для маневров и залпов нужно было большее пространство. Корабль же, на котором плыло посольство, и вовсе… Мысль оборвалась…

Чужие снаряды со свистом порвали воздух. Дерево щепками слетело с надстроек кораблей Скайфенна. Где-то рядом раздался оглушительный взрыв: пороховой склад идущего позади «Вепря» сдетонировал, подсветив туман багряным заревом и следом осыпав дождем из обломков.

Финна отбросило взрывной волной. Он спиной ударился о каютную переборку. Воздух вышибло из легких, а тело пронзила боль. Сквозь сильный шум в ушах пробивались отголоски криков и треск пожаров. Перед глазами плыл туман, смешанный с дымом.

Коротко и отстраненно укрепилась мысль… Нужно подняться, уйти с открытого места.

Он стал сбрасывать с себя наиболее крупные обломки. Откинув очередную доску, Финн увидел то, что ещё не успел осознать и прочувствовать: его нога была пробита, точнее прибита к палубе острым концом взорванной обшивки корабля. Он на миг прикрыл глаза, глубоко вздохнул. Почему-то на ум пришел образ брата и его непревзойдённая даже в самых затруднительных ситуациях выдержка. Финн поклялся себе, что сможет так же. Он же Ниа Скайл.

А увидев, как абордажные крючья с шипением впиваются в парапет палубы, как по веревкам, точно пауки, полезли темные фигуры с кривыми саблями, он окончательно пришел в себя. Ясность и холодный ум. Желание выжить. Осталось только это.