Ритмы Арье-Грауберга. остросюжетный детектив с элементами мистики и фантастики

© Кристина Линси, 2016

ISBN 978-5-4474-7547-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Марк считал себя непризнанным гением. Это не имело ничего общего с манией величия. Он, действительно, обладал редким талантом. Марк изобретал аппараты, действующие на мозг. Но он не мог реализовать свои идеи без посторонней помощи. У Марка не было денег на создание и испытание изобретений. Спонсоры соглашались предоставить все необходимое, но только с одним условием – в случае успешного завершения экспериментов патент получат они, а изобретателю выплатят небольшую компенсацию. Марк соглашался, не торгуясь. Науку он ценил больше денег. Марку нравилось чувствовать себя творцом, и он не переживал по поводу того, что другие люди присваивают его идеи, используя их в целях наживы. Марк гордился тем, что все его изобретения внедрены в жизнь и приносят пользу. Лучшим своим творением он считал прибор, устраняющий агрессивность у хищных зверей. Не каждый дрессировщик мог позволить себе такую роскошь. Аппараты стоили очень дорого. Но покупатели были довольны. Всего за две минуты злобный враг превращался в спокойного, ласкового друга.

Обычно Марк сам находил спонсоров. Он знал, как заинтересовать обеспеченных, жадных людей. Но однажды потенциальный спонсор сам явился к нему, заранее договорившись о встрече. Выглядел гость несолидно – молодой, в модных, рваных джинсах и яркой, пестрой, нелепой футболке. Его лицо – смуглое, с греческим профилем, тоже не внушало доверие. А синевато-черные, блестящие и вьющиеся волосы, наводили на мысль о цыганском происхождении. Представился он как Игорь Романов. Более абсурдное сочетание трудно придумать! Имя княжеское, фамилия – царская, лицо – иноземное. Но Марк воздержался от комментариев. Ему приходилось иметь дело и с более странными людьми.

– Чем могу быть полезен? – вежливо поинтересовался Марк.

– Меня интересуют опыты на человеческом мозге, – Игорь произнес это так тихо, словно боялся, что их подслушивают.

– Если Вы имеете в виду аппарат, блокирующий болевые импульсы, то патент и все права на него принадлежат директору частной клиники «Нейро Медиа», – ответил Марк.

– Я хочу не лечить людей, а подчинять их своей воле, – пояснил Романов.

«Он мечтает о власти», – предположил Марк, но не стал озвучивать свою гипотезу.

– Извините, не понял! – пробормотал он с недовольным видом.

– Попытаюсь объяснить более доступно. Например, мне нужно срочно заключить выгодную сделку. Я хочу купить квартиру в престижном районе по низкой цене, а хозяин мечтает продать ее баснословно дорого. Незаметное включение миниатюрного аппарата решает спор в мою пользу.

– Идея ясна, – отозвался Марк. – Но если бы я создал такой прибор, то использовал его более разумно.

– Каким образом? – Игорь заинтригованно посмотрел на собеседника.

– Мне нравятся юные красавицы. А они игнорируют меня, потому что я не богат, не привлекателен внешне и не молод. Чудесный аппарат мог бы заставить любую девушку влюбиться в меня с первого взгляда.

– Любовь нельзя получить синтетическим путем! – возразил Романов.

– Для науки нет ничего невозможного! – усмехнулся Марк.

– У Вас это не получится! Готов спорить на что угодно! – подзадоривал гения Игорь.

– Вызов принят! Проигравший угостит победителя коньяком, – ответил Марк.

– Коньяк мне не помешает! – рассмеялся Романов.

В тот же день Марк начал работать над новым проектом. Игорь Романов спонсировал его, не скупясь на расходы.

Создав аппарат, Марк стал испытывать его на агрессивных собаках. Эффект был потрясающий! Злобные звери становились дружелюбными и послушными.

– Это мошенничество! – заявил Игорь. – Такой метод уже существует! Вы не изобрели новый прибор, а лишь усовершенствовали тот, которым пользуются дрессировщики.

– Верно. Я взял за основу одну из своих прежних идей, – согласился Марк. – Только эксперимент еще не закончен. Аппарат надо испытать на людях.

– Подопытные экземпляры я выберу сам! – объявил Романов, недоверчиво глядя на изобретателя.

Марк не стал возражать, хотя заподозрил подвох. Он не ошибся.

