Кровь

Глава первая. Предатели

Кощей вошел в свою крепость и сплюнул прямо на пол.

– Сволочи! – бросил он в пустоту, ни к кому конкретно не обращаясь.

Ветер, блуждавший в огромной скале-замке, разнес это восклицание по всем углам, хлопнув им по всем поверхностям, а их было очень много и все затейливой вычурности. Витиеватые перила, извивающиеся лестницы, каменное основание межэтажных порталов.

– Сволочи! – повторил он тише.

И ветер, подхватив и это слово, поиграл с ним немного, не унося с первого этажа, и выбросил.

– Сволочи… – почти шепотом произнес Кощей.

Ветер даже не удостоил вниманием этот тихий звук. Зачем, если на верхних этажах всё ещё гулял первый звук?

– Предатели! – опять заорал Кощей и подошел к внутреннему порталу.

Ветер уже утих или ему просто перестала нравиться эта игра в подбрасывание слов. Первый раз интересно, второй еще интересно, третий уже не очень, а на четвертый и играть не хочется.

Кощей вступил в портал и оказался на четвертом этаже. На этаже, где находились его личные покои. Не кабинет или приемная, а именно личные покои. Только тут он мог расслабиться и побыть самим собой.

– Чего изволит хозяин? – послышался голос внутренней системы.

Голос был противный, синтетический. Система управления скалой была подключена к голосовым динамикам, и хозяин сам выбрал этот голос из сотен возможных. Кто бы другой, услышав этот тонкий скрежет, заткнул уши, но Кощею он нравился. Бог слышал в нём нотки подчинения. Не мог равный разговаривать таким голосом, только низший Ирод, и это нравилось великому колдуну. Он любил, когда ему подчинялись.

– Ванну! – буркнул бог. – Горячую! И побыстрее!

Нужно было смыть с себя пыль сегодняшнего дня. Еще утром он уже примерял на голову корону вседержителя планеты. Он видел, как его псевды сминают строй за строем сопротивление этих людей. Он ликовал и уже праздновал победу в душе. А тут раз! И ты не только не царь всея планеты, ты никто, без поддержки силы артефакта.

– Предатели! – Кощей снял с себя свой костюм и стал готовиться залезть в кипящую ванну.

А кто? Никто не знал об артефакте, кроме его новых вассалов-колдунов и чародеев из рода человеческого, которые лживо называли себя ведунами и преклоняли перед ним колени. Кто еще смог открыть людям тайну, которую не знали даже преданные псевды? Только приближённые собственной рукой ведуны!

– Предатели! – было жарко, очень жарко, но измененная плоть не могла свариться в таком вареве, а если сделать воду чуть теплее, тело перестанет её чувствовать и не сможет расслабиться.

А кто они еще? Он открыл им глубину их психофизических сил, открыл бездонный и необъятный океан возможностей, откуда можно черпать силу. Он принял их сердцем, чтобы сделать потом элитой своего мира, и какая была благодарность? Предательство! Но этим, видимо, дело не закончится. Без силы артефакта он потеряет власть над иродами, и те не замедлят его предать. На иродов он зла не держал, ведь это всё-таки псевдо-разумные существа. Они больше звери, чем роды. Артефакт давал возможность держать их всех под контролем и направлять их действия. Только он мог их всех объединить и сплотить в единый нерушимый механизм. Сейчас же они все разбредутся и начнут грызться между собой, а не с захватчиками их планеты, с людьми. И, конечно же, выдадут всю информацию о своём бывшем господине.

– Предатели! Мир состоит из предателей, – пробурчал Кощей, уже без крика, нежась в горячей ванне. – В прошлый раз предали, сейчас предали, и в будущем не раз предадут. Такова жизнь.

В прошлый раз это было неожиданно. Он был молод и силён, он был в ударе и наслаждался властью, когда роды, те, кого он не считал даже равными своим слугам, по наущению богов решили свергнуть его власть. Сила Кощея была велика, как, впрочем, и сейчас: ни один колдун этих людишек не мог похвастаться равенством с ним, но на то, чтобы править, одной силы не хватало. Артефакт, дающий ему силу, был надежно спрятан. Он очень хорошо охранялся. Но всегда найдутся недовольные среди приближённых, которые предпочтут чужие обещания в райской жизни реальному куску хлеба, даваемому рукой их хозяина. И такие, конечно же, нашлись. Один из лесовиков показал родам место, леший указал на неприметный дуб, служивший указателем места схрона, один волколак сцапал специально выведенного ирода, в котором был помещен артефакт, ну и дальше родам не составило большого труда достать со дна моря остатки ирода с артефактом и лишить Кощея силы. А кто виноват?

