Ритмы Арье-Грауберга. остросюжетный детектив с элементами мистики и фантастики
- -
- 100%
- +
Лита пожаловалась на слабость и головокружение. «Нельзя экономить на здоровье ребенка!» – упрекнула себя Лидия Станиславовна.
Внезапно зазвонил телефон.
– Где вы? – спросил Витя.
Лидия Станиславовна назвала координаты.
– Сейчас подъедет машина. Вас доставят в отель.
Милиционеры появились спустя пять минут и вежливо пригласили пассажиров в машину. Таксисты, удивленно наблюдавшие за ними, поспешили уехать.
Лита уснула сразу, как только оказалась на заднем сидении. Молоденький лейтенант осторожно взял девочку на руки и донес до номера. Он отказался от денег, сообщив, что Витя Мальцев – его друг.
Завтрак Лидия Станиславовна и Лита проспали. Они могли бы опоздать на автобус, если бы не администратор, которая громко постучала в дверь и объявила:
– Сегодня заключительный день! Не забудьте взять вещи!
Лита капризничала – не только потому, что не выспалась. Девочка обиделась на художника Кречетова и призрака-невидимку за то, что они не соизволили явиться.
– Даже попрощаться не пожелали! – ворчала Лита.
– Вероятно, они заняты важными делами, – ответила Лидия Станиславовна.
– Просто не захотели выходить из дома! – заявила девочка огорченно.
Погода испортилась. Небо хмурилось, ледяной ветер пронизывал насквозь, мелкий дождь чередовался со снегом. Лита мерзла даже в шерстяном свитере и демисезонной куртке.
– У нас запланирована прогулка по набережной и катание на катерах! – объявила экскурсовод.
– Выполняйте сами ваш план, а мы посмотрим на вас из автобуса! – отозвался один из туристов.
Остальные рассмеялись.
– Я посоветуюсь с начальством, – сказала экскурсовод.
Туристы начали возмущаться.
– Почему раньше нельзя было это сделать?!
– Прогноз погоды был известен заранее!
– Метеорологи обещали, что сегодня будет тепло и солнечно, – возразила экскурсовод.
Она созвонилась с начальством и изменила план. Туристы покатались по городу, посетили два храма, затем отправились на вокзал и получили багаж, который сдали заранее в камеры хранения в начале экскурсии. Остаток дня Лидия Станиславовна и Лита провели на вокзале, в комнате отдыха, под одеялами, перед телевизором.
В поезде они согрелись, хотя не рискнули снять теплые вещи. В вагоне было двадцать два градуса, но воздух казался прохладным и влажным.
Утром прибыли в Москву. В столице ярко светило солнце. Синее небо слепило глаза. Лита, игнорируя возражения матери, надела куртку и неохотно вышла наружу. Девочка недоуменно смотрела на людей, одетых по-летнему легко, и не хотела верить в то, что в Москве жара. Но, спустя три минуты, она сняла куртку, свитер и изъявила желание избавиться от джинсов. Лидия Станиславовна переодела дочку на вокзале, в туалете.
– Поедем в Александровский сад, к фонтанам! – попросила Лита.
– Сначала домой, – ответила Лидия Станиславовна и удивилась, услышав телефонный звонок.
Леонид должен был вернуться только через неделю. Но позвонил не он, а сосед, Андрей.
– Извините, что беспокою, но это очень важно! Когда Вы вернетесь?
– Мы уже в Москве, на вокзале, – обрадовала собеседника Лидия Станиславовна.
– Я скоро приеду! – пообещал Андрей.
Он, действительно, прибыл быстро.
– Отвези нас в Александровский сад! – потребовала Лита.
– Сейчас мы поедем домой! – возразила Лидия Станиславовна, укоризненно глядя на дочь.
Лита нахмурилась.
– Не обижайся! – сказал ей Андрей. – Мы будем гулять там, где ты пожелаешь. Но прежде мне надо побеседовать с твоей мамой.
– Беседуйте, только недолго! – ответила девочка.
Лидия Станиславовна подумала, что дочка слишком избалована. Нужно изменить методы воспитания, пока еще не поздно.
Глава 3. Богдан Тарасюк. Начало расследования
В комнате было тихо и сумрачно. Богдан встал, раздвинул шторы и взглянул на часы. Половина пятого! Слишком рано! Все магазины закрыты. Ждать долго и невыносимо. Голова гудит, тело ломит, тошнота подступает к горлу. Надо срочно опохмелиться! «Что делать?» – возникает классический вопрос. «Идти к соседу!» – ответил сам себе Богдан Тарасюк, талантливый человек, мечтающий стать знаменитым писателем. В чем заключается его талант, Богдан еще не решил, и с темой будущего бестселлера не определился. Но он точно знал, что хочет написать что-нибудь. Только вдохновения пока не было.