Игорь Романов привел в лабораторию старого, уродливого, вонючего бомжа и прелестную девушку – не продажную путану, а наивную студентку-первокурсницу. Бомжу Романов пообещал денежное вознаграждение за участие в научном эксперименте, а студентке соврал что-то о кастинге и съемках фильма.

Девушка брезгливо смотрела на бомжа и прикладывала к носику изящный тонкий платочек, пропитанный дорогими духами. Бомж не обращал внимания на студентку. Ему отводилась главная роль. Он должен был включить прибор и вызвать у девушки сильное чувство. Марк начал сомневаться в успехе. Студентка вряд ли полюбит бомжа. Ее отвращение блокирует импульсы. Если бы Марк мог знать заранее, что спонсор окажется таким подлым, то отказался бы от эксперимента. А теперь отступать было поздно.

Бомж точно выполнил все инструкции. Он вовремя нажал нужную кнопку. Но что-то пошло не так. Студентка внезапно исчезла. Бомж остался на прежнем месте. Марк смотрел и не верил глазам. Игорь тоже опешил.

– Где девушка?! – изумленно пробормотал Романов.

– Сбежала, – предположил бомж.

– Позвони ей! – посоветовал Марк.

Игорь звонил долго и безуспешно. Абонент был вне зоны действия сети.

– Какой коньяк ты предпочитаешь? – спросил Марк у спонсора.

– Иди ты… со своим коньяком! – крикнул Романов.

Злость спонсора порадовала изобретателя. Хотя девушку было жалко. Марк не знал, что с ней случилось.

– А как же я? – напомнил о себе бомж.

Игорь дал ему пятисотенную купюру и велел хранить тайну. Бомж поблагодарил благодетеля и поспешил удалиться.

Романов хотел закурить, но руки дрожали. Смятая сигарета упала на пол.

– Что ты натворил?! Куда делась студентка?!

– Причем здесь я? – искренне удивился Марк. – Ты сам нашел испытуемых и лично доставил их в лабораторию.

– Наглый обманщик! – в темных глазах спонсора полыхал гнев. – Ты провел другой эксперимент! Девушка распалась на атомы или молекулы!

– Не надо мне льстить! – усмехнулся Марк. – Если бы я хотел создать новое, уникальное оружие, то честно бы признался в этом и нашел бы других спонсоров, влиятельных и солидных.

Раздался телефонный звонок.

– Нашлась! – радостно завопил Игорь и включил громкую связь.

– Помогите! – донесся рыдающий голос.

– Где ты?! – встревожено, спросил Романов.

– На Ярославском вокзале.

– А как там оказалась?

– Не знаю! Не помню! Мне страшно!

– Отправляйся в зал ожидания и никуда не уходи! Я уже выезжаю!

Игорь умчался. Марк стал размышлять о случившемся, но не сумел объяснить логически странное перемещение девушки.

Романов вернулся вместе со студенткой. Пользы от них обоих было мало. Игорь нервничал и постоянно курил. Девушка не могла вразумительно рассказать о своих приключениях. Она лишь плакала и говорила, что ее преследовали жуткие статуи, похожие на манекенов.

На следующий день эксперимент повторили с другими испытуемыми. Мужчина и женщина, среднего возраста, с неприметной внешностью, не среагировали на включение прибора.

Опыты продолжили, но ничего не менялось. Возраст, внешность, социальное положение, пол, интеллект, национальность не имели никакого значения. Аппарат не действовал на испытуемых. Закончилось все тем, что спонсор разочаровался в изобретателе и перестал с ним общаться.

Марк был удручен. Он больше не считал себя гением. Но загадочная история не давала ему покоя. У каждой тайны должна быть разгадка. Не найдя ответ в интернете, Марк отправился в научную библиотеку и просмотрел массу литературы, но не нашел то, что искал. С тех пор Марк потерял покой и утратил смысл жизни. Он похудел, потому что пропал аппетит, и плохо спал по ночам, так как снились кошмары. Марк видел испуганную девушку, бегущую к вокзалу, и толпу огромных белых статуй с ужасными лицами и чудовищными туловищами. Днем он старался забыть о тех снах, бесцельно бродя по городу. Во время одной из таких прогулок Марк случайно попал в букинистический магазин. Его внимание привлекла толстая черная книга в потрепанном кожаном переплете. Автор – Альберт Грауберг. Марк никогда прежде не слышал о нем. Но название книги заинтересовало: «Резервы и возможности человеческого мозга». Марк открыл книгу и сразу увлекся ею. Время утратило смысл.

