- -
- 100%
- +
— Кира, — хрипло шепчу, — ты слышишь меня? Открой глаза!
Она не отзывается. Вокруг шумно, повсюду звуки борьбы. Подняв голову, вижу, как надо мной летают и сражаются те мерзкие гарпии, которые нашли нас в деревне. Именно от них разносится тошнотворный запах. Три полуженщины-чудовища ведут бой против немыслимого существа — орла-льва. Трое против одного.
Существо выглядит могущественно. Орлиная голова со свирепыми золотыми глазами, огромные крылья, покрытые чёрными, как мазут, перьями. Вместо туловища птицы – тело льва, заканчивающееся хвостом с кисточкой на кончике. Массивные лапы с острыми когтями. Зверь силён настолько, что с лёгкостью справляется один с тремя гарпиями.
Пугающее зрелище заставляет зажмурить глаза. Дышать тяжело, в глазах темнеет, проваливаюсь во мрак.
Прихожу в себя, открываю глаза и вижу, что меня несёт на плече неизвестный — огромный дикарь. Тащит вверх тормашками.
Мужчина очень высокий, широкоплечий, в тёмной одежде. С короткими чёрными волосами. Лица незнакомца не видно. От его рубашки исходит приятный аромат цитруса, нероли, кедра и чего-то ещё тонкого и знакомого. После зловония гарпий это настоящая услада для обоняния, манна небесная!
Дикарь напевает беспорядочную мелодию басистым, хрипловатым голосом, от которого бы подвернулись ноги, если бы я сейчас на них стояла. Мгновение, и темнота снова поглощает меня.
Просыпаюсь. С трудом разлепляю веки. Перед глазами снова та самая пещера...
Правая рука перевязана чистым куском ткани и больше не кровоточит, даже не болит, будто раны и не было. Сейчас я спокойно могу ей двигать.
«Как долго я спала?» — лихорадочно думаю, сколько времени нужно на заживление глубокой раны. Неутешительные догадки заставляют волосы на голове шевелиться.
В мозге мелькают воспоминания, и, когда все кусочки пазла складываются, я чётко понимаю, кого видела! Я узнала его...
— Это он! — произношу сипло на выдохе.
Ищу взглядом брюнета и хрипло шепчу:
— Где же ты?!
До меня дошло: всё, что я сейчас видела, было во сне. К сожалению, лишь во сне сестра была рядом.
«Я до сих пор в пещере!» — накатывает отчаяние.
Несмотря на это, внутренний голос твердит, что происходящее во сне могло быть явью — забытым воспоминанием!
Мои размышления прерывает тонкий и уже знакомый аромат. Ощущаю чужой взгляд, поворачиваю голову — вижу чёрные ботинки. Скольжу выше: длинные ноги в тёмно-серых штанах, потёртый кожаный ремень, рубашка, застёгнутая наполовину. На крепкой шее с выпирающим кадыком висит оберег с камнями и драгоценным пером. На лице мужчины красуется наглая ухмылка. Золотистые глаза с интересом уставились на меня.
— Это ты! — презрительно выдаю я.
— Меня потеряла? — спрашивает он рычащим голосом, от которого в животе всё сжимается.
— Тебя! Ты там был! Это ты меня притащил сюда, отняв у гарпий! Кто ты такой?! Где моя сестра?! — кричу изо всех сил.
Во мне поднимается лютая злоба. Я сильно измотана, нервная система не справляется со стрессом, который раз за разом поглощает меня всё сильнее. Теряю грань между сном и явью.
Сразу после упоминания о гарпиях брюнет меняется в лице, нахмуривает высокий лоб и говорит громким строгим голосом, не забывая буравить меня недовольным взглядом:
— Что ты знаешь о гарпиях? Зачем вы были им нужны? Живо выкладывай!
— Я не знаю! Они напали на деревню, нашли нас, а после — провал. Помню связанную сестру в крови на странной поляне. Три гарпии и огромный орло-лев с золотыми глазами, — запинаюсь, всматриваясь в глаза мужчины, — у этого зверя глаза, как у тебя! Последнее, что помню, — как ты нёс меня на плече! — выпаливаю всё на эмоциях.
После рассказа он пристально осматривает меня, затем идёт к костру и начинает что-то готовить над котелком, повернувшись ко мне спиной.
