- -
- 100%
- +
«Ну и ночка мне предстоит! Хорошо, что я добилась отдельной каюты! Опять придётся держать баррикаду всю ночь!» с ужасом представляла я, глядя на хищные глаза мужчин и злые взгляды их дам.
Мужчины все как один были непримечательными и обычными: худые, полные, лысые и с бородками. Я никого не отметила для себя. Райан и Ной были в этой компании самые эффектные. Женщины тоже мне казались обычными серыми мышками. Среди них я не увидела моделей или «сексуальных хищниц». Они все были с высокими причёсками и в вечерних платьях с оголёнными спинами. Лишь одна выделялась среди серой массы своей огненной рыжей шевелюрой, бледной кожей, которая была усеяна ужасными рыжими веснушками. Под цвет её волос на ней красовалось такого же цвета ярко жёлтое платье, которое открывало её рыжие от веснушек плечи. Рыжуха успевала привлекать внимание всех ещё своим фривольным поведением, говоря всем подряд что-то визгливым голосочком, который раздражал мой слух, и манерой махать руками перед лицами тех, кто сидел с ней рядом. Казалось, она добралась до миллионеров и решила стать королевой бала.
Ной тихо говорил с братом. Иногда Райан поглядывал на мою грудь, задерживая свой взгляд на моих сосках, которые от прохладного воздуха совсем окаменели и выделялись, как две изюминки, поднявшись вверх. Я поймала его взгляд, когда он поднял глаза на меня. Мой слабоалкогольный коктейль делал своё дело, и у меня разыгрался азарт. Я любила дразнить мужчин, делая их слабыми. Ной тоже был не дурак и видел, куда всё время смотрел его старший брат, поэтому полез ко мне под столом ещё выше и нащупал на мне замаскированные трусики. Сперва пошарил пальцами по ним, потом под ними и даже приподнял пальцами окрашенную ткань:
– Ага! Вот оно что! – громко крикнул Ной, засмеявшись.
– Что ты сказал? Я не понял! – переспросил у него Райан. Я опустила голову и засмеялась.
– Да так, вырвалось! Что там у тебя с конвертируемым займом? Ты его берёшь? – спросил Ной.
– Думаю, будет сложно, я полагаю. Как там у Бальзака в «Отце Горио»: «Исследуйте крупное состояние, и вы увидите там гнусные побуждения!» – засмеялся Райан почти так же, как и его брат Ной, заразительным смехом. Теперь я увидела двух братьев с идеальным аристократическим воспитанием и образованием, которые цитировали классиков «как орехи щёлкали».
Хлынула искрящаяся, легкомысленная музыка, словно выплеснутая из недр шампанского, и сытая, захмелевшая толпа повалила из-за стола, жаждущая продолжения праздника. В воздухе уже витал дух охоты, предвкушение ночных приключений, еще до того, как они ступят на палубу яхты. Женщины, опьяненные ритмом, образовали бурлящий хоровод, бросаясь в танец с дикой, непринужденной грацией, изгибаясь в причудливых позах под напором звука. Мужчины, окутанные дымкой дорогих сигар и терпким ароматом виски, наблюдали за ними, оценивающе и похотливо поблескивая глазами.
Неожиданно рядом возник Райан. Я вздрогнула от внезапности, когда он, как тень, подкрался со спины и придвинул кресло так близко, что я почувствовала его обжигающее дыхание на своей коже.
«Ещё один брат! Мне начинать загибать пальцы?» – мне уже было смешно.
– А вы почему не встали в кружок танцевать? – почти в шею шептал мне Райан, нагнувшись надо мной и приступая атаковать меня без согласия Ноя. Райан говорил немного с акцентом и на русском языке, как и все присутствующие.
– No te entiendo, africano! – ответила я, повернув к нему голову так, что наши губы почти соприкоснулись. (исп: Я не понимаю тебя, африканец!) Он сразу напрягся и перешёл со мной на испанский, повторив вопрос.
