Племорфы не преклоняются

Глава 1. Родня

— Я приёмная?

В голове Ясении всплыло множество колючих воспоминаний наложившихся друг на друга. Как её старшая сестра постоянно шутила на эту тему...

— Так Иля не шутила?...

Родители — приёмные родители — переглянулись.

— Она не знает, — мама сложила руки в замок.

— Никто не знает, — с суровой ноткой добавил папа.

Значило ли это, что это строгая тайна, о которой никому нельзя говорить? Подумала Яся, но сейчас неудобно было размышлять о том и сём. Расшифровать можно будет и позже.

— Понятно...

Она не знала, что сказать. Мозг генерировал сплошные шутки и контр-приколы на возможные реплики Или. Следующим шагом стал анализ: «так вот почему у меня единственной в семье скучные серо-русые волосы», «нужно было раньше догадаться, столько улик же было!», «но зелёные глаза, вроде, были у тётушки с маминой линии... но у неё совсем другой оттенок», «Иля как-то говорила, что со мной нет фото из роддома, а с ней есть...».

— Не хочешь спросить о своих настоящих родителях? — прозвучал голос мамы с едва заметной дрожью.

Яся прекрасно знала, что нужно отвечать в таких ситуациях. Не то чтобы она частенько в них попадала, но... Натренированная интуиция всегда безошибочно подсказывала варианты ответов. То, что от неё хотят услышать. А что полагается делать хорошей дочери? Идти по сценарию родителей, конечно.

— Вы мои настоящие, вы же меня вырастили и воспитали, — улыбка появилась сама собой на миловидном лице.

Мама ответила похожей с заметным облегчением. Папа же кивнул.

— Но всё-таки... Тебе разве не интересно?

— Они же меня бросили. Зачем мне узнавать их? — почти равнодушно бросила Яся.

На самом деле расспросить хотелось, но... Автоматические ответы уже привели в тупик. Оставалось лишь придерживаться заданной позиции.

— Если захочешь узнать... — начала мама.

— Да что ты ребёнка грузишь-то своими волнениями, — оборвал её папа. — Ей нужно время осмыслить эту новость.

Вот за это Яся была готова расцеловать папу. Но только в фантазиях. Прислать стикер с поцелуями — идеально.

— Да, в самом деле, — спохватилась мама. — Извини. Если будут вопросы, спрашивай.

— Только никому не рассказывай. В том числе и Иле.

— Конечно, — кивнула Яся.

Как в замедленной съёмке она встала со стула, отодвинув его. Неловкими шагами двинулась к арочному проходу из кухни, ожидая, что её остановят. Она не была уверена, что это являлось разрешением уйти.

Её не остановили.

Зайдя в свою комнату и прикрыв дверь, Яся облокотилась спиной на неё и глубоко вздохнула.

Одна новость оглушительнее другой.

Сначала академия, теперь это. Страшно представить, что будет дальше. Иля окажется королевой соседней страны?

Взгляд Яси упал на кровать.

– Русь, ты не представляешь... – и снова вздохнула. Прервала сама себя, вспомнив, что её могут услышать родители. Лучше воздержаться от размышлений вслух.

Яся подошла, присела рядом с глубоко спящим котом. Пушистая белая шерсть примагнитила руку.

Гладь-гладь.

Мягко и хорошо.

Вот бы родители куда-то ушли. Хотелось проговорить всё вслух. Не только Русе, но и Зоре голосовое сообщение записать. А лучше уйти к ней... Это идея! Которая идеально ложится на желание убежать подальше от вездесуще-призрачного присутствия родителей.

Приёмных. Да. Но не так ведь важно?

Наскоро собрала рюкзак и двинулась к выходу. Никаких вопросов не последовало. Взгляд скользнул к спящей на лежанке кверху брюхом Весе — чёрной собаке с белым пятном в виде сердца на груди.

Едва Яся ступила в прихожую, как Веся вскочила и ещё ничего не соображая ринулась к хозяйке.

— Хорошо-хорошо, пойдём вместе, — улыбнулась Яся, погладив и Веселинку.

Свежий воздух, пропитанный запахами травы, встретил обманчивым ощущением свободы. Веся же, не задумываясь о таких вещах, пулей улетела обнюхивать знакомые окрестности. Яся почти никогда не выходила из дома с поводком. Зачем? Все в округе свои, никто собак не боится. К тому же, Веся идеально воспитана. Только свистни — тут же прилетит обратно. Производит она, конечно, совершенно противоположное впечатление, но все уже привыкли.

