Винтовая лестница

Глава VII

НОВАЯ СИДЕЛКА

В кухне Элен встретили взрывы и шипение кипящего масла.

Оутс, одетый в серый шерстяной свитер, поглощал огромные куски хлеба с холодным мясом.

Встретив его прямой и бесхитростный взгляд, Элен почувствовала прилив радости. Мистер Оутс, как и его жена, всегда казался ей воплощением силы и покоя.

– Как я рада, что вы вернулись, – сказала она. – С вами можно ничего не бояться, вы стоите троих.

– Погодите, вот увидите, кого я привез…

– Вы имеете в виду новую сиделку? – спросила, Элен.

– Да, малютку, которую я подобрал у дверей медицинского центра. Она не уступит любому мужчине.

– А какой у нее характер?

– Ведьма, каких свет не видал. Говорит с людьми, будто набрала полный рот перьев. Она сразу поставила меня на место, чтобы я не забывался… Так вот, если она воспитанная дама, то я – Грета Гарбо.

– А где она?

– В маленькой гостиной, я подала ей туда обед, – ответила миссис Оутс.

– В моей гостиной?

Миссис Оутс и ее супруг улыбнулись. Преувеличенное чувство собственности Элен всегда смешило их.

– Только на сегодняшний вечер, – успокоила девушку миссис Оутс. – Она сильно промокла, и я подумала, что ей лучше не дожидаться, пока все будет готово.

«Пойду поздороваюсь с ней», – решила Элен, хотя ей хотелось не столько поздороваться, сколько посмотреть на новую сиделку.

Когда Элен вошла в свое убежище, новая сиделка подняла голову и вежливо сказала:

– Здравствуйте. Вы мисс Варрен?

– Нет, я помощница, мисс Кейпел. Вам ничего не нужно?

– Нет, спасибо. Я хочу спросить, почему меня поместили в кухне?

– Это не кухня, – объяснила Элен, – это моя гостиная.

– И вы тоже здесь обедаете?

– Нет, я обедаю с членами семьи.

Глубоко сидящие глаза сиделки заблестели, и Элен поняла, что та ей завидует. Хотя Элен не привыкла к тому, чтобы ей завидовали, внутренний голос подсказал, что надо смягчить обиду сестры Баркер.

– Вообще-то у сиделки есть своя собственная гостиная на втором этаже, гораздо более комфортабельная, чем эта, – сказала она. – Вам будут подавать завтрак и обед туда. Сегодня мы поспешили, потому что вы очень замерзли и устали.

– Не только замерзла и устала. Я еще очень напугана. Не думала, что дом расположен так далеко от города.

– Но вы же знали, что он находится в сельской местности.

– Я думала, что это обычный загородный коттедж. Мне сказали, что я буду ухаживать за леди Варрен, это звучало вполне прилично.

– Боюсь, что больная покажется вам немного взбалмошной, – предупредила ее Элен. – Прежняя сиделка ее просто боялась.

– Меня-то ей не испугать. Со мной ее шутки не пройдут.

Когда вошла миссис Оутс, Элен почувствовала немалое облегчение.

– Обед почти готов, остается только его подать, – объявила миссис Оутс. – Я заглянула к вам, чтобы спросить, не хотите ли вы немного пудинга или кусочек пирога с вареньем из крыжовника.

– Нет, спасибо. А у вас нет никакого стимулирующего средства? – светским тоном спросила сестра Баркер.

У миссис Оутс заблестели глаза.

– В винном погребе полно. Но ключ всегда у хозяина. Если хотите, сестра, я поговорю с ним.

– Нет, спасибо, лучше я сама поставлю в известность мисс Варрен о своих условиях… Очень странно, что она не спустилась сюда, чтобы поговорить со мной. Где она?

– Сидит с леди Варрен. Я бы на вашем месте не очень-то спешила подниматься туда.

Сестра Баркер обдумывала совет миссис Оутс.

– Я прямо с дежурства. Мне надо хорошенько отдохнуть ночью.

Она повернулась к Элен.

– У вас хороший сон?

