Нити судьбы. Дорога жизни
- -
- 100%
- +
– Хорошая реакция, – похвалил он и, смотря на её недоуменный взгляд, пояснил: – Эти клинки тебе подойдут. Они длинные, но не громоздкие, небольшой вес, поэтому сможешь держать в одной руке.
На секунду она растерялась и не знала, как реагировать. Почему он помогает ей? И тогда, и сейчас? Что ему нужно? В чем выгода? Опасные вопросы – не хотела знать ответы. Ни к чему лишние проблемы… Поэтому просто кивнула ему, убирая за спину оружие. Собралась было уходить, как взгляд снова наткнулся на эльфа. Она не проверила только его. Малодушно избегала. Он маг. Маг, значит, ищейка. Ищейка – всегда смерть. Хотя он же без посоха…
Лайя достала кинжал, оттянула рукав одежды эльфа и резанула ткань, оголяя плечо. На бледной коже был выжжен знак Башни: четыре горизонтальных линии, взятые в кольцо. Четыре линии символизировали стихии магии: огонь, вода, земля, воздух. Кольцо было символом магии духа, самой опасной и сильной из всех пяти возможных вариантов магии.
Она невольно отпрянула от него, понимая, что дело обстоит совсем плохо. Это беглый маг. Причем не тот, кто скрывался всю жизнь от Инквизиции, а тот, кто был уже её собственностью, раз стоит клеймо Башни. Значит, и искать его будут ещё более упорно.
Черт! Это же надо было так втяпаться! И зачем он объявился в тех лесах, где она скрывается? И что теперь делать? Уходить южнее? Но там же дальше обитают монстры… Черт!
Она быстро обшарила его одежду на предмет потайных карманов. Есть! Удача. Мешочек с монетами. Судя по весу, немного, но всё ж лучше, чем ничего. На шее у него заметила цепочку. Аккуратно, стараясь не порвать, Лайя сняла её. Довольно хмыкнула. Можно будет продать и выручить немного серебра. Эльф вдруг шевельнул рукой, чем сильно испугал. Он ещё жив?
– Он жив? – Юноша тоже заметил движение, подошел и приложил ухо к груди, пытаясь услышать сердцебиение, и, отстранившись, сказал уже утвердительно: – Жив.
Девушка резко поднялась и молча направилась прочь с поля боя.
– Ты не поможешь ему? – окликнул её азур.
Она запнулась и замерла, приходя в изумление от неожиданного вопроса, а потом снова стала удаляться.
– Эй! – Юноша догнал её и, взяв за локоть, заставил остановиться. – Ты бросишь его умирать?
Она выдержала взгляд, стряхнула его руку и ответила:
– Да. С чего бы мне ему помогать? И с чего ты взял, что я могу ему помочь? – И продолжила идти.
– Ты целительница. Я уверен, ты можешь его вылечить, – не сдавался он, оббегая её и преграждая дорогу.
Да что он себе возомнил?! Злость вспыхнула, перехватывая дыхание. Она не могла сражаться с ним, физически не могла, да и не хотела, поэтому про себя досчитала до трех и постаралась спокойно объяснить:
– У меня с собой недостаточно материалов для перевязки, к тому же тут нет воды, чтобы можно было промыть и очистить раны. Даже если, каким-то чудом, у меня всё это было бы, не факт, что удастся избежать заражения. А ещё ему нужен покой и укрытие. Я тут такого не наблюдаю. Так что помощь ему будет в данных условиях неэффективна. Он, так или иначе, умрет, а мы, если задержимся здесь достаточно долго, последуем за ним. Это, – она показала рукой на тела воинов, – солдаты Инквизиции. Не представляю, насколько вы хорошо знаете нашу страну, но прошу поверить, они серьезные ребята. И тот маг, который ушел от нас, вернется с подмогой проверить, выполнили ли они свою задачу. А этот, – указала она пальцем на эльфа, – их собственность. Беглый маг. – О своей возможной роли в данном сражении она умолчала.
