- -
- 100%
- +
И во всех взглядах читалось одно и то же – смесь опаски и почтения. Словно я была одновременно и опасным хищником, и важной персоной. Никто не смел подойти, но и отвести глаз не мог.
– Доброе утро, – поприветствовала я первых встретившихся мне жителей – пожилую пару, которая сидела на лавочке у своего дома.
Старик неловко поднялся и неуверенно поклонился.
– Д-доброе утро, госпожа ведьма, – пробормотал он. – Добро пожаловать в нашу скромную деревню.
Старуха рядом с ним тоже поклонилась, но говорить явно боялась. Впрочем, остальные жители были ненамного смелее. Все кланялись, здоровались, но держались на почтительном расстоянии.
"Ну и ну, – подумала я, медленно идя по улице. – И это все из-за того, что я живу в доме бывшей ведьмы? Интересно, что такого делала моя предшественница, что люди ее так боятся?"
С другой стороны, страх смешивался с явным уважением. Это был страх перед силой, а не перед злом. Хорошо, что я выбрала скромный наряд – в чем-то более вызывающем люди, наверное, вообще разбежались бы.
В центре деревни, на площади, возвышалось самое большое здание – двухэтажный дом с массивной дубовой дверью и маленькими окошками. Над дверью висела вывеска с изображением кружки пива и куска хлеба. Ну конечно, корчма! Если где и можно узнать все местные сплетни и новости, так это здесь.
Я направилась прямиком к корчме. Логика простая: корчмарь по определению должен знать обо всем, что происходит в округе. К нему приходят выпить местные мужики, обсудить дела, поделиться новостями. Если мне нужна информация о том, что случилось с предыдущей ведьмой, корчма – лучшее место для начала расследования.
Толкнув тяжелую дверь, я вошла внутрь. Корчма оказалась просторным помещением с низким потолком, поддерживаемым массивными деревянными балками. Вдоль стен стояли длинные столы со скамьями, в углу располагался очаг, где что-то булькало в большом котле. Воздух был пропитан ароматами жареного мяса, хлеба и эля.
За массивной стойкой стоял мужчина лет сорока пяти – высокий, широкоплечий, с аккуратно подстриженной бородой и внимательными карими глазами. Это явно был хозяин заведения. Увидев меня, он слегка поклонился, но не выглядел столь испуганным, как жители на улице.
– Добро пожаловать, госпожа ведьма, – сказал он уважительно, но без заискивания. – Я Бруно, содержу эту корчму. Чем могу быть полезен?
– Доброе утро, Бруно, – отозвалась я, подходя к стойке. – Меня зовут Кира. Я новая обитательница дома в болотах.
– Да, мы знаем, – кивнул корчмарь. – Вчера ночью над домом поднялся столб голубого света. Верный знак того, что дом принял новую хозяйку.
Столб голубого цвета. Томас тоже говорил мне о нем. Значит, дом сам объявил всей округе о моем появлении. Удобно, не нужно было ходить и представляться.
– Присаживайтесь, – предложил Бруно, указывая на высокий табурет у стойки. – Принести что-нибудь? Эль у нас хороший, медовуха отменная. Есть горячая похлебка и свежий хлеб.
– Пока ничего, спасибо, – ответила я, устраиваясь на табурете. – Я бы хотела расспросить вас о том, что случилось с предыдущей ведьмой. Томас, который приходил ко мне за сонным порошком, сказал, что ее арестовали, но подробностей не знал.
Лицо Бруно потемнело.
– Лилит, – произнес он с горечью. – Хорошая была женщина, честная ведьма. Никому зла не делала, только помогала. Много лет в том доме прожила, и все ее уважали.
– Что же произошло? – осторожно спросила я.
Корчмарь тяжело вздохнул и налил себе кружку эля.
– У богача Свенсона из соседней деревни Темнолесье начала дохнуть скотина. Сначала одна корова, потом еще две, потом овцы. Свенсон вызвал лекарей из города, но те ничего путного сказать не смогли. Тогда наш священник, отец Мориц, посоветовал ему обратиться к Лилит.
Бруно сделал большой глоток эля и продолжил:
– Лилит съездила, осмотрела скотину, сказала, что это какая-то неизвестная хворь, пообещала подумать. Но через неделю у Свенсона сдохла половина стада. Он взбесился и обвинил Лилит в порче. Мол, это она наслала мор на его скот.
