Ириска – III. Выбор по совести

Пролог.

Если бы это существо увидел гном, он бы нахмурился и потянулся к оружию. Если бы его встретил человек – изумился бы, что такие создания вообще существуют.

Он возвышался, как живая тень, сотканная из металла и времени. Тёмно-синяя кожа сливалась с узорами древности, будто сама ночь оставила на нём свои письмена. В золотом свете глаз не было ни тепла, ни жизни – лишь знание, столь древнее, что оно тяготило саму ткань бытия. Невозможно было сказать, одета ли эта фигура, или же броня, испещрённая мерцающими золотыми линиями, стала частью его бессмертной плоти. Череп пересекали рельефные узоры и тёмные полосы, словно инкрустация безумного гения.

Эльфы не считали его обычным сородичем, он был живым свидетельством забытых эпох – оракулом, рожденным во времена Древних.

*      *      *

Феликс, не поднимая своих бирюзовых глаз попросил:

– Вы можете ему приказать, Ваше величество.

Царь, проживший более четырёх веков, обладал пронзительным взглядом светлых, почти белых глаз, сияющих холодным светом. Его волосы, длинные и тяжёлые, падали пурпурным водопадом на плечи и спину. Лицо оставалось спокойным, лишённым морщин и признаков времени, но в этой гладкости читалась усталость столетий, столь безмерная, что сама тишина казалась его спутницей.

– Прикажите, мой Царь, и он повинуется, – учёный говорил тихо, склонившись в почтительном поклоне, и всё же ощущая взгляд старца.

В стороне стоял Великий князь небес Каркаданн, что привёл малого эльфа по его настоятельной просьбе.

– Феликс, – тихий голос, словно ручей, готовый раствориться в недрах земли, – Есть вещи, над которыми не распространяется власть ныне живущих владык. Ты просишь меня стать той рукой, что кинет камень в гладкую поверхность лунного озера. И думаешь, что станешь самим камнем. Но есть истина, которую тебе следует узреть: не круги на воде нужны нашему народу. Царь должен окунуться в омут с головой. И только он – никто другой оракула не устроит.

Малый эльф совсем опустил голову; кончики очень длинных ушей будто повисли в печали.

– Как я не могу стать тобой, так и ты не можешь следовать лишь моему приказу. Ему необходим Царь, прошедший традицию посвящения.

Феликс вздохнул, пытаясь собраться с мыслями, пытаясь найти слова, брешь в логике…. И он находил их, ибо то, что говорили в Совете Четырёх, то, что требовал Синизмату – оно было неправильным, неестественным, жёстким, словно железнодорожное полотно, не позволяющее свернуть в сторону от проложенного пути. Все его доводы разбивались о холодное отрицание без понятной причины.

Глава 1. Консультация со старым приятелем.

Невысокий темноволосый человек, будто дремал, застыв в кресле. Правда поза была какой-то неестественной: спина ровная, откинутая назад, ноги вытянуты, руки заложены в карманы форменных брюк. Адъютант несмело кашлянул и робко постучал по двери.

– Я слушаю? – глаза Гофман не открыл.

– К вам посетитель.

– Меня нет.

– Вообще-то, я тебя вижу! – раздался знакомый голос.

Контрразведчик приоткрыл тёмные глаза и невозмутимо смерил взглядом Ириску:

– Ну тогда ты видишь, что меня здесь нет.

– Ему чаю, мне воды, – распорядилась пепельноволосая девушка с голубыми глазами.

Адъютант быстро прикрыл за ней дверь и пошёл кипятить воду, размышляя, не влетит ли ему за эту посетительницу от нового начальства.

Гофман зевнул, усаживаясь в кресле поудобнее:

– Где ты пропадала? Рудокоп сказал, что ты ввязалась в какую-то авантюру.

– Пф, – фыркнула девушка, – А чем мне ещё заниматься?

– Интересный у тебя загар, – отметил полковник, – Где ты нашла столько солнца зимой и почему такие странные линии?

– Горы Тэнкурен. Бывал там?

– Небесная гряда, – кивнул Гофман, – Не самое удачное место для зимовки.

– К Хэче детали. Тем более, что там не всё совсем уж законно.

Тут Гофман слабо улыбнулся, будто обессиленный человек, услышавший хорошую шутку. Ириска приподняла бровь: «Может не стоит ему говорить? Он как будто, так и не оправился от удара».

