Коллекционер душ. Книга 6. Финал
- -
- 100%
- +
– Босс! – Нокиа развел руки в стороны, встречая меня в своем гараже. – Я слышал, что ты одержал эффектную победу!
Я положил справку по форме Ф-112 на стол так, словно она была комаром, и я прихлопнул ее.
– Десять миллионов. У нас есть эти деньги? – я поднял уставшие глаза на своего подельника.
– Нам бы пару месяцев, босс… – он почесал растрепанные сальные волосы на затылке.
– Нет времени, – я покачал головой. – Давай продадим несколько моих идей.
– Насколько у нас нет времени? – Нокиа поднял брови. – Когда нужны деньги?
– К понедельнику. Дольше не ждет.
– К понедельнику точно нет, – Иннокентий достал свой портсигар и выбил оттуда сигарету. – Но у меня есть один вариант.
– Говори, – я воодушевленно посмотрел на своего подельника.
– Работа для одаренного. Прежде ты отказывался, босс…
– Что за работа?
Нокиа подошел к железному шкафчику. Достал оттуда бутылку коньяка и стакан.
– Будешь? – предложил он.
– Забыл сколько мне лет? – я поднял брови.
– Я так. За компанию. Пойдем.
Мы вошли в коморку моего подельника. Он указал на стул, а сам сел к столу. Дыхнул в свой стакан, наполнил его, достал из-за уха сигарету, пригубил пойло и закурил.
– Это дело уже незаконное. В отличие от той детской шалости, на которую ты соглашался прежде.
– Говори. Что за дело? Если это не убийство, то переживу. Сейчас на кон поставлено слишком многое.
– Ладно, – Нокиа затянулся и откашлялся. – Слышал что-нибудь про Ходырева?
– Ходырев? – я прикусил нижнюю губу, пытаясь вспомнить фамилию. – Что-то знакомое.
– Это аристократ. Один из людей Галицкого. Недавно его загребли в кутузку. Якобы он поджег казино электроников. Во время всей этой заварушки между кланами.
– Я не вдавался в подробности, – я пожал плечами. – Он действительно виновен?
– Люди из его рода утверждают, что у него есть железное алиби. Но бабке Яблоньского все равно. Одаренные из клана жаждут мести. Нужен козел отпущения, чтобы слегка стабилизировать обстановку. Эта чертова война… Сам понимаешь.
– Ладно. Может он действительно не виновен. Что требуется?
– Семья аристократа хочет, чтобы кто-то достал его из тюрьмы. Если наказание будет менее суровым его отправят на Казачью Заставу. Но я слышал, что Яблоньские настаивают на заключении на долгий срок в изоляторе для одаренных.
– Значит такие деньги готовы заплатить только за то, чтобы кто-то вызволил его из тюрьмы? И все?
– Бинго! – Нокиа снова отхлебнул коньяка и затянулся. – Аристократ возвращается в семью, а смельчак, который его спас, получает десять миллионов. Дальше – их проблемы. Возиться с бывшим зеком необходимости не будет.
Я задумался. Тут есть несколько «но». Яблоньский мой хороший союзник. Если он узнает, что я вытащил аристократа, то будет жарко. Зато укреплю отношения с Галицким. Однако это все же не выход. Нужен третий путь.
– Нет, – я сказал вслух и помотал головой. – Вернее, я в деле. Но никто не будет знать, что я в этом замешан.
– Конечно, босс, – мой подельник поднял руки и в этот момент с его окурка сорвался кусок пепла. Он упал на штаны Иннокентия, заставил того выругаться и начать отряхивать одежду.
– Ты не понял, – я развернул стул и сел напротив Нокиа. – Мы должны создать образ. Конкретного человека, который вытащит Ходырева из-за решетки.
Мой подельник нахмурился.
– Бетмена смотрел?
– Кого?
– Ясно, – я махнул рукой. – Объясню проще. Нам нужен медийный образ человека, который защищает всех в городе. Робин Гуд. Тот, который за справедливость. Этот момент нужно хорошо продумать.
– Для чего? Ты не можешь просто что-нибудь придумать и вытащить этого аристократа?
– Если я вытащу аристократа и попытаюсь залечь на дно, то, рано или поздно, след выведет на меня. На тебя. Неважно. Но если мы выпустим на арену персонажа в костюме, маске и с какой-то одной родовой способностью, который возьмет на себя ответственность, то мы пустим электроников по ложному следу, понимаешь?
– Кажется… – Нокиа затушил окурок. – Пока они будут гоняться за твоей тенью, у нас уже появится клан и все вытекающие.
– Верно. Тогда нам будет уже все равно кто и что подумает.
Я вскочил со стула и, взъерошивая волосы на голове, заходил по коморке. Замер у стены. Остановил взгляд на потертом плакате с бегущим конем. Внизу был календарь на девяносто шестой год.
– Помнишь я тебе говорил, что на той автомойке мне нужна секретная комната для мопеда?