– С десяти до семи без перерыва, – похвасталась девушка.

– Тогда вам не повредит, если вы одну ночь не поспите. Сегодня вам придется провести ночь с леди Варрен.

Элен охватил ужас.

– Нет, нет! Я не могу!

– А почему?

– Я… В общем, это, наверное, глупо, но я ее боюсь.

Сестра Баркер презрительно улыбнулась.

– Глупости. Боитесь беспомощной старухи, прикованной к кровати? Никогда не слышала о таких капризах! Я договорюсь с мисс Варрен.

Элен вспомнила о молодом докторе. Если она попросит его, он не откажет в ее просьбе.

– Ну ладно, посмотрим, что скажет доктор, – сказала она.

– А доктор молодой? – спросила сестра Баркер.

– Довольно молодой, – ответила Элен.

– Женатый?

– Нет.

– Знаете что, – обратилась миссис Оутс к Элен. – Лучше я поговорю с доктором. Этого требует профессиональная этика. Вы не должны говорить о больной.

– Я никогда не говорю с ним о ней.

– Странный дом, – перебила их сестра Баркер. – Я думала, что здесь полно прислуги. Почему в доме так пусто?

– Да, очень странно, – заметила миссис Оутс. – Всегда было трудно находить прислугу, особенно молодых девушек. Во-первых, дом очень уединенный. И потом, у него дурная слава.

– Дурная слава? – подхватила сестра Баркер, а Элен навострила уши, с нетерпением ожидая ответа миссис Оутс.

– Да. Сейчас это уже почти легенда, но во времена отца нынешнего хозяина, сэра Роберта, одна из горничных утонула в колодце. Ее обманул поклонник, и поэтому все считали, что она бросилась в колодец. Кроме того, было еще убийство… младшая кухарка, которую нашли в доме мертвой. У нее было перерезано горло. Она ненавидела бродяг и всегда прогоняла их. Слышали, как один из них угрожал разделаться с ней. Его так и не нашли. С тех пор от дома попахивает чем-то неприятным.

Элен крепко сжала руки.

– Миссис Оутс, а где точно произошло убийство?

– В темном проходе, там, где погреб. Мы с Оутсом зовем это место «тропа смерти».

– Когда это случилось? – спросила Элен.

– Незадолго до смерти сэра Роберта. Леди Варрен хотела оставить дом, потому что невозможно было найти прислугу. Они все время ссорились, пока не произошел этот несчастный случай.

– А у профессора тоже трудности с прислугой? – поинтересовалась сестра Баркер.

– До сих пор не было, – ответила миссис Оутс. – Всегда можно найти старушек и пожилых женщин, подходящих для приличного и спокойного дома. Все было хорошо до тех пор, пока снова не начались убийства.

Сестра Баркер с мрачным удовлетворением облизнула губы.

– Одно из них произошло довольно близко, правда?

– Всего за несколько миль.

– Ну что ж, – заметила сестра Баркер. – Мне нечего бояться, раз она здесь.

– Вы имеете в виду мисс Кейпел? – спросила миссис Оутс.

– Конечно.

– Почему же убийца должен обязательно выбрать меня? – возразила Элен.

– Потому что вы молодая и хорошенькая.

– В таком случае мне тоже ничего не угрожает. Ни один мужчина даже не посмотрит на меня, пока здесь находится невестка профессора. От нее так и разит сексом.

Сестра Баркер с мрачной многозначительностью покачала головой.

– Нет, ей как раз нечего беспокоиться.

– Почему?

– Разве вы не заметили, что убийца всегда выбирает девушек, которые сами зарабатывают себе на жизнь? Может быть, это какой-нибудь контуженный, который вернулся с фронта и увидел, что на его прежнем месте работает женщина? Вся страна кишит работающими женщинами, как червями, пожирающими все рабочие места. А мужчины умирают с голоду.

– Но ведь я не занимаюсь мужской работой, – возразила Элен.

– Занимаетесь. Теперь в домах много мужской прислуги. И здесь есть мужчины. Ее муж. – Сестра Баркер кивнула в сторону миссис Оутс. – Вместо того, чтобы сидеть дома, вы уехали на заработки и отнимаете заработок у других.