– И ему поверили? – возмутилась я.
– Свенсон – человек богатый и влиятельный. У него связи в городе, он знает судью, дружит с городским капитаном стражи. А Лилит – просто лесная ведьма. Кого послушают? – горько усмехнулся Бруно. – Приехала городская стража, арестовала ее и увезла. Сейчас она сидит в темнице Вальхейма, ждет суда.
Я покачала головой. Классическая история. Найти козла отпущения проще, чем разбираться в настоящих причинах проблемы.
Тут корчмарь внимательно посмотрел на меня:
– Простите, госпожа Кира, а откуда вы к нам пришли? В округе новых ведьм не было уже много лет.
Глава 16
Я выдала заранее придуманную легенду:
– Из дальних земель. Долго искала место, где могла бы спокойно заниматься травничеством. А когда увидела, что дом без хозяйки остался, решила остаться.
– Понятно, – кивнул Бруно, явно не желая лезть в подробности. – Что ж, надеемся, что вы будете добры к нам, простым людям. Мы люди мирные, платим честно, просим только о том, что действительно нужно.
– Я никого не обижаю без причины, – заверила я. – Кстати, если понадобится что-то для зелий – спирт, например, или редкие травы – к вам можно обратиться?
– Ко мне! – оживился корчмарь. – У меня спирт самый чистый в округе, самогон отменный. А травы... есть один травник в деревне, Олдрик. Он вам точно пригодится.
Тут дверь корчмы скрипнула, и внутрь зашел мужчина средних лет в простой, но чистой одежде. Лицо у него было честное, открытое, руки – в земле и зеленых пятнах от растений.
– А вот и он! – воскликнул Бруно. – Олдрик, подойди, познакомься с новой ведьмой.
Травник подошел к стойке, снял шапку и поклонился:
– Олдрик, к вашим услугам, госпожа ведьма. Слышал, что дом в болотах снова обитаем стал.
– Кира, – представилась я. – Рада познакомиться. Бруно говорит, что вы разбираетесь в травах?
– Более тридцати лет травами торгую, – гордо ответил Олдрик. – И отец мой этим занимался, и дед. Знаем каждую травинку в округе, где что растет, когда собирать, как сушить. У меня самая богатая коллекция семян во всех Землях Вечного Тумана!
Олдрик явно был из тех людей, которые обожают говорить о своем деле. Глаза его загорелись энтузиазмом:
– А еще у меня есть семена редчайших растений! Лунный папоротник из Темных гор, звездоцвет болотный, огнекорень из южных пустынь! Правда, Лилит говорила, что огнекорень здесь не приживется – климат не тот. Но я все равно пробовал сажать, вдруг получится?
"Надо же, энтузиаст-исследователь," – подумала я с улыбкой. Такие люди встречались и в моем мире. Они готовы были часами рассказывать о своих увлечениях.
– Это очень интересно, – сказала я вслух. – Мне обязательно понадобятся семена для сада. У дома есть небольшой огородик, но ассортимент там явно нужно расширить.
Олдрик просто засиял:
– О, конечно! Я вам самые лучшие сорта подберу! И семена дам, и советы, как выращивать. А может, вы мне в ответ что-то интересное расскажете? Про магические свойства растений, например? Я все записываю, веду дневник наблюдений...
Тут он полез во внутренний карман куртки и достал небольшой мешочек:
– Вот, возьмите! Это семена серебристого мака – очень редкие! И семена лечебной мяты особого сорта, она в три раза сильнее обычной. И еще вот эти – не знаю, как называются, но Лилит очень их хвалила.
Я взяла мешочек, ощущая, как семена слегка покалывают ладонь. Магические, определенно.
– Спасибо, это очень щедро, – сказала я. – Обязательно посажу и поделюсь результатами.
– Да не за что! – замахал руками Олдрик. – Для такого дела и подавно! А если что понадобится еще – обращайтесь. Дом мой крайний на северной стороне деревни, не ошибетесь.
Тут Бруно кашлянул и посмотрел на меня с некоторым смущением:
– Госпожа Кира, а можно к вам с просьбой? Дело деликатное...
– Слушаю, – кивнула я.
– У меня дочка есть, Марта. Восемнадцать лет, хорошая девочка, работящая. Но... – корчмарь замялся, – она у меня простовата немного. Не красавица, одним словом. А тут на днях ярмарка в соседней деревне... Мне бы что-то такое, чтобы женихи поприличнее на мою девочку внимания обратили.
