Барышня для Дровосека

Глава 1

— Люсь, иди переоденься и отнеси соседу корм, я там травы надергала. Его курочкам будет полезно, — командует бабушка.

— Я только приехала. Папа не успел отъехать, а ты уже запрягаешь. Притормози, дай отдохнуть, — потягиваюсь и улыбаюсь.

— Отдохнешь. Но потом, а сейчас нужно помочь, — продолжает настаивать она.

— Ба, да как я ему буду помогать? Сам справится…

— Руками, Люся, руками! Он мне кран чинит, а ты ему с курами помоги. Не обломишься. — ворчит бабуля.

— Мой маник стоит пять тысяч! Мои ручки для этого не созданы! И вообще, я отдыхать приехала, напитываться силой природы. А не грязь месить… — возмущаюсь и слышу, как дверь скрипит за спиной.

В дом входит мужчина, бородатый, крепкий, под самый потолок. Мой рот автоматически закрывается, а слова застревают в горле. Вот это громила...

— Клавдия Семеновна. Кран на улице починил, — он осматривает меня с ног до головы и отводит взгляд, будто я ему неинтересна. — Если не хочет вам помогать, может, отдадите мне ее на перевоспитания?

Чего-о-о? Это кто кого еще перевоспитает, дровосек неотесанный! Я ему покажу!

— Хочет, Леш, хочет, — я перевожу взгляд на бабулю и отрицательно машу головой. Не хочу. Искренне и от всего сердца.

Я приехала сюда, чтобы после тяжелой сессии отдохнуть, на речке купаться, а не вникать в деревенскую жизнь.

— Пойдем, барышня. Отведу тебя в курятник. Покажу, как птицы выглядят. А то, наверное, никогда в жизни не видела их в перьях…

— Да и без перьев тоже. Это вредное мясо. От него прыщи по коже, — гордо заявляю.

Он усмехается и открывает дверь. Стоит и смотрит прямо на меня, давит своим взглядом, будто я букашка, а он слон. И ведь работает. Я вздыхаю и, закатив глаза, иду.

— Даже не будешь переодеваться? — иронично спрашивает и улыбается.

Я осматриваю голые ноги в белых джинсовых шортах и в тон шлепках, голубую рубашку и не понимаю, что ему не нравится.

— Идем, быстрее отнесу и буду отдыхать. — Прохожу мимо и, не удержавшись, обзываю его: — Дровосек. Взрослый мужик, а всё девушек напрягает.

Выхожу во двор и вижу ведро с травой. Беру его в руки, и на вес оно не такое легкое, как казалось.

Дровосек проходит мимо меня и выходит за калитку. Солнышко палит нещадно. Ветерок обдувает голые ноги, и хочется бросить всё да пойти к прохладной водичке. Но засматриваюсь на мужчину.

Он высокий, бородатый, профиль выточенный, губки пухленькие. Красивый мужик, ему бы моделью быть, костюмы рекламировать или, например, барбершоп. Но не в деревне жить и скотину держать.

— Мужиков никогда не видела? — спрашивает он и опять лениво осматривает меня.

— Видела, и получше, — огрызаюсь. — У меня, между прочим, и ухажер есть… покруче тебя…

Не знаю, для чего ляпаю про Матвея, хоть мы с ним просто дружим. Ну целовались пару раз, но это ради прикола, а не из-за глубоких чувств. Но хочется утереть этому насыщенному мужлану нос, чтобы не смотрел так пренебрежительно.

— Холеный, с намалеванной рожей и в обтягивающих лосинах? — издевается в открытую, а у меня всё внутри начинает подгорать от его хамства.

— Нет, в деловом костюме, на спорткаре и с дорогими часами. И с манерами аристократа. Он бы никогда не позволил девушке нести тяжелое ведро, — утираю ему нос, и тот лишь усмехается.

— А откуда у такого делового ведра?

Я сжимаю зубы до скрежета и пальцы в кулаки, что даже ручка на ведре слегка скрипит.

— Не пыхти, уже пришли. — Он открывает калитку, и я оглядываюсь.

Домик из деревянного бруса. Ухоженный, дорожки в плитке, а по бокам трава, но аккуратно подстриженная. Сбоку небольшая постройка с огромными воротами, похожа на гараж. Но он ведет меня всё дальше, в глубь своего участка.

