Аруна – 3. Сульёпган. Возрождение орков

Глава 7

– Магоканалы берсерков прямые и совершенно непластичные, словно окаменевшие и, увы, они односторонние, это значит, что через одни и те же пути происходит впитывание маны и её выплёскивание, а это, к сожалению, приводит к изнашиванию тела, оттого с приближением старости, берсерки теряют возможность перевоплощаться, – разговор с дядюшкой длился чуть менее трёх минут и я старалась успеть рассказать ему как можно больше из того, что смогла увидеть благодаря шелестайну. – Да, верно. Это очень важно. Нужно с детства учить орков чувствовать токи силы. Возможно, стоит нанять наставников из магов стихийников… Например, ша Сиир или ша Аскетилл, они ведь не берсерки, но также и не полноценные колдуны, что-то между: каналов у них больше, чем у первых, но и меньше, чем у вторых… Я и твою систему просмотрела, честно скажу, там всё тёмное, перекрученное и безжизненное, мне бы хотелось провести пару экспериментов с камнем души, соединив его с монестайном. Да, я знаю как. Но у тебя есть кое-что другое: алая вязь тончайших трубочек, по которым к твоим двум средоточиям на руках течёт сила, благодаря ей ты стал видящим и способным влиять на объекты, такие как сейка, – с каждым словом я чувствовала, как мне становится плохо, артефакт связи, предоставленный ларером Ригом, тянул из меня саму жизненную силу, словно оголодавший вампир. – Отец, мне пора, или я в обморок сейчас грохнусь. Береги маму и себя. Да, на зимние каникулы я, возможно, приеду. Но ничего обещать не могу.

Ансгар быстро со мной попрощался, обязавшись подумать над полученной информацией. Я была очень рада услышать дядюшку, к сожалению, с Райлой поговорить не удалось. Но, надеюсь, вскорости связь между нами перестанет быть проблемой.

Ларер Риг ждал окончания переговоров в другом помещении, поэтому стоило беседе завершиться, я убрала окровавленный палец с шипа, и, морщась от боли, вынула пластину из слота и, убрав её в карман, распахнула дверь в аудиторию.

– Поговорили? – не оборачиваясь, спросил старый учитель.

– Угу, – палец я держала во рту, да негигиенично, но и тряпицы чистой никто не предложил.

– Вот, – мне протянули шёлковый платок, – сотри кровь и смажь этой мазью, боль пройдёт. Зачем так сильно проколола? Нужна-то всего капля, а ты там, по всей видимости, потом устроила, – проворчал мужчина.

– Пойдёмте в закрытую лабораторию, – нетерпеливо приплясывая, поторопила его я.

– Погоди ты, егоза. Мне надо проверить расчёты студиозусов третьего курса.

– Может, я вам помогу? – вызвалась я, лишь бы ускорить процесс.

Профессор заинтересованно поднял на меня глаза:

– Ларер Лун говорила, что ты очень хороша в расчётах. Ну, давай покажи, на что способна, – и подтолкнул ко мне приличную стопку.

Пожав плечами подхватила пергаментные листы и села за парту в первом ряду.

И надо же, самый верхний лист принадлежал Дереку Олорэ. Интересно наставник специально подложил? Кинула вопрошающий взгляд на ларера Рига, но тот с невозмутимым лицом продолжал проверять свою часть. Что же, Олорэ, так Олорэ.

Пробежав краткое условие, приступила к проверке. Дерек предлагал два варианта решения. А неплохо-неплохо, я даже одобрительно покивала. Просто отлично, у будущего герцерга не только красивая голова, но и, по всей видимости, неглупая.

Из десяти задач он сделал ошибку лишь однажды, в самом конце, было видно, что торопился и неверно переписал условие.

Проверка всех работ заняла у меня прилично времени, но я увлеклась и вошла во вкус, мне понравилось ставить плюсики и минусы напротив ответов.

– Чего ты там пишешь, – я же тебе чистый отдельный лист дал, – над моей головой неожиданно раздался ворчливый голос профессора.

– А? – уставилась я на него. Задумчиво почесав макушку, ответила: – Вы мне ничего не давали.

– Да? Ну, может, и так, – не стал спорить препод и протянул руку: – остальное я сам посмотрю.