– Тэ! – позвал юношу воин, подошел и положил руку на его плечо. – Она права, нам нужно уходить.
Девушка одобрительно взглянула на воина. Наконец-то, голос разума. Она обошла юношу, который всем видом выражал несогласие.
– Я тебе заплачу́! – услышала она и резко остановилась. – Пять золотых, и найду укрытие.
Безумие. Она видела травмы эльфа. Несколько стрел в ноге, одна рука обгорела, в груди рана от меча. После такого не выживают. Возможно, ещё от взрывной волны сломаны кости…
Но ей очень нужны были монеты. Вряд ли она где-нибудь их сможет так быстро раздобыть. А на пять золотых можно купить еду, карту королевства, можно купить лекарства…
– А если он умрет? – словно со стороны услышала она свой голос.
– Не подходит, – твердо сказал азур, – мне он нужен живым.
– Бред какой-то, это невозможно и опасно, пустая трата времени, – пробормотала девушка и, ковыляя, пошла прочь. Скоро осень… Пять золотых… Ещё можно купить теплую одежду и обувь… Остановилась, на мгновение прикрыла глаза и, злясь на саму себя и принимая неизбежное, громко сказала, обернувшись: – Хорошо. Но когда он очнется, я уйду, получив оплату.
– Оплата будет, только когда он сможет продолжить свой путь, – невозмутимо ответил юноша и скрестил руки на груди.
– Когда его жизни не будет угрожать опасность, – поправила Лайя и уставилась ему прямо в глаза. – Ждать его восстановления – не собираюсь!
– Договорились, – согласился он.
– Договорились, – сквозь зубы повторила девушка и, не глядя на него, направилась в сторону эльфа.
– Я Тэмин, а это Чонсок, – представил себя и своего друга юноша, поравнявшись с ней, и так тепло и радостно улыбнулся, что её злость и недовольство ослабли.
– Лайя, – буркнула она.
– Почему не говоришь «спасибо»? – бодрым голосом поинтересовался её новый знакомый.
– За что? – удивилась Лайя и обернулась к нему.
– За то, что спасли тебя, – пояснил Тэмин.
– Я не просила, – снова буркнула она и нахмурилась.
Жизнь её научила, что люди не помогают незнакомцам просто так. Это настораживало ещё сильнее, чем открытая агрессия. Она не могла расшифровать, в чем их выгода. Ведь они же не могли знать, что она умеет лечить. Тогда зачем спасли? Да и к чему им этот беглый маг, у которого шансов выжить не так много? Ещё и платить за него. Не похоже, что они были знакомы до этого.
Вопросы… И к черту ответы. Получит монеты и уйдет.
Лайя опустилась на колени возле эльфа. Кинжалом разрезала его рубашку. Рана была не так глубока, как опасалась девушка, но крови мужчина потерял много.
– Мне нужно перевязать его. Есть что-нибудь из ткани, желательно чистое? – спросила она.
Чонсок достал из своей сумки перевязочный материал и протянул девушке.
– Отлично! Этого мало, но основную рану прикрыть хватит. Помоги мне его приподнять.
Воин постарался аккуратно приподнять эльфа, но даже этого минимального движения хватило, чтобы кровотечение возобновилось. Лайя зажала края раны и туго перевязала грудь мужчине. Эльф был без сознания и не приходил в себя, даже когда доставали стрелы из ноги. Девушку это очень беспокоило. Прощупала пульс: совсем не слышен. Приложила ухо к груди. Так слабо бьется сердце. Она понимала: жизнь его утекает и помочь может лишь одно. Вот только резерва совсем мало, возможно, не хватит на заклинание, да и опасно для неё. И всё же придется рискнуть. Лайя покосилась на мужчин: нужно отослать их, нельзя, чтобы они узнали.
