Шарлин. Чудеса алхимии-2

Глава 8

Тайлер

Лекарь задумчиво откинулся на спинку кресла, чуть прищурившись взглянул на брата.

- Чем же тебя заинтересовала Шарлин?

- Вокруг неё происходит много странного… Я был у Арчибальда.

- Архонт-коэрцитор вёл дело об отравлении мужа Шарлин, что с того?

- Арчибальд славный малый.

Тайлер хохотнул:

- Никто во всём Эрленде не может сказать так о господине Даттоне.

Тирон усмехнулся:

- Нас боятся, забывая, что для меня и архонт-коэрцитора есть лишь одна госпожа - Валандия, мы служим ей. И приходим к людям, когда существует реальная угроза. Так что, Арчибальд - славный малый, как я уже и сказал. Кстати, не твоя ли Шарлин тому примером? Ведь она не отправилась в тюрьму по ложному обвинению.

- Мне не нравится, что твои Тени обратили внимание на мою невесту. Ваше ведомство не просто боятся, а ненавидят до почечных колик, и стоит только пройти слуху, будто Шарлин стала интересной для Умбры от неё отвернутся все, а курорт и вообще можно смело закрывать. Это всё равно, что объявить Леннардвилль источником проказы.

Тирон пристально взглянул на Кендала-младшего и рассмеялся, чуть запрокинув голову:

- Ну, полно, не такие уж мы и страшные.

- Других жуть берёт, и ты сам прекрасно знаешь.

Смех прекратился также внезапно:

- Мне не нравится, когда твоей жизни угрожает опасность.

- Зачем проверял Шарлин?

Тирон склонил голову:

- Ты бы сделал на моём месте то же самое. Девчонка не опасна, но наивна, такая же идеалистка, как мой братец, не хочу, чтобы её кто-то использовал в своих целях. Когда свадьба? - неожиданно сменил тему Кендал-старший.

- Мы… - запнулся Тайлер, - решили подождать. Я не хочу вести замуж любимую женщину, чтобы все вокруг говорили, будто польстился на деньги и титул. Мне предложили место…

- Знаю, - кивнул Тирон, - так ты не рассказал ей…

- Что я бастард? Зачем? Мы с тобой давно решили не брать имя отца, хоть он и предлагал нам.

- К имени прилагались деньги, может, от них ты теперь зря отказываешься, - Тирон, сидевший напротив, прикрыл веки, сложив вместе кончики пальцев, а локти поставил на ручки кресла.

- Как и ты, - пытался парировать Тайлер.

- Моей профессии лишнее внимание только повредит, с тобой - другое дело. Мы были юны, горячи и глупы. Согласись на предложение отца, прими его имя.

- Странно слышать подобный совет именно от тебя, - помолчал Тайлер, - станут ли звать меня к себе аристократы, зная, что лекарь Кендал отпрыск герцога Марлоу. К тому же кто расскажет о перипетиях в своей семье бастарду? Я стану бесполезным для тебя.

- Да, ты помог снять подозрения с Чандлеров.

- Благородная семья.

- Даже среди святых рождаются подонки, - сухо ответил Тирон.

- Это снова проверка? - сузил глаза Кендал-младший.

- Мне нравится, что невеста не повлияла на твой разум, - не стал отпираться брат.

- Шарлин принимает меня таким, каков есть. Я сам хочу добиться положения. Не за счёт отца и его капиталов. Пусть моя невеста и вдова барона, но свои деньги заработала самостоятельно, каждую копейку вкладывает в новый курорт.

Тирон улыбнулся:

- Вот теперь и я хочу познакомиться с ней. Выходит, славная девушка. Герцогиня Марлоу умерла, - без всяких переходов сказал брат, это было в его стиле, мгновенно переключаться на другую тему.

- Что теперь?

- Отец улаживает дела в столице, а после хочет оставить Нивелис и уехать к матушке. Навсегда.

- Я ожидал чего-то подобного, - кивнул Тайлер.

Юная Салина Кендал, дочь богатого портного, который обшивал аристократов Эрленда, случайно познакомилась с блистательным, но безнадёжно женатым герцогом Эметтом Марлоу. Любовь с первого взгляда, но не такая красивая, как в балладах. Его Светлость выкупил небольшое поместье возле своего фамильного замка, куда и перевёз юную любовницу. Селина провела там всю жизнь, ожидая, когда Эметт сможет приехать к ней. Материнство стало для неё словно побочным эффектом, девушка с каким-то удивлением воспринимала сыновей. Всё её время было отдано герцогу. Когда он приезжал, мальчишки оставались на попечении слуг, отец не горел желанием встретиться с ними, а после отъезда милорда мать погружалась в такую глубокую меланхолию, что и подавно не замечала ничего вокруг.

