Ветер уносит слова
- -
- 100%
- +
© Елена Ликанова, 2019
ISBN 978-5-0050-9240-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ТЕКСТЫ ПЕСЕН 1989 – 1994 ГОДОВ
Ковбойская песня
Под первым солнечным лучом,Что появился из-за туч,Остановился, удручён,Какой-то странный гражданин,Здесь всё вокруг него поёт,Здесь всё вокруг него цветёт,А он смущён и огорчёнПод этим солнечным лучом.Себя он мыслями терзает,Что ничего не понимает.Ему привиделось, что онПо дикой прерии скакалВ ковбойской шляпе набекрень,На добром верном скакуне,Красотку Мэри он любил,На ранчо с Мэри пил кумыс,Но вышло солнце из-за туч,Наш друг очнулся и раскис,Слезу густую он роняетИ бесконечно повторяет:«О, ноу, ноу, ноу, ноу,Ноу, ноу, ноу, ноу!»Город, которого нет
Май бейби, ты сидишь унылоУ фиолетовой реки —В искусстве проливать чернилаТвои познанья глубоки,Ты ищешь город, которого нет,Рисуешь город, которого нет.Малютка, крошка, зайчик, киска,Куда отправишься теперь?Давно написана запискаИ приколота на дверь:«Ищите меня в городе, которого нет,Я буду в городе, которого нет».Любитель причинять страданья,Ты удалился на покой,Назначив новое свиданьеПод безымянною звездойВ сонном городе, которого нет,Мы встретимся в городе, которого нет…Плащ свой серебрянокрылыйНа небесах расстелилРыцарь, чей облик унылыйСердце твоё покорил.Как он умен и отважен,Как его поступь легка!Рыцарь в доспехах бумажных,Меч деревянный в руках.Целью одной увлечённый,Там, среди звёздных полей,Бьётся он с рыцарем чёрным —Тенью коварной своей.Вечно в сражении рыцарь,И не узнает никтоЧей светлый образ хранитсяВ сердце его золотом.Колыбельная
Я оступилась во тьме,В небе рассыпала блёстки,Я поселюсь на Луне,Если она не из воска,Если на ней не живутЧьи-то заблудшие души,Если они не крадутЧьих-то детей непослушных,Если Луна, как свеча,В утреннем небе не тает,Если она, как печаль,Сердце ничьё не терзает.Юрию НаумовуБАЛЛАДА О ГРАФЕ ХУЛИО
Граф Хулио – лунный извозчик —Любил понапрасну страдать,И мог погубить вас пера его росчерк,Он мог записать вас средь разных и прочих,А мог вам и жизнь даровать.С улыбкой немного зловещейОн шёл по отвесной стене,И был ему кто-то судьбою обещан,И сам он был тоже кому-то завещан —Тому, кто сидел на иглеМного лет.Граф Хулио, стыдно признаться,Ужасно боялся воды,Но друг его верный с ним рядом держался,Он кругом невидимым в графа кидался —Его выручал из бедыУ воды.Полжизни пройдя в одночасье,В пространстве он дни коротал,И был он разорван судьбою на части,И дамы вздохнули: «Какое несчастье!»,И флаг приспустил адмирал.Лучезарный принц Титанаки,Осторожный любовник весны,Он ей делает тайные знакиС вершины японской сосны.Выбривает он лоб и макушку,Чтобы мысли были ясны,И скользит сквозь игольные ушкиПо веткам японской сосны.Вышивая узоры событий,Он вплетает в них лунные сны,И сверкают волшебные нитиНа ветках японской сосны.Петеньке Редькину
Зачем же ты прикидывался лютым? —Она тебе хотела станцеать.Зачем же ты её ударил лютней? —Теперь её не сможешь обнимать.К чему рыдать, мой друг недальновидный,Стонать и хныкать, кукситься и ныть? —Её, как видно, ты считал фригидной,Хотел в ней страсть ты лютней пробудить.Пусть ты поддался слабости минутной,Иль пыл любви тебя, беднягу, подкосил,Но все ж напрасно ты её ударил лютней —Тебя никто об этом не просил.Вы, друг мой, прекрасны,Вы, друг мой, чудесны,Как мост из пластмассы,Как слово из песни,Как запахам мяты,Вам в воздухе тесно,С душою из ватыИ сердцем из теста.Вы всюду желанны,Вы всюду уместны —И в зале диванной,И в сказке принцессы,Но Вы убегаетеПальцев воздушных —Всё это некстатиИ, право же, скучно.Идите же, друг мой,И в комнатке-лодкеУсните малюткойС улыбкою кроткой,Картонной простынкойУкройтесь в кроватке,Сушёной тростинкойСвернитесь украдкой.