Громкий и резкий женский голос вернул Марка в действительность.

– Мужчина! Я к Вам обращаюсь! Это магазин, а не библиотека!

– Извините, – пробормотал Марк.

– Будете покупать книгу? – раздраженно поинтересовалась кассир-продавец.

– Да! Конечно! Естественно! Обязательно!

Марк расплатился и вышел. Ему не терпелось продолжить чтение, но ехать домой он не хотел. Добравшись до ближайшего сквера, Марк сел на скамью. И вдруг он ощутил сильную, давяще-жгучую боль за грудиной. Любой нормальный человек на его месте обратился бы в «скорую». Марк позвонил бывшему спонсору.

– Приезжай, быстрее! У меня книга, которая не должна попасть к посторонним людям! В ней описан уникальный феномен. Я назвал его ритмами Арье-Грауберга.

Сообщив свои координаты, Марк отключил телефон. Он не желал слушать возражения и хотел сэкономить время.

Когда приехал Романов, Марк попытался объяснить ему кое-что очень важное. Игорь не слушал. Он испуганно смотрел на Марка и говорил кому-то по телефону о сердечном приступе.

Потом появились медики и начала собираться толпа. Марк передал ценную книгу Романову. Медики уложили пациента на носилки. Романов и какие-то незнакомые мужчины помогли медикам донести пациента до машины. Там Марку поставили систему и сняли кардиограмму. Игорь просил прощения, называя себя идиотом, а Марка гением. В глазах Романова стояли слезы. Только это не имело значения. Боль не уменьшалась, и стало трудно дышать.

– Книга… эксперимент… продолжи… найди…

Слова давались Марку с трудом. Медики велели ему молчать. Игорь умолял медиков спасти талантливого ученого, обещая оплатить любые расходы. А Марк понимал, что ему уже ничто не поможет.

Глава 1. Андрей. Неслучайная встреча

Закат полыхал разноцветными красками, отражаясь в море. Огненный диск наполовину скрылся за горизонтом. Прохладный воздух пах озоном, словно после дождя. Пальмы застыли в горделивом молчании.

Все как обычно. Фальшиво и противно до тошноты! Сейчас утро, а не вечер. Море изображено на картине, висящей на стене. Кондиционер, озонатор и увлажнитель воздуха работают безотказно и тихо. Пальмы тоже не настоящие. Здесь все искусственное. А снаружи, за пластиковым окном – жарко, пыльно, шумно и душно. Москвичи недовольны июнем. Отдыхающие спешат покинуть столицу. Андрей бы тоже уехал с удовольствием, но у него пока нет такой возможности. Отпуск начнется лишь через две недели.

– Можно?

Дверь приоткрылась. В кабинет заглянула Варвара Ивановна Бромова, эффектная пышнотелая брюнетка. «Это уже третий ее визит за последнюю неделю!» – раздраженно отметил Андрей, но попытался скрыть свои эмоции.

– Да. Заходите, пожалуйста! Рад видеть Вас!

Он почти не солгал. Его зарплата зависела от количества пациентов, а деньги никогда не бывают лишними.

– Доктор, я хочу лично поблагодарить Вас за чуткое отношение и грамотное лечение!

Варвара Ивановна вручила Андрею коньяк. Почему все пациенты уверены в том, что врачи обожают спиртное?! Андрея не привлекал коньяк, особенно в такую жару. Он любил лимонад и мороженое. Если бы Бромова узнала об этом, то была бы шокирована.

– Спасибо! – отозвался Андрей.

С выгодными клиентами он всегда был вежлив. Пусть Варвара Ивановна думает, что Андрей доволен подарком. А коньяк можно отдать главному врачу.

Бромова не торопилась покидать кабинет.

– В субботу на моей загородной даче состоится поэтический вечер. Надеюсь увидеть Вас среди гостей!

Поэзия Андрею нравилась, но ехать к Варваре Ивановне не хотелось.

– К сожалению, не могу. У меня дежурство в клинике, – тактично отказался Андрей.

В июне у него не было дежурств. Бромова не знала об этом. Она поверила и огорчилась.