Путь до дома Зори в приятной компании занял пару минут. Мысли на это время отступили, позволив просто следить за мельтешением пушистого чёрного пятна.

Поздоровавшись с парой соседей, Яся увидела близкий сердцу дом из-за поворота. Жёлтый кирпич, низкий забор, заросший газон. Привычная глазу картина умиротворяла.

Яся поднялась на крыльцо, оглянулась на Весю, которая с крутящимся хвостом уже подлетела к хозяйке.

— Жди.

Получив в ответ подтверждающее «Вяфь!», Яся повернулась к деревянной двери.

Тук-тук и зашла внутрь.

Здесь пахло чем-то уютно-неправильным. Смесью свежемолотого кофе и пыльных гербариев, которые мама Зори вечно раскладывала на подоконниках. Безопасное место. Яся знала здесь каждый скрип половицы и каждый поворот.

Она миновала кухню, мельком отметив недопитые чашки чая и кофе на столе. Услышав приглушённое перегавкивание Веселинки с другой собакой где-то во дворе, Яся поднялась на второй этаж. Там её встретила приоткрытая дверь в комнату Зори. Сама же хозяйка обнаружилась на кровати в позе морского узла. В любимых огромных наушниках, с планшетом в руках и отрешённым от реального мира взглядом.

Яся сделала шаг вперёд, рот открылся сам собой. Кончик языка уже собирался вытолкнуть главную новость: «Зорь, я приёмная! Иля не шутила, хотя она не знает...» и не должна знать. Всплыли взгляды родителей с «...никому. В том числе и Иле».

Закрыв рот, Яся сглотнула свою фразу, и та провалилась в желудок холодным комом.

— Зорь, — подойдя, она легонько коснулась плеча подруги.

Та подпрыгнула так, будто её пронзило разрядом тока, сорвала наушники и, не дав Ясе вставить и слова, начала:

— Ясенька! Ты живая! Я со вчера караулила твой онлайн, ты куда пропала-то? Ты понимаешь, что теперь ты прямо-таки элита?

Яся села рядом, Зоря тут же придвинулась с планшетом поближе.

— Смотри, — на экране горел смутно знакомый форум с мрачным логотипом. — Я тут почитала «подслушано»... Это же академия Кроицкого, да? Вообще они называются ведариумами, но я так и не поняла, чем это отличается. В общем, гляди, что тут пишут, — она начала активно перемещаться между вкладками в поисках нужных.

Яся чуть улыбнулась, слушая то, как подруга зачитывала разные сплетни. Слишком уж плотный поток слов, в котором идеально раствориться, чтобы забыть обо всём.

— А помнишь, как мы тоже самое делали, когда Иля поступила? — Яся с ностальгией осознала, почему этот форум ей так знаком. Дизайн, вроде, немного поменялся, но по сути остался таким же.

— Да? — отвлеклась Зоря, на секунду задумавшись. — А, точно! Там ещё пугали каким-то преподом. Сплошные страшилки и конспирология была. Каждый второй пост о нём, — она посмотрела на новостную ленту. — Интересно, куда он делся? Не так много времени прошло.

— Три-четыре года. Стал нормальным или уволился.

— Ну и фиг с ним. Если встретишь — расскажешь!

— Обязательно.

— О, а тут в каждом пятом посте обсуждают гения-магистратора. Магистра типа? Ну короче, ему только девятнадцать, а он уже на третьей ступени, прикинь? — переключилась подруга на следующую тему. — Тут пишут про...

— Зорь, а если я не хочу там учиться?

Чуть не выронив планшет, она посмотрела на Ясю расширившимися глазами.

— Чего?

— Давно известно, что я унум. И родители... — с языка чуть не сорвалось «сказали, что я приёмная, и получается, даже не унум, а просто человек». — ...пытались объяснить администрации, что это ошибка.

— Я помню, — Зоря отложила планшет в сторону. — Но им же сказали, что ошибки нет.

— Осмотры всегда показывали одно и тоже. В последнем не было никаких... Отклонений в сторону намёков на ведовское, — Яся опустила взгляд на свои руки.

— Но ты ж не специалист, как и твои родители, — почти беззаботно отметила Зоря, хлопнув подругу по плечу. — Да даже врачи не специалисты. А вот те, кто сидят в академии, — она показала пальцем наверх, — действительно разбираются. И в твоём этом они увидели что-то, значит что-то есть.