— По всей видимости, гарпии похитили вас с сестрой и утащили из вашего Людского мира. Пещера, где мы сейчас, находится в мире — «переходнике», у него есть название — Диавивастикос. Через этот мир различные существа могут странствовать из одного мира в другой. Здесь множество нечисти и полубожеств, о которых люди знают только из легенд. Все они опасны и свирепы. Даже если сбежишь отсюда, тебе не выбраться в одиночку в мир смертных! Обычные люди на это неспособны. Запомни это, если хочешь жить. В Диавивастикос найдётся куча чудовищ, которые захотят тобой полакомиться — продолжение разговора я уже не слушаю, потому что внезапно замечаю движение за спиной брюнета.
Вижу невысокое, мне по пояс ростом, горбатое существо, будто несущее на спине невидимую тяжесть. У страшилища землистый цвет кожи, словно оно сделано из глины и грязи, местами покрыто шерстью и серым мхом, нечисть будто годами не вылезала из сырых пещер. Голова большая и лохматая, непропорциональная телу. Огромный кривой нос, страшные гнилые зубы, которые видны даже отсюда. Оно отдалённо напоминает дряхлую старуху, но самое ужасное — поза: сгорбленная, крадущаяся, пальцы с длинными когтями уже готовы к захвату. Всё говорит о том, что эта нечисть сейчас хочет напасть на брюнета. Он стоит к ней спиной, поэтому не замечает её.
Меня охватывает сомнение: нужно ли пытаться спасти этого громилу, который утащил меня от гарпий? Да, он спас меня, но ведь он и похитил, притащив сюда, чтобы сделать приманкой.
Возможно, я в долгу перед ним за спасённую жизнь, за защиту от гарпий, но долг — понятие из другого мира, где есть правила, мораль и благодарность. Сейчас смотрю на всё с другого ракурса: выживание в мире, где каждый шаг может стать последним.
Мне нужно принять решение: попытаться спасти его или крикнуть об опасности, предупредив мужчину. Ведь если с ним что-то сделает это существо, то следом пострадаю и я.
Всё взвесив, я бросаю взгляд себе под ноги и вижу небольшой булыжник, который мгновенно подхватываю и кидаю со всей силы, на которую способна.
Камень свистит в воздухе, но существо оказывается проворнее. Оно дёргается в сторону, и булыжник лишь чиркает по плечу, не причиняя особого вреда.
Чудовище на мгновение замирает, склоняя лохматую голову, и его мутные глаза впечатываются прямо в меня. Из горла вырывается шипение, похожее на звук ломающихся костей.
— Ой, — только и успеваю выдохнуть я.
Дальше всё происходит быстрее, чем успеваю моргнуть. Страшилище не по-старчески шустро прыгает, словно ядерная ракета, только с гнилыми зубами вместо боеголовки. Я дёргаюсь в сторону, но ноги подводят, спотыкаюсь о камень и лечу мордой вниз.
Когти успевают располосовать мою спину, разрывая остатки платья в клочья. Боль дикая, но не смертельная. Я перекатываюсь на бок, пытаюсь отползти, но жуткая старуха нависает надо мной, скаля ужасные зубы и издавая булькающие звуки.
— Привет, — хриплю, пытаясь незаметно нащупать камень под рукой. — Ты как, давно у стоматолога была? Судя по запаху изо рта — очень давно.
Нечисть злобно шипит и замахивается для удара, но в этот момент в неё прилетает сразу несколько снарядов.
Брюнет метнул кинжал, который воткнулся твари в бок. Другой мужчина запустил камнем, угодив ей точно в лоб. Третий бесшумно появился сбоку и одним точным движением полоснул старуху по горлу. Она захрипела, дёрнулась и рухнула рядом.
Мужчины только что вернулись с охоты и застали разгар нападения. Они видели мой «героический» поступок в нелепой попытке защитить их брата.
Блондин первым срывается с места, подлетает ко мне, ощупывает руки, плечи, зачем-то проверяет пульс на шее.
— Ты как? Голова не болит? Пальцы шевелятся? Дыши глубже!
«Это что за новости?» — в шоке, едва успеваю кивнуть, как он уже тянется проверить мои зрачки.
— Рокки, отстань от неё, — отмахивается рыжий и ухмыляется. — Девушка только что чуть не стала обедом местной бабули, а ты её как картошку на рынке тискаешь. Дай человеку отдышаться.
Надо мной нависают четыре головы. И тут до них доходит
Светловолосый, который только что бесцеремонно меня ощупывал, резко отдёргивает руки и отворачивается так быстро, будто я заразная.
