Летопись Ториона. Былое и настоящее

Предисловие

Любая цивилизация за время своего существования претерпевает изменения. Большинство из них происходят плавно и незаметно. Но рано или поздно происходит взрыв, который устраивает такую встряску, что полностью рушит устоявшееся восприятие мира. А если этот мир насквозь пропитан мистическими силами, зачастую непонятными и необъяснимыми, то изменения могут принять невообразимый масштаб. Может случиться так, что одно изменение приведёт к другому, а то к третьему и так далее. А когда череда преображений закончится, кто знает, какая ещё сила, сокрытая в окружающем мире, проявит себя? Лишь время ответит на этот вопрос.

Введение

В 552 году от падения Белого Камня, Торион был взбудоражен новостью об обрушении утёса Дракона и образовании крупной реки в Южной степи. Не успели стихнуть разговоры об этом, как всех ошеломила ещё одна весть, связанная с новообразовавшейся рекой. В водах Новой реки, устремившейся через Древний лес и Южную степь, люди стали встречать монстров. Огромные антропоморфные саламандры выходили из воды и бродили по берегам. Безумцы, обычно кричавшие пророчества о том, что мир поглотит тьма, быстро подхватили новость и назвали её первым знамением. С их подачи речных монстров стали называть гадами. Поодиночке гады вели себя пугливо, а собираясь большими группами – могли проявлять агрессию. Между собой они общались с помощью звуков, чем-то напоминающих речь. Кроме того, гады использовали примитивные орудия. Проявление признаков интеллекта у речных монстров послужило основанием для другой версии их происхождения. Она базировалась на эльфийском учении друидов о природной гармонии. Согласно этой теории, уничтожение одной Первородной расы – Свободного племени нарушило гармонию. Вызванный дисбаланс привёл к возникновению новых разумных существ, как оказалось ещё более отвратительных, чем орки и гоблины. А недавним появлением и изолированностью объяснялась их примитивность.

Численность гадов вдоль Новой реки продолжала расти с каждым месяцем, что вызвало беспокойство всех вокруг. Кентавры, Империя и Лесное братство направили к реке свои войска, чтобы обезопасить мирное население от возможной агрессии со стороны незваных гостей. Эльфы, наблюдая за «истоком» реки, заметили, что гады спускаются с утёса по руслу ведомые скорее страхом, нежели любопытством. После этого, за местом оползня, как и вдоль русла реки, было установлено наблюдение, на случай появления того, что так напугало гадов, заставив их покинуть родные земли. Водяные монстры отказывались идти на контакт с остальными жителями Ториона, поэтому, всё что оставалось – наблюдать и ждать. Что бы предупредить возможную беду, Империя и Лесное братство запланировали направить совместную экспедицию вверх по течению Новой реки. Туда, где ранее не ступала нога ни эльфа, ни человека.

Рассказ 1. Шелест чешуи

В ожидании экспедиционной группы из Империи лесные эльфы разбили лагерь на берегу Новой реки вблизи Драконьего утёса. Сильтия – молодой друид, вышла из лагеря и пошла к реке. Длинные каштановые волосы эльфийки были заплетены в тонкие косички, сплетённые между собой в одну большую. Яркая листва отражалась в её зелёных глазах, предавая им изумрудный блеск. Сильтия остановилась на самом краю берега и стала наблюдать за тем, как вода течёт вниз с камня на камень. За несколько лет на месте оползня река сформировала прекрасный каскад, стекающий по склону в семьдесят метров шириной. Река занимала большую часть склона и струилась вниз между валунами разного размера. Все камни были обточены потоком воды и имели гладкую поверхность. Внизу уклон плавно уменьшался, а река поворачивала, намывая один берег мелкой галькой. Сильтия восхищалась тем, как природе преобразила обвалившиеся камни и грязевые потоки в столь живописное место. Эльфийка заметила движение на самом верху каскада, отошла за дерево и стала наблюдать. По камням спускались три гада. Как и многие другие, они были чем-то встревожены. Амфибии двигались осторожно, но весьма ловко, опираясь в основном на все четыре конечности. Они довольно быстро спустились со ста пятидесятиметрового утёса. Внизу они нырнули в воду проплыли пару десятков метров и вылезли на берег. Осматриваясь по сторонам, один из гадов заметил группу людей, приближающихся к эльфийскому лагерю. Амфибии встревоженно заверещали, снова нырнули в воду и скрылись из виду. Сильтия вернулась в лагерь и сообщила остальным о том, что прибыли имперцы. Навстречу им вышел руководитель группы эльфов – Аравилар. Сероглазый, бритый наголо эльф средних лет, он был одним из старших друидов Лесного братства. Как и другие друиды, он был убеждён, что всё в природе взаимосвязано и стремится к гармонии. А это значит, что новая раса появилась неспроста. Этому наверняка была веская причина, а также будут и серьёзные последствия. Кроме того, Аравилар считал, что любое насилие противоречит гармони и нарушает баланс, выводя мир из равновесия. Единственное насилие, которое он допускал – охота, но только лишь потому, что она необходима для выживания, а значит, является частью гармонии. Такое отрицание насилия отличало его учение от всех других друидов, которые были не столь категоричны. В большинстве своём они признавали, что в современном мире насилие неизбежно, хоть и является нарушением равновесия.

