- -
- 100%
- +
Тогда этот порыв мне показался чем-то прекрасным и ярким. И я с гордостью носила пальтишко, берегла его как зеницу ока. Подарок любимого мужа! А теперь вспомнила и ужаснулась. Единственный дорогостоящий подарок за все годы. Ни сережек золотых, ни сумки кожаной… Три розочки на день рождения и новый халат — вот он, предел его щедрости.
Подхватила пальто, зажав подмышкой коробки с обувью и пошла прочь из спальни, которая пропахла чужими духами. У комнаты Лисы притормозила. Современная музыка, что-то энергичное и электронное — верещала из-за двери.
— Алиса…, — стукнула погромче и толкнула дверь.
Дочка сидит с телефоном в руках, спиной ко мне и с кем-то активно переписывается. На рабочем столе — коробка из-под пиццы, вещи висят на стуле кое-как, свисая до самого пола. Крошки на диване и ковре. Игорь, судя по всему, разрешил Лисе есть прямо здесь. И кажется, что от прежних правил ничего не осталось в этом доме.
Прикрываю за собой дверь. Что ж, это их выбор и я не вправе на него влиять. Каждый учится на своих ошибках, и я не исключение. А здесь мне больше нечего делать. Может через время дочь захочет поговорить, увидеться. Ну а пока… придется оставить все как есть.
Выхожу из холла в коридор, собираясь покинуть квартиру так же незаметно, как и пришла. Но на этом мое везение заканчивается. Из кухни вываливается Игорь. Пьяный. А Лика дымит электронкой, пуская клубы дыма под потолок. И все это — при закрытых наглухо окнах.
— Жанна?
Игорь с трудом фокусирует на мне взгляд.
— Уже ухожу, — берусь за ручку двери.
— А мы это… празднуем удачное подписание. С этими, как их там?
— Иностранными инвесторами, — подает голос Лика.
Выходит следом за Игорем ко мне, поглядывая абсолютно трезвым взглядом. Это только муж едва на ногах держится.
На Лике красное платье, довольно короткое, колготки с черными стрелками, визуально вытягивающими и так длинные ноги до бесконечности. Алая помада немного смазана. Должно быть, это ее след на щеке у Игоря.
Весело у них тут…
— Жан, выпьешь с нами? — предлагает Игорь, а сам буквально висит на кухонной двери, чтобы не упасть.
— Кажется, тебе уже хватит, — качаю головой. — Ты не забыл, что с тобой ребенок живет? Завтра Лисе в школу рано вставать.
— Мы не мешаем Алисе, — Лика демонстративно обнимает Игоря за талию, очевидно пытаясь вызвать во мне ревность. Но вся эта сцена выглядит так гадко, что ничего кроме омерзения не вызывает.
— Вот-вот… мы не мешаем! Я Лисе пиццу заказал, она не голодная. И вообще, ты никогда не позволяла нам такой праздник устроить! — говорит излишне громко и эмоционально, что вообще на Игоря не похоже. — Всегда бубнила: ешьте на кухне.
Он кривляется, копируя мой голос. Лика мерзко хихикает.
— Ну что ж, не буду мешать вашему празднику. Я смотрю, тебя все устраивает Игорь, — обвожу руками срач, который вокруг творится. С моего ракурса отлично просматривается кухня: горы грязной посуды, валяющиеся повсюду упаковки из-под фастфуда.
— Да, нам отлично.
Игорь тискает любовницу, прижимается носом к ее шее, обслюнявливая в пьяном угаре. Молча выхожу, так как меня мутит. И тем приятнее уличная прохлада. Оставляю за плечами неверного мужа и его новое увлечение, возвращаясь к сыну на квартиру. Как хорошо, что увидела Игоря таким! Это вмиг привело в чувство и помогло избавиться от розовых очков.
И теперь я убеждена — ни за что не вернусь к нему, не прощу и не забуду. И уж точно не стану той, кто будет жалеть его спустя время, когда он наиграется. Тревожно только за дочь, но и она уже не совсем малышка: семнадцатый год идет. Надеюсь, она все же сделает свои выводы относительно папиной жизни и примет верное решение по итогу.
Глава 10
— Мам, я уже ухожу. Половина восьмого. Завтрак на столе.
Тихий осторожный голос Антона будит в самый неподходящий момент. Я как раз собиралась настучать Игорю по голове тяжелой чугунной сковородкой.
