- -
- 100%
- +
— Подожди, — попросил, удерживая глупую девчонку за локоть у выхода из пещеры.
Девушка, стараясь не смотреть мне в лицо, с яростью шипела, что ей больно. Примирительно ослабил хватку и убрал от неё свои лапищи. Хотя сильно сомневался, что действительно мог бы причинить боль, ведь мне показалось, что я едва коснулся её локтя. Возможно, такая реакция — лишь протест против самого прикосновения, а не реальная физическая боль.
Несмотря на недоверие к этой взбалмошной девице, решил держать её рядом с собой, не выпускать из виду и следить, чтобы она нас не подставила. Второй раз на те же грабли наступать не хотелось, поэтому, воспользовавшись печальным опытом предательства, я придерживался плана: лучше держать потенциальную угрозу в поле зрения, чем позволить ей действовать в тени.
Перед глазами до сих пор мелькали обрывки того спора с братьями: срывающиеся на крик голоса, кулаки, сжатые до хруста в костяшках. Мы собрались в лесу, чтобы обсудить план, как использовать девчонку в качестве приманки, живца на крючке. Говорили о расчётах, рисках, выгоде. Слова висели в воздухе, холодные и практичные:
— Приманка, — сказал один.
— На убой, — добавил другой, но потом что-то внезапно щёлкнуло внутри нас, будто в самой ткани реальности.
Мы замолчали, глядя друг на друга. В наших взглядах читалось одно и то же — осознание. Джон замер, принюхался, на его лице мелькнуло смятение, брови сошлись к переносице. Вероятно, он не понимал, почему инстинкты молчат.
Гарри резко провёл ладонью по лицу, сжал пальцы в кулак и глухо выдохнул сквозь зубы. Он опустил глаза на землю, но я видел, как ходили желваки на скулах. Возможно, это злость на самого себя и ситуацию в целом — магия его крови приняла девчонку, а он — ещё нет.
Рокки отошёл от нас, его взгляд устремился в небо. Знаю, что с самого начала он не желал причинять девчонке боль, тем более подвергать её жизнь опасности. Сейчас брат переживал, что мы решили всё иначе...
Я перевёл взгляд с одного брата на другого. Джон метался в непонимании. Гарри кипел от бессильной злобы. Рокки замер в тревоге. И, глядя на них, я не сдержал лёгкой улыбки.
Майя не будет приманкой и не станет жертвой. Эта девчонка, которую мы собирались использовать как расходный материал скоро станет «своей».
Идея, казавшаяся ещё минуту назад безумием, теперь стала единственной правдой.
Отбросил воспоминания и возвратился в реальность. Решил извиниться перед девчонкой и войти в доверие. Действовал сразу, начав с примирительного «знакомства». Протянул ладонь и быстро сказал свои имена. Смотрел на её замешательство.
Увидев, что человечка не сбежала, а слушала, извинился за свою резкость и недоброжелательность. Честно говоря, моё отношение — просто цветочки по сравнению с той грязью, которую Джон вылил на девчонку, пытаясь вывести её из себя и запугать. Он перешёл все границы. Я, по крайней мере, не опускался до откровенных оскорблений и угроз.
Чтобы подлизаться к людской девчонке, сдал ей пару мелочей о сущности Джона. Хотел, чтобы девчонка перестала бояться оставаться с нами наедине, но при этом знала, что если попытается предать, её жизнь оборвётся. Баланс между доверием и настороженностью — тонкая грань, которую нужно было соблюдать.
Я чувствовал, что её крохотная ручка до сих пор в моей ладони. Девчонка не вырывала её, а наоборот, переплетала наши пальцы и внимательно слушала каждое моё слово, не скрывая удивления на своём милом личике. Этот неожиданный жест доверия заставил на мгновение задуматься: может быть, не всё так безнадёжно, и мы сможем найти общий язык.
«Слишком красивое лицо для человечишки!» — не унимались голоса в моей голове, оценивая внешность Майи. Их настойчивые замечания отвлекали от разговора, заставляя снова обращать внимание на её черты, которые действительно необычайно привлекательны для представительницы человеческого рода.