– У меня есть новости.

Гофман выжидательно смотрел на знакомую, но та не продолжила, пока адъютант полковника не покинул кабинет, поставив напитки:

– Я знаю, зачем похитили Феликса.

– О! – полковник расширил глаза, отняв кружку с чаем от рта, – Ты что, была в Царстве?

– Нет. Эм… Вернее да. Но не то, чтобы… В общем, – тряхнула она светлой головой, – У меня был контакт с одним эльфом. Он сказал, что Феликс – основной кандидат на престол Царства.

Ириска понизила в конце голос, рассчитывая произвести впечатление, но Гофман оставался невозмутим, если не сказать скучающим. Его как будто больше удивило бы то, что она сумела проникнуть на территорию эльфийских земель.

– Почему Феликс? – равнодушным тоном спросил полковник.

– Этого мне не сказали.

– А что сказали?

– Что у Царя нет наследников. Феликс – самый подходящий кандидат! И его не удерживают силой, он свободен, но не уходит, потому что готов принять ответственность перед народом!

Ириска сделала большие глаза, а Гофман так и остался безучастным. Контрразведчик прихлёбывал горячий чай, и смотрел отстранённо. «Пора бы уже вбросить настоящую бомбу», – решила Ириска и выдохнула:

– Мне об этом рассказал…

– Багамут, – закончил за неё Гофман.

Теперь глаза Ириски стали большими от изумления:

– Ты тоже с ним виделся?!

– Нет, – покачал головой полковник и в его глазах промелькнуло что-то жёсткое, – Но у тебя был «контакт» с эльфом, он сказал тебе нечто странное и ты поверила. Либо тебе это всё поведал сам Феликс, либо его похититель.

Девушка похлопала голубыми глазами:

– И ты не удивлён?

– Удивлён, – признался контрразведчик, – Как ты с ним встретилась?

Ириска неуверенно повела плечами и выдала краткую историю, касающуюся её нахождения на горных склонах Тэнкурен, что оспаривали эльфы и воинственные жители королевства Харугон. Гофман изредка задавал уточняющие вопросы, интересовался деталями поведения Багамута, интонациями и снаряжением:

– Он избавился от своего кинжала? – единственный момент, когда Гофман проявил хоть какое-то удивление.

– Он сказал, что вернул его в круг.

Гофман отставил опустевшую чашку в сторону и сложил руки перед собой, уперевшись подбородком в ладони.

– Значит, – тихо подытожил контрразведчик, – Их биологический вид под угрозой вымирания. У нас нет данных о точной численности коренного населения в Царстве, но у эльфов действительно почти никогда не рождается больше одного ребёнка. Следовательно, мы можем предположить, что угроза исчезновения реальна. Далее, эльфы тратят много времени и ресурсов на поиски Феликса, который прожил большую часть жизни в стране людей, с целью возвести его на престол после кончины текущего Царя. Хм… Феррагора была права.

– Генерал Феррагора? – удивилась Ириска, услышав имя могущественной главы корпуса разведки, – А в чём она была права?

– В том, что в Феликсе есть нечто, чего мы не знаем, но что страшно интересует его сородичей.

Гофман прикрыл глаза, размышляя. Данных было слишком мало, но кое-что зацепило его разум: «Вымирающая раса атакует милитаризированный Кнайпхоф, развязывая жестокую пятилетнюю войну. В период мира их вид угасает медленно, почти незаметно для других из-за большой продолжительности жизни. Но война должна была быть для них бедствием сравни чумы. Что же мы упускаем?»

Он открыл глаза и упёр взгляд в девушку напротив:

– Ириска, ты кому-либо говорила об этих новостях? – голос был едва слышимым.

Девушка отрицательно покачала головой:

– Нет.

– Ты уверена? Ты точно не упоминала, что эльфы вымирают?

– Да. Я вообще ни с кем не обсуждала моё путешествие кроме тебя, – подтвердила Ириска.

– Отлично. И тебе не следует об этом говорить больше ни с кем. И… никогда.

– Не поняла, – Ириска удивлённо подняла бровь, – Но Феликс и его коронация – я думала, что это важные стратегические новости!

– Да, Феликс весьма сильно меня заинтересовал, но дело не в нём, а в его народе.