Сосед, Эдуард Вячеславович Кречетов, был художником. Он делал иллюстрации для разных книг. Богдан уважал соседа. Кречетов редко употреблял спиртное, но для гостей у него всегда имелся коньяк. Жалко будить хорошего человека в такую рань, но другого выхода нет! Эдуард – нормальный мужик, он поймет и простит.
Так рассуждал Богдан Тарасюк, покидая свою квартиру. Выбравшись на лестничную площадку, он заметил, что дверь у соседа приоткрыта. «Художник тоже не спит!» – обрадовался Тарасюк. Он позвонил, затем постучал и, не дождавшись ответа, рискнул войти.
Кречетов сидел в кресле с закрытыми глазами.
– Доброе утро, Эдуард Вячеславович! – произнес Богдан вежливо, громко и четко.
Художник не ответил.
– Неудобно тебя беспокоить, но мне больше никто не поможет! – продолжил Тарасюк.
Эдуард Вячеславович молчал, а на его лице вдруг стали проступать странные бледно-лиловые пятна. Губы и нос посинели.
Богдану стало страшно.
– Что с тобой?! – крикнул он и заметил на полу маленькую игрушечную панду.
У Кречетова не было ни детей, ни внуков. Хотя панда не казалась безобидной игрушкой. Ее голова напоминала череп.
«Допился!» – пробормотал Богдан. «Уже мерещатся черепа и покойники!». Он поспешил обратно в свою квартиру и позвонил в «скорую».
– У меня белая горячка! – сообщил он.
– И в чем она проявляется? – насмешливо поинтересовался женский голос.
– Девушка, Вы лучше приезжайте ко мне, а не задавайте тупые вопросы!
– Хулиган! Вам нужна милиция, а не «скорая»!
Короткие гудки завершили диалог, вызвав головную боль и изжогу. Тарасюк вспомнил о таблетках, рекомендованных наркологом. Достав коробку, он выпил лекарство. Вскоре стало легче и потянуло в сон.
Проснулся Богдан лишь вечером и узнал, что сосед, Эдуард Вячеславович Кречетов, умер. «Здесь что-то не так! Художник, в отличие от меня, был здоров!» – подумал Тарасюк и внезапно осознал, что нашел подходящий сюжет для детектива. Он проведет собственное расследование и напишет об этом книгу.
Нина Федоровна, любопытная старушка, которая жила на первом этаже и была в курсе всех событий, происходящих в подъезде, заявила, что Кречетов умер от сердечного приступа.
– Он никогда не жаловался на сердце! – возразил Богдан.
– Эдуард Вячеславович был пожилым. А у стариков много разных болезней, – сказала Нина Федоровна.
– В этом году ему бы исполнилось сорок пять, – сообщил Тарасюк.
– Не может быть! Он же совсем седой! – удивленно воскликнула старушка.
– У Кречетовых это наследственное. Они все седеют рано, еще в молодом возрасте, – пояснил Богдан.
Нина Федоровна впилась в него глазами, надеясь получить новую информацию.
– Откуда это тебе известно?!
– Художник был моим другом, – признался Тарасюк и мысленно добавил: «Единственным!».
– Порядочные люди не дружат с такими, как ты! – презрительно процедила старушка.
– А чем я Вам не нравлюсь? – поинтересовался Богдан.
– Полуграмотный алкоголик из провинции не способен понравиться никому! – съязвила Нина Федоровна.
– Я образованный человек, и к тому же коренной москвич! – ошеломил ее Тарасюк.
Он почти не солгал. В аттестате, выданном после окончания школы, имелась пятерка по физкультуре. А Калуга, в которой Богдан родился и провел большую часть своей жизни, расположена рядом с Москвой.
Старушка недоверчиво взглянула на Богдана и ехидно спросила:
– Почему же ты пьешь?
– Для маскировки. Я – частный детектив, посланный влиятельными людьми по важному делу. Мое настоящее имя – Борис, а фамилия – Тронин, – ответил Тарасюк, понизив голос.
– Я сразу поняла, что ты совсем не тот, за кого себя выдаешь! Ты не похож на хохла ни лицом, ни выговором! – радостно воскликнула старушка.