С трудом приподнимаюсь, опираясь на локти, и понимаю всю глубину катастрофы. Платье, которое ещё совсем недавно хоть немного прикрывало моё тело, теперь болтается жалкими лохмотьями. Тварь постаралась на славу — когти разорвали ткань до самой поясницы. Чувствую, как холодный воздух пещеры касается голой спины, и по коже бегут мурашки.
— Ох ты ж
Дёргаюсь, пытаясь подсобрать остатки платья, чтобы прикрыться, но это бесполезно. Я быстро прижимаю руки с тканью к груди, поджимаю колени к подбородку и стараюсь скрыть как можно больше своего обнажённого тела. Щёки горят огнём.
— Я это... — бормочет блондин, глядя в потолок пещеры. — Ты цела вроде, да? Только спину нужно будет исцелить...
— Вроде цела, — повторяю его слова. — Только платью конец.
Рыжеволосый открывает рот, но, взглянув на меня, передумывает. Он кашляет в кулак, отводит глаза в сторону и принимается разглядывать свои берцы с неожиданным интересом.
— М-да... — тянет он неловко. — А платье-то не подлежит восстановлению.
Брюнет стоит в шоке. Если бы я крикнула об опасности, он бы справился с этой гадиной самостоятельно, ведь его реакция и сила очевидны. Он весь бледный, смотрит на меня, сглатывает, потом резко отворачивается и начинает лихорадочно расстёгивать свою рубашку.
— На, — говорит он хрипло и чуть ли не насильно натягивает мне на голову рубашку. — Оденься.
Рубашка пахнет костром и чёрным перцем, но она большая, тёплая и закрывает всё, что нужно. Я ныряю в неё с облегчением, застёгиваю пуговицы дрожащими пальцами и наконец выдыхаю.
— Спасибо, — бормочу я, чувствуя, как краска заливает лицо.
— Не за что, — говорит он. — Ты из-за меня пострадала. Было бы свинством оставлять тебя... в таком виде.
Рыжий наконец решается повернуться. Видя, что я одета, он заметно расслабляется и возвращает себе привычную ухмылку:
— Гарри, а ты у нас, оказывается, джентльмен. Кто бы мог подумать.
— Заткнись, — огрызается брюнет.
— Если серьёзно, ты только что поднялась в моём личном рейтинге, мелкая. Обогнала Рокки. Он теперь на пятом месте после пещерной крысы, — рыжий едва заметно хохочет.
Кудрявый всё это время стоит в стороне, скрестив руки на груди, и молчит. Едва заметно кивает, будто самому себе. Не говоря ни слова, он отворачивается и подходит к мёртвому существу, осматривает её.
Пора превращаться из «ой, какая мелкая!» в «ой, какая опасная!». Мне нужно стать их союзницей, а не обузой.
В этом мире одна я — как котлета без вилки. Их помощь мне нужна, но и сидеть сложа ручки не собираюсь. Пора отправляться на поиски сестры. Они со мной — супер. Нет — тоже вариант, но я хотя бы попробую, а там уж или грудь в крестах, или голова в кустах.
Ловлю на себе взгляд брюнета. Он изменился, стал снисходительнее, добрее, будто брюнет смотрит на замёрзшего в зимнюю вьюгу котёнка, которого нужно отогреть и выходить.
— Я вроде как прошла боевое крещение? Можете теперь считать меня своей? Или мне ещё разок нужно попытаться кого-то спасти, чтобы вы прониклись?
Рыжий усмехается и хлопает меня по плечу, отчего я чуть не падаю обратно на землю.
— Не дрейфь, мелкая. Если ещё пару таких тварей завалишь, может, и примем в команду.
Пока обдумываю сказанное, мужчины уже действуют. Они берут существо под руки, из их разговоров понимаю, что это лесная шишига. Дух леса, обычно неуловимый и опасный, но не она, эта была слабая и старая, поэтому я выжила. Они изучают её с тем же вниманием, с каким изучали меня.
Амбалы вытащили шишигу из пещеры так легко, словно пустой мешок, и пошли на охоту. Их шаги быстро затихли в темноте туннеля.
— Погоди, — вдруг раздаётся голос блондина, который уже успел уйти, но теперь вернулся.
Он присел рядом на корточки:
— Раны на спине надо обработать и исцелить, — говорит он коротко. — Шишига могла занести заразу. Снимай рубашку, точнее Дай приподниму.
