- -
- 100%
- +
Глава 1. О перерождении и прочих неприятностях
Алиса
Вечер был подозрительно идеальным. Настолько, что хотелось срочно сбежать домой, пока он не испортился.
— Мариш, пока! — я чмокнула подругу в щёку и уже на ходу вызвала такси. — Напишу, как только доберусь до кровати!
Я вылетела из подъезда в тёплую летнюю ночь. Воздух обволакивал кожу мягко, почти лениво. Город светился огнями. Белая иномарка подъехала почти сразу — три минуты, и я уже скользнула на заднее сиденье.
— Добрый вечер, — автоматически бросила я, уткнувшись в телефон. Нужно было проверить охваты последнего поста в блоге.
Водитель молча кивнул. Машина мягко тронулась, выезжая из тесного двора на главную дорогу. Я как раз доставала наушники, когда мир вокруг внезапно сошел с ума.
Свет. Ослепительный, яростный, он ворвался в салон, выжигая сетчатку. Визг тормозов ударил по ушам. Удар — короткий, беспощадный. Стекло взорвалось россыпью осколков, и всё вокруг превратилось в хаос. А потом — тьма. Ледяная. Абсолютная.
Не знаю, сколько она длилась, но в какой-кто момент тьма внутри взорвалась мириадами искр. Голова раскалывалась, и сквозь это пламя боли в мое сознание хлынула чужая жизнь.
Я не просто видела — я проживала всё. Каждую секунду.
Вот маленькая Миранда протягивает руки к отцу, но натыкается на ледяной взгляд, потому что Элиза только что разбила любимую вазу матери и, рыдая, указала пальчиком на сестру. Я чувствовала, как внутри ребенка что-то надламывается от первого предательства. Как из раза в раз ложь сестры становилась всё изощреннее, а оправдания Миранды всё тише. Ей никто не верил. Никогда.
Я ощутила тот жуткий холод, когда в детской комнате впервые завяли все цветы, а тени в углах вдруг обрели плотность — дар некромантии. Я видела, как люди начали пятиться, едва завидев её пепельные волосы, как шепотки летели в спину.
Она честно пыталась быть хорошей. Искала любви, тянулась к свету. А потом была встреча с Алистером — единственным, кто улыбнулся ей. И вспышка жгучей боли, когда Элиза, улыбаясь той же «ангельской» улыбкой, соблазнила его прямо накануне свидания Миранды.
В какой-то момент ей просто надоело бороться. Я почувствовала этот горький вкус принятия: «Хотите видеть во мне зло? Вы его получите».
И, наконец, финал — безумный, отчаянный ритуал в подвале, кровь на холодном камне, шепот древних заклятий и… пустота.
Боль исчезла так же внезапно, как и появилась. Голова больше не раскалывалась, и я резко открыла глаза, жадно хватая ртом воздух.
Надо мной нависал балдахин. Тяжёлый. Бархат цвета запёкшейся крови, расшитый тусклыми серебряными нитями.
Я лежала не шевелясь и отчаянно пыталась понять, где я. Больница? Реанимация? Или это уже затянувшаяся галлюцинация после встречи с злополучным КамАЗом?
Тишину комнаты нарушило шуршание.
Я медленно повернула голову — и сердце провалилось куда-то в район пяток. На меня смотрели два нечеловеческих красных глаза с вертикальными зрачками.
— А-А-А-А-А! — мой крик, кажется, мог разбудить мёртвых.
Я попыталась вскочить, но запуталась в тяжёлом одеяле и эффектно рухнула на пол. Удар пришёлся на локоть — боль прострелила руку до плеча.
— Ты чего орёшь, полоумная? — раздался густой, вибрирующий бас сверху.
Я замерла. Комната была пуста. Кроме…
Я медленно подняла взгляд. На краю кровати сидел белоснежный пушистый кролик. Сидел и смотрел на меня с выражением глубочайшего человеческого разочарования. Я моргнула.
— Это… галлюцинация, — уверенно сообщила я вслух. — После смерти мозг иногда…
— Какая смерть? — перебил он тем самым басом.