– Ну… а вы?

– Сиделками всегда были только женщины.

Миссис Оутс, поднявшись со стула, сделала попытку разрядить напряжение.

– Ну ладно, кто бы там ни хотел обидеть нашу маленькую мисс Кейпел, ему сначала придется иметь дело с Оутсом и со мной.

– Мне не страшно, даже если убийца выбрал именно меня, – ответила девушка.

Но сестра Баркер, словно побуждаемая неким сверхъестественным инстинктом, оживила уснувший было страх Элен.

– Во всяком случае, – заметила она, – у вас будет очень приятная компания – леди Варрен. Сегодня вы будете спать в ее комнате.

Слушая ее, Элен поняла, что все кончено. Леди Варрен чувствовала, что Элен обязательно придет к ней. Старуха скалила зубы, как крокодил, знающий, что его жертва не ускользнет от него.

Старуха будет ее ждать.

Глава VIII. РЕВНОСТЬ

Чем больше Элен раздумывала о перспективе провести ночь в Синей Комнате, тем меньше ей это нравилось. Элен была уверена, что мисс Варрен поддержит сиделку: статус сестры Баркер, опытной специалистки, был значительно выше, чем статус помощницы, не имевшей никакой специальности. Кроме того, у Элен было смутное подозрение, что доктор поддержит сестру – из чисто эгоистических соображений.

«Если он изменит мне, я должна буду стиснуть зубы и примириться, – думала Элен. – Но сначала я должна сделать отчаянную попытку и воззвать к его лучшим чувствам».

Пока Элен в кухне натирала мускатные орехи. Симона в гостиной бросила сигарету в огонь в камине, зевнула и встала. Голова ее супруга сразу же вынырнула из-за книги.

– Куда ты идешь? – спросил он.

– Одеться к обеду. А что?

– Просто пробный ход, чтобы начать разговор. Культурный человек не может постоянно молчать, как это делаешь ты.

Глаза Симоны блеснули из-под накрашенных бровей.

– Ты все время спрашиваешь, – сказала она. – Я не привыкла к допросам, мне они неприятны. И вот еще что. Я не люблю, когда за мной следят.

Ньютон выпятил нижнюю губу и тоже бросил сигарету в огонь.

– Совершенно случайно я иду туда же, куда и ты, моя дорогая. Я тоже иду переодеваться к обеду.

Симона круто повернулась.

– Послушай, из уважения к профессору я не хочу устраивать тебе сцены в этом доме. Но предупреждаю раз и навсегда, с меня довольно!

– И я тоже предупреждаю тебя. С меня довольно твоих заигрываний с Райсом.

– Ох, не будь таким дураком и не начинай снова свои средневековые штучки. Я свободна и могу поступать, как хочу. Могу бросить тебя и сделаю это, если ты будешь продолжать в том же духе.

– Может быть, потому-то я и стремлюсь удержать тебя, – ответил Ньютон. – Не забывай, единственный капитал членов этого семейства – мозги.

Лицо Симоны разгладилось. Она посмотрела на мужа с некоторым интересом и, обернувшись у дверей гостиной, произнесла:

– Я иду наверх. Одна.

Ньютон мрачно взглянул на нее и поглубже сел в кресло. Но через некоторое время, отбросив книгу, бесшумно поднялся по ступенькам и, прислушиваясь, остановился на площадке.

Симона поднялась на третий этаж, но не пошла в Красную Комнату. Вместо этого она подошла к двери Райса и легонько постучала:

– Стив!

Стефан лежал на кровати и курил. На его груди покоилась голова щенка. Услышав голос Симоны, Стефан нахмурился, а щенок повернул морду к двери. Белки его глаз сверкнули.

– Не входите! – крикнул Стефан. – Я не одет.

– Поскорее! Я хочу вас видеть.

Симона направилась в Красную Комнату, которой уже успел завладеть ее супруг.

– Что, не повезло? – нарочито игривым тоном спросил он, снимая пиджак.