– Надеюсь, что Вы сохраните мою тайну! – торжественно произнес Богдан, рассчитывая на противоположный эффект.
– Можете даже не сомневаться! – Нина Федоровна смотрела на Тарасюка уважительно.
Она поверила! Богдан стал ждать результатов. Но вредная старушка поступила нелогично и подло. Она сдержала свое обещание. Нина Федоровна никому не рассказала о секретной миссии Тарасюка, поэтому все жильцы подъезда по-прежнему считали Богдана алкоголиком и тунеядцем. С первым утверждением Тарасюк был согласен и даже планировал закодироваться в будущем. Но второе он категорически отрицал. Богдан работал грузчиком по вызову в фирме «Геркулес». Из-за этой фирмы Богдан Тарасюк и попал в глупое положение.
На следующий день после смерти Кречетова объявилась какая-то родственница Эдуарда Вячеславовича и стала хозяйничать в квартире. Она вызвала грузчиков, чтобы помочь передвинуть мебель. Фирма направила к заказчице Богдана Тарасюка и Тимофея Пархоменко, живущих в том же подъезде.
Тимофей едва не наступил на пластмассовую панду, лежащую на полу. Богдан поднял игрушку и спросил родственницу Кречетова:
– Это Вам нужно?
– Нет. Выбросите в мусоропровод! – отозвалась женщина, любуясь своим отражением в огромном старинном зеркале, висящем на стене.
Зеркало было красивое, торжественно-праздничное и загадочное. Его позолоченная рама потускнела от времени, зато стекло сохранилось идеально. Кто был его первой хозяйкой, неизвестно. Наверное, юная красавица в шикарном наряде. Зеркало видело много разных людей и уже разучилось удивляться. Зато грузчик Тарасюк не утратил эту способность. Он смотрел на родственницу Эдуарда Вячеславовича и не мог понять, почему она такая вульгарная и несуразная. Ярко-розовый тонкий халат плотно облегал безобразную фигуру с большим, отвислым животом, гигантской грудью и короткими, кривыми ногами. Черно-рыжие волосы спутались неряшливыми прядями. Вместо шеи – три подбородка. Густые, черные брови, узкие, серо-зеленые глаза, широкие скулы и толстые щеки не сочетались маленьким, слегка вздернутым носиком и большими, пухлыми губами, покрытыми оранжевой помадой. Тапочки ярко-зеленого цвета тоже не вписывались в обстановку. Но женщина считала себя неотразимой и кокетливо улыбалась Тимофею – высокому симпатичному брюнету, одетому в стильные джинсы и модную футболку. Богдан тоже был брюнетом, но не таким эффектным, поэтому вульгарная дамочка не интересовалась им. Тимофей злился, глядя на женщину, а Богдан ехидно улыбался, впервые в жизни радуясь тому, что не родился красавцем. В непривлекательной внешности тоже есть свои плюсы.
Панду Тарасюк положил в карман. Жалко выбрасывать такую игрушку! Она в хорошем состоянии и может пригодиться какому-нибудь ребенку.
Когда грузчики передвигали шкаф, сверху упала миниатюрная записная книжка в темно-коричневой кожаной обложке с серебристыми металлическими уголками. Богдан отдал ее женщине. Та небрежно полистала страницы и заявила: «Это тоже мусор!». Тарасюк оставил записную книжку себе на память о художнике Кречетове.
Родственницу Эдуарда Вячеславовича звали Раиса. Отчество она не назвала в связи с молодым возрастом. Хотя молодость – понятие относительное. На вид Раисе было не менее пятидесяти лет.
– Его надо убрать в другую комнату! – женщина указала на огромный белоснежный диван.
Грузчики попытались выполнить распоряжение, но не смогли сдвинуть диван с места.
– Ваша фирма не оправдывает свое название! – гневно воскликнула Раиса. – Вы не похожи на Геркулеса!
– Мой рост сто восемьдесят шесть сантиметров, а вес девяносто килограмм! – гордо сообщил Тимофей Пархоменко.
Женщина окинула его оценивающим взглядом, растянула в улыбке пухлые оранжевые губы и кокетливо поправила пояс халата, затянув потуже то место, где должна находиться талия.
– К Вам у меня нет никаких претензий! А Ваш напарник – дистрофик! Он способен лишь подбирать мелкий мусор!
– Не смейте меня оскорблять! – возмутился Богдан Тарасюк.
– А кто ты такой? – Раиса смотрела на Богдана с презрением.