— Будешь приносить курам траву, желательно до восьми утра, потом они начинают нестись. Их домик в конце участка, — указывает он на реальный домик, с окошками из такого же бруса, как и дом. Только он огорожен еще двухметровой сеткой.

Красиво и странно. В моем представлении курятник — это что-то типа хижины. А тут хоромы.

— Надо — сам придешь и заберешь. Это разовая акция, — гордо вздрагиваю подбородком и походкой от бедра иду к курятнику.

— Аккуратно, Петя не любит напыщенных…

— Вот и не суйся к ним, — отвечаю ему и вертя попой иду дальше.

Тоже мне советчик.

Невольно любуюсь пейзажем, которыми окружена наша деревня. Все же это потрясающее место: и холмы, и леса, всё в гармонии. Я бы тут жила только из-за воздуха, в Москве такой роскоши нет. Всё застроено высотками.

Подхожу к сетке и открываю что-то вроде двери. Захожу и вижу того самого Петю. Он вальяжно направляется ко мне, и внутри всё холодеет. Я едва успеваю высыпать ведро с травой, как на меня летит это чудо и громко кукарекает.

— Аа-а-а-а, — визжу, как сумасшедшая, потому что вид у этого петуха слишком свирепый.

От испуга кидаю в него ведро. Но это его не останавливает. Он машет своими крыльями, подлетает ко мне и клюет в палец на ноге. Чувствую, что земля уходит из-под ног, но упасть мне не дает неведомая сила.

Огромная лапища обхватывает меня под грудью и дергает вверх. В воздухе переворачиваюсь и обхватываю его шею руками, а ногами торс, прижимаюсь так близко, чувствуя бешено бьющееся сердце.

— Это исчадие ада. Заруби его!

Мы выходим из клетки, но я так и не отпускаю этого громилу из своих объятий. Даже вынюхиваю и чувствую насыщенный древесно-смолистый аромат с туманно-мускусным оттенком.

Точно дровосек.

— Может, слезешь уже с меня? Опасность миновала, — его ладонь ложится на мою пятую точку и поправляет чуть выше. Я оказываюсь напротив его лица и задерживаю дыхание, а затем медленно выдыхаю.

— Он мне палец пробил, надо обработать, неси меня в дом! — шиплю ему, поражаясь своей реакции.

Это я что? На нем повисла?

— Не боишься?

— Ну ты же не петух, клеваться не станешь…

Усмехаюсь и чувствую, как его грудь вздымается. Он набирает в легкие много воздуха, что между нами и миллиметра не остается. От такого резкого нарушения моих личных границ накачанным и красивым мужчиной напрягаются соски и мурашки покрывают руки.

Реакция понятная. Но это странно ощущать к деревенскому мужлану, который и жизни нормальной не видел.

А он чувствует, как трусь о его грудь своими горошинками. Внизу живота начинает разгораться возбуждение и томительно потягивать. Воображение рисует красочные картинки, но я отворачиваю голову в бок, и Дровосек заносит меня в свое логово.

Разувается и только потом проходит в зал.

Скидывает на диван, что я подпрыгиваю на мягкой обивке и хватаюсь за подлокотник, чтобы не свалиться.

— А понежнее? Я все же девочка…

А он разворачивается и скрывается за дверью справа от меня.

— Кровью пол не испачкай, мыть заставлю… — слышу его раскатистый бас, и внутри все откликается на его слова.

Меня возбуждает его строгость и природная брутальность. Без игр и фальши. И это нереально заводит. Он прав, таких я еще не встречала. Интересно, а у него кто-то есть? Надо у бабули спросить.

— Только после печати в паспорте, — улыбаюсь, когда он входит с пузырьком, ватой и зеленкой.

Он садится передо мной на колени и заливает перекисью рану, аккуратно вытирая кровь. Он такой большой и сильный, но держит ногу очень аккуратно, и все движения легкие, будто пёрышко касается моих пальчиков.

— Избалованные барышни не в моем вкусе. Завтра к восьми с ведром. А теперь свободна. — Он встает и исчезает за входной дверью.

Злость внутри прорывается наружу.

— Я не в твоем вкусе? Проверим, как долго ты продержишься, — усмехаюсь и аккуратно встаю с дивана, надеваю шлепки и иду на выход.

Игра начинается. А этот отпуск становится все интереснее и интереснее.

Глава 2

Глава 2

Когда я выхожу на улицу, вокруг уже никого.

