Дорога домой

Часть I (Новое знакомство)

Деревня Гелония. Небольшой, довольно ухоженный деревянный дом. Девушка, худощавого телосложения, возле печи готовит суп. Её тонкие пальцы ловко управляются с ножом – овощи почти мгновенно превращаются в мелко нашинкованную стружку. Бледное лицо девушки выглядит сосредоточенным, и как обычно, слегка печальным. На печи, в черной от сажи кастрюли, уже кипит вода, пар, от которой, поднимаясь вверх, неторопливо наполняет помещение дымом. Входная дверь тяжело отворилась, впуская в дом свежий воздух.

– Где Делла?

Иоланда почтительно поклонилась сыну лорда и опустила глаза в пол. В деревне к отсутствию вежливости у Варда все давно привыкли.

– Здравствуй Вард. Прости, не слышала, как ты постучал.

– Я не стучал, и я задал вопрос.

– Делла должна скоро прийти.

Мужчина недовольно окинул взглядом дом.

– Подождете или передать ей что-нибудь? – робко спросила девушка, украдкой поглядывая на Варда.

– Скажи, пусть оденется поприличнее и немедленно придет в дом отца, я ее буду там ждать.

– Хорошо, сеньор, я все передам.

Вард не слушая ответа, вышел, девушка смотрела ему в след, пока не закрылась дверь.

– Вот ведь напыщенный индюк.

Иоланда вздрогнула.

– Ты меня напугала. Как ты тут оказалась?

– Пришла несколько минут назад. Ты не заметила?

Делла, направилась к столу, взяла с полки глиняную чашку и ступу, со свежих растений девушка аккуратно оторвала соцветия и сложила их в посуду.

– Делла, ты слышала, что сказал Вард?

– Слышала.

– Мне кажется, он хочет сделать тебе предложение. Хочешь я дам тебе свое платье? А еще есть бусы, мне в благодарность подарила их женщина. К сожалению, ее уже нет с нами. А бусы, ох, ну какие же они красивые. Особенно на солнце. Сейчас я покажу тебе.

– Я никуда не пойду – Делла резко оборвала Иоланду, которая была чересчур воодушевлена предстоящим бракосочетанием подруги.

– Он ведь ждет тебя, и лорд Барфолф тоже.

– Пусть ждут. Я не собираюсь выходить замуж за Варда.

– Может я не права. Может он позвал тебя по другому поводу.

– Твое предположение похоже на правду.

Неожиданно для себя, Иоланда начала злиться.

– Да что с тобой?! Ты не можешь его ослушаться, к тому же это огромная удача, что он выбрал тебя. Твоя гордыня здесь не уместна. Каждая девушка нашей деревни мечтает выйти замуж за Варда! А ты имеешь дерзость даже не прийти к нему сейчас.

– Я не каждая.

– Конечно, ты особенная. Ваше высочество желает замуж за принца?

Иоланда издевательски неуклюже поклонилась, слегка приподняв подол своего платья.

– Прекрати.

– Чем он не нравится тебе? Мужественный, смелый, сильный и к тому же наследник лорда, ему будет принадлежать вся деревня. Ни ты, ни ваши дети не будут ни в чем нуждаться. Подумай о будущем.

Делла пристально взглянула на подругу, так что Иоланде стало не по себе, весь ее гнев исчез.

– Ты ведь любишь Варда. Почему настаиваешь на моем браке с ним?

Иоланда опустила глаза и чуть слышно ответила.

– Я не нужна ему. Пусть хотя бы у тебя будет все хорошо.

– Не нужна? А как ты можешь быть ему нужна, если он тебя даже не замечает! Ходишь как тень и дрожишь при виде Варда, «Да, сеньор», «Как прикажете, сеньор» – теперь уже разозлилась Делла.

Глаза Иоланды наполнились слезами. С одной стороны, Делла сказала правду, но это было так обидно, и за повышенный тон, и на себя, и на то, что Вард выбрал не ее, хотя Иоланда старательно гнала эту мысль из головы. Она отвернулась и ушла к печи, чтобы продолжить готовить суп. Делла тихо выругалась.

В доме воцарилось молчание.

Вечер клонился к закату. Солнце плавно опускалось за горизонт, последними лучами окрашивая крыши домой в янтарный цвет. Вместе с сумраком на деревню опускалась тишина и спокойствие.