Я посмотрел на старика. Тот кивнул.
– У меня уже был подобный образ. Маска клоуна, спортивный костюм и мопед. Но сейчас их использовать нельзя. Почти все в городе знают, что карлик – это Костя Ракицкий.
Я задумался, вглядываясь в развешанные на стене календари. Мой подельник покорно молчал, не перебивая мысли.
– Кажется, есть идея.
За следующие пару часов я качественно продумал свое новое Альтер эго. И для воплощения этого образа мне понадобятся всего три монеты. Первая с духом, умеющим открывать порталы. Чтобы в любой момент я мог переместиться в наше логово, которое мы устроим в Санкт-Петербурге. Никто и никогда не догадается искать там. Вторая монета с духом клона. Я буду менять облик и превращаться в подростка, прежде чем ввязаться в какую-то историю. Никто в жизни не догадается, что за маской Такседо Маска скрывается Костя Ракицкий. А вот по поводу третьей монеты я еще не решил. Но она будет со способностью, о которой начнут писать в газетах.
Неуловимый мститель, появляющийся из неоткуда и исчезающий в никуда. Из неизвестного рода с прокаченной родовой магией. Эта личность решит многие мои проблемы. И первая из них – 10 миллионов на регистрацию клана.
Что касается внешности, то это будет грим. Всегда любил Стинга из реслинга. Белое лицо с какими-нибудь символами. Какими? Решу при первом нанесении. Гриндерсы, черные штаны и длинный кожанный плащ. То, что нужно. По крайней мере, до следующей зимы.
– Никто и никогда не должен узнать про то, что он это я, – я пристально посмотрел в глаза Нокиа и повторил. – Никогда.
– Я понял, босс. Я твой чертов дворецкий, – он рассмеялся и закашлялся.
– Я за монетами. А ты узнай, где сейчас находится Ходырев и договорись о встрече с его родными. Пусть готовят деньги.
Мой подельник подмигнул мне. Я открыл портал и отправился на изнанку.
На той стороне я встретился с генералом горцев. Амарин помог мне призвать Элаизу. Ветер поднялся внутри разрушенного фюзеляжа старого самолета, а через секунду голос девочки-призрака зазвучал в моей голове.
– Ты выиграл турнир? – спросила она.
– Эл? – я обернулся и нашел принцессу взглядом. – Вот ты где.
Принцесса горцев собрала морщинки на лбу.
– Выиграл? – повторила она вопрос.
– Выиграл, – ответил я и уселся на трон Амарина. – Но мне снова нужна помощь.
– Говори.
– Сможешь достать монету клона? Того, кто при жизни умел менять свой облик. У Георгия Вольфовича таких нет. У меня остался один вариант. Обратиться к тебе.
– Я умею чеканить монеты, но достать духа с нужной способностью нелегко. Тут по щелчку пальцев не получится.
– Но прежде ты же как-то находила духов?
– Через Раневского. Но после того, как работорговец сгинул из тела того бездомного, его дело встало.
– Раневский… – задумчиво пробормотал я себе под нос и зубами зацепил кончик ногтя на большом пальце. – Хоть объявление в газету не подавай. Или… У моей одноклассницы дед коллекционирует такие монеты. Может у него завалялась нужная?
– Есть еще один вариант, – голос Элаизы в голове заставил меня обратить на нее внимание.
– Какой?
– Не самый удачный. Но лучше, чем скитаться по городу в надежде случайно наткнуться на нужного духа.
– Не томи.
– У тебя с собой достаточно воды?
– Отправляемся в путешествие?
– Можно и так сказать.
Не углубляясь в подробности, я открыл портал и сгонял домой за рюкзаком. Взял все самое необходимое для похода по изнанке. Вернулся обратно в разбившийся самолет. Пригубил из полторашки воды и закрутил крышку.
– Я готов. Куда идем?
– По дороге расскажу.
Мы преодолели приличное расстояние, когда первые порталы в этом измерении начали открываться. До этого мы даже не разговаривали. Но теперь я мог выключить фонарик и не вглядываться под ноги. Страх провалиться куда-нибудь или запнуться об очередной обломок ржавой машины до этого был сильнее любопытства. Однако сейчас мне ничего не мешало узнать подробности нашего путешествия.
– Так куда мы идем? – спросил я. – Очередной аукционный дом?
– Когда-то эту сторону называли царством мертвых, – ответил детский голосок. – Но это не значит, что тут никогда не было жизни. Раневский и Ариадна не единственные жители изнанки, которые нашли себе тут пристанище.
– Уверен, что жизнь на этой стороне кипит, – хмыкнул я. – Это место по своим масштабам не меньше истинного мира, ведь так?
– Абсолютно. И Горин когда-то был первым, кто захотел удостовериться в этом.
– Горин?
– Кажется это где-то здесь, – Элаиза проигнорировала мой ответ.
Она резко остановилась и осмотрелась.