— Я хотел сообщить тебе, что всё обдумал и согласен с Гарри! Клятва на крови — единственное, что сможет уберечь тебя не только от всех нас, но и от врагов вне пещеры. С этой клятвой у Джона впредь тоже не будет ни капли искушения. Он перестанет смотреть на тебя, как на закуску — выпалил всё как на духу.
Девушка внимательно слушала мой рассказ до конца, после чего тихо опустила голову. Я проследил за взглядом человечки. Видимо, она только сейчас заметила, что весь наш разговор ее ладонь была в моей руке. Глаза девчонки потрясённо расширились. Она резко высвободила руку и отшатнулась, словно осознав всю необычность и интимность этого жеста.
В голове мелькнула мысль, что девчонка сбежит, испугается, ещё больше замкнётся в себе после услышанного от меня. Но она лишь слегка покраснела от смущения, затем чего подняла на меня шокированные насыщенно-серые глаза. Затаив дыхание, не моргая, она будто смотрела в самую глубь моей пропащей души. Всё внутри закоротило от её пронзительного взгляда.
«Может, она ведьма?!» — первая мысль, пришедшая на ум после того, как девушка отвела глаза, и я не успел окончательно испепелиться.
Вторая мысль в голове, с голосами наперебой: «Тяжело будет стать братом и сестрой, когда тебя так замыкает от одного её взгляда». Ирония внутренних стоголосых уместна — действительно, сложно представить братские отношения с такой реакцией.
Ещё вчера я не смог вовремя успокоить себя и удержать в карманах кулаки, когда Джон начал приставать к этой глупой, но такой беззащитной девчушке. Повезло, что своё неконтролируемое бешенство получилось списать на её важность для нашего дела, хотя в глубине души понимал: реакция была слишком личной, эмоциональной для простого расчёта.
Эта девчонка — обычный человек, а я — стоглавый дракон, у меня совершенно иная природа, не такая, как у других существ. Не мог увлечься ею как мужчина. Всегда так думал, поэтому никогда даже в мыслях не засматривался на слабых людишек. Они не из нашего мира, их век — сущий миг от нашей, практически вечной. Эта девушка тоже временна, нужно держать себя в руках.
«Как всем известно: нет ничего более постоянного, чем временное, дракоша!» — не унимался галдёж в моей голове. Ироничное замечание внутренних голосов било точно в цель.
«Девушка станет сестрой. После моего превращения во второй облик она будет меня бояться!» — пытался вразумить стоголосых.
Мысли прервал звонкий девчачий голос:
— Адриан, составишь мне компанию? Я хочу пройтись, подышать свежим воздухом и осмотреться.
— Да, без проблем. Тем более Гарри мне не простит, если я отпущу тебя без присмотра. Он ведь дал тебе обещание, что с нами ты под защитой! — сказал с улыбкой, указывая на выход из пещеры, пропуская даму вперёд.
«Да ты джентльмен! Соберись! Очнись уже, размазня!» — посмеивались голоса в больной голове.
— Кстати, я Майя, но ты вероятно уже знаешь, — улыбаясь, представилась наконец-то девчонка. Это было как раз кстати, потому что я не запомнил её имени.
Я смотрел на неё и понимал, что не могу отвести взгляд. Майя невысокая даже для человека, молоденькая девушка лет двадцати по меркам людей. С длинными русыми волосами, переливавшимися в лучах солнца. Белое платье, в котором Майя попала в наш мир, было полностью испорчено и выглядело скорее как тряпка. Сейчас она в рубашке Гарри. Одежда не скрывала очертаний её женственной фигуры: небольшая налитая грудь, тонкая талия, выпирающие ключицы — всё бросалось в глаза. Я смотрел на Майю и терялся во времени...
Мы вышли из пещеры. На лице Майи отражалось неподдельное восхищение. Девушка сделала глубокий вдох, широко распахнула глаза — впервые за эти дни я увидел на её лице лучезарную улыбку. Эта улыбка свела бы с ума любого человека, существо, полубожество и даже божество! А ямочки на щеках, казалось, поселились в моих мыслях навечно.
«С каких пор ты стал такой размазнёй, что поплыл от обычной девчонки?!» — голоса снова поглотили меня, пытаясь остепенить и включить здравый рассудок.