Блондин аккуратно берётся за край рубашки, которую я только что натянула, и осторожно приподнимает ткань на спине, обнажая поцарапанную кожу. Я вздрагиваю от прикосновения прохладного воздуха и ещё сильнее поджимаю колени к груди, вцепившись в рубашку спереди.
— Сиди смирно, — командует он тихо.
Чувствую, как его горячие пальцы касаются моей спины. Он проводит ладонью над ранами, кожа начинает покалывать, как от мороза, а затем разливается приятное тепло, стягивая раны. Я выдыхаю. Знакомое ощущение, это не первый раз, когда он меня исцеляет.
— Ты самая невезучая душа, которую я встречал, — бормочет мой целитель. — И самая безбашенная. Кто ж лезет на шишигу голыми руками?
— У меня был булыжник.
— Один камень, — поправляет он. — И тот мимо.
— Технически, я отвлекла её на себя. Это такая стратегия.
— Это идиотизм, — вздыхает мужчина, но в его голосе слышится улыбка.
Он заканчивает с исцелением и осторожно опускает рубашку обратно, одёргивая ткань.
— Готово. И постарайся ничего не атаковать хотя бы до вечера, а лучше до завтра.
— Я подумаю, — усмехаюсь я.
Из-за спины доносится голос брюнета, наблюдавшего за сценой моего исцеления:
— Ну как там наша героиня? Цела?
— Цела, — отвечаю я, наконец поднимая голову и поправляя на себе рубашку.
Блондин поспешил к братьям на охоту. Мы с брюнетом снова остались одни в пещере. Вокруг тишина, нарушаемая лишь потрескиванием костра и нашим дыханием.
— Ты молодец, девочка! Спасибо, что «спасла» меня! — улыбается брюнет. Я невольно улыбаюсь в ответ, понимая его усмешку. Надеялась, что внутренний лёд этих жестоких мужчин пойдёт трещиной, начнёт таять, и это станет основой для нашего союза. Они должны признать меня своей, рано или поздно.
Спустя время брюнет продолжает прерванный разговор, но без прежней грубости и насмешек. Он говорит об опасности переходного мира, где правят свои законы, и о моей незавидной участи, но теперь слова звучат иначе.
— Я предлагаю тебе сделку... — неожиданно говорит он, а затем замолкает. Эта фраза не похожа на приказ или ультиматум. Брюнет говорит спокойно, размеренно, будто объясняет младшей сестре, почему нельзя ходить в тёмный лес.
Смотрю на него, широко раскрыв глаза. В какое безумие я всё же влезла? Страх за сестру вынуждает меня согласиться на всё. Я готова на любую сделку, даже с дьяволом, лишь бы спасти нас.
— В чём её суть? Вы отпустите меня к сестре? Где она? — тараторю, глядя на мужчину. По его лицу видно, как в голове скрипуче крутятся ржавые шестерёнки, продолжая обдумывать новый план.
— Ты будешь под нашей с братьями защитой. Никто из нас четверых тебя больше не тронет, будь в этом уверена. Только если сама не попросишь — снисходительно улыбается он. — После сделки мы отправим тебя обратно в твой Людской мир.
— Что взамен? — решительно уточняю, ожидая подвох.
— Взамен ты должна рассказать, что от вас нужно гарпиям? Кто их послал за вами? Что они говорили тебе или твоей сестре?
Сглатываю ком в горле. Если мужчины до сих пор не избавились от меня и предлагают выбор, значит, я им нужна. И взамен им необходима лишь информация, которой, к моему величайшему невезению, не обладаю!
«Тушите свет! Я влипла!» — нервно кусаю губу, размышляя о своём положении. Решаю прибегнуть к единственному способу тянуть время и увильнуть от темы — стать душнилой!
— Для начала я хочу узнать: как тебя зовут? Что ты за существо? Правильно понимаю, что ты не обычный человек? Кто вы четверо? Ты сказал, вы братья?! Зачем спасли меня от гарпий? Почему не забрали и мою сестру? — вопросы сыплются без остановки. Хочу воспользоваться случаем и выяснить всё о существах и этой местности, пока братья не поняли, что от меня нет никакого толка, ведь о гарпиях я ничего не знаю.