Оглядываюсь и делаю глубокий вдох. Боже, этот отпуск мне уже нравится. Вот кому-то подавай моря и океаны, а мне и этого достаточно. Особенно после того, как я чуть сессию не завалила, то была рада, что уеду к бабуле, пока родители не успокоятся.

Слегка прихрамывая, иду к калитке, но Дровосека нигде не видно. И куда он так быстро сбежал от меня? Может, в душ?

Внизу живота томительно потянуло. Ну вот зачем я об этом подумала? А если он и правда там закрылся и намыливает свое мощное тело? Я же чувствовала его кубики пресса. Упругую задницу.

Так.

Похоже, мне теперь нужен холодный душ.

Я встряхиваю копной рыжеватых волос, отгоняя непрошеные мысли. Не хватало ещё о таком думать! Главная игра, а вот влюбляться пускай он будет. Мое дело показать, что не стоит зарекаться и сразу вести себя, как неотесанный мужик.

Я выхожу за калитку и направилась к дому бабушки. На улице тихо и спокойно. Солнце уже начинало сильно палить, на небе ни единого облачка. Я иду по тропинке, наслаждаясь свежим воздухом и красотой природы.

Когда я подхожу, бабушка уже ждёт меня у двери. Она улыбается и щурится как-то странно:

— Ну что, как прошло знакомство?

— Отлично, — ответила я. — А у Дровосека есть кто-то? — сразу спрашиваю, дабы избежать неловкости.

— Нет. Люсь, ты бы хвост поджала бы. Он хороший, а ты испортишь мне парня.

— Ой, бабуль! Он сам тот еще индюк. Сказал, что я не в его вкусе! Представляешь!

— Правда? — Она улыбается и садится на лавку. — А ты ему что?

— А не успела ничего сказать, точнее, сказала, но он не услышал. Пообещала, что покажу ему еще. Будет бегать за мной.

— Люсь. Успокойся. Он работает днями и ночами. Не лезла бы ты к нему. А то гляди, и сама потом соседкой моей станешь. Надо оно тебе?

— Нет, но разнообразить отпуск романтиком можно. Я молодая, хочу погулять и порезвиться. Курортный роман заведу. Точно…

Бабуля заливисто смеется, и меня это злит.

— Не веришь? А вот и тебе докажу, что он будет за мной бегать.

Прохожу мимо нее в дом и иду за купальником. Тут рядом база отдыха, там клевый пляж и озеро. Пойду позагораю.

Переодеваюсь в свой купальник, беру парео и шляпу. Кидаю сменные шорты и футболку в сумку и крем от палящего солнца. Надеваю очки на нос и выхожу.

— Пойду на пляж, возьму велик и приеду через пару часиков. Не теряй.

Бабушка кивает, но продолжает улыбаться:

— Встретишь Лёшу, позови его на ужин. Скажи, что я пирожки его любимые в благодарность напеку.

— Ба, ты у меня золото. — Я сияю, как начищенная монета.

Прыгаю на велосипед и выезжаю на дорогу.

Как она ловко придумала. Тут я подкачу и румяными булочками угощу.

До пляжа пара километров. Самое то и прогулка, и спорт, попу подкачаю. Вижу вдалеке Дровосека, и улыбка становится шире. Боже, да это просто подарок судьбы. А он куда идет? Тоже на пляж? Снимаю с себя парео, остаюсь в одном купальнике. Бикини смотрится на мне сногсшибательно. Дровосек точно не устоит. Слегка разгоняюсь и, как только между нами остается не больше ста метров, слегка притормаживаю. Он оглядывается, и его взгляд быстро осматривает меня.

— А почему пешком? — улыбаюсь я, соблазнительно изгибаясь.

Он медленно ведет взглядом, но безразлично отводит в сторону.

Эй, это нормально? Молчать на мои слова…

— Игнорировать красивую девушку вообще-то законом запрещено!

— Увижу красивую — не буду, — отвечает Дровосек, и у меня челюсть отпадает вниз.

— Хам, — рявкаю на него и начинаю разгоняться.

Да пошел он к черту! Возомнил из себя царя. Некрасивая я, видите ли… А кто ему красивая? Доярка? Или пастушка?

Вижу поворот на дом отдыха, хочу повернуть, но что-то не так. Тормоза не срабатывают, и я несусь прямо в траву.