Крестьяне загоняли скот. Кто-то собирал скошенную траву. Неспеша люди расходились по домам. Деревня наполнилась ароматами приготовленного ужина.

Делла несла ведро с водой из колодца. Домой идти не хотелось, Иоланда еще обижалась. Провожая взглядом уходящее солнце в памяти ожили воспоминания – неподалеку от родного дома, росла старая яблоня, часто, в плохом настроении она приходила именно сюда, залезала на верхушку и смотрела на солнце, душа наполнялась теплом, тревоги уходили, а после она шла домой, туда, где ее ждали родные и близкие. Делла сбавила темп, сознание возвращалось в реальность, принося с собою боль, к горлу подступил ком. Дома больше нет, как и родных, она осталась одна. Смахнув рукавом слезу, успевшую докатиться до щеки, Делла тряхнула головой, не позволяя себе проявлять слабость. Голос Варда заставил Деллу вздрогнуть и упрекнуть себя в беспечности. Девушка не успела оглянуться, как Вард схватил ее за руку. От неожиданности ведро выскользнуло из руки и упало на землю, намочив подол платья.

– Я прождал тебя полдня! Где ты была? – зашипел Вард.

– Отпусти, ты делаешь мне больно.

– Я не потерплю, чтоб моя будущая жена так себя вела!

– Я не твоя жена и никогда не буду ей – равнодушно ответила Делла, ей совершенно не хотелось сейчас выяснять отношения.

Но Вард только расходился все сильнее.

– Да как ты смеешь перечить мне?! Ты никто, мы приютили тебя, дали тебе кров! Ты будешь делать то, что я скажу! – Вард толкнул Деллу и она упала, споткнувшись о ведро. Вард, ощутил легкое чувство вины, тем не менее, гордость не позволила ему подать руку девушке и помочь встать. Впрочем, Делла этого и не ждала, она поднялась, отряхнула платье, неторопливо подошла к лорду и дала ему пощечину. За этой сценой наблюдали несколько людей, в том числе и приближенные Варда. Мужчина был в ярости, он оскорблен и унижен на глазах жителей деревни, только страх потерять репутацию сдерживал его от того, чтобы не ударить Деллу в ответ. Подойдя к ней ближе, Вард, негромко сказал:

– Через неделю ты станешь моей женой. А до этого – посидишь в темнице.

Лорд дал знак мужчинам, они взяли девушку под руки.

– Сама пойду – одернула руки Делла.

Обратившись к людям Вард, строго проговорил:

– Не на что тут смотреть, расходитесь по домам.

Крестьяне испуганно переглянулись и молча разбрелись.

Иоланда волновалась – Делла уже давно должна была прийти. Временами девушка подходила к окну, высматривая в темноте деревни знакомый силуэт, иногда начинала заниматься домашними делами, чтобы отвлечь себя от дурных мыслей. Делла часто уходила из дома, и она всегда предупреждала об этом. В этот раз нет. Когда ожидание стало совсем в тягость, Иоланда накинула плащ и вышла на улицу. Возможности спросить у кого-либо не было – житель деревни заканчивали приготовления ко сну, в редких окнах мерцал тусклый свет свечей. В такое время, встретить на улице можно было только стражу, но и их, как назло, нигде не было видно. Иоланда растерянно посмотрела по сторонам, и пошла к колодцу. Вскоре она наткнулась на ведро, с которым Делла ушла за водой. В это время, из одного дома вышел Себастьян, пожилой нелюдимый мужчина. К нему, виляя хвостом, прибежал черный лохматый пес. Себастьян потрепал пса за ухом и кинул ему кости, очевидно, оставшиеся после ужина. Пес тут же принялся с аппетитом их грызть. Заметив Иоланду, мужчина недовольно пробурчал.

– Чего ошиваешься по ночам? Неприятностей ищешь?

– Я ищу Деллу. Вы случайно, не видели ее?

– Вард посадил ее в темницу. Иди домой, пока не последовала за ней.

Иоланда хотела узнать подробности, но не успела спросить, Себастьян, не желавший продолжать разговор, зашел в дом. «Была бы я собакой, он наверняка бы рассказал мне больше», подумала Иоланда. Она не сомневалась в том, что разозлило Варда, однако, не сажать же за это в темницу. Девушка направилась к лорду, однако по дороге, все же, решила, что идти в такой час не самая лучшая идея. С тяжелым сердцем она вернулась домой.