– Добрый день, путники! Лесное братство приветствует вас. Я Аравилар, сын Холимиона – старший друид. Представляю интересы Братства в данной экспедиции.

– Здравствуй, Аравилар Холимион. Меня зовут Уайд Агосто, член Императорской академии естествознания. Вы давно прибыли?

– Два дня назад. Мы подготовили для вас место в лагере, прошу за мной.

– Благодарю!

Друид показал гостям участок лагеря, который эльфы оставили для них. Имперцы установили там свои шатры, и через несколько часов руководители групп собрались вместе для обсуждения плана действий.

– Уайд, знакомься. Это Сильтия Феллмир, наш молодой, но очень умелый друид. Начинала своё обучение у Вождя Тия, ученика Тейрин. А с нашим следопытом и охотником Элгосом Феллмиром, братом Сильтии вы уже знакомы.

– Рад знакомству господа. Представляю своих помощников. Дорн Коллин, член Академии, специалист по амфибиям и рептилиям. Барид Вивер – инструктор-охотник.

Люди и эльфы поприветствовали друг друга и стали обсуждать предстоящий поход. Несколько разведчиков эльфов уже поднимались наверх и закрепили там канаты. Это должно было сильно облегчить предстоящий подъём группы вверх по каскаду. Так же разведчики выяснили, что местность там весьма болотистая и просто кишит кровососущими насекомыми. Поэтому эльфы запаслись москитными сетками для всей группы. Экспедиция носила мирный исследовательский характер, но не исключала возможных конфликтов с местным населением. Основной задачей было выяснить, что заставило гадов убегать оттуда, и соответственно, представляет ли это опасность для остальных жителей Ториона.

С рассветом следующего дня, едва первые лучи солнца проникли сквозь кроны деревьев и заблестели в брызгах каскада, группа стала подниматься вверх по склону. С вершины каскада открывался хороший обзор на равнину. Был виден край Древнего леса, за которым до самого горизонта тянулись бесконечные поля и холмы Империи. Было видно отсюда и Материнское Древо, оно величественно поднималось над всем лесом. Поднявшись наверх, Сильтия безмолвно замерла и восторженно смотрела на всё вокруг, пока её не прервал Элгос.

– Да, сестрица, тут красиво, но мы сюда не любоваться пришли. Пойдём, нужно преодолеть ещё одну каменную гору.

– Ты прав. Пойдём.

Что бы попасть в «новый мир» группе предстояло преодолеть ещё один небольшой подъём на скалистый обвал высотой от трёх до пяти метров. Новая река вытекала из его трещин и, собираясь в одно русло, устремлялась вниз по каскаду. Воспользовавшись ранее закреплёнными верёвками, группа быстро преодолела последнее препятствие, поднявшись на самый верх ранее неприступного Драконьего утёса.

– Почему этот утёс называют Драконьим? Судя по рассказам, дракон здесь почти не бывал. – удивился Элгос, помогая сестре подняться наверх.

– Две тысячи лет он был неприступен, неуязвим, словно дракон. А его вершина по форме напоминает гребень на спине дракона. Может быть поэтому. – предположила Сильтия.

– Вот всё-то ты знаешь.

– Если бы ты попробовал читать книжки, вместо того, чтобы бегать по лесам с луком, то тоже знал бы.

– Зубрила. – недовольно буркнул Элгос.