— Что-то я разоспалась. Доброе утро! Я сейчас встану.
Становится неловко перед сыном, и я спешно кутаюсь в халат.
— Мама, отдыхай. Я ушел.
Хлопает входная дверь и я падаю обратно на постель. Что ж, раз уже все равно проспала, могу провести еще две минуты ничего не делая. Тоша в очередной раз пожалел меня — дал отоспаться. И я за это ему благодарна. Впервые с момента шокирующего признания мужа, я спала крепко всю ночь. И вроде бы даже отдохнула.
За окном воет ветер и гонит пожелтевшую листву, а я пью крепкий кофе в тишине квартиры и строю планы. Такое непривычное ощущение покоя и размеренности. Так как раньше я всегда вставала первой, ставила себе будильник, чтобы не дай бог не проспать.
Завтрак для мужа, завтрак для Алисы… Каждому свое, отдельное. А себе — что придется. А теперь я пью кофе, вместо надоевшего чая, и могу позволить себе не стоять у плиты в семь утра.
Улыбаюсь новому дню — сегодня все будет по-другому.
В ванное у зеркала задерживаюсь дольше обычного. Отражение знакомое до боли: уставшее лицо, тусклые волосы, собранные в немудреный хвост, следы былой красоты под маской усталости и забвения.
— Хватит, — шепчу самой себе. — С сегодняшнего дня все будет иначе.
Эти слова — словно мантра. И я их повторяю снова и снова. В душе поселяется уверенность: справлюсь со всем, преодолею, смогу! Чего бы мне это не стоило. Потому что хочу. Пожалуй, впервые в жизни по-настоящему хочу быть счастливой. Разве не заслужила?
Я так и не смогла вспомнить, когда в последний раз красилась. Пудра оказалась почти пуста, тени высыпались, а тушь слиплась в один комок. Но даже это не смогло меня остановить. В ход пошли увлажняющий крем, немного тонального средства, оставшегося с лучших времен, и дешевая тушь, за которой пришлось сбегать.
Я осторожно подвела глаза, мазнула по скулам румянами и нанесла на губы помаду. Потом распустила волосы и с трудом, но уложила их феном, пытаясь придать им объем и форму.
Затем настал черед одежды. Из сумки извлекла свою лучшую и единственную юбку — темно-синюю, прямого кроя, и самый нарядный из свитеров — кремового цвета, с высоким воротником. Надевая их, я чувствовала себя так, словно сбросила наконец-то униформу служанки. Последним аккордом стало то самое кашемировое пальто. Я накинула его на плечи, повязала ремень и замерла перед зеркалом в прихожей.
Собственное отражение заставило сердце екнуть. Передо мной стояла незнакомка: элегантная, собранная женщина с ясным взглядом. Пальто идеально сидело по фигуре, подчеркивая талию, про которую я и думать забыла. Слезы навернулись на глаза, но я быстро смахнула их, чтобы не размазать тушь. Это были не слезы жалости, а горечь от осознания потерянных лет.
«Никогда больше, — пообещала себе, глядя в глаза своей новой версии. — Никогда больше я не позволю себе забыть, кто я. Никогда не позволю кому-либо отодвинуть себя на второй план. Я заслуживаю большего».
Сложив документы и диплом об образовании в сумку, я вышла на улицу. Ветер тут же попытался испортить прическу, но я подняла воротник пальто выше и уверенно зашагала вперед. Прохожие оглядывались на меня, и впервые за долгое время мне не хотелось провалиться сквозь землю от этих взглядов. Напротив, я удивленно ловила их и старалась держать спину ровней.
Школа оказалась в двух кварталах, в типовом советском здании. Сердце стучало как ненормальное, когда я поднималась по ступенькам. Страх перед чем-то новым и неизведанным — неприятно холодил спину.
Я вошла в приемную директора. Секретарь, женщина лет пятидесяти, подняла на меня взгляд.
— Здравствуйте, мне бы к директору, по поводу вакансии, — вытолкнула слова вместе с излишками кислорода.
— У нас нет вакансий учителей, — отрезала секретарь, тут же возвращаясь к бумагам.
Снова стало нечем дышать. Я готова была уже сдаться, но взгляд упал на зеркальную поверхность одного из шкафов с бумагами. Неужели ты отступишь, Жанна? Сейчас?
Качнула незаметно головой и вздохнула поглубже.