В дверь постучали. Борис Львович Шнеклер явился в точно назначенное время и не замедлил напомнить о себе. Прежде этот нудный старик раздражал Андрея. Но теперь он даже вызвал симпатию тем, что помог избавиться от Варвары Ивановны.

После беседы с Борисом Львовичем отдохнуть не удалось. Пришла Зинаида Григорьевна Рюмкина, претензионная дама в ярко-рыжем парике. Свой возраст Зинаида Григорьевна пыталась скрыть и утверждала, что в паспорте опечатка.

– Я не выгляжу на семьдесят восемь лет! – заявила она.

– Верно, – согласился Андрей. Он предполагал, что Рюмкина гораздо старше.

– На меня засматриваются симпатичные юноши! – сообщила Зинаида Григорьевна.

Андрей поверил. Он тоже опешил, когда впервые увидел это ископаемое.

– И на здоровье я не жалуюсь! – продолжила Рюмкина.

– Зачем же Вы посещаете нашу клинику? – хмуро поинтересовался Андрей.

С этой вздорной особой он не желал общаться ни за какие деньги.

– У меня стресс, а это не болезнь, – пояснила Зинаида Григорьевна.

– Обратитесь к психотерапевту! – посоветовал Андрей и мысленно добавил: «А лучше к психиатру!».

– Я была у него. Странный мужчина! Он хихикал и заглядывал в мое декольте.

– Извращенец! – прокомментировал Андрей.

– Мне тоже так показалось. Ему уже за сорок, а он пытался ухаживать за мной и еще на что-то надеялся.

– На гонорар, – предположил Андрей.

Рюмкина расхохоталась.

Андрей выписал рецепт и подал пациентке.

– Что это? – сердито сдвинула брови Зинаида Григорьевна.

– Лекарство от стресса.

– Таблетки мне не нужны!

– Предпочитаете инъекции?

– Только в том случае, если их будете делать Вы! – пациентка кокетливо улыбнулась.

– Это обязанность медсестры, а я – врач, – напомнил Андрей.

– Давно мечтала иметь супруга-медика! – воскликнула Рюмкина и подмигнула Андрею.

Старческий маразм неизлечим. Но пациентку все же следует направить к психиатру. Пока Андрей размышлял над тем, как сделать это корректно, Зинаида Григорьевна удалилась, оставив свою визитку – ярко-розовую, с Амурами и сердечками, пронзенными стрелами.

Следующий пациент, Яков Петрович Бергман, огорчил Андрея. С Яковом Петровичем он познакомился еще до клиники, в то время, когда работал нейрохирургом. Бергман попал в ДТП. Его доставила «скорая» без сознания, с переломом основания черепа. Андрей прооперировал пациента. Яков Петрович больше не садился за руль. После травмы его периодически беспокоили головные боли и головокружения. Бергман наблюдался у невропатолога по месту жительства. Случайно узнав о том, что Андрей уволился из стационара и устроился в клинику, Яков Петрович стал навещать его. Он консультировался с Андреем и попутно взывал к его совести.

– Куда катится этот мир! – воскликнул Бергман, укоризненно глядя на Андрея. – Бездарные люди оперируют больных, повышая смертность, а талантливый нейрохирург работает в частной клинике невропатологом!

– Не тратьте время напрасно! Я не вернусь в стационар, – ответил Андрей.

– У Вас был конфликт с начальством или с коллегами? – поинтересовался Яков Петрович.

– Ваша гипотеза неверна. И не надо больше затрагивать эту тему.

Андрей не хотел объяснять Бергману причину увольнения по собственному желанию. Яков Петрович не понял бы его и, наверное, даже стал бы презирать. Он считает Андрея бескорыстным романтиком, мечтающим спасать людей. Когда-то Андрей, действительно, был таким. А потом осознал, что напрасно тратит лучшие годы на тех, которые недостойны жить. Основную часть пациентов составляли асоциальные личности – алкоголики, наркоманы, психиатрические больные, бомжи и преступники. Кроме того, работа оказалась тяжелая, а зарплата – минимальная. Если бы он остался в стационаре, то что бы ожидало его? Усталость, разочарование и нищета! Андрей не хотел такой жизни, поэтому охотно согласился на перемены к лучшему. В частную клинику его устроила Лидия Станиславовна Полонская, живущая в соседней квартире.

– Извините, я не хотел Вас обидеть! – сказал Яков Петрович и перевел взгляд на картину, висящую на стене. – А закат здесь неуместен, в нем ощущается что-то зловещее, безысходное.