Деллу отвели в темницу, стражник два раза повернул ключ в замке, дернул дверь и, убедившись, что она закрыта, молча ушел. Чуть позже он вернулся в руках у него был поднос, на котором стояла тарелка с похлебкой и кусок хлеба. Делла на еду даже не взглянула. В темнице было темно и пахло сыростью, к горлу подступала тошнота. Ветер разогнал облака, на небе появились звезды и сквозь маленькое высокое окошко проник свет луны. Делла легла на солому, чуть отодвинувшись от каменной холодной стены. Чтобы согреться и унять дрожь в теле, она поджала колени к животу, обхватив их одной рукой, другой потянула за веревочку на шее, достав два кольца крепко зажала их в руке.

Двумя годами ранее. Сожженный и разрушенный город Ятриб. Всюду валяются кирпичи и камни. Не было ни одного уцелевшего дома. Несколько дней потребовалось, чтобы предать земле тела горожан, сожженных, зарубленных или же убитых стрелой. Но это было после того, как принц, а теперь уже король, похоронил своих родителей.

В воздухе до сих пор, невыносимо воняло разложением и гарью.

Королевский замок, с внешней стороны сохранился в своем величие. Внутри же он был абсолютно пуст. А стены и пол перемазаны кровью, после той бойни, что устроили варвары. Король Донал один сидел на ступенях своего замка, войти в него он не решался – перед его глазами стояли искалеченные тела родителей, одиноко лежавшие посреди тронного зала. В нем уже не было злости, она была в день возвращения домой. Теперь же Донал был опустошен, он был раздавлен и сломлен. Впрочем, так же, как и его войско. Люди разбрелись по некогда богатому городу, их объединяло общее горе. Каждый из них, отправляясь на войну, надеялся вернуться домой, но не исключал быть убитым. И никому не приходило в голову, что, вернувшись живыми, они увидят погибшими своих родных. Это казалось неправильным, невозможным, ненастоящим. Это сводило с ума.

– Донал – позвал короля Вилберн.

Не далеко от города Ятриб, располагался город Дорос, которым правил король Стефан. Его сын Вилберн и Донал дружили с раннего детства. И вместе же они отправились на войну. Вилберн, имел атлетическое телосложение, овальное лицо с высоким лбом, выступающим подбородком, карими глазами и проницающим взглядом. Вилберн отличался от Донала сдержанностью и молчаливостью. Не смотря на разницу характеров, они были дружны. Теперь же, по мимо дружбы их связывали боль и ненависть.

– Ну что? – спросил Донал, теряя надежду.

– Тоже что и здесь. Все сожжено и разрушено. Ни одной живой души в городе.

Вилберн присел рядом с Доналом.

– Кто же мог такое сотворить? Четыре разрушенных города, и это только те, что встретились нам по пути домой. Ни следа убийцы, ни одного выжившего.

– Кто бы это ни был, я клянусь тебе, мы найдем и отомстим – и ярость вновь начала разгораться в сердце Донала.

– Да будет так. А пока, я предлагаю начать заново строительство наших городов. Набирать людей в отряды и готовится к войне.

– Вряд ли у нас на это хватит денег. Из города вывезли все, ни единой монеты не осталось. Только это – Донал раскрыл ладонь, на которой лежал рубин.

– Это от короны матери. Видимо отлетел, когда…– Донал замолчал, сдерживая наворачивающиеся на глазах слезы.

Вилберн положил ладонь на плечо Донала, чуть сжав ее, давая понять, что разделяет его скорбь.

– Есть еще вариант, мы можем строить один город, деревья будем брать из леса, к счастью, он не сгорел. Так мы сэкономим силы и время. Сейчас главное набраться сил, окрепнуть.

– Успеем ли мы закончить строительство? Возможно, убийца, узнав об этом, навестит нас первым.… Но ты прав, Вилберн, стоит попробовать. Это лучше, чем сидеть сложа руки.

Через несколько дней мужчины, осуществлявшие наблюдение за границами, привели к королям пожилого мужчину, дрожавшего от страха.

– Кто ты?

– Я… Ми-милорды… – слова путались, мужчине приходилось проявлять усилие, чтобы ответить.

– Меня зовут Хью, я жил в деревне рядом с Доросом. Когда я увидел приближающееся войско, я испугался…кх-кх – в горле пересохло, мужчина закашлял.

– Дай ему воды – обратился к своему слуге Вилберн.

Мужчина трясущимися руками взял кувшин, сделал глоток, пролил немного воды, свою на грязную и порванную камизу, тяжело вздохнул и продолжил.