– Для последующих перевязок мне понадобится много ткани. Найдите, откуда срезать. И одежду для него. Плюс осмотрите тела, вдруг я что-то пропустила: монеты, зелья и другие ценные вещи. Времени мало, надо уходить, поторопитесь, – сказала она.
Девушка дождалась, пока мужчины отойдут, ещё раз приложила ухо к груди эльфа, надеясь, что случится чудо, и она услышит ровное сердцебиение, но… чуда не произошло.
Лайя приложила обе ладони к его груди, закрыла глаза и зашептала заклинание. Весь мир перестал существовать. Она слышала только неровный стук сердца эльфа, едва шелестящее дыхание. Её энергия от ладоней потоком передавалась ему, согревая, даря жизнь, силы, заставляя бороться.
Она почувствовала, как силы оставляют её – голова закружилась. Нет. Ещё немного. Должно получиться. Лайя, собирая крупицы энергии, усилила поток. Его сердце на секунду замерло. Она не рассчитала. Её душа коснулась его души. Сплетаясь в одно целое, его жизнь стала её жизнью. Злость и ненависть. Боль и радость. Бессилие и упорство. Жажда жизни и отчаяние. Одиночество и смятение. Она уже не могла понять, что из этого было её, а что принадлежало умирающему незнакомцу. Эмоции захватили её лавиной. Слезы полились по щекам. Лайя распахнула глаза. Он тоже открыл глаза и посмотрел на неё. Она видела своё отражение в его зрачках. Она закончила читать заклинание, и где-то, на краю сознания, когда почувствовала, как сильно и ровно забилось его сердце, мелькнула радостная мысль: «Получилось!», а потом пришла тьма.
Глава 3
Воспоминания возвращались урывками. Таверна. Побег. Сражение. Маг. Огненный шар. Пять золотых… Тот юноша. Тэмин. Его необычная внешность, что притягивает взгляд. Странник. Его утекающая жизнь. Заклинание жизни. Его душа плачет. Смятение и одиночество.
Чужие эмоции – а может, всё-таки и её тоже – опять волной захлестнули её, заставляя сделать судорожный вздох.
– Очнулась? – услышала она незнакомый глубокий голос.
Лайя резко дернулась, пытаясь понять, откуда исходит опасность. Оказалось, голос принадлежал черноволосому воину, а сама она лежала рядом с эльфом на импровизированных носилках, которые воин нес вместе с Тэмином. Она расслабленно опустила голову обратно. Не враги. Вроде…
– Чонсок, – вспомнила она имя воина, – почему я… – Лайя пыталась подобрать слова, но мысли всё ещё путались, головокружение мешало сосредоточиться, а неровный ход призывал желудок выдать содержимое. – Остановитесь. – Поняв, что тон её был слишком суровым и приказывающим, она сделала над собой усилие и добавила: – Пожалуйста.
Они послушно опустили носилки на землю. Лайя кое-как поднялась. Голова закружилась, и девушка непременно бы упала, если бы не вовремя подскочивший Чонсок. Тэмин покосился на руку друга, лежащую на талии Лайи. Тень недовольства промелькнула на лице, а потом юноша облегченно вздохнул и заворчал:
– Ну, слава Богам, одной ношей меньше! И хорошо, что именно она слезла! Она потяжелее эльфа будет!
Чонсок окинул Тэмина внимательным взглядом, улыбнулся собственным мыслям, а потом шутливо спросил:
– Думаешь?
– Уверен, – подмигнул девушке Тэмин, открыто подтрунивая.
Лайя аж задохнулась от возмущения, лицо залилось краской. Она так и не нашла что ответить, поэтому сделала вид, что проверяет содержимое своей сумки.
– Не будем задерживаться. Осталось недалеко, поэтому поторопимся, если хочешь, чтобы он выжил, – обратился воин к другу, – к тому же скоро стемнеет. Эльфа понесу сам. Оружие заберёшь?