– Предатели! – выплюнул Кощей, и вода в ванне заволновалась от резкого движения его тела, пошла волнами, ударяясь о борта ванны, как волны в шторм бьют о неприступные скалы, с пеной, шумом, брызгами во все стороны.

Ванна расслабляла тело, уставшее многовековое тело, но не могла расслабить мозг. Разум бога понимал, что нужно срочно предпринимать какие-либо действия, ибо он сейчас беззащитен как никогда. Ещё утром он грезил правлением всей планетой безраздельно, а сейчас он никто, одинокий бывший сотрап, за которым скоро должны прийти. Обязательно должны. Одни будут мстить ему за смерти своих близких, другие, невзначай, по своей звериной простоте откроют им местоположение замка, если, конечно, ведуны ещё не открыли. Последние могут сами прийти к бывшему учителю, дабы, уничтожив его, сохранить все его тайны в своих руках и захватить власть над иродами и всей Невридой. Он бы на их месте точно так и поступил. А что? Он до сих пор остается сильнее, чем каждый из них, и даже сильнее двух, а то и трех ведунов разом, но накинуться на него они не двойкой и не тройкой, а всем скопом. И он получит против себя всё, чему их сам учил, надеясь на уничтожение людей их руками.

– Предатели!

Нужно было собираться и уходить. Вряд ли кто-то пожалуёт к нему до завтра, да и завтра тоже вряд ли, но торопиться стоило. Во-первых, нужно понять, куда уходить. У него было ещё несколько схронов поменьше этой скалы, в своё время сделанных для борьбы с родами и богами. Но вот вопрос: какие ещё остались работоспособны? В отличие от замка, сработанного на века, остальные были лишь временными и не строились на длительное пребывание и долгое ожидание своего хозяина. Но и это не главная задача. Он родился на этой планете, он найдёт, где спрятаться в родных местах. Если придётся, он постарается уйти в закрытые доселе небеса. Даже если там боги закрылись от всей планеты, это уже не те боги, что были раньше. Он для них не враг, а странная древняя легенда, не более. Он спокойно сможет спрятаться между ними.

– Предатели, – буркнул Кощей по привычке.

Главной задачей было определить дальнейшие действия. Не получилось добиться своей цели с помощью армии псевдов, нужно найти другой план. А что ещё делать? Пахать землю и выращивать гигантские овощи на продажу, как когда-то в его молодости поступил один из тёмных богов Урфин Сок? Нет, Кощей до этого не опустится, это не его путь.

– И что я сижу и нежусь? – спросил сам у себя Кощей, так как больше некому было.

Он выпрыгнул из ванны и, обтершись, облачился в свой костюм.

– Портал в библиотеку! – крикнул он системе замка.

Голосового помощника он недавно отключил, ибо надоел чертяка со своими очевидными советами и разъяснениями. Кощей никогда не любил, когда его поучают, а если это можно отключить простым голосовым приказом, то грех этим не воспользоваться. Портал недалеко от ванны мигнул красным цветом и снова стал бирюзовым. Видимо, настроился. Кощей шагнул в него и очутился рядом с входом в библиотеку.

– Начинай говорить! – буркнул Кощей.

Когда он отключал помощника, замок кишел иродами и ведунами. Сейчас же тут никого не было, только Кощей и ветер, гуляющий по этажам. Было чуть тоскливо и скучно. Даже существу, как Кощей, проведшему в заточении одиночеством более тысячи лет, принужденное одиночество не говорит о том, что ты его полюбил и готов пребывать в нём всегда. Напротив, долгие годы молчания заставляют ценить любое общение в обычной жизни.

– Что изволите, хозяин? – прозвучал механический голос, словно и не было приказа на молчание.

– Выведи на экран все ссылки на древние артефакты.

– Богов?

– Всех! Любые артефакты, хоть богов, хоть родов, хоть псевдов!

Кощей уселся за монитор в своё кресло и развалился в нём. Пока можно было расслабляться телесно дальше. Сейчас должен работать мозг, а уж потом будет работать тело.

– Выводи потихоньку артефакты и чаю крепкого подай! – скомандовал он голосовому помощнику.

Экран загорелся бирюзовым светом на несколько секунд, а затем выдал первый артефакт.

