Два Оборотня Для Травницы

Два Оборотня Для Травницы.

Глава 1. Принц

Иртэн распахнул дверь приёмной ректора и сразу на что-то, вернее, на кого-то наткнулся. Он уже хотел было извиниться, думая, что это сам ректор, но увидел какую-то пигалицу, которая что-то несла, прижав к себе двумя руками, и презрительно сморщился. Куда носятся эти мизэросы. Однако следом увидел кольцо-цэрцэо [1] на пальце и приподнял брови. Ах, она апэкс. Такая мелкая. Даже удивительно. Вырождаются, что ли. Ну так нечего путаться под ногами. Небрежно отодвинул её в сторону и почувствовал на руке ожог, который прошёл даже сквозь довольно толстую ткань форменной куртки. С удивлением посмотрел туда, где пульсировала боль, и обнаружил, что ткнул рукой прямо в горшок с растением, который несло это недоразумение. Открыл было рот, чтобы наорать, но тут раздался голос самого ректора.

– Иртэн, вы забыли, что такое этикет? Может, вы припомните, чем апэкс отличается от мизэроса? Вы грубо ворвались в приёмную, не соизволив постучать, толкнули девушку апэкса, чуть не выбили у неё из рук ценный экспонат нашей академии и даже не соизволили извиниться. Ещё раз такая небрежность, и я напишу вашему отцу, что вы нежелательный студент в нашей академии. Я брал вас только по личной просьбе Его Величества. Вы удивительно отличаетесь от вашего брата и будете наказаны за свою невоспитанность.

– Прошу прощения, альтер Ганрио, я как раз принял эту… альтеру за мизэроса. Сами понимаете, что перед ними мы не извиняемся, хотя толкать любую девушку предосудительно для истинного апэкса. Рад, что мой брат полностью оправдывает гордое звание принца королевского дома. Буду тянуться за ним. Наказание принимаю.

– Вот и отлично. Поступаете в распоряжение альтеры Рионы. Ей как раз нужна грубая сила, чтобы кое-что переделать в оранжерее и лекарском кабинете. Она потом доложит, насколько успешно вы справились с заданием, а я уже решу зачесть вам его или нет.

Затем ректор исключительно любезно проводил пигалицу, лично открыв ей дверь и с восхищением глядя на воплощённое в растении зло. Рука горела и ныла. Боль уже поднялась до плеча. Причём он лишь слегка задел эту ядовитую гадость. И чего это ректор так любезничает с ней? Может, тут шуры-муры? Тогда понятно. За пассию заступился. И что теперь ему прислуживать каждой юбке, на которую ректор глаз положил? Иртэн мрачно проводил её взглядом. Ладно. Он ей сегодня покажет «грубую мужскую силу». Запомнит, как подставлять его. Принц на побегушках ей понадобился, видишь ли.

***

Риона смотрела на своё кольцо и вспоминала другое. То, что ей подарил отец. Его пришлось снять и оставить дома. Взамен мама дала ей это. Без кольца никак. Надо ведь контролировать оборот. Но то, было памятью. Передавалось из поколение в поколение и создавало ощущение единства с семьёй. А это просто артефакт. Однако иначе никак. В академии не должны узнать её настоящее имя, а кольцо может выдать принадлежность к семье. Его Величество очень волновался, соглашаясь отпустить её сюда. Итак, пришлось долго уговаривать. На все её доводы находилось решение, которое вполне заменяло поездку на учёбу, но ей-то хотелось в академию. Она и так просидела взаперти все эти годы. Ну как взаперти. Не в прямом смысле, конечно. На самом деле её окружало много народа, но все взрослые. Деревенских детей к ней не пускали. Мизэросы. Апэксов же или мэдиусов не было. Только взрослые. Был один друг, но с ним пришлось расстаться после их переезда.

Здесь она отучилась уже год и так счастлива. И подруги появились, и любимое дело изучает. Хоть и скучает по родителям, но учёбу очень любит. Она лекарь и травница. С детства обожает возиться с растениями, чувствует их, понимает, а уж если у кого рана или другая болячка, так у неё от радости прямо крылья вырастают, что можно свои знания применить. Летом домой как приехала, так к ней с утра очередь выстроилась из деревенских.