– В каком смысле? – недоумённо смотрела девушка.

Гофман вздохнули откинулся назад, говоря очень тихо:

– Если станет широко известно, что жители Царства обречены на вымирание, то развяжется жесточайшая война за их территории. Сейчас мы заморозили конфликт. Единственные стычки эльфов происходят на спорных землях с Харугоном. Стоит восточному королю узнать, что его враг слабеет с каждой атакой…

– Прям уж с каждой? – недоверчиво прищурилась Ириска.

– Да, с каждой. Понимаешь, правители думают не тактически, а стратегически. В битву вступят десять эльфов против десяти человек. С обеих сторон выживет по пять бойцов. Вернувшись домой, каждый женится. Но как скоро восстановится число эльфов и как скоро – людей?

Ириска замерла. Она не подумала о войне настолько затяжной, чтобы речь шла о смене поколений.

– Люди могут довольно быстро восполнить свою численность, но эльфы – нет, каждый погибший воин приближает их вид к исчезновению.

– Но это же чушь! – воскликнула девушка, – Они развязали последнюю войну! Они уничтожили мой город и его окрестности! Это был их выбор! А сейчас выясняется, что это привело их к…

Она вспомнила Феликса. Маленький эльф поступил в армию Кнайпхофа, чтобы получить доступ к технологиям военных. Учёный быстро сделал карьеру и имя в инженерных войсках, поступил в корпус разведки, развивал потрясающие технологии, совершал открытия… Но покинул армию, когда увидел, как его машины оставляют за собой пепел и кровь. Феликс был пацифистом и противником насилия, он не принимал войну.

– Может, им и нужен такой Царь, как Феликс? – тихо закончила девушка.

Гофман смотрел на неё взглядом своих тёмных глаз и пожал плечами:

– Вряд ли дело в его антивоенных взглядах.

– Тогда в чём?

– Ириска, мы не упускаем что-то из вида – мы попросту не владеем информацией для анализа.

Гофман поднялся и прошёлся по кабинету:

– Но ты дала мне пищу для размышлений. Пора бы мне развернуть деятельность опергруппы по её назначению.

– А что – опять активизировались диверсанты?

Гофман чуть поверну голову:

– Ты думаешь, что мои люди нужны для того, чтобы убивать граждан других стран?

– А для чего же ещё? – удивилась Ириска.

– Для поисков истины.

Глава 2. Старые и новые.

Она покинула Генеральный штаб армии в смешанных чувствах. Конечно, нельзя было предполагать, что спокойный как камень Гофман сразу же подпрыгнет до потолка и начнёт готовить людей для проникновения в Царство. Но всё же, она надеялась, что контрразведчик проявит большую инициативу. «Ну, по крайней мере он собирает своих ребят», – эта мысль немного её успокоила.

Тёмно-синий Вейнар Индастриз «Номад» послушно ждал её, покоясь на посадочных стойках. Девушка завела двигатели магнитно-гравитационного поля, сокращённо называемых МГП, и мобиль полетел в полуметре над плотной поверхностью дороги. «Надо бы зарядить двигатели», – показатели заряда были ниже одной трети. Ириска проверила, где находится ближайшая станция зарядки, которая выполняла множество функций, помимо своей непосредственной и направила свой транспортник туда.

За окнами проплывали виды столичного Фалькенвика – прибрежного города, бывшего ещё и столицей Кнайпхофа. Здесь располагалась резиденция Великого Магистра и сам Магистрат – орган, управляющий вторым по величине государством материка Торракс. Фалькенвик жил непрерывным шумом: крики торговцев на рынках, гул мастерских и звон цепей в доках сливались в единую какофонию. Здесь переплетались богатство и бедность, роскошь торговых домов и теснота рабочих кварталов. Но всюду ощущалось главное – это был город-владыка, сердце Кнайпхофа, смотрящий на мир с холодным прищуром, как сокол на свою добыче.

Ириска подсоединила кабель зарядки к порту в своём Номаде и указала: «Полный заряд». Датчик на стойке послушно мигнул, и девушка на всякий случай приложила свой Идентификатор Гражданина Кнайпхофа к информационному блоку. Некоторые станции зарядки были подключены к линии телеграфа и могли передавать на персональные идентификаторы, называемые в народе «брусками», сообщения.