— Да что вообще происходит? — кричу во весь голос, опускаю ногу, чтобы хоть немного притормозить.

— Прыгай прямо в траву, — слышу крик Дровосека и делаю огромную ошибку.

Поворачиваюсь и отвечаю ему:

— Да пошел ты!

Шлепок слетает, и я прямиком лечу в ту самую траву, как говорил Дровосек.

Жмурюсь, но на странность приземлюсь мягко. Только попа начинает дико гореть.

— Жива? — спрашивает Дровосек, наклоняясь надо мной.

Глава 3

Глава 3

— Больно, — тихо говорю, и Дровосек подхватывает и поднимает с земли.

— Где болит? — Он садится передо мной на колени и рукой ведет по внутренней стороне бедра.

Задница горит, но от его прикосновения появляются мурашки, а он будто не замечает того. Обхватывает ножку одной лапищей, и пальцы почти смыкаются вокруг. Интересно, что у него в штанах, если ладонь такая огромная, — дыхание перехватывает, и меня опять несет совершенно не в ту сторону.

— Я в крапиву упала, — тихо отвечаю и чувствую, как мой голос вибрирует. Поворачиваюсь к нему пятой точкой и задираю трусики, слегка оголяясь. — Сильно?

С грустью в голосе спрашиваю, а сама наблюдаю за его реакцией. Он смотрит на мою попу, и его кадык дергается. Я ему точно нравлюсь. Чувствую всеми фибрами. Его аура будто загорается красным цветом, и жар исходит такой мощный, что меня накрывает диким возбуждением.

— До свадьбы заживет. — Его голос так же играет легкой вибрацией.

Но он поднимается и равняется со мной.

— Бабуля приглашает на ужин в благодарность за починенный кран. Просила передать.

Смотрю прямо ему в глаза, и так хочется запустить руку в его волосы, запрыгнуть и поваляться с ним в высокой траве.

Так. Мне срочно нужно сбросить напряжение. Поплавать, покрутить педали у велосипеда, а не стоять рядом с ходячим сексом. Который еще делает вид, что я ему безразлична. А у самого, очевидно, в штанах все дымится…

— Передай ей, что обязательно приду, а теперь свободна. — Второй раз он уже указывает мне как рабочему персоналу.

— Я вообще-то на пляж. Хочу загорать, плавать. Я все же в отпуске.

Наклоняюсь, и при этом сексуально стараюсь выгнуться, как кошечка. Поднимаю велосипед с сумкой, и перекидываю ногу через раму. Дровосек смотрит на меня, и такое ощущение, что хочет что-то сказать, но молчит.

Вот деревенщина.

Поправляю сумку на плече и отталкиваюсь от земли, и велосипед начинает катиться. Хочу присесть, но стоит моей пятой точке слегка коснуться сидения, как острая жгучая боль пронзает, и приходится дернуться, отчего руль слегка ведет.

— Я бы на твоем месте домой поехал, — говорит Дровосек слегка хрипловато.

Не могу упустить момент, медленно оборачиваюсь и улыбаюсь:

— А я бы на твоем помазала бы кремом ушибленное место, помогла бы девушке.

Подмигиваю, не дождавшись ответа, разворачиваюсь и набираю скорость. Неужели у меня получилось его подколоть? На сердце радостно, и даже боль в пятой точке не так тревожит. Заезжаю на пляж и удивляюсь. Тут и правда всё изменилось. Вокруг песок, лежаки и даже беседки стоят.

Хозяин отеля нехило так вложился в оборудование этого места. Хоть оно и не входит в территорию отеля, но он любезно сделал подарок местным обитателям деревни. До самого отеля еще километра два ехать. Вокруг лес. Поэтому не так много людей вокруг. Лишь единицы, которые любят уединение.

Достаю полотенце и кладу на лежак. Осматриваю место боевой травмы. Очаг поражения не так велик, поэтому поправляю купальник и бегу к воде. Слишком жарко, слишком душно, особенно после прикосновения Дровосека.

Вода приятно охлаждает, и я расслабляюсь. Проплываю несколько раз и ложусь звездочкой животом кверху. Кайф. Тишина. Глаза открывать не хочется. Вечность бы так лежала.

Где-то далеко слышу, как кто-то плюхается в воду, и меня обхватывает чья-то лапища.

— А-а-а-а, ты кто? Отпусти, — кричу и стараюсь отмахнуться.