Вместо ответа юноша хмыкнул, забирая меч воина. Чонсок пристроил на своей спине эльфа и довольно бодро зашагал, как будто тот и правда немного весил.
Лайя всё ещё не могла успокоиться. Она, конечно, не тростинка, но не может весить больше мужчины, пусть даже этот мужчина и эльф! Злость придавала сил, но недолго. Ей всё ещё было больно, приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы продолжать идти, сражаясь с ватными ногами. Земля периодически расплывалась перед глазами, но гордость не позволяла ей просить о помощи у незнакомца. Нельзя показывать свою слабость – этим могут воспользоваться. Но расстояние между ними увеличивалось, она не могла поддерживать их темп ходьбы, как ни старалась. Тэмин мельком взглянул в её сторону.
– Я так устал, давай помедленнее, сил совсем нет. Чон… – запричитал Тэмин, сильно замедлив ход, и Чонсоку пришлось притормозить.
– Отчего устал? От моего меча и меча эльфа? – скептически поинтересовался воин.
– День был долгий, – отмахнулся от него юноша.
– А если правду хоть иногда говорить?
Тэмин ответил улыбкой, а после поравнялся с девушкой и, смотря только вперед, согнул в локте руку. Лайя недоуменно на него уставилась. Он повернулся и взглядом указал на свою руку, приглашая. Девушке опять стало неловко. Чужая забота смущала и ставила в тупик. Она так и не смогла решиться опереться на него. Юноша не выдержал и закатил глаза:
– Не буду я за тобой ухаживать, приставать, и не мечтай, злюка! Просто возьми меня за руку и пойдем уже, или этот полумаг умрет, не дождавшись, пока ему окажут помощь. И ты не заработаешь монеты.
И снова волна стыда и возмущения одновременно накрыли Лайю, но грубые слова не успели сорваться с языка. Впереди громко и заразительно рассмеялся Чонсок. Девушка тут же остыла, невольно улыбаясь, и оперлась на предложенную руку. Идти стало заметно легче.
Время шло, шли и они. Усталость наваливалась всё сильнее и сильнее. Несмотря на поддержку, девушка всё чаще спотыкалась, раны опять начали кровить, хотелось пить и есть. Куда идут и зачем – потеряло всякий смысл. Внутренних резервов не осталось. Её магия, что всегда была с ней, молчала. Впервые. Если она была бы не так измотана, то наверняка испугалась бы.
Лайя чувствовала тепло от руки Тэмина и смотрела на спину идущего впереди Чонсока. Азуры. Народ, проживающий на востоке от королевства Иллинуи. Их империя огромная и самодостаточная, но при этом закрытая. Вольно перемещаться по их территории не выйдет, даже с целью торговли. Нужно специальное разрешение. Всё, что знали об империи Азуриан простые иллинуйцы, было из разряда баек и страшилок, которые рассказывают и пересказывают в тавернах: сами азуры о своей стране особо не распространялись. Поговаривали, что им запрещено.
Лайя лишь знала, что империя строго относится к своим подданным. Законы той страны славились жесткими ограничениями и суровостью наказаний. Магии и ворожбы у них не было ни в каком виде, как и Инквизиции. Говорили, что у них не рождались люди с даром. Не было у них и монстров, которые населяли леса Иллинуи.
Она раньше встречала восточных соседей. Немного, но встречала. Обычно азуры – невысокие, коренастые, плотного телосложения люди, черноволосые и кареглазые. Целью визита в королевство всегда была торговля: ярмарки устраивались периодически. Торговый караван азуров путешествовал с хорошо вооруженной охраной. На него редко нападали. Ведь за нападение на караван чужой страны полагалась смерть. Разыскивать смельчаков будут не только солдаты Иллинуи, но и танэри империи.