— Просто это глупо, — Яся подняла взгляд на Зорю. — Идти туда, где мне очевидно не место. Пропаду там на два года, если продержусь. А что потом? Придётся вернуться и как-то снова встраиваться в обычную жизнь. Зачем мне терять эти два года? Я же уже почти решила поступать в следующем, а в этом готовиться.

— Слушай, это да, аргумент, НО. Ты не понимаешь? Во-первых, это нереальный опыт и офигеть какие связи! Даже на первой ступени. Во-вторых, почему два года? Если они ошиблись, то ты уйдёшь раньше. Если не ошиблись, то почему думаешь, что вернёшься в обычную жизнь? А если тебе понравится быть ведой? — Зоря махнула рукой. — Мила бы сказала: не загадывай так далеко, слишком много вариантов развития событий. Ты боишься неизвестности, это нормально. Но это не значит, что нужно прятаться от всех возможностей.

— Наверное, ты права.

Ясения и сама понимала очевидность. Но чтобы перестать бояться неизвестности, нужно хотя бы понять... А кто я? Вопрос зрел в голове где-то на фоне. Родители не обозначали это никак. Приёмная. Просто приёмная. Но кто? Человек, унум или веда? Зоре этого не рассказать. Даже с Илей не поделиться. В теории Яся решилась бы рассказать Миле, но... она слишком далеко. Такое не хотелось писать в мессенджере или говорить по звонку. Сообщения родители могут увидеть. Да и не только они, а кто угодно другой при взломе или... Много вариантов крутилось в мыслях, и все они вели к одному — пока лучше молчать.

Подруги ещё два или три часа болтали о всякой ерунде. Зоря вернулась к сплетням, показывала смешные посты, строила теории о том, каким окажется гений-магистратор («льдышка в очках»). Затем полистала мемы, заставила посмотреть то, что Яся пропустила со вчерашнего дня. А дальше пошли обсуждения планов на оставшуюся неделю лета и начало учёбы.

Зоря, в отличие от Яси, поступила сразу же после окончания школы. На журналистику в колледже, что находился в ближайшем городе. Два часа туда и обратно. Прошлый год Зоря выдержала такой темп, но в этом склонилась к тому, чтобы заселиться в общежитие и домой приезжать не каждый день.

— Ещё одно «за» — тебя тут не будет! — отметила она последний аргумент.

— Я ещё в том году говорила, что общежитие — лучший вариант, — отметила Яся.

Вот и решено.

Ясения — в академический ведариум имени Всеслава Кроицкого, а Зоряна — в общежитие при колледже.

После обеда подруги засели за просмотр новых серий любимого шоу Зори. Яся смеялась в нужных местах, активно комментировала, а внутри зрела потребность задать один конкретный вопрос родителям.

Таким образом время незаметно пролетело до вечера. Лучше бы уйти до возвращения родителей Зори, иначе того глядишь и на ночёвку остаться придётся.

Зоря проводила подругу до калитки. Веся, заснувшая на лежанке в беседке, уловила движения и догнала хозяйку.

— Ясь, — окликнула Зоря. — Ты сильно не парься. Что бы там ни было, ты точно справишься.

Ясения обернулась, не сдержав тёплой улыбки:

— Обязательно. Спасибо.

Попрощавшись с Зорькой, Яся пошла к своему дому. Воодушевлённая прогулкой Веся трусила впереди.

Дома пахло жареным луком и чем-то томящимся в духовке. Веся, едва переступив порог, рванула к своей миске с водой. Яся скинула рюкзак в прихожей и прошла вслед за ней на кухню.

Папа сидел за столом с ноутбуком, смотря в экран поверх очков. Мама у плиты помешивала что-то в сковороде, время от времени поглядывая на таймер духовки.

— Как там Зоря? — не оборачиваясь, спросила мама.

— Нормально, всё-таки решилась переехать в общагу.

— Ну и правильно, — кинул папа, не отрываясь от ноутбука. — Два часа в одну сторону не жизнь.

Ясения остановилась у стола. Сердце заколотилось где-то в горле, но голос прозвучал спокойно:

— У меня есть один вопрос. Я человек или унум?

Спрашивать про веду было бы глупо, учитывая реакцию родителей на зачисление в академию.

Папа перевёл взгляд на дочь. Мама обернулась, ложка застыла в руке.

Пару секунд тишины показались целой вечностью.

— Садись, — с этими словами папа закрыл ноутбук.

Яся присела на край стула напротив него. Мама убавила газ на плите и подошла ближе, но осталась стоять, облокотившись на спинку соседнего стула.