За год она насажала столько редких лекарственных трав в оранжерее академии. По заданию ректора вырастила даже особую траву под названием болотник жгучий. Она вообще никем не культивировалась до сих пор, а в дикой природе добывать её трудно. В самое болото лезть надо. Для этого ректор ребят с боевого факультета с ней отправлял. Вот тогда перемазались. Вытяжка из неё отлично помогает при болях в суставах. Курс излечивает практически полностью от всяких артрозов. Для оборотня, особенно немолодого это прямо спасение. Многие ведь службу несут там, где спать приходиться часто в зверином обличье, на голой земле, порой на снегу. Кости потом болят. А болотник отлично помогает. Мазь она тоже сама разработала. Сегодня как раз носила ректору показать и само растение, и мазь. Тот остался очень доволен. Прямо сразу и попробовал. У него пальцы на руках давно ноют.

Вообще, ректор старый друг её отца. Это он помог уломать Его Величество, отпустить её в академию. Сказал, что негоже такой талант как у неё, да ещё и с довольно сильной для оборотня магией, в глуши гробить. Так ей нравилось в академии, так она счастлива была, и вот сегодня всё прахом пошло. Она увидела Иртэна. Нет. Он её не знал, а вот она его знала отлично. Жестокий, надменный и самовлюблённый наглец. Она помнит, как он приезжал с сынками придворных аристократов на охоту в соседнее, королевское поместье. Раз даже видела его в лесу. Но уж там она всегда могла так спрятаться, что найти её было практически невозможно. А запах легко отбивала специальным порошком, который носила при себе.

Как-то после окончания охоты и отъезда господ, к ней прибежали девушки из их поместья. Да, они были мизэросы, но это ведь не значит, что их можно насиловать всей толпой. Как они плакали. Оказывается, это повторяется постоянно. Причём их опаивали зельем, так что они не слышали и не видели, кто в этом участвовал. Но это же ясно, что такое может происходить только с участием самого наследника престола. Во всяком случае с его ведома точно.

Она их осмотрела и дала лекарства, наказала приходить к ней раз в два дня на осмотры. После того, как девушки пришли в себя, потихоньку вручила им порошок, который сказала подсыпать в питьё, когда господа прибудут снова на охоту. Совершенно безопасная, обладающая успокоительными свойствами, травка полностью отбивала всякое желание к утехам. Вот напрочь. Отоспались охотнички в тот приезд, а потом появились ещё всего пару раз и исчезли. Видно, сменили угодья для охоты. Значит, теперь в других поместьях девушки страдают.

Удивительно, как у Его Величества, который так справедлив и благороден, мог вырасти такой сын. Он и сам страдает от этого. Вот, прислал в академию. Он же говорил, в последний приезд к ним, что отправит наследника на перевоспитание. Да она забыла совсем. Кстати, просил её приглядывать за ним. Ага. Приглядывать. От таких бежать надо так, чтобы пятки сверкали. Вот его брат – это другое дело.

Принцы между собой очень похожи. Издали и перепутать можно. Но Линэрд на её взгляд красивее, да и характер мягче. Он тонко чувствует, всегда такой понимающий. С ним приятно поговорить. Они познакомились вчера, после их прибытия. Принц заглянул в оранжерею. Оказывается, его матушка тоже цветы и растения любит. Вообще, принцы от разных матерей. Королева умерла при родах первенца. Король был безутешен. Она была его истинной. Но через год случилось невозможное. Он встретил ещё одну истинную.

Юная королева сделала всё, чтобы стать матерью малышу. Потом появился и её собственный сын, но она не стала хуже относиться к наследнику престола. Всё шло хорошо, пока мальчикам не исполнилось восемь и шесть лет соответственно. Кто-то рассказал старшему принцу, что королева не его родная мать, представив всё так, будто король обрадовался, когда первая жена умерла, и с радостью женился во второй раз. Даже показали ему портрет предыдущей королевы и рассказали, как её зовут. Кто это был, от принца так и не добились. Узнали об этом, потому что ещё не научился мальчишка ничего скрывать. Набросился на Её Величество с обвинениями. Его вроде успокоили, но поведение принца резко изменилось с тех пор.