– Я залез на дерево, а когда войско проехало мимо меня, я убежал и скитался все это время.

– У тебя была семья?

– Да, милорд.

– Ты струсил и даже не попытался их спасти?

– Я бы не смог их спасти, я бы даже подойти к ним не успел – начал оправдываться мужчина.

– Но мог бы умереть вместе с ними!

– Бог ему судья, Вилберн, пусть продолжает.

– В тот момент, когда я сидел на дереве, я услышал, как один воин позвал своего командира, его имя Байярд.

– Байярд…. – задумчиво произнес Донал – Что-нибудь слышал о нем?

– Нет, это имя мне не знакомо – ответил Вилберн и обратился к Хью – Войско большое? Можешь описать их?

– Тысячи две воинов. Но каких. Казалось, у каждого из них была своя задача, с который они ловко и быстро справлялись. Это очень дисциплинированная армия. Блестящие доспехи и черные маски на лица, вот и все что я могу о них сказать. Ни флага, ни герба я не заметил.

– У тебя есть еще информация?

– Нет, это все, Ваше Величество.

– Тогда ты можешь идти.

– Милорды, я хотел просить вас… Мне некуда идти, раз уж я оказался вам полезен, позвольте остаться здесь.

– Мы дадим тебе лошадь, одежду и припасы в дорогу, как вознаграждение за информацию. Это все. Человеку, предавшему свою семью, я не позволю здесь остаться. Убирайся.

Лорд Брадолф, узнав о желании сына взять в жены Деллу, незамедлительно приказал ему явится. Балдолф – пожилой мужчина, худой, от постоянной болезни, тем не менее, в хорошей физической форме, его широкие плечи доказывали крепкое сложение. Лицо у лорда круглое, укрытое морщинами. Волосы привычно стянуты сзади в густой пучок и висят седым хвостом. Бардолф устало откинулся на спинку кресла, предвидя неприятный разговор с сыном.

– Мне доложили о том, что произошло сегодня. Ты знаешь, я не одобряю союз с этой женщиной. Отпусти ее.

– Отец, я уже принял решение и не намерен его менять – Вард был раздражен, но старался держать себя в руках.

– В нашей деревне есть женщины, более подходящие для тебя. Взять, к примеру, Иоланду, скромная, трудолюбивая, покорная, и родители у нее были хорошими людьми. Но если не нравятся наши женщины, мы можем поискать тебе жену в соседних деревнях или даже съездить в город.

– Благодарю, отец, это не нужно.

– Что ты в ней нашел?

– Я счел, что она мне подходит. И к тому же, Делла при всех оскорбила меня. Ты хочешь, чтобы я спустил ей все с рук? Как тогда ко мне будут относиться люди? Нет, отец, она будет моей женой и будет мне покорна.

– Расположение людей можно добиться не только силой.

– Не только. Тем не менее этот путь самый короткий.

– Я стар, и болен. Ты мой единственный сын. Дай мне уйти зная, что я оставляю Гелонию в надежных руках.

– Я этим и занимаюсь. Вот жену себе выбрал. Не торопись умирать, посмотри на внуков, которых родит мне Делла.

– Вард, ведь она же безродная, строптивая! Опомнись. Ведь можно взять в жены женщину благородных кровей.

– Оставим эту тему, отец.

– Ты ужасно упрям. Не пожалей о своем решение.

– Я все же надеюсь на твое благословение.

– Его не будет! Ты, словно сошел с ума, от своей гордыни! И если тебе неважно мое мнение, то и женись без моего благословения!

– Да будет так, отец.

Делла не могла с уверенностью сказать, сколько дней она провела в темнице и какое сейчас время суток, когда в тишине раздались шаги. Гилберт, звеня ключами, нанизанными на кольцо, отворил решётку и вошел внутрь. Молодой человек, даже не взглянув на Деллу, произнес:

– Выходи.

Делла прошла по коридору между пустыми камерами (в Гелонии было всегда достаточно спокойно, и за то время, что Делла жила здесь, она была первой кто очутился в заключении). Делла не видела смысла задавать вопросы Гилберту, так как он и так был не в восторге из-за того, что все это время провел, охраняя девушку. С каждым шагом все больше веяло свежим летним воздухом. Вдыхая полной грудью, Деллу наполняло чувство свободы. Выйдя на улицу, она зажмурилась от яркого солнца. Постепенно глаза привыкли к свету и Делла увидела, что возле храма, к которому ее вел Гилберт, собралась едва ли не вся деревня. Вард широко улыбался, чувствуя себя победителем. Он выглядел безупречно: на нем была надета туника тёмно-зелёного цвета, с узкими разрезанными по бокам рукавами, с кожаным поясом, украшенным ажурными пластинками ювелирного качества. Рядом с ним стоял священник.