– Меч-кладенец, – произнёс голос, – артефакт, сконструированный богами для родов, дабы усиливать их физические функции для борьбы с более сильными соперниками.

– Помню, – кивнул Кощей, – один идиот с таким мечом на меня когда-то кидался, земля ему пухом. Дальше, мне это не подходит, не буду же я с таким артефактом один против всех людей выходить. У меня, вроде, мозг ещё не отшибло.

– Копьё-самотык, – продолжал голос выводить на экран артефакты.

– То же самое, следующий!

– Лук-самострел…

– В топку! И какой-нибудь кнут-самохлёст туда же! – стукнул по столешнице Кощей. – Усиливающих орудий не надо, мне они ни к чему, я не собираюсь своими руками этих людишек истреблять. Дальше! И давай партиями.

– Горшок-кашевар, скатерть-самобранка, рог изобилия, Сампо, – невозмутимо продолжал голос.

А чего возмущаться, коли ты синтезированный голос системы управления замком?

– Это что ещё такое?

– Горшок-кашевар – синтезирует определённый вид каши из подходящих ресурсов в неограниченном количестве. Скатерть-самобранка – по голосовой команде синтезирует из доступных ей ресурсов нужные съедобные блюда. Рог изобилия синтезирует еду без запросов, но в соответствии с вложенной в него рецептурой, без вариативности, но в больших объёмах. Сампо – легендарная мельница, способная синтезировать муку любого вида, а также перенастраивать судьбу обладателя на более позитивный лад.

– И как мне это может пригодиться в войне «один против всех»?

Вопрос был риторическим, да и система замка не могла ответить, как и что именно может пригодиться хозяину на войне. Тем более на войне «один против всех». Система замерла, оставив на мониторе предыдущие картинки.

– Дальше крутись! – потребовал пышущий злостью Кощей.

Он, конечно, понимал, что обижаться на пустоголовую и безжизненную систему бессмысленно, но нужно же было как-то пар спустить. Тут больше не на кого.

– Следующая партия артефактов объединяется под названием «специфические транспортные существа и предметы». Сюда входят ковёр-самолёт, сапоги-скороходы, самоезжающая печь, летучий корабль, сивка-бурка, конь-горбунок…

– Дальше, это барахло мне тоже не нужно.

– Травы перечислять?

– Которые одолевают, разрыв-трава, сон-трава и так далее?

– Да, хозяин.

– Пропускай.

– Воды?

– Живая и мёртвая?

– Да.

– Не стоит, я знаю, где их брать, если что. В молодости я с ними много экспериментировал, оттого и живу на этом свете ещё, когда от сверстников даже костей не осталось.

– Миньоны?

– Помощники? Давай.

– Двоё из ларца.

– Это ещё кто?

– Артефакт на основе биологических существ. Минимизирует пищу из доступных ресурсов, но поскольку их в ларце ограниченное количество, то сам эту пищу и утилизирует.

– И зачем тогда нужен вообще этот артефакт? Посмотреть, как пирог печётся, а потом как он исчезает, даже не попробовав его? Это не артефакт получается, а аттракцион безмерной глупости.

– Троё из ларца, – продолжала система.

– Эти чем от предыдущих отличаются? Теперь они ещё хвастаются произведённым в промежутке?

– Исполняют материальные желания по добыче ресурсов, постройке зданий и переносу вещей на расстояние.

– Это оставь в памяти, – кивнул Кощей, – пригодится, когда стану правителем, экономику поднимать. Дальше.

– Утка-сейф. Выглядит как утка, но внутрь можно положить любой подходящий по массе предмет, пригоден для хранения малых, но ценных артефактов.

– Фигня, – отмахнулся Кощей, – я такой использовал в своё время, волколаки их как увидят, так у них голову сносит, охотятся, как на самую лучшую дичь. Её во избежание съедения нужно в сейф класть, а смысл тогда запихивать в утку и потом в сейф, если можно просто в сейф положить? Что ещё есть?

– Яблоко на тарелочке. Показывает происходящее в любой точке планеты.

– Этот тоже отложи, потом может пригодиться.

– Бездонный ларец.

– Вот это прямо очень нужная вещь. Дальше.

– Зеркало правды. Артефакт, воздействующий на живое существо, отнимающий у него возможность врать.

– Отложи туда же, где яблочко на тарелочке.

– Алатырь и философский камень интересуют?

– Нет! – рявкнул Кощей, его утомило это занятие.