Танэри были ещё одной легендой, рассказываемой шепотом пьяными посетителями таверн. Как правило, такие истории любили в городах и поселках, граничащих с империей. Танэри – это таинственная шпионская сеть самого Повелителя, лучшие следопыты и убийцы. Их остерегались даже солдаты Короля и Инквизитора. Они появлялись ниоткуда, наносили удар и исчезали. У жертвы не было шансов уйти и спрятаться. Так говорили. Никто никогда не видел их. «Интересно, если их никто никогда не видел, то откуда тогда слухи?» – подумала Лайя, усмехнувшись.
И вот она идет по лесу королевства с двумя азурами. Это не поддается никакому объяснению.
Чонсок точно не был торговцем, да и на простого охранника вовсе не похож. Рост и могучее телосложение были внушительные даже для иллинуйцев, а уж среди азуров так и подавно. Дорогая одежда, доспех из необычного материала, меч, украшенный рунами, которые ей никогда прежде не доводилось видеть. Экзотическая внешность. Но даже не это всё внешне выделяло его: было что-то в нем, что указывало на то, что он из знатной семьи. Лайя не могла толком объяснить, откуда была такая уверенность, скорее угадывала на уровне интуиции.
– Глаза не просмотри, – услышала она прямо у себя возле уха и от неожиданности подпрыгнула, неудачно переместив вес на больную ногу. Вскрикнув от боли, Лайя поняла, что сейчас упадет, и судорожно схватилась за руку Тэмина. Это не помогло: падая, она потянула его за собой.
Чонсок, обернувшись на непонятную возню, застал весьма любопытную картину. Лайя распласталась на земле, поскуливая от боли, а сверху лежал приземлившийся Тэмин.
– Нашли время лежать, – хмуро сдвинув брови, сказал он и пошел дальше.
– Ты как? Не сильно ушиблась? – обеспокоенно спросил Тэмин, приподнимаясь на руках.
Он был так близко, что она могла рассмотреть лучики в его больших карих глазах. Странно, но она никогда не думала, что у азуров могут быть такие удивительные глаза. Шапка у него чуть съехала, выставляя напоказ темные волосы. Лайе вдруг захотелось снять шапку и посмотреть, каким он будет без неё. Ещё более милым или, наоборот, станет казаться серьезнее? Но в любом случае, красивый… Словно произведение искусства, поцелованное самим Создателем.
Судя по всему, последнее она сказала вслух.
– Видать, сильно ушиблась, – весело произнес Тэмин, улыбаясь, заметив восхищение в её глазах. Поднялся и помог ей встать.
– Тэ, – позвал его Чонсок.
Лайя увидела впереди дом и поспешила к мужчинам. Тэмин уже возился возле замка, ловко орудуя отмычкой.
– Чей это дом? – спросила она.
– На ближайшую неделю наш, – ответил, не отвлекаясь от своего занятия, Тэмин.
– Владелец?
– Жив, если ты об этом. – Лайю скорее интересовало, не вернется ли неожиданно хозяин, но поправлять ход мыслей Тэмина не стала. – Я в таверне слышал, что он собирался в город. Раньше, чем через неделю, не вернется. Прошу, – азур сделал приглашающий жест, – дамы вперед.
Лайя зашла, быстро оценила обстановку. Дом был разделен на две половины: кухня и спальня. Одна кровать, пара лавок, стол, печь, пара сундуков. Места немного, владелец явно проживал один. Это хорошо – вероятность появления других членов семьи невелика.
– Положите его сюда, – сказала Лайя, расстелив кровать, – принесите воды, наверняка во дворе есть колодец.
Тэмин занялся печью, а Чонсок принес воды. Лайя поставила греться воду, а сама вышла во двор, сказав перед этим азурам:
– Я сейчас, подождите меня здесь.
Набрав из колодца воду уже для себя, девушка принялась отмывать запекшуюся кровь, копоть и грязь с рук и тела. От ледяной воды и прохладного ветерка её била мелкая дрожь. Ей в последние месяцы часто приходилось купаться в холодных водоемах, но привыкнуть к этому она так и не смогла. Накинув более свежую, в отличие от её прежней, рубашку, поторопилась вернуться в дом.
