Азимар. Дорога сбывшихся надежд

Глава 1

Некоторое время назад…

Несмотря на теплую ночь, Хелен шла и зябко куталась в накинутую на плечи шаль. Раздражение стало её постоянным спутником. С того самого дня, как Лиам перестал у неё работать, всё пошло наперекосяк, словно он забрал её удачу с собой. Найти себе толкового помощника так и не получилось. Кто-то не нравился ей, и она его прогоняла спустя несколько дней работы. Кто-то уходил сам, не справляясь с простыми, как ей казалось, обязанностями.

Хелен возмущенно фыркнула, вспоминая сегодняшний день в лавке. Ей практически всё приходилось делать самой! Её новый работник оказался таким же бестолковым, как и все предыдущие. Как можно перепутать сердце и печень лихвана?

Ещё и Дом удовольствия не радовал доходами. Людям стало не до плотских утех. И хоть недавняя болезнь, унесшая многие жизни, не коснулась Верхнего города, посещаемость её главного детища, стала равной практически нулю. Господа старались не покидать поместий, не выпускали они и своих слуг домой на ночь, опасаясь, что те принесут с собой неведомую напасть.

Улицы были пустынны и молчаливы. Огни приглушены. Это угнетало. Складывалось впечатление повсеместного траура. Хелен устала от этого уныния. Она хотела поскорее добраться до своего дома и лечь спать. Хорошо бы новый день принес более радостные перспективы. Женщина грустно вздохнула. Не будет никаких внезапных радостных перспектив. Нет удачи в её жизни. Всё надо делать самой. Вырывать у судьбы силой.

Мысли снова и снова возвращались к Лиаму. Надо вернуть его к себе на службу. Но нужно всё так организовать, чтобы он сам приполз назад, умоляя принять на работу. Так она сохранит главенствующую роль в их деловых взаимоотношениях. В принципе, особых сложностей не должно возникнуть. Она воспользуется своими связями, и ему везде откажут. И тогда Лиаму придется проситься назад на работу или к Никону, или к ней. Хелен стала вспоминать и прикидывать, что у неё есть на Никона, чем его припугнуть. Конечно, тот из своих личных убеждений мог не взять Лиама назад на работу, но всё же лучше подстраховаться.

Вдали стали угадываться очертания родного дома, и Хелен тепло улыбнулась. Её гордость. Её достижение. Так много лет понадобилось, так много сил. Долгий путь с низов пограничников к жителю Верхнего города. Не осталось в Азимаре людей, которые смогли бы связать маленькую несчастную сироту, жившую на окраине района близ леса, и успешную, держащую в страхе весь Нижний город, женщину. Хелен изменила свою жизнь, стерла тяжелые годы своего прошлого из собственной памяти и памяти окружающих. Способов много, надо лишь уметь ими воспользоваться. Нет, не алхимия. Есть средство гораздо лучше. Страх. У всех есть свои секреты. И именно они и были её главным оружием.

– Мадам Хелен!

К ней подошло трое вооруженных мужчин. Хелен окинула их удивленным взглядом. Нет нашивок. Значит, не наемники. Отличительных знаков, обозначающих принадлежность к какому-то дому Верхнего города, тоже нет. Грабители? Здесь? За стеной?

– Пройдёмте, – снова сказал один из них и указал рукой направление.

– Могу я узнать, по какому поводу вы меня задерживаете? – холодно поинтересовалась она, стараясь сохранить спокойствие.

– Господин Хродгар приглашает вас к себе, – тихо проговорил мужчина.

Она подавила свой выдох изумления и молча проследовала за мужчинами. Путь был долгим: самая влиятельная семья Азимара жила у подножия горы. В голове у Хелен роились тысячи мыслей. Женщина гадала о причине неожиданного интереса к своей персоне. Личная беседа с человеком такого уровня большая честь, но тревожные колокольчики сомнений и предостережений прорывались учащенным сердцебиением, заставляя ещё сильнее кутаться в шаль.

Величие дома семьи Хродгар напрочь выбросило все плохие предчувствия и оставило лишь эйфорию. Хелен шла вдоль ухоженной аллеи сада поместья прямо к украшенной ковкой и кристаллами главной двери дома и понимала, что наконец-то на своем месте. Её, Мадам, признали, как равную себе. Наверное, в мире всё-таки существует справедливость, раз та наконец-то добралась и до неё. После всего что Хелен пережила в детстве и юности, после долгого пути к успеху, это её награда. Теперь она не только живет в Верхнем городе, она и вхожа к правящей семье!

