- -
- 100%
- +
– Добрый вечер.
Мужчины, не сводя с нее глаз, привстали с мест в знак приветствия. Гринберг, засмотревшись, стоя немного призавис, но вскоре опомнился, сел.
– Эрика Эберт, – сказал Шпектор с чувством гордости, – координатор проекта.
Мы подсмотрели на виртуальной визитке местонахождение Эрики в тот момент: она действительно находилась очень далеко – почти за тысячу миль от этого города. Но, как видите, сегодня расстояние – не помеха даже для личного присутствия где бы то ни было.
– Официальный старт проекта назначен на следующий четверг. Накануне вы получите от нее все необходимые документы и график запланированных работ. Впредь она будет контролировать всю вашу работу, предоставлять теоретический материал, проверять отчетность и информировать вас о ваших предстоящих мероприятиях и встречах. Одним словом, на весь период проекта она – ваш непосредственный руководитель. Начиная с четверга у вас не должно быть ни вашего личного расписания, ни ваших личных дел, ни посторонних задач. Отныне распорядок каждого вашего рабочего дня будет составлять Эрика. И я настоятельно попрошу его соблюдать.
Чтобы расположить к себе коллег после столь жесткого наставления Шпектора, Эрика приветливо, но сдержанно улыбнулась.
– Есть ли у кого-нибудь из вас вопросы, господа? – Все молчали. – Что же, тогда предлагаю на этом закончить. Всех благодарю. – На лицо Шпектора вновь вернулась та маска беспристрастия, с которой он утром вошел в офис.
Члены собрания, ведя между собой оживленную, но тихую беседу, стали собираться уходить. Гринберг последовал за остальными к выходу, но тут Шпектор его окликнул:
– Господин Гринберг, останьтесь, вы мне еще нужны.
– Да, конечно, – обернувшись, быстро сказал Карл, давая понять, что уже готов к исполнению любых распоряжений.
В этот момент включился напольный компьютерный модуль – встроенная в пол плата, и изображение Эрики, исчезнувшее из потустороннего офиса, стало проявляться здесь в виде голограммы – она как будто перешагнула через границу реальностей. Ее виртуальный образ, отличался от настоящего лишь легким, едва заметным зеленоватым мерцанием. Она подошла к столу, где сидел Шпектор, и они уже вместе встречали возвращающегося Карла. Тот, чуть колеблясь в действиях, по пригласительному жесту Шпектора вновь занял свое место. Он старался больше смотреть на него, нежели на его спутницу, которая источала необычайную для женщины уверенность и превосходство, чем приводила его в смущение, совершенно ему не свойственное.
Шпектор держал в руках тот черный футляр, что вместе с кофе на подносе утром ему принесла Бризелла, то открывая, то закрывая магнитную крышку. Карл случайно взглянул на футляр – он был пуст.
– Меня вот что беспокоит, Карл, – задумчиво говорил Леонард. – Ты довольно молод и еще многого не испытал, не пережил. Судьба оберегла тебя от необходимости жить среди жестокости и несправедливости. Уверен, тебе вовсе не знакомы эти чувства, по крайне мере, в максимальном своем проявлении уж точно. – Гринберг явно не понимал, к чему этот разговор, он лишь пожал плечами. – Да, ты прекрасен в своем деле, ты обладаешь гениальным умом и талантом, и именно поэтому ты был выбран мною. Но хватит ли тебе стойкости и мужества, силы характера и, возможно, в чем-то даже безжалостности? Способен ли ты будешь воспринять плоды своей работы такими, какие они есть, без прикрас? Тебе придется столкнуться с чудовищными, с точки зрения любых моральных норм, картинами. Ты будешь видеть, как проходят все эксперименты, и обязан будешь участвовать в их проведении. А наши подопытные, как ты уже знаешь, – отнюдь не добровольцы, которые по окончании работ благополучно уходят домой и потом появляются у нас раз в неделю для осмотра. Это не так. И понимаешь ли ты, что мы планируем мировой переворот? Последствия мы можем только прогнозировать. Не факт, что на нас не обрушится недовольство масс, если вдруг информация о проекте просочится в сеть. Представляешь, что тогда будет? Но и в случае удачного исхода операции нам не избежать вынужденных негуманных действий по отношению к людям. Если вспомнить священные писания о богах, то должен тебе сказать, что боги не для всех были добрыми и справедливыми. Однажды, например, им пришлось наслать на Землю потоп, чтобы возродить новое поколение людей – более совершенных, разумных. Поэтому иногда и нам придется прибегать к крайним мерам. Поэтому я должен спросить тебя: готов ли ты к этому, и хватит ли на все это твоей стойкости и силы намерения?