– Вы хотите, чтобы я сделала вашу дочку красивее? – уточнила я.
– Ну да! – воскликнул Бруно с надеждой. – Лилит делала такие снадобья. Сироп красоты называется. Делает человека привлекательнее примерно на сутки. Но этого хватило бы, чтобы парню понравиться. А там, глядишь, и полюбит ее такой, какая есть.
Логика у корчмаря была железная: дать девушке возможность произвести хорошее первое впечатление, а дальше пусть все идет своим чередом. В принципе, ничего плохого в этом не вижу.
– Хорошо, – согласилась я. – Только мне нужно время – ингредиенты собрать, сварить как следует. Приходите завтра утром.
– Спасибо вам огромное! – обрадовался Бруно. – Сколько это будет стоить?
– Потом обсудим, – отмахнулась я. – Сначала сделаю, а потом посмотрим.
Олдрик тем временем заказал себе эль и устроился рядом со мной. Видимо, общение с коллегой по травяному делу его очень воодушевило.
– А скажите, – спросил он доверительно, – правда ли, что на болотах растет светящийся мох? Я слышал легенды, но сам побоялся туда соваться. Место все-таки мистическое.
– Не знаю пока, – честно призналась я. – Только недавно поселилась, еще не все исследовала. Но обязательно изучу окрестности подробнее.
Тут я заметила, что на нас пристально смотрит мужчина, сидящий в дальнем углу корчмы. Высокий, худощавый, лет сорока, в темной, но качественной одежде. Лицо аскетичное, с резкими чертами, глаза внимательные и проницательные. Сидел он один, перед ним стояла нетронутая кружка эля, а сам он откровенно нас слушал.
– А это кто? – негромко спросила я у Бруно, кивнув в сторону наблюдателя.
Корчмарь обернулся и почтительно поклонился:
– Отец Мориц, это наш священник. Служит в часовне на окраине деревни.
Священник встал и подошел к нам. Двигался он плавно, без спешки, но в каждом жесте чувствовалась внутренняя сила.
– Добро пожаловать в наши края, – сказал он, слегка кивнув мне. Голос у него был глубокий, спокойный. – Отец Мориц, служитель храма Светлого Пламени.
– Кира, – представилась я. – Рада познакомиться.
Священник внимательно изучал меня взглядом. Не враждебно, но и не дружелюбно, скорее оценивающе.
– Надеюсь, что ваше пребывание среди нас будет мирным, – произнес он наконец. – И что вы будете использовать свой дар во благо людей.
В его словах слышалось предупреждение, хоть и вежливо поданное.
– Я не причиняю вреда тем, кто его не заслуживает, – ответила я спокойно.
Священник кивнул:
– Это приятно слышать. Если понадобится поговорить, вы знаете, где меня найти.
Он вернулся к своему столику, но я чувствовала, что он продолжает за нами наблюдать.
– Не обращайте внимания, – тихо сказал Бруно. – Отец Мориц человек хороший, но осторожный. После истории с Лилит стал еще более подозрительным ко всему магическому.
– Понятно, – кивнула я.
К этому времени живот уже довольно красноречиво напомнил мне, что завтрак был давно, а в пути я успела проголодаться.
– Бруно, а что у вас на обед? – спросила я.
– Да все что душа пожелает! – оживился корчмарь. – Есть отменная похлебка с мясом и овощами, жареная курица, свежий хлеб, сыр домашний. А из сладкого – медовые лепешки.
– Тогда похлебку, хлеб и медовую лепешку, – решила я.
– Сейчас все будет!
Бруно скрылся на кухне, а вскоре вернулся с деревянной миской, полной ароматной похлебки, большим куском теплого хлеба и золотистой лепешкой, от которой исходил потрясающий запах меда и корицы.
– С вас половина серебряного, – сказал он.
Я достала одну из двух серебряных монет, которые мне заплатил Томас, и положила на стойку. Бруно взял монету, внимательно осмотрел и кивнул с одобрением.
Затем исчез за стойкой, видимо, пошел за сдачей. Вскоре он вернулся с горстью медных монеток.
– Спасибо, – сказала я, пряча сдачу в поясную сумочку.