— Расскажи мне о клятве на крови. Что это такое? — спросила Майя, пройдя вперёд, всё ещё любуясь пейзажем.
— Клятву на крови в нашем мире дают единожды. Мы, вечные, не разбрасываемся таким. Забрать, разорвать или отменить клятву нельзя, поэтому мы будем связаны навечно. Даже после смерти, даже в других мирах, мы будем чувствовать тебя, Майя, а ты — каждого из нас. Если один умирает, всю боль, которую он испывает, чувствуют остальные. Вот почему я сперва сомневался. Ты должна понять: клятва на крови — это болезненный, особый ритуал, а главное — она вечна! Ритуал требует серьёзной подготовки, поэтому мы с братьями должны быть в полной силе, оба облика. Тебе придётся сложнее всех, ведь ты обычный человек!
Мне неожиданно пришла мысль:
— Знаешь, у меня только что появилась неплохая идея. Когда Рокки восстановится после ритуала — а у него это получится быстрее всех, потому что он феникс, — тогда он сразу же исцелит и тебя. Но клятва нужна в первую очередь тебе, Майя! Именно благодаря ей ты обезопасишь себя от всех, тебе больше ничего не будет угрожать.
Девчонка слушала молча, шла со мной по узкой тропинке, глядя себе под ноги. После недолгого молчания она поинтересовалась:
— Есть ещё какие-то сложности в этой клятве?
— Да. Важно, чтобы все участники ритуала произнесли одинаковые слова. Нужно заранее продумать речь, одна неточная или двусмысленная фраза, одна ошибка, и поплатимся все впятером. Мы все сгорим заживо, если нарушим клятву на крови! — говорил правду, ничуть не приукрашивая реальность. Девушка сама должна понимать все риски.
Майя смотрела на меня с задумчивым видом, будто не могла договориться сама с собой: рассказать мне что-то важное или промолчать.
— Адриан, нужно найти мою старшую сестру Киру. Я уверена, что она жива, — шептала Майя, очаровывая меня проникновенным взглядом, выворачивающим душу наизнанку.
«Опять поплыл, слабина!» — не стихали голоса.
Глаза девчонки наполнялись слезами, но она стиснула челюсть и часто заморгала, сдерживая их. Держалась из последних сил, чтобы не показать свою слабость. Гарри вскользь упоминал о её сестре, которую убили гарпии, но я не знал, как помочь Майе принять, что сестры больше нет в живых. Понимал, что внутри у девушки ещё жила надежда на воссоединение.
Когда первая слеза скатилась по щеке Майи, я не выдержал, притянул девчонку к себе и заключил в объятия. Девушка, может, и удивилась, но виду не подала: обхватила меня в ответ своими тонкими ручками за пояс и спрятала лицо чуть ниже моей груди, тихонько всхлипывая. Ей определённо не хватало опоры и поддержки все эти дни, а меня уже сотни лет никто не обнимал так отчаянно. Майя плакала, я гладил её волосы и придерживал за талию, боясь, что она не удержится на ногах и свалится на землю.
От девчонки исходил тонкий, сладкий и чарующий аромат цитруса и корицы, с медовыми нотками, который полностью меня обезоруживал. Майя сейчас была настолько энергетически недосягаема, что мне не хотелось вторгаться в её личное пространство и нарушать хрупкую гармонию внутри неё.
Я ощущал её энергетику — непохожую на слабую вибрацию обычного человека. Нечто необычное в Майе притягивало окружающих, как магнит, манило в какую-то бесхитростную ловушку.
Тем не менее Майя морально и физически была очень хрупкой, а со слезами на глазах и вовсе разбивала моё давно загрубевшее сердце вдребезги. Хотелось спрятать малышку, защитить от всех существ и всех миров.
Девчонка, не вырываясь из моих объятий, подняла заплаканное лицо. Она привстала на носочки, босые ступни оторвались от пола, и тихо произнесла: «Я хочу доверить теб», но закончить фразу Майя не успела.
Кровь! Я почувствовал её кровь! Всё, что произошло дальше, было самым настоящим для меня адом...