Хелен распрямилась, гордо подняла голову, постаралась приглушить радость и вернуть своему лицу привычное выражение собственного превосходства и достоинства. К её удивлению, мужчины провели её другим путем, уводя за угол усадьбы. Остановились у неприметной двери, через которую, как догадалась женщина, в дом входит прислуга. Этот факт больно кольнул самолюбие Хелен, возвращая тревогу.

Нутро дома было сокрыто царившей здесь темнотой. Лампы погашены. Обозначить окружающие предметы позволял лишь льющийся в окна лунный свет. Возле одной из комнат мужчины остановились, постучали и, получив одобрение, завели туда Хелен, тут же покидая помещение.

Глава дома Хродгар сидел за столом и что-то писал. Хелен молча стояла посреди комнаты и ждала, когда он обратит на неё внимание. Пламя свечей создавали причудливые тени, почему-то пугая. Они казались ей призраками… прошлого, что тянули к ней руки. Женщина незаметно вытерла свои вспотевшие ладони о платье.

Хозяин дома наконец-то соизволил поднять на неё глаза и отложить бумаги в сторону. Хелен учтиво кивнула, приветствуя. Хродгар молча разглядывал её, чем сильно нервировал. Но Мадам глаз не прятала, не в её правилах, твердо смотрела в ответ, невольно восхищаясь. Мужчина, сидящий перед ней, излучал силу, ту самую, что дает безграничная власть и монеты. Привычка повелевать легко читалась в глазах, а внешняя привлекательность дополняла образ её идеального мужчины. Будь она на десяток лет моложе, то рискнула бы испытать на нем свои женские чары. А так… можно лишь любоваться и трепетать под взглядом его холодных изучающих глаз. И гадать, что могло ему понадобиться среди ночи.

– Я недавно узнал интересную новость, – промолвил Хродгар низким бархатным голосом, от которого у Хелен по телу побежали мурашки, что тут же сменились подступающей паникой, когда она услышала продолжение: – Оказывается, я взял к себе возлюбленной какую-то шлюху из твоего Дома.

– Злые языки, господин Хродгар, и не такое придумают, – негромко проговорила Хелен, тщательно контролируя дрожь в голосе.

– Именно так я и подумал. – Он откинулся на спинку стула и принялся постукивать пальцами по поверхности стола. – Но всё же мне стало любопытно, кто посмел моё имя поставить в один рядом с продажной девкой, и был весьма удивлен…

У Хелен зазвенело в ушах, пол чуть покачнулся. Она сжала руки в кулаки, больно впиваясь ногтями в свои ладони, чтобы вернуть себе присутствие духа.

– Когда узнал о некой Стефани Тиллон, которая рассказывает о своей сестре, что стала моей возлюбленной, – продолжил мужчина и чуть наклонил голову вбок. – А знаешь, что самое удивительное я обнаружил, когда навел о ней справки? – Хелен не нашла в себе силы ответить, просто отрицательно качнула головой. – Что та же Стефани Тиллон несколько лет назад заявляла комиссару, что её сестра убита.

– Господин Хродгар… – умоляюще произнесла Мадам и сделала несколько шагов в его сторону. Она судорожно искала в голове варианты оправданий. Понимала, что он узнал и о том, что именно сказала она, Хелен, комиссару по поводу пропажи своей подопечной.

Он резко выпрямился, подаваясь вперед, устремляя на неё гневный испепеляющий взгляд.

– В какой момент ты забыла своё место?! Тот факт, что тебе разрешили купить дом в Верхнем городе, не делает тебя одной из нас!

– Конечно, господин Хродгар, – пролепетала Мадам. – Я так виновата, этого больше не повторится. Позвольте мне решить проблему. Девчонка больше не сможет болтать лишнего.

– Конечно больше не повторится, – презрительно бросил Хродгар. Вспышка ярости погасла так же внезапно, как и началась. – А девчонкой я займусь сам.

– Спасибо, – благоговейно произнесла Хелен, низко склоняя голову.

Он протянул руку к стоящему на столе колокольчику, собираясь позвать охранников, но передумал и спросил:

– А что на самом деле случилось с той шлюхой, с Фионой?

Хелен нервно сглотнула: врать побоялась, была вероятность, что он уже знает правду.

– Я продала её дому Молдаг.

Мужчина сузил глаза и угрожающе процедил сквозь зубы:

– Продала?!