– Я просила не ходить за мной.

– Я и не ходил. Я просто двигался, повинуясь законам природы. Даже ледники движутся, хотя мы не замечаем этого.

– Если бы вы двигались с той же скоростью, что и ледники, я бы не жаловалась.

Подойдя к гардеробу, Симона вынула черное бархатное платье, которое надевала к обеду с тех пор, как приехала в этот дом. Но потом отложила это платье и выбрала бледно-розовое атласное.

– Прелестное платье для семейного обеда в сельской местности, – фыркнул Ньютон.

– Я надела это платье не для вашего семейства, – презрительно ответила Симона.

Закончив свой туалет, она вышла из комнаты и нарочно оставила дверь открытой, чтобы муж мог слышать, как она идет к двери Стефана.

– Стив, – снова позвала Симона. – Я хочу с вами поговорить.

– А, ладно.

Вышел Стефан, заспанный и растрепанный.

– У вас растрепались волосы, – сказала Симона, обеими руками разнимая его густую шевелюру.

– Не надо. – Стефан сделал попытку вырваться. – Я не люблю, когда меня трогают.

– Но мне это нравится.

– Тогда продолжайте, дорогая.

Стефан поднял голову и, ехидно улыбаясь, посмотрел на Ньютона.

– Все это предназначается вам, Варрен. Ваша жена только практикуется на мне. Ньютон ухмыльнулся:

– Надеюсь, моя жена и дальше будет использовать вас вместо манекена. Лишь бы она оставила меня в покое.

Симона посмотрела на упрямый ежик рыжих волос.

– Хоть причесывай, хоть нет – никакой разницы, – сказала она. – Стефан, вы еще не выразили своего восхищения моим новым платьем.

– Сногсшибательно. Я убит. Очень красиво, и, главное, все на виду. Теперь уж никто не примет вас за монахиню.

Ньютон пожал плечами и отвернулся.

– Боюсь, что платье моей жены для меня не такая новость, как для вас. Да, между прочим, куда вы дели вашу собаку?

– Она в моей спальне.

– В спальне? Вы действительно зашли слишком далеко. Вряд ли это порядочно по отношению к хозяйке дома. Если хотите принять совет, отведите ее на ночь в гараж.

– От вас я ничего не приму, – огрызнулся Стефан.

– Даже мою жену? Что ж, большое спасибо.

Насвистывая и безуспешно притворяясь, что ему все безразлично, Ньютон сбежал по ступенькам, ни разу не оглянувшись.

– Пусть меня повесят, если я засуну щенка в эту проклятую дыру, – бушевал Стефан. – Он останется здесь, или я уйду вместе с ним.

– Ради бога, забудьте о собаке, – воскликнула Симона. – Лучше скажите, вам действительно нравится мое платье?

– Вот что я могу сказать, – продолжал бушевать Стефан. – Мне приятно смотреть на спину боксера, когда я поставил на него, но вне ринга мне наплевать на все голые спины на свете.

– Грубиян! – крикнула Симона. – Я надела это платье для вас. Я хочу, чтобы вы навсегда запомнили наш последний вечер. И меня.

– Простите, дорогая, но после обеда я иду в бар.

Глаза Симоны загорелись ревностью.

– У вас свидание с официанткой, у которой волосы, как пакля!

– Белочка? Да, верно. Но меня интересует нечто другое. Пиво. Замечательное пиво.

– Лучше останьтесь со мной… Вы единственный мужчина, которого мне пришлось просить об этом.

Стефан надул губы, словно избалованный ребенок. Ему хотелось провести вечер в мужском обществе, хотелось полной свободы и приятных собутыльников, которых он мог найти в маленьком сельском баре. Светловолосая хозяйская дочка была лишь незначительной частью этих радостей, поскольку наливала ему пиво в кружку. С шумом захлопнув за собой дверь, Стефан бросился на кровать.

– Женщины хуже черта, – обратился он к щенку. – Никогда не женись, приятель.