Сколько бедная королева после этого слышала грубостей от старшего принца, только Безликому известно. Его злило в ней всё начиная от созвучия имён королевы и его родной матери, до её «притворной» заботы. Нет, она никогда не жаловалась, но даже за пределами дворца об этом шептались. Слуги-то ведь не глухие. Но королева строго настрого запретила рассказывать королю. Не хотела она становиться между отцом и сыном. Надеялась, что вот подрастёт он и всё поймёт. Не понял. Только злее и безжалостнее становился. Учиться не хотел, к великому огорчению короля даже два раза пришлось оставить принца на второй год. Младший брат вскоре догнал его, и теперь они вместе поступили в академию на первый курс. Удивительно, но с братом Иртэн ладил, хотя и относился к нему снисходительно. Может, потому что Линэрд никогда не выдавал его и помогал с уроками.

Я в школу не ходила. У меня было домашнее обучение, но все экзамены я сдала. И хотя мне было только шестнадцать лет, в академию поступила. Заплатил за меня Его Величество, который каждый год предоставляет стипендию десятку апэксов из обедневших семей. Моя семья на самом деле вовсе не обедневшая, но так было надо. Училась я здесь тоже не под своей фамилией, а под девичьей фамилией моей бабушки. Да, даже не маминой. Но никто не должен был знать кто я, и кто мои настоящие родители.

О происходящем в семье Его Величества мои родители часто разговаривали. Они считали, что кто-то дурно влияет на принца, но вот кто? Среди апэксов заводилой был он сам. Так что, скорее всего, это был кто-то старше. Но кто для принца может являться авторитетом? И зачем я про него думаю? Не буду же я действительно к нему обращаться за помощью. Просто скажу ректору, что он помог и можно зачесть наказание. Мне в оранжерее вообще помощники не нужны. Я и сама справлюсь. Мало ли, вдруг испортят нежные растения. Разве что Линэрду могу позволить. Сразу видно, как бережно он относится к каждому кустику. Что-то я его вспоминаю всё время. Глаза у него такого ясного синего цвета. Ладно. Пора к себе в комнату. Болотник вернула на место.

[1] Цэрцэо – в звериной ипостаси оборотень уподобляется своим инстинктам. Если он будет находиться в ней слишком долго, то может перестать себя контролировать. Чтобы этого не случилось, всех оборотней Рахшона обязуют носить ограничивающий артефакт – Цэрцэо (от латинского “ограничивать”): для знати – кольцо, для среднего класса – браслет, для бедняков – ошейник. Заряжают этот артефакт за счёт государства.

Глава 2. Два Принца

Девушка уже собралась закрывать оранжерею, и перед выходом окинула своих любимчиков взглядом. Вдруг за спиной открылась дверь, и кто-то со смешком ввалился внутрь. Риона обернулась и не смогла скрыть досады. Ну вот и неприятности пожаловали. Иртэн стоял у входа и с презрением оглядывал её хозяйство.

– Ну, что тебе здесь надо переставить? Говори.

– Ничего не надо. Я не просила у господина ректора помощи. Можешь не волноваться. Иди. Я скажу, что ты выполнил все мои просьбы и даже приходил ни свет ни заря, чтобы помочь с поливом.

– Что, настолько неприятен? – Взгляд его стал злым, – Даже пару минут меня выносить не можешь?

– Да это никак к тебе не относится. Я никому не доверяю уход за растениями. Здесь действительно редкие виды, которые вообще не растут в горшках. Мне стоило большого труда заставить их прижиться. Теперь вот грядки выделили и там построят уже большую оранжерею. Я туда потихоньку всё перенесу, а здесь останется теплица для саженцев. Мне правда не нужна помощь.

– Даже чтобы тебя до корпуса проводить?

Усмешка его стала двусмысленной, и это очень не понравилось девушке, но она постаралась не злить его.

– Да тут же рядом и потом у меня есть защитный артефакт.

Он резко сделал к ней шаг и ухватил за запястье.

– Артефакт? Проверим.

И в то же мгновенье его отбросило от Рионы. На ногах он может и удержался бы, но дверь, на которую его откинуло, распахнулась, и он вывалился прямо под ноги своего брата, который как раз подошёл к оранжерее. Тот остановился, чтобы помочь ему, но, увидев, что Риона потирает запястье, нахмурился.

– Иртэн, ты что приставал к Рионе? Она мой друг!

– Нашёл с кем дружить! Чокнутая травница! – выкрикнул вскочивший на ноги принц.

Плюнув на землю, он резко развернулся и ушёл. Линэрд какое-то время смотрел ему вслед, затем с расстроенным лицом повернулся к девушке.