У Хелен задрожали ноги. Она открывала рот и закрывала, не понимая, что сказать, какое оправдание будет верным.

– Ты продала человека из моего города и прикрыла свои делишки моим именем? – взревел он и яростно стукнул кулаком по столу.

– Простите… я… простите… она была обычной пограничницей… я не подумала, что её хватятся… простите… – лепетала Мадам.

Его гнев снова улетучился в одно мгновение, сменяясь презрением. Он окинул Хелен взглядом. Именно так смотрят на зловонную кучу мусора, внезапно оказавшуюся на пути. Хродгар тронул колокольчик. Трое охранников вошли в комнату.

– Проводите Мадам до её лавки в Нижнем городе, – спокойно сказал он мужчинам. – Всё должно пройти тихо.

Первая волна ужаса у Мадам прошла довольно быстро, сменяясь сосредоточенностью. Холодный ум тщательно просчитывал варианты спасения. Было жаль оставлять этот город и наработанное годами положение в обществе, но Хелен не привыкать. Она сможет начать всё сначала. Главное, избежать участи, уготованной Хродгаром.

При мысли о Стефани у Хелен поднялась волна злости, в первую очередь на себя. Вот к чему приводит сердобольность! Надо было сразу же заплатить за исчезновение пограничницы, в тот же день, когда заключила сделку на её старшую сестру Фиону. Почему-то пожалела! И потом, когда девчонка бегала к комиссару и кричала на каждом углу, что Фиона убита. Глупая, бессмысленная жалость! И вот к чему она привела!

Но как бы ни злилась Хелен, она невольно отдавала должное Стефани, та смогла всё ж добиться своего. Стойкая. Упорная. Так просто не сломить. Наверное, именно это когда-то и понравилось Хелен. Ещё в тот момент, когда убитая горем сирота после смерти родителей вернула ей набитый монетами кошель. А потом окончательно покорила, раз за разом отказывая в предложении работать в Доме удовольствия.

Смысла в сожалениях не было. Стефани в любом случае больше не её проблема. Самой бы спастись.

Хелен решила начать с самого простого варианта, не очень верила в успех, но попробовать стоило.

– Назовите любую цену, я заплачу, – спокойно сказала Хелен, внимательно следя за реакцией своих сопровождающих, боясь пропустить промелькнувший в глазах огонек алчности. Нужно выбрать наиболее подверженного к влиянию человека и на него уже целенаправленно воздействовать. – Каждому. Вы меня отпустите, я исчезну, а Хродгару скажете всё, что захотите. Есть же много вариантов убить человека и спрятать труп. Придумайте самый правдоподобный.

– Мы не будем играть в такие игры с господином Хродгаром. Иначе будем висеть потом на веревке вслед за тобой.

Висеть… На веревке… Внутренности Хелен словно стянули узлом. Ей стало дурно. Вот такую, значит, участь ей заготовил Хродгар. Женщина резко бросилась бежать, но её тут же нагнали, схватили и зажали рот рукой.

– Давай без глупостей, – яростно прошептал ей мужчина. – Не вынуждай применять к тебе силу. И не кричи, – предупредил он. – Иначе я отрежу тебе язык. Идем. Я не собираюсь возиться с тобой всю ночь.

Слезы заструились по её щекам. Надо было что-нибудь придумать, не бывает безвыходных ситуаций, не для неё… но… Всё, о чем она могла думать… Так не должно быть. Несправедливо. Она не заслужила. Всё не может закончиться вот так. Её жизнь – череда поражений и побед. Долгий и сложный путь, который ей пришлось преодолеть одной. И каждый новый шаг, каждое принятое решение приближали её к финалу. Вот только должен он был стать другим…

Очертания её лавки в Нижнем городе вернули ясность. Хелен мысленно прикидывала, где можно закрепить веревку и что для этого нужно, вспоминала, где у неё лежат ножи, прикидывала расстояние и время, которое ей может понадобиться, чтобы добраться до второй двери её лавки, придумывала способы отвлечь…

Богиня-мать Ксандора любит своих детей, она не оставит её! Справедливость для Хелен должна восторжествовать! Женщина гордо расправила плечи и смело шагнула внутрь лавки, собираясь выиграть и в этот раз.

Глава 2

Стефани прижала письмо Лиама к себе. Его слова выжигали её душу.