— Меня зовут Гарри, можно просто Гар. Я грифон. Для вас, людей, существо вроде оборотня, точнее — двуликий. Могу быть мужчиной, как сейчас, либо зверем, который своим криком может уничтожить всё живое вокруг. Действительно, ты всё правильно вспомнила, это я забрал тебя с той поляны и сражался с гарпиями, спасая тебя. Мне стало интересно, зачем им снова понадобились женщины из людского мира. Сестры-гарпии несговорчивые, поэтому двух из них мне пришлось уничтожить, но одна гарпия сбежала вместе с телом твоей убитой сестры. Ты была без сознания после ранения в предплечье — спокойно басит Гарри, усаживаясь рядом со мной, а я в этот момент покрываюсь ледяным потом...
— Как это? С телом сестры?! Этого не может быть! Она точно жива!
Ступор. Полное отрицание. Я реву, заливаясь слезами, кричу, как полоумная от горя.
Гарри наблюдает за мной, и его взгляд неожиданно наполнен сочувствием. Однако сейчас мне плевать абсолютно на всё.
Мужчина вздыхает, берёт меня за руки и притягивает к себе. Мне так плохо, что я не осознаю происходящее: кто со мной, что вокруг, в опасности ли. Горе от потери поглотило меня.
Брюнет аккуратно прижимает меня к своей стальной груди, бережно придерживая голову за затылок одной рукой, а второй порывисто поглаживает мою спину, пока я продолжаю изводить себя. Сквозь мутное сознание чувствую, как Гар вдыхает запах моих волос, не издавая ни звука. Ощущаю его мощную тёмную энергетику, которая пытается пробиться в моё тело, будто живая: она жаждет окутать меня в свой кокон спокойствия.
Постепенно успокаиваюсь, затихаю. Слёзы будто вовсе закончились. В голове и в душе снова пустота. Я не заметила, как спустя время уснула на груди у Гарри. Погружаясь в сон, думаю лишь о сестрёнке: «Моя Кира! Она — всё, что у меня есть!»
Открываю глаза, вижу на талии огромную мужскую ладонь, которая греет меня и не отпускает. Я уже понимаю: шанса на побег у меня не было с самого начала. И пытаться бессмысленно. Далеко не уйду: либо сожрут, либо заблужусь. Есть проблема куда важнее. Где-то в этом дурацком мире бродит моя сестра. И я нутром чую: она жива. Я должна её найти.
Оборачиваюсь и вижу Гарри. Он лежит со мной в обнимку, тесно прижавшись к моей спине. Под нами большая меховая шкура неизвестного зверя, поэтому земля не чувствуется такой твёрдой и холодной. На мягкой подстилке тело отлично отдохнуло за ночь. Впервые за несколько дней я выспалась и чувствую себя бодро, это вселяет маленькую надежду, что скоро всё наладится!
Мои полтора метра с кепкой против его громадного роста, который явно более двух метров, забавное зрелище. На фоне Гарри я словно Дюймовочка и выгляжу, как маленькая детская игрушка в руках высокого и сильного мужчины.
Лицо Гарри во сне спокойное и умиротворённое. Оглядевшись, убеждаюсь, что в пещере, кроме нас, никого нет. Костёр потушен. Вдали, на выходе из пещеры, мелькают солнечные лучи — рассветает. Голосов братьев не слышно. Вокруг стоит звенящая тишина.
Пытаюсь убрать руку Гарри с талии, но сил не хватает даже приподнять её. Проблема решается быстро. Как только я шевельнулась, Гар резко распахивает глаза и сам убирает конечность.
Не знаю, что ему говорить и как вести себя после вчерашней истерики и его поддержки. Не смущаюсь, просто теперь не так остро реагирую на брюнета. Страх всё ещё остаётся при мне, но я всё ещё жива, значит, есть все шансы спастись. Гарри поднимается со шкуры. Встаёт босыми ногами на сырую землю пещеры. Начинает разговор сухо и без «доброе утро» или «как спалось», переходя сразу к делу:
— Ты уснула, но всхлипывала во сне. Я не смог оставить тебя, поэтому был рядом и тоже уснул, — Гарри смущается, и это смущение совсем не подходит его свирепому образу бандита. — Братья скоро вернутся, они сейчас на охоте. Плюс они осматривают территорию и узнают о визите гарпий в ваш мир смертных. Скоро будет известно, зачем вы им понадобились.
Я понимаю, что должна заставить их помочь мне найти сестру. Во мне теплится надежда, что Кира жива. Ощущаю это всей душой, либо мне просто хочется в это верить, надежда умирает последней...