— Я не претендую на ставку учителя. У вас есть группы продленного дня? Или потребность в репетиторе для младших классов? Я закончила учебу с красным дипломом и у меня двое взрослых детей…
Повисла пауза. Секретарь снова посмотрела на меня, на этот раз более благосклонно.
— Подождите минутку.
Она скрылась в кабинете директора, и до меня долетели обрывки фраз: «...женщина, диплом... группы продленного дня...»
Через минуту секретарь вернулась и кивнула:
— Проходите. Татьяна Викторовна вас примет.
В кабинете директора царил порядок и даже некоторый уют. Детские рисунки на стене, грамоты и дипломы, пушистые растения в больших горшках на полу. А сама директор выглядела приятно: светлый брючный костюм, аккуратная стрижка и умеренный макияж. И в довесок — хорошо поставленный голос, с которым она ко мне обратилась:
— Присаживайтесь. Вы педагог? Как давно в профессии?
— Честно говоря, у меня нет педагогического опыта, — решила сразу признаться. — Но я никогда не переставала им быть. Я воспитывала своих детей. И сейчас готова применить знания здесь. И мне очень нужна работа. Думаю, — я обвела взглядом кабинет, — школе могут понадобиться ответственные и любящие детей люди, даже без свежего стажа.
Татьяна Викторовна внимательно меня выслушала, просмотрела диплом.
— У нас действительно нет вакансий. Но... одна учительница младших классов уходит в декрет после Нового года. Мы ищем ей замену. А пока... — она отложила диплом в сторону. — Пока мы могли бы взять вас на испытательный срок помощником учителя в группу продленного дня. Работа не самая престижная, оплата скромная. Но это шанс вспомнить профессию и показать себя. Как вам такое предложение?
Я закивала, с трудом сдерживая рвущуюся наружу радость. Неужели… получилось?
— Меня это полностью устраивает, Татьяна Викторовна, — улыбнулась совершенно искренне. — Когда я могу приступить?
Мы обсудили детали и график, и я, стараясь, чтобы рука не слишком сильно дрожала от волнения, подписала бумаги. С понедельника для меня начиналась новая интересная жизнь учителя. Пусть пока и на полставки.
Выйдя из приемной, чувствовала, что не иду, а парю над землей. Груз сомнений и страхов куда-то испарился, уступив место окрыляющей легкости. Я уже представляла, как вечером обрадую Антона, и от этой мысли улыбка не сходила с лица.
Толкнула тяжелую входную дверь — и тут же в меня с размаху врезался мужчина.
— Отойдите, — буркнул сухо и, схватив за плечи, отодвинул в сторону, расчищая себе путь. Прежде чем я успела что-то ответить, он стремительно скрылся в дверях приемной.
— Ну и хам! — фыркнула, стоя в пустом школьном фойе и пытаясь вернуть себе прежнее настроение. Но радость оказалась слишком хрупкой, а этот… мужлан, ее украл.
К тому же, этот низкий голос, высокая фигура и порывистые движения… показались мне подозрительно знакомыми. Словно тень прошлого мелькнула и исчезла. И память продолжала упорно молчать, а этот факт почему-то меня взволновал.
Жаль, что не успела рассмотреть наглеца получше!
Глава 11
Понедельник. 12:00
Я так волнуюсь, что не могу сидеть на месте. В сотый раз выглядываю в коридор, чтобы не пропустить — когда начнут заводить моих малышей. Понимаю, что напрасно себя извожу и наверняка все пройдет отлично. Да и что может случиться? В продленке все просто, как мне объяснила Вера — коллега из первого «Б», именно она скоро уходит в декрет, так как ждет малыша.
Но я все равно нервничаю. Одергиваю юбку, провожу ладонью по волосам. Скорее бы уже… Но часы как намеренно — медленно отмеряют минуты. Но вот… наконец-то звенит звонок и холл наполняется шумными звуками.
Распахиваю дверь шире и замираю на пороге, как часовой. Детей разбирают родители и до меня пока не доходит очередь. Я могу понаблюдать за всеми со стороны, так как в будущем — эти дети станут моими учениками.
В основном приходят мамы и бабушки, но иногда мелькают редкие отцы и дедушки. Тепло наблюдать, как первоклашки радуются, виснут на своих мамах. Шумно делятся новостями: полученными оценками, разговорами и эмоциями. Невольно улыбаюсь — хорошо здесь, рядом с детьми, радостно. Жаль, что не пошла работать раньше. А ведь всю жизнь знала, что это мое призвание и учиться мне нравилось, а больше всего — ходить на практику.