Тарасюк понимал, что эта скверная женщина специально провоцирует его, но не смог сдержаться.
– Я – знаменитый писатель и детектив Борис Тронин!
– Лучший друг Наполеона, с которым лежал в одной палате? – язвительно уточнила Раиса.
Богдан ждал поддержки от Тимофея, но тот предал его. Пархоменко одобрительно рассмеялся. Раиса восприняла это как комплимент.
– Вы женаты? – спросила она Тимофея.
– Нет, – огорченно признался Пархоменко.
– Какое удачное совпадение! Я тоже свободна! – заявила Раиса.
– Тогда я приглашаю Вас в кафе! Но только после того, как закончим работу! – ответил Тимофей, удивив Богдана.
– Все, что необходимо, вы уже выполнили! – радостно объявила женщина.
– Диван еще не убрали, – напомнил Тарасюк.
Пархоменко взглянул на него так, словно собирался придушить.
– Пусть останется здесь! – улыбнулась Раиса и расплатилась с грузчиками.
– Через час жду Вас в Кафе «Уют»! – сказал ей Тимофей.
– Обязательно приду! – пообещала женщина.
Выйдя в подъезд, Тарасюк стал выяснять отношения с напарником.
– Тимоха, ты заболел или выпил лишнего?! Зачем тебе это толстое, скандальное недоразумение?!
– Дурак ты, Богдан! Я же не только для себя стараюсь. Если бы Раиса пожаловалась начальству, нас обоих бы сразу уволили.
– Извини, я не прав! – смущенно пробормотал Тарасюк. – С меня бутылка!
– А кто такой Борис Тронин? – поинтересовался Пархоменко.
– Это мой псевдоним, – сообщил Богдан.
– Сколько книг ты написал?
– Сейчас я собираю материал для нового детектива, – увильнул от ответа Тарасюк.
– Круто! А о чем детектив?
– О Кречетове.
– Жесть! Дашь почитать?
– Конечно! Но при одном условии – ты должен помочь мне провести расследование.
– Каким образом?
– Эдуард Вячеславович никогда не рассказывал о своих родственниках. Надеюсь, что Раиса поделится с тобой информацией на эту тему.
Тимофей пообещал помочь.
Вернувшись в свою квартиру, Богдан открыл записную книжку. Ее страницы, оказавшиеся старыми и пожелтевшими от времени, содержали непонятные схемы и знаки, напоминающие иероглифы. «Наверное, эти записи сделал не Кречетов, а кто-то из прежних жильцов», – предположил Тарасюк, но не стал выбрасывать записную книжку. Ему понравилась дорогая, изящная обложка. Держать в руках такую вещь было приятно. «Когда стану знаменитым писателем, то куплю себе роскошную записную книжку!» – подумал Богдан. Он хотел начать писать детектив в тот же день, но мысли путались, а руки дрожали. Пришлось опять принять лекарство.
Медикаментозный сон прервался лишь в полдень. Тарасюк мог бы проспать и дольше, если бы не визит Нины Федоровны, которая долго и настойчиво звонила в дверь.
– Вы в курсе? – спросила она, подозрительно глядя на Богдана.
– О чем Вы? – не понял Тарасюк, зевая и приглаживая руками волосы.
– Наследница Кречетова убита! В квартире – погром! Милиция подозревает ограбление!
Богдан остолбенел. Тимофей не мог сотворить такое даже в пьяном виде! Раиса – противная особа, но Пархоменко – здравомыслящий человек. А если зловредная женщина все-таки довела Тимоху?
Тарасюк решил позвонить напарнику.
– Пархоменко тоже убит! – сообщила Нина Федоровна.
– Что?! – переспросил Богдан, не желая верить.
– Его зарезали ночью! А в комнате у него такой беспорядок, словно что-то искали!
Старушка вопросительно смотрела на Тарасюка.
– Я знаю и помогаю милиции вести расследование, – пробормотал Богдан.
Нину Федоровну интересовали подробности, но Тарасюк сослался на служебную тайну. Старушка, желая помочь детективу, сообщила важную информацию.
– Моя племянница, работающая в отеле, рассказала мне по секрету, что Кречетов накануне смерти встречался с молодой красивой женщиной, приехавшей из Москвы. Если это может Вам пригодиться, то моя племянница готова предоставить необходимые сведения и анкетные данные.
– Спасибо! – обрадовался Богдан.