ГЛАВА 7
«Вибрационный сигнал»
РОККИ — ФЕНИКС
Часом ранее…
— Рокки, зачем мы в это ввязываемся?! В итоге можем пострадать из-за какой-то людской девчонки. Она же всё равно в итоге рано умрёт, зачем нам эта клятва?! — не мог успокоиться раненый рыжий братец, лёжа на земле в пещере.
— Джон, успокойся! Если ты будешь таким агрессивным, я не смогу сейчас полностью исцелить твои раны! — устало уговаривал я братца. — Если не успокоишься, позову Майю тебя штопать.
— Ладно, валяй! — нервно вздыхая, сдался Джон.
По окончании успешного исцеления, когда затянулась последняя рана на теле Джона, я устало вытер со лба капельки пота и тяжело вздохнул. Руки безвольно повисли вдоль тела от бессилия и энергетического истощения. Мой организм стал быстро слабеть после попыток исцелить рану девчонки и ночной охоты. Главную причину такой сильной энергозатратности я пока не выяснил, что сильно меня озадачивало и навевало неутешительные мысли.
Мы остались с Джоном в пещере одни. Гарри давно ушёл, после него и Адриан вместе с Майей покинули пещеру, но мы с братом знали, что они могли вернуться в любой момент.
Я не оставлял попыток вразумить болвана — братца, убедить его больше не пугать девчонку. Издевательство над Майей может обернуться неудачным для нас стечением обстоятельств, при котором он случайно выболтает все наши тайны в очередном порыве гнева.
Все приближённые к рыжему братцу существа в курсе, какой он бывает несдержанным в порыве злости и какой он поистине агрессивный болтун. Иногда просто невозможно его заткнуть и посидеть в тишине.
— Джон, ты же понимаешь, что Майя теперь наш козырь. Если то, что рассказали нам дриады во время ночной охоты, — правда, то получается, Майю с сестрой выкрали по приказу этой… — я не стал заканчивать мысль и произносить имя глумливой и коварной женщины, чтобы не привлекать внимание извне, как известно, даже у стен есть уши. — В общем, раз Майя нужна ей, то она её не получит! Мы выясним, для чего было спланировано их с сестрой похищение из «Людского мира», а после сможем отомстить и за нас! За изгнание нас четверых из родного мира… — я не успел закончить фразу, Джон меня перебил, что было вовсе не удивительно.
— Я понимаю. Надеюсь, что мы всё делаем правильно. Нельзя забывать, что дриады в этом «переходном» мире, да и в любом другом, всегда были и будут на стороне обычных людишек, Рокки. Доверять им можно, но крайне осторожно. Надеюсь, что вся эта затея в итоге нас не погубит! — поддерживал меня Джон и на удивление быстро закончил неприятный разговор.
Организм Джона полностью восстановился. Я тоже вполне окреп. Набравшись сил, мы принялись заниматься делами. Начали с заточки клинков, затем приступили к приготовлению пищи, так как сегодня подошла наша с братцем очередь готовить.
— Разве эта девчонка не должна готовить нам? Вроде у людей так принято: женщина на кухне и всё такое?! — фыркнул Джон.
— Считай, что в нашей пещере она теперь гостья, но можешь взять её в жены, и будет тебе персональная домохозяйка, — рассмеялся я, глядя на наигранно-брезгливую физиономию Джона.
— Ну уж нет, следовать твоему примеру не хочу! — рыжий братец ляпнул, очевидно, не подумав, и поспешил извиниться за свои слова.
— Всё нормально, я знаю, что ты не со зла…
Несмотря на то, что мы с людьми живём в разных мирах и наша жизнь по сравнению с ними более долговечна, тем не менее, мы иногда пересекаемся с людьми, знаем их устои и часть законов, их обычаи и некоторые бытовые привычки.
Я и вовсе знаю о людях намного больше братьев. Шестнадцать лет я прожил с красавицей Алисой, которая тоже была людской деву— Рокки, зачем мы в это ввязываемся?! В итоге можем пострадать из-за какой-то людской девчонки. Она же всё равно рано умрёт, зачем нам эта клятва?! — не мог успокоиться раненый рыжий братец, лёжа на земле в пещере.