Симона, чье настроение значительно ухудшилось, сбежала по ступенькам. На втором этаже она столкнулась с миссис Оутс, которая показывала новой сиделке комнату больной. Увидев сестру Баркер, Симона немного успокоилась. Ревность дошла в ней до таких пределов, что ее раздражало бы присутствие хорошенькой сиделки.

– Это молодая миссис Варрен, – прошептала миссис Оутс и постучала в дверь Синей Комнаты.

Мисс Варрен открыла дверь, и в ее водянистых глазах появилось нечто вроде удовлетворения.

– Я очень рада, что вы приехали, сестра.

– Не сомневаюсь, что вы с удовольствием уступаете мне место, – заметила сестра Баркер. – Могу я видеть больную?

Она уверенно вошла вслед за мисс Варрен в Синюю Комнату и остановилась у кровати, где, съежившись в комок, лежала леди Варрен. Глаза у нее были закрыты.

– Надеюсь, вы ей понравитесь, – нерешительно пробормотала мисс Варрен.

– О, мы скоро подружимся, – уверенно ответила сестра Баркер. – Я умею обращаться со стариками. С ними надо вести себя ласково, но твердо. Они точно дети.

Леди Варрен открыла один глаз, имевший отнюдь не детское выражение.

– Это новая сиделка? – спросила она.

– Да, мама, – ответила мисс Варрен.

– Отошли ее.

– О боже, – прошептала она. – Боюсь, что вы тоже ей не нравитесь.

– Пустяки, – заверила сестра Баркер. – Мы сегодня немного раздражительны, вот и все. Скоро это пройдет.

– Отошли ее, – повторила леди Варрен. – Я хочу опять ту девушку.

Сестра Баркер воспользовалась случаем завоевать благосклонность больной.

– Сегодня вы получите ее, – пообещала она и отвела мисс Варрен в сторону.

– Есть здесь немного бренди? Врачи рекомендуют мне принимать немного стимулирующего.

Мисс Варрен беспокойно оглянулась.

– Я думала, вас предупредили, что в доме не подают спиртного. Поэтому вам больше платят.

– Но ведь нельзя не иметь бренди в комнате больного, – настаивала сиделка.

– Моей матери не дают бренди, она живет на кислороде… Без него она не может обойтись… но… может быть… Я поговорю с профессором.

Скользя перед огромной фигурой сестры Баркер, словно осенний высохший лист, подгоняемый восточным ветром, мисс Варрен прошла к двери профессора.

В ответ на робкий стук профессор появился у дверей спальни, поздоровался с сиделкой и выслушал ее требование.

– Конечно, вы получите бренди, если вам нужно. Я сейчас же спущусь в подвал и пошлю бутылку бренди в вашу комнату.

Профессор прошел на кухню и попросил миссис Оутс подержать свечу.

Хотя требование профессора содержало известную долю жестокости, миссис Оутс тотчас же повиновалась и пошла перед профессором, словно проводник. Дойдя до дверей, она остановилась, высоко держа свечу.

Ключ повернулся в замке, и миссис Оутс вместе с профессором вошли в «святилище». Неприкрытая алчность блестела в глазах женщины, пока ее хозяин выбирал бутылку из множества бутылок в плетеной корзине.

На обратном пути уже профессор возглавлял процессию, а миссис Оутс почтительно следовала за ним.

Поставив бутылку на кухонный стол, он обратился к Элен:

– Пожалуйста, отнесите ее в Синюю Комнату после того, как миссис Оутс откупорит бутылку.

Когда профессор ушел, Элен сочувственно посмотрела на миссис Оутс.

– Какое безобразие! Почему бы вам не отлить ложечку, чтобы выпить за здоровье леди Варрен?

– Я бы никогда не посмела этого сделать, – ответила миссис Оутс. – Сиделка увидит, что бутылка неполная, и наябедничает на меня. А разбавлять водой такую чудесную вещь просто грех. Поскорее уносите ее, только не уроните.

Как только миссис Оутс осталась одна, обнаружилась тайна ее доблестного поведения. Пробравшись в моечную, она нагнулась, чтобы подобрать нечто спрятанное под раковиной. Возвратившись в кухню, она улыбнулась, с триумфом глядя на свою добычу, и спрятала се в шкафу среди «пустышек» или «покойничков», как называл их Стефан.

