Хозяин времени. Кровавый принц

Воспоминание, которого он настойчиво избегал, вдруг явственно предстало перед внутренним взором вопреки его воле. Лорд Арах любил Сильвию, мать Элисенды, до одержимости. Он исполнял любые ее прихоти и капризы, лишь бы она вечером принимала его в свои объятья. Когда родилась дочь, Сильвия вдруг охладела к нему, много занимаясь девочкой. Лорд Арах терпел, но, когда узнал, что жена завела любовника, в порыве гнева и ярости велел спустить с обоих кожу. Именно после того, как увидел обезображенное лицо своей жены, он стал медленно терять зрение.

А Элисенда выросла очень похожей на мать. Даже голос у них был одинаковый. Порой ему казалось, что его Сильвия жива, и когда девушка обнимала его, ему мерещилось, что это Сильвия льнет к нему.

Странные фантазии и желания стали преследовать его, когда Элисенда подросла и ее фигура стала более женственной. И дикая ревность к дочери стала напоминать ревность мужа к жене. Он не подпускал к ней мужчин, опасаясь, что она станет ветреной, как мать. И когда король вдруг заговорил об Элисенде, лорд Арах в ужасе заточил ее в башню и распространил слухи о исчезновении дочери. Никто не прикоснется к его сокровищу! Дочь поначалу послушно принимала заточение, но лорд Арах стал опасаться, что мужчины смогут проникнуть через окна. Он замуровал Элисенду, и без дневного света она стала нервной и капризной. Просила выпустить ее, часто отталкивала его, когда он приходил, чтобы обнять ее и побыть с ней.

А зрение становилось все хуже, полутьма башни все интенсивнее играла с чертами Элисенды, делала ее все больше похожей на Сильвию. Такую желанную… Ее голосок, просящий о свободе, сводил лорда Араха с ума.

И однажды его Сильвия стала требовать выпустить ее, кричала, что больше не может сидеть без света, без людей, набрасывалась на него, колотила по груди мужа кулачками, кричала…

Он держал ее, она вырывалась, он держал крепче… А потом… Было только опьянение и радость обладания. Она кричала и просила его отпустить ее, почему-то звала его отцом. Он закрыл ей рот, чтобы не мешала. А потом она перестала сопротивляться.

Когда лорд Арах опомнился, когда понял, где он и с кем, было поздно. Он оплакивал дочь, не прикасаясь к ней, просидев несколько часов в той комнате. А потом заложил ход в башню, трусливо сбежав с места преступления.

Безумие и раскаяние попеременно накатывали на него, пока он не занялся продвижением Санти.

Лорд Арах давно наблюдал за сыном своей сестры, отмечая в нем внешнюю привлекательность, очарование и скрытое стремление к власти. Амбициозный и ловкий, Санти обладал осторожностью и способностью затаиться перед нанесением удара. Паутинная магия давалась ему без труда, а науке пыток дядя обучал его постепенно, чтобы не нарушить детскую психику. В итоге Сантьяго стал хладнокровен, сдержан, но в случае необходимости удары наносил жестоко и решительно. В нем лорд Арах увидел будущее своего дела.

Увезя племянника к себе, он как будто прогнал призраков прошлого. Теперь у него появился надежный компаньон для борьбы за власть, и лорд Арах вернулся из своей одержимости женой к плетению кружева интриг.

Теперь, когда он намеревался ослабить власть сторонников короля Ватра, он почти не вспоминал о той башне. Но что, если маг каким-то образом укрылся там? Нехотя лорд Арах отдал мысленный приказ двум паукам проверить место.

А потом погрузился в плетение интриг, которые перед его мысленным взором представляли собой ажурную паутину.