Карл с напряжением выслушал Шпектора, крутя на рукаве блестящую электронную запонку.
– Вы сомневаетесь во мне? – спросил с уверенностью, но не без обиды.
– О, нет! – воскликнул Шпектор. – Сейчас я бесстрастен. Я не испытываю ни сомнения, ни уверенности. Я лишь задал вопрос, и хочу, чтобы ты честно на него ответил.
Стоявшая рядом Эрика тоже пытливо смотрела на него, как бы присоединяясь к вопросу.
Карл опустил глаза, будто вновь попытавшись заглянуть внутрь себя. Сказал:
– С тех самых пор, когда состоялся наш с вами первый разговор, эта мысль не дает мне покоя – мысль о том, что я способен изменить в лучшую сторону все человечество. Поэтому я отвечу вам однозначно, и ничто не заставит меня колебаться: я готов ко всему.
Шпектор всегда ценил решительных и волевых людей, причисляя эти свойства к божественной прерогативе, и это, пожалуй, подкупало его в Гринберге даже больше, чем его познания в области программирования.
– Непоколебимое стремление к цели – лучшее орудие творца, – довольный ответом, сказал он. – Что ж, в таком случае я предпочел бы не откладывать официальное закрепление наших договоренностей. Эрика, готов ли договор для господина Гринберга?
– Конечно.
Эрика провела рукой по воздуху, набрав изящными пальцами невидимую комбинацию, и прямо над сенсорным сектором Карла возник электронный документ с крупной надписью «CONTRACT». Тот, не раздумывая ни секунды, нанес на него свою цифровую подпись, что, блеснув голографическими искрами, отпечаталась на договоре инициалами «К.Е.G».
– Вот и отлично, – сказал Шпектор, поднимаясь с кресла. – Позволь напоследок пожать твою мужественную руку и пожелать удачи в твоей нелегкой работе.
Карл, воодушевленно улыбаясь, подошел к нему и протянул руку:
– Благодарю вас за доверие. До встречи!
Затем он обратился к Эрике, которая, кажется, как и он, последние несколько секунд пыталась уловить его взгляд, хотя умело это скрывала.
– До свидания, – робко произнес он, смотря в ее невозмутимые серо-зеленые глаза, и вдруг заметил в них неуловимый страстный, хищный огонек, от которого на мгновение затмился его разум.
Смутившись, он отвернулся и поймал себя на мысли, что уже давно не испытывал такого захватывающего волнения перед женщиной.
– Всего хорошего, – ответила она и почти незаметно улыбнулась, заметив его смущение.
Дойдя до дверей, он еще раз обернулся – она продолжала смотреть. Хотел было подмигнуть, но вовремя вспомнил, что это не очередная красотка из клуба, а, как-никак, руководитель, что еще больше придавало остроты и пикантности возникшему мимолетному чувству.
Опьяненный мыслями о колоссальной значимости работы, которой ему предстоит заниматься ближайшие несколько лет, и мечтой о будущих свершениях, что будоражила кровь, он, счастливый и взволнованный, хотел бы сейчас высоко подпрыгнуть и ликовать как ребенок. Но в мире, где тебя повсюду окружают видеокамеры, лучше порой сдерживать свои эмоции. Поэтому он остановился, выпрямился, сделал умное лицо и, поправив галстук, важно зашагал к лифту. Идущие навстречу люди, вероятно, даже не могли и подумать, что этот проходящий мимо незнакомый молодой человек когда-нибудь полностью изменит окружающую их реальность.
Глава II
Карл проснулся поздно утром, когда оба солнца, один за другим, уже поднялись на самую вершину небосвода. Небо, которое практически никогда не было пасмурным благодаря метеоустановкам, разгоняющим облака, будто водная гладь, колыхалось мелкими светло-бирюзовыми волнами, порождаемыми воздушным океаном электро-магнитных излучений. Если долго смотреть на него, то начинает рябить в глазах. Но достаточно лишь активировать специальное приложение в линзах, и рябь тут же стиралась с поверхности неба.
Не утренние солнечные лучи разбудили Карла. Его разбудил звук в правом ухе.
