Правда без прикрас
- -
- 100%
- +
Меня вдруг одолевают события прошлого: мать уходит из семьи, следом — мой единственный друг, собака по кличке Диана. Отец полностью погружается в работу, его без остатка поглощает желание занять значимую должность в сраном Аквариуме. Что-то, кроме этого, его совершенно не волнует.
Когда мне было не больше четырнадцати, я отправился на прогулку по заброшке. Не то чтобы меня привлекали подобные места, но отказаться значило добровольно согласиться на звание труса. Поэтому в компании ребят постарше и моего одноклассника Яка я поздним вечером «исследовал» здание, когда-то называвшееся больницей для душевнобольных. Но сколько бы каждый из нас тогда ни изображал героя, все труханули из-за девчонки-неформалки, которая слишком реалистично отыграла роль одержимой духом. Вся компания разбежалась кто куда. Мы с Яком остановились, только когда оказались где-то за городом, совершенно свободные и никому не обязанные, мне тогда было по-настоящему хорошо.
Вскоре родители одноклассника стали беспокоиться и названивать ему. Было уже достаточно поздно, и Як сказал, где мы находимся, чтобы за нами приехали. Пока его отец вёз нас домой — он тогда подумал, что мы решили сбежать, — не переставая ругал сына, даже мне пригрозил, что расскажет всё папаше.
Я тогда вернулся в абсолютно пустой дом, меня даже некому было отчитать. Уважаемый Леонид Владимирович сам непозволительно долго где-то шлялся.
Сразу после моего пятнадцатого дня рождения отец представил мне женщину, с которой изъявил желание связать свою жизнь, и даже предварительно уведомить об этом. Я тогда принял новость за признак оттепели: отец поделился со мной чем-то важным! После мы все втроём поехали в Краснодар, где жил сын папашиной пассии, чтобы познакомить нас. Но стоило мне увидеть этого придурка, как кровь в жилах мгновенно разбавила ненависть. Он копировал моего отца! Был его молодой версией! Нет, не внешне, а именно манерами: такое же отвратительно-серьёзное лицо, скупость на слова, взгляд сверху вниз. Вдобавок ко всему оказалось, что этот придурок — грёбаный Даркнесс, тот самый молодой разработчик набирающей популярность игры Дрим Лайф.
Процесс знакомства проходил за «семейным» столом: мы сидели вчетвером — я, отец, его женщина и Даркнесс. Папаша никогда в жизни не говорил так много, как тогда. Он посвятил нас в намерения Аквариума открыть офис в Новосибирске и назначить там директором его — Логинова Леонида Владимировича. Честно, я даже обрадовался, но вскоре...
Так как Даркнесс в основном молчал, папаша решил сам рассказывать о нём: хвалил, хвалил и хвалил. Кажется, я узнал об этом чёртовом юном гении абсолютно всё, при этом обо мне отец и словом не обмолвился, будто Даркнесс был его сыном, а не я. Но даже это оказалось не столь ужасно, как то, что папаша улыбался, говоря о нём.
Трудно сейчас вспомнить, что произошло дальше, какие именно слова были сказаны, но на следующий день я подгадал момент, когда избранница отца оказалась одна в комнате, и зашёл к ней поговорить. В Новосибирск мы уже возвращались без неё, свадьбы, естественно, не состоялось, и я не породнился с Даркнессом.
Я думал, что больше никогда в жизни не встречусь с ним... Чертовская ошибка!
В универе я познакомился с Вики — о, она была прекрасна! Как и я, она оказалась из тех, кто любит брать от жизни максимум: если отрываться, то только по полной. Мы многое вместе попробовали, я был уверен в ней как ни в ком другом. Мы вместе ходили по вечеринкам и устраивали собственные в доме моего папаши. Вики делала на этом контент — да, она была популярным блогером среди новосибирских любителей ночной жизни. На одной из таких тус, в коттедже Яка, я слегка перебрал и в итоге оказался в реанимации. Туда меня доставила Вики в компании отца и Даркнесса — мне до сих пор непонятно, откуда он там взялся.
Два месяца в рехабе тянулись как целая вечность, а когда я вернулся в реальность, оказалось, что Вики меня бросила. Но даже это было не столь отвратительно, как то, что она променяла меня на идиота Даркнесса.
Луч света со сцены переносит меня обратно на пресс-конференцию, но перед глазами по-прежнему эти двое.
— Гронской! — возмущаясь, Вики ударяет Даркнесса в плечо, тот перехватывает её руку.