Азуры оставили её наедине с раненым, которого предварительно освободили от одежды, превратившейся в лохмотья. Лайя в душе была благодарна им за догадливость.
Девушка достала из своей сумки полосы ткани, иглу. В сознание мужчина не приходил, это даже было удобно: неизвестно, как бы он реагировал на лечение. Лайя смачивала тряпки в теплой воде и аккуратно очищала тело эльфа, попутно осматривая на предмет переломов и других повреждений.
Рана на его груди уже успела воспалиться и выглядела совсем неважно. Девушка приложила вокруг холодильную траву – это всё, что можно было сделать: на поддерживающее заклинание не было внутреннего резерва. Аккуратно и быстро Лайя стягивала края раны, накладывая швы, дуя на неё, надеясь, что ему будет не так больно. После она обработала и наложила мазь на ногу. Левой руке досталось не так сильно, как правой: видимо, его перчатки были сделаны из огнеупорной кожи – ожоги были, но неглубокие.
На правой руке магические линии ярко выделялись, серебристым узором просвечивались через бледную кожу, начиная от кончиков пальцев и заканчивая у самой шеи. Она не удержалась и, слегка касаясь, провела пальцем по этим причудливым серебристым линиям, избегая травмированных участков. Такие отличительные отметки проявлялись с возрастом на теле у всех людей, рожденных с магическим даром. И, насколько Лайя знала, при колдовстве эти линии начинали сиять ярче, тем самым выдавая мага.
Глаза замерли на клейме принадлежности, которое ставил Инквизитор, когда маг попадал в Башню. И хоть этот эльф – в прошлом враг ей, как и все остальные ищейки, а в том, что он был ищейкой, Лайя почему-то не сомневалась, вдруг стало жаль его, их всех… магов…
Горькая ирония заиграла на губах. Девушка удивилась своей неожиданной сентиментальности. Нашла время для сожалений!..
Она потрогала лоб эльфа. Начался жар. Её прежнее заклинание, продлевающее ему жизнь, понемногу ослабляло действие, и теперь магу приходилось справляться самому. Она приподняла его голову и маленькой ложечкой влила ему заранее приготовленный отвар трав. Уложив серебристую голову обратно на подушку, девушка пристроила на лоб смоченную в холодной воде ткань. Другим лоскутом Лайя стала бережно обтирать тело, пытаясь понизить температуру.
У эльфа было худощавое тело, но даже через ткань она чувствовала сталь мышц. Лайя убрала пряди волос с его лица. Сейчас его глаза закрыты, но она отчетливо помнила, какого глубокого синего цвета они были. Темные ресницы и такие же темные брови выделялись на бледном лице, острый нос с малозаметной горбинкой, пухлые губы и остроконечные уши. Начиная с брови, левую сторону лица рассекал шрам, проходя через всю щеку и слегка задевая верхнюю губу. Шрам его совершенно не уродовал, а добавлял какой-то особый шарм.
Эльфов в королевстве проживало считаные единицы, в основном это были полукровки от союза с людьми. Их собственная раса осталась в некогда потерянной части королевства. Существует ли там ещё их город, приходилось только гадать.
Лайя всего пару раз встречала настоящих эльфов, и они всегда казались ей чем-то нереальным, мифическим. Слишком экзотическим, но при этом восхитительно прекрасным. Их легенды и истории привлекали её. В своё время девушка прочитала про эльфов всё, что нашла в библиотеке поместья, в котором раньше росла. И вот сейчас, когда прямая опасность осталась позади, она в полной мере осознала, кто перед ней. Не полукровка, а самый настоящий эльф! И этот факт удивлял и обескураживал сильнее, чем понимание того, что он маг и ищейка Инквизиции.