– А! – испугался Карл и резко приподнял сонное лицо с мятой подушки.
Вчера, одурманенный успехом и выпитой бутылкой зеленого змея, он опять забыл отключить прием входящих вызовов. И не успел он открыть глаза, как тут же в его обзоре, помимо привычной домашней обстановки, появилось виртуальное окно, с которого на него в упор смотрело недовольное темнокожее лицо. Из-за жуткого похмелья оно пока что слегка раздваивалось.
– Напарник, ты опять решил меня кинуть? – возмущенно спросило лицо и изобразило разгневанную, но оттого смешную гримасу.
Карл засмеялся, пытаясь нащупать кнопку веб-камеры на системном мини-блоке, что был прицеплен к правому уху. После щелчка из блока выехала микрокамера, прикрепленная к концу твердого прозрачного шнура, который можно крутить, изгибать, вытягивать – в общем, регулировать положение веб-камеры относительно лица.
– Видел бы ты свои глаза! – смеялся он, ощущая, как от смеха еще больше болит голова.
– На что мне мои? Я бы твои хотел увидеть! – ругалось лицо, продолжая веселить Карла. – Ты на часы смотрел? Куда ты пропал опять? Мне уже надоело тебя прикрывать, так и знай! И надоело делать твою работу, и потом еще получать за это взбучку от Диксона!
Это Уилл, личный помощник Гринберга, но в первую очередь – его лучший друг. На самом деле, это был очень добродушный и веселый человек, поэтому его гнев всегда казался ненатуральным, комичным, а угрозы и обвинения были похожи скорее на жалостливые просьбы. Карл его очень любил и ценил, старался ни в чем не подводить, тем более в том, что касалось работы. Но в последнее время он действительно распоясался, и бедному Уиллу все чаще приходилось прикрывать его перед руководством и делать все за двоих.
– Уилл, прости меня, – прохрипел Карл, наконец, настроив веб-камеру. – Я сегодня приеду.
– Слушай, я бы тебя очень хотел сегодня здесь видеть, – Уилл погрозил пальцем, нахмурив брови, но тут же смягчился, – но тут Диксон. Он сегодня явно не в духе, кидается на всех, как Зомбизавр.
– А тебе, видимо, его настроение через укус передалось, да? – Карл опять захохотал.
– Нет! Это передается по локальной сети и называется «Уведомление о штрафах». Сегодня всем досталось. В общем, лучше на глаза ему сегодня не показывайся, а то он тебя наизнанку вывернет.
– Плевать мне на Диксона, – ухмыльнулся Карл, потягиваясь. – И на «ID-Key» тоже плевать. У меня теперь другая работа.
Лицо Уилла удивленно и радостно вспыхнуло:
– Да ну! Ты серьезно? Расскажи, наконец, что за работа? Ты весь месяц скрывал – теперь-то, ну?
– Извини, дружище, не могу – тотальная секретность.
Уилл изобразил обиду, смешно сложив брови домиком, но тут же вновь оживился:
– Военные разработки или что-то вроде того?
– Что-то вроде того.
– Ничего себе! Теряюсь в догадках, что это может быть.
Карлу вдруг стало не по себе. Вспомнив о будущем, когда будет создан всеобщий разум, что изменит реальность в глазах миллиардов людей, он задался вопросом, ответ на который, как ему казалось, был очевидным: «Нет, ну не всех же придется заражать этим вирусом. Явно, не всех… Зачем, например, менять реальность Уилла, если он не представляет угрозы для общества? Тем более, он мой друг».
– И что ты будешь делать? Когда собираешься увольняться?
– Да прямо сегодня и уволюсь. До новой работы у меня есть еще неделя, так что отдохну, поработаю над «Органайзером».
– Опять «Органайзер», – скривился Уилл. – Что за навязчивая идея? Ты сам ведь говорил, что это пустая трата времени. Неужели думаешь, что заработает?
– Не знаю, посмотрим. Вдруг получится.