– No me gusta el instinto de rebaño, ¡ay! – ответила я ему, проведя пальчиком по его колючей щеке. (исп. Мне не нравится стадный инстинкт, увы!)
«Решил поиграть со мной, милашка?» – подумала я про себя, улыбаясь ему.
– Вы говорите только на испанском? – уточнил он, перейдя полностью на испанский.
– Разве плохо? Мне нравится его мелодичность и дерзость! – заигрывала я с Райаном, который уже взял мою ладонь, сжимая её, и провёл своим пальцем по моей открытой боковой части груди. Я засмеялась, почувствовав его прикосновения.
– Вам так нравится? – начал он заигрывать со мной в ответ и тоже очаровательно улыбнулся. – Вы знаете, что вы красивая?
– Нет, вы первый, кто мне об этом говорит! – ответила я и увидела, как он смотрит вниз на мою обнажённую до талии ногу под столом, к которой был очень близок. Я услышала его учащённое тёплое дыхание.
«Ты собрался меня прямо сразу здесь на стуле поиметь что ли? Такой же зажигалка, как и братец?» – смеялась я про себя.
– Может, сразу на «ты»? – уже пыхтя от виски, спросил он.
– Хорошо, давай! Можешь положить руку на моё бедро с золотым обручем! – ответила я, и он с любопытством посмотрел мне в глаза, думая, видимо, что я уже согласна на всё с ним, но он не стал рисковать и больше не прикасался ко мне, а тянул паузу. Я понимала, что он меня проверяет, провоцирует и заодно изучает новую избранницу своего брата. Райан был приятным мужчиной и даже очень, но я не знала его совсем. От него исходил безумно вкусный аромат мужского парфюма, от которого кружилась голова. При высоком росте он был широк в плечах, и чувствовалось, что активно занимается спортом. Скорее всего, он занимался плаванием и баскетболом.
– Приятный вечер! – откинулся он на спинку кресла, потягивая сигару и изучая мою спину и волосы. Мы не знали, о чём говорить, и он думал, как со мной поиграть дальше, продолжая разглядывать меня. Повисла пауза. Тут откуда-то подскочил Ной и подсел ко мне рядом, увидев, что его брат максимально близко поставил свою ногу к моей оголённой, нагнувшись надо мной, и дышал мне в шею.
– Вы уже познакомились ближе? – спросил улыбающийся Ной, обратившись ко мне.
– Да, котёнок Ной, он не хочет трогать мою ногу, представляешь? Тебе тоже она не нравится? – включила я капризную дурочку на русском языке. Братья переглянулись, и Райан понял, что я его обхитрила с языком.
– Райан, как тебе моя Мариночка?
– Она весёлая! – ответил Райан, ехидно посмотрев на меня. Женщины в зале поглядывали на нашу тройку с любопытством, не понимая, почему два миллиардера сидят с какой-то неизвестной дурочкой в костюме богини, когда на них надеты платья от кутюр. Заиграла медленная музыка. Райан резко подскочил и взял меня за руку на танец, не спрашивая Ноя и меня. Я лишь успела оглянуться на Ноя с недоумением в глазах. Ной наблюдал.
«Началось веселье!» – смеялась я почти в истерике, не ожидая от двухметрового брата ничего хорошего.
– Ты на самом деле такая весёлая, – подхватил он меня так, что я практически висела у него на руках, не касаясь пола. Хватка у него была мощная. «Со мной даже Саша так не танцевал! Ничего себе!» – растерялась я.
– Ты же замужем? – шептал он на ухо, обхватив меня ручищами, – где твой муж?
– Он сегодня в ночную смену калымит! – ответила я первое, что пришло в голову, а Райан уже громко хохотал, откинув голову назад, так что все смотрели только на нас. Своей мощной ногой в брюках он прижался к моему оголённому бедру. Я весь танец чувствовала его жар, не понимая, что за гремучая смесь со мной танцует. Он практически раздавил мне грудь, крепко прижавшись ко мне своим телом в расстёгнутой наполовину рубашке и с галстуком в кармане брюк. Он был подшофе и развлекался на всю катушку, со всей силы прижимая меня к себе и раскручивая в танце до головокружения.