Она не могла перестать его рассматривать и тайно радовалась, что он не может застать её за этим занятием. Эльф периодически беспокойно ворочал головой, хмурился. Глубокая складка залегла между его бровей. Он что-то бормотал на незнакомом ей языке и с силой сжимал кулаки.
Воспоминания нахлынули вдруг, словно она с разбегу прыгнула в холодную воду. Кожа покрылась мурашками. Тогда, читая заклинание, случайно прикоснувшись к его душе, Лайя увидела его одиночество и пустоту, почувствовала, как черная бездна безысходности пожирала его изнутри, призывая сдаться, ведь в борьбе нет смысла… Тогда, словно в зеркале, Лайя увидела отражение своей жизни. Всё, что он испытывал, ей было слишком знакомо, а то, чем была наполнена его действительность, было и в её судьбе.
Лайя не разрешала себе жалость – это разрушало, но то, что она прятала глубоко в душе, вдруг прорвалось, усиливаясь воспоминаниями чужих эмоций. Она не справилась – слезы потекли по щекам. Она вдруг поняла, что совсем одна в этом мире. Её некому защитить, ей некуда идти, её никто не ждет, и нет места, которое называлось бы домом. Сев на пол и закрыв лицо ладонями, она горько оплакивала свою жизнь. Когда сил совсем не осталось, Лайя затихла, лишь изредка всхлипывая, и устало положила голову на кровать. Ей так хотелось, чтобы кто-то разделил с ней её горе, чтобы обнял и понял, сказал, что всё будет хорошо.
– Я знаю, что ты чувствуешь. Я понимаю, – прошептала девушка, смотря на эльфа. Она не знала, к кому обращалась, к себе или всё же к нему, да и какая разница? Взяв его за руку, Лайя принялась нежно чертить узоры пальцем на его ладони. – Но ты справишься. Всё будет хорошо.
***
Где он? В голове всё так путалось: обрывки сна, люди, крики, смерть, кровь… это прошлое или настоящее? Он пытался зацепиться за образы, вспомнить… Ему казалось почему-то, что это важно, но память ускользала от него. Тело не слушалось, он не мог подняться. Так хотелось пить…
В груди жгло и холодело одновременно. Голова раскалывалась. Он слышал чей-то плач. Это было невыносимо. Хотелось уйти. Пожалуйста, позвольте уйти…
Он блокировал удар слишком поздно, меч противника достал его. Быстро сменить позицию. Удар. Удар. Удар. Разворот. Ещё один повержен… Сколько же их ещё? Обдало жаром. Его резко подбросило в воздух. Маг. Это последнее, что успело промелькнуть у него, прежде чем его накрыла спасительная пустота. Наконец-то… всё закончится.
Чей-то голос звал его за собой, тянул на свет. Не нужно. Незачем. Устал. Яркая вспышка света выкинула его из тьмы. Он резко открыл глаза. Её глаза: большие, зеленые – из них лились слезы, смотрели прямо в его душу, словно обнимая. С её губ слетали странные слова на древнем языке. Она звала его за собой. Силуэт девушки светился золотым ореолом – никогда ничего прекрасней не видел. Он чувствовал чужую волю у себя внутри, чужую силу, дарящую жизнь, теплоту… и радостно стремился к ней навстречу.
…Всё будет хорошо…
Вспомнил. Она спасла его? Какая странная магия, никогда не встречал такую. Он жив? Где он? Тишина. Аккуратно приоткрыл глаза. Кругом царил полумрак. Комнату освещала лишь луна, проникая через приоткрытые створки.
Тело всё ещё не слушалось. Всё, чего ему удалось добиться, – это повернуть слегка голову. И сразу же тысячи маленьких молоточков принялись стучать в голове. Он едва смог сдержать стон – сорвался лишь болезненный выдох. В тишине ночи это всё равно прозвучало громко. Его руку сжали, несильно. Он испугался и затих.