- Это не любовь, - поморщился Тирон, - наваждение, если хочешь, сумасшествие. Потому я и одинок.

Тайлер пожал плечами:

- Мы с тобой никогда не зависели от герцога, а матушка… Пусть живут как хотят, они ждали этого момента долгие годы.

- И всё же отец приезжал к тебе, - брат подался вперёд, - под его протекцией ты смог бы достичь большего, я же останусь в тени.

- Фамилия Марлоу не станет магнитом для карьеры, бастардов не любят. Быть может, мне не посмеют в чём-то отказать, например, в звании архонт-лекаря, но никогда не воспримут всерьёз, каждый будет считать, что я добился всего не своими знаниями и тяжёлым трудом, а только протекцией отца. Нет. Мне не нужна тень Марлоу на моей репутации. Герцогу удалось сохранить наше рождение в тайне, пусть так и будет.

- Шарлин? - Тирон снова откинулся на спинку кресла.

- Не говорил ей. Пока. Когда-то в пору юности, по твоему совету, придумал историю своей семьи и так долго врал всем, что и сам в неё поверил, - усмехнулся Тайлер, - но между нами лжи не будет. Перед свадьбой свожу невесту к матушке.

- Я тоже приеду,- кивнул брат, - познакомлюсь с миледи Леннард. Кстати, тебя не смущает внимание к ней со стороны герцога Баррингтона?

- Нет, - улыбнулся Тайлер, - они партнёры по курорту, владеют им в равных долях. У меня нет причин для ревности.

- Но третья часть, принадлежавшая миледи Женевьеве, теперь отошла её сыну, - заметил Тирон, - а он также полноправный совладелец. Не боитесь, что ветер переменится?

- Пока милорд не появлялся на «Вилла вива Дженна». Дальше, посмотрим. Чего сейчас гадать,- пожал плечами Кендал-младший.

- Как бы опять не закрутилась вокруг твоей невесты ещё одна дурно пахнущая история…

- Избавь Шарлин от внимания Теней, - в голосе Тайлера послышалась сталь, - я не шучу.

- Обещаю, при условии, что твоя жизнь не окажется под угрозой. Кстати, ты посвятишь меня в подробности нападения?

Тайлер, смягчившись, рассказал брату, как они защищали курорт от наёмников.

- Ты не шутишь? - хохотал Тирон. - Обсыпали их перцем и полили кислотой?

- Это была идея Шарлин, видел бы ты, как они улепётывали в лес, сдирая на ходу с себя одежду.

- Хм, а она интересная женщина, - подметил брат, - а по поводу заказчика… Сдаётся мне, дело в прошлом её мужа.

- При чём здесь Хенрай? - удивился Тайлер.

- Катрин Вайпер отравила его, сейчас коротает дни в убогой келье, но у неё осталась родня… Не утверждаю, но в вашем случае проверил бы эту версию.

- Ревность сыграла с ней злую шутку, - покачал головой младший брат.

- Там замешана не только ревность.

- Вот как?

- Арчибальд узнал интересные подробности участия, так скажем, Хенрая Леннард в жизни семьи Катрин.

- Я не кумушка на базаре, чтобы собирать сплетни. Хотелось бы оставить прошлое в покое. Для Шарлин есть реальная угроза?

Тирон пожал плечами:

- Спроси у Даттона.

- Так и поступлю, - кивнул Тайлер.

- Только вряд ли он будет посвящать тебя в свои дела, - усмехнулся старший брат.

- Дело давно закрыто. Тирон, не томи, если есть опасность, скажи прямо. Катрин сможет как-то навредить Шарлин?

Архонт-секретум пожал плечами:

- Семья миледи мстительна, это все знают, но и мои слова всего лишь предположение. Герцогу сподручней заниматься этим расследованием, отпишись ему. Это только совет.

- Но что за тайна стоит за смертью Хенрая? - Тайлер наклонился ближе к брату, буравя его глазами.