Все женщины уже практически меня ненавидели, отчего стояли парами и шептались между собой, искривив рты. Ной ревновал. Я видела его грустные глаза, но это был его родной брат, и я была беспомощна в этой ситуации. Он сам меня сюда позвал, захотел и бросил в объятия своего брата.
– Как ты познакомилась с Ноем? – наконец спросил он у меня.
– Он подглядывал за мной на твоей яхте! – ответила я ему, и он вновь зашёлся очередной партией смеха, поцеловав меня продолжительным поцелуем в шею так, что я думала, останется след. Я опешила. Ной увидел, как братец балагурит, и задвигал желваками. Я терпела, потому что так захотел Ной. Мужчины пожирали глазами практически все мои обнажённые формы, которые оголил Райан, схватив меня в танце, как зверь на охоте в Африке. Я даже открыла рот от возмущения. Причём я его отталкивала, а он ещё крепче меня прижимал к себе. Мне уже хотелось ему двинуть куда-нибудь, но я была здесь ради Ноя, который долго готовился к этому празднику, и я не хотела конфликтов. Танец закончился, и я с облегчением выдохнула.
«Хоть не изнасиловал, и на том спасибо! Даже мои мужчины меня так не таскали при всех, наглец! Но хорош и силён, что уж тут сказать! Представляю, что он вытворяет в постели с женщинами!» – у меня сразу испортилось настроение от такого наглого натиска без моего разрешения и от своей беспомощности. Я почувствовала себя какой-то шалашовкой на празднике богачей, потому что была никем среди них, а у них были статусы, деньги и власть.
Райан поблагодарил за танец, поцеловав мою руку, а меня постепенно накрывала злость. Я возмущённо посмотрела на Ноя, и он всё понял, но был занят другими гостями, которые от него все что-то хотели и постоянно дёргали с вопросами. Я незаметно поднялась наверх, пока все дружно вышли на веранду, и закрылась в гардеробе, чтобы немного отдохнуть на диванчике, принять душ и переодеться.
Только я вышла из душа с мокрыми волосами и в одних белых кружевных трусиках, как в гардероб постучал Ной:
– Любимая, открой мне!
– Нет, я боюсь. Ты один?
– Конечно! Ты испугалась? Открой, Марина. Я один.
– Я уже приняла душ и не пойду танцевать с твоими пузатыми богачами. Я их боюсь! – сказала я ему. Ной засмеялся.
– Хорошо! Марина, открой мне дверь, и я тебе всё скажу!
Я открыла дверь, оставив лишь щёлочку, и стала оглядываться.
– Ты точно один?
– Да, моя нежность!
– Заходи, только быстро.
Ной зашёл, смеясь, и я закрыла дверь. Увидев меня обнажённой, он сразу вспыхнул:
– Моя любовь! Я почти два дня мучился без тебя! Я терпел, а ты такая нежная, и я хочу тебя! – посадил он меня к себе на колени, целуя грудь горячими губами и играя с соском.
– Нет, Ной, только не здесь и не сейчас! Я устала, и у меня плохое настроение, – оттолкнула я его.
– Он тебя обидел?
– А ты не видел? Не понял? Ты же знаешь, что я не люблю так! Что за наглость? И это ты всё устроил, кстати! – высказала я ему, злясь на Райана и на себя, что поехала на виллу. – Мне нужно было остаться дома или поехать к маме!
– Я ему скажу! – ответил Ной, убрав улыбку с лица.
– О нет, не надо! Я не хочу, чтобы ты ругался с ним, как с Сашей, из-за меня. Итак все вокруг ругаются. Я не хочу! Ничего ему не говори. Он твой брат и гость, – слезла я с его колен и стала перебирать свою одежду.
– Хорошо! Ты придёшь на яхту? Все уже ушли туда! – спросил Ной.