– Вы будете венчать меня против моей воли? – спросила Делла, осуждающим тоном у священника.

– Для твоего же блага. Ты молода и глупа, многого в жизни не понимаешь.

– Вы мне не отец, чтобы решать мою судьбу.

– О, заблудшее дитя, оставь свою гордыню, и, как положено по нашим устоям, будь покорна своему мужу.

– Этот человек никогда не будет моим мужем.

Вард, все эти дни, пребывал в хорошем настроении, даже несмотря на ссору с отцом. Все шло так, как он запланировал. Однако, сейчас, увидев Деллу, он ощутил неприязнь. Однако, отступать было уже поздно. «Женюсь, а потом сошлю ее в монастырь» – подумал Вард, в слух же, стараясь говорить совершенно спокойно, произнес:

– Невеста моя, я же говорил тебе, что все будет, так как я скажу. Мы, видимо, были очень добры к тебе, и поэтому ты посчитала, что можешь вести себя настолько дерзко. А дабы укротить твой нрав….

Вард достал нож, схватил Деллу за волосы и отрезал их по плечи, тем самым показывая, что девушка теперь принадлежит ему. Все произошло так быстро, что Делла не успела среагировать. Волосы рассыпались по плечам, освободившись от связывающего их шнурка. Женщины ахнули, затем наступила тишина. Бардолф, наблюдавшей за церемонией из дома, стыдливо прикрыл глаза рукой. Его единственный сын, и так себя ведет, какое будущее ждет Гелонию. «И священник ведь идет у него на поводу, трус. Почему я сразу не додумался, надо было запретить священнику их венчать. Как же я все-таки стар…» – запечалился лорд

– Начинай! – Приказал Вард, обращаясь к священнику.

Делла ощупала свои волосы и ее захлестнула волна злости, лицо налилось краской.

– Ты понятия не имеешь….

Договорить она не успела.

Жители деревни были настолько потрясены происходящим, что никто и не заметил подъехавших всадников.

– Что здесь происходит? – Спросил мужчина в доспехах, которые хоть и не были ничем украшены, обладая совершенной конструкцией, говорили о том, что были сделаны настоящим профессионалом своего дела. Они были весьма удобны и позволить себе такие доспехи могли лишь очень состоятельные люди.

Бардолф первый увидел короля, он поспешно выбежал из дома, забыв про недомогание и упал на колени.

– Ваше Величество, король Норберт!

Собравшиеся люди последовали его примеру. Все, кроме Деллы. Она внимательно наблюдала за королем. Сначала заинтересованно разглядывала доспех, коня и всадников рядом, затем вернувшись к королю, ее внимание остановилось на его бледной коже. Делле показалось он с трудном держался в седле. Она начала медленно подходить к королю, постепенно перейдя на бег. Силы покинули Норберта, он закрыл глаза и потерял сознание. Делла подбежала в тот момент, когда король падал с коня. Она попыталась удержать его в седле, но ей не удалось. Норберт упал на девушку.

Рыцари спрыгнули с коней и подбежали на помощь к королю.

– Снимите с него доспехи!

Люди замерзли в тревожном ожидании, время, казалось, замедлило свой ход, пока мужчины расстёгивали кожаные ремни и стягивали доспех. Поддоспешник короля был в крови. Дыхание слабым.

– Возможно потерял много крови – сказала Делла.

– Где Томас?

– Он вновь запил – всхлипывая ответила жена лекаря.

– Делла идешь с нами – распорядился Бардолф

– Мне надо забрать из дома лекарства.

– Хорошо, только быстрее – повернувшись к мужчинам скомандовал – Несите его величество в мой дом!

Падения на Деллу короля, обернулось для девушки вывихом ступни. Превозмогая боль, она добралась до дома, сложила в сумку баночки с жидкостью, чистую ткань и воду. Уже на пороге, вспомнив что Вард отрезал ей волосы, Делле почувствовала себя унизительно, ей стало стыдно выходить из дома. Тем не менее не прийти она не могла. Делла покрыла голову платком, старательно спрятав волосы. Затем пришла в дом Бардолфа.