…Я люблю тебя, Стеф…

Келлен схватил её за запястье, с силой сжал и отобрал бумагу, отошел ближе к окну, чтобы было лучше видно, бегло пробежался взглядом по строчкам. А затем он перевел ошеломленный взгляд на рыдающую девушку, пытаясь придумать, что сказать, как приободрить её, но здраво мыслить мешала подступающая паника.

Настанет момент, когда туман поглотит собой всё, весь город и не только этот, но и Вланвий, не останется места, где смогут жить люди.

– Мне жаль, – только и смог выдавить Келлен.

Он подошел и протянул ей письмо. Стефани поднесла лист к своим губам и поцеловала любимое имя.

– Я тоже люблю тебя, мой Лиам, – прошептала она. – Я тоже люблю тебя… Люблю…

Сожаления об упущенном времени охватили её сильнее, чем горе от потери. Она столько времени провела вдали от Лиама. Если бы она знала, как мало им отведено быть вместе… Растратила короткий миг счастья на глупую, никчемную месть. Она так и не сказала ему… Не сказала… Рыдания вырывались из груди, переходя в протяжный вой. Как теперь жить…

Хлопнула входная дверь. Стефани не обратила на это никакого внимания. Келлен рванул девушку за себя, заслоняя, выхватил оружие. В комнату вошло пять мужчин, заполняя собой пространство.

– Убери оружие, Транадор, – угрожающе произнес один из них. – На улице ещё двое. Поэтому шансов выиграть у тебя нет.

Стефани шумно всхлипнула, выглянула через плечо. Пришедшие мужчины были сильными и тренированными воинами, по форме одежды очень похожие на тех, что она видела в Верхнем городе. Возникшая угроза привела её в чувство. Стефани вытерла слезы.

– Девушка пойдет с нами, – добавил мужчина.

– Исключено. Она тоже Транадор. Вы же не хотите проблем с кланом? – прошипел Келлен, поудобнее перехватывая кинжалы.

– Не хотим. Поэтому предлагаем пойти ей добровольно, – мужчина перевел взгляд на неё, добавляя, – пока предлагаем.

Стефани видела, насколько сосредоточенным стал Келлен. Догадалась, что он готовится дать бой.

– Кел, всё в порядке. Я пойду с ними, – устало проговорила Стефани. Она догадывалась, кто эти люди, и не хотела подвергать жизнь Келлена опасности.

– Что вам нужно от неё? – в голосе наемника засквозило отчаяние.

– У нашего господина к ней разговор, – ответил мужчина. – И чтобы ты не наделал глупостей за время, которое она будет отсутствовать, я оставлю ребят присматривать за тобой.

За время, которое она будет отсутствовать…

«Убивать не будут… По крайней мере не сразу. Уже легче».

Стефани сложила письмо Лиама и спрятала в карман, коснулась плеча Келлена, перехватила его взгляд, хотела дать понять, что не боится, что всё будет хорошо. В его темных глазах плескался ужас и решимость. Келлен был готов драться за неё до последнего вздоха. Она видела. И именно этого не хотела.

– Не делай глупостей. Я вернусь, – тихо сказала Стефани, выдавливая из себя улыбку. И хоть она чувствовала, что её жизни не угрожает опасность… Девушка крепко обняла Келлена, прижалась щекой к его щеке и едва слышно шепнула в самое ухо: – Первый этаж, третья половица от окна.

Стефани надеялась, что со стороны выглядело, как простое прощание. Она отстранилась от него, заглянула в глаза, грустно улыбнулась. Если всё закончится не в её пользу, то у Келлена будет шанс выбраться из Азимара.

С ней пошло только двое. Молчаливая прогулка в обществе мужчин, не вызывала у неё никаких эмоций. Будь что будет. Только это крутилось в голове. У поста в Верхний город её сопровождающий протянул бумагу охраннику. Стефани невольно привстала на цыпочках, желая заглянуть в содержимое и рассмотреть гербовую печать. Мужчина на посту бегло просмотрел пропуск и тут же отступил, давая дорогу и даже не обыскивая их.

При свете дня Верхний город выглядел иначе, чем в её первое посещение. Стефани он не показался таким уж и роскошным. Скорее нелепым. Никому не нужная вычурность, никак не отменяющая суть: и это тоже сгинет в тумане.

Её рука легла на карман куртки, где лежало письмо Лиама. Его последнее письмо… Её душа снова заплакала, отказываясь принимать тот факт, что больше никогда не увидит сияние его глаз.