— Джон, успокойся! Если ты будешь таким агрессивным, я не смогу сейчас полностью исцелить твои раны! — устало уговариваю братца. — Если не успокоишься, позову Майю тебя штопать.
— Ладно, валяй! — вздыхая, сдаётся Джон.
Когда затянулась последняя рана на теле Джона, я устало вытираю со лба капли пота и тяжело вздыхаю. Руки безвольно висят вдоль тела от бессилия и энергетического истощения. После попыток исцеления Майи и ночной охоты мой организм быстро ослаб.
Почему тратится так много энергии, я пока не выяснил, но это навевает на неутешительные мысли.
Я не оставляю попыток вразумить братца-болвана. Пока все остальные не вернулись в пещеру, нужно убедить его больше не пугать девчонку. В порыве гнева он может выдать все наши тайны.
Все, кто близко знает Джона, в курсе: в приступе злости он становится треплом, которого невозможно заткнуть.
— Джон, ты же понимаешь, что Майя теперь наш козырь, — понижаю голос, почти до шёпота. — Если дриады не солгали во время ночной охоты, то выходит, что Майю с сестрой выкрали по приказу этой — осекаюсь, не решаясь произнести имя вслух. Даже у стен есть уши. — В общем, раз Майя нужна ей, то она её не получит! Мы выясним, ради чего их с сестрой украли из людского мира, а после отомстим и за нас. За то, что нас изгнали из родного мира — я не успел закончить фразу, Джон перебил меня, что было в его духе.
— Я понимаю. Надеюсь, что мы всё делаем правильно. Нельзя забывать, что дриады всегда были и будут на стороне обычных людишек, Рокки. Доверять им можно, но крайне осторожно. Надеюсь, что вся эта затея нас не погубит! — сказал Джон и на удивление быстро закончил неприятный разговор.
Организм Джона полностью восстановился. Я тоже окреп. Набравшись сил, мы принялись заниматься делами. Начали с заточки клинков, затем приступили к приготовлению пищи. Сегодня подошла наша с братцем очередь готовить.
— Разве эта девчонка не должна готовить нам? Вроде у людей так принято: женщина на кухне и всё такое?! — фыркнул Джон.
— Считай, что в нашей пещере она теперь гостья, но можешь взять её в жены, и будет тебе персональная домохозяйка, — рассмеялся я, глядя на наигранно-брезгливую физиономию Джона.
— Ну уж нет, следовать твоему примеру не хочу! — ляпнул он, очевидно, не подумав, и поспешил извиниться за свои слова.
— Всё нормально, я знаю, что ты не со зла
Мы с людьми живём в разных мирах, и по меркам смертных наша жизнь вечна, но всё равно пересекаемся с ними. Осведомлены об их законах, обычаях и привычках.
Я и вовсе знаю о людях намного больше братьев. Шестнадцать лет мы с Алисой прожили вместе. С первого взгляда считал её своей истинной, и что бы ни случилось, так будет всегда.
Прошло более пятидесяти лет после смерти моей возлюбленной, и столько же времени её душа закована в Царстве Аида . Я уже полвека один и не собираюсь больше заводить серьёзных отношений. Алиса была прекрасной и доброй девушкой, которая поделилась со мной и братьями очень многими тонкостями и особенностями жизни в Людском мире. шкой. С первого взгляда считал её своей истинной, и что бы ни случилось, так будет неизменно и навсегда.
Уже прошло более пятидесяти лет после смерти Алисы, и столько же времени душа моей возлюбленной закована в « Царстве Аида ». Я уже полвека один и не собираюсь больше заводить серьёзных отношений. Алиса была прекрасной и доброй девушкой, которая поделилась со мной и братьями очень многими тонкостями и особенностями жизни в «Людском мире».
***С момента, как Адриан с Майей покинули пещеру, прошло уже больше часа. Джон всё ещё продолжал рассуждать о Майе:
— Знаешь, кровь девчонки какая-то другая, даже по запаху отдалённо напоминает людскую. Если учесть, что я себя прекрасно сдерживаю и относительно спокойно реагирую на эту девчушку, не считая того, что иногда нарочно запугиваю её, то можно прийти к закономерному выводу — что-то с этой девчонкой нечисто. Мне кажется, она что-то скрывает, и нам надо как можно быстрее вычислить, что именно!
