- -
- 100%
- +
Она снова замолкает, погружается в мысли. Я вижу, как синие глаза становятся отрешенными. Интересно, о чем она думает? Что скрывает? Что привело ее в Египет? Признаться, никогда не думал о девушках в таком ключе. Когда тебя окружают всякие модельки, в рот заглядывающие и готовые выполнить любую твою прихоть, в этом нет необходимости. С ними не до разговоров.
— Ох, где моя сумка? — вдруг спохватывается Милана и смотрит на меня с надеждой этими огромными глазищами. Не будь у нее такой классной маленькой груди, я бы подумал, что они — самая красивая часть ее внешности. Но нет. Главное достоинство у нее второго размера.
Засада!
- Не переживай. Я позвоню в администрацию клуба, они позаботятся.
- Но…
Я уже набираю быстро набираю в Гугле информацию о клубе, делаю вызов и коротко отдаю приказ. На том конце оказывается Хабиб. Он послушно соглашается.
— Вот и все, - довольно сообщаю.
— Хорошо, спасибо, — робко произносит девчонка и снова прячет глаза, а я вдруг чувствую, что меня дневного света лишили. Странно это, непривычно.
Останавливаемся у больницы, прямо у центрального входа. Тут же раздаются недовольные сигналы водителей. Да плевать.
Вокруг приемного покоя всегда суета. Люди — медработники и пациенты — снуют туда-сюда по лестнице, внизу постоянно останавливается такси. Здесь с Миланой ничего не случится.
— Идемте.
— Здесь, наверное, очень дорого, — мнется она.
— Я заплачу. Не переживай.
Нацепляю на глаза солнечные очки, найденные в бардачке. Обхожу машину, открываю дверь Милане. Она осторожно вылезает из машины, едва заметно морщась. Ее боль очевидна.
Что же.
Как только ее хорошенькие ножки оказываются на асфальте, я подхожу и с легкостью подхватываю девчонку на руки. Она только охнуть успевает.
— Извините? — хмурится она. — Но лучше я сама.
— Нечего терпеть боль, когда ее можно избежать, — улыбаюсь во все тридцать два, глядя на ее смущение.
Милана не протестует. Умная девочка.
Двери приемного покоя тихо разъезжаются.
— Нам срочно нужен хирург! — громко заявляю.
Ко мне тут же прибегает медбрат.
— Что случилось? — взволнованно спрашивает он.
— Эта девушка разодрала коленки, их срочно нужно обработать, — твержу. Волнение на лице медбрата тут же меняется на раздражение. Он скупо кивает на твердую кушетку.
— Ожидайте, — припечатывает он металлическим голосом.
Опускаю Милану на землю, подхожу к медбрату так, чтобы она нас не видела. Достаю из кармана сто долларов и даю ему.
— Окажите этой девушке лучший прием, обработайте ее ноги. Если узнаю, что вы отнеслись халатно, будет плохо лично тебе, — тихо обещаю.
Парниша понимающе кивает, прячет купюру. Хлопаю его по спине, поворачивая к Милане.
— Он говорит, чтобы ты следовала за ним, — озвучиваю по-английски, потому как уверен, мысли медбрата, хотя он и рта не раскрыл, только зыркает на меня внимательно.
Милана кивает, встает.
— Подождите, сейчас кресло привезу. Чтоб не больно идти было, — бубнит медбрат.
— Умный малый, — хмыкаю по-арабски и обращаюсь к Милане уже по-английски: — Нужно кое-что подождать.
— Ты часом не принц, раз твои приказы так легко выполняются? — улыбается девушка.
Знала бы ты, как попала в цель.
Но я только отмахиваюсь:
— Всего лишь у меня здесь связи.
— Да ну? — не верит она. Хочется хлопнуть себя по лбу. Я ее на таком драндулете привез сюда, что сам бы в своих словах усомнился.
— Ага. Дальний родственник, — придумываю на ходу.
Тем временем медбрат подкатывает кресло, жестом показывает сесть сюда. Мила тяжело вздыхает и подчиняется.
Они быстро трогаются с места, как будто парниша только и мечтает от меня отмазаться.
Девушка, поняв, что я остаюсь, оборачивается.
— А вы? — недоумевает она.
— Прощайте, Милана, был рад познакомиться. Поправляйтесь, — улыбаюсь ей. Медбрат закатывает глаза.
— Я очень благодарна вам за помощь, — искренне произносит она. Улыбка, чуть грустная и при этом такая настоящая, застывает в памяти, как бывает, западает в душу произведение искусства. Невольно запоминаешь все в деталях, каждую черточку, особенно когда понимаешь, что вам больше не суждено встретиться.
— Езжайте домой в Россию, — говорю напоследок, медбрат чуть раздраженно толкает кресло вперед, и они с Миланой скрываются за дверьми.
Подхожу к дежурному администратору, кладу ей еще несколько сотенных купюр, обговариваю детали и выхожу на улицу. В покореженную машину нет никакого желания садиться. Поэтому вызываю себе такси класса Люкс.
В тонированный салон не проникают утренние лучи, и мне вдруг подумалось, что не скоро они проникнут и в мою душу.
Глава 2
Милана
________
Я часто люблю задумываться о мотивации собственных поступков, анализировать, что чувствую и почему. Утренняя встреча выбила почву из-под моих ног. Пока ехала домой на автобусе, думала, отчего внутри так спокойно? Мне помог случайный прохожий, не остался равнодушным. Впредь не буду больше ходить одна, пусть Мишари подвозит.
Возникла тщедушная мысль вернуться домой. Нет. Я должна найти Аньку и вытащить ее из клетки. То, что случилось, будет преследовать меня вечно, пока я все не исправлю. Потом дерну в Европу и забуду все как страшный сон.
Однако стоит еще перцовый баллончик положить в сумочку и на такси домой ехать, если что. Больше никаких пустых улиц.
К тому времени, когда оказываюсь в нашей съемной квартире, время приближается к девяти утра. Судя по парам обуви, Люси уже дома, а вот Нелли нет. Холодок невольно пробегается по сердцу. Вдруг с ней что-то случилось? Быстро вытаскиваю телефон из сумки. Мобильник подключается к вай-фаю и сразу же начинает вибрировать сообщениями. Нелли написала сорок минут назад, что задержится по важным делам и просит приготовить ей завтрак, если я не завалюсь спать.
Что же, сна у меня ни в одном глазу, обработанные медикаментами руки вполне дееспособны, да и самой есть хочется. Простая яичница вполне подойдет.
Спустя десять минут щелкает входная дверь. Я допиваю стакан молока, подруга заходит на кухню.
— Пахнет сносно, — заключает она.
— Брось, пахнет очень даже ничего, — парирую.
Нелли моет руки и садится за стол.
— Как прошла смена? Тебя Мишари подвез? — спрашивает она.
Не успела войти, а уже каверзные вопросы. Мне не хочется ей врать, Нелли этого просто не заслужила. Я с ней познакомилась больше года назад в интернете, когда подписалась на ее блог, читала про переезд из Германии в Египет. Мне всегда хотелось пожить где-то еще. Анька мое желание поддержала.
В порыве эмоций я написала по первому попавшемуся объявлению о поиске аниматора. Все сложилось быстро. Египет, небольшой отель. Неплохо для начала. Мне сразу же выслали одобрение и пообещали вернуть деньги за билет. Мы спешно собрали вещи, взяли заграничные паспорта и улетели.
По приезде выяснилось, что им нужны не аниматоры, а рабыни.
Нелли и Люси встретили меня как родную. Меня ждала бутылка вина, жареная курица и чипсы. После долгих разговоров я легла в уютную постель и впервые за несколько лет уснула спокойно.
А потом они рассказали подробности о том, как работают официантками в престижном клубе, где девушек защищают и после определенного срока работы помогают оформить рабочую визу. Платят в срок, чаевые хорошие. И график нормальный, разве что ночные смены. Я поняла: там водятся нужные мне люди.
Вот так прошли мои первые две недели здесь. Девочки разрешили чуть отойти прежде чем выходить на работу. Так что я все еще узнаю настоящий Египет в свободное время.
— Да я сама доехала, — отзываюсь, поскольку пауза затянулась. Встаю, чтобы убрать тарелку и налить Нелли что-нибудь.
— Эй, что с руками? И коленями?! Твою мать, Мила!
Подруга отставляет еду, ловит мою руку, рассматривает раны.
— А ну рассказывай, что случилось? — требует она безапелляционным тоном.
Поскольку спорить бесполезно, да и спать начинает хотеться, покуда вся кровь из головы в желудок утекла, я рассказываю все, стараясь, чтобы детали выглядели не таким уж ужасными. Но нет, когда я их озвучила, то поняла, что все плохо. Просто ужасно!
— И кто тот красавчик, что тебя спас? — Нелли толкает меня в бок.
— Я совсем не говорила, что он красивый, — смущенно опускаю глаза.
— Ага-ага! Вижу я, ЧТО ты о нем думаешь!
— Забей, мы все равно больше не встретимся, — отмахиваюсь, усаживаюсь на свой стул и подгибаю ногу. Коленка тут же протестующе отзывается, и я выпрямляю ее.
— Это еще почему? — фыркает Нелли. Налитый чай ее не устраивает. Она грациозно поднимается за фужером и бутылкой вина.
На мой осуждающий взгляд, она только хмыкает:
— Ты знаешь, я так лучше сплю. Ну так что ж с красавчиком?
— Он не попросил мой номер.
Нелли сразу сдувается. Ей тридцать и она уверена, что разбирается в мужиках на миллион процентов.
— Это уже беда, — цыкает. — Не волнуйся, подруга, найдем тебе принца. А этот пусть катится на своем корыте куда подальше. Найдем тебе нормального. И это будет не Мишари. Всыплю ему по первое число, когда выйду на смену!
— Брось, он совсем не виноват. Не обязан Миша возить меня, если не получает того, что хочет, — пожимаю плечами. Мне до опыта Нелли очень и очень далеко, у меня только один парень был.
— Детка, не тупи. Ты только дай больше намека, и этот парень от тебя на шаг не отойдет. Поверь мне, — Нелли достает сигарету, зажигает. Молча наблюдаю, как танцует пламя. Щелчок — и его нет.
Отодвигаюсь, потому как терпеть не могу, когда дымят в мою сторону. Нелли хмыкает. Сидим молча. Клонит в сон. Поглядываю на часы. Интересно, чем занят мой новый знакомый? Да и кто он вообще? Хотя какая мне разница. Этот мужчина все равно не вписывается в мой план.
Вздыхаю. Вряд ли его зовут Эмир, так что вероятность найти его все равно минимальная.
Так, все, забудь. Просто красивый парень, который тебе помог.
_______
Рома
_______
Забей, просто красивая девчонка, которой ты помог.
Задумчиво перекатываю в стакане колы кубик льда. Бак уже битый час болтает об очередной своей идее, но мне не интересно. Он быстро загорается чем-то, и столь же стремительно его отпускает.
— Это будет бомба! — заканчивает Бак и падает в кресло с блаженной улыбкой на лице.
— Угу, — киваю, не отрывая взгляда от стакана. Закатное солнце красиво играет на его бликах.
— Ты хоть меня слушал, Ром? Вечеринка будет огонь. Лучший диджей, лучшая музыка. Мой подарок себе уже пришвартован. Как раз за неделю все подготовят, — разглагольствует он на фоне. — Самые красивые девочки.
От неловкого движения прошедший мимо официант толкает мою руку, отчего кола выливается из стакана прямо у моей ноги. Несколько капель пачкают штанину. Побледневший официант едва ли не падает на колени, чтобы оттереть пятно, но я жестом отмахиваюсь от него.
— Просто дайте мне салфетку, пожалуйста, — прошу с легким раздражением.
Мужчина мгновенно удаляется исполнять мою просьбу.
Терпеть не могу такую услужливость.
Лениво поворачиваюсь к другу, цепляясь взглядом за парочку хорошеньких девочек, которые в обнимку идут в нашу сторону в одних бикини. Загорелые, подтянутые. С алчными лицами, поскольку уж они точно знают, кто мы такие.
— Так, Бак, ты о чем? — поворачиваюсь к другу. Девушки приближаются к нам. Одна плюхается подкопченным задом на колени к другу. Вторая подходит ко мне, но я демонстративно отворачиваюсь. Не хочу.
— Дружище, ты забыл, что у меня день рождения через неделю? — игриво возмущается Бак и гладит спину девушке. Та томно прикрывает глаза. — Ну ты даешь! Готовь подарок, братан! Буду праздновать на яхте в этот раз. Ты приглашен, кстати.
— И на том спасибо.
Всерьез не задумываюсь, какой подарок преподнести Баку. У него есть все, и даже больше. Как и у меня. Единственное, за чем мы охотимся — это эмоций, причем чем острее, тем лучше. Прыгать с парашютом стало обыденным делом, как и мчатся быстрее трехсот километров в час по пустой дороге. Гонять на вертолетах, забраться на Эверест — все было.
Общество красивых телок окружало с первых дней подросткового возраста. Вся моя студенческая жизнь прошла в вечеринках. Уже приелось. Хочется новых ощущений. Чтобы крышу снесло. А это все… Не то.
— Так помнишь, про бабу говорили? — вдруг вспоминает Бак.
— Ну? — хмурюсь. Нихрена ж не помню. Перебрал тогда.
— Давай какую-нибудь закадрим, чтоб сложная была, характерная, а? Такая, на принципах. Посмотрим, кто из нас пользуется большим успехом.
— Под нас любая из-за денег ляжет, — отмахиваюсь. — Да и не только из-за них. Это не интересно.
— И то верно… Все ж, если будет такая, сыграем. А выигрыш: любое желание, даже самое абсурдное.
— Мое желание — чтобы ты отвалил нахрен с глупыми предложениями.
— Вот пусть девочки нас рассудят, — не унимается Бак. — Под кого бы из нас вы легли первыми?
Сидящей на нем девушке достается хороший хлопок по заднице, от чего она даже подпрыгивает. Смотрит на меня с вожделением, но друг этого не видит.
— Может, сразу под двоих? — неуверенно произносит, так и не отрывая от меня красноречивого взгляда.
Ладно, последняя вечеринка в Египте и пора возвращаться домой. Отец уже, наверное, подготовил целый талмуд нравоучений о том, каким должен быть идеальный шейх, ибо я немного не дотягиваю до стандарта. Хотя где я и где стандарты? Отцу пятьдесят два, еще жить и жить. Это все бред, что мужчины в нашем роду не живут дольше пятидесяти пяти и вскоре мне придется занять его место. С моим-то образом жизни…
Звонок от матери раздается так не вовремя: я как раз собираюсь опрокинуть в себя стакан дорого виски. Она звонит редко и всегда по делу, поэтому приходится отложить развлечения и уйти в другое помещение, где не так грохочет музыка.
— Да? — принимаю вызов, поскольку мать, когда ей сильно надо, звонит без остановок.
— Ром, ты где? — с ходу начинает она взволнованно.
— В смысле?
— В какой стране? В каком городе? — поправляется мама. Наверное, ей жаль, что отец подарил мне самолет, на котором я могу поменять две-три страны за сутки.
— Я у Бака. В Хургаде, — отчитываюсь со скрипом. Вообще терпеть не могу подобные вопросы.
— На отца было покушение, — ошарашивает меня мама.
Парочку посягательств на его здоровье случалось на моей памяти, но обычно быстро пресекались, заказчиков находили в те же сутки. Это чаще были мелкие сошки с черного рынка, которым отец перекрывал кислород. Они глупо надеялись свергнуть его.
А тут мать молчит, что меня напрягает невероятно.
— Кто? Как он? — чеканю шепотом.
— Живой. Задело ногу, ничего страшного. Только шрам останется. Но кто это сделал, мы до сих пор не знаем. Поэтому я прошу тебя, будь осторожнее, сыночек.
— Да-да, — отмахиваюсь.
— Обещай мне, — требует женщина, что родила меня и теперь не дает мне покоя.
— Обещаю, — улыбаюсь ее настойчивости.
— Люблю тебя, — говорит мама и отключается, зная, что я не стану проявлять чувства.
Уезжаю от Бака только под утро, трезвый как стеклышко. Мать отбила желание пить лучше любой совести.
Явился мой водитель Махмуд, так что я с чистой совестью могу скрываться за тонированными окнами своего Ролс Ройса.
Почти проваливаюсь в сон, как вдруг понимаю, что мы недалеко от клуба.
— Махмуд, останови где-нибудь в тени от черного входа. Чтобы незаметно было, — приказываю мужчине, сам откидываюсь в кресле, приготовившись ждать.
Водитель согласно кивает. Привык к моим выходкам.
Четыре тридцать. Интересно, уехала эта девчонка или нет? Вполне возможно, сегодня не ее смена. А может, реально уехала, послушалась.
Отец всегда говорил, что стоит смотреть на русских женщин. Мать у меня красавица. С годами, кажется, она становится только лучше. Моя новая знакомая чем-то напоминает маму. Наверное, глазами и этим хорошеньким кругленьким личиком. И взглядом. Чистым, искренним.
Хочу ее. Эти белокурые красавицы так и притягивают взгляд, заставляя хотеть их забрать куда-нибудь в свое логово. Запереть в гареме. Закрутить в паранджу. Чтобы эта красота принадлежала только мне.
О, Аллах! О чем это я? Похоже, так на меня действует Египет, пробуждает внутри похотливые первобытные желания.
Может, охмурить такую? Бак же трещал, что есть еще принципиальные девочки.
Меня окружает много красивых женщин, но ни с одной из них не хочется остаться. Они просто пополняют коллекцию моих успехов, как дорогие тачки. Таким место в музее, а не в моем сердце.
Сердце? У меня его нет.
Пять тридцать. Работники клуба один за одним покидают здание, прощаясь у дверей. А белокурой головки нет. Отлично. Чувствую, как в груди разливается тепло. Послушная девочка. Правильная. Таким место далеко отсюда.
________
Милана
________
День идет как обычно. Я готовлю, Люси втыкает в телефон, а Нелли наводит марафет. Девчонки обожают русскую кухню, и поскольку я еще не плачу за квартиру, то балую их всякими вкусностями типа пельменей и борща.
Дома играет приятная классическая музыка, тихо шуршит кондиционер.
— Девчонки! — восклицает Люси так громко и резко, что я отпускаю ложку, и она стремительно тонет в борще.
— Кто умер? — Нелли вылетает из ванной с бешеными глазами, один из которых жирно смазан тушью, а второй нет.
— Чего умер-то сразу? — обижается Люси. — Идемте в гостиную. Нам такое предложение поступило!
Ладно, спасу ложку позже.
Садимся на диван, Люси напротив в кресле, молчит, ждет, чтобы усилилась интрига. Нелли скрещивает руки на груди, я подумываю-таки спасти ложку.
— Ой, ладно, — сдается подруга. — Мне Хабиб написал, нам работу предложил выездную.
— Хабиб тебе написал? — недоверчиво переспрашивает Нелли.
— Да, а что такого? — вызывающе вздергивает бровь Люси.
— Говори уже, — бурчу. Ложка будет горячая, писец. А моим многострадальным рукам только ожогов не хватало.
— В общем, через четыре дня зовет работать на яхте нашего хозяина. Говорит, что охраны будет море, а всяких моделек — еще больше. Так что нам нужно выглядеть прилично, блузки под горло застегнуть. А платят тройной оклад! — пищит Люси и хлопает в ладоши.
Мы с Нелли переглядываемся. Почему подруга общается с Хабибом вне работы, большой вопрос. А вот такая блатная работа вызывает подозрения.
— Пф, в честь чего такая щедрость? — фыркает Нелли недоверчиво.
— Вроде днюха у него, не знаю. Мне все равно. Главное, что будут куклы для развлечения, а мы в толпе затеряемся. Сколько лет тут живу, еще ни разу на яхте не каталась. Ну, вы как? — воодушевленно спрашивает Люси.
— Не понимаю, почему других не зовут, — отзывается немка.
Люси с надеждой смотрит на меня. Чувствую, что обязана что-то сказать, пусть Нелли и сверлит меня взглядом. Не люблю быть между двух огней.
— Может, Хабиб выбирал? — предполагаю. — Так-то оплата приличная, условия хорошие.
Вроде и говорят, что у богатых свои причуды, может всякое случится, но у бедных причуд еще больше, я в этом убедилась не понаслышке.
— Короче, пишу ему, что мы согласны! — радостно визжит Люси, а Нелли дарит мне осуждающий взгляд.
— Риск — дело неблагородное, — добавляет она тихо.
— В клубе шансов натолкнуться на уродов больше, — парирую я, вспоминая тех гадов. Теперь с клуба выхожу, только убедившись, что рядом никого нет, при случаи заставляю Мишари подвезти, пусть даже лишаю его радостей жизни, как он мне заявил.
Так интересно, кем же был тот парень? С виду дорого одет, а ездит на такой колымаге. Еще с таким чувством убеждал уехать… Знал бы он, что ехать мне некуда. А так, я бы с радостью…
Глава 3
Роскошную огромную яхту я вижу издалека, ещё пока едем вдоль побережья на автобусе. Уверена, что именно на ней нам нужно будет провести пару суток.
На порядок больше других, яхта отличается и насыщенно черным цветом корпуса, на котором изумрудным отблеском отражается лазурная воду.
— Охренеть! — свистит Нелли, стянув рюкзак с плечами и задрав солнечные очки.
— Это прям круто, — вторит Люси, сверяется с телефон. — Да, нам туда. Так, детки, нам нужно в ту группу паломников затесаться, Хабиб уже на борту.
Мы дружно смотрим на длинную вереницу грузчиков и прочих работников, которые снуют туда-обратно, постоянно принося что-то новое на яхту.
— Не понимаю, почему я, человек такого уровня, должен стоять в очереди со всеми? — слышу возмущенное позади.
Невольно оборачиваюсь. Красивый белокожий мужчина с волнистыми русыми волосами, убранными в хвост, с силой прижимает к уху здоровенный телефон, как будто он виноват во всех его бедах. Белые штаны, синяя рубашка, расстегнутая на две пуговицы на груди, массивные золотые часы на руке, заканчивающийся аккуратно подстриженными ногтями.
— Пафосный-то какой! — хмыкает Нелли шепотом. Девочки в отличии от меня напялили высоченные шпильки, но они смиренно стоят и не жалуются. Становится любопытно, кто же там за мужчина такой, что все ему уступать должны.
Проходит несколько секунд. Красавчик позади огибает всю толпу. За ним бегут три помощника, а он уверенным шагом идет к трапу под недовольные взгляды простых смертных, то есть нас. Разумеется, его быстро пропускают.
Мы же оказываемся внутри яхты спустя почти полчаса, поскольку у одного из сотрудников были какие-то проблемы с документами. А здесь проверяют лучше, чем в аэропорту!
Дух захватывает, конечно. Внутри яхта отделана в светлых тонах: дерево, кожа, белое золото. Свет мягко рассеивается по помещению, отражаясь от крупных камней, похожих на алмазы. Хотя не удивлюсь, если оно так и есть.
Мелькает тщедушная мысль, что такой человек как наш хозяин, мог бы платить и побольше, раз может содержать такое богатство. Собственно, я о нем ничего не знаю. Какой-то сын бизнесмена и все. Я его и не видела-то никогда, даже когда он покидал клуб в последнюю мою смену.
Хабиб встречает нас сразу. Он весь покраснел от напряжения, а глаза сияют от удовольствия.
— Девочки, я здесь главный. По всем вопросам обращаетесь ко мне. Задирают местные служаки — сразу ко мне! Мой телефон у всех есть. Хозяина и его гостей еще нет, они приедут через, — Хабиб смотрит на часы, — два часа. К этому времени вы должны назубок знать меню на двух языках. Шучу! — радостно хлопает в ладоши он, увидев шок на наших лицах. — Ваша задача просто подносить и уносить. Ну, в напитках вы разбираетесь. А с блюдами помогут наши кухонные мастера. Мне удалось пригласить сюда шеф-повара, у которого три ресторана уровня Мишлен, вот-вот должен приехать какой-то популярный американский диджей и… ах, уже вижу. Посторонитесь, девочки. Я должен поприветствовать наших звездных гостей. Комнаты внизу, 3б, нижняя палуба. Форма лежит на ваших кроватях.
С этими словами Хабиб не очень красиво отталкивает нас в сторону. Коридор заполняет охрана, и вскоре по трапу грациозно поднимается молодая и сексапильная поп-звезда. Я только челюсть подобрать успела, а тут она. Не скажу, что фанатка, но видеть добившихся таких успехов человека очень волнительно.
Нет, после клубной формы я не ожидала скромного одеяния для нас на яхте… То, что лежит на кроватях, выглядит ну очень… Очень!
Строгие белые блузки, которые действительно можно застегнуть под горло, сзади с абсолютно открытыми спинами от шеи до поясницы, то есть бюстик ты под такую вещь ну никак не наденешь. Облегающие леопардовые мини-юбки. Наряд должен быть дополнен такими же леопардовыми тяжелыми чокерами.