Им овладело желание быстрее начать расследование и встретиться с загадочной красавицей. Но прежде следовало раздобыть удостоверение частного детектива. Эту проблему нетрудно было уладить. В Питере есть места, в которых можно купить все, что угодно.
Глава 4. Призраки прошлого
Худощавая женщина неопределенного возраста неторопливо шла по безлюдной улице. Юбка кофейного цвета почти полностью закрывала ноги, обутые в ажурные бежевые туфли. Белая блузка с длинными рукавами казалась нелепой в разгар жаркого летнего дня, и в то же время удачно сочеталась с бледно-желтой шляпкой и солнцезащитными очками. Из-под шляпки выбивались короткие волосы модного, голубовато-белого цвета. Лицо покрывал толстый слой тонального крема.
Старушка, наблюдавшая за незнакомкой из окна, вышла наружу и обратилась к женщине с вопросом.
– Вы кого-то ищете?
– Елизавету, бывшую соседку по даче, – голос у женщины был тихий и хрипловатый.
– На нашей улице нет ни одной Елизаветы.
– В то время здесь все было иначе, поэтому я не смогла найти не только дом, но и улицу. Я помню, что в саду рос каштан, которым Елизавета гордилась. Дерево было маленькое, но Елизавета утверждала, что оно станет высоким и будет необычно цвести.
– Поняла, про кого Вы говорите! – улыбнулась старушка. – Вырос каштан выше дома и цвел так, что на душе становилось радостно. Весь поселок на него любовался. Только Елизавета давно уже не появлялась здесь. Она продала дачу лет двадцать назад. Ее муж к тому времени умер, сама Елизавета болела, а сын и сноха много работали, и у них был маленький ребенок. Тяжело им стало добираться сюда из Москвы.
– Вам известен адрес Елизаветы?
– Нет. Она и не попрощалась ни с кем. А дачу продали через посредника. Новый хозяин снес дом и каштан срубил.
– Женя тоже больше не приезжал? – встревожено поинтересовалась незнакомка.
– Сын Елизаветы? – уточнила старушка.
– Да. Я помню его ребенком.
– Евгений женился на симпатичной девушке по имени Настя. У них родился сын, которого назвали Андрей, в честь деда. А Вас я не припоминаю.
Старушка вопросительно посмотрела на собеседницу.
– Я жила на даче недолго и общалась только с соседями. Извините, но мне пора!
Женщина опасалась, что ее могут узнать, хотя прошло много лет. У нее возникли большие проблемы, с годами они усиливались, давя тяжким грузом на сердце. Она нуждалась в моральной поддержке и совете, но могла обратиться за помощью только к Елизавете. Другим людям нельзя открыть страшную тайну.
Попрощавшись с любопытной старушкой, женщина направилась обратно. Старушка пошла вслед за ней.
– Как Вас зовут?
– Это неважно, – женщина ускорила шаг.
Старушка не отставала от нее.
– Германа Вы тоже знали?
«Не надо было приезжать сюда!» – испуганно подумала женщина.
– Нет, – пробормотала она.
– Муж Елизаветы дружил с Германом, – сообщила старушка.
Женщина устремилась к автобусной остановке. Старушка продолжала преследовать ее. Автобус прибыл вовремя. Женщина вошла в салон. Двери закрылись. Старушка осталась на улице. Вид у нее был сердитый.
Сев в автобус, женщина ощутила усталость. Она закрыла глаза и позволила себе расслабиться…
– Каштан необычный, – уверяла Елизавета с серьезным видом.
– Конечно, нет. Он же конский, – улыбался Андрей.
– Это мое дерево! – неожиданно заявил Женя. – Сейчас оно такое же маленькое, как я. Но мы будем вместе расти.
– Замечательные слова! – Елизавета ласково посмотрела на сына. – Как хорошо ты придумал!
– И умрем мы тоже в один день, – продолжил Женя. – Если дерево срубят, это будет означать, что и меня нет.
Елизавета побледнела. Андрей нахмурился.
– Теперь вам придется беречь конский каштан, как зеницу ока, – попытался разрядить обстановку Герман, друг Андрея.
Никто не воспринял его слова как шутку…
Это не сон, а воспоминания, хорошие и плохие одновременно. Елизавета и Андрей, действительно, берегли каштан. «Дерево выросло выше дома и бурно цвело. Женя повзрослел и женился. У него родился сын. А потом дачу продали через посредника. Андрей к тому времени был мертв, но Елизавета не допустила бы гибель дерева, которое Женя считал своим», – мысленно рассуждала женщина, с трудом сдерживая слезы. Жени больше нет! Давно нет! А она узнала об этом только сегодня. У Жени остался сын. Он должен уже быть взрослым, если… Нет! Никаких «если»! Настя и Елизавета остались живы и вырастили мальчика. Надо найти их! Всех троих! Но это потом. Сейчас у нее мало времени, и приехала она с другой целью. Ей надо увидеть одного человека. Это важно. Очень важно! Жизненно необходимо!