Ириска подумала, что может быть кто из друзей или приятелей захочет отправить ей весточку. Сообщение действительно было, и она радостно раскрыла письмо. Брови девушки хмуро свелись: писали не друзья.

В арендуемой комнате Ириска перебрала своё оборудование. Честно, говори, имущества у неё было немного: всё могло легко уместиться в Номаде. Винтовка «Сумрак 22» от Стального Концерна Айзенмарка; средний пистолет «Гауэр Т8»; не такой мощный, но более быстрый «ВБ-17», называемый в народе «Воробей». Да ещё несколько ножей, инструменты, детали для протеза её левой механической руки, аккумуляторы, капсулы с разными типами зарядов… «Это не имущество, это снаряжение солдата, который так и не смог вернуть свою душу с войны», – она отогнала ненужные мысли прочь. В письме её просили приехать в город Фрей, из столицы туда можно было добраться за два дня на МГП-мобиле. Писал старый заказчик, при работе с которым пришлось обнулить пару человек и одного гнома.

Солнце не успело совсем спрятаться за горизонтом, когда из северных ворот Фалькенвика неспешно вылетел тёмно-синий Номад. Если бы сквозь тёмное стекло можно было что-то увидеть, то вниманию бы предстала стройная голубоглазая девушка с волосами настолько светлыми, что они казались платиновыми.

*      *      *

Падак носил звание самого южного города Кнайпхофа. Он раскинулся в небольшом заливе Железного моря, у самой границы с Айзенмарком. Жители Кнайпхофа любили ворчать, подшучивая над соседями: мол, и реку назвали Железной, и море, и саму страну зовут железными землями. Но при этом исправно принимали корабли с товарами – как от соседей, так и из страны Карассен, расположенной дальше по побережью. Ходили слухи, что Магистрат развивает железнодорожное сообщение, и лет через пятьдесят грузы будет проще отправлять по суше, большими составами, вплоть до самого Онамадзу на востоке континента Торракс. Это, конечно, могло бы заметно сократить время в пути, но сейчас всё ещё ходили корабли.

Скиталец сошёл по сходням из лёгкого, пружинящего под ногами металла. В тёмной куртке с откинутым назад капюшоном он выглядел расслабленным, но в то же время напоминал волка, готового в любой миг собраться для атаки. Под курткой угадывалась тёмная броня с едва заметным тусклым свечением – стазиска, призванная смягчать ударный эффект снарядов, попадавших в неё. Обе кисти Скитальца, выглядывавшие из рукавов, были металлическими, выполненными с филигранным мастерством и точностью.

Таможенник некоторое время тупо смотрел на высветившиеся данные пограничных документов.

– Господин Ставров?

– Всё верно, – спокойно ответил мужчина со странными светлыми, почти белыми глазами.

Таможенник едва заметно вздрогнул, такие глаза могли бы быть у эльфа, а не у человека. Ему даже показалось, что белая радужка, окаймлённая чёрным ободком, светится совсем как у ушастых.

– Цель прибытия в Кнайпхоф? – в списке имущества отдельно значилось вооружение пришельца.

– Меня пригласили для заключения контракта. Работодатель указан.

– Какой у вас профиль? – сверил данные таможенник.

– Специалист по обеспечению безопасности.

«Наёмник. Как будто своего сброда не хватает в стране. Сраные вояки всё никак не успокоятся. Кто страну будет поднимать, если у каждого на бедре или под мышкой пушка, а в мыслях только нажива?» – мысли, конечно же, озвучивать вслух не стоило. Таможенник подтвердил право пребывания Вениамина Ставрова на территории Кнайпхофа, сделав пометку в его карассенском бруске.

В Падаке Скиталец обратился в местное отделение банка Кнайпхофа и открыл счёт, переведя на него средства со своего клипера. Затем обратился в военный штаб, там подтвердили его документы на протезы военного образца и допуск к оружию. Проводили Скитальца задумчивыми взглядами: Карассен славился военным нейтралитетом в любых конфликтах, было странно видеть его гражданина, имеющего высокий доступ вооружения.

Наконец, он прошёлся по местному рынку транспортников, но не нашёл ничего подходящего. «Ладно, я куплю подходящий мобиль позже», – решил Скиталец и выехал из города на поезде, не обращая внимания на наступающие сумерки.