Взгляд фокусируется на человеке, и это Дровосек.

— Ты какого хрена молчишь? Я думал, что тебе плохо стало. — Он продолжает крепко удерживать меня.

Глубоко дышу от испытанного шока и сама стараюсь удержаться на воде, водя руками и ногами в разные стороны.

— Я просто отдыхала, — успокоившись, отвечаю и задеваю его ногу своей и пугаюсь.

Перестаю ими водить и тут же скрываюсь под водой. Дровосек притягивает к себе, близко прижимает к своему телу.

Я обхватываю его торс ногами и прижимаюсь к его достоинству. Боже… Оно уже приветствует меня и готово к приключениям…

Мы смотрим друг на друга. Под моими пальцами бугрятся его мышцы. А внутри меня всё дрожит от предвкушения жарких каникул.

Он нереально крутой.

Делаю легкую волну, почти незаметную, скользя по нему, чтоб почувствовать его размер, мощность и безграничную силу. Ощущаю, как покалывает между ног и в груди распирает от возбуждения. Щеки начинают гореть, и дыхание перехватывает.

— Уже и звездочкой полежать нельзя? — шепчу почти ему в губы и перевожу взгляд с них на его глаза.

Его слегка коричневые глаза цвета меда почти исчезли, зрачок расширился и заполнил почти всю радужку. Но он молчит. Делает шаг, и я прижимаюсь к его члену, такому упругому и твердому. Всё внизу начинает гореть диким пламенем. Мое напряжение достигает пика, а у Дровосека глаза горят, мускулы напряжены. Я скольжу вверх-вниз по его достоинству и представляю, как он уже входит в меня во всю длину. Как целует и жадно сжимает соски. Сама толкаясь бедрами к нему навстречу, прикусываю губы, сдерживая стон от возбуждения, упрямо смотря прямо в глаза. Но он выходит из воды. Чувствую, как спину начинает обдувать ветерком, и мурашки появляются на моем теле.

Но он словно глыба льда. Но глаза выдают с потрохами. Там словно война, и воздух электризуется между нами.

Дровосек выходит из воды и вытаскивает меня на сушу. Неохотно спускаю ноги и встаю на горячий песок.

— Я могла и сама выйти из воды, — бурчу под нос.

— С твоим везением — сомневаюсь, — отвечает он мне и отходит от меня.

Он поднимает футболку, надевает шлепки и удаляется в сторону леса. Я провожаю его упругую задницу взглядом и кусаю губы. Козел!

Ну как можно так?

Я же чувствовала его желание. Четкое. Яркое. У меня до сих пор распирающее чувство между ног от его достоинства и толчков. А он идет расслабленно и даже не оглядывается.

Я ему покажу вечером.

Или он не по девочкам? Хотя вряд ли… Сажусь на шезлонг и закрываю глаза. Мозги плавятся, а внизу живота так и тянет от неудовлетворения. Расслабиться бы самой, но уже не хочется пользоваться игрушками.

Я его хочу.

И его отказ от меня, как красная тряпка для быка. Дико бесит, до дрожи в коленях и скрежета зубов.

Он точно будет моим! Это я уже себе обещаю.

Телефон разрывается в сумке, и я неохотно лезу за ним. Звонит подружка София, неужели она все-таки сдала сессию?

— Привет, курочка, — улыбаюсь и растягиваюсь на шезлонге.

— Привет, Пепочка, — радостно отвечает она. — Я всё сдала. Но моря мне не видать, но уговорила папу на базу отдыха. Поэтому я приняла решение и поеду к тебе на лето! Как идея?

В голове сразу начинают работать шестеренки. Обожаю ее. Внутри всё начинает трепетать от радости.

— Та-а-а-ак, мне это уже нравится, — сообщаю ей.

— Я забила в Интернете и знаю, что возле твоего дома там есть зеленая база. Отзывы крутые, развлечения тоже на уровне. Поэтому устрою Мальдивы рядом с тобой. Номер уже забронировала, поэтому жди, завтра буду там. Встретишь меня?

— Конечно, там вроде бы заселение в двенадцать, прилечу на велике к тебе, пойдем загорать и купаться.

— Да, отличный план. До завтра, Пепочка. Люблю.

Она сбрасывает вызов, и я улыбаюсь.