– Риона, ради Безликого, прости его. Он на самом деле не такой. Просто хочет казаться жестоким. Это своеобразная защита. Давай я тебя провожу. А с братом я поговорю, чтобы он не лез к тебе. Слышал, ректор наказание ему назначил, я сам тебе помогу вместо него. Хорошо? – облегчённо улыбнулся, увидев, что девушка кивнула, и продолжил, – Проверь, всё ли в порядке. А ключи где?

Они заперли оранжерею и направились к корпусу. Шли молча. Чувствовалось, что юноша озабочен. Он довёл травницу до её комнаты, ещё раз извинился за брата и попрощался. Риона впервые порадовалась, что живёт в комнате одна. В своё время на этом настоял отец. Сейчас её бы закидали вопросами, а рассказывать как есть, ей не хотелось. До ректора сразу всё дойдёт. Враньё ей давалось очень плохо, поэтому раскусили бы быстро. «Хоть уроки актёрского мастерства бери», – подумалось ей. С облегчением пошла в ванную. Вот, кстати, ещё один плюс отдельной комнаты. У неё собственная ванная комната. Сегодня она и это оценила по достоинству.

Пока набиралась горячая вода, взяла из шкафа чистое домашнее платье, добавила в воду травяной бальзам собственного изготовления и опустилась в горячую воду. Ох, спасибо Безликому. Как же хорошо. Лежала с закрытыми глазами и вспоминала, с каким волнением младший принц смотрел на её запястье. Его рука даже потянула к ней, но этикет взял верх. Касаться девушек у нас не разрешалось. Да, вот только некоторым этот запрет не писан.

Кстати, а ведь защитный артефакт я испытала в первый раз. До этого не было нужды. Никто так себя не вёл, как наследный принц сегодня. Отлично работает. Я ещё удивлялась, зачем он нужен, а получилось, что очень даже пригодился. Кто знает, чем бы всё закончилось, если бы не он. Артефакт реагирует на уровень агрессии. Чем выше уровень, тем мощнее ответ. Так что если Иртэн вздумает наплевать и снова попытается приставать ко мне, то получит от всей души.

Интересно, что артефакт – это подарок его отца. Неужели король предполагал что-то подобное, когда взял с меня обещание никогда с артефактом не расставаться? Что, кстати, и невозможно, как потом оказалось. Хотела снять его в первый день, чтобы ванну принять, а он просто не снимается. Теперь на мне постоянно три артефакта: перстень, браслет и медальон. Перстень для контроля оборота, браслет – это защита и кулон – это переговорный артефакт. Очень дорогая штука. Стараюсь его никому не показывать. Откуда у разорившейся семьи деньги на переговорный артефакт? Про защитный, я принцу намеренно сказала. Про него и так знают. Браслет не утаишь. Да и выглядит он простенько. А вот переговорный – это другое дело. Он и сам по себе дорогой. Золото и изумруд, а уж про магическую суть и говорить нечего.

Есть ещё несколько артефактов на все случаи жизни. Но они лежит в тайнике. Это уже так, а вдруг надо будет, но за год ни разу не понадобились. Хватает тех трёх, что с ней постоянно. Ещё и амулет приходится носить, чтобы при оборотах одежда при мне оставалась.

Надо как-то исхитриться и держаться от старшего принца подальше. Хорошо, что курсы разные. Лекции по некоторым предметам объединяют по курсам с нескольких факультетов. Например, история Рахшона. Её проводят сразу для всех первокурсников. Академия хоть и престижная, вернее, потому что академия престижная, студентов здесь не сильно много. На боевом пятнадцать первокурсников, на лекарском нас восемь человек. Некромантика, артефакторика, ведьмовство на всех этих курсах было всего по десять – пятнадцать человек.

Учатся в академии четыре с половиной – пять лет, в зависимости от факультета, и общее количество студентов не превышает двести человек. Так что все на виду и все друг друга знают хорошо. То, что у нас будут учиться принцы, мне однокурсницы все уши прожужжали. Каждая надеется, что окажется парой наследника престола. Да только уж лучше бы им не знать его. Однако предостерегать не намерена. Решат ещё, что хочу сама его захомутать. Сами всё увидят. Занятия начнутся послезавтра. Сегодня прибытие, хотя сама Риона тут уже неделю. Она и на каникулах навещала своих питомцев в оранжерее. Вчера вот прибыли принцы, сегодня и завтра бо́льшая часть студентов. Заселяются, получают форму, книги, докупают необходимое в местных лавках.