Это была вторая бутылка бренди.

Глава IX. СТАРУХА ВСПОМИНАЕТ

Элен постучала в Синюю Комнату, и сестра Баркер открыла ей дверь. В белом халате, с багровым лицом, окаймленным косынкой, она была похожа на монументальную футуристическую скульптуру.

– А, это вы, – сказала она. – Хорошо, что пришли, я смогу немного поспать. Мне необходимо выспаться ночью, если я одна, без сменщицы, буду дежурить у больной.

С мрачным блеском в глубоко сидящих глазах она добавила:

– Я все устроила, вы проведете эту ночь здесь. Мисс Варрен присутствовала при разговоре, так что она знает, о чем мы договорились, а старуха, леди Варрен, – быстро поправилась она, – не возражает.

Элен подумала, что будет разумнее, если протест будет исходить из официального источника.

– Хорошо, сестра, – сказала она. – Но мне надо пере– одеться.

– Ах да, вы переодеваетесь к обеду, верно?

Взгляд ее был таким злобным, что Элен была рада поскорее убраться из комнаты.

Войдя в спальню, Элен с испугом отпрянула от двери, увидев какую-то массу, пытавшуюся проникнуть к ней в окно.

Она быстро нащупала выключатель и увидела, что испугалась напрасно: темная масса оказалась ветвями высокого кедра, которые бились в окно под порывами бури.

«Это дерево словно хочет ворваться в дом, – подумала Элен. – Я должна закрыть окно».

Закрепив обе створки, Элен увидела, что вода льется по стеклу, словно по водосточной трубе. Она была рада задернуть плотные занавески и насладиться контрастом между тревожным ландшафтом и спокойным уютом комнаты.

Вспомнив, что ей предстоит провести эту ночь с леди Варрен, Элен, захотелось встретиться с доктором Перри и убедить его вступиться за нее.

Спустившись на площадку второго этажа, Элен заметила, что дверь Синей Комнаты приоткрыта и в ее проеме блестит внимательный глаз сестры Баркер. Застигнутая врасплох, сестра быстро прикрыла дверь.

В этом подглядывании было что-то вороватое и неприятное. Элен почувствовала беспокойство.

«Эта сиделка следит за мной, – подумала она. – Очень странная женщина. Мне бы не хотелось остаться с ней в доме наедине».

Не раздумывая, девушка двинулась в сторону Синей Комнаты. Сестра Баркер, видя, что ее засада раскрыта, отворила дверь.

– Что вам надо? – нелюбезно спросила она.

– Я хочу предупредить вас, – ответила Элен.

Она остановилась, видя, что сестра Баркер с вожделением смотрит на ее открытую шею.

– Какая у вас белая кожа!

– Как у всех рыжих, – коротко объяснила Элен.

– Вы сказали, что хотите меня предупредить?

– Да. Не очень-то полагайтесь на то, что леди Варрен такая уж беспомощная.

– Что вы хотите сказать?

– Она кое-что прячет.

– Что?

– Если вы такая же хитрая, как она, то сами увидите, – ответила Элен, поворачиваясь к двери.

– Подождите, – попросила сестра Баркер. – Вы сказали или слишком много, или слишком мало. Элен улыбнулась и покачала головой.

– Спросите мисс Варрен. Я сказала ей и получила хороший щелчок по носу за все мои старания.

Услышав из глубины комнаты низкий голос, Элен вздрогнула.

– Это та девушка?

– Да, миледи, – ответила сестра Баркер. – Хотите ее видеть?

– Да.

– Простите, – быстро перебила Элен. – Я очень спешу, мне надо помочь накрывать на стол.

У сестры Баркер заблестели глаза, как у человека, чувствующего свою силу.

– Почему вы так ее боитесь? – фыркнула она.

– Вы бы тоже боялись, если бы знали то, что знаю я, – заметила Элен.

Сестра Баркер схватила Элен за руку. Ее ноздри раздувались.