- Тайна? Весь секрет в том, что у Катрин есть младшая сестра…

***

Интерлюдия

В Валандии давно царило яркое лето, но на одиноком утёсе, там, где жили лишь птицы и отшельницы-монахини, завывал беспокойный ветер. Его порывы не утихали никогда: ни днём, ни ночью, ни летом, ни зимой. В вечно стылых кельях шёл пар изо рта, а монашки ходили синими от холода, во имя Всевышнего умерщвляя свою плоть.

- Проклятый ветер, - проворчала Катрин, кутаясь в жалкий шерстяной плащ, поверх платья из грубого сукна, - воет и мечется, как сумасшедший.

Она бросила злобный взгляд на вечно хмурое небо, где грязными тряпками метались порванные в клочья бурые тучи. Брызги жестокого моря долетали до окон кельи, но к ним Катрин уже привыкла.

Молодой женщине до боли, до рези в глазах не хватало красок: зелени листвы, лазури неба, бирюзы тёплого моря. В Торндайке всё было серым, унылым, лишённым цветов. Только на прогулке она могла видеть на далёких склонах, спускающихся в долину, цветущие яблони. Белой пеной летели нежные лепестки над землёй. По всей Валандии давно готовятся собирать урожай, но лето здесь было коротким и холодным, вызреть плоды не успевали, и монашки довольствовались зелёными кислыми яблоками.

Внимание Катрин привлекла карета, медленно ползущая по круто забиравшей вверх дороге. Женщина, сощурившись, рассматривала внезапных гостей, не так уж часто к ним приезжали.

- Очередная жертва правосудия? - недовольно спросила Катрин, она давно стала говорить сама с собой, чтобы не сойти с ума от одиночества, - это точно не телега с припасами. Посетитель? Интересно, к кому? - Катрин знала, что все вопросы останутся без ответа. Сёстры-монахини почти не общались с ней, ограничиваясь короткими, необходимыми фразами.

Скоро стало видно, как тяжело дышат лошади, взбираясь на крутой подъём, как потряхивает экипаж на неровностях дороги, потом карета подъехала ближе к обители и скрылась из виду.

Катрин отошла от окна, села на свою узкую твёрдую лежанку, прикрыла глаза, прислушиваясь к каждому звуку, благо акустика здесь была хорошей. Во дворе залаяли собаки, потом раздались шаги где-то по лестнице, тишина и тихие обрывки фраз, которые по мере приближения становились всё громче.

- Как она? - женский голос.

Глаза Катрин распахнулись:

- Мама?

Узница боялась обмануться, прикусив нижнюю губу до крови, сжав пальцы в кулак, застыв соляным столбом на своей жалкой лавке.

- Миледи, - раздался сухой, недовольный голос монахини, - у вас полчаса, таковы правила, - помолчала немного, - они для всех одинаковы.

- Я понимаю, - охотно отозвалась посетительница.

Сухо щёлкнул замок, и Катрин, всё ещё не веря глазам, впилась пальцами в края лавки, боясь сорваться с места. Дверь открылась, на пороге, точно райская птица, стояла её матушка, миледи Юджина, в ярком платье и облаке шикарных духов.

Монахиня прикрыла за собой дверь, оставшись снаружи.

- Мама? - прохрипела Катрин, оттого что горло внезапно пересохло и сжало спазмом.

Глава 9

Юджина

Блистательная виконтесса Юджина Кантвелл, несмотря на возраст, сумевшая сохранить красоту, стояла на пороге кельи дочери, глядя на Кати со смесью жалости и брезгливости. Они не виделись почти год, но мать не спешила выразить радость от встречи.

Она сделала несколько шагов, дорогие кожаные сапожки процокали каблучками до неказистого табурета, виконтесса опустила на него взгляд и… осталась стоять, развернувшись к дочери.

- Мама, - прошептала Катрин, её душили рыдания.

- Здравствуй, Кати, - улыбнулась женщина одними губами, - ну, ну, будет. Оставь это мокрое дело.

Узница размазала слёзы по щекам:

- Ты приехала. А папа?

- Он занят, - сухо ответила женщина, - а я решила тебя навестить.

Катрин встала и было простёрла руки к матери в надежде её обнять, но виконтесса едва заметно отступила, и дочь, смутившись, опустилась на место.

- Как ты? Хорошо ли кормят? - вопросы исключительно из вежливости.

Виконтесса приблизилась, рассматривая Катрин, точно жука, наколотого на булавку. Заточение пагубно сказалось на красоте красавицы-маркизы: медные волосы, отливающие шёлком, поблёкли и выцвели до вульгарной рыжины, стали сухими, лицо покрыла сеточка мелких морщин, губы обескровлены, голубые глаза потускнели, будто затянулись корочкой льда.