Скоро ужин. Как не хочется идти, но, с другой стороны, прятаться от проблем нельзя. Девушка снова надела форменное платье и пошла в столовую. По дороге к ней присоединились сокурсницы. В столовой она выбрала себе на ужин мясной пирог, морс и немного фруктов. Только села за стол, как заметила, что через два столика от неё уже сидят принцы. Видно, пришли, когда она была у раздачи. Теперь Иртэн сверлил её презрительным взглядом, а Линэрд что-то тихо ему говорил, стараясь отвлечь от травницы. Вдруг на её столик опустился поднос и на весь зал раздался радостный вопль.

– Риона! Как я счастлив! Мы будем вместе учиться!

Девушка чуть морсом не подавилась. И было отчего. Напротив неё уселся не кто иной, как Теонард. Тоже оборотень, только из клана морских русалок. Поместье родителей Рионы находилось недалеко от берега Жемчужного моря, которое входило в их королевство. Любили они воды потеплее. Однажды Риона спасла Тео из рыбацких сетей, в которых он запутался, ослушавшись родителей и, решив полюбоваться, как светится ночное море в полнолуние. Им было по двенадцать лет. Девочка пришла на море тоже тайком. Очень уж ей хотелось раздобыть луковицу морской лилии. Росли они в одном-единственном месте и распускались, поднимаясь над водой только в полнолуние. Пробираясь по отмели за ними, услышала она странные всплески дальше, в глубине. Нырнула и сама наткнулась на сети, но у неё в руках был кинжал, которым она хотела аккуратно подкопать лилию.

Сети разрезала и подняла выбившегося из сил мальчика наверх. Русалки в их краях принимают и полностью человеческий облик. Даже дворец их лишь наполовину под водой. Многие русалки замужем за обычными людьми или другими оборотнями. Дело в том, что в семьях, где и мать, и отец из рода русалок, почему-то рождаются в основном девочки. В смешанных же браках, наоборот, чаще мальчики и все они идут в породу русалок. Так что русалки, наверное, единственные из оборотней, которые любят чужаков. У них даже истинные пары редко бывают среди своих.

Семья, породнившаяся с русалками никогда, бедствовать не будет. Те искренне помогают новой родне, делая очень богатые подарки. Не говоря уже о том, что молодые сразу и дом получают во владение и щедрую поддержку.

Риона, когда Тео спасла, даже испугалась, как ей теперь отвертеться от их благодарности. Она тогда из поместья тайком улизнула. Влетит же. Поэтому, как только мальчик отдохнул, честно рассказала, что не хочет, чтобы он даже упоминал её родителям о своём чудесном спасении. Тот всё понял, но выход нашёл. Взял с родителей слово, что никогда не расскажут, в какое время его спасла Риона. Так что его родители с визитом благодарности всё-таки пожаловали. Тем более, оказалось, что они давно друг с другом знакомы.

Глава 3. Слишком Много Принцев.

Вот теперь перед ней сидел тот самый мальчик, ну, уже не мальчик, конечно, а очень красивый парень, к тому же верный и преданный друг. С того самого дня, вернее ночи, Тео был частым спутником её детских игр. Недолго, правда. Его отправили учиться, и он стал реже появляться. Ведь Рионе так и не разрешили ходить в общую школу, а потом они переехали в другое поместье.

Она обрадовалась. Конечно, обрадовалась. Правда была в этой радости и солидная ложка беспокойства. Потому что количество принцев на одну студентку стало превышать допустимую норму. Ведь Тео был не кто-нибудь, а ещё один наследный принц, но уже королевства Марэ Нэрэйдум. Да, его отец был королём Эрбрендом, а Теонард единственный сын. Понятно, что клан русалок, узнав о спасении принца, готов был тогда, да и сейчас, на руках носить Риону. У неё в спальне, в их поместье, до сих пор стоит сундучок со всякими редкостями, что ей преподнесли родители Тео. Тогда она не понимала их стоимости, с удовольствием любуясь жемчужинами, сто́ящими баснословных денег.

Король Эрбренд оказался щедр не только с ней. Он отблагодарил и всё королевство Террафелес, заключив через отца Рионы, Андара, очень выгодные для ягуаров контракты. С той поры они подписали ещё не один торговый договор к обоюдному удовольствию. Кстати, отец Тео даже пытался переманить Андара к себе на службу, но безуспешно. Хотя король Винхильд всерьёз рассматривал эту возможность, считая, что это может быть хорошим шансом спрятать всю семью Рионы у русалок. Однако потом передумал. Андар был нужен ему самому. Король решил, что дед Андара достаточно успешно скрыл свою родословную и смены фамилии вполне достаточно, чтобы не беспокоиться о своих родственниках из второй ветви королевского дома.

Так и жила семья Рионы, держа втайне, что они такие же потомки первого короля ягуаров, как и нынешняя правящая ветвь. Делалось это потому, что заговорщики никогда не дремали. Даже самого первого короля Гвенмора, основателя Террафелеса пытались сместить. Хотя именно он открыл эти земли ягуарам и завоевал их для своего клана в кровавом поединке.

После его смерти у него осталось два сына. Старший Нустальф наследовал трон, а младший Гринрох по собственной воле решил скрыть навсегда вторую ветвь для потомков. Чтобы у основной ветви шло прямое наследование без оглядки на второстепенную. Он сменил имя рода, сначала уехав в путешествие и якобы потерявшись там. Вернулся уже изменившийся, с женой и другой родословной. Поселился с ней в одном из поместий, которыми его наградил брат-король взамен утраченных после смены родословной.

С той поры вторая ветвь стала хранителями королей. Они тайно следили за безопасностью и выявляли заговорщиков, наблюдая за ними из тени. Короли, взамен, были их преданными друзьями и, в свою очередь, заботились о них. Вот только эта тайна, эта постоянная необходимость скрывать всё о своей семье, сильно утомляла Риону. Но подводить отца не могла, поэтому сейчас смотрела на Тео и думала, чем отольётся ей столько внимания от представителей королевских фамилий.

Тео же радостно теребил её, заваливая вопросами. Все девушки, до этого глаз не сводившие с братьев ягуаров, теперь чуть ли не со стульев падали, стараясь услышать, о чём это принц русалок так весело болтает с этой нищенкой. Им вообще непонятно, как ей удалось, поступив в академию по королевской стипендии, обзавестись такими поклонниками. Ректор её чуть ли не на руках носит, теперь вот принцы. Если ректора ещё можно было простить, он всё-таки старичок, то принцев никак. Не должны замарашки из разорившихся апэксов иметь столько привилегий. И комната собственная, и оранжерею ей построили, и принцы за ней бегают. Вот так Риона за один день приобрела целый клубок закадычных врагов.

Однако, глядя в озорные глаза своего друга детства, поняла, что действительно очень рада его видеть. С ним ей всегда было легко и весело, а ещё он просто волшебно влиял на растения. Принц с ними так нежно ворковал, оглаживая листочки, что они начинали просто сказочно быстро расти. Что значит стихия воды. Она отметила, что Тео, ещё в детстве отличавшийся яркой красотой, сейчас выглядит просто сногсшибательно. Принцы-ягуары тоже хороши, но вид у них более мужественный и выглядят суровей. Теонард же, сияя своими аметистовыми глазами и сверкая белоснежной улыбкой, рассказывал ей, как отец с матушкой будут счастливы оттого, что они теперь вместе учатся, а по столовой катилась волна восхищённых вздохов.

Риона, в свою очередь, рассказала, как дела у неё, поведала про оранжерею, пообещала завтра же с утра его туда отвести, но сначала библиотека, форма, и всё что нужно для учёбы. Пока они обменивались новостями, успела шепнуть, что учится тут инкогнито по королевской стипендии и все считают, что её семья из разорившихся апэксов, так что эту легенду надо поддерживать. Вдруг она почувствовала на себя просто прожигающий взгляд и обернувшись, увидела, что это Иртэн, сжимая кулаки, наблюдает за их щебетанием. Линэрд, кстати, тоже выглядел озабоченным почему-то. Но он погрустнел, в отличие от старшего принца, который просто полыхал от гнева.

Оба принца наверняка прекрасно знали Тео. Может, сейчас злятся, что он не к ним подошёл, а к ней? Но это же странно, так вести себя? Они вроде никогда не были такими уж близкими друзьями. Общались просто, как все отпрыски королевских семей. Кстати, сама она узнала, что относится к королевской фамилии случайно, и связанная магической клятвой, порой так жалела о тех беззаботных временах, когда ей не надо было думать о каждом шаге и каждом сказанном слове.