– Да, чуть позже, с Кристианом.
– Ты наденешь какой-нибудь купальник?
– Нет, конечно! – возмутилась я. – Смотри, чтобы в моей каюте никого не было!
– Хорошо, любимая! Я жду тебя!
ОРГИЯ
Я подошла с Кристианом к яхте в полной темноте, которая переливалась вся как музыкальная шкатулка, вырвавшаяся из-под контроля. Блеск прожекторов, гирлянд и светомузыки отражался от воды, создавая калейдоскоп цветов. Громкая музыка, казалось, заставляла дрожать воздух. Яхта пульсировала энергией, словно живое существо, готовое поглотить нас в своем безграничном веселье.
– Крис, я хочу, чтобы ты был постоянно со мной! Не отходи от меня! Я их боюсь! – предупредила я его.
– Мне не положено! Я на яхте как персонал!
– Не придумывай! Я не пойду в эту клоаку без тебя! Это надо просто пережить, Крис!
Кристиан придерживал меня за руку, поднимаясь на яхту. У меня было уже подавленное настроение после танца с Райаном и совсем не хотелось идти на яхту. Мне абсолютно ничего не хотелось. Я лишь обещала Ною, поэтому решила перетерпеть всё это побыстрее, к тому же у меня было плохое предчувствие, отчего немного подташнивало. Я не понимала, откуда появилось ощущение чего-то плохого и непредвиденного, но старалась держаться.
«Наверное, просто устала!» – переступила я на палубу яхты в широких серых штанах с широкими черными лампасами, в сером лонгсливе с длинными рукавами и с черным крупным принтом «Не прислоняться! Я не твоя!» Высушив волосы, я выпрямила их до зеркального блеска, расчесала и, наконец, освободила их, позволив свободно струиться по плечам. Теперь я опять выглядела пятнадцатилетним подростком среди гостей. Крис тоже переоделся в майку и рваные джинсы. В таком прикиде «чётких пацанов» мы зашли внутрь яхты, где все сидели за столом и громко разговаривали. Все замерли, разглядывая нас с недоумением в глазах. Женщины даже открыли рты, увидев меня более естественной, с распущенными волосами и в одежде подростка, в сопровождении молодого красавца с длинными волосами до плеч, которого они ещё не видели. Ной тут же махнул Кристиану, чтобы тот исчез.
– Нет, он будет со мной! – отчеканила я.
– Но, Марина! – удивился Ной.
– Хорошо, я уйду с ним! – ответила я и вышла на палубу, сев в кресло с подушками. Кристиан принёс плед, укрыл мне плечи и тоже сел рядом с креслом на пол. За нами высыпали остальные гости, засидевшиеся за столами с едой, ехидно поглядывая на нас.
Настроение было у меня на нуле. Я была злая и недовольная. Гости вели себя откровенно вызывающе, не соблюдая элементарных приличий и уважения к хозяину яхты. Все были уже прилично подшофе: мужчины разделись, обнажая свои пивные жёлтые животы и вялые мышцы груди. Некоторые уже купались и ходили с мокрыми телами, хвастаясь своими неприглядными телесами перед женщинами и соблазняя их. Другие хлопали мокрыми ладонями по своим пивным, волосатым животам, издавая звериные и рыгающие звуки.
Женщины удивляли больше всего своей откровенной вульгарностью. Казалось, что у них годами не было мужчин, и они висели на всех, кто начинался на букву «М»: танцевали, визжали и задирали ноги в купальниках Bikini-set, в виде полосок вместо трусиков и лифчика. Мне было неприятно и стыдно, потому что рядом со мной сидел молодой парень, ставший свидетелем непристойного поведения этих распущенных женщин, демонстрировавших откровенные части тела.