Андрей снова не согласился с Бергманом. Картина ему нравилась. Она вписывалась в обстановку и напоминала о том, что скоро отпуск.

Яков Петрович попрощался и неторопливо удалился, настоятельно рекомендовав подумать о возвращении к прежней профессии.

Этот визит растревожил душу. Андрей уже сомневался в том, что поступил правильно. Работать нейрохирургом было трудно, невыгодно и не престижно. Зато он занимался настоящим, достойным делом и спасал людей. Неважно, что некоторые пациенты не нуждались в этом спасении. Он не бог. Ему положено не судить, а помогать. И не все больные были асоциальные. Среди них иногда попадались такие, как Бергман. Ради этих людей стоило работать в стационаре. Но Андрей выбрал другой, более легкий путь. Он развлекает богатых бездельников и получает за это щедрое вознаграждение. Бывший врач скоро утратит все навыки и превратится в шута – тупого, толстого, надменного и богатого! Пока он еще следит за собой, посещает тренажерный зал и бегает по утрам. Но это не то, что ему нужно! Когда он был нейрохирургом, то тренажеры и бег не требовались, и скучать не приходилось. Бессонница тоже не мучила, потому что сильно уставал. Тогда Андрей нервничал и мечтал о другой жизни. А теперь вдруг понял, что ошибся. Не стоило так резко менять свою жизнь! И Лидия Станиславовна советовала не бросать нейрохирургию, а совмещать стационар с частной клиникой. Сама она работала в неврологическом отделении обычной больницы, а в частной клинике появлялась два раза в неделю. Андрей собирался последовать ее примеру, но главный врач клиники уговорил работать только в частной медицине и на полторы ставки. Это означало, что придется трудиться по десять часов в день, с двумя выходными в неделю. Но труд оказался не тяжелым, а зарплата приятно порадовала. Новый доктор понравился пациенткам. Андрей понимал, что их привлекает не его профессионализм, а внешность. Хотя сам он не считал себя эффектным – рост средний, волосы русые, глаза серые, особых примет нет. Женщины утверждали, что он похож на Есенина. Андрею было приятно слышать такое сравнение. На прежней работе больные не говорили комплименты и не благодарили доктора, а ругали его. В этом и заключался парадокс. Нейрохирурга, бесплатно оказывающего помощь, пациенты не уважали. Зато врач частной клиники пользовался у них авторитетом. Только зачем думать об этом? С прежней жизнью покончено. Обратного пути нет. Сейчас у него все нормально. Но почему на душе так тяжело?!

Поток пациентов временно прекратился. Андрей хотел приготовить кофе. И вдруг зазвонил телефон.

– Добрый день, Андрей Евгеньевич! – вкрадчиво произнес Владимир Семенович Тошев, бывший начальник Андрея, заведующий нейрохирургическим отделением. – Как дела?

– Замечательно! – отозвался Андрей, пытаясь угадать, зачем он понадобился Тошеву.

– Не могу дозвониться до Полонской! – пожаловался Владимир Семенович.

– Лидия Станиславовна в отпуске, – сообщил Андрей.

– Я в курсе. Но почему она не отвечает?

– Понятия не имею. Если она Вам так срочно нужна…

– Нет! – прервал Тошев. – Мне нужен ты. По этому поводу я и хотел побеседовать с Полонской.

– Почему с ней, а не со мной? – не понял Андрей.

– Потому что ты слабохарактерный и не самостоятельный! – неожиданно рявкнул Владимир Семенович. – А Полонская плохо влияет на тебя! Хотя я тоже виноват! Не надо было тебя отпускать!

– Это правда?! Вы, действительно, так думаете?! – обрадовался Андрей.

Тошев учился вместе с Лидией Станиславовной в университете. Андрей дружил с ним, когда работал в нейрохирургии, хотя соблюдал субординацию. Заведующий был строгий, но справедливый. Мужчины его уважали, а женщины любили. Выглядел Владимир Семенович впечатляюще – красивый мускулистый шатен с большими, выразительными серо-зелеными глазами. Многие дамы мечтали о браке с ним. Но Тошев дорожил своей свободой. Если Владимир Семенович был в хорошем настроении, то обращался ко всем на «ты», а когда злился – переходил на официальный тон. После увольнения Андрея Тошев называл его по имени-отчеству.