– Да я вот уже последнего проверяю, – передав ему основную стопку, подтянула к себе контрольную некой элев Полли Норк. – Дайте немного времени, я быстро.

– Что ж, я, в свою очередь, проверю тебя, – пробормотал под нос ларер Риг, хотя он должен был прекрасно знать, что с математикой я дружу. В артефакторике без точных расчётов никак.

– Превосходно, просто отлично! – воскликнул он, стоило мне к нему подойти.

– Учитель, вы же и так знаете, что мне нравится философия счёта и я в ней сильна, – без ложной скромности заметила я.

– Ведаю, но хотелось убедиться, что твои знания выходят далеко за рамки первого курса, – упс, ну и ладно, пусть думает что хочет. – Хорошо, пойдём в лабораторию, – не стал он развивать тему и я, подхватив свою ученическую сумку, горным козликом поскакала на выход.

Мы спустились на первый этаж, в коридорах академии было практически безлюдно: студиозусы зависали в столовой или уже отдыхали в своих комнатах в общежитии. Я, естественно, опередила старого профессора и первой ворвалась в маленькую лабораторию, которую он выделил только для меня. Сюда могли войти всего несколько человек в Академии, но чаще всего это были ларер Риг и я, но в основном я, конечно. После факультатива до поздней ночи засиживалась за работой над артефактом связи, чарэ Оттави первое время весьма осуждающе смотрела на мои "гуляния" допоздна, но после беседы с ларером Ригом, оттаяла и даже иногда улыбалась, видя, как я вхожу в общагу без сил, и хмурая.

Через десяток минут в кабинет вошёл усталый учитель.

Он положил у входа свою трость и подошёл к постаменту с артефактом Холмена.

– Давно я его не видел, всё хотел зайти, но очень много работы, – осматривая несколько видоизменённый аппарат, пробормотал профессор себе под нос. – И что-то я его не узнаю. Ты что с ним сделала? Договаривались же, что будешь только изучать и создашь копию.

– Копия ещё в стадии разработки, – я кивнула в дальний угол, где в тени стояла уже лично мною собранная будущая МБС, – и зачем отдавать разработку профессора Рэнгволда в музей, если он вполне рабочий. Пусть послужит во благо королевства. Оркского и человеческого, – хотелось съехидничать и добавить: так уж и быть, но вовремя прикусила язык.

– Хорошо, – вздохнул наставник. – Рассказывай, чего ты тут натворила.

– В общем, – сложив руки в замок, перекатилась с пятки на носок и назад, – всё просто.

– Да ты что, – фыркнул препод, усаживаясь на стул.

– Да. Вы прекрасно знаете, что весь наш мир пронизан магией, она буквально везде, – ларер Эдвард понятливо закивал, истину эту знали даже дети. – Так вот, если сырую ману перерабатывает живое существо, то она преобразуется в определённый вид стихии, и тогда уже под влиянием воли, заклинаний, начертаний видоизменять окружающую действительность, – пока говорила, ларер Риг терпеливо слушал, не перебивая, за что ему отдельно "таккь". – Но вот этот агрегат, который я назвала незатейливо – Магическая базовая станция, или просто МБС, тоже может втягивать в себя сырую магическую энергию, часть которой пойдёт на поддержку самого артефакта, а вторая станет выходить наружу изменённой.

– То есть?

– То есть это будет искусственно созданные магические волны. Они невидимы для невооружённого глаза, неосязаемы, и бесшумны, но они однозначно есть. И вот при помощи этих самых волн станет осуществляться связь двух разумных и неважно, на каком они друг от друга расстоянии.

– Один только артефакт Холмена дотянется до твоего стойбища? – скептически приподнял левую бровь препод.

– Нет, что вы, но, возможно, он один покроет весь Ёост.

– А чтобы мы могли связаться с кем-то из другого селения, нужен второй, верно?

– Да, учитель, – поклонилась я.

– Так, зачем же дело стало. Активируй артефакт и давай посмотрим, что у тебя получится.

– Это ещё не всё. Вот эти амулеты нужны для того, чтобы вы могли эти волны поймать, – улыбнулась я и выложила перед преподавателем два продолговатых гладких предмета с нарисованными на них несмываемыми чернилами вязью рун и ливеновских, – эти печати я скопировала с артефакта Холмена, – добавила я, – он был гением, профессор. Если бы Рэнгволду дали больше времени, он перевернул бы мир своими идеями.