Немного предыстории. У Гринберга было хобби – разработка приложения «Органайзер», как он сам его назвал. Эта программа должна была стать неким архивом, который будет сохранять и упорядочивать информацию о всей жизни человека. Сегодня каждое важное событие можно легко записать на видео, где бы ты не находился: при нажатии в обзоре кнопки «REC» умные линзы фиксировали все, что происходит вокруг. Затем, выбрав дату в live-календаре, можно еще раз воспроизвести все записанные эпизоды того дня. Например, Карл мог пересмотреть вчерашнее собрание или ту вечеринку, на которой был этой ночью, – согласитесь, весьма полезная опция для тех, кто не помнит, что с ними было вчера. Подобных приложений для хранения видео-данных было множество, да и не всем они были нужны: всю свою жизнь, разделенную на файлы, многие сегодня предпочитают хранить в сети. Но «Органайзер» должен был стать особенной программой, поскольку главная его функция заключалась в другом.
Точный анализ и выведение прогноза всегда были настоящей страстью Карла. Уже с самого детства в нем проявлялись способности к программному мышлению и математике. Он любил просчитывать варианты развития событий, определять вероятность получения того или иного результата. Коллеги по работе и друзья иногда в шутку, а иногда и всерьез называли его ясновидящим, поскольку он умел делать точные предсказания, основываясь на простой логике и расчетах. Так, например, он умел определять, какие программные решения будут эффективными, а какие – нет, знал, сколько прибыли принесет продажа нового продукта, и что нужно сделать, чтобы ее увеличить. Технологии были еще одной его страстью, поэтому он хорошо чувствовал тенденции развития всех направлений рынка, относящихся к этой сфере, и всегда знал наперед, что люди захотят купить, а что так и останется лежать на прилавках. И мы с уверенностью можем сказать, что в этом он разбирается даже лучше, чем Курт Мэтьюз, который обещал выстроить огромную очередь за будущим цифровым девайсом от «G-MIND-G». Программный подход ко всему, умение оперировать чувствами, эмоциями, событиями, как кодовыми символами, – вот главный секрет успеха любого продавца и производителя. Так, к своему возрасту Карлу удалось построить небольшую, но успешную компанию по продаже роботов, которая обогнала конкурентов и которую он затем выгодно продал. Поэтому даже самое высокопоставленное руководство холдинга «ID-Key» порой не считало ниже своего достоинства обратиться к нему, программисту-разработчику, за советом по улучшению внутренней структуры и увеличению прибыли. Одним словом, начальство высоко ценило его, и именно поэтому снисходило до всех его капризов и каждый раз закрывало глаза на все его прегрешения.
Так вот, гениальное умение Карла давать прогнозы и создавать алгоритм дальнейших, правильных, действий однажды посеяло в его голове мысль: «А что, если, исходя из событий, уже случившихся в жизни человека, можно просчитать его дальнейшую судьбу?» Он не знал, существуют ли на свете высшие силы, но был уверен: если они есть, то именно они столкнули его со Шпектором, ведь их намерения так похожи.
«Органайзер», таким образом, должен был стать вычислительной машиной человеческой судьбы, которая представляла бы в наглядном виде ее возможные варианты при том или ином жизненном выборе.
– Ну, и долго тебе еще над ним корпеть, чтобы он заработал? – спросил Уилл.
– Не знаю. Стационарная версия пока не работает. Вообще, нужно, чтобы это было мобильное приложение для линз, понимаешь? Чтобы программа могла в любое время получить доступ к обзору, к соцсетям, ко всем моим данным.
– Так в чем проблема? Подключи через десктоп, настрой инфоканал и сливай туда все данные.
– Не все так просто. Во-первых, это неудобно. А во-вторых, я хочу минимизировать временные потери для точности расчета, это очень важно. Смотри, если считать вот по этой формуле… – Он хотел было показать Уиллу пример расчета, но тут же передумал, увидев его озадаченное лицо. – В общем, мне нужен мобильный блок для линз с процессором на сто тысяч ядер – тогда, возможно, все заработает. Но когда его выпустят, еще не понятно. Я уже начинаю сомневаться, что вообще доживу до этого дня.
– Надо же! – удивился Уилл, гримасничая. – Эй, мистер, полегче! Ваш мозг опережает технологии! Ладно, гений, давай поднимай с подушки свой процессор и дуй в офис. Кажется, Диксон уезжает. А я пока буду мысленно генерировать излучение, которое заставит тебя передумать увольняться. В общем, жду тебя!
Изображение Уилла пропало из обзора. Карл посмотрел на свои пальцы – эластичные пластинки-манипуляторы, прикрепленные к подушечкам, были на месте. Затем нарисовал в воздухе кодовый символ, и перед глазами тут же возникло множество значков: соцсети, рабочие приложения, документы, любимая игра и много чего еще. В календаре ругательным красным цветом маячило уведомление о том, что в 9:00 он должен был быть на работе, а рядом с ним прыгал значок почты – за утро в нем скопилось уже десять непрочитанных писем.
