В ловушке чужой игры

Новые социальные роли

Встать около 6 утра в первый учебный день оказалось несложно. Я сама проснулась за несколько минут до будильника. В других обстоятельствах предпочла бы доспать драгоценные минутки, но сейчас решила не тратить время.

Непонятный комментарий Стаса относительно пижамы задел меня. Раньше я бы без раздумий натянула первую попавшуюся толстовку и оверсайз брюки, но сегодня, в первый учебный день, я выбрала укороченные джинсы, белую майку на тонких лямках и розовую клетчатую рубашку с длинным рукавом. Она была велика мне на несколько размеров, но все равно смотрелась лучше, чем большая часть привезенного гардероба. Макияжем я обычно не увлекалась, подкрашивая ресницы обыкновенной черной тушью. Была еще гигиеническая помада, но ей я пользовалась только с целью избежать трещин на губах.

Покидав в рюкзак несколько тетрадок и документы, я уже собиралась спускаться, но мельком бросила взгляд на градусник за окном. +10! Округлив глаза от изумления, я вынула из комода ветровку и без раздумий натянула ее, застегнувшись до самого подбородка.

Дорога до института заняла около 40 минут. Я не спеша брела по улочкам под драматичные песни Evanescence и следовала подсказкам навигатора, чтобы не заблудиться. Маршрут оказался несложным, но я перестраховалась и не выключала карты, пока не увидела корпус гуманитарного факультета. В воздухе ощущалась осень: ветер был слишком холодным, а солнце светило как-то иначе.

Студенческий городок располагался в южной части города. Учебные корпуса выглядели абсолютно по-разному, но находились близко друг к другу. Мой корпус был трехэтажным и самым новым – гуманитарное направление здесь открыли позже всех, а изначально университет был политехническим и выпускал исключительно инженеров.

Факультет журналистики занимал 1 этаж. Охранник без проблем пустила меня по паспорту, но напомнила о необходимости скорее оформить студенческий билет.

Аудитория была небольшой и походила на обычный школьный класс. Раскладывающаяся доска, карта мира в самом конце. Не хватало, разве что, портретов каких-нибудь ученых. Я зашла внутрь и обнаружила несколько парней и девушек, зевающих изо всех сил.

— Всем доброе утро, — как можно доброжелательнее произнесла я.

— Привет, — воскликнула длинноволосая блондинка с первой парты. – Ты же Саша, да?

— Да, очень приятно, — я улыбнулась.

— А я Рита – староста группы.

— О, ты уже тут, — услышала я женский голос позади, обернулась и увидела Свету, которая схватила меня под руку и потащила к первому ряду у окна.

Мы заняли вторую парту, и я стала наблюдать за новыми однокурсниками. Риту я запомнила, это было не сложно. Девушка выделялась стильной одеждой и ухоженными волосами, которые спускались ниже пояса. Косметикой Рита явно пользовалась профессионально, но при этом выглядела гармонично – без перебора. Рядом с ней сидела ее точная копия, и я несколько минут всматривалась, чтобы убедиться в существовании различий между соседками по парте.

Мои размышления прервал звонок, с которым в аудиторию зашли еще несколько девушек. Запоминать так много людей сразу было абсолютно бесполезно, и я сосредоточилась на своей соседке, надеясь со временем идентифицировать всех студентов группы.

Преподавателем английского языка оказалась невысокая молодая девушка с темными волосами. Она стремительно прошагала к столу с кипой бумаг в руках. Лицо с мелкими чертами лица было сосредоточенным, а все движения – резкими.

Оксана Петровна была куратором нашей группы. Как я позже узнала от Светы, она защитила кандидатскую всего несколько лет назад и была лингвистом. Все свободное время преподаватель подрабатывала репетитором, а на кафедре вела сразу несколько дисциплин.

— Ну что, бобрики мои, — бодро произнесла девушка и улыбнулась, – первое занятие в понедельник – и уже в 7.45. Классно я вам расписание составила?

Студенты вяло засмеялись, но ничего не сказали. Преподаватель излучала оптимизм с такой силой, что говорить ей что-то неприятное или колкое было практически невозможным.

Пара прошла в позитивном ключе. Оксана Петровна представила меня группе, а затем предложила пообщаться на английском языке. Я коротко рассказала о себе и ответила на несколько вопросов. Мои разговорные навыки были не идеальными, но их оказалось достаточно, чтобы сформулировать все необходимое.

Преподаватель поболтала с другими ребятами о летних каникулах, рассказала, что весь август она провела на даче в компании грядок, а затем занималась обработкой урожая – варила компоты, солила огурцы и помидоры.

За непринужденной беседой, хоть и на другом языке, занятие прошло очень быстро. В первый учебный день девушка сжалилась над нами и отпустила без домашнего задания. Студенты восприняли такое начало года радостным улюлюканьем.