Глава 3. Не контракт.

Ириска приехала во Фрей, откуда два месяца назад уезжала с образцами спиртов для производителя бренди в Нойхаузене. Тогда за ней увязались преследователи, которых она сперва приняла за перехватчиков. На деле же выяснилось, что помощник директора фреевского предприятия продался конкурентам и пытался сорвать подписание договора. Теперь незадачливый помощник по имени Аллат находился в руках стражи Кнайпхофа – или, как их теперь унифицированно называли, «полиции». Несколько наёмников, сопровождавших Аллата, уже отправились в мир мёртвых, потому что недооценили девушку-курьера.

Новая помощница Мартины Рейнгардт проводила Ириску в кабинет директора.

– Здравствуйте, Баньши, – ухоженная женщина со светлыми волосами приветствовала её по курьерскому псевдониму.

– Госпожа Рейнгардт, – Ириска вежливо склонила голову, держа руки за спиной.

– Я хотела бы ещё увидеть мужа, если он не сильно занят, – обратилась Мартина к помощнице.

Когда молодая девушка вышла из кабинета, директор с лёгкой улыбкой повернулась к Ириске:

– Это Анка Рапстоун. Она хорошая подруга нашей дочери Лады, и я надеюсь, что эти отношения уберегут её от необдуманных соблазнов, которым поддался Аллат.

– С виду, она очень сообразительная, – снова проявила вежливость Ириска.

– Прошу вас, присаживайтесь, Баньши.

В кабинет скоро вошёл мужчина лет пятидесяти, каштановые волосы были тронуты сединой, на глазах он носил большие очки с техно-линзами. Черты лица казались благородными, с глубоким отпечатком интеллекта: «Вот как мог бы выглядеть Феликс, если бы был человеком», – подумала Ириска.

– Дорогой, это Баньши – курьер, которая привезла нам договор с Каллисто.

– О! Рад знакомству! Моё имя Остап Рейнгардт, – мужчина пожал руку девушки и сел в соседней кресло, напротив супруги.

– Баньши, во время выполнения нашего поручения, вам пришлось столкнуться с весьма неприятной ситуацией. Но настоящий удар пришёлся по нам. Остап занимается биологическими разработками: спирты, образцы которых вы передали семье Каллисто в Нойхаузене – это его достижение. Но Аллат сумел передать часть информации о разработках конкурентам и теперь наше предприятие под угрозой.

Ириска слушала, не очень понимая причём здесь её курьерский профиль, но всё же не перебивала.

– Мы полагаем, что в наши дела вмешалось одно предприятие из Бальда, – мягким голосом вставил Остап.

– Да, – немного нахмурилась Мартина, – Они специализируются на виноградных спиртах, в то время как мы используем яблочное и грушевое сырьё.

– Тогда почему вы конкурируете? – не поняла Ириска.

– «Нойхаузен-бренди» планирует запустить линейку напитков, которые будут представлены, как напиток Кнайпхофа – то есть, олицетворение нашего государства. Наши спирты – настоящая находка для семьи Каллисто, владеющих предприятием. Проблема в том, что несмотря на высочайшее качество, объёмы нашего производства пока не велики. А если конкуренты из Бальда сократят технологический отрыв или сильно спутают нам карты, то мы можем потерять контракт с «Нойхаузен-бренди».

– Я, кажется, понимаю. Но пока не очень ясно, зачем вам курьер?

– Нам нужен не курьер, – тряхнул головой Остап, – А человек, способный провести силовые переговоры с Бальдом.

– Остап! Прошу! – Мартина слегка осадила супруга, – Простите, Баньши. Мой муж тяжело переживает за возможную кражу технологий.

– Всё в порядке. Но вам следует обратиться с таким вопросам к наёмникам. Есть множество организаций, которые занимаются вопросами, связанными с силовой безопасностью.

– Да, есть. И мы уже наняли одну команду. Но они не смогли довести партию особо ценных спиртов до Нойхаузена, – покачала головой Мартина.

– Не смогли? – Ириска подняла бровь.

– Да, – вздохнул Остап, – Им помешали.