Вдруг на тумбе, что стояла напротив кровати, появился миниатюрный женский силуэт. Это была красивая, худосочная блондинка, в шортах и завязанной узелком на животе клетчатой рубашке, с белыми завитыми локонами, спускающимися ниже плеч. Она сидела на тумбе, кокетливо болтая длинными ножками. Это Вивьен – виртуальный помощник, живущий в обзоре Карла. Она сообщала ему об интересующих его новостях и важных сообщениях.
– Что у нас, Вивьен? Глобальное есть что-нибудь?
– Несколько писем от Диксона, – тонким голосом проговорила Вивьен, и по взмаху ее руки прямо в центре обзора возник небольшой белый стеллаж с письмами и документами.
На заголовках писем, лежавших в ячейках, мелькала противная буква «D».
– Диксон, – недовольно процедил Карл сквозь зубы.
Умный почтовый стеллаж сортировал письма по важности и срочности. Новые входящие, в основном, содержали формы отчетов, которые нужно было заполнить. И как только Карл открыл первую форму, перед ним, в числе прочих виртуальных значков и окон, появилась клавиатура. Манипуляторы на пальцах позволяли «нажимать» на воздушные клавиши, поэтому создавалось визуальное впечатление того, будто работаешь на настоящей, существующей клавиатуре.
Писать отчеты на утро после удавшегося вечера весьма трудно, но сделать это было нужно, так как они висели в его текущих делах с прошлой недели, и Диксон лично решил ему об этом напомнить.
– Да, ты прав, Джонни, – непорядок.
Быстро набрав текст, он активировал значок с изображением руки, держащей золотое перо, и на документе возникла та самая подпись «K.E.G.» – качественный цифровой знак с инициалами и декоративными оформительными элементами, в общем, полноценный логотип. Каждая подпись, поставленная владельцем, имела номер, который заносился в специальный электронный реестр, поэтому ее нельзя было просто так скопировать или подделать.
Вскоре готовые отчеты были отправлены в ячейку стеллажа с ненавистной фамилией получателя, и виртуальный образ почтовой программы рассыпался на цифровые пылинки.
Затем откуда-то из-под шкафа выскочило окно с личными сообщениями из социальной сети. Последнее поступило только что – с фотографией красивой загорелой брюнетки, которая эффектно стояла возле зеркала в примерочной, демонстрируя купальник, с подписью внизу: «Как тебе?». Карл поспешил настроить видеосвязь. Девушка с фотографии ожила.
– Привет. Ну, что скажешь? – соблазнительно спросила она.
– Отлично, – ответил Карл и призадумался. – А ты кто?
Вопрос ей явно не понравился.
– Что значит «кто»? – спросила она, угрожающе скрестив на груди руки. – Карл быстро открыл ее профиль. Незнакомку звали Аннет, и он готов был поклясться, что никогда раньше ее не встречал. – Мы вчера с тобой познакомились. Ты что не помнишь?
В соседнем окне по команде Карла запустилась видеозапись, датированная вчерашним числом. Флажок на линии воспроизведения помчался вперед, быстро перелистывая кадры, пока не добрался до эпизода, где Карл страстно целует обнаженное тело Аннет, лежа с ней на шикарной кровати, очевидно, в каком-то гостиничном номере.
«Хорошо, что домой не привез», – только и подумал он.
– Извини, не узнал. Ты изменилась как-то со вчерашнего дня… В лучшую сторону.
Кроме этих нелепых слов другого оправдания в голову не пришло. Хоть он и был равнодушен к случившемуся, но мужской инстинкт не позволил этого выдать. Услышав от него пару откровенных комплиментов, Аннет снова сделалась приветливой и чувственной.
– Поможешь с выбором купальника? – маняще улыбнулась она.
– Конечно!