Похлебка оказалась действительно отменной – густая, наваристая, с большими кусками мяса и овощей. Хлеб был свежайший, еще теплый, с хрустящей корочкой. А медовая лепешка просто таяла во рту, оставляя послевкусие меда, корицы и каких-то неизвестных, но очень приятных специй.
– Превосходно готовите, – похвалила я Бруно.
– Стараемся, – довольно улыбнулся он. – Жена моя на кухне колдует. Руки у нее золотые, что ни приготовит – все вкусно.
Закончив трапезу, я поднялась со стула:
– Ну что ж, пора мне домой возвращаться. Рецепт изучать нужно, готовиться к завтрашнему заказу.
– Удачи вам, госпожа Кира, – пожелал Бруно. – И еще раз спасибо, что согласились помочь!
– Госпожа ведьма, – подал голос Олдрик, – если что-то еще понадобится из семян – обращайтесь! И расскажите потом, как новые сорта приживутся!
– Обязательно, – пообещала я.
Отец Мориц молча кивнул мне на прощание, но я чувствовала его внимательный взгляд даже после того, как вышла из корчмы.
Глава 17
Дорога домой показалась мне значительно легче. Возможно, дело было в том, что я уже знала путь, а может быть, просто предвкушала новые магические эксперименты. В любом случае, я шагала по тропинке среди болот с легким сердцем, разглядывая окрестности уже не с опаской, а с любопытством исследователя.
Дома меня встретил знакомый запах чего-то вкусного – котел снова поработал, приготовив мне полдник. Надо же, какой заботливый. Прямо как умная техника в дорогих домах, только работает на магии вместо электричества. Впрочем, учитывая мой прежний бюджет, даже мультиварка была для меня роскошью, а тут целый дом-помощник достался бесплатно. Пришлось попасть в параллельный мир, чтобы наконец-то зажить в комфорте.
Перекусив, я отправилась в кабинет изучать магическую литературу. Нужно было найти рецепт сиропа красоты для дочери Бруно. Книжные полки были забиты фолиантами разной толщины – от тоненьких брошюрок до увесистых томов, способных придавить неосторожного читателя. Большинство книг было переплетено в кожу, некоторые украшены металлическими застежками, а на корешках одной-двух поблескивали странные символы.
Я провела рукой вдоль полки, надеясь на подсказку дома, и одна из книг среднего размера тепло откликнулась на мое прикосновение. Переплет у нее был темно-зеленый, с тиснением в виде переплетающихся растений. Открыв ее, я обнаружила нечто вроде справочника зелий и снадобий. Страницы пестрели рисунками трав, схемами приготовления и подробными описаниями эффектов.
Сироп привлекательности нашелся довольно быстро. Рецепт выглядел не слишком сложным, но требовал несколько специфических ингредиентов. Основа – лунные лепестки, собранные при полной луне (ну хоть сегодня как раз полнолуние, повезло). Дальше нужны были капли росы с серебряного мха, корень нежности и... тут я нахмурилась... кристаллы красоты из пещер Шепчущего леса.
– Серьезно? – пробормотала я вслух. – Не могли сделать рецепт попроще?
Но деваться было некуда – заказ есть заказ. Я внимательно изучила описание ингредиентов и места их произрастания. Лунные лепестки должны были цвести в моем саду – на одном из рисунков они выглядели знакомо. Серебряный мох рос на камнях возле ручьев в лесу. Корень нежности точно был в банках на кухне. А вот кристаллы красоты... тут предстояло отправиться в пещеры.
Согласно описанию, Шепчущий лес располагался к северу от моего дома, за болотами. А пещеры находились в его глубине, в местах, где корни древних деревьев переплетались с каменными сводами, создавая природные гроты.
Решив начать с простого, я отправилась в сад проверить наличие лунных лепестков. И действительно – в дальнем углу, рядом с грядками лекарственных трав, росли высокие растения с серебристыми листьями и нежными белыми цветами, которые словно светились изнутри. Лунные лепестки, без сомнения. Правда, собирать их полагалось ночью, при свете полной луны – тогда их магические свойства достигали максимума.
– Ладно, – пробормотала я, – значит, после ужина пойду заниматься садоводством при лунном свете. Романтично, ничего не скажешь.
Корень нежности я без особых проблем нашла на кухне. Оставались серебряный мох и кристаллы из пещер.