— Мы думали, что человек, — начала мама, кинув взгляд на мужа. — Все осмотры это подтверждали. Из года в год.

— Тогда почему по документам я унум?

Ответ предсказуем, но спросить стало необходимостью.

— Потому что официально ты наша родная дочь, — папа снял очки и потёр переносицу. — Мы унумы, значит ты тоже.

— Мы испугались, — призналась мама, сжав спинку стула. — Что тебя взяли в академию из-за Или. Что им нужна вторая она. Но ты... Ясенька, мы считали тебя человеком, — её голос дрогнул. — А значит тебе опасно там находиться.

— За Гранью, — уточнил папа. — Ты же знаешь. Истончение реальности, концентрация племоры и стихий... Для обычного человека это всё равно что радиация.

Яся без напоминаний прекрасно помнила. И тут же осознала.

Беловестье. Все эти годы они находили предлоги, почему ей нельзя с ними. «Слишком долгая дорога, тебя будет тошнить», «у тебя контрольная в понедельник, лучше подготовься к ней», «в следующий раз обязательно». На самом деле просто боялись. Не из вредности, как всегда казалось Ясе, а из страха за её жизнь.

— Но они не могли ошибиться? — спросила она, смотря то на папу, то на маму. — В том, что я веда. Они же специалисты?

— Могли, — жёстко сказал папа. — Никогда не стоит исключать человеческий фактор и мотивацию преследования своих целей. Им нужны цифры, результаты, красивая статистика, чтобы оставаться в топе лучших ведариумов всего мира. Они увидели Илю и решили, что у тебя высоки шансы повторить её успех.

— Мы пытались объяснить, что ты не Иля. И одна веда в семье унумов не значит, что всё поколение вдруг стало ведами. Но нам сказали, что решение окончательное. Ошибки нет, данные не врут, — мама отвела взгляд, цитируя слова администрации. — Ясенька, мы не знаем, что они могли там увидеть. Или, возможно, действительно просто придумали. Но если ты пойдёшь туда...

Не зная, как закончить, мама замолчала. Ясения же опустила взгляд на свои руки. Никаких искр, никакой магии. Ничего.

— А если самим отказаться?

— Нельзя, — папа покачал головой. — Отказ возможен только по серьёзным медицинским показаниям. Или если вед докажет полную неспособность к обучению, но это... Узнается в процессе обучения. Всё там слишком замудрёно и никаких лазеек для нас.

— Понятно.

Такого ответа Яся и ожидала. Внутренне она пыталась смириться со своей новой судьбой. Одна её часть мысленно уже порхала на территории неизведанной академии, которую она видела только по фотографиям из интернета и соцсетей Или. А другая её часть корнями вросла в стул, не собираясь никуда сдвигаться с насиженного места.

— Ясь, ты как? — нарушил тишину папа, чуть наклоняясь к дочери.

— Да ничего. Пытаюсь... Принять реальность, — слабо улыбнулась она.

— Всё будет хорошо. Если тебе станет там плохо, всё закончится, не успев начаться.

— Мы ещё в суд на них подадим, — с непоколебимой твёрдостью заявил папа. — Как такие специалисты могли пропустить унума на опасную территорию.

Но унумы спокойно находятся на территориях за Маревом — за Гранью, то бишь.

— Точно, — поддержала его мама и посмотрела на Ясю. — Ужинать будешь?

Она согласилась. Сходила в комнату, отнесла рюкзак и, переодевшись, вернулась на кухню.

За ужином говорили о всяких мелочах. Никто не упоминал ни академию, ни проихождение Яси. Мама посолила салат два раза, не заметив. Папа постоянно отвлекался на телефон, хотя обычно убирал его со стола. А так всё было как раньше и будет ещё неделю.

После ужина Яся вернулась в свою комнату, подхватив по дороге ничего не подозревающего Руся. Он недовольно мявкнул, но вырываться не стал.

Поставив кота на кровать, сама Яся упала лицом в подушку. Русь устроился рядом, тяжело вздохнув.

Мысли хаотично крутились вокруг одних и тех же тем. Академия. Переезд. Родители... Как они тут без неё? Родители-то справятся, а как же соседи? Кто будет забегать к бабе Цвете? Ухаживать за домом Петровых — они только через месяц вернутся. Тётя Тася ещё не поправилась, кто будет бегать ей за продуктами, кормить её животинку и поливать грядки?

В таком темпе Яся мысленно перебрала всех, пробежавшись по своему каждодневному расписанию.

Справятся. Как-нибудь справятся. Найдут для помощи кого-то ещё. Всё будет нормально. Мир не развалится из-за её отъезда.

Осталось повторить это пару сотен раз, чтобы поверить.

Телефон завибрировал, вырывая из вихря мыслей. Что-то важное, ведь на остальном беззвучный режим стоял ещё с позавчерашнего вечера. Яся потянулась к нему, ожидая, что это сообщение от родителей с просьбой помыть посуду, Весю или что-то в этом роде. На экране высветилось другое имя — Иля.

«Привет, Сенька! Завтра приезжаю, решила провести остаток каникул с роднёй. Подготовь там комнату, бельё... И можешь глянуть, не помню, я там оставляла хоть какую-то пижаму?»

Взгляд Яси задержался на слове «роднёй», несколько раз просканировал его.

Родня.

Иля ничего не знает. Ни про академию, ни про то, что Яся ей не родня.

Завтра всё изменится, и вряд ли в лучшую сторону.

С тяжёлым сердцем Ясения пошла выполнять просьбу сестры.

Глава 2. Всё будет хорошо

«Росинина Ясения Лемировна зачислена в Академический ведариум имени Всеслава Кроицкого, городской округ Беловестье.»

Проснувшись, Ясения первым делом наткнулась на эту злополучную бумажку. Перечитала раз сто.

Фамилия, имя, отчество — всё вдруг стало чужим.

Какая была бы фамилия? Кто дал имя? Настоящие... Биологические родители или фактические? Хотелось побежать и спросить, но после её же заявлений это сродни предательству. За язык никто не тянул.

— Ваф!

Яся вздрогнула, обернувшись к двери. Веся почувствовала, что хозяйка встала, и пришла требовать своё.

Пришлось открыть дверь, обгладить со всех боков и спуститься на кухню под радостное виляние хвоста.

Родителей уже не было — ни свет ни заря уехали встречать Илю. А отвозить им придётся уже обеих дочерей.

Покормила Весю, обновила миски с водой. Машинально начала прибираться, протирая пыль и перекладывая вещи с места на место. Вязкие мысли затягивали, но спустя час им пришлось отступить.

Родители вернулись с Илей. Мама тут же встала за плиту, папа сел рядом за ноутбук со словами «работа не ждёт». Яся ушла наверх помогать сестре разбирать вещи. Приехала всего на неделю, а вещей как будто на год.

Иля по-хозяйски расположилась на кровати, которую с вечера Яся застелила свежей простынёй. Доставала вещи из первого чемодана и по мере нужды передавала сестре с указаниями:

— Вот с этой аккуратнее, Сень! Это не просто кофта, это ткань с пропиткой от морте. Ты не представляешь, чего мне стоило её достать. Вон на ту полку.

Яся бережно взяла столь драгоценную вещь и пошла к шкафу, не удержавшись от комментария:

— Пару тысяч рублей и стояние в очереди с четырёх утра?

— Ох, ничего ты не знаешь, непра. Такую нельзя купить. Можно только отдать на специальную процедуру. А провести её могут... Ну, всего пара человек, которые не заинтересованы в моде и в принципе не видят смысла в таких пропитках, — Иля достала уже следующую вещь и передала сестре. — Эти к брюкам.

— То есть ты уговорила какого-то серьёзного спеца на бессмысленное для него действие?

— Ага, именно, — торжественно подметила Иля, кладя косметичку на колени. — И не кого-нибудь, а льдышку-гения, — с особой гордостью сообщила она. — Он ещё и помощник профессора Севира. Ну, в общем, очень крутой. Уговорить его — миссия невыполнима.

— Я поняла.

Руки Яси действовали сами по указаниям сестры, а в голове начал прокручиваться счётчик: если не заговорит сейчас, то три... два... один.

— А родители не рассказывали тебе про письмо? — тон спокойный, ничего не предвещает.

Иля на секунду замерла, не донеся до губ тюбик с гигиенической помадой.

— Какое письмо? Опять налоги подняли? Или снова папа штраф за превышение скорости словил?

Яся выпрямилась, разложив футболки по местам, и обернулась к сестре.

— Нет. Мне пришёл... Пришло официальное уведомление о зачислении в ведариум Кроицкого, — она замолчала, наблюдая, как эмоции сменяются на лице сестры.

Недоумение, скепсис и, наконец, звонкий смешок.

— Смешная шутка, Сень. Оценила. От Зорьки нахваталась? — мазнула помадой по губам, закинула её в косметичку.