– Да! Возвращайся! – подтвердил Владимир Семенович.

– На полставки, как совместитель? – осторожно уточнил Андрей.

– Издеваешься?!

– Нет. Я же уволился.

– Устроишься заново! Это не сложно.

– Опять собирать справки и ждать допуск!

– Если сегодня не подашь заявление о приеме, я тебя убью! – шутливо пригрозил Тошев.

Главный врач клиники, словно почуяв неладное, вбежал в кабинет. Андрей виновато взглянул на него и рассказал о разговоре с Владимиром Семеновичем.

– Лично я не рекомендую Вам покидать клинику! – заявил главный врач.

– Пока я не собираюсь это делать. Оформление займет не менее месяца.

– К этому времени Лидочка уже вернется и отговорит Вас от безумной затеи.

«Полонская согласится со мной», – подумал Андрей, но помолчал. Главный врач успокоился. А спустя два часа приехал Тошев и потребовал от Андрея заявление о приеме на работу в нейрохирургическое отделение. Получив желаемое, он посоветовал поторопиться с оформлением. «Хочет уладить все до возвращения Лидии Станиславовны», – понял Андрей.

С Полонскими Андрей познакомился в четырнадцать лет, когда они поселились в соседней квартире. Леонид Петрович – красивый, интеллигентный брюнет, был всегда занят. Он уезжал рано, возвращался поздно. Зато его супруга, Лидия Станиславовна, очаровательная голубоглазая блондинка, охотно общалась со всеми соседями и лечила бабушку Андрея, которая жаловалась на боли в позвоночнике.

Родителей Андрей не помнил. Бабушка говорила, что они давно умерли, но не желала ничего объяснять, а других родственников не было. Лидия Станиславовна помогала не только бабушке. Она поддерживала Андрея морально и давала советы в трудных ситуациях. Бабушка понимала не все. И с друзьями можно было поделиться лишь некоторыми секретами. Зато от Полонской у Андрея не было тайн. Андрей обращался к Лидии Станиславовне с любыми проблемами. Полонская легко и быстро решала их.

В медицинский университет Андрей поступил тоже из-за Лидии Станиславовны. Он хотел стать таким же замечательным врачом, как Полонская. Бабушка возражала и злилась, хотя прежде с ней не случалось такого. Она требовала выбрать другую профессию. Но Андрей отстоял свое мнение.

Когда Андрей окончил первый курс, бабушка умерла. Андрей понимал, что лекарства от старости нет, и все же переживал. Он остался один, но не стал одиноким. Лидия Станиславовна заменила ему мать, хотя была старше Андрея всего на восемь лет. Дочери Полонских, Лите, в то время исполнилось два года. Андрей воспринимал девочку как младшую сестру.

Сейчас Лита большая. Она уже перешла в четвертый класс. Андрей повзрослел и научился справляться самостоятельно со многими проблемами. Но Лидия Станиславовна по-прежнему опекает его. Андрея это не раздражает. Ему даже приятно.

Дверь распахнулась, и в кабинет ворвалась Бэла Абрамовна, старшая медсестра, сорокалетняя еврейка, похожая на китаянку.

– Андрей Евгеньевич, это правда? Вы увольняетесь?!

– Пока еще нет.

Андрею не хотелось обсуждать с ней эту тему. Но Бэла Абрамовна жаждала объяснений.

– Чем Вам не нравится в клинике?!

– Здесь превосходно, но скучно, – честно ответил Андрей.

– Вам надо создать семью! – заявила старшая медсестра.

– У меня нет невесты, – признался Андрей.

– Я знаю. Моя дочь Сара тоже свободна.

Андрей никогда не видел Сару, но не желал с ней знакомиться и, тем более, вступать в брак.

«Необходимо срочно избавиться от Бэлы Абрамовны!» – подумал Андрей.

И в тот же миг, словно по заказу, появился молодой темноволосый мужчина.

Бэла Абрамовна уважала всех пациентов, потому что они являлись источником дохода. Увидев нового посетителя, она приветливо улыбнулась и поспешила удалиться, чтобы не мешать доктору.

Посетитель выглядел необычно. Он был похож на грека и цыгана одновременно. А одет в черное. В такую жару!

– Это траур, – объяснил странный пациент. – Меня зовут Игорь, фамилия Романов. Психика у меня нормальная. Физически я тоже здоров.