На поиски мха я отправилась сразу же, пока было светло. Согласно карте, ручей протекал неподалеку, к востоку от дома. Пришлось немного поплутать между деревьев, но журчание воды быстро вывело меня к цели.
Ручей оказался чистым и быстрым, с каменистым дном и прозрачной водой. По его берегам росли папоротники и какие-то незнакомые цветы, а на больших камнях, омываемых водой, я обнаружила то, что искала – серебряный мох. Он действительно был серебристым, с металлическим отливом, и каждая его веточка была покрыта мельчайшими капельками росы, которые переливались на солнце всеми цветами радуги.
Собирать мох оказалось не так просто – он рос только на тех камнях, которые постоянно омывались водой, а добраться до них, не замочив ноги, было практически невозможно. Пришлось снять ботинки и осторожно пробираться по скользким камням, балансируя как канатоходец. Хорошо хоть вода была теплой.
Росу приходилось собирать буквально по капле, используя маленький стеклянный пузырек и тонкую травинку в качестве воронки. Кропотливая работа, но результат того стоил – в пузырьке переливалась жидкость, похожая на жидкое серебро.
Со мхом было покончено. Оставались кристаллы красоты, и ради них предстояло отправиться в пещеры. По описанию, они были недалеко – в получасе ходьбы через лес, но идти туда стоило с факелом, поскольку в пещерах царила полная темнота.
Дома я нашла несколько факелов – они лежали в кладовке, в компании с другими полезными предметами. Факелы оказались не простыми – при прикосновении они сами загорались ровным, не мерцающим пламенем, которое не дымило и не чадило. Магические, конечно. В этом мире даже бытовые предметы были пропитаны волшебством.
Взяв факел, небольшую кирку (тоже нашлась в кладовке) и кожаную сумку для добычи, я отправилась на поиски пещер. Лес встретил меня прохладой и полумраком – высокие деревья почти не пропускали солнечный свет, создавая под своими кронами вечные сумерки. Тропинка вилась между стволов, иногда теряясь в густой траве, но я упорно продвигалась на север, ориентируясь по компасу, который тоже обнаружился среди полезных вещей.
Где-то через полчаса ходьбы лес начал меняться – деревья становились старше и массивнее, их корни выступали из земли причудливыми наростами, а между ними начали попадаться выходы серого камня. Еще немного, и я увидела то, что искала.
Вход в пещеру зиял в склоне небольшой возвышенности, наполовину скрытый переплетением корней и свисающих лиан. Выглядел он не особенно приветливо: темный проем, из которого тянуло прохладой и затхлостью. Но выбора у меня не было.
Подняв факел повыше, я осторожно ступила в пещеру. Пламя осветило неровные стены из серого камня, покрытые влажным налетом и странными наростами. Пещера уходила вглубь, разветвляясь на несколько ходов. Воздух здесь был спертый, но дышалось нормально.
Согласно описанию в книге, кристаллы красоты росли в самой глубине пещеры, там, где подземные воды создавали естественные бассейны. Мне предстояло пройти довольно глубоко под землю.
Каменные коридоры вели все дальше и дальше вниз, иногда расширяясь в небольшие залы, иногда сужаясь так, что приходилось протискиваться боком. Свет факела выхватывал из темноты причудливые образования – сталактиты и сталагмиты, создававшие фантастические скульптуры. На стенах местами поблескивали вкрапления каких-то минералов, а под ногами хрустел песок вперемешку с мелкими камешками.
Наконец, коридор вывел меня в просторный зал, в центре которого располагалось небольшое подземное озерцо. Вода в нем была удивительно прозрачной и неподвижной, как зеркало. А по краям озера, там, где вода соприкасалась с камнем, росли те самые кристаллы красоты.
Они были потрясающе красивы – розоватые, полупрозрачные образования размером с мизинец, которые излучали мягкое внутреннее сияние. Кристаллы росли группами, как подводные цветы, и казалось, что они дышат – их свечение то усиливалось, то ослабевало в медленном, гипнотическом ритме.
– Вот это да, – прошептала я, завороженная красотой зрелища. – И такая красота растет в темной пещере...
Собирать кристаллы оказалось не так просто – они росли прямо из воды, у самых берегов озера, и чтобы до них добраться, пришлось встать на колени у самой кромки. Вода была ледяной, но кристаллы отделялись от каменного основания довольно легко – достаточно было аккуратно поддеть их киркой.
Я набрала целую горсть – розовых, лиловых, белых с перламутровым отливом. Все они продолжали мягко светиться даже в кожаной сумке, создавая причудливые блики на стенах пещеры. Красота неописуемая, и жаль, что такие сокровища скрыты от глаз в подземных чертогах.
Обратный путь к выходу прошел быстрее – я уже знала дорогу и не теряла время на разглядывание окрестностей. Выбравшись из пещеры, я с облегчением вдохнула свежий лесной воздух. Сумерки уже начинали сгущаться между деревьев. Самое время возвращаться домой и заниматься сбором лунных лепестков.
Дома я первым делом отправилась на кухню проверить, что приготовил мне котел на ужин. Оказался густой суп с овощами и каким-то ароматным мясом, а на столе уже стояла тарелка с дымящейся порцией и кусок свежего хлеба. Ужиная, я изучала рецепт сиропа, запоминая последовательность действий и пропорции ингредиентов.
Когда совсем стемнело, а в окна заглянул яркий свет полной луны, я отправилась в сад за лунными лепестками. При лунном свете растения выглядели совершенно фантастически – листья серебрились, а белые цветы буквально светились собственным светом, как маленькие лампочки. Собирать их было одно удовольствие – лепестки легко отделялись от цветков и ложились в корзинку, продолжая излучать мягкое сияние.
Теперь у меня были все необходимые ингредиенты, и можно было приступать к варке сиропа.
Глава 18
В подвале, в алхимической лаборатории, я нашла подходящую стеклянную колбу и установила ее над небольшой спиртовкой. Магический огонь горел ровно и бездымно, позволяя точно контролировать температуру.
Согласно рецепту, сначала нужно было растворить кристаллы красоты в родниковой воде.
Дым из спиртовки поднимался тонкой струйкой, пока я осторожно погружала розовые кристаллы в теплую воду. Они растворялись медленно, превращая прозрачную жидкость в нечто похожее на жидкий жемчуг – переливающееся, с мягким внутренним свечением. Красиво до невозможности.
Пока кристаллы растворялись, я измельчила корень нежности в мраморной ступке. Корень оказался на удивление мягким, почти бархатистым на ощупь, и источал тонкий аромат, напоминающий смесь ванили с чем-то цветочным. При растирании он превращался в порошок кремового цвета, который так и хотелось попробовать на вкус.
– Но пробовать мы не будем, – пробормотала я себе под нос, – мало ли что с тобой станет, если съешь магический корень. Превратишься в принцессу или, наоборот, в лягушку.
Когда кристаллы полностью растворились, я добавила в колбу порошок корня нежности, тщательно помешивая стеклянной палочкой. Жидкость загустела и приобрела нежно-розовый оттенок, начав источать приятное тепло. По лаборатории разлился аромат – сладковатый, цветочный, с едва уловимыми нотками чего-то свежего и манящего.
Следующими в ход пошли лунные лепестки. Их нужно было добавлять по одному, дожидаясь, пока каждый полностью растворится. Лепестки падали в розовую жидкость как снежинки, тут же начиная таять и высвобождать заключенную в них лунную магию. С каждым новым лепестком сироп становился все ярче – теперь он не просто светился, а буквально сиял, как маленькое солнце в стеклянной колбе.
– Эффектно, – довольно протянула я, любуясь результатом.
Последней в колбу отправилась роса с серебряного мха. Всего три капли – больше нельзя, иначе сироп потеряет стабильность. Капли скользнули по стенке колбы и упали в розовое сияние, и тут же произошло нечто удивительное. Жидкость завихрилась сама собой, образуя спирали и узоры, а ее свечение стало мягче, теплее, как будто в сиропе зажглась маленькая звездочка.
Теперь оставалось только довести сироп до готовности – кипятить на медленном огне, постоянно помешивая по часовой стрелке, чтобы закрепить все свойства ингредиентов и объединить их в единое целое.
Я устроилась рядом с колбой, методично помешивая содержимое. Сироп булькал и переливался, источая все тот же сладковатый аромат.
– Надеюсь, дочка Бруно оценит такую красоту, – размышляла я вслух, наблюдая за завораживающими переливами в колбе.
Когда сироп приобрел консистенцию жидкого меда и красивый перламутровый оттенок – розовый с золотистыми искорками – я убрала колбу с огня. При движении колбы жидкость переливалась, как драгоценная эссенция.