— Не шутка. Письмо у меня в комнате лежит на столе. Показать?

— Погоди-ка, — чуть нахмурилась. — Сень, ну я же не идиотка. Чтобы попасть в ведариум, нужно иметь хороший уровень резонанса. А у тебя... Ну, ты знаешь, — она абстрактно обвела рукой. — Тишь да гладь. Эталонный унум прямо по учебнику.

— Да. Поэтому... — «и не только поэтому, но это нельзя говорить.» — ...родители ездили в администрацию, пытались оспорить. Им сказали, что ошибки нет.

Иля резко поднялась, косметичка упала на пол, но осталась незамеченной. Перешагнув через неё, сестра потребовала:

— Показывай.

Пара шагов — и они в комнате Ясении. Она осталась на пороге, указав на стол. Взгляд зацепился за пушистый белый комок на стуле. Иля машинально погладила кота. Вот вернётся Веся с прогулки, она так просто не отделается. Без труда найдя нужный документ, Иля взяла его в руки и начала читать. Несколько раз повертела, осмотрела со всех сторон, потом тоже самое проделала и с лежавшим там же конвертом.

— Всё настоящее. Не подделка, — вынесла она вердикт, переводя взгляд на младшую сестру.

— Я знаю.

Как будто на экспертизу отдала, мысленно фыркнула Ясения, не отводя глаз от Или. Она молчала, и в комнате повисла та самая тишина, в которой чувствовалось каждое движение воздуха. Старшая сестра смотрела на младшую так, будто видела впервые. Или как смотрят на внезапно заговоривший фикус, который к тому же объявил, что он теперь балерина.

— Кроицкого... — Иля выдохнула фамилию с благоговением и мотнула головой, натягивая на себя маску превосходства. — Сень, ты хоть понимаешь, как это серьёзно? Это не просто какой-то ведариум, это Кроя. Да вообще ни в какой не берут за красивые глаза или с благородным «ну давайте дадим этой унумке шанс».

— Я тут не при чём.

Яся не знала, что ещё ответить. Всё это общеизвестные факты, и что теперь?

Иля вернула письмо на стол. Её рука снова скользнула по пушистой шёрстке, Грустинка даже усом не повёл.

— А родители образцовые партизаны у нас, — усмехнулась Иля, смотря на кота. — Мама всё про запеканку трындела, а папа в навигатор уткнулся.

— Они напуганы. Думают, что это ошибка. Что меня, видимо, взяли прицепом к тебе.

Как же хотелось поделиться тревогами! «Иль, я не родная вам. Скорее всего, я просто человек, которого пришибёт радиационными излучениями вашей ведовской магии...», но приходилось прикусывать язык. На ходу заставлять себя вспоминать другие аргументы.

— Прицепом? Ко мне? — Иля рассмеялась. — Бред, — она подошла к сестре. — Пойдём, — они вышли из комнаты Яси и вернулись к ней. — Никто не будет зачислять по такому принципу. Если тебя приняли, значит, кто-то в комиссии либо выжил из ума, либо... — Иля прикрыла дверь и приглушённым тоном продолжила. — Либо увидел в твоём анамнезе что-то такое, чего не способны увидеть другие.

Яся почувствовала, как по спине пробежал неприятный и липкий холодок. Пазл не складывался.

— И что мне делать? — Яся смотрела на сестру, надеясь на очередную подколку, которая вернёт мир в привычное русло.

— Что делать? — но её взгляд оставался серьёзным. — Сень, ну а что ещё? Принимать судьбу и там увидим, в чём же причина на самом деле.

Иля вернулась к кровати, подобрала косметичку, начала перебирать её, осматривая на целостность её содержимое. Яся села рядом в ожидании новых указаний. В голове снова начал чесаться желание объявить и следующую новость. Иля умеет хранить секреты не хуже родителей. Возможно, это семейное?

Яся начала отсчёт: если ничего не произойдёт, то три... два...

— Яся!!! — послышалось с кухни. Мамин голос. А дальше неразборчиво.

Иля отвлеклась, глянув на младшую сестру:

— Тебя мама зовёт, кстати.

— Слышу. Я быстро. Наверное.

Иля кивнула. Ясения спустилась к маме на кухню, но пояснения не требовались. Ещё на лестнице они услышала характерное поскуливание и перебирание лапок по паркету. Впущенная, видимо, мамой Веся крутилась в прихожей, обнюхивая обувь Иллиры. Хвост тем временем набирал скорость оборотов.