— Да, я вчера исцелял рану на её руке и тоже почувствовал странную энергетику. Как будто её кровь впитала неизвестную мощную силу и хранит это в себе... — задумчиво размышлял, но решил не продолжать делиться доводами.
Несмотря на наши с братьями не очень добродетельные планы на девчонку, я вовсе не желал Майе зла и не хотел подвергать её опасности. Девушка многое пережила за последнее время, напугана и осталась совсем одна. Очутилась среди четырёх мужчин, которые повели себя как самые настоящие кобели. Майя находится в чужом для себя мире, ещё и совсем недавно потеряла единственную сестру. Довольно с неё стресса…
Я интуитивно чувствовал свет и тепло внутри этой человеческой девчонки. Она была чиста мыслями и сильно напугана. Если быть честным с самим собой, то я действительно считаю, что всё не так просто, как изначально может показаться. Что-то в этой девушке есть, что-то тайное сокрыто внутри неё. Возможно, именно это и есть причина охоты на девчонку. Я уверен в своих размышлениях, и эти тревожные мысли не оставляют меня ни на минуту. Не спешу делиться своими подозрениями с братьями, чтобы они в порыве, не разобравшись во всём, не лишили Майю жизни.
Идея с «клятвой на крови» не приводит в восторг, но я понимаю, что так девчонка будет в относительной безопасности. Правда, слова Джона о том, что он вполне может контролировать себя рядом с ней, наводят на мысли: в клятве нет никакого смысла. «Хотя, что таить, я был бы рад такой юной, доброй и красивой сестрёнке» — продолжал я мысленно сам с собой вести беседу, строить догадки и гипотезы, сидя напротив, напевающего себе под нос странные мелодии Джона.
— Джон, братец, признайся, тебе ведь понравилась эта девчонка.
— Не понимаю о чём ты. — Джон ответил безучастно, даже не поднял голову.
— Знаешь, сколько бы ты ни пытался натягивать на себя маску кровожадного злодея, во втором твоём обличии она тебе не подходит. — Я подошёл к нему ближе. — У тебя неплохо получается пугать Майю, но на самом деле ты ведь заботлив к ней, иначе не стал бы защищать и заступаться за неё во время той перепалки на охоте, когда с братьями решали, как мы с ней поступим. И не кинулся бы на защиту, когда за ней пришли те существа.
Джон замер. Думаю, что в этот момент он вспоминал и анализировал свои действия. Вспомнил, как запах человеческой крови заставлял раньше его мантикорью сущность проснуться. И как вместо того, чтобы увидеть в Майе лёгкую добычу, он увидел... ту, которую нужно защищать.
— Девчонка хороша, — наконец сказал он, не глядя на меня. — Заботливая. И навряд ли несёт в себе какую-то угрозу. Её попытка защитить Гарри от шишиги тоже была полна отваги.
— И? — Я ждал продолжения от братца.
— И да, мне она нравится. — Джон повернулся ко мне, и в его глазах читалась не привычная хищная уверенность, а смятение. — Но всё равно что-то не так. Я слишком хорошо себя чувствую, когда она рядом. Слишком спокойно для мантикоры.
Джон посмотрел на свои руки, затем в сторону выхода из пещеры, куда ушла Майя.
— Раньше я делил мир на «своих» и «еду», но девчонка не подходит ни под одну категорию. Я ведь даже не рассматриваю её всерьёз как пищу, хотя должен был, ведь как ни крути, я — мантикора.
— Возможно, что Гарри прав...
— В чём? — Джон нахмурился.
— Если мы будем заботиться и воспринимать девчонку, как нашу сестру... — я сделал паузу, подбирая слова, — ...то у нас будет больше шансов манипулировать врагами и отомстить за всё, что с нами сделали!
В пещере на мгновение воцарилась звенящая тишина.
— Ты тоже предлагаешь использовать Майю как приманку? — Джон явно был возмущён этой затеей.
— Не просто приманку, — поправил я. — Она будет активатором. Ведь наши враги знают: мы рано или поздно отомстим за прошлое, но если увидят, что у нас появилось нечто ценное в настоящем, нечто хрупкое, человеческое...