Следующая пара проходила в соседней аудитории. Технику и технологию СМИ, а именно радиовещание, вела та самая женщина с экстремально короткой стрижкой, на которую я обратила внимание, когда изучала страницу кафедры в интернете. В этом семестре нам предстояло изучить историю радио, познакомиться с принципами работы разных микрофонов и аудиоустройств для записи, а также разобраться с работой в специальной программе.

Анна Владимировна, как и ее коллега, не торопилась сразу погружать нас в учебный процесс и первую половину пары просто болтала со студентами. Напряжение, с которым я шла на первые занятия, постепенно спадало – атмосфера здесь была довольно приятной и даже в какой-то степени «домашней».

Звонок с пары снова застал нас врасплох, и мы со Светой поспешили собрать вещи для перехода в следующую аудиторию.

— Орлова, давай в деканат за студаком, кабанчиком, — Оксана Петровна поймала меня за локоть и безапеляционно кивнула на лестницу.

До начала следующей пары оставалось 20 минут, и я была уверена, что забрать корочку не займет много времени.

Вывод оказался явно преждевременным: у двери деканата толпились десятки студентов, обойти которых не было никакой возможности. Я не любила опаздывать и нервно грызла губу в ожидании своей очереди. Оказалось, что внутри работала только одна ассистентка вместо трех, поэтому решение вопросов сильно замедлилось. Звонок на последнюю пару прозвенел, когда я наконец взяла в руки долгожданный студенческий билет, и опрометью бросилась обратно к лестнице.

В холле первого этажа уже никого не было, и я перешла на легкий бег, чтобы как можно быстрее добраться до нужной аудитории. Наконец, дверь была найдена, и я выдохнула, чтобы успокоиться.

Постучав несколько раз, я вошла в аудиторию и встретилась с обжигающе недовольным взглядом голубых глаз. Облокотившись на преподавательский стол около окна, стоял… Стас. Друг моего дяди. Наглый блондин, который принял меня за девушку легкого поведения. Я запнулась и рухнула на колени. В глазах потемнело от резкой боли.

— Твою мать, — еле слышно прошептала я, пытаясь подняться.

В следующее мгновение я увидела приближающиеся черные ботинки, а затем ощутила, как теплые мужские руки обхватили талию и легко поставили меня на ноги. Я подняла глаза и увидела озадаченное лицо Стаса. Несколько раз удивленно моргнув, я все-таки справилась со ступором и отправилась на свое место.

Сейчас мужчина был одет иначе – темно-синие джинсы с черным ремнем и заправленной белоснежной рубашкой. Пепельные волосы Стас зачесал назад, а рукава закатал до локтя, обнажив сильные предплечья.

Ощущая прилив жара от неловкости ситуации, я рассеянно достала первую попавшуюся тетрадку из рюкзака и уставилась на преподавателя.

— Итак, для опоздавших, — спокойно проговорил мужчина, скрестив руки на груди, – меня зовут Станислав Александрович Романов, в этом семестре я буду читать курс «Экономика СМИ и маркетинг». И кстати, — преподаватель перевел взгляд на меня, — не терплю опозданий. Если вы понимаете, что не успеваете вовремя – можете даже не пытаться зайти. Тот, кто приходит после меня – проходит мимо.

Воображение услужливо напомнило, как мужчина таскал у меня огурцы, и я едва сдержала нервный смешок. У него что, раздвоение личности?

В качестве преподавателя Стас оказался совсем другим человеком. Никаких шуток или саркастичных замечаний. Все 1,5 часа мужчина сосредоточенно рассказывал нам об основах маркетинга, бросая испепеляющие взгляды на всех, кто пытался болтать. В итоге к концу занятия в аудитории стояла гробовая тишина, а у меня заболели пальцы от скорости и объемов конспектирования. Света в какой-то момент перестала пытаться успеть за преподавателем и начала просто переписывать все тезисы у меня.

— Домашнее задание скину старосте на почту, — проговорил мужчина за несколько минут до звонка, а затем перевел взгляд на меня. – Ты в порядке?

Я несколько раз моргнула, а затем все-таки выжала из себя слабый кивок. На самом деле я уже и забыла о своих коленях, хотя упала довольно сильно.

— Нам всем хана, — ныла Света по дороге в библиотеку. – В прошлом году четвертый курс вешался от Романова. Ходили слухи, что его заменят – слишком сильно он портит успеваемость студентам.

Я молча шагала рядом с девушкой, поражаясь тесноте этого города.

Мы перешли через дорогу и направились к высокому зданию старой постройки – библиотека располагалась в главном корпусе, где было всего пять этажей.

— Хорошо, что ты упала, — выпалила Света и виновато улыбнулась. – Иначе хрен бы он пустил тебя на занятие!