Эльф поднял свой лук с земли и повернулся спиной к каскаду. Перед ним лежал невиданный ранее чудный мир, не похожий ни на один из уголков Ториона, известных ранее. Драконий утес, словно забор, отделял его от остального мира, возвышаясь над заболоченной местностью. Повсюду, среди неисчислимого количества озёр, болот и луж торчали разноразмерные холмики, покрытые травой и поросшие деревьями и кустарниками. Водоёмы так же пестрили различной растительностью, как подводной, так и плавающей на поверхности. Над всем этим целыми роями летали насекомые, привлекая к себе внимание различной мелкой пресмыкающейся живности. А ещё чуть выше летали птицы, поедая и тех и других. Мир на вершине утёса выглядел словно котелок с бульоном. Постоянно что-то булькало, брызгало, шевелилось, поедало друг друга. Новая река спускалась с высокого горного хребта, уходящего на северо-восток. У самого каскада она делала резкий поворот и, проходя сквозь камни, устремлялась вниз.

– Поскольку старого русла не видно, вероятно, что до обвала утёса река, уходила здесь под землю. Постепенно породу подмывало и это, видимо, послужило причиной оползня. – осматриваясь вокруг предположил Уайд.

– А старое подземное русло теперь наверняка обмелело. Возможно, это и стало причиной «бегства» гадов. Они всего лишь следовали за привычной для них средой обитания. – дополнил мысль Аравилар.

– Или что-то другое. А точнее кто-то. Я кое-что нашёл! – крикнул Элгос, подзывая всех к себе.

Эльф ушёл вперёд группы, туда, где скалы уже потихоньку покрывались растительностью. Когда остальные подошли к нему, то увидели лежащую на земле металлическую застёжку. Судя по слою грязи, она пролежала здесь очень долго.

– Это точно не эльфийская. У наших разведчиков таких нет. Да и лежит она здесь с полгода, наверное. – сказал Элгос.

– Очень похоже на застёжку старых офицерских доспехов. – поднимая и отряхивая от грязи подтвердил Барид.

– Откуда здесь имперский офицер? Полгода назад, это же через пару месяцев после оползня.

– Может кто-то из эльфов-скитальцев пользуется нашими застёжками? Своих солдат мы сюда не посылали, это точно. – предположил Уайд.

– Империя много чего делает втайне даже от своего народа, так что всё может быть. Но я и не отрицаю, что кто-то из эльфов мог это обронить. Наблюдать за обвалом стали не сразу, наверняка были любопытствующие. Только странно, что о них ничего не известно. – задумался Аравилар.

– Может, они просто не вернулись? – сказал Элгос.

– Что-то мне немного не по себе. Теперь уже это разноцветное болото мне не кажется таким приветливым. – встревожилась Сильтия.

– Что, в твоих умных книжках не пишут, как выживать в дикой местности? – посмеялся Элгос.

– Пишут. Например, Элбримир уделил этому много внимания в своём «Трактате об охоте». Ах, да, книги же для зубрил, вряд ли величайший охотник написал там что-то дельное. – с иронией ответила Сильтия.

Элгос недовольно хмыкнул, не найдя что ответить. Он действительно не любил книги настолько, что не читал даже учение Элбримира. Возможно, его неприязнь к учёбе возникла из-за того, что в молодости ему в пример стремления учиться всегда ставили сестру. Сам он же предпочитал тренироваться в стрельбе из лука.

Закончив рассматривать находку, исследователи стали спускаться вниз по склону, к небольшому озеру, расположенному в паре километров от каскада. Едва они приблизились к воде, как их окружили полчища насекомых, пытающихся пробиться сквозь москитные сетки и выпить свежей крови. На жужжание насекомых слетелись мелкие пестрые птицы. Они бесстрашно маневрировали среди людей и эльфов, прямо на лету хватая добычу своими несоразмерно большими, приплюснутыми клювами. Сильтия заметила у птиц тонкую кожистую перепонку по боковым сторонам клюва. Благодаря ей, открытый на лету клюв превращался в своеобразную воронку, которой птицы ловили насекомых. Вода в озере оказалась прозрачной, но кисловатой на вкус. Дно было полностью покрыто растительностью, в которой прятались ракообразные, выжидая добычу. У воды группа свернула на юг и отправилась вдоль берега, оставляя утёс в зоне видимости.

Закат застал экспедицию на противоположном от стартовой точки берегу озера. Солнце очень быстро скрылось за горным хребтом, окружающим болотистую низину. Не ожидавшие резкого наступления темноты, путешественники ставили палатки при свете факелов. В их мерцающем свете деревья и кустарники вокруг выглядели мистически и совсем не дружелюбно. Кроме того, ночью появились комары размером с половину ладони. Несмотря на их размер, летали они практически бесшумно. Лишь костёр и факелы своим светом и запахом спасали путников, отпугивая огромных насекомых.