– Ну, тут я спорить не стану, поскольку мы ещё ничего не проверили, – пожал плечами Риг, – ну что же, приступай!

Кивнув мужчине, подошла к стационарному артефакту ушедшего в прошлое великого мыслителя и изобретателя профессора Рэнгволда и положила пальцы обеих рук на руны в той последовательности, необходимой для активации. И пустила в них свою силу.

Десяток ударов сердца ничего не происходило, до этого момента в одиночку проверять артефакт я так и не решилась, хотелось сделать это в присутствии наставника. И вот, звёздный час настал, а ничего не происходит.

С разочарованный вздохом, не веря, что всё получится, зачерпнула маны из основного источника больше нужного и ка-ак шарахнула по печатям! Раздался оглушительный треск, я даже на мгновение оглохла! Хотела было отдёрнуть руки, да не тут-то было: агрегат буквально присосался к моим ладоням и давай качать из меня силы, словно озверевший пылесос.

– Ааа! – запищала я, понимая, что сейчас меня выжмут досуха.

Но этого не произошло, просто в какой-то момент мою вялую тушку откинуло в сторону, знатно впечатав в каменную стену, по которой я с тихим стоном боли сползла на пол. Но тем не менее глаза мои не отрываясь следили за тем, как один за другим загораются серебристым светом цепочки рун и ливеновских символов, коими артефакт был щедро испещрён. Затем МБС вспыхнул особо ярко, заставляя меня зажмуриться, а после, когда я осмелилась приоткрыть глаза, то увидела, как печати мерно сияют.

– Если бы ты ошиблась хоть в одной руне, то мы бы тут и остались, под обломками этого крыла Академии, – отмер, до этого сидевший неподвижно, профессор.

– Угу, посему я всё изучила в книге, есть у меня одна, из Великого леса. Друг подарил, – ответила я вставая. – Возьмите амулет, капните на него слюной, или просто лизните. Можно чуток кровью мазнуть, – с каждым моим словом глаза наставника становились всё больше. Я, пожав плечами, нисколько не смущаясь, взяла один и лизнула. – Привязка нужна, и кругляш будет принадлежать только вам. Ладно, вы сидите тут, я пошла на улицу, и оттуда вам позвоню. Учитель, вы почувствуете вибрацию амулета, сожмите его в ладони, и мы сможем поговорить. Главное, не отпускайте, иначе беседа прервётся.

Пошатываясь, поскольку во мне практически не осталось маны, но довольная, как слон, направилась на выход из учебного корпуса. Выйдя на широкое крыльцо, спустилась по ступенькам, дошла до парка и, с удовольствием плюхнувшись на скамью, сжала кругляш в руке, мысленно представив хмурого сухого как палка ларера Рига.

Тишина.

Неужели не лизнул?

Ну, я так не играю!

И тут, словно в ответ на мои безмолвные возмущения, раздался тихий ответ, на грани слышимости:

– А? Аруна, ты ли это?

– Халу! Профессор! – вскричала я, – вы меня хорошо слышите?

– Кхе-кхе, – прокашлялся мужчина, – от твоего крика я чуть не оглох, элев Сольвейг, но… ты за дверью стоишь, да?

– Не-ет, – откинувшись на спинку лавки, довольно заявила я, – я в парке.

– Ого! – на секунду Эдвард Риг смолк, – бегом иди в лабораторию! – последовал приказ.

Я выпустила из рук амулетик и поспешила как могла в академию.

Войдя в кабинет, застала ларера Рига стоящим у окна и немигающим взором глядящего куда-то вдаль.

– Профессор, с вами всё в порядке? – спустя пять минут, осторожно спросила я.

– Да… да, всё в порядке, – но ты должна объяснить, что за новый вид магии открыла, и вообще… ты хоть понимаешь, Аруна, что теперь нам с тобой не дадут покоя? И какая свара начнётся… Ох, и что же мне делать?

– Ничего – пожала плечами я, – зачем так переживать? Продадим разработку, при этом оставив право изобретателя за собой. Заработаем монетки, много золотых монет!

Но почему-то профессор не был со мной согласен. А ещё он точно был в шоке.

– Молчи, пока просто молчи и никому ничего не говори. Ты сделала просто невероятное открытие. И мне нужно время, чтобы многое обдумать.

Глава 8

Интерлюдия

Архипелаг Осей омывался морем и располагался он на западе от Большой земли.

Архипелаг и Большую землю разделяло всё то же море, и имя у него было короткое – Сорь, зато нрав суровый и свирепый. Не каждый капитан решался на плавание, боясь лишиться товара, а вместе с ним и жизни.

Сами острова считались весьма выгодными в плане торговли людьми: осейцам продавали живой товар, и платили за него аборигены чаще серебром и золотом, также могли выменять на роскошные ткани, экзотические сухофрукты и дары моря, а ещё невиданной красоты жемчуг, который добывали рыбо-люди, жившие на морском дне. Загадочные разумные существа, не способные ходить по суше, но прекрасно умеющие дышать вне воды.

В сети мелких островов выделялось два крупных, самый большой из них – остров Гола. Именно на нём была построена столица – Арклоу.

Климат тут царил достаточно суровый, с порывистыми ветрами и ледяной зимой, осейцы от природы обладали светлой кожей и золотистыми волосами, отличались вспыльчивым и несдержанным нравом.

Каждый состоятельный островитянин считал своим долгом иметь в собственности нескольких разномастных рабов. Чаще они предпочитали тонких эльфов или эльфиек, но не брезговали сильными орчанками и могучими орками, им также нравились невысокие гномы, правда, последние были редкостью, поскольку выманить их из любимых гор невероятно сложная задача. Среди рабов могли быть и люди, почему нет, они же не осейцы, они все с той, такой далёкой Большой земли.

И да, все острова населяли именно люди. Изредка можно было встретить свободных разумных иной народности.

Во дворце, сложённом из белоснежного с золотыми прожилками камня, в утренние часы было шумно, люди, как муравьи, спешили успеть переделать как можно больше дел, чтобы угодить хозяевам дома. И пока хозяйка часами бродила по местным рынки, выбирая себе новых рабов или иную диковинную зверушку, слуги убирали, мыли и стирали, готовили вкусные блюда и старались успеть всё до возвращения высокородной госпожи.

– Ланар, брат мой, – обратился младший к своему венценосному старшему брату, – Ты уверен, что в этом есть хоть какой-то смысл? Мы живём на благословенной земле, у нас нет монстров, нам нечего бояться. Зачем тебе вдруг понадобился Великий лес? Там только смерть.

– Ты же знаешь, Аших, я умираю, – король говорил спокойно, безэмоционально, – наследника у меня нет, достойного нет. – Мне нужен монестайн или шелестайн. Любой древний артефакт, способный продлить мне жизнь ещё хотя бы на два десятка лет.

– Магию крови пробовал? – буднично уточнил Аших. И пусть на островах эта магия была под строгим запретом и маги-крови жестоко карались, тем не менее он сам и вся правящая верхушка не брезговали пользоваться некоторыми их услугами, например, омолодиться или вернуть утраченную мужскую силу.

– Да. Но это не даёт устойчивого результата, – пожал плечами Ланар, поднимаясь из-за стола. – И с каждым разом я чувствую, что эффект всё слабее.

– Есть предположения, где искать эти артефакты древних? – после минутного тяжёлого молчания, спросил Аших, глядя в спину старшему брату. Было ли у него тайное желание убить короля, его детей и самому сесть на трон. Нет, не было. Аших был полностью предан своему повелителю. И готов на всё, чтобы помочь тому преодолеть все препятствия на пути к желанной цели.

Нужен шелестайн или монестайн? Он непременно отыщет их и принесёт Ланару.

– Я точно знаю, что в сокровищнице короля Эйрика Великолепного хранится целительский камень. Но достать его оттуда не представляется возможным.

– Отчего же, можно попробовать, – пожал плечами Аших, ему уже нравилась предстоящая авантюра. Младший принц любил, а главное, умел веселиться.

– На крайний случай, да. Но ещё, – стоявший всё это время у окна Ланар резко развернулся и воротился за свой рабочий стол, чтобы вынуть и положить перед братом свёрнутый в тугой свиток пергамент, – шпионы доносят, что камень души видели на землях Великого леса. У орков. Вот, возьми донесение и внимательно изучи.

– У этих вонючих дикарей хранится наше сокровище? – искренне удивился Аших, уже считая монестайн собственностью осейской королевской семьи.