…Стеф, за мной следят…

Кто? Легнар? Это был самый логичный вывод, но её интуиция подсказывала, что на сей раз они ни при чем. Была у неё одна догадка, но столь ужасная, что Стефани всячески гнала её прочь, боясь не справиться с разочарованием от открывшейся истины. В любом случае, сейчас не место и не время. Сначала она встретится с «господином».

Она устала. Торопливая дорога до Азимара к Лиаму, а затем ещё пару часов «прогулки» по Нижнему, а теперь и по Верхнему городу сильно вымотали её. Тело просилось прилечь или, на крайний случай, присесть. В довершение общего неважного самочувствия хотелось есть, и от этого немного звенело в ушах. Стефани горько усмехнулась, поражаясь сама себе. Почему она ещё способна что-то испытывать, когда её Лиама больше нет с ней?

– Долго нам ещё? – спросила Стефани, чтобы хоть что-то спросить.

Ответом ей был сильный толчок в спину, от которого она чуть не упала. Холодная ненависть мгновенно разлилась по венам, заполняя душу. Ненависть на весь мир. Всех, кто был ей дорог, Боги отобрали. Родители, сестра, а теперь и Лиам… Стефани обернулась и посмотрела на лицо сопровождающего, желая расцарапать его, выместить на нем несправедливость своей жизни.

«Туман пожрет тебя! Ты сдохнешь, как и твой господин. Вы все сдохнете».

Было что-то в её взгляде такое, отчего мужчина поежился и нервно потер шею, а затем коснулся рукояти оружия, словно проверяя на месте ли оно.

Остаток дороги никто не проронил ни слова. Знакомая по её прошлой вылазке усадьба встретила ещё большим количеством охраны. Стефани окинула двор глазами и присвистнула, за что получила очередной тычок в спину. Один из сопровождающих присоединился к остальным охранникам, а второй открыл дверь и завел её в дом.

Стефани с удивлением для себя отметила, что они идут совсем не той дорогой, что она когда-то с Лиамом. Значит, в подземелье с клетками спускаться не будут. Это радовало.

У одной из дверей мужчина остановился, постучал. Когда ему ответили, схватил за локоть девушку и пихнул внутрь. Стефани споткнулась о неровный пол и упала, вытягиваясь во весь рост. Процеживая сквозь зубы ругательства, она стала подниматься, попутно растирая ушибленные места.

– Ну здравствуй, дорогуша, – хрипловато поприветствовали её из глубины комнаты.

Стефани резко обернулась на звук. В полумраке заставленного помещения за столом сидел синеволосый алхимик. Он какое-то время изучающе смотрел на неё, а потом перевел взгляд своих пронзительно-голубых глаз на охранника и презрительно бросил ему:

– Оставь нас.

Когда её сопровождающий вышел, он махнул ей рукой, подзывая ближе.

– Я Уэйн, а ты, я так понимаю, Стефани Тиллон, – сказал алхимик.

– Транадор, – раздраженно поправила она его, останавливаясь у стола.

– Уверена, что хочешь говорить со мной от имени клана? – иронично поинтересовался он, скрещивая пальцы. Она недовольно поджала губы. Он посчитал это за ответ, поймал её взгляд и несколько секунд удерживал, а потом медленно перевел на дверь, затем снова на неё. Приложил палец к своим губам, призывая молчать. Взял бумагу и стал писать, но при этом вслух сказал: – Где мои записи, которые вы украли?

Он протянул ей лист, Стефани пробежала глазами по строчкам.

Я хочу заключить сделку

Она согласно кивнула, схватила со стола карандаш и быстро написала ответ:

Где Лиам?

– Не понимаю, о чем ты, – вслух сказала Стефани и протянула ему записку.

– Ты и твой светловолосый официант проникли в мой дом, убили столь дорогостоящего хохотуна, разбили мне скулу, заперли в клетке, – медленно и лениво растягивал слова Уэйн, при этом быстро писал на листке. – Припоминаешь?

Я расскажу про Лиама, но взамен ты должна найти способ освободить меня и забрать с собой, когда соберешься уйти из Азимара за разлом.

– Ты меня с кем-то путаешь, – Стефани придала голосу грубости, пытаясь скрыть охватившее её волнение. Она быстро дописала на его листке:

Хорошо. Я заберу тебя с собой.

Она была готова пообещать что угодно. Тем более, ничего не помешает ей, получив нужные сведения, забыть этот город и этого человека, как страшный сон.