Катрин подалась вперёд, схватившись за юбку матери:

- Молю, сделай так, чтобы меня перевели в другую келью, с камином. Я постоянно мёрзну.

Брови виконтессы приподнялись в недоумении:

- Наше настоящее - всегда результат прошлых поступков. Чего ты хотела, когда травила своего мужа, а потом любовника?

Руки дочери разжались и безвольно повисли:

- За… Зачем тогда приезжать?

- Пытаюсь хоть немного поправить то, что ты натворила.

- Моё дело? Его пересмотрят?

- Торопишься на виселицу? Представить себе не можешь, сколько сил потратил отец, чтобы тебя отправили сюда, а не на эшафот, - голос Юджины стал ледяным и острым, точно кинжал.

- Знаешь ведь, почему я так поступила. Всё ради Эсси…

- Не говори ерунды! - вспылила мать. - Ты только всё испортила, ты и твой барончик!

- Мама! - из глаз Катрин брызнули слёзы. - Я не виновата в том, что случилось с сестрой, узнала слишком поздно. И всё произошедшее не только ради меня, но и ради неё. Я отомстила за нас обеих.

- Испортила всё! Дура! - Юджина сжала кулаки, сделала пару глубоких вдохов, успокаиваясь, и продолжила, - связалась с этим бароном. Женатым! А потом и вовсе подсунула ему Эсси.

- Это не так! - вскочила Катрин.

- Сядь! - рявкнула мать. - Кто познакомил их на том чёртовом балу?

- Но я ведь не знала, - в отчаянии прошептала Катрин.

- Беда в том, что ты глупа, - отрезала мать.

- Почему меня выдали замуж и забыли? Вы всегда любили Эсси больше. А я же пошла за старика.

Юджина при всё своё невысоком росте нависла над дочерью точно скала:

- Всегда знала о твоих весьма посредственных умственных способностях, потому и подобрала тебе блестящую партию. Ты стала маркизой! Старик? Он дал тебе титул, богатство, свободу, при умении ей воспользоваться, конечно. Ты могла прожить достойно. Старик не будет тебя бить, навязывать своё мнение. Родила бы ребёнка и воспитывала, не забывая о маленьких женских радостях. Но нет, - Юджина шипела так, что ввела бы в краску любую, уважающую себя гадюку, - тебе в голову пришло от него избавиться. А потом? Ты добилась чего хотела, получила желанную свободу. И как ей распорядилась? Говоришь, мы оставили тебя? Да! Потому что в салонах за моей спиной шептались, будто дочь, наверное, сильно больна, раз ей требуется ежедневный осмотр молодого смазливого врача. И этого тебе показалось мало. Ты спуталась с бароном!

- Мама, я ведь любила его, - губы Катрин задрожали.

- При чём здесь брак? Супружество создано для того, чтобы упрочить семейные связи, положение, увеличить капиталы. Какая любовь, глупая курица? А потом ты не нашла ничего лучше, чем знакомить барона с сестрой.

- Я ведь и подумать не могла, что Эсси влюбится в Хенрая!

- За какие грехи меня наказал Всевышний, что обеим моим дочерям испортил жизнь Хенрай Леннард? - воздела руки к небу виконтесса.

- Разве ты была примерной женой?

- В глазах света, да! И это главное. Моя репутация не запятнана ничем. А о тебе не трепали языками только ленивые. Теперь и Эсси…

- Её не возьмут замуж, - пролепетала Катрин, - но об их связи никто не знал, я не говорила даже Хлое.

- Замуж? - глаза Юджины превратились в щёлки. - Мы гадаем, останется ли она жива.

- Что случилось? - вскинула голову Катрин.

- Ах да, - тонкие ноздри матери затрепетали, - ты ведь ничего не знаешь. Эсси забеременела. Моя хрупкая малышка едва нашла сил выносить дитя и теперь чахнет с каждым днём.

Глаза Катрин расширились, рот приоткрылся, она побледнела, обескровленное от скудной пищи лицо стало алебастровым

- Ребёнок Хенрая? Да… - задумчиво опустила женщина голову, - он, когда надо, может быть очарователен, умён, обольстителен.

- И ты, глупая идиотка, убила его. Я бы заставила барона избавиться от супруги любыми путями, жениться на Эсси, дать имя ребёнку. Но ты! Как всегда, всё испортила! От покойника толку мало, и теперь у нас на руках бастард!