– Цветок волколака, превращающий родов в волколаков.

– И на кой оно мне? В Лесу самих волколаков, как собак нерезаных, только смысла от них нет, да и роды повывелись.

– Кровь.

– Что кровь? – удивился Кощей. – У всех есть кровь.

– Изменённая кровь, – уточнил голос.

– Рассказывай, – разрешил хозяин, решив, что это последний артефакт, о котором он послушает, а потом устроит перерыв.

– Изменённая кровь – артефакт с малоизученным воздействием на родов. По предварительным экспериментам, она изменяла кровь родов, усиливая митохондрии таким образом, что они давали намного больше энергии, что повышало ресурсы организма в разы. Также проявлялись сверхъестественные способности, на которые у организма начинало хватать энергии. Побочным эффектом являлось изменение состава крови с обеднением её не только гемоглобином, но и с нехваткой эритроцитов и лейкоцитов, пополнение которых возможно только с употреблением чужой, соответствующей виду крови извне.

– Скомпилируй мне, пожалуйста, все сведения и выдай вывод, – заинтересовавшись, Кощей придвинулся вплотную к столу и уткнул свой не маленький крючковатый нос прямо в монитор.

– При использовании изменённой крови на выходе получаются супербойцы с побочным эффектом потребления крови своего рода.

– То есть если её использовать на волколаках, они будут пить кровь волколаков, роды – родов, а люди – людей?

– Да, – утвердительно ответила система.

– А вот это уже интересно. Не закрывай вкладку!

Кощей отвернулся от монитора и закрыл глаза. Он думал.

– Если люди под воздействием этой Крови будут пить обычную кровь у подобных себе, то они тем самым будут уничтожать их, себе подобных, а значит, последние захотят уничтожить их, – рассуждал бывший бог. – Но так как сила, даваемая этим артефактом для людей, будет фантастической, то найдется немало желающих встать в ряды первых, тем самым увеличивая количество жертв с другой стороны. Они сами уничтожат себя!

Вывод ошеломил и обрадовал Кощея. Он засиял, словно самовар, натёртый заботливой хозяйкой до зеркального блеска.

– Это подходит! – воскликнул он и открыл глаза. – Где это находится?

– Нужны точные координаты? – последовало уточнение.

– Примерный район поиска пока.

– Белоозеро.

– Уже не помню, был ли я там или нет. У меня там есть убежище?

– Есть, замок второй категории.

– Лачуга, – хмуро произнёс Кощей, – ну да, сейчас не время привередничать, любая крыша над головой подойдёт. Портал туда есть?

– Да.

– Отлично, – растянул рот в улыбке Кощей, обнажив свои острые зубы, – тогда расконсервируй тот замок, перекинь туда мои вещи и припасы, а после моего ухода переведёшь координаты того места под мой личный пароль, чтобы кроме меня никто не мог их узнать. Понятно?

– Да, хозяин.

– Действуй.

К вечеру Кощей совсем перебазировался в дальний замок в районе Белоозера. Замком это, правда, назвать было сложно, так, четырёхэтажная хибарка, не более. У любого князя родов дворец поздоровее был. Ну да, сейчас привередливо выбирать не приходилось. Хорошо, что этот есть. Никогда не пригождался, но был в своё время, когда Кощей в силе был, на всякий случай построен. Вот и настал тот случай. А самое скверное, что система управления тут тоже была, но вот голосового помощника не было. Видимо, в своё время он сам счёл это излишеством.

– Мозгов бы мне в ту пору, – хмыкнул Кощей, стоя у портала и ожидая, пока помощник расскажет ему, где его спальня и где кабинет, и вообще произведёт быструю экскурсию по дому.

Но голос молчал за отсутствием такового.

– Только с возрастом понимаешь, что экономить на мелочах бессмысленно, – вздохнул хмуро Кощей, – только вот понимание это уже никому не нужно.

Он огляделся и увидел терминал прямо посреди холла первого этажа.

– Ну, хоть это я догадался продумать, – вздохнул Кощей и отправился к терминалу.

Нужно было хотя бы с его помощью изучить расположение и предназначение комнат, выбрать нужные, отдать команды по поводу еды и проживания. В общем, наладить сначала быт. Комнат оказалось в четырёхэтажном доме не так много. Убежище строили действительно на всякий непредвиденный, на самый крайний случай, когда и такая база за счастье будет. Привыкшему к деспотическому размаху Кощею тут было тесно, но другого варианта не было. Это было самое близкое убежище к месту захоронения артефакта «Истинная кровь», приходилось мириться. Цель оправдывала все лишения, если дело выгорит, то оно всё окупится сторицей.