И так до рассветаТихонько лежите…Ни тени, ни ветра…Всё тихо – вы спите…Проснулась однажды чудная и сбитая с толку,Искала себя под кроватью и в кресле-качалке,А «я» уже мчалась в Париж на разбитой двуколке —По делу, конечно, – «она» у меня не нахалка.Я встала с постели и ноги засунула в тапки,Связала остатки волос в узелок на затылке,А «я» уже шла на свиданье под фикусом в кадке —Кому-то в любви признаваться бесстрашно и пылко.Я в кучку сложили какие-то тряпки и книжки,И пыль закружилась над ними, как в вихре снежинки,А «я» на балу закружилась игриво излишне,И герцогу это чуть было не стоило жизни.На кухне в кастрюльке болтается супчик вчерашний,И будет он там и до завтра, возможно, болтаться,А «я» две косы до земли опустила из башни,Чтоб мог ко мне рыцарь прекрасный в покои пробраться.Тщедушная телом плетусь я и слабая духом,Румяная ликом плыву «я» и гибкая станом,И мысли крамольные шепчет мне кто-то на ухо,А «я» отвечаю: «…»,Но, впрочем, об этом не стану.Когда я ищу свое отражение в луже,Меня неизвестность такая пугает и мучит, —Сама некрасивей себя и сама себя хуже,Боюсь я увидеть там ту, которая лучше.Баллада о бумажном рыцаре
Промелькнув в моем окне,Смелый и отважный,Ехал на лихом конеРыцарь мой бумажный.И не знал, что под замком,Здесь, в высокой башне,Не печалюсь ни о ком,Рыцарь мой вчерашний.Он гадал и горько плакал —Люб или не люб,И взлетал под облака он,Как бумажный голубь.Я метнулась впопыхахК белоснежной птице,И сгорел в моих рукахПламенный мой рыцарь.КАЗУИСТИКА (или БАЛЛАДА О ЗЛОМ ИДАЛЬГО ДОНЕ ПЕДРО)
Юрию НаумовуЗлой идальго дон Педро АнфасманПокидает холмы Голуаза,Его лошадь ступает с опаской,Приседая в хромом реверансе,Вспоминает дон Педро АнфасманСвою жизнь и былые проказы,Как окидывал радостным глазомОн родные холмы Голуаза,Натирал первосортною ваксойСвои голубые подвязкиИ смотрел, выходя на террасу,В небеса непонятной окраски.Как читал с выраженьем серьёзнымСам себе очень страшные сказки,И катились прозрачные слёзыС небес непонятной окраски.Но светает, а сон не досказан —Полуэхо – повтор полуфразы,И святая земля ГолуазаИсчезает, как маленький казус.25 апреля 1994 годаШурша среди тёмных аллей,Драконы слетают на крыши, —Уходит ли день, словно лишний,Драгуны ль седлают коней?И кто, свой лелея покой,Платком, что рукой моей вышит,Накрыл и деревья и крыши,Не тронув небес молоко?Он спал, когда кто-то другойСорвал покрывало-туман,Рассеяв коварный обман,Что можно уйти далеко.Он вышел в свой сад из камнейИ видел сквозь мутный закат —Драконы седлают коней,Драгуны на крышах сидят.Грифоны пьют время как мёд, —Мёд из прозрачных сот,И лишь гренадеры не врут,Когда говорят, что умрут.Но грумы вступают в игру,Как громы рыдает их грудь,И камень ныряет в волну,Желая очерчивать круг.Я плавная, словно юла,Опутана дней чередой,Я плаваю – рыба-игла,В графине с проточной водой.Я прячусь за грани стеклаИ белую водную гладь,Которую в ступе толкла,Чтоб беглые взгляды бросать…А мой неожиданный гостьСидит под землёю, как крот,Чтоб мне, наконец, довелосьИспить своё время, как мёд.ШУТ
Я спляшу, спою, —Грусть уйму свою,Мой любезный шут,Расскажи, прошу:Зачем ты идёшь по городу,Что ты несёшь так гордоИ что ты разделишь поровну?Что же поделать нам с горем?Мой любезный шут,Поделись, прошу,Мне нужнее всехТвой весёлый смех —Вот он летит над городом,Песней звенит над горемИ светит как солнце в холод…Но шут мой грустит о ком-то…Поделил он смехПо чуть-чуть на всех,Ну а мне принёс…Много горьких слёз.Он тебя не понимает
Он испытатель коварных машин,Ты – архитектор воздушных замков,Он думал, что знает тебя, и решил,Что ты выворачиваешь жизнь наизнанку.Он тебя не понимает.Он отправляется в долгое плаванье,Он возвращается под звуки оваций,А ты пускаешь бумажные кораблики,Чтобы постичь основы навигации.Он тебя не понимает.Ты поднимаешься на голубятню,Чтобы узнать – все ли птицы улетели,Он считает дни, чтобы вычислить пятый,А у тебя семь пятниц на неделе.Он тебя не понимает,Ведь он – испытатель коварных машин,А ты – архитектор воздушных замков.Королевство кривых зеркал
В доме большом – маленький дом,В зале картонной – бал,Маску надел ты с новым лицом,Кто-то тебя узнал,Снова одинВальс ты протанцевал,Словно вдвоём, ведь за окном —Сад из кривых зеркал.В них все черты искажены,Ты сам себе смешон,Тот, кто хотел знать твои сны,Снова к тебе пришёлИ превратилРадость в немой оскал,Окна закрыл и посадилСад из кривых зеркал.Пляшет в окне пламя свечи,И мотылек кружит.Тот, кто узнал тебя, снова молчитИ разрешает жить,Пряча лицо,Что у тебя украл,Свечи зажёг и разбудилСад из кривых зеркал.Снова звучит всё тот же мотив,Ты танцевать устал,Дом твой горит, окна раскрыв,Этого ты и ждал —Рушится дом,Ты ведь играл с огнем!Славно вдвоём, ведь за окномСад из кривых зеркал.В танце идёт время к утру —Кто его пригласил?Кто-то вступил снова в игру,Кто-то упал без сил, —Этот пустякНе остановит бал,Но… что-то не так…,Ветер разбилСад из кривых зеркал!Чуланный блюз
Не запирай меня в чуланеИ не гаси повсюду свет,Не надевай мои ботинкиИ не хами в ответ,Будь со мною нежным.Не подсыпай мне в чашку ядуИ не бросай в меня утюг,Не называй соседа гадомИ не води домой подруг,Будь со мною нежнымНовый год в больнице
Тихо сегодня в больничной палате,Тётя танцует в белом халате,Бродит в снегу белых перьев и пухаДядя с улыбкой от уха до уха,Ветер летает в крахмальной манишке,Ёлка роняет незрелые шишки,Бьются часы в деревянном футляреС жизнью своей не в одном экземпляре,А на окне среди пышных соцветийМухи резвятся как малые дети,Я же слоняюсь ненужною вещью,Но что-то во мне и поет, и скрежещет,Вдруг темнота надо мною нависла,Полная страхов, лишённая смысла,Я лишь спросил: «Почему так стемнело?»Но никому до меня нет дела.Не бойся того, кто сегодня придёт,Он юные души у яблок крадёт,Он юные души у яблок крадёт,Но не бойся того, кто сегодня придёт.В дрожащем саду он гуляет как ночь,Он вторит шуршанию листьев точь-в-точь,Он заморозил дыхание птиц,Все яблоки с дерева падают ниц.Не помня себя, и с собой не в ладу,Они под его танцуют дуду,Они под его танцуют дуду,Но я в этот сад ни за что не пойду!Кто тебе сказал, что твой мир безлюден,Видя в нём тебя одну?Парусный твой флот из дырявых посудинМедленно идёт ко дну.Непосилен груз любопытных взглядовЦелой толпы зевак.Капитан решил, что сегодня надоВыбросить белый флаг.В городе палят изо всех орудий,Чтобы разбудить твой страх.Кто тебе сказал, что твой мир безлюден,Утопив тебя в слезах?Кто-нибудь на помощь всегда прибудет,Нужно лишь подать им знак.Что до капитана – ему не трудноВыбросить белый флаг.Кто-то захотел поиграть с судьбою,Но она в чужих руках.Кто-то захотел говорить с тобою —Смысла нет в его словах.Может, и могло что-то быть иначе,Ты же, как лихой моряк,Выбросил за борт паруса и мачты…И новенький белый флаг.ЗОЛОТАЯ ЗМЕЙКА
Сидя средь ветвей прозрачных,Солнца светом обозначен,Одинок и тих,Я внушал себе тревогу,Я искал к тебе дорогу,Но не мог идти.Ты сидела на скамейкеИ гадала по руке —Тигр или канарейкаПритаился вдалеке?Я пролился тонкой струйкой,Золотой сверкнул чешуйкойВ спутанных ветвях,Ты осталась без движенья,Испытав сердцебиенье,Лишь сказала тихо: «Ах!»Сегодня спущены с цепиТрамваи – псы сторожевые,А мы стоим как неживые,А мы живём как-будто спим.С тех лиц, что к нам обращены,Уже срывает время маски,И это нас вгоняет в краску,Они ж ничуть не смущены.И, друг от друга далеки,Вновь будем мы о стёкла биться,Чтоб им сгорать от любопытства,А нам увянуть от тоски.Наверно, только дураки,Как мы, способны разминуться,Когда так просто дотянутьсяОдним движением руки.Емеля
День покидает свое подземелье,Скоро петух прокричит,Едет по свету друг мой, Емеля,Печка печёт куличи,Взялся собрать в открытые горстиКонец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.