– Кристиан, так всегда было? – с ужасом спросила я у него, на что он опустил голову и ничего не ответил. Особенно выделялась рыжая с конопушками и фигурой гусеницы. И теперь, глядя на неё, я понимала, о каких женщинах с большими животами и небеременных говорил мне Ной. У неё была спина и сразу ноги, и никакого намёка на ягодицы: обычный плоский зад. Сзади она выглядела мужиком, который бегает по палубе в купальнике. Её природную принадлежность выдавала только обвисшая грудь и шестимесячный живот, который торчал впереди, а когда она садилась в кресло, он казался почти восьмимесячным, и всё потому, что нет бёдер, поэтому весь кишечник выпирал наружу, поэтому на спине кожа складывалась в крупные складки, как у гусеницы.
У меня было всё по-другому: тонкая талия и округлые бёдра, то есть полноценный женский таз, в котором всё компактно располагалось и вмещалось, в том числе и беременная матка. Именно поэтому Ной до конца не верил в мою беременность и говорил про припухлость вместо живота. И потом, мои выпирающие ягодицы отвлекали внимание от живота. Как мне сказал Борис на осмотре в клинике: «На попу можно поставить стакан с водой, и он не упадёт, и это замечательно для беременности!» В профиль я тоже смотрелась весьма секси: девственная, настоящая округлая грудь, соски которой располагались кверху, узкая талия и резкий переход в бёдра, где на ягодицы действительно можно было поставить стакан воды, и я даже пробовала экспериментировать на себе. Ничего не падало.
Рыжуха считала себя уже настоящей королевой бала, потому что я ушла в тень в широких одеждах, а она вся сияла, бегала по палубе в золотом купальнике с тремя полосочками вместо купальника. Купальник у неё постоянно сползал, открывая соски, потому что был надет на бесформенную грудь. Она постоянно визжала или, также визжа, говорила. Потом она распустила гриву своих огненно-рыжих волос и полезла за борт, а пьяные мужчины тянули её обратно, и все гоготали, как бешеные. Я вообще не могла на это смотреть, опустив глаза, потому что меня начало мутить, и Кристиан принёс мне коктейль.
Её подружка с большим кривым ртом тоже бегала с ней по палубе, привлекая внимание мужчин. Это была именно та женщина, которая сидела рядом с Райаном. Она по-прежнему бросала на меня ненавистные взгляды, искривляя рот. В её лице что-то явно было непропорциональное, скорее всего, из-за неправильного прикуса, который она не исправляла, поэтому нижняя челюсть выпирала вперёд, искажая большой рот с тонкими губами. Её фигура была немного похожа на женскую благодаря тому, что у неё хотя бы был намёк на ягодицы и небольшую грудь, но её широкие плечи, как у лыжницы, портили фигуру. Она казалась штангисткой: мощные плечи, маленькая грудь и лёгкий намёк на бёдра.
Шампанское плескалось фонтаном, и две дамы демонстративно ловили его ртами, умывались им и растирали свои некрасивые фигуры. Было ужасно и противно до тошноты. Я даже не знала, кто были эти женщины – жёны, любовницы или просто с вокзала для развлечения состоятельных мужчин, которых сняли на ночь. Я слышала о такой услуге, когда приглашали девочек, чтобы они создавали праздник и будоражили воображение пьяных мужчин, а если повезёт, то им доплачивали.
«О боже, неужели с ними кто-то ещё спит?» – думала я.
Остальные пары держались спокойнее: кто-то уже уединился на ночь, какие-то пары продолжали поглощать еду и пить напитки, некоторые купались в темноте и орали громче всех. Пузатые мужчины прыгали, как лягушки в воду, создавая волну брызг, отчего они радовались своему вау-эффекту. Казалось, лишь я с Кристианом были лишними на этой яхте, как я и предполагала.
– Ной, давай я не поеду на яхту? – просила я Ноя ещё на выставке. – Ты развлекайся, а я поеду к котёнку?
Но он даже не хотел слушать этого:
– Я не смогу там без тебя! Я сразу умру! Вот и всё! – была его отговорка, а я сидела, смотрела на всю эту вакханалию и уже пожалела сто раз, что согласилась сюда приехать.