Клавдия не любила Германа. Но ей хотелось выйти замуж за солидного, обеспеченного москвича. Клавдия жила в поселке постоянно. Герман приезжал на дачу почти каждый месяц, чтобы отдохнуть на свежем воздухе, вдали от городской суеты. С Клавдией он беседовал вежливо, но равнодушно, словно неохотно, и пресекал все попытки более близкого знакомства. Но она не теряла надежду.
Герман дружил с соседом по даче, Андреем, который тоже жил и работал в Москве. Андрей нравился Клавдии. Но он был женат. Супруга Андрея, Елизавета, нервная, невзрачная, худая особа, часто болела. Андрей мечтал о ребенке, а Елизавета не спешила исполнять его мечту – то ли по болезни, то ли из вредности. И все-таки она родила мальчика, которого назвали Евгением. Андрей был счастлив. А у Германа вдруг появилась племянница – дистрофичная, молчаливая девица по имени Света.
Сначала Клавдия сомневалась в том, что Света – родственница Германа. Слишком странные были у них отношения! Света редко выходила из дома и общалась только с соседями по даче. С Елизаветой она подружилась быстро, и Женя воспринимал Свету как родную. Неожиданно выяснилось, что у Светы есть жених, молодой, красивый москвич. Света вышла замуж, у нее родился сын. Герман по-прежнему игнорировал Клавдию. Устав ждать и надеяться, Клавдия решила создать семью. Жених был приезжий. Клавдия плохо знала его, но других кандидатов в мужья не имелось.
Вскоре после свадьбы Клавдия отправилась в Калугу, чтобы ухаживать за пожилой, больной родственницей, которая обещала оставить ей квартиру и все сбережения. Клавдия честно выполнила свои обязанности. Но родственница обманула ее. Клавдия не была упомянута в завещании. Когда родственница умерла, появились законные наследники и поспешили занять квартиру. Клавдия вернулась в поселок обиженная и расстроенная. Она ожидала от мужа сочувствия, но вместо утешения узнала о новом горе. Супруг Клавдии оказался опасным преступником, разыскиваемым милицией. Он убил в поселке несколько человек и скрылся. В число жертв попала Света вместе со своим мужем и ребенком. Елизавета, Андрей и Женя в то время находились в Москве.
А теперь, спустя сорок лет, явилась какая-то странная особа, утверждающая, будто жила в поселке и общалась только с соседями. Она знала Елизавету и помнила Женю еще ребенком, но отрицала знакомство с Германом.
Женщина стояла возле подъезда. Уже наступил вечер, хотя было светло. Воздух стал свежее, и все же в городе дышалось хуже, чем в дачном поселке. Женщине не нравились крупные города, особенно столичные. Но у нее было важное дело в Москве.
Мужчина, которого она ждала, наконец, появился. Оставив машину возле тротуара, он направился к дому. Элегантная фирменная одежда смотрелась эффектно на его стройной, мускулистой фигуре. Красивое лицо было серьезное и немного грустное. «У тебя опять какие-то неприятности?» – мысленно спросила женщина. Ей очень хотелось окликнуть его и сказать, что им нужно срочно поговорить без свидетелей. Она желала рассказать ему правду, обнять его и расплакаться. Но ей нельзя было это делать, ради него и ради нее самой. Ей требовалась его любовь, а не презрение. Поэтому она промолчала и не сдвинулась с места. А он прошел мимо.
Он не догадывался о том, на какие жертвы ей пришлось пойти ради него. В его жизни периодически появлялись черные полосы. Ему тоже приходилось терять близких людей. Только его беды несравнимы с ее трагедиями. Но так и должно быть, потому что она живет из-за него. Не имея возможности видеть его часто, она довольствуется короткими, редкими встречами. Он ни о чем не подозревает. Судьба несколько раз предоставляла ей шанс все изменить. Она могла бы вмешаться в его жизнь и открыть тайну, но это погубило бы их обоих. Поэтому все осталось так, как есть. Он живет настоящим, а она прошлым. Но как тяжело видеть его, не имея право заговорить с ним и прикоснуться к нему!