— Гарри, послушай, моя сестра жива! Я точно знаю! Зачем им забирать её тело, если бы она была мёртвой?! — произношу необдуманные слова и вдруг осознаю страшное — Как и мою маму! Выходит, это были они! Гарпии убили всю мою семью! Тело мамы тоже исчезло после убийства почти десять лет назад! — шепчу, закрывая лицо ладонями, пытаюсь справиться с нахлынувшими эмоциями.
Меня снова трясёт, есть ощущение, что дело о смерти матери сдвинулось с мёртвой точки! Правда, которую мы с Кирой искали столько лет, находится где-то рядом. Огорчает и выворачивает внутренности наизнанку лишь принятие факта, что моя сестрёнка всё же мертва!
Громкий голос Гарри вырывает меня из тревожных мыслей:
— Мне нужно всё переварить. А ты пока подумай, для чего вы могли понадобиться гарпиям?! И неважно, живыми или мёртвыми! — устало говорит брюнет, глядя прямо в мои глаза.
Гарри идёт ко мне, резко наклоняется и одним движением подхватывает на руки, несёт к костру, который успел разжечь. Этот поступок на удивление кажется слишком бережным. После всего: угроз, обсуждения меня как приманки, пещеры и страха, теплота кажется нереальной и обманчивой, но она настоящая. Его руки крепко держат меня. Грудь широкая, тёплая, даже через одежду чувствуется жар его тела. И в этом контрасте — между тем, что было, и тем, что сейчас — есть что-то сбивающее с толку, что заставляет на мгновение забыть об их плохом отношении.
Гарри аккуратно усаживает меня рядом с костром на старый рогожный пустой мешок. Молчит. Следом приносит миску с ярко-жёлтой травой и красными листьями, которые я никогда раньше не видела.
Брюнет ставит около моих босых ног кружку с горячим отваром, из которой клубится подозрительно густой пар. Поднимаю на мужчину вопросительный взгляд, но тоже молчу. Кошусь на янтарную слизкую жидкость, затем снова сверлю взглядом Гарри. «Это что ещё за отрава?» — гласит мой немой взгляд.
— Ах да, — усмехается он и, прокашлявшись в кулак, продолжает: — не переживай, этот отвар поможет тебе поправиться и набраться сил. Рокки заживил все твои раны, но помочь с душевными он не в силах!
— Рокки? Это твой брат — блондин? Как у него получилось заживить мои раны так быстро? Это его дар?
— Рокки тоже перевоплощается, только не в грифона, как я, а в феникса. У него совершенно другие способности. Брат многое может излечить. Об остальном скоро сможешь спросить у него лично, когда братья вернутся. Как ты уже наверняка догадалась, Рокки самый добрый и отзывчивый из всех нас, — сделал акцент на этих словах Гарри и улыбнулся одними уголками губ.
— Спасибо за еду и за отвар, и спасибо за то, что поддержал меня вчера — бормочу, не поднимая глаз. — Гарри, и ещё есть просьба, я бы хотела выразить благодарность не только Рокки, но и твоему кудрявому брату, который спас меня вчера от рыжего громилы! — при воспоминании о «людоеде» моё лицо скривилось, а тело обдало холодом.
Гарри усмехнулся то ли моим словам, то ли моему выражению лица:
— Как тебя зовут, девочка?
— Я Майя, — произношу громко, протягивая ладонь для пожатия.
— Приятно познакомиться, Майя. Больше ничего не бойся! — Гар пожимает руку в ответ. — И да, мы не кровные братья, но в это углубляться не стоит! — говорит уже серьёзным тоном. Он разворачивается и уходит.
— Взаимно — шепчу себе под нос. Теперь я совсем одна в прохладной и тусклой пещере. Обречённо вздыхая, начинаю завтракать листьями, не внушающими доверия, запивая их горячим, но не таким уж отвратительным на вкус отваром.
В голове множество мыслей, но все они только о моей потерянной сестре.
ГЛАВА 5
«Клятва на крови»
МАЙЯ
За всё время я так и не решилась выйти из пещеры на свежий воздух в чужой и неизведанный мир. В голове крутились слова Гарри об этой «переходной» земле, кишащей жуткими существами, которые не побрезгуют съесть меня. Я уже видела гарпий и шишигу, сколько ещё таких жутких тварей обитало в этом мире... Понятия не имела насколько Гар мог преувеличить масштаб опасности, но проверять и испытывать свою и без того нелёгкую судьбу не было никакого желания.