- Как же быть?

- Сейчас расскажешь мне всё, что знаешь о жене Хенрая, этой выскочке-лекарке.

- Лекарке? Она всего лишь гезель…

- Сильно ошибаешься, - хмыкнула Юджина, - Шарлин получали звание рецептариуса благодаря протекции герцога Баррингтона и маркизы Чандлер. Они вместе даже построили лечебный курорт в Леннардвилле. В отличие от тебя, она смогла вести жизнь достойной вдовы, сколачивает капитал, пробивается в люди, даже получила титул баронессы, по просьбе Эйлберта.

- Титул? Лечебница? - в глазах Катрин вспыхнул гнев. - Эта тварь получила то, что полагалось мне.

- С чего бы? - усмехнулась мать. - У тебя ума не хватило, и маркизу Вайпер обскакала дочь торгаша, - сухо рассмеялась виконтесса, - что ты знаешь о ней?

- Они приехали в Валандию из Хардленда, отец Шарлин получил коммерц-архонта… Всё.

Юджина закатила глаза:

- Как ты собиралась избавиться от соперницы, если не знаешь о ней ровным счётом ничего? Семья, друзья, грехи, слабости?

Катрин пожала плечами:

- У Шарлин куча сестёр, так говорил Хенрай.

- Этого следовало ожидать от такой, как ты.

От холода в голосе матери по спине узницы, давно привыкшей к морозам, побежали мурашки.

- Зря я проделала столь длинный путь, - носок сапога виконтессы отбивал нетерпеливую дробь, - ладно. Всё равно доберусь до этой семейки: дочери Хенрая и его жены. Они будут страдать так же, как мы, как Эсси. Жаль, мой первый подарок на открытие лечебницы не дошёл до адресата.

- Что ты сделала?

- Отправила послание, - процедила сквозь зубы мать, - прощай.

Более не взглянув в сторону дочери, Юджина распахнула дверь, в келью ворвался сквозняк, а потом наступила тишина, лишь по коридору стучали, удаляясь, каблуки сапог матери. Катрин долго сидела, глядя в стену, кусая губы, а потом улыбнулась:

- Пусть я заперта здесь, но матушка доберётся до тебя, Шарлин.

***

Шарлин

В лаборатории, на печи, томился большой котёл с чабрецом, шиповником и сосновыми почками, я растирала в ступке очередные ингредиенты для мазей. В кои-то веки выдался спокойный вечер. В уголке, сидя на толстом одеяле, играла Дженна, перебирая шишки и жёлуди, дочке нравилось играть с различными компонентами лекарств, из тех, что я могла ей дать. Рядом с малышкой лежали берестяные коробочки, куда Дженни перекладывала свои сокровища.

По комнате парил невероятный аромат лесных трав, пряный, слегка терпкий. Я, приглядывая за дочкой, перебрала некоторые травы для снадобий, проверяя их на пригодность, и занялась уварившимся настоем. Скоро осень, пора простуд, вот и подумала, - неплохо приготовить бальзам от кашля и респираторных заболеваний. Он будет недорогой, но действенный: травы, томлённые до экстракта, сдобренные небольшим количеством яблочного уксуса и мёда, что позволит настою храниться долгое время.

Бальзам «Вива Дженна», название нашего курорта станет своеобразной торговой маркой для новых лекарств. Я долго думала, как внедрить в Валандии патентное право, обидно, когда созданное тобой не только не приносит доход, но и даже, по сути, не принадлежит тебе. Вместе с Тайлером и Баррингтоном составили письмо для архонт-рецептариусов, они рассмотрят его на собрании в Эрленде, в тексте изложены основы патентного права, выплаты процента с продажи лекарств. Герцог живо заинтересовался этим вопросом, думаю, он сможет протащить его по всей стране.

Тайлер не просто отвезёт послание, а соберёт подписи других рецептариусов, кого заинтересует моё предложение. Идея должна исходить не от меня одной.

- Мама, кися! - отвлекла меня от мыслей дочка.

На окне сидела полосатая пушистая красавица, с любопытством поглядывающая на нас и принюхиваясь к ароматам лаборатории.

- Давай, дадим кисе молочка? - улыбнулась Дженни.

- Идём! - потянула меня за руку малышка.

На кухне мы раздобыли блюдечко с угощением и вернулись во двор, кошка лениво наблюдала за нами, не спеша убегать.