— Я весь внимание, Гронская, — повернувшись, он смотрит моей бывшей в глаза, а вокруг все умиляются.
Меня сейчас вырвет!
Улыбка Вики светит ярче прожекторов. Она проводит ладонью по лицу этого!.. Камеры буквально сходят с ума, в зале не видно ничего, кроме вспышек.
— Денис Леонидович! — прорезается громкий голос сквозь неприятно-плотный «щёлк-щёлк-щёлк». Перед глазами возникает эта мегафонщица. — Держите, — протягивает она мне...
— Пакет? — не понимаю я.
— Вы... сказали, что вас вырвет.
Я сказал это вслух?
Смотрю на обеспокоенное лицо Вали.
— С вами всё в порядке? — девушка всё ещё протягивает пакет, а мне становится необъяснимо смешно.
— Спасибо, — забираю полиэтиленовый жест доброй воли и спешу покинуть зал конференции.
У самого выхода зачем-то оборачиваюсь. На сцену поднимается папаша, пожимает руку Даркнессу и позирует вместе с ним и Вики для фото.
Возможно, пакет пригодится.
Закрываю дверь.
Измеряя свой кабинет шагами, постепенно восстанавливаю дыхание, но желание вышвырнуть что-нибудь из окна не покидает.
— Два придурка! — ударяю кулаком по столу и в очередной раз жалею, что это не чьё-нибудь серьёзное лицо.
Костяшки ноют, но я не могу себе позволить сорваться, тогда папаша, не задумываясь, выставит меня из Аквариума.
— Дьявольский дьявол!
Останавливаюсь у своего офисного бара и прячу руки в карманы брюк, будто те способны обуздать мою ненависть, и вдруг натыкаюсь на что-то металлическое. Это кажется странным, потому что я обычно ничего не кладу в карманы. На ощупь распознаю в предмете монету. В памяти всплывает, как утром Аня обещала, что эта её ведьменская штука поможет мне меньше хотеть врезать позолоченному идиоту.
Заговор явно не сработал.
Кручу монету в пальцах, надеясь увидеть хоть что-нибудь особенное, но она обычнее некуда. Чувствую даже некоторое разочарование, но всё же позволяю бесполезной железяке реализовать себя: подкидываю её и ловлю, накрывая сверху ладонью. Решка — заезжаю за Аней, и мы проводим выходные вместе, орёл — открываю шкаф, а дальше будь что будет.
Продолжая хранить интригу вокруг собственного ближайшего будущего, оглядываюсь на город через панорамное окно. Вечер только подкрадывается, а многие неоновые вывески уже зажглись, заранее привлекая посетителей. Это делается, чтобы офисные воротнички, досиживая свой жалкий рабочий день, смотрели на яркие огоньки и предвкушали, как совсем скоро забудут о приличии в каком-нибудь ночном заведении.
Неужели я пожертвую возможностью оказаться среди них?
Сдвигаю руку и вижу, как чёртова монета надсмехается надо мной. Решка. Гадское гадство. Уже представляю, как обрадуется Аня, когда напишу ей. Она просто обожает совместные выходные. Да и мне они нравятся... первые несколько часов. Потом милая девушка превращается в Анну Викторовну, и находиться рядом становится невыносимо.
Открываю чат с психологом и сразу натыкаюсь на целую пачку непрочитанных сообщений. Скролю вниз, зачитывая только некоторые из них, но каждое новое разжигает во мне что-то неприятное всё сильнее и сильнее.
«Если решишь напиться после конференции, выбери хотя бы достойную компанию»
«Я серьёзно, не хочу снова забирать тебя с какого-нибудь сомнительного квартирника»
«Денис, я волнуюсь, ответь, как освободишься»
«Может, мне приехать к тебе?»
Вот же!.. мамаша нашлась. Сомнительный квартирник, значит? Так я провожу, по-твоему, свободное время? Хо-ро-шо-о-о...
Некий внутренний порыв возвращает меня к шкафу. Рука сама тянется к бутылке самого редкого напитка в моей коллекции, наливает щедрую порцию. Я оглядываюсь по сторонам в поисках крышки. Куда, чёрт подери, она делась?! Плевать. Ставлю бутылку на место и накрываю горлышко монетой.
Хочешь, чтобы я все выходные выслушивал твои нравоучения, Анна Викторовна? Ну уж нет, у меня есть идея получше.
Недопив коллекционное пойло, избавляюсь от стакана и выхожу в отдел. Многие уже вернулись с конференции. Некоторые, собравшись в небольшие группки, обсуждают, как отпраздновать успешно завершённый проект. Лиля, скинув туфли и задрав ноги прямо на стол, массирует виски с закрытыми глазами. Всматриваюсь в каждого сотрудника и не нахожу ни одного серьёзного лица. Великолепно!
Громко хлопнув в ладоши и дождавшись полного внимания отдела, заговариваю:
— Поздравляю, пресс-конференция прошла как никогда гладко — даже ни одна камера не разбилась о голову нашей охраны. Поэтому предлагаю собраться всем вместе и отметить это как следует.
Лиля под боком тихо хмыкает, приоткрыв один глаз, а я продолжаю:
— Считайте это корпоративом, за всё платит ваш лучший замруководителя.
— Я за! — даже не надев туфли, вскакивает Лиля, а со стороны отдела ей вторят шум, свист и одобрительные смешки.
Прекрасно! Долой домашние посиделки, долой серьёзность!
4. Валя
Гришка под боком тихо хмыкает или, точнее, хныкает, а следом издаёт жалобное:
— Бли-и-ин.
И это очень точно совпадает с моими собственными ощущениями, когда провожаю взглядом Диониса, покидающего PR-отдел. Он доходит до лифта и, прежде чем войти внутрь, оборачивается, сверкая фирменной ленивой улыбочкой, и заявляет:
— Тех, кто не хочет проблем с фейс-контролем, жду через час у входа в Монарх. Кто успеет, того проведу, остальные... — второй зам улыбается ещё шире перед тем, как двери лифта скрывают от нас конец фразы и его самого.
Стою у рабочего стола как вкопанная и никак не могу поверить в то, что Логинов Денис всерьёз пригласил весь отдел в заведение, которое известно своей яркой ночной жизнью и ценами, достающими до небес. Нет, я не сомневаюсь в способности офисного божества оплатить богатое застолье, дело в другом. Меня удивляет сам факт того, что ОН, Дионис, обратил на нас, обычных смертных, внимание и позвал провести время подле своей персоны.
Начинаю думать, что второй зам встал сегодня не с той ноги: сначала флиртует со мной в кабинете, отправляет работать на конференцию — я чуть из брюк от счастья не выпрыгнула, — потом грубит и запрещает выполнять свои обязанности, но при этом сажает рядом с собой. Я очень сильно старалась не пялиться на начальника во время конференции, пока Даркнесс что-то рассказывал, но Денис впервые оказался так близко ко мне, а его лицо было непривычно хмурым. Ввёл меня в ступор своим заявлением, что сейчас вырвет, а когда предложила ему пакет, и вовсе убежал. А теперь...
— Это самая настоящая подстава... — выглядывающий до этого сбоку из-за ширмы Гришка не спеша втягивается обратно в наш рабочий уголок.
Взгляд друга до последнего остаётся где-то в стороне, и я, проследив за ним, натыкаюсь на Лилю. Та уже с сосредоточенным видом поправляет макияж. Рядом лежит плойка, очевидно, для обновления завитушек у лица и, кажется, половина магазина «ЛЭтуаль».
— Ты чего? — усаживаюсь в кресло и подкатываюсь ближе к Синицыну.
Он страдальчески роняет голову на стол.
— Мне родителей нужно из аэропорта забрать. Через час вообще никак не успею к Монарху.
Тоже расплываюсь по столешнице и, уперевшись подбородком в руки, кошусь на Гришку.
— Из-за того, что не успеешь в клуб, так расстроился?
— Это же Монарх! — резко воскресает друг. — Туда фиг попадёшь просто так. А Дионис пообещал провести. Да ещё чек на себя берёт.
Последнее Гришка произносит даже с неким уважением.
— Такой шанс выпадает редко, — продолжает он. — Ты обязана сходить.
— Без тебя мне там нечего делать. И вообще я не люблю такие места.
Безразлично тянусь за сумкой и не спеша проверяю, все ли вещи на месте перед тем, как пойти домой, а сама ловлю это дурацкое чувство, когда хочется, чтобы поуговаривали. Согласна, глупо, но иначе две половинки меня не смогут прийти к компромиссу самостоятельно и обе исстрадаются. Я на самом деле не причисляю себя к любителям ночных заведений, такой вид развлечений, да и стиль музыки, совсем не в моём вкусе, но вот желание увидеть Диониса в родной среде обитания так и манит пойти вопреки своим предпочтениям.
— Почему без меня? — Гришка кладёт руки поверх сумки, и мне приходится прекратить сборы, чтобы взглянуть на друга с придавленной сбоку причёской от лежания на столе. — Я подтянусь немного позже. Родителей домой только отвезу, они после перелёта наверняка сразу спать завалятся.
С трудом веря в реальность такого исхода событий, без слов изображаю гипертрофированный скептический прищур.
Зная маму Синицына, в компании которой я имела честь дважды пообедать, уверена, что улизнуть так просто не получится. Она очень милая женщина — добрая, разговорчивая и опасно гостеприимная. После пятнадцати минут общения она начинает кормить тебя пирожками, а после двадцати — уговаривать переехать в Санкт-Петербург за компанию с Гришкой, который, между прочим, совсем этого не хочет.
— Правда, приеду, — поняв значение моего взгляда, убеждает Синицын, а я позволяю себе наивно в это поверить.
Гришка весело взлохмачивает свою перекошенную причёску и уже поднимается с кресла, собираясь уходить, но вдруг резко садится обратно. Вновь завладев моим вниманием, друг кивает куда-то вверх и в сторону. Мне даже не нужно смотреть, куда именно, чтобы понять — дальше речь пойдёт о Лиле.
— Присмотришь за ней? — шёпотом подтверждает мою догадку Синицын.
— В смысле?
Он хмурится.
— Да что-то Дионис в последнее время вокруг неё слишком вьётся. Как бы чего... — вижу, как Гришкино лицо заливает алым, и изо всех сил сдерживаю улыбку, пока он продолжает: — Ну понимаешь, клуб, алкоголь, все дела. Лиля очень хороший координатор, и жалко будет, если она уволится из-за второго зама.
Так хочется прямо сейчас схватить Синицына за руку, проводить до Лили и вложить эту руку в её. Я, да и весь отдел, уже давно заметили, как Гришка смотрит на Лилю и с какой охотой соглашается на любые её просьбы, но, к сожалению, никак не решается сделать первый шаг. А сама Лиля в упор не замечает его горящих глаз или делает вид, что не замечает. Рефлекторно за спиной скрещиваю пальцы, чтобы сегодня в Монархе у них получилось найти дорогу друг к другу.
— Не переживай, — выдаю с полной серьёзностью. — Присмотрю за нашим ценным координатором до твоего приезда.
— Ты лучшая! — обнимает меня Гришка и скрывается из отдела в мгновение ока.
Примерно через полчаса все желающие ехать разбиваются на небольшие группы и, рассевшись по АкваТакси, отправляются к Монарху.
Как и обещала Гришке, держусь поближе к Лиле, хоть главной опасности ещё нет даже на горизонте. Всю дорогу она болтает с двумя другими нашими коллегами, а я, улучив момент, строчу брату сообщение, чтобы не волновался. Знаю, я уже взрослая девочка, но ему до этого нет никакого дела, и проще сразу предупредить, чем потом объясняться с запуганными людьми, у которых он будет пытаться выяснить моё местонахождение.
— Ничего себе... — бормочу под нос, когда на подходе к Монарху нас встречает длинная очередь.
Люди стоят вдоль ограждений: кто-то нервно проверяет телефон, кто-то курит, а кто-то спорит с охраной. Целую компанию разворачивают без всяких объяснений, и те уходят, громко возмущаясь. Уверенность в возможности попасть вовнутрь, которую вселил Синицын, испаряется за секунду, ведь ребята, получившие отворот-поворот, на вид ничем не хуже нас.
Несколько коллег встают в общую очередь, но Лиля останавливает их, убеждая, что нас и так пропустят, только нужно дождаться Диониса.
— Уверена, что он уже забыл про своё обещание, — едко высказывается наш дизайнер Алина и, картинно откинув русые волосы за спину, делает вид, что вызывает такси до дома.
— Он, конечно, мало похож на ответственного человека, но не совсем мудак, чтобы вот так нас бросить, — тормозит её одной фразой голос разума в объёмном теле Людмилы. Женщина мельком бросает взгляд на молодую коллегу и тут же переводит его на парня рядом. — Серёг, есть закурить? Я, кажется, свои в офисе забыла.
Через пару минут двери клуба распахиваются и являют нашему взору Диониса. Выглядит он так, словно уже успел прекрасно провести вечер: расслабленный и совершенно довольный жизнью. Он подходит к одному из охранников, хлопает по плечу и что-то говорит, кивая в нашу сторону. Тот кивает в ответ, и Денис снова исчезает.
Попадаем в Монарх мы действительно без проблем и полным составом. Видимо, наш второй зам тут далеко не последний человек.
Первое, что бросается в глаза, — свет. Он перетекает по всему огромному залу золотистыми и фиолетовыми волнами, отражаясь от металлических и зеркальных поверхностей. Музыка ощущается не столько ушами, сколько всем телом. В воздухе витают запахи дорогой парфюмерии и экзотических напитков.
Людей вокруг много, несмотря на то что для активной ночной жизни ещё слишком рано. Вдобавок некоторые из них выглядят так, словно пришли не потанцевать в темноте, а на кинофестиваль, где им будут вручать награду.
Стоя посреди этой атмосферы «дорого-богато», чувствую себя неуместно и стягиваю джинсовку, которую успела накинуть поверх блузки. Так я хотя бы сливаюсь с нашей компанией в офисной одежде.
— Эй! Сюда! — окликает меня и других таких же заворожённых коллег Лиля.
Миновав основной зал, мы поднимаемся по широкой лестнице и оказываемся в отдельной VIP-зоне. В центре стоит огромный и уже накрытый стол. На чёрных матовых блюдах лежат канапе, тарталетки, сырные и фруктовые нарезки, какие-то морепродукты, названий которых я даже не знаю.
— Я думал, такие места только на фотках выглядят как тяжёлый люкс, — слышу где-то совсем рядом голос SMM-щика Пашки.
Вся наша компания свободно помещается за столом. Я занимаю место рядом с Лилей, чтобы, когда придёт Гришка, освободить его для друга.
Вскоре в випку заходит наш организатор корпоратива — Логинов Денис собственной персоной. Его появление встречают так, будто он не второй зам, а самый настоящий бог с Олимпа.
— О-о-о!
— Наконец-то!
— Денис Леонидович, где вы пропадали?!
— Мы уже думали, ты про нас забыл, — поднимает на него взгляд Лиля.
Кто-то хлопает по свободному месту рядом с собой, приглашая присесть второго зама. Но он, подойдя к столу, без всяких церемоний сгоняет с нагретого коллегу с правой стороны от Лили — с левой сижу я.
Только Дионис устраивается, как вокруг нас начинают ходить официанты. Один за другим они выставляют на стол бутылки. Много бутылок.
Коллеги оживляются ещё сильнее.
— Вот это я понимаю корпоратив!
— Денис, я вас люблю! — заявляет Людмила, в то время как официант наполняет её бокал очевидно дорогим шампанским.
— Я польщён, ... — он будто хочет назвать женщину по имени, но, кажется, не знает его, поэтому просто обворожительно улыбается.
Людмила же на это совершенно не обращает внимания и уже о чём-то перешёптывается с Сергеем.
Когда официанты завершают работу и оставляют нас, Дионис возвышается над столом с бокалом. Шум тут же стихает.
— Предлагаю выпить за то, что завтра суббота и никто из нас не увидит лиц друг друга раньше понедельника.
Только второй зам договаривает, как випку заполняет одобрительный гул.
— За это точно стоит выпить!
— Гениальный тост!
После этого вечер катится в неизвестном для меня направлении, тосты сыплются с какой-то немыслимой скоростью. Кажется, стоит кому-нибудь поставить бокал на стол, как уже находится следующий желающий произнести речь.
Каждый за что-то хочет выпить: за успешную конференцию, за квартальный отчёт, за родившегося сегодня ребёнка у руководителя отдела, за сплочённый коллектив, зарплату, за Лилю, Дениса Леонидовича. Кто-то хочет выпить за Даркнесса, но Дионис тут же отчитывает тостующего. Никто толком даже не понимает, за что именно.
Я смотрю на коллег и не верю тому, что это те люди, которые работают со мной в одном отделе. Все такие раскрепощённые, ... другие. Начинаю думать, что это всё из-за самого заведения, его атмосферы. Будто музыка, свет и дорогой интерьер каким-то образом заставляют людей становиться веселее и пьянее.
Сама же я продолжаю пить безалкогольный коктейль. Официант упомянул его под каким-то красивым и, вероятно, дорогим названием, но вокруг было так шумно, что я его не расслышала.
Постепенно начинаю поглядывать на телефон. От Гришки никаких новостей, более того, последний раз он был в сети ещё до начала конференции.
Открываю наш с ним чат и, немного подумав, пишу:
«Ещё пара тостов, и я уже не смогу защитить Лилю от Диониса».
Сообщение ожидаемо остаётся непрочитанным, и, вздохнув, я откладываю телефон в сторону. В этот момент замечаю, как Денис наклоняется к Лиле и что-то говорит прямо на ухо. Та хихикает, мило прикрывая рот, а потом довольно резко и совсем не жалея силы шлёпает второго зама по руке. По той самой руке, которая каким-то образом успела оказаться у неё на колене.
Дионис возмущается, а Лиля показывает ему средний палец. Высокоуважаемый начальник на это лишь хитро ухмыляется и сразу включается в разговор на противоположной стороне стола.
Я почему-то продолжаю на него смотреть. Наверное, потому, что здесь он выглядит совершенно другим человеком. Не тем вторым замом, которого в офисе никто не воспринимает всерьёз. Здесь он словно на своём месте. Легко смеётся, говорит, притягивает к себе.
Свет постоянно меняется, скользит по его лицу разноцветными бликами. И почему-то именно в такой обстановке становится особенно заметно, насколько он красив. Настолько, что я даже не сразу понимаю, что откровенно залипаю.
Прихожу в себя только когда Дионис снова поворачивается к Лиле. По пути его взгляд скользит по мне. На долю секунды задерживается, а потом второй зам подмигивает.
Я моментально хватаюсь за телефон и топлю взгляд в экране.
«Гриша, блин!!!! СОС!!!»
«Код красный! Лиля в опасности!»
Нажимаю отправить и... непрочитано.
Примерно так же проходит следующий час. Я наблюдаю за коллегами и периодически отправляю Синицыну короткие отчёты о происходящем, которые он, разумеется, не читает.
Тем временем уровень веселья за столом стремительно растёт. Дизайнер Алина пытается убедить официанта, что умеет читать мысли и он хочет принести ей самый дорогой напиток из алкогольной карты. PR-менеджер Людмила рассказывает о тухлом корпоративе пятилетней давности уже в четвёртый раз, причём каждый раз добавляя новые подробности, но оставляя единственную деталь без изменений: этот в сто раз лучше.
Сергей пытается объяснить кому-то устройство нейросетей и убедить, что за ними будущее. А сидящий рядом Пашка всерьёз решает, что способен станцевать брейк-данс. К счастью для мебели, его вовремя останавливают.
Остальные коллеги тоже не скучают. Кто-то спорит, кто-то фотографируется на фоне вывески «Монарх», кто-то танцует прямо за столом. Вокруг постоянно звучит смех.
В какой-то момент Дионис снова пристаёт к Лиле. Говорит ей что-то с самым невинным выражением лица на свете. Но та отшивает его, причём всего лишь одним взглядом. Я выдыхаю с облегчением, а начальник, рассмеявшись, поднимает руки в знак капитуляции и куда-то уходит.
Почти сразу ощущаю, как настроение проседает. Словно в этом помпезном Монархе вдруг стало чуть менее интересно. Хмурюсь сама себе от подбирающейся нехорошей мысли, но её обрывает звонок телефона. Мама.
Сначала тянусь к кнопке сброса вызова. Но потом вспоминаю, что, если не отвечу сейчас, то через десять минут мама позвонит снова. А потом ещё раз и ещё. Поэтому поднимаюсь из-за стола и направляюсь искать место потише.
Уборная в Монархе выглядит примерно так же роскошно, как некоторые квартиры: огромные зеркала, чёрный камень, приятная подсветка. Даже мыло выглядит дороже моего телефона.
Зайдя в кабинку, закрываю одно ухо ладонью, а к другому прижимаю телефон.
— Мам?
В ответ что-то трещит.
— Я не поняла, повтори.
Связь снова хрипит. С трудом разбираю только несколько слов.
— Мам, я тебя почти не слышу, у меня всё хорошо. Я перезвоню позже.
Звонок не спешу сбрасывать, вслушиваюсь, но так ничего и не понимаю. Поэтому просто прощаюсь и кладу трубку.
Когда возвращаюсь в випку, возникает ощущение, будто меня не было часа три. Хотя прошло от силы минут десять. За это время многие коллеги успели достичь какого-то нового уровня опьянения. Все говорят одновременно, смеются над глупыми шутками.
Пашка непослушными руками старается расслабить галстук и стянуть его с себя, но ничего не выходит. К нему на помощь приходит Алина, только достичь иного результата у неё не получается.
Я сажусь на своё место — Лили рядом нет — и проверяю телефон: Гришка до сих пор не появлялся в сети. Похоже, сегодня он уже не приедет на корпоратив.