Карл прикоснулся к изображению девушки двумя пальцами, увеличил его и поставил в центр комнаты. Затем убрал бэкграунд с примерочной, оставив болтаться в воздухе лишь три вешалки с купальниками. Открыл архив с образами дополненной реальности и выбрал файл с названием «пляж». В тот же момент интерьер комнаты стал плавно размываться и вскоре превратился в райский берег с белоснежным песком и высокими пальмами, где он уже лежал на шезлонге в ярких шортах с крабами и любовался бескрайней волнующейся морской гладью. Затем переместил сюда Аннет, поставив ее прямо у воды, нарисовал веревку между двумя пальмами и развесил на ней купальники. В это время девушка продолжала откровенно демонстрировать свои самые выгодные ракурсы.
– Я хочу посмотреть другие. Встань ровно, не шевелись.
Он прикоснулся к приглянувшемуся комплекту – красному, с ажурной сеточкой, проходящей вдоль линии живота, программа воспроизвела его трехмерный образ, и через мгновение он уже обтягивал красивые формы брюнетки.
– Готово. Можешь повернуться.
Аннет долго позировала, примеряя один купальник за другим, и, в конечном итоге, они все-таки определились с выбором.
– Когда мы вновь увидимся? – с надеждой спросила она.
– Не знаю, – безразлично ответил Карл, настраивая обзор привычной реальности. – Я тебе напишу.
На том и распрощались. Образ девушки вскоре растворился в воздухе.
Только он собрался вставать с постели, как снова появилась Вивьен, предлагая ему посмотреть свежие новости из ленты событий.
– Что там еще?
– Новость по критерию: «процессор для мобильного блока – «DRON Reason-100».
Карл оживился: это был тот самый процессор на сто тысяч ядер.
– Что пишут?
– Компания-разработчик процессора «DRON Reason» с сегодняшнего дня включена в состав группы «CYBERPRIME», директор которой, Ларс Аренс, определен как твой новый знакомый и коллега по работе.
Пока Карл соображал, кто это такой, Вивьен выдала в обзоре фотографию – это был тот самый важный и солидный мужчина, который назначен ответственным за разработку электронного прибора в «Расе-10».
– Ничего себе! Хотя да, Шпектор ведь что-то говорил об этом. Получается, Аренс выкупил эту компанию. А что с самим процессором?
– Выпуск процессора откладывается на неопределенный срок.
– Да-а-а, – уныло протянул Карл. – Хотя все понятно: чем больше шума вокруг этого процессора, и чем чаще переносится дата выпуска, тем больше он сможет на этом заработать. О» кей, Аренс, плюс сто ядер тебе к твоей крутости. А я тогда подожду еще немного.
Листая новостную ленту в поисках еще каких-либо известий о процессоре, он видел лишь те презентационные ролики, которые уже знал наизусть, а из нового больше ничего не было.
Так. Специально для тех, кто до сих пор не понял, куда он попал, мы вкратце расскажем о цифровых устройствах, которыми пользуются люди в XXV веке. Сегодня, как и раньше, все они делятся, на мобильные и стационарные. К первым, как вы уже догадались, относятся смарт-линзы, которые, на самом деле, служат лишь монитором, а само «железо» заключено в миниатюрный системный блок, который крепится к уху, – в нем же находится микрофон, веб-камера и наушник. Эволюцию мобильных девайсов можно увидеть, путешествуя от нижних городских уровней к верхним. В «подвале», в основном, пользовались самыми примитивными и дешевыми линзами с минимумом опций, а у бедняков и бездомных можно увидеть даже очки, которые были отголоском древности и стоили гроши. Верхние жители, ясное дело, были обладателями самых дорогих линз – «NanoSmartLens». Кстати, производители недавно заявили, что скоро заключат процессор и остальное «железо» в сами линзы, а не в ушной блок, – что ж, посмотрим. Так вот, главное преимущество этого vip-девайса – качественное воспроизведение виртуальной реальности и расширенный умный функционал. Рабочим обзором можно управлять при помощи манипуляторов, которые прикреплены к пальцам, или голосовыми командами. Собственно, вот – вкратце. Что же касается стационарных компьютеров, то они представляют собой системные блоки, встраиваемые во все, что угодно: в стол, в пол, в стены, в потолки. Устройством вывода визуальной информации у каждого из них служит голографический экран, и лишь в «подвале» еще кое у кого имеются планшеты и даже ноутбуки с давно устаревшим, можно сказать, ископаемым, LED-дисплеем. Голограммы сегодня полностью адаптированы к сенсорному управлению, поэтому послушно подчиняются прикосновению рук. В производстве последних преуспела уже известная вам корпорация «CYBERPRIME» – на сегодняшний день она была бесспорным лидером в этой области.