Я неопределенно покрутила головой, наконец ощущая ноющую боль в коленях. Скорее всего, будут синяки.

— Он такой… строгий? – пыталась подобрать слова я.

— У него заоблачные требования, — ответила девушка. – Опаздывать нельзя, пользоваться телефоном нельзя, спорить с ним нельзя. Все нельзя! Тиран. И холодный как глыба.

Внезапно девушка хихикнула, а я вопросительно уставилась на Свету.

— Вспомнила, — махнула рукой она. – Прошлые дипломники прозвали его Деспот Александрович.

— Забавно, — улыбнулась я, – мне нравится.

— Из-за него красные дипломы не получили двое лучших студентов, — проворчала Света. – Ты вот, разве не на красный идешь?

Я не поняла, как девушка догадалась о моей успеваемости, но вынужденно кивнула.

— Ну, у меня нет четверок, это да.

— Вот, — протянула Света, – а прикинь, он тебя завалит!

Воображение среагировало на высказывание новой подруги необычным образом – вместо беспокойства оно подкинуло картинку массажа, когда я только переехала в новый дом.

Я непроизвольно остановилась, чтобы прогнать навязчивые мысли. Завалит не в этом смысле! Зачем я вообще об этом подумала?!

Учебников выдали очень много. Мне было попросту некуда положить все книги, но прошаренная Света поделилась пакетами. В результате, как два навьюченных мула, мы плелись к остановке, старательно удерживая по пакету учебников в каждой руке. Маршрутка девушки приехала быстро, а вот мой троллейбус пришлось ждать еще какое-то время.

Домой я зашла запыхавшаяся и уставшая. Надо было брать такси. К боли в коленях прибавился дискомфорт от ноющей кожи ладоней. Я с еле слышным стоном выпустила пакеты из рук и закатала штанины, чтобы оценить масштаб катастрофы. Кожа была красноватой, а очертания синяка уже начали проступать. Что ж, хорошо, что я не носила юбки.

На одной из кухонных полок я нашла контейнер с лекарствами и сделала йодную сетку на многострадальных коленях. Прихватив из холодильника подготовленный контейнер с едой и бутылку воды, я поднялась в свою комнату и включила на ноуте 1 сезон сериала «Бортпроводница». Захватывающий сюжет заставил меня переключить все внимание на действие сериала, и я выпала из реальности на несколько часов.

Хруст щебенки на подъездной дорожке заставил меня вспомнить о времени. На часах был уже восьмой час. Я выглянула в окно и увидела автомобиль дяди.

Разумно предположив, что будет хорошим тоном встретить Лешу внизу, я спустилась на первый этаж. Дядя уже разбирал пакеты на кухне.

— О, привет! – мужчина доставал разнообразные контейнеры и выглядел очень уставшим. – Решил, что нам не помешает совместный ужин. Тем более, в твой первый учебный день.

Я улыбнулась. Леша не очень походил на моего папу, но его глаза были точь-в-точь как у отца. Карие, в обрамлении русых ресниц и многочисленных морщинок.

Оказалось, что дядя принес из ресторана множество разных блюд. Расставляя на столе контейнеры с пастой, овощами на гриле и печеным мясом, я вспомнила наши посиделки с родителями. По пятницам мама и папа всегда заезжали в большой гипермакет и покупали готовую еду, которую мы традиционно уминали под просмотр какого-нибудь приключенческого фильма. Родители рассказывали о работе, а я развлекала их всякими интересными фактами из учебной программы.

Среди принесенной еды я нашла рыбу и положила на тарелку щедрый кусок вместе с овощами и несколькими кусочками сыра. Дядя подвинул к себе контейнер с пастой и шашлыком. Едва я поддела вилкой аппетитный кусок кабачка, раздался щелчок входной двери.

— Наконец-то, — недовольно проворчал Леша, – мы тебя уже заждались.

Кабачок соскользнул с вилки и шлепнулся обратно на тарелку. В кухню зашел Стас. Место он выбрал рядом с дядей – подальше от меня.

— Добрый вечер, — проговорил блондин.

Видимо, после пар он так и не переоделся – рубашка на нем была та же, но изрядно помялась за целый день. Это, однако, ничуть не портило засранца, и я на несколько секунд задумалась, как он может быть настолько раздражающе привлекательным.

— Итак, Саша, как прошел учебный день? – дядя с искренним любопытством уставился на меня.

— Все в порядке, — задумчиво отозвалась я и наконец оторвала взгляд от рубашки Романова, тут же встретившись с ним глазами.

— Как преподаватели? – продолжал допрос дядя.

— Довольно… - начала я, подбирая нужное слово, - неожиданно.

Леша хохотнул и вопросительно вскинул брови.