Так. Главное, Дровосека своего не показывать. А то я знаю курочку, она любит огромных, здоровенных. И ни стыда ни совести у нее нет, захомутает и даже глазом не моргнет. Будем встречаться на ее территории. Он точно в отеле не будет ошиваться.

Пару часов еще валяюсь на солнышке, грею свои косточки, купаюсь и обсыхаю. Смотрю на часы, время почти пять, нужно собираться и ехать обратно. Помогу бабушке приготовить ужин и наряжусь для своего Дровосека.

Надеюсь, звезды будут на моей стороне и он все-таки обратит на меня свое внимание.

Глава 4

Глава 4

— Ба, что мы будем готовить? — Я залетаю в дом и вижу, как она замешивает тесто.

— Люсь, сейчас пирогов напечем с яйцом и зеленью. Картошку отварим с маслицем и укропчиком и курочку в печи? И огурчики малосольные достанем.

— А индейки нет?

— Нет. — Она усмехается, и я прикусываю губу.

Не ем я курицу.

— Давай я тогда для себя просто салатик сделаю? Вы там курицу жирную поедите, а я…

— Люсь, у тебя одни кожа да кости, даже ухватиться не за что. Совсем сухая…

— Ба-а-а-а-а, это нравится…

— Костями мужика не завлечь, — смеется она, перебивая меня, и я смотрю на себя.

— Мне так комфортно, а Леше я нравлюсь. Вижу, чувствую. Просто он дикий какой-то… А что он любит? Знаешь? Как он вообще тут оказался? Вроде бы молодой…

— Да он приехал года три назад сюда, а потом остался. Бабы поговаривают, что с женой развелся и сбежал от нее в глушь.

— Тяжелый случай.

Сажусь за стол и начинаю чистить яйца.

Теперь понятно, почему он отстраняется от меня. Может, она ему больно сделала и теперь от городских отстраняется. Но для меня эта стена непрочная. Я ее пробью.

Мы укутываем тесто в начинку и складываем на противень. Чищу картошку и мариную курицу, так же засовываю ее в печь. Бабуля для меня принесла овощи с грядки.

— Иди собирайся. Только, Люсь, если для тебя это просто игра, то лучше не лезь к нему. Он хороший парень, работящий, приличный…

— Ага, приличный. И в нем демоны плещутся. Просто, бабуль, ты о них еще не знаешь.

Она осуждающе выдыхает, но я больше ничего не хочу говорить.

Я чувствовала, как он меня трогает. Видела его горящий взгляд. Он хочет меня. И если мы проведем вместе каникулы, ничего в этом плохого нет. Замуж мне еще рано, впереди еще два года обучения. Мне нравится моя будущая профессия, и я хочу заниматься дизайном. Но замуж пока не хочу.

Иду в комнату и начинаю приводить себя в порядок. Ополаскиваюсь под душем и высушиваю голову, наношу макияж, легкий, нюдовый, натуральный. Выбираю легкий белый сарафан и надеваю его без белья. Внутри все вибрирует от предвкушения.

Мне хочется разрушить эту стену. И сейчас я полностью вооружена, а скоро будет он безоружен.

— Клавдия Семеновна, добрый вечер, — слышу голос своего Дровосека, и внутри начинает дрожать.

Каждую клеточку будто покалывает маленькими иголочками, и дышать становится сложнее.

Еще раз осматриваю себя и выхожу из комнаты.

Дровосек стоит в дверном проёме, такой же высокий и широкоплечий, как и всегда. Но что-то в нём изменилось: стал мягче, а на губах играет лёгкая улыбка. Он переводит взгляд на меня. А из его глаз летят искорки.

Черт!

Меня словно окатывает ледяной водой, и дыхание спирает.

— Проходи, Лешечка, Люсик, иди помоги мне, — просит бабуля, и я улыбаюсь.

Прохожу мимо него и делаю глубокий вдох, и чувствую древесный аромат, который проникает под кожу. И внизу живота волнительно покалывает.

— Рада снова вас видеть, — тихо говорю ему и подмигиваю.

Он улыбается мне в ответ, и я чувствую, как моё сердце начинает биться быстрее. Я стараюсь не показывать своего волнения и захожу на кухню. Спину будто обдает жаром. Я понимаю, что он смотрит на меня. И это будоражит.

Блин, как высидеть тут и не ляпнуть чего-то при бабуле?

Потому что так и хочется его поддеть, пофлиртовать и опять закуситься с ним словесно.