– Да, у них. Пошли туда разведку, пусть выяснят, насколько всё это правда.

– Орков?

– Да, давших клятву, – кивнул король, тяжело опускаясь в своё широкое кресло, на которое небрежно накинули шкуру какого-то белоснежного животного. – Действуй наверняка.

***

Ларер Риг был в смятении: открытие, что совершила Аруна, ошеломляло! Вместе с грандиозными возможностями старый профессор ощущал и некое беспокойство и в первую очередь для своей подопечной, к которой уже успел прикипеть душой. У него не было детей, всю свою жизнь, после гибели единственной женщины, которую он любил, профессор посвятил науке.

И вот сейчас, когда его карета въезжала в высокие кованые ворота, он всё ещё был в тяжких раздумьях: а правильное ли решение он принял? Может, пока не поздно, стоит повернуть назад? И тут же отгонял от себя эти мысли: маховик пришёл в движение и будет только ускоряться, стремясь подмять под себя всех, кто не успел подготовиться…

Его приняли незамедлительно.

– Профессор, – стоило резным дверям открыться, а ему шагнуть в шикарно обставленный кабинет, как сидевший за широким столом из дорогого красного дерева человек поднялся ему навстречу, чтобы поприветствовать позднего гостя. – Давно не виделись, учитель, – король Эйрик Первый был искренне рад лицезреть старого артефактора и своего бывшего преподавателя.

– Гу натт! – коротко поклонился Эдвард, тяжело оперевшись на трость.

– Мы тут одни, расшаркивания излишни, – махнул рукой, продолжая слегка улыбаться, Его Величество.

– Тем не менее ты правитель большой страны, а я бедный учитель, твой подданный, – усмехнулся Риг и без приглашения сел в удобное, мягкое, набитое конским волосом, кресло. – Как жизнь?

– Потихоньку, – ответил Эйрик, садясь напротив наставника. – Всё так же, как обычно. Даже скучно.

– Не говори таких вещей, беду накликаешь, – покачал головой Эдвард.

– Вина, взвара, али просто воды? – гостеприимно предложил Его Величество, следя за выражением лица собеседника – преподаватель артефакторики был задумчив и встревожен.

– Таккь, но нет. Ты ведь помнишь юную ученицу академии, неординарную личность по имени Аруна Солвейг? – вдруг спросил Эдвард совершенно не то, о чём думал король.

– Конечно, как такую девушку можно забыть? – вскинув вопросительно светлую бровь, Его Величество подобным образом поторопил своего визави рассказать, в чём, собственно, дело?

– Юная элев создала артефакт.

– Уже? Она ведь только на первом курсе, и ещё даже не середина года! – искренне удивился Эйрик.

– Основа уже была, досталась нам от родоначальника артефакторно-рунической магии – Рэгнволда Холмена.

– Вот как…

– И Аруна просто переделала его в кое-что совершенно… неожиданное. Она создала новый вид магии, искусственной, но тем не менее…

– Эдвард, давай всё же по кубку вина, чувствую, разговор нам предстоит не самый простой, – остановил своего наставника Его Величество, в его груди шевельнулось неясное чувство грядущих перемен…

Рассказ Эдварда Рига не занял много времени, Эйрик выслушал собеседника молча, не перебивая, сам же повернул голову в сторону камина, где по обыкновению ярко пылал огонь. Язычки оранжево-алого пламени, чувствуя напряжение своего повелителя, то взметались ввысь, то шипя, мелкими искорками опадали вниз.

– Что скажешь? – не выдержал первым ларер Риг, сжимая серебряный кубок в морщинистых руках – он так и не сделал ни одного глотка. И только сейчас ощутил, как пересохло в горле и тут же пригубил напиток, с удовольствием покатав отменный нектар во рту.

– Я думаю… Если всё, что ты сказал правда, а сомневаться в твоих словах нет причин, то я дам защиту девочке, заключу с ней нерушимый договор.

– Лучше с её отцом, – мягко поправил Эйрика старый профессор.

– Да, и с ним тоже. Отправлю Ансгару письмо с приглашением на осенний бал. Пора бы уже познакомиться с загадочным королём орков. Дочь у него незаурядная личность. И он должен быть не менее интересным… Что касается нового артефакта связи, завтра его доставят во дворец, тебя назначаю ответственным лицом. Повторные испытания проведём здесь.