— Жанна Викторовна, принимайте!
Вера, а для учеников — Вера Николаевна, вручает мне оставшихся учеников. Их немного: три мальчика и девочка. Знакомство Вера сопровождает словами:
— Леру заберет старший брат после седьмого урока. А за мальчиками придут родители. Вот в этой тетради они должны расписаться и поставить время.
Все это я уже знаю, но еще раз внимательно выслушиваю и киваю.
— И сейчас из «А» класса придут дети. И, наверное, из второго «В». Остальные на продленку не ходят. Ну все, я ушла. Если что — звоните, Жанна Викторовна.
Я остаюсь с детьми, которые меня рассматривают с любопытством.
В группе продленного дня есть даже кровати, чтобы дети могли поспать днем. Но меня предупредили — никто спать не любит, укладывать бессмысленно. Лучше почитать или порисовать. Одним словом, занять непоседливых малышей до прихода родителей.
— Давайте знакомиться, — улыбаюсь ребятам. Мальчишки держатся особняком, а девочка Лера — подходит ближе. — Меня зовут Жанна Викторовна. Я буду встречать вас здесь после уроков. Чем вы обычно занимаетесь? Делаете домашнее задание?
— Нет, — Лера раскладывает на первой парте альбом для рисования и карандаши. — Нам не задают на дом, мы же первоклассники.
Звучит очень серьезно и по-взрослому.
— Хорошо…, — беру паузу, раздумывая, что же мы будем делать. — А что на счет пазлов? Кто хочет пособирать?
— Мы уже их собирали, — отвечает один из мальчиков.
— Как тебя зовут? — уточняю.
— Миша Лавров.
Киваю, а про себя хмыкаю: надо же какое совпадение имени и фамилии. Так звали одного крайне неприятного мужчину из моей далекой юности. Он рассорил меня со своим сыном, в которого некогда была влюблена. Мне даже пришлось скрываться какое-то время от бывшего парня, так как его отец поставил жесткие условия.
Отгоняю навязчивые воспоминания. Боже, столько лет прошло и вдруг случайное напоминание — вот так сразу окунуло в прошлое. Впрочем, милый мальчишка из первого «Б» нисколько не виноват, что его зовут также как и отца Ярослава. А потому спокойно произношу:
— А как на счет приключений? Любите читать книжки?
— Не-ет, — раздается стройный хор. Но ничего другого я не ожидала. Мои дети тоже не любили читать, пока я не показала, что в книге спрятан целый мир.
— Ну хорошо, вы можете сесть где хотите и заняться свои делом. А я… буду читать вслух. Вдруг, вам понравится.
Лера замирает над рисунком, мальчишки — втроем пытаются втиснуться за одну парту. А я начинаю читать книгу, которую принесла с собой заранее. Передо мной — «Сказки про Карандаша и Самоделкина». Вряд ли ребята их читали, ведь сейчас у всех в руках телефоны, модные гаджеты. Но я все же рискну предположить, что эта книга их увлечет.
К нам присоединяются ребята из других классов. И теперь на моей ответственности — тринадцать учеников. Удивительно, но книгу слушают все: и постарше, и помладше.
Болтовня почти стихает, все ведут себя на удивление хорошо и тихо. А когда за Лерой приходит брат, она даже просит не читать дальше без нее. И я обещаю, что на этом мы сегодня закончим.
Едва умолкаю, как в классе становится шумно. Ну вот и закончился порядок. Мальчишки принимаются играть в телефоны, довольно шумно обсуждая все, что там происходит. Девочки — достают из рюкзаков игрушки. Поглядываю, чтобы дети не ругались и делаю редкие замечания, если кто-то слишком уж разыгрывается.
Слава богу, что родители приходят не в последнюю минуту, а разбирают малышей понемногу и класс редеет.
Когда близится час и мне собираться домой, со мной остается только тот самый Миша Лавров. Странно, Вера не предупреждала, что кто-то из родителей может прийти после шестнадцати часов, но я даю и себе, и родителям — еще полчаса, прежде чем бить тревогу. Мало ли что: в дороге пробки, или не успела мама дойти. Да и мне торопиться особо некуда. Потому разрешаю Мише порисовать мелом на доске, а сама — периодически бросаю взгляд за окно и на часы.