Судя по информации об артефакте и его исчезновении, он действительно был похоронен. И Кощей предполагал, зная богов, что похоронен со всеми возможными охранительными действиями. Он помнил эту историю. Очень смутно, но помнил. Когда-то давно один из богов решил улучшить родов, сделав их сверхсуществами. Роды болели и умирали, и они просили их исцелить, а лучше всего дать им здоровье, которое позволит жить долго и счастливо, и приносить тем самым больше пользы себе и богам. Роды молились, а, как известно, вода по капле и камень точит. Вот и родовые мольбы дошли до богов. И один из них, Кхааин, если Кощей сейчас точно помнил, решил дать родам сверхздоровье. Долго он проводил эксперименты и пришёл к выводу, что роды болеют и умирают в основном, если не считать войн и несчастных случаев, от болезней, которым с возрастом перестают сопротивляться в должной мере. А ответственен за это энергетический уровень организма, который с возрастом падает. За энергетический уровень в клетках отвечают митохондрии, и именно их он решил улучшить. Точнее, не улучшить, а удвоить. Он создал «Истинную кровь», которая, попадая в кровь пациентов, заменяла собой обычную и начинала действовать. Кровь приносит кислород и нужные вещества в клетки организма, а «Истинная кровь» ещё приносила приказ митохондриям делиться. Две митохондрии в клетке увеличивали энергетический баланс вдвое, и вот тут начинались чудеса. При обычной жизни у рода оставалась куча энергии после всех возможных его действий, а следовательно, её можно было тратить на что-то ещё. Прыжок обычный требует много энергии, так как задействует большие пласты многих мышц, но с учётом её переизбытка организм способен дать эту энергию и даже выдать лишнего, а значит, прыжок станет куда как выше или дальше, а то и одно, и другое разом. После экспериментов на подопытных и показа результатов научное сообщество богов провозгласило Кхааина великим гением и приняло попытку привить «Истинной кровью» первых добровольцев из родов, коих, кстати, нашлось немало. Первое время все были счастливы. Роды показывали свои суперспособности, боги с Кхааином нежились в лучах славы, пока не обнаружили побочный эффект. Оказалось, что «Истинная кровь» заменяла обычную полностью, но не была для этого создана. Она попросту не могла восполняться и регенерироваться, как обычная. Принося клеткам нужные вещества, она теряла свои, и восполнить их была не в силах. Кровь привитых родов теряла эритроциты, лейкоциты и тромбоциты, и другие нужные вещества, отчего организмы начинали изнашиваться, несмотря на сверхспособности и двойной энергетический потенциал. Спасало постоянное переливание крови. Но это касалось тех, кто оставался в стационарах. Многие же пациенты были отпущены на амбулаторное тестирование. Никто не знает, кто первый из привитых родов додумался до этого, но это вскоре стало повсеместным. Привитые роды стали пить кровь собратьев, чтобы восполнить свою. А так как чувство голода заглушало разум, привитые роды выпивали почти всю кровь у своих жертв, что вело к летальному исходу. Имена всех отпущенных привитых родов были известны, их отловили и долго, до самой их долгой смерти, содержали в специальных приёмниках, пытаясь вылечить. А «Истинную кровь» сначала решили уничтожить, но потом оставили, на всякий случай. Кто знает, что будет в будущем? А вдруг богам понадобятся роды с сверхвозможностями? И тогда артефакт захоронили так, чтобы ни у одного желающего, кроме специально допущенных богов, не возникло желание найти его и применить.

– Я постараюсь, – ухмыльнулся Кощей, прочитав на экране историю артефакта.

В информации системы, скачанной, видимо, из самого архива богов, Кощей обнаружил точные координаты места захоронения артефакта. Но портала к нему не было.

– Придётся скакать верхом или идти пешком, – пробурчал он.

От его нового жилища до нужного ему места было около четырёхсот вёрст, и Кощей не хотел идти их пешком. Ехать на коне столько тоже не особо устраивало бывшего бога, но это куда как быстрее пешей прогулки. Четыре сотни вёрст пройти – это целых сто двадцать часов ходьбы, а это пять дней без отдыха, сна и еды. А ещё потом назад вернуться нужно. По самым разумным прикидкам, в которых он себя максимально не щадит, это две недели как минимум. Три – более честный расчёт, а вообще – месяц, не меньше. На коне куда как меньше, но тоже немало. Осталось только выяснить, есть ли тут какие-либо скакуны.

Скакун нашёлся, правда, синтетический. С другой стороны, кто оставит в стойле живых на базе, построенной на всякий случай? Во-первых, скакун столько не проживёт, сколько прошло времени с момента постройки до первого дня эксплуатации. А если оставлять табун на разведение, чтобы они постоянно заменялись, то тут такую прорву обслуживающего персонала оставлять нужно было, что ни о какой маскировке и секретности речи и быть не может.

– Лучше уж синтетический, чем пешком, – здраво рассудил Кощей и дал системе приказ включить коня и подготовить его к походу.

Конь был под стать седоку. Чёрный, как вороново крыло тёмной безлунной ночью. Худой до треска выпирающих рёбер и сочленений костей. Весь утыканный торчащими наружу колючками, с облачённой в неприглядный намордник мордой и горящими жарким огнём глазами. Ночью во сне привидится, подушкой не отмашешься. Явно синтетический, природа таких не рождает, только бог мог это самолично сотворить. Он когда-то и сотворил этого монстра, а теперь сам и поедет на нём.

Сам Кощей сменил свой приметный наряд, примелькавшийся у иродов и людей, и оделся более скромно. Ну, как ему казалось. Доспех его теперь не имел стандартного для него огромного количества колючек, а был просто обычным доспехом, но опять же, цвета воронёной стали. Поверх доспеха была наброшена чёрная рубаха почти до пят, а в рукавах до локтя, да притом ещё и с капюшоном, прикрывающим весь шлем, кроме железной маски. Выглядел он не так, как раньше, но вряд ли при встрече с ним кто-либо его не узнал бы, кроме него никто в такое не облачается на всей планете.

– Вперёд, навстречу приключениям, – прошептал Кощей и выехал из ворот своего нового замка на вороном синтетическом коне.

Глава вторая. Пещера

Дорога лежала под ногами коня легко и непринуждённо. Кощея никто не трогал. Сюда, на Белоозеро, не докатилась волна мобилизации, когда он собирал войско, да и действие артефакта не сильно распространялось, так что псевды тут были скорее ближе к зверям, чем к родам. А любой зверь нутром чувствует, с кем стоит связываться, а с кем нет. Кощей не только выглядел опасно, он и ощущался опасно на психофизическом уровне. Псевды были созданы на подобие родов и все имеют хоть небольшую, но толику психофизических сил. Именно они помогали им почувствовать в Кощее противника, намного превосходящего их. Да, он потерял усилитель своих способностей, но это не сделало его из бога родом – это никак не уменьшило количество его врождённых психофизических сил. Звери тоже что-то чувствовали и потому не стремились на него нападать. Кощей ехал по лесу как по магистрали, со скоростью, которую хотел, и без остановок перед перебегающими дорогу пешеходами. Тем более его конь был синтетическим, с заложенной внедорожной программой, и мог пройти по любому ландшафту в любое время суток. Ночью огненные глаза работали не хуже, а даже лучше, любых использованных людьми фар.

Вход в хранилище пришлось искать. Если раньше это был хорошо заметный издалека бункер с видимой издалека системой принудительной вентиляции, то сейчас всё здесь засыпано землёй и заросло бурьяном. Как ни странно, но земля, по которой ходят роды, ироды и люди, и он в том числе сейчас, состоит из тектонических плит, которые бесконечно движутся и трутся между собой, отчего возникает невидимая глазу пыль, переносимая ветрами по определённому кругу. Также плиты истончают магмой, булькающей под ними, и выходящей через жерла вулканов то лавой, то золой, то той же пылью. Всё это приводит к круговороту земной пыли и камней в мире. Плиты истончаются, но оседающая на них пыль снова восстанавливает их толщину, правда, покрывая под собою брошенные предметы. Так рождаются археологические пласты, уровни и слои. Нет, когда жили древние роды, они не жили ниже своих потомков на пару метров, и диаметр планеты не был меньше – просто плита эта истончилась и ушла чуть глубже в магму, а сверху на неё напала пыль, похоронив под собой всё оставленное разумными и животными. По миллиметру, а то и менее в год, незаметно для глаза, а изменения происходят. И вот бункер, хорошо видимый много столетий назад, теперь стоял перед Кощеем неприметным поросшим растительностью курганом.