– Давай уже прекратим этот бессмысленный разговор. Я даю тебе шанс выжить. Ты должна вернуть мои записи и принести все исследования Лиама, – так же медленно проговорил Уэйн, строча на бумаге.

Кто-то из Вланвия заплатил наемникам за принудительную доставку Лиама к ним в город. Очевидно, какой-то богач захотел себе личного алхимика.

Стефани прочитала и зажала себе рот рукой, сдерживая крик. Сбылись её самые страшные предположения. Мир снова разваливался вокруг неё на части, забирая с собой слабую надежду на чудо.

Уэйн забрал из её рук записку, поднес к горящей свече и поджег.

– Учти, если обманешь меня, то я прикажу убить всех людей, которые тебе дороги, – холодно сказал алхимик, смотря ей прямо в глаза.

Стефани поняла, что угроза касается в первую очередь их тайного соглашения, которое догорало положенное на тарелку.

– У меня никого не осталось, – бесцветным голосом произнесла она, чувствуя бесконечную усталость.

– Начну с узкоглазого наемника. Он ведь нравится тебе? – ядовито пообещал Уэйн. – Продолжим владельцем таверны Никоном. Жаль беднягу, умрет, потому что дал когда-то работу пограничнице. Кто там тебя ещё знает? Может Тавин? Кухаркой у вас была, помнишь её? Молодая, ещё жить и жить ей… Но увы… Не с той общалась когда-то. Недостаточно? Может, Гербо? Молодой улыбчивый парень, что неровно к тебе дышит? Умереть во имя любимой, вполне достойная смерть…

– Заткнись! – закричала она и стукнула кулаком по столу. – Я спасла тебе жизнь!

– Ты ещё жива только потому, что я попросил за тебя. Это моё спасибо, – невозмутимо ответил он. – Так что? Мы договорились? – Он выразительно посмотрел на пепел в тарелке.

– Мне нужно время, – прошептала она обреченно.

Он качнул головой, безмолвно спрашивая: «Сколько?» Стефани показала ему два пальца. Уэйн согласно кивнул, а вслух грубо сказал:

– У тебя две недели. – Алхимик быстро подскочил, высыпал пепел в один из стоящих на стеллажах сосудов, вернулся за стол, зажег сигару, пустил клубы дыма, замаскировывая стоявший здесь запах сожженной бумаги, и громко крикнул: – Уведите.

Дверь тут же открылась, словно человек стоял под ней всё это время. Стефани вышла не оглядываясь. Она медленно брела за своими сопровождающими и с грустью думала о том, что Лиам оказался прав. Все эти люди, патрулирующие поместье, были не для защиты, они тюремщики. Такой участи боялся её любимый человек, поэтому и скрывал свои навыки.

Всю обратную дорогу Стефани тихо плакала. Она шла и обнимала себя руками, словно это могло удержать части разбитой души вместе.

Когда Стефани с сопровождающими зашла в лабораторию Лиама, Келлен подскочил, окидывая девушку обеспокоенным взглядом, ища следы возможных травм. Люди Уэйна ушли, захлопывая за собой дверь. Оставшись с ней наедине, следопыт подбежал и стиснул Стефани в объятиях.

– Они ничего тебе не сделали? – взволнованно прошептал он.

– Нет, – тихо ответила она, замирая безвольной куклой.

– Кто были эти люди? И что они хотели от тебя?

– Завтра. Я всё расскажу завтра по дороге в Транр. – Она устало выдохнула и направилась на выход.

Глава 3

Келлен, не желая оставлять девушку одну, остановился на ночевку в таверне Никона. Стефани заказала себе ужин и после ушла с тарелками наверх в комнату Лиама. Встретиться они договорились с утра.

Она замерла посередине комнаты. Губы тепло улыбались, а глаза ласкали взглядом каждую вещь. Лиам когда-то касался их, наполняя жизнью. И теперь, когда его нет, они рассказывали о нем, делая живым. На душе снова стало нестерпимо больно.

«Не время для отчаяния. Соберись».

– Нужно поесть, – вслух сама себе сказала Стефани.

Она и сама не ожидала, но всё съела и спустилась на кухню, собираясь заказать добавки. Пока ей готовили ещё одну порцию, Стефани заглянула в кабинет Никона, заплатила ему за месяц аренды комнаты Лиама. Она не могла допустить, чтобы хозяин таверны выкинул все вещи её возлюбленного, а саму комнату отдал другому. Её заплаканное лицо вызывало интерес у окружающих, поэтому, как только еда приготовилась, Стефани поспешила вернуться.