Под пристальными взглядами, Делла аккуратно промыла рану, оторвала кусочек льняной ткани, замочила ее в отваре из коры дуба, это должно было помочь остановить кровотечение.

– Не понимаю, как можно было не заметить, что король ранен – обратилась к мужчинам Делла, повысив на них голос.

– Делла! – то ли испуганно, то ли возмущенно окликнул ее лорд.

– Кто это, Бардолф?

На пороге появился помощник короля, его правая рука – Аллан. Внешне он был абсолютно спокоен, однако это странным образом отражалось на присутствующих. В комнате воцарилась тишина.

– Ваша милость, это Делла, она лекарь.

– Что-то я не припомню ее?

– Делла не так давно живет у нас.

– И ты допустил ее к королю?

– Больше некому, ваше милость. Вы не переживайте, Делла знает, что делать.

– Знает? – Аллан неторопливо повернулся к девушке.

– И через сколько, по-твоему мнению, король придет в себя?

– Я не могу этого сказать наверняка, возможно через 2-3 дня.

– Хорошо… – Аллан медленно обходил вокруг Деллы, не отрывая от нее взгляда – Ты повысила голос на людей его величества, упрекнула их в невнимательности к их господину, поэтому сделаем так: если король не придет в себя через два с половиной дня, я отрублю тебе голову. Так что, советую внимательнее отнестись к здоровью его величества.

– Здоровье милорда не полностью зависит от меня.

– Я знаю. Но надо было думать прежде, чем дерзить людям короля. Дабы ты не убежала, перед входом будет стоять стража, выходить от сюда тебе запрещено. Если нужно что-то принести из дома, можешь их попросить. Только грубить не советую. Вряд ли простят.

– Если это все, позвольте я продолжу заниматься здоровьем его величества.

– Конечно продолжай. Ведь от этого теперь зависит твоя жизнь.

– Господа, прошу вас отужинать, а потом покажу вам, где можно разместиться. Делла, если что-то изменится – сразу же сообщи – стараясь сохранять самообладание сказал Бардолф. Он чувствовал за собой вину перед Деллой, так как Делла здесь только из-за того, что Томас снова пьян.

– Как только король придет в себя – я дам вам знать.

Иоланду в дом Бардолфа стража не пропустила. Мужчины внимательно проверили вещи, которые девушка принесла и передали их Делле. Зная, что подруга будет прислуживать королю, Иоланда положила ей свое самое красивое платье, то, которое предлагала ранее для помолвки с Вардом и единственную не потертую пару обуви.

Только к ночи Делла успокоилась после напряженного дня. Она размяла руками заболевшую шею, присела рядом с кроватью короля. Норберт был молод. Его лицо с выступающими скулами было по-прежнему бледным и не подвижным.

Девушка положила руку на солнечное сплетение, закрыла глаза, беззвучные движения ее губ, считали стук сердца. Раз-два-три-четыре… Ритм ровный и спокойный. Делла устало улыбнулась, она все еще тревожилась за состояние короля, но по крайней мере, хуже ему не становилось.

Не за долго до рассвета, когда весь дом пребывал в безмолвии, Делла, меняла компресс. Лишь только она убрала старую ткань с раны, как Норберт открыл глаза и схватил девушку за руку. От неожиданности Делла испугано вскрикнула.

– Кто ты?

– Меня зовут Делла. Я здесь чтобы помочь вам.

– Я не видел тебя прежде.

– Все верно, милорд, я живу здесь недавно.

– А где… Ммм, Томас, кажется… Он же у вас лекарь? – Норберт был слаб и слова давались ему с трудом.

– Он был настолько пьян, что не мог связать двух слов. Лорд Бардолф распорядился, чтоб вас лечила я.

– А ты…Ты что-то понимаешь во врачевании? – недоверчиво спросил король.

– Немного – небрежно ответила Делла и занялась замачиванием нового компресса.

– Немного? Значит Бардолф отправил лечить своего короля, неизвестно откуда пришедшую девушку, которая притом, «немного», понимает в лечении?

Норберт был явно недоволен приемом, от возмущения он немного приподнялся на локтях, желая сесть, но ощутив сильную слабость, король снова лег.

Делла, прервала свои дела и посмотрела на короля.

– Немного лучше, чем остальные, Ваше Величество – и чуть заметно улыбнулась