– А ведь наверняка есть кто-то, кто питается такими гигантами. – задумчиво сказал один из людей.

– Ага, те саламандры, что приплыли к нам в пустыню по Новой реке. – ответил другой.

– Или гигантская жаба, которая ночью сожрёт того, кто уснёт на посту! – строго сказал Уайд.

Через несколько дней экспедиция натолкнулась на ещё один признак того, что кто-то был здесь до них. На одном из пригорков они обнаружили кострище полугодовалой давности и остатки следов от сапог.

– Похоже, кто-то из людей всё же был здесь до нас. Это явно офицерские ботинки. Либо какой-то скиталец-любитель военной амуниции. – разглядывая едва заметный след сделал заключение Барид.

– Возможно, мы его ещё встретим. Или то, что от него осталось. – сказал Элгос.

– Не думаю, что от него что-то осталось, если он погиб. Судя по количеству живности, труп съедят вместе с костями за пару дней. А одежда от сырости разложится через месяц-два. – развеял надежду Дорн.

Спустя неделю, путники удалились от каскада настолько, что горы уже практически не были видны за неровностями рельефа и растительностью. Среди группы крупных деревьев они обнаружили дюжину полуразрушенных хижин. Строения стояли в два ряда, практически в шахматном порядке. Над деревянными стенами, сплетёнными из веток вокруг каркаса, нависали остатки крыши из веток и листьев. Как только путники приблизились к хижинам, в одной из них раздался шум оттуда выскочили два гада. Они разительно отличались от большинства тех, которые встречались вдоль Новой реки. Не имея хвостов, они скорее были похожи на лягушек. Увидев людей и эльфов, они что-то вскрикнули и четырёхметровыми лягушачьими скачками скрылись в кустах.

– Мне показалось, или один из них закричал «Прямоногие»? – обратился к спутникам Элгос.

– По всей видимости нет, поскольку я услышал тоже самое. – подтвердил Барид.

– Очень интересно. Глядите в оба, они могут вернуться! – насторожил своих охотников Элгос.

Каждая хижина имела диаметр около двух метров, а внутри треть была отгорожена в отдельную комнатку, выстланную соломой. Если предположить, что гады откладывают яйца подобно рептилиям, то это место очень напоминало гнездовье. Кроме полуразрушенных стен и обвалившихся крыш в гнездовье больше ничего не было. Дальше эльфы и люди, в надежде выйти к какому-нибудь поселению, отправились по заросшей извилистой тропинке, ведущей от хижин. Трава вдоль тропинки была настолько высокая, что местами скрывала людей с головой. Узкие длинные листья были жесткими и шершавыми, словно крупный наждак. Они постоянно цеплялись за одежду людей и эльфов, заставляя их двигаться осторожно.

Группа брела по тропе несколько часов, пока не оказалась у подножья невысокого холма. На его широкой и плоской вершине, среди зарослей виднелись хижины. Но издали не было ясно заброшенные они или нет. После минутной паузы, эльфы и люди зашагали вверх по склону, внимательно всматриваясь в кусты, пытаясь увидеть местных жителей. Когда группа была в тридцати шагах от крайней хижины, из поселения раздался тревожный клич и крик «Прямоногие». Услышав это, охотники, выступили на несколько шагов вперёд и приготовились к обороне. Но нападения не последовало. Из поселения доносился лишь удаляющийся шум покидающих свои дома гадов. Поняв это, люди и эльфы продолжили подъём и вошли в поселение. К тому времени там уже было пусто. Путники стали осматриваться, как вдруг с разных сторон появились гады. В отличие от двух встреченных ранее видов, эти были ростом почти с человека и похожи на двуногих ящериц. Тела их были сплошь покрыты чешуёй, мелкой и зелёной на спине и более крупной и светлой спереди. Одежды на них не было, лишь ремни для крепления ножен и несколько металлических пластин в роли доспехов. Окружив экспедиционную группу, ящеры стали в боевую стойку – слегка сгорбившись, на полусогнутых ногах. Длинные хвосты поднялись в воздух и плавно раскачивались из стороны в сторону. Вооружены ящеры были двумя изогнутыми стальными саблями, с сильно расширяющимся к концу лезвием.

– Стойте! Мы пришли с миром! – громко сказал Аравилар, пытаясь предупредить кровопролитие.

– Сссшшш. Прямоногие пришли с миром? Шшссс. Как тот стальной прямоногий со сверкающими мечами? – шипя, сказал один из ящеров.

– Мы не знаем, кто приходил к вам до нас, но мы не хотим сражаться. У нас мирные цели. – продолжил Аравилар.

– Шшссс. Мирные цели? Стальной прямоногий убил очень много драконорождённых. А теперь пришли вы, и говорите, что с миром! Шшссс не верю! – злобно возмутился ящер.

– Я не знаю о ком вы, но давайте опустим оружие и вместе разберёмся в случившимся. – пытаясь успокоить собеседника сказал Аравилар.

– Успокоиться… шшссс. Хорошошссс. Я тебя слушаю. – не опуская мечи, прошипел ящер.

– После того, как скалы на севере отсюда обвалились, мы стали замечать существ, испуганно убегающих отсюда. Мы пришли узнать причину из бегства и представляет ли она опасность для нас. – ответил Аравилар.

– Каппы… шссс. Трусливые земноводные шссс, всегда бегут от тех, кто сильнее их.

Аравилар дал знак эльфам, и они опустили луки, затем их примеру последовали люди. Когда обстановка стала менее напряженной, старший друид медленно сделал насколько шагов навстречу к ящеру. А затем стал говорить более тихим и спокойным голосом.

– Моё имя – Алавилар, я эльф, один из старших друидов Лесного братства. А это Уайд, он человек, из Империи Льва и Орла. Мы впервые пришли сюда. Как твоё имя и кто вы?

– Шшсс. Я Затшесу. Мы лизарды, Драконорождённые. Шшссс.

– Затшесу, расскажи нам об этом стальном прямоногом. – включился в разговор Уайд.

– Стальной прямоногий… Шшссс. Он появился около полугода назад. Он убивал всех, кого встречал. И чем больше он убивал, тем больше ему это нравилось. Что бы остановить его, Нагайна отправила против него армию, но даже тогда Прямоногий в одиночку убил сотню воинов.

– А как он выглядел? Можешь описать? – продолжал спрашивать человек

– Шшссс похож на тебя, человек. Стальные доспехи с золотыми рисунками, прямые мечи, сверкающие на солнце как зеркало. Очень сильный воин. – отвечал лизард.

Уайд и Аравилар переглянулись, по их встревоженным лицам было понятно, что они подумали об одном и том же. Но пока они предпочли молчать.

– Нам неизвестен этот воин. – сказал Уайд.

– Прямоногие не знают друг друга? Шшссс. Жаль.

– Там, за горами живёт несколько разных народов. Люди, лесные эльфы, гномы, эльфы ночи, кентавры. Все они многочисленные, мы не можем знать всех. – ответил Уайд.

– Раз уж мы выяснили причину бегства капп, основная цель нашей экспедиции достигнута. Вы позволите нам остаться здесь до рассвета? Утром мы вернёмся в свои земли. – спросил Аравилар.

– Лучше вам ночевать подальше от нас. Местные жители очень не любят прямоногих. Так будет безопаснее. – ответил Затшесу и прибрал сабли в ножны в знак мира.

– Да, хорошо. Мы понимаем. Позволь спросить, почему вы называете себя Драконорожденными? – спросил Аравилар, пытаясь наладить контакт.

– Наш народ был порождён водяным драконом Кисирой. Мы все её дети. Шшссс.

– Водяным драконом? Нам довелось встречать одного дракона, но он больше предпочитал убивать, сжигая своих жертв заживо.

– Чёрный дракон и здесь изливал своё яростное пламя, это не Кисира. Шссс – ответил лизард, и кивнул головой в сторону выхода из поселения.

– Это радует. Мы пойдём. Надеюсь со временем наши народы будут дружны. – уходя закончил Аравилар.

Группа покинула деревню Драконорождённых и расположилась на одном из соседних холмов в паре километров. Не смотря на относительно мирную беседу, дозорных всё же выставили. Возле костра у Аравилара и Уайда завязалась беседа.

– Ты тоже подумал про Проклятого? – спросил эльф.

– По описанию похож, но прошло много времени прошло. Да и убить в одиночку сотню воинов, это слишком. Эти ящеры не выглядят слабаками. – ответил Уайд.

– Хм… Драконорожденные. Возможно же, что эта Кисира – одна из древних, простоя явилась к ним в образе чудовища. – предположил Аравилар.

– Для этих уродцев, не такое уж и чудовище. – посмеялся Уайд.

– Точно-точно. Судя по их гостеприимству, нам лучше убраться отсюда. Что думаешь? – спросил Аравилар.

– Согласен. Только предлагаю на обратном пути обойти болото с востока. Ещё немного разведать местность не будет лишним. – ответил Уайд.

– Поддерживаю. – согласился эльф.

Ночь прошла тревожно, вся группа опасалась нападения ящеров. Многие просыпались ночью от малейшего шороха. Но всё обошлось и утром, сонные и почти не отдохнувшие путники отправились в обратный путь. Исследователей в очередной раз поразила изменчивость грунта. На пригорках он был достаточно сухой и твёрдый, а через несколько метров, в ямках и низинах превращался в грязную жижу. А в некоторых местах, почва колебалась, словно небольшой слой земли, скреплённый корнями растений, плавал на поверхности воды. В одном из таких мест Элгос воткнул палку глубоко в землю. Под полуметровым слоем почвы действительно оказалась вода. Она стала фонтанировать из пробитого отверстия, и за несколько минут затопила большой участок.

– Давайте поторопимся, мне не нравится вон-та двигающаяся волна. – громко сказал Барид, указывая на метровый холмик, двигающийся в ста метрах от группы.

Прибавив шаг, путники поднялись на сухой пригорок в то время, когда подвижный «бугорок», двигаясь по извилистой траектории, почти добрался до них. Двигаясь по наиболее влажным местам, «бугорок» переместился к небольшому озеру и скрылся в нём, пустив волны по поверхности. Сквозь мутную воду промелькнул длинный тёмный силуэт. Словно какое-то крупное существо двигалось по прослойке воды под почвой, а потом скрылось в глубине водоёма. Взбудораженные люди и эльфы до самых скал старались передвигаться по сухим возвышенностям, опасаясь неведанных существ. Вернувшись в Древний лес, Сильтия и Аравилар отправились к Материнскому Древу, на встречу с Вождями, а Элгос с другими охотниками сопроводил людей до Прилесья.

По приказу Затшесу, группа лизардов следила за людьми и эльфами до самого каскада. Ящеры отлично маскировались в родной для них среде, поэтому всю дорогу, путники с равнины даже не подозревали о том, что за ними наблюдают. Проследив за экспедицией, лизарды вернулись в деревню.

– Шису, чужаки покинули земли Драконорождённых. Как мы и предполагали, они пришли через обрушившиеся скалы. Шшссс. И ещё, они потревожили червя. Нападения им удалось избежать, но он пробудился.

– Значит, скоро проснутся и остальные. Шшссс. Я сообщу лорду о случившемся. – ответил Затшесу и отпустил разведчиков.

На краю деревни лизард зашёл в крупную хижину, в несколько раз превосходившую другие по размеру. Там, к столбам были привязаны около десятка василисков – шестиногих ящериц. Каждый василиск был длиной по семь-восемь метров, при этом половину длины составлял приплюснутый хвост. Оседлав василиска, Затшесу отправился на юг. Благодаря широким лапам с перепонками, уплощённому телу и плоскому хвосту, василиск ловко скользил на брюхе по болотным топям и водной глади, быстро преодолевая водные препятствия. По дороге Затшесу был вынужден сделать остановку для ночлега. Что бы не ночевать среди болот, он сделал небольшой крюк и заехал в Наковальню Топей – город туртугов.

Туртуги – миролюбивая каста черепах. Подобно лизардам они передвигались на двух конечностях, но в отличие от ящеров имели более короткие конечности и совсем короткий хвост. Их тяжелый и прочный панцирь имел выпуклый карапакс, что создавало эффект сгорбленности. Хотя на самом деле, туртуги ходили прямо, лишь слегка наклоняясь вперёд для равновесия. Черепахи были единственными Драконорождёнными полноценно освоившими ремёсла. Всё крупное производство Драконорождённых было сосредоточено в их городах. Благодаря своим знаниям и умениям, каста черепах была столь же привилегированна, как и ловкие воины-лизарды. Кроме того, постоянные визиты других каст сделали туртугов самыми гостеприимными из Драконорождённых. Правда, всё их гостеприимство заключалось лишь в наличии гостевых домиков в поселениях и том, что стражи сообщали, в какой из них мог заселиться гость. Черепахи сильны и выносливы, но слишком медлительны, чтобы быть хорошими воинами. Поэтому они окружали свои поселения высоким шипованным забором со стрелковыми башнями, а попасть в поселение можно было только через тяжелые, подъёмные ворота.