— Оказалось, что я читаю маркетинг в группе у Александры, — отозвался Стас спокойным голосом.

Друг дяди впервые назвал меня по имени, и это немного взволновало.

— Да ладно? – Леша явно был в восторге от новости. – Я не знал, что ты преподаешь у журналистов.

— А я не знал, что твоя племянница учится на журналистике, — пожал плечами Стас. – Это недешевое удовольствие.

Я нахмурилась и уставилась перед собой. Это что за намек?

— Саша на бюджете, — улыбнулся Леша. – На самом деле перевести ее оказалось самой простой задачей – такая успеваемость не вызвала ни единого вопроса.

— Так ты отличница? – Стас выгнул бровь и как-то странно на меня посмотрел.

— Типа того, — пробормотала я.

Почему-то из уст мужчины «отличница» прозвучало скорее как диагноз или клеймо, но никак не похвала.

— У нее сотни публикаций за время практики, — продолжал восхищаться Леша, чем еще больше вгонял меня в краску. – Когда я относил документы, наслушался восторгов. Я даже не знал, что в нашей семье кто-то так прилежно учится.

Я зажмурилась и захотела провалиться.

— В любом случае, такое совпадение точно пойдет нам на пользу, — Лешу несло, и он не собирался останавливаться. — Очень удобно: если у Саши будут вопросы, она сможет у тебя все уточнить.

Стас потянулся за куском шашлыка и вздохнул.

— Не думаю, что это корректно, — проговорил мужчина.

— Ой, перестань, — хохотнул Леша, – свои люди же.

— У Станислава Александровича довольно жесткий стиль преподавания, — отозвалась я.

Дядя снова засмеялся и похлопал друга по плечу.

— Да, это он на работе такой. На самом деле – добрый малый.

Стас развел руки в стороны:

— У меня самый обычный стиль: если студент готов к семинарам – проблем не будет, если он игнорирует домашние задания – да, будут последствия.

— Мне сказали, что вы завалили красных дипломников в прошлом году, — пожала плечами я.

— Боишься за свою успеваемость? – мужчина улыбнулся, слегка наклонив голову.

— Нет, я просто слышала… — начала оправдываться я.

— А, собираешь сплетни? – перебил Стас и изогнул бровь.

Я замолчала. Настроение летело вниз с огромной высоты, и я не знала, как остановить столь головокружительное падение. Ему просто нравилось надо мной издеваться. Скромный опыт общения с противоположным полом не включал экземпляров, специализирующихся на мотании нервов. Как отвечать на подобные выпады, я понятия не имела.

Оставшаяся часть ужина прошла за унылым ковырянием в тарелке. Дядя вовремя сменил тему и мужчины переключились на обсуждение ресторанных вопросов. Дела шли очень хорошо, и компаньоны решали, какое оборудование стоит докупить на кухню. Через некоторое время Леша предложил блондину выпить по бокальчику виски: атмосфера стала более расслабленной, а шуток – значительно больше. Некоторые истории были не очень понятны без контекста, но вмешиваться в разговор мне не хотелось, а уж привлекать внимание Романова к себе – тем более. Кажется, раздражение, которое я чувствовала к мужчине, оказалось абсолютно взаимным.

Посидев в компании дяди и его друга еще полчаса, я начала отодвигаться на стуле, чтобы аккуратно передислоцироваться в свою комнату. Несмотря на бесшумность передвижений, моя попытка бегства не осталась не замеченной. Едва я встала со стула, блондин одним глотком осушил бокал и перевел слегка замутненный взгляд на меня.

— Тебе стоит подготовиться к семинару, — проговорил он.

— Опять ты за свое, — Леша пихнул компаньона в бок.

— Ты же сам просил особого отношения к ней, — парировал блондин. – Я мог бы и не предупреждать. А сейчас говорю открыто – в среду на семинаре буду пытать с особым пристрастием.

— Учту, — сухо ответила я.

— Посмотрим, такой ли ты гений, как о тебе отзывается Леха, — Стас вновь наклонил голову и уставился на меня.

— Я не гений, — устало выдохнула я и отправилась наверх.

Конверт

Поспать до восьми часов оказалось практически запретным удовольствием. Накануне мне удалось лечь пораньше и к утру следующего дня я проснулась свежей и отдохнувшей. Мужчины уже разъехались по делам, поэтому во время завтрака я наслаждалась очередным эпизодом сериала и отсутствием ехидных замечаний со стороны.

В чате группы царил хаос. Студенты оставили больше 100 сообщений – Романов до сих порне отправил старосте домашнее задание, а семинар должен был состояться уже завтра. Вспомнив вчерашнее предупреждение Стаса, я прикрыла глаза и захныкала. Однокурсники предлагали спросить адрес электронной почты преподавателя у куратора, но староста не горела желанием писать Деспоту Александровичу.