- Ну, - подбодрила я дочку, - иди угости нашу гостью.

Пушистая красотка сверкнула зелёными глазищами на Дженни, но с окна спрыгнула и к блюдечку подошла, помахивая хвостом.

- Моя кися, - погладила дочка кошку по шелковистой спинке.

- Чувствую, постояльцев у нас прибавилось, - усмехнулась я.

В доме стало оживлённее после того, как в поместье поселились мои «телохранители»: четверо плечистых мужиков. Я долго отказывалась, ну куда мне такая свита? Однако Тайлер был непреклонен.

- Милая, ты весь день в лечебнице, дома остаётся Дженни, сама ведь станешь переживать за неё.

- Твоя правда, сдаюсь, - согласилась с его доводами.

Охранники заняли пустующие комнаты для слуг и ходили за мной по двое, с самым грозным выражением лица. Тина жаловалась, что готовить теперь приходится в разы больше, но безопасность семьи дороже.

На крыльце показалась Эви, махнув нам рукой:

- Шери, пора укладывать малышку, если занята, я помогу с ней.

Дженни вцепилась в кошку, которая и не думала сопротивляться, так что пришлось в срочном порядке купать нашего нового члена семьи, дочка отказалась ложиться без неё.

- Пришло письмо от Кейли, - вытирая кошку куском ткани, сказала Эви.

Сёстры периодически писали нам, мама всем отвечала.

- Как дела у старшей сестры? - поинтересовалась я, переодевая ко сну Дженни.

- Разговор будет долгий, - хмыкнула Эви, - так что, давай я уложу малышку, а потом мы вместе всё обсудим.

- Умеешь ты заинтриговать, - улыбнулась ей, - приходите с матушкой в лабораторию, мне надо доделать первую партию бальзама.

- Поверь, ожидание того стоит, - подмигнула мне Дженни, скрываясь за дверью спальни.

Глава 10

Тайлер

Лекарь склонился над листами, делая наброски, внося правки, уточняя главы своего трактата. Они много обсуждали с Шарлин, как правильно описать процесс её лечения, не свести всё к обыкновенному знахарству, не дать возможности коллегии архонт-лекарей обвинить их в ереси. Каждый ингредиент состава мази, сиропов, оксимелей, растирок, следовало расписать по своим химическим свойствам, доказать их результативность с научной точки зрения.

Обложившись книгами, Тайлер скрупулёзно расписывал воздействие каждой травы, что шла в те или иные лекарства. Работа в лечебнице отнимала уйму сил и времени, ночи же были посвящены трактату. Кендал забыл, когда в последний раз нормально спал или ел. Шарлин предложила ему остановиться в особняке Леннард, но Тайлер отказался. Не хотел чувствовать себя приживалкой после покойного мужа, и потом, жить при лечебнице удобней, всё под рукой.

Ему удалось заинтересовать разработками Шарлин одного из архонт-лекарей, Этана Крофтона, тот не чурался новых методов лечения и не любил консерватора Клоуза. Заручившись его поддержкой, Тайлер смог создать группу из пациентов, для лечения которых использовались исключительно лекарства Шарлин. Это были бедняки, не имеющие средств на оплату услуг лечебницы. Результаты радовали, но в этом Кендал никогда и не сомневался, теперь же надо дотошно расписать, почему методы работы и снадобья Шарлин превосходят нынешние. Дело ведь не только в новых лекарствах, но и в отказе от старых способов лечения.

- Господин Кендал, я заметила, что у вас светло, простите, если помешала, - в комнату робко заглянула витария Нелла, эти девушки в крупных лечебницах помогали докторам: разносили лекарства, готовили к процедурам больных, меняли бельё, кормили и выполняли разные поручения докторов.

- Что случилось, Нелла?

- Привезли больного, у него обильное кровотечение, попал под колёса кареты.

- Скорее в операционную.

Нелла потупила взгляд:

- Он лудильщик, вряд ли…

- Сможет оплатить лечение? Тогда к моим его, я иду. Характер ран?

- Попал под колёса кареты, ноги как из-под ножа мясника.

Тайлер на минуту задумался:

- Вот что, возьми порошок кровохлёбки и коры дуба, сильное кровотечение остановит. Я должен взять его согласие на применение моих новых методов, без этого никак. Лечебница не оплачивает расходы на операции бедняков. Так мы выиграем время, ты же объясни ему всё.