Я подавилась воздухом.
— ТЫ… ТЫ ГОВОРИШЬ?!
— А ты всегда так орёшь при знакомстве или это особенность конкретно твоего характера? — уточнил кролик, почесав ухо задней лапой. — У меня от твоего визга чуть уши не отвалились. А они, между прочим, — единственное приличное, что у меня осталось.
Я отползла назад, путаясь в ночной сорочке.
— Кролики не разговаривают! Это… это против всех законов биологии!
— А ты, видимо, большой специалист по биологии, раз лежишь в чужом теле и орёшь в потолок, — философски заметил он.
Я застыла.
— В… чьём теле?
Кролик тяжело вздохнул, спрыгнул с кровати и оказался рядом со мной за два бесшумных прыжка. Я вжалась в ножку стола. Он наклонился ближе, принюхался… и вдруг его морда скривилась.
— Демоны Пустоши, кто ты? — пробасил он.
— А-а-а-алиса… — заикаясь, выдавила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха.
— Так, а-а-а-алиса, — передразнил он, забавно дёрнув длинным ухом. — И что ты помнишь? Из какого склепа тебя вытащило в это тело?
— Я… я ехала домой, — слова давались с трудом, горло пересохло. — А потом… авария. КамАЗ врезался в моё такси. Я ведь в коме, да? Это всё бред умирающего мозга?
— Ава… что? — кролик замер, смешно переступив лапками. — КамАЗ… это что, вид тёмного проклятия?
Я уставилась на него, не находя слов. Как, скажите на милость, объяснить существу из фэнтези, что такое грузовик?
— Ладно, с твоим «КамАЗом» разберёмся позже, — наконец решил кролик. — Сейчас важнее другое. Вставай.
— Куда? — я всё ещё сидела на полу, чувствуя себя крайне неуместной героиней очень странной истории.
— На свадьбу, — отрезал он.
Я моргнула.
— На… какую ещё свадьбу?
— На ту, где ты либо выживешь, либо закончишь историю максимально быстро. Выбор, как видишь, богатый, — сухо сообщил он. — Вставай. Времени почти нет.
— Я никуда не пойду!
— Пойдёшь, — спокойно сказал он, и в этом «спокойно» было что-то очень нехорошее.
Я застыла.
— Кролики вообще умеют так угрожающе звучать?
— Я вообще много чего умею, — фыркнул он. — Например, кусаться. Причём в очень чувствительные места.
Пауза.
Кое-как выпутавшись из бесконечных слоёв шёлкового одеяла, я поднялась на ноги. Голова слегка кружилась, а тело ощущалось непривычно лёгким, будто не моим.
Я обвела взглядом комнату.
Она была огромной. В прошлой жизни сюда спокойно уместилась бы вся моя квартира. Сводчатый потолок тонул в полумраке, две стены занимали высокие стрельчатые окна, за которыми угадывалась терраса, залитая бледным утренним светом. Тяжёлая антикварная мебель из тёмного дерева. На стенах — гобелены с такими сценами, что нормальный человек уже бы начал мысленно искать психотерапевта.
— Пошевеливайся! Ванная за той дверью, — кролик дёрнул ухом в сторону массивной дубовой створки с серебряной резьбой. — И не вздумай там утопиться от горя.
— Я вообще-то ещё даже не поняла, есть ли у меня горе, — пробормотала я.
— Скоро будет, — утешил он.
Ванная оказалась под стать спальне: холодный белый мрамор, позолота на изогнутых кранах и огромное зеркало в раме, похожей на переплетение застывших корней.
Я подошла к умывальнику, схватила тяжёлый кувшин и плеснула в лицо ледяной водой. Холод ударил резко, почти болезненно и вырвал из оцепенения. Я медленно подняла глаза. И застыла.
В отражении была не я.
На меня смотрела девушка, которую невозможно было назвать просто «красивой». Она была пугающе, магически великолепна. Пронзительные, льдисто-голубые глаза, фарфоровая кожа светилась изнутри мягким лунным светом, а копна пепельных волос тяжелым шелком рассыпалась по плечам.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.