«Лучше бы я с фанатами поехала в их клуб, куда они меня звали!» – злилась я. Ной ходил в плавках и рубашке нараспашку вместе с братом, который был в спортивных шортах и футболке. Только их фигуры смотрелись эстетично и подтянуто среди остальных. Райан уже поглядывал на меня растерянно и недоумённо, видимо, Ной промыл ему мозги, и потом он понял, увидев меня в образе подростка в широких штанах, что я не всегда хожу в вечерних нарядах. Ной метался от гостя к гостю, иногда подбегая ко мне с поцелуем в лоб и тут же убегал, потому что его кто-то вечно окликал.
«О боже! Зачем ему это всё! Лучше бы в ресторан сходили и спокойно посидели!» – с сожалением думала я.
Кристиан всё время сидел со мной на палубе, как преданный пёс. Мы только с ним и наблюдали, потягивая коктейли. Я пододвинула к нам столик с фруктами и мороженым. Женщины пытались построить с нами диалог, особенно с Кристианом, но он лишь отмахивался рукой. Некоторые пьяные мужчины подходили ко мне, что-то сверху бурчали и уходили. Я так и не понимала, чего они хотят. Один тянул руку ко мне, приглашая на танец. Кристиан перехватил его руку, и тот ушёл. Потом мне принесли записку от какого-то Ивана, чтобы я спустилась к нему в каюту номер три. Записку я сунула в плавки Ною, который прибежал ко мне с очередным поцелуем. Он прочитал её и побежал в каюту номер три разбираться. Чуть позже приехала доставка, и мне принесли букет красных роз с открыткой: «Прости! Райан». Букет я положила рядом с креслом.
– Марина, Саша стоит на берегу! – вдруг сказал мне Кристиан. Саша смотрел в телефон и был в белом костюме, другую руку держал в кармане. Конечно, для меня было неожиданностью его появление без приглашения, но я понимала, почему он пришёл, уже видя ту бесконтрольную вакханалию, которая происходила на яхте, где Ной не успевал никому угодить и поспеть за всеми. Яхта звенела погремушкой за километр, и праздник привлекал внимание окружающих людей и туристов. Ко мне подбежал Ной, показывая сообщение от Саши: «Пусти к жене. Мешать не буду!»
– Ной, только без рук! Пусти его! Какая тебе разница, что творится на твоей яхте? Тут и так полный беспредел! – перекрикивая музыку, ответила я ему. Ной пошёл к нему разговаривать. Они долго о чём-то говорили. Говорил в основном Саша, а Ной, опустив голову, слушал его. Мне показалось, что Саша просил у него прощение, или благодарил за донорство, но это были лишь мои предположения. В конце концов, после долгого разговора они направились на яхту. Я лишь услышала одну фразу Ноя, когда они входили на яхту:
– Саня, если что, я тебя сразу выброшу за борт! Я предупредил!
Ноя позвал брат. Саша сел напротив на диванчик, рассматривая нас с Крисом. Я увидела в его глазах одобрение, казалось, что он даже выдохнул, когда увидел меня, сидящую в кресле под пледом и в широких штанах. Он боялся за меня, поэтому пришёл к Ною, и я это понимала. «Неужели он думал, что я в открытом платье буду тут всю ночь всех развлекать?» – поглядывала я на него. Сашу многие узнали, здоровались и хлопали по плечу. К нему подошёл Райан и тоже долго с ним разговаривал на диване, потягивая виски. Саша пил только лёгкие фруктовые коктейли, как и мы с Крисом. Потом неожиданно ко мне подошёл Райан и шепнул на ухо:
– Прости! Я был не прав! – поцеловав мне руку. Я лишь кивнула и даже не улыбнулась ему. Его позвали.
К моим ногам подвалил какой-то мужчина в плавках и начал откровенно лезть рукой мне под штанину. Крис ему что-то сказал, но тот махнул на него рукой и не слушал его. Что мог Крис сделать с богачом, у которого есть деньги? Я увидела растерянность и беспомощность в его глазах. Я пыталась пинать ногой мужчину и отталкивала рукой обмякшее тело, но он лёг на мои ноги, уткнувшись носом в колени. Подошёл Саша, поднял мужчину как бочку и выкинул за борт.
«И всё! Так просто, как будто так и надо было!» – улыбнулась я Саше и испугалась, посчитав, что будет драка или скандал, но нет – мужчина был рад, что купается за бортом, отчего начал хлопать в ладоши и что-то кричать. Яхта стояла на берегу у пирса, поэтому не было угрозы, что кто-то утонет, к тому же за всеми следили «тени в чёрном». Саша сел рядом со мной около кресла на палубу, как и Крис. Теперь я была под полной защитой своих охранников с обеих сторон.
Если мужчине, которого Саша выкинул за борт, нельзя было что-либо делать со мной, то Саша на это имел полное право, будучи моим мужем, поэтому он тоже не упускал возможность погладить мою ногу. Он скучал, и я это знала. Мы не виделись с ним с тех пор, как он развязал мне кофточку, потянув шнурок. Он полулёжа лежал около моего кресла, и его рука проникла мне под штанину. Он держал мою лодыжку в руках. Я чувствовала его тепло. Рука казалась такой родной, что я не сопротивлялась.
Ной заметил наши взгляды, прикованные к нему: я, небрежно откинувшись в кресле, и мои телохранители, словно изваяния, замершие по обе стороны. У Ноя не было ни единого повода, ни единого аргумента, чтобы нарушить эту картину. Тишину нарушил лишь зов хмельной ватаги, затеявшей рыбалку сетями. Ной, с самым громким и пьяным хохотом, поспешил присоединиться к ним, уже изрядно захмелевшим.
Заиграла медленная мелодия, и Саша пригласил меня потанцевать. Это было для всех нормальным, если муж пригласил жену потанцевать, потому что некоторые были тоже со своими жёнами и также танцевали. Я согласилась, потому что уже хотелось размяться, и потом, это был не Райан с его хваткой, а родной и ещё пока любимый для меня Саша, к которому я ездила всю неделю в клинику.
Как только он меня нежно обнял в своём прозрачном белом костюме, я тут же поплыла. Моё тело сразу вздрогнуло, вспоминая его тело и наши ласки. Мы танцевали, вернее, просто шатались на месте в каком-то малоосвещённом углу, там, куда нас в танце направил Саша. Он нагнулся к моей шее и плечам, и я уже едва сдерживалась от желания, поэтому начала кусать губы. Мои волосы рассыпались по лицу, закрывая глаза и лезли в губы. Он дышал мне в лицо, пронизывая мои глаза своей любовной аурой. Это был обычный танец пары, к которому сложно придраться, но то, что мы чувствовали оба было известно только нам двоим. Саша был само обаяние и сексуальность. Он так нежно и едва прикасался к моему телу, что я млела под его пальцами. Мне стало не хватать воздуха, отчего я стала часто дышать, и моя грудь опять пришла в движение. Это было настоящее сумасшествие. А он продолжал окутывать меня своими любовными паутинами, как паук, готовый добраться до своей жертвы медленно и не спеша. У меня уже закружилась голова от его парфюма и тепла тела. Казалось, унёс бы он меня куда-нибудь, и я отдалась бы ему тут же, настолько быстро, за минуту, он взбудоражил моё сознание. Он продолжал свои нежности и опустился губами к шее и плечам, а потом нашёл губы и поцеловал меня так нежно и легко, что я совсем опьянела, и мои ноги стали ватными. Он не делал абсолютно никаких резких движений и не загорался как спичка, он выбирал иную тактику, которая называется: «Сама придёшь или приползёшь, я лишь дал добро и буду ждать!» Танец кончился, а я стояла и не знала, что делать и куда идти, чтобы скрыть своё состояние, которое было заметно не только Саше. Я направилась в свою каюту, уставшая и возбуждённая, и мне надо было прийти в себя.