Когда же и к пяти вечера за мальчиком никто не приходит, осторожно спрашиваю у Миши.
— Мишенька, а кто тебя должен сегодня забрать?
Он отвлекается и задумывается.
— Наверное, мама. У папы сегодня важное совещание.
— Понятно.
Ищу информацию о родителях Миши в тетради, которую мне оставила Вера. Но как назло — именно о Лаврове ничего нет. Только карандашом нацарапанный номер. Странно.
— Миша, а ты не знаешь, чей это номер?
Показываю мальчику тетрадь, ни на что особо не надеясь.
— Папин, — сразу отвечает. — Но ему не дозвониться, я уже пробовал.
Думаю, как бы выкрутиться из ситуации. Не хотелось бы в первый свой рабочий день беспокоить завуча или директора, словно я не в состоянии справиться с внештатной ситуацией.
— А маме звонил?
Миша молчит, сопит только напряженно. Не могу понять — что не так с его матерью?
— Мишенька, на улице уже темно, всем пора по домам. Давай все-таки ей позвоним. Может, мама застряла в пробке или не успела на автобус? Скажешь мне ее номер? Почему-то Вера Николаевна не написала.
— Это потому, что я новенький и редко остаюсь в продленке. Меня обычно папа забирает.
— Но папа занят, так ведь? Давай все же с мамой свяжемся.
Крайне неохотно ребенок показывает мне номер матери. Она и подписана у него странно: «Люба». Может, это телефон кого-то из взрослых?
Набираю номер и слушаю долгие гудки. Наконец-то на том конце берут трубку.
— Да! — женский голос.
— Любовь? Добрый день, это вас беспокоит Жанна Викторовна, из группы продленного дня. Миша ждет, когда вы придете, уже начало шестого…
— И что? — меня перебивают довольно грубо. — Звоните его отцу! Сегодня его черед. И вообще…
Долетает какой-то шум. Кажется, роняют телефон. Фоном идут маты и смех. Голоса.
И все, вызов обрывается. Я так и застываю с телефоном у уха. Это что сейчас было? Мать Миши отказалась забрать ребенка, потому что… Что? Не ее очередь?
Запоздало соображаю, что в тишине пустого класса Миша, должно быть, все слышал. Он резко штрихует на доске мелом то, что рисовал до этого — дом и человечков вокруг.
— Мишенька, а давай-ка вот, что сделаем…
Надеваю верхнюю одежду и следом — помогаю одеться ребенку.
— Я тут поблизости видела детский развлекательный центр. Ты там уже был?
Миша качает отрицательно головой.
— Давай зайдем туда и немного поиграем. Уверена, твой папа скоро освободится и увидит пропущенные звонки. А мы немного развлечемся. Что сидеть в пустой школе?
Охранник нехотя отпускает меня и Мишу, под мое заверение, что родители мальчика уже в пути, а мы будем в двух шагах. Центр действительно рядом, его видно из школьных окон. Да и охраннику тоже не улыбается сидеть с чужим ребенком, если я уйду. Так что мы шагаем вдвоем с очень серьезным Мишей, я бы даже сказала — не по годам взрослым.
Пытаюсь отвлечь его беседой, но все мои попытки проходят мимо. И в центре Миша не желает попрыгать на батуте или поиграть с другими детьми. Мы занимаем столик в углу, и я покупаю Мише сок — это все, на что он соглашается в данной ситуации.
А еще через час, когда я уже была готова сдаться и позвонить завучу, в торговый центр залетает мужчина.
— Папа!
Миша тут же оказывается у него на руках. Мужчина крепко прижимает сына и замирает с ним вот так. У меня даже ком в горле встает. Ну надо же, какие отцы бывают! Но с мамой Мише явно не повезло.
Наконец-то мужчина отпускает мальчишку на пол и разворачивается ко мне лицом. Я открываю рот, чтобы представиться, но все слова улетучиваются вмиг, так как передо мной стоит моя первая школьная любовь.
— Жанна?
— Ярик?
Глава 12
Я настолько в шоке от встречи, что не нахожу нужных слов. Рассматриваю во все глаза мужчину перед собой и не могу поверить: это же он! Ярослав Лавров… С ума сойти.
— Ну привет, Жан! — Яр криво улыбается и произносит мое имя, совсем как раньше. Даже интонация та же.
— Привет.
Не знаю, что еще сказать мужчине, которого когда-то безумно любила, но с тех пор утекло столько
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.