Мартина кивнула, опираясь локтями на стол:

– Мы отправили груз по новому железнодорожному пути до Гусь-Хеллика. Оттуда спирты должны были перегрузить из вагонов на грузовые транспортники и доставить в Нойхаузен. Но при пересечении Железной реки группа попала под атаку бандитов.

– Вряд ли это были бандиты, – тихо вставил супруг Мартины.

– Как бы то ни было, спирты утеряны, груз до «Нойхаузен-бренди» не дошёл. Мы сорвали срок поставки.

– Большой объём?

– Девяносто бутылей в специальной упаковке. Каждая бутыль вмещает пятьдесят литров спирта, – хмуро сообщил Остап.

      Ириска в удивлении подняла брови:

– Это огромный объём для одного курьера!

– Поэтому мы наняли группу сопровождения.

– Простите, но я всё ещё не понимаю – для чего вам я?

– Для слежки, – Мартина строго посмотрела на открывшего рот мужа и тот промолчал, – Мы полагаем, что Бальд мог подкупить наёмников. Во время нападения никто из них серьёзно не пострадал, а груз исчез. Нам нужен кто-то, кто будет сопровождать наш груз и следить за чистотой поведения охраны.

Остап вздохнул и наклонился к Ириске:

– У нас не настолько огромное предприятие, чтобы не почувствовать потерю девяноста бутылей редчайшего спирта. Мы готовим партию на ещё сто бутылей, но это всё что мы можем предложить в ближайшее время. Если она тоже подвергнется нападению – мы потеряем договор.

– Я понимаю, но что может сделать один курьер против группы наёмников? – удивилась Ириска.

Супруги переглянулись:

– Но вы ведь можете привлечь государственных военных?

– Что?

– Когда нам пришло извещение о том, что Аллат передан в стражу… то есть в полицию, то его передал военный гарнизон. Мы уточнили почему так произошло, и выяснилось, что вы – кадровый офицер разведки.

Ириска покачала головой в удивлении:

– Это очень сильно преувеличено. Я не офицер, я – отставной сержант. И у меня есть доступ к военным контрактам, в том числе к договорам с корпусом разведки. Но я не могу привлекать к своим частным делам государственную армию Кнайпхофа. Мне жаль, но вас немного ввели в заблуждение.

Супруги переглянулись с вытянутыми лицами.

– Вы может быть сумеете нам подсказать кого-то из ваших сослуживцев, кто занимается подобными операциями? – не сдавалась Мартина.

Ириска ответила отрицательно:

– Мне жаль, но большинство моих сослуживцев погибли. А те, кто остался жив не могут заниматься подобной работой по состоянию здоровья. Я рекомендую вам обратиться к группе Эйлера. Я лично с ним не знакома, но Леонард Эйлер был одним из самых уважаемых спецов морской пехоты. Сейчас он продаёт свои услуги, как командир наёмной группы. Боюсь, что у них высокая цена, но всё же – они одни из лучших, если не лучшие в стране.

Супруги поблагодарили девушку, а Остап на прощание подарил ей бутылку бренди без этикетки. Анка проводила Баньши до выхода из административного здания, и тёмно-синий Номад отправился в сторону выезда из Фрея.

Городок был небольшим и одна из его уютных гостиниц расположилась за городской чертой. Умываясь в номере, обставленном в сельской манере, Ириска обдумывала встречу: «Жаль, конечно их бизнес, но не стоило так сильно полагаться на один контракт. Хотя, не мне их судить – я не имею никакого понятия о таких предприятиях», – она открыла подаренную бутылку и плеснула в стакан душистый напиток глубокого янтарного цвета. Понюхав аромат и попытавшись «услышать» носом какие-то фруктовые нотки, Ириска пожала плечами и сделала большой глоток. В горле запершило, на глазах выступили слёзы, и она закашлялась:

– Как люди пьют эту дрянь? – алкоголь Ириска не понимала.

В голове немного зашумело, и девушка закупорила бутылку, убрав её в небольшую сумку.

*      *      *

До самого севера Кнайпхофа ему пришлось добираться почти трое суток на поезде. Зато, в Бальде был представлен большой выбор транспортников. Скиталец остановился на распространённом в Кнайпхофе «Вихре», производства компании Rider с западного материка.

«Пора на встречу», – решил он. Работодателем был эльф с волосами тёмно-зелёного цвета и фиолетовыми глазами, которые слегка светились, как у всех представителей его вида: