- -
- 100%
- +
ДЕМЬЯН
Дверь спорткомплекса с противным скрипом поддаётся под моим напором. Внутри пахнет резиновыми матами, потом и дорогим ароматизатором, которому все равно не удается ничего перекрыть — стандартный коктейль для такого места. Я поправляю спортивную сумку на плече, чувствуя, как приятно ноют мышцы. Утренняя тренировка выжала из меня все соки. А теперь предстоит тренировать мелких сопляков, которые точно добьют меня. А завтра еще и чертова учеба начинается. Чтоб ее.
Лифт медлит, будто издевается. Я прижимаюсь к холодной металлической стене, чувствуя, как усталость наливает мышцы свинцом. Резкий звук открывающихся дверей возвращает меня в реальность. Шаг внутрь. Кнопка десятого этажа. Облокачиваюсь на зеркальную стенку, уже представляя, как через пару минут буду строить своих сорванцев, которые несмотря на то, что боятся меня, все равно умудряются чудить. Хотя чему удивляться. Я таким же был.
Дверцы начинают сходиться.
И вдруг в лифт врывается девушка.
Пиздецки красивая девушка.
Длинные чёрные волосы, рассыпавшиеся по плечам, будто шёлковый водопад. Пухлые губы, слегка приоткрытые от быстрого дыхания. Она резко тыкает пальцем в кнопку двенадцатого этажа, и я замечаю её руки — изящные, с длинными, острыми коготками бордового цвета.
Мой взгляд скользит ниже. Она невысокая, но, блять, какая же у нее фигура. Узкие чёрные легинсы обтягивают округлые бёдра, крохотный спортивный топ оставляет открытым плоский живот с заметными мышцами пресса. Грудь полная, соблазнительно приподнимающаяся с каждым вздохом. Однозначно троечка. Загорелая кожа, шелковистая, будто полированная, переливается под тусклым светом ламп. Раньше я эту сочную малышку здесь не видел. Скорее всего недавно сюда пришла. И судя по горяченькой фигуре она наверняка занимается какой-нибудь гимнастикой или танцульками.
— Новенькая? — хрипло произношу я, привлекая ее внимание. — Не видел тебя здесь раньше.
Когда она поворачивается ко мне, меня нахуй прошибает током.
Ярко-синие глаза, холодные, как арктический лед, но с искоркой где-то внутри. Прямой, чуть вздернутый носик, от которого так и хочется провести пальцем вниз, к пухлым, сочным губам. Они блестят каким-то вишневым блеском, словно только что облизнуты. Пышные ресницы, густые, будто накладные, но я чутьем понимаю — натуральные. И скулы… черт, эти скулы! Выточенные, высокие, такие, что даже Анджелина Джоли бы позавидовала.
Молодая Меган Фокс в своем прайме. Только гораздо горячее.
Жду, что она сейчас от меня разомлеет и тут же начнет строить глазки, воркуя со мной. Но к моему удивлению она лишь хмыкает и отворачивается. Хмыкает, блять. И отворачивается, будто я — пустое место.
Я замираю.
Она меня… проигнорила?
— Эй, ты немая что ли? Я тебя вопрос задал вообще-то.
— Не горю желанием на него отвечать, — холодно откликается эта снежная королева.
Чего блять?
Я привык к другому. Девчонки обычно млеют, когда я на них смотрю. А эта… эта снежная королева даже бровью не повела.
Хотя не стоит удивляться. Такая горячая штучка, как она, явно не обделена вниманием мужского пола поэтому и привлечь ее внимание тяжело.
Но тут лифт дергается, раздается тревожный щелчок — и мы резко останавливаемся между восьмым и девятым этажами. Лампочки гаснут, только аварийный свет продолжает тускло мерцать.
Опять.
В шестой раз за этот месяц.
Обычно это меня бесит.
Все-таки приличный спорткомплекс, где занимаются детишки богатеньких отпрысков, а лифт починить никак не могут. Однако сегодня это как некстати вовремя.
— Что такое? Почему не едем? — хмурится эта милашка, удостоив меня своим взглядом.
— Лифт застрял, — пожимаю плечами. — Минут через десять-пятнадцать заработает. Это здесь в норме.
— Что значит десять-пятнадцать минут? У меня занятие начнется через пять минут! — возмущается она.
— Не у тебя одной, — хмыкаю я, опускаясь на корточки. — Но пока кто-то не заметит, что лифт не работает, нас не вызволят. Так что падай. Знакомиться будем.
Горячая незнакомка лишь брезгливо поджимает губы и отворачивается от меня. Вот сучка.
Решаю побыть джентельменом, что на меня не очень-то и похоже. Снимаю с себя спортивную олимпийку от очень известного бренда за несколько десятков косарей. Кидаю ее на пол и хлопаю по ней, приглашая эту жгучую брюнетку присесть.
— Присаживайся, олимпийка чистая, сегодня только надел, — уверяю ее, стараясь взять ее своей харизмой, но ни в какую.
— Спасибо, я постою, — холодно отзывается она.
— Да брось, хорош ломаться, нам тут торчать еще нормально так.
Без толку. Она все также стоит, уперевшись в двери лифта. Тяжело вздыхаю, начиная раздражаться. Ненавижу сложности.
Поднимаюсь с пола и поднимаю свою олимпийку, отряхиваю ее. Приближаюсь к этой хладнокровной незнакомке. С усмешкой подмечаю, что вблизи она совсем крохотная. Едва достает мне до плеча. Девчонке то, что я приблизился, явно не нравится. Вон вся напрягается, хмурится и выпрямляется как струна на гитаре.
— Отодвинься. Немедленно, — вытягивает маленькую ладошку, чтобы остановить меня. — Здесь и так мало места.
Не обращаю внимания на ее слова и приближаюсь еще ближе, заставляя девчонку уткнуться в угол небольшого лифта. Она крайне возмущена происходящим и судя по нахмуренным бровкам и глазам, стреляющим в меня молнии, явно злится. Кладет обе ладошки мне на груди и пытается меня оттолкнуть, пыхтя как воробушек. Но куда уж там этой крохе тягаться со мной. Я даже и не замечаю ее слабеньких попыток.
— Что ты творишь?! Совсем ополоумел?! Немедленно выпусти меня! Я кричать буду!
— Можешь кричать сколько угодно, все равно никто не услышит, — шепчу ей на ушко, отчего она вздрагивает и покрывается мурашками. — Я же по-хорошему познакомиться хотел, но теперь придется по-плохому.
Опускаю руку на тоненькую, подтянутую талию и слегка сжимаю ее, отчего она впадает в ступор. Но в следующий же миг начинает активно сопротивляться, пытаясь вырваться. Бесполезно. Одной рукой фиксирую ее руки, ухватившись за два тоненьких запястья, ногами зажимаю ее стройные ножки.
— Отпусти меня! Ты! Я напишу на тебя заявление! — начинает кричать она, впадая в ужас.
Кажется, напугал эту малышку. Пора прекращать с этим. Или может еще чуть-чуть ее помучать?
— Вперед, — невозмутимо говорю я, ухмыляясь. — Только вот не поможет. Да и доказать ничего не сможешь.
Наклоняюсь еще больше и губами прикасаюсь к нежной лебяжьей шейке. Она вся дрожит и тяжело дышит, заводя меня еще больше. Пытается вырваться, но у нее не выходит. Начинает паниковать и я отчетливо вижу в ее глазах животный страх. Походу, переборщил слегка.
Отпускаю ее и отхожу, посмеиваясь над ней. Она заторможенно моргает и смотрит на меня так растерянно, что даже жаль ее становится.
— Какого черта? — цедит она.
На смену испугу и растерянности приходить злость. И черт, как же она хороша, когда злится.
— Сорян, милашка, но ты сама напросилась. Нос воротила и смотрела так свысока. Вот и решил тебя проучить.
— Ты ненормальный, — ядовито выплевывает эта змейка, краснея от стыда и ярости. — придурок.
— Ага, а ты высокомерная сука, — говорю я, очаровательно улыбаясь. В этот момент лифт наконец включается. Быстро доезжает до десятого этажа и останавливается, раскрывая дверцы. — Будь попроще, иначе точно попадешь в такую ситуацию. А еще запомни, что я терпеть не могу, когда меня игнорят. В следующий раз я не остановлюсь.
Подмигиваю ей и выхожу из лифта, оставляя эту милашку в шоке и растерянности.
***
Хмуро оглядываю толпы первокурсников, которые толкаются, пытаясь пробраться к своей группе. Меня в том числе задевают ни один раз, отчего я раздраженно вздыхаю. Как же я ненавижу толкучку. А еще ненавижу чертово первое сентября.
Поворачиваюсь и, наконец, замечаю своего друга, вальяжно вышагивающего ко мне навстречу и расталкивая всех первашей.
— Ну наконец-то, — говорю я и пожимаю ему руку. — Серый, я уж думал, ты меня на произвол судьбы здесь кинуть решил.
— Ну ты чего, Дёмыч, как я могу на последнем курсе своего друга бросить? — состроив грустное выражение лица, протянул Хитров. — Я не могу предать своего любимого, — хлопая длинными ресничками, как какая-то девчонка, восклицает он.
— Фу, Хитрый, давай без этой мерзости, — морщусь я, не перенося, когда друг изображает из себя какую-то телку. — И так тошно, еще ты добиваешь.
Он, явно довольный реакцией, громко ржет как лошадь какая-то. Хотя даже она и то поприличнее будет.
— А че это ты не в настроение? Ты находишься в самом лучше месте на свете! Можно сказать, в родном доме, — шутит этот придурок, заставляя меня закатить глаза.
— Хорош хрень нести, бесишь.
— А ты чего раздраженный такой? Не выспался?
— Серый, еще слово и я тебе въебу.
— Туше! — смеется друг, ни капельки не пугаясь. — Что случилось, дружище? Отец с утра мозг выклевал?
— Да лучше б он, — тяжело вздыхаю я. — Вчера такую соску встретил. Просто закачаешься.
— Ну и? Забортавала она тебя что ли? — усмехается друг.
Поджимаю губы, ничего не отвечая. Но друг попал в точку. Она и впрямь меня отшила. Впервые меня отшили. Такого не было никогда в моей жизни. И это здорово подпортило мне самооценку.
— Че, реально отшила что ли? — округлив глаза, переспрашивает Хитров. — Да иди ты, Вершинин! — начинает ржать как умалишенный.
— Захлопнись, придурок. Иначе реально вмажу.
— Самого Демьяна Вершинина девушка отшила. Это что-то из разряда невозможно! — продолжает глумиться он. — Это что это за богиня такая, раз она тебя сочла недостойным? — спрашивает он насмешливо.
Отворачиваюсь, раздраженно сжимая кулаки и со злостью думая об этой пигалице, которая мне покоя не давала весь прошлый день и всю чертову ночь.
Я ведь хотел вновь удачу попытать и еще раз к ней подвалить. Только вот после занятия ее не застал. Даже спрашивал у охранника, как давно ушла эта чертовка. А этот тупица даже и не понял, о ком я говорю. Идиот, как вообще можно пропустить мимо глаз такую красотку.
Внезапно глазами натыкаюсь на нее. Ту самую стерву, с которой застрял в лифте. Она уверенной походкой, виляя от бедра, в своей коротенькой юбочке и сверху расстегнутой рубашке с ослабленным галстуком направляется к группке первокурсников. Темные, шоколадные, волнистые локоны развеваются на ветру, а худенькие, оголенные ножки уверенно ступают на высоченных каблуках, ни капельки не шатаясь.
Черт подери. Сегодня она даже сексуальнее, чем вчера. Такая горячая и пленительная, что так и тянет прорваться сквозь всю эту толпу прямо к ней и впиться в пухлые губы жарким поцелуем, а потом схватить ее под упругий, подкаченный зад и унести нахер в свою берлогу. И больше никогда ее оттуда не выпускать. Присвоить ее лишь себе. Сделать своей игрушкой.
— А вот и она, — ухмыляюсь я, уже расписывая план действий в своей голове.
— Кто? Та, кто тебя бортанул? — смотрит по сторонам любопытный Серега. — Где она стоит?
— Вон, среди первашей тусуется, — указываю пальцем на эту милышку, стоящую рядом со своей группой.
— Фу, блять! Она же страшная уродина! Нахуй ты к ней вообще подкатывал? — восклицает друг, презрительно морщась.
Что несет этот придурок? Перевожу взгляд в ту сторону, куда он смотрит и вижу мужиковатую, одетую в черные балахоны, и до жути уродливую девушку. Блять, ну какой же дебил. Реально думает, что я с такой хотя бы заговорю?
— Ты ебанулся? Куда ты смотришь?! Туда смотри! — беру его за шею и направляю его в нужную сторону. — Видишь вон ту миниатюрную длинноволосую брюнетку с охуительной фигурой?
— Е-мае, — выдыхает Хитров, пораженно замирая и буквально раздевая ее глазами. — Вот эта соска. Я бы вдул.
— Размечтался. Эта стерва нацепила на себя корону и возомнила о себе невесть что, — хмыкаю я, не переставая пожирать ее глазами. — Так что не светит тебе ничего.
— Ну слушай, Дёмыч, я даже не удивлен, что она тебя отшила. Будь я такой соской, даже бы взгляда на тебя не кинул.
— Хитрый, ты сегодня уж больно сильно нарываешься на то, чтоб быть избитым. Ты ведь знаешь, что я не шутки шучу.
Говорю я чистую правду. Однажды я уже избил Хитрова, когда он девчонку у меня отбил. Правда было это в седьмом классе. И на девчонку мне эту было, честно говоря, плевать. Но досталось ему тогда нормально так.
— Ну все-все, спокойно, братуха, — крепко похлопывает меня по плечу. — Поверь мне, эта девчонка еще сама за тобой бегать будет.
— Ты прав, — киваю я, растягивая улыбку до ушей.
И в этот самый момент эта стервочка, словно услышав, о чем мы говорим, перевела взгляд в мою сторону и застыла, округлив глаза. Явно не ожидала меня здесь увидеть. Подмигиваю ей и посылаю воздушный поцелуйчик, но натыкаюсь лишь на недовольный взгляд, полный раздражения. А после эта чертовка и вовсе мне фак показывает и отворачивается. Так, будто меня тут и нет. Рядом с собой слышу, как заходится в смехе Серега, говоря о том, что девчонка не промах. Ну а я не в силах отвести от нее взгляда, чувствую, как все внутри меня кипит от ярости и возбуждения.
Что за херня? Почему эта чертовка так легко выводит меня из себя? Заставляет полыхать всем телом, заполняя собою все мои чертовы мысли в голове. Как же она меня бесит. До чертиков просто.
Но в то же время сводит с ума одним своим взглядом ярких синих глаз, в которых так и горит пламя.
— Мальчики, как мы рад вас видеть! — верещит подбежавшая к нам Алмазкина вместе со своей свитой. — Дёма, я жутко по тебе соскучилась! — виснет она на мне, заставляя оторваться от жгучей брюнетки.
— Марин, не висни на мне! — раздраженно отрываю от себя высокую блондинку, которая помешана на мне с первого курса. — И не верещи мне прямо на ухо.
— Ну Дёма! Почему ты такой жестокий? — дует свои пухлые как у рыбы губешки и смотрит на меня обиженно. — Неужели совсем не скучал по мне, пока я была в Париже?
— Нет.
— Злюка, — хмыкает она, привыкшая к равнодушию с моей стороны. — А я привезла тебе подарочек. Новенький комплект нижнего белья. Все, как ты любишь — черное, с кружевами и подвязками. Испробуешь его сегодня? — шепчет мне на ушко, длинными ноготками почесывая мой затолок.
— У меня сегодня тренировка, — отзываюсь совершенно спокойно, ни капельки не возбудившись от слов Марины.
Черт побери, что за хрень? Какого черта я реагирую таким образом? Я понимаю, что Алмазкину я испробовал уже всю и во всех позах. Однако никогда не был против секса с ней, ведь она знает меня вдоль и поперек. Что я люблю, как я люблю и как довести меня до безумия. Но сейчас по нулям. Ничего не испытываю. В голове только незнакомая брюнетка. И представлять я начинаю ее как раз-таки в черном, кружевном белье с подвязками, которые я бы сорвал с нее в порыве страсти. Бля, ну что за нахрен? Почему я так реагирую на эту идиотку?
— Дём, ну ты чего? — удивленно спрашивает Марина. — Какая еще тренировка, когда мы целых два месяца не виделись?
— Марин, не еби мне мозг. Сама прекрасно знаешь, как меня это нервирует, — отмахиваясь от нее в очередной раз.
Блондинка поджимает губы и отходит от меня к своим подружкам-прилипалам. По лицу ее видно, что в обиде на меня, но не испытываю ни капельки жалости. Она с самого начала знала, какой я человек и что все эти отношения мне не нужны. Все, что нас связывает это общий, регулярный трах, не более. Однако Марина вечно пыталась меня сделать своим, делала мне мозги из-за других девушек и вечно закатывала истерики. Но на третьем курсе успокоилась. Смирилась со всем этим, но периодически заскоки у нее все же были.
Решив, что дальше на солнце париться уже неохота, все дружно пошли на чертову первую пару, расталкивая первашей, которые растерянно расступились перед нами.
Прохожу мимо этой брюнетки и запоминаю название группы, чтобы потом глянуть расписание. А затем склоняюсь над ней, упорно делающей вид, что она меня не замечает.
— Добро пожаловать, милашка, — говорю я, заставляя ее посмотреть мне прямо в глаза. — Не думай, что я дам тебе учиться здесь спокойно.
Кидаю ей это напоследок, после чего выпрямляюсь, смотря на нее с высоты своего роста и с усмешкой ухожу. Довольно хмыкаю, когда подмечаю, что лицо ее вспыхнуло от ярости, а маленькие ручки сжались в кулачки.
Что ж, последний год в этом аду обещает быть очень интересным.
2 глава
МИЛА
Оглядываюсь, изучая внимательным взглядом своих одногруппников. По многим из них видно, что они детишки богатеньких родителей. Об этом кричат логотипы дорогих, люксовых брендов на одежде студентов.
Найти обычных среди них людей не получается. Видимо, я единственная в этом логове змей, кто родился в небогатой, среднеобеспеченной семье.
— Ты очень красивая, — внезапно слышу сбоку от себя неловкий комплимент.
Поворачиваюсь и вижу девушку, которая разительно выделяется среди всех студентов. А вот, кажется, и еще одна обычная студентка.
Она довольно высокого роста, крепкая, с длинными черными волосами, убранными в низкий пучок, в очках и одетая в простой, черный спортивный костюм.
— Спасибо, — улыбаюсь ей, растроганная от комплимента. — Ты тоже очень красивая.
О том, что я красивая мне говорили часто. Буквально каждый день. Будь я в обычном магазине, на улице, на учебе или в кафе. Но в основном это говорили озабоченные мужчины, преследующие свои цели, поэтому слышать от девушки такое гораздо приятнее.
— Угу, — бурчит она, отводя взгляд. — Меня Настя зовут, — протягивает свою большую ладошку с черными, короткими ногтями.
— Милана, — киваю ей, отвечая на рукопожатие. — Приятно познакомиться.
— Мне тоже, — скромно улыбается она.
Оглядываюсь по сторонам, осматривая университет, в котором буду учиться ближайшие четыре год. И внезапно натыкаюсь на него. Того незнакомца из лифта, слишком много позволившего себе.
Он смотрит прямо на меня и ухмыляется при этом так плотоядно, словно хищник, готовящийся напасть на свою добычу.
Черт возьми, кто мог бы подумать, что он учится в лучшем вузе страны?! Я думала, что таким отбитым придуркам здесь не место! Хотя, он наверняка один из избалованных мажоров, которые просто так занимают чужие места, не собираясь учиться.
Распрямляю плечи и задираю подбородок выше, высокомерно на него смотря. Нельзя дать ему понять, что я напугана. Он и так вчера опустил меня ниже некуда.
Надо признаться, тогда в лифте я чертовски испугалась. Этот парень выглядел как настоящий, озабоченный маньяк, которому раз плюнуть взять кого-то силой. И ведь будь он более безбашенным, он бы явно это сделал. А я бы даже никак не смогла защитить себя, ведь этот парень просто чертовски огромный. Высокий, два метра точно, накаченный и широкоплечий настолько, что наверняка в проход заходит боком. Ну и судя по тому, на каком этаже он вышел в спортивном комплексе, занимается он боевыми искусствами. Для него мои трепыхания были все равно, что слону дробина.
Показываю ему фак, чтобы он отвернулся и не смел даже смотреть в мою сторону. На что он лишь смеется, выводя меня из себя.
Делаю несколько вдохов, призывая себе успокоиться. Я поступила в лучший университет страны, сегодня должен быть просто отличный день и никакой озабоченный придурок мне его не испортит.
В нашу группу подходит все больше и больше народа и я принимаюсь с интересом разглядывать своих одногруппников.
Внезапно чувствую дыхание за своей спиной. По телу сразу же бегут мурашки, но оборачиваться я не спешу. Знаю, кто там стоит.
— Добро пожаловать, милашка, — шепчет мне на ушко этот ненормальный. — Не думай, что я дам тебе учиться здесь спокойно, — ухмыляется и заставляет посмотреть в его наглые, дерзкие глаза.
После этого разворачивается и уходит вместе с парнем, чуть пониже его. За ним следом идет компания красивых девушек и одна из них, высокая и рыжая, испепеляет меня ненавистным взглядом. Таким, словно я ее маму убила.
Они идут ко входу в универ и перед ними все расступаются. Так, словно они свита какая-то. Элита в этом месте, а остальные лишь их жалкие подданные.
Передергиваю плечами, потирая шею, на которой все еще ощущается дыхание этого гаденыша. Делаю несколько вдохов и понимаю, что все одногруппники уперлись в меня любопытным взглядом. Причина их заинтересованности мне неизвестна. Неужели у меня на лице что-то?
— Ты что, знакома с Вершининым Демьяном?! — спрашивает блондинка с голубыми глазами, одна из одногруппниц.
— С кем? — удивленно приподнимаю брови, не понимая, о ком идет речь.
— Ну парень, который только что что-то шептал на ушко. Ты знакома с ним?
Ах вот, о ком она говорит. Вершинин Демьян. Тот самый придурок из лифта. Так, значит, его зовут.
— Не знакома, — сухо отрезаю я. — Вообще не понимаю, зачем он ко мне подошел, — вру я.
— А что он сказал тебе? — любопытно спрашивает другая девочка с ярко-розовыми волосами.
— «Добро пожаловать в университет», — цитирую его слова, опустив лишнюю для них информацию.
— Должно быть, ты ему очень понравилась, раз он снизошел до простой первокурсницы, — завистливо произносит та самая блондинка. — Хотела бы я оказаться на твоей месте.
Да на здоровье! Мне совсем не хочется быть мишенью этого тупого мажорика.
— А он что-то типа местной знаменитости? — невзначай интересуюсь я.
— Шутишь? Ты не знаешь, кто такой Демьян Вершинин?
— Понятия не имею.
— Его отец — Александр Вершинин — владелец самой крупной нефтяной компаний в стране. Еще у него есть своя сеть ресторанов и отелей. Они баснословно богаты! — со звездочками в глазах рассказывает девочка, чьи волосы перекрашены в розовый. — А Демьян Вершинин — старшекурсник и элита этого универа. Все девчонки мечтают стать его девушкой. Но у него уже есть девушка, Алмазкина Марина, дочка известных дизайнеров.
Судя по всему, та рыжая, что испепеляла меня ненавистным взглядом, и есть та самая Марина Алиазкина.
— А я слышала, что эта Марина просто его подстилка и он ее совсем не любит, — хмыкает блондинка.
— Подстилка или нет — это не важно. Факт остается фактом — Марина проводит ночи в объятьях Демьяна и устраняет всех соперниц, которые попадаются ей на пути.
Боже мой. Что за ненормальные эти оба? Явно подстать друг дружке.
— Какие же они сплетницы, — шепчет мне Настя.
— И не говори, — смеюсь я.
Ладно хоть один адекватный человек в этом логове избалованных мажориков.
Когда вся группа собирается в сборе, кураторы проводят нам экскурсию. Экскурсия по университету пролетела как один миг. Нас водят по бесконечным коридорам, показывая просторные лекционные аудитории с современным оборудованием, огромную библиотеку, больше похожую на дворец, и даже телестудию. Каждый кабинет, каждая деталь интерьера кричали о статусе и деньгах. Мои одногруппники воспринимают это как нечто само собой разумеющееся, а я ловлю себя на мысли, что чувствую себя Золушкой на балу, который в любой момент может закончиться.
В конце концов куратор, симпатичный четверокурсник, объявляет, что на сегодня все и что пар в расписании нет.
— Осваивайтесь, отдыхайте, — улыбается он. — Завтра начнется настоящая учеба.
Толпа первокурсников тут же оживляются, разбившись на маленькие стайки. Блондинка и розоволосая уже вовсю строят планы на вечер в каком-то модном клубе, куда, судя по их разговорам, без блата не попасть. И зазывают они на это мероприятие всех из нашей группы.
— Пойдешь? — тихо спрашивает Настя, кивая в их сторону.
— О нет, — качаю головой я. — У меня другие планы. Мне еще на работу сегодня нужно.
— Ты работаешь? — удивленно спрашивает она.
— Ну да, подрабатываю хореографом для маленьких девочек, — смущено улыбаюсь я.
Устроилась я туда совсем недавно. Буквально с неделю. А все благодаря моей лучшей подруги, которая неподалеку оттуда работает в кофейне баристой. У Кати есть постоянная клиентка, хореограф танцев. И недавно она говорила, что уходит в декрет и ей нужна замена. Ну и Катя предложила мою кандидатуру. Сначала я, конечно, была не очень уверена. Все-таки я никогда ничему не обучала детей. За моей спиной лишь шесть лет современных танцев, три года классических и три года народных. Но решила рискнуть и ни капельки не жалею.
Мне очень нравится учить моих милых девочек и чувствую я себя на этой работе, как рыба в воде. Да и платят там прилично, поскольку спортивный комплекс, в котором я работаю, элитный и предназначен для детей из довольно обеспеченных семей.
— Ничего себе. Интересно, — кивает Настя. — Ну я тогда пойду. Увидимся завтра, — она кивает и направляется к выходу, двигаясь легко и уверенно для своего мощного телосложения.