– Двадцать четыре шага от памятника Ленину в ту сторону. И будет примерно по центру. Между этим дорожным знаком и тем черепом динозавра.
– Черепом динозавра? – я разглядел вдалеке наполовину зарытые в песок останки какого-то животного. – Это с тех пор тут лежит?
– Да. Вот здесь, – снова не слушая меня, произнесла девочка-призрак и потопталась на месте.
Она нащупала края большого брезента, засыпанного песком, и потащила. Я помог.
Затем Элаиза упала на коленки и сгребла оставшиеся песчинки в сторону. Схватилась за что-то, встала на ноги и позвала меня:
– Помоги.
Я подбежал и потянул за металлическую ручку.
– Это что? Бункер? – прилагая усилия поинтересовался я.
– Типа того, – ответила бессмертная и крышка бесшумно рухнула на песок с другой стороны.
Я заглянул внутрь. Тусклый красный свет ламп освещал нам путь в тоннель. Под землю.
– Пойдем, – бросила Элаиза и не дождавшись моего ответа начала спускаться вниз.
Я последовал ее примеру.
Как только мы настигли дна и остановились перед большой дверью, я спросил:
– Я так понимаю Горина дома нет?
– В другом случае мы бы сюда не сунулись.
Девочка подошла к огромной двери с круглой ручкой и принялась крутить ее против часовой стрелки.
Как только мы оказались внутри, принцесса горцев подошла к генератору, стоящему на входе, и завела его. Свет в помещении загорелся, а в воздухе запахло бензином.
– Пойдем, – Элаиза гостеприимно раскрыла передо мной следующую дверь и пригласила внутрь.
Оказавшись в бункере, я по достоинству оценил золотые руки хозяина. Это был не просто погреб, непригодный для жизни. Это настоящий дом. С электричеством, умывальником, туалетом, телевизором с видеомагнитофоном и даже патефон на небольшом запыленном столике рядом с диваном.
Пока Элаиза что-то искала в соседней комнате, я подошел к проигрывателю и установил иглу на пластинку. Заиграла музыка. По комнатам странного бункера теперь разливалась какая-то старая песня Аллы Пугачевой. Даже не знаю слышал ли я ее прежде.
– Что мы ищем?
После небольшой экскурсии я настиг Элизу в соседней комнате. Девочка перебирала какие-то чертежи на столе.
– Карту изнанки. Вернее, расшифровку к ней.
– Существует карта изнанки?!
– Почти. Горин пару сотен лет старательно ее вырисовывал.
Я воодушевленно оглядел кабинет, который больше похож на каюту.
На стене висит огромный холст с границами и непонятными обозначениями. Карта еще в процессе. Но больше половины нарисовано. На столе свечи, которые подожгла немая девочка всего одним движением руки. На полу опрокинутая бутылка портвейна «777» и разбитый граненый стакан.
– Горин давно тут не был, да? – спросил я, разглядывая карту на стене.
Я сразу нашел аукцион Раневского. Карикатура бородатого мужика и карлика с цепями. Это мог быть только работорговец со своим помощником.
– Ушел несколько лет назад и не вернулся, – холодно ответила Элаиза, перебирая бумажки на столе. – Скорее всего наткнулся на одну из тварей, которая, в конце концов, оторвала ему башку.
Что-то недоговаривает. За столько времени, я уже успел хорошо узнать девчонку. Ну да ладно. Мы тут по делу. Лезть не буду.
– Жаль, – наигранно посочувствовал я. – Иметь карту этого места пошло бы на пользу всем.
– Не сожалей, – голос девочки промелькнул в моей голове. – Он был не самым лучшим представителем человечества. Сейчас нам нужно просто разобраться в этих чертежах и узнать, где осел клан клонов. Расшифровать эти бумажки будет не так просто. Можешь пока налить себе…
В этот самый момент патефон в другой комнате щелкнул и заглох.
– Кажется, у нас гости, – хмыкнул я обернулся к выходу.
– Проклятье!
ГЛАВА 6. Старые счеты
Что-то в соседней комнате грохнулось на пол и разбилось. Следом я услышал еще несколько ударов. Кажется, в расход пошли телевизор и аквариум. Больше ничего стеклянного не помню, чтобы там видел.
– Элаиза-а-а-а! – заорал грубый голос и вслед за ним послышался очередной удар.
На этот раз разбился патефон. А жаль. Я думал заценить еще несколько пластинок. Обожаю слушать, как звучит винил.
– Выходи сюда, маленькая дрянь! – рычание мужика донеслось до меня вновь.
– Самое время рассказать мне подробнее о том, кто это, – хмыкнул я и прикоснулся к Знаку на руке. Пламя объяло мою ладонь.
– Горин, – ответила девчонка.
– Это я понял. Но ты, вроде как, его похоронила. Не расскажешь, что между вами произошло? И почему он воскрес? Может тогда нам не придется драться с тем, кого можно убить только оторвав голову.
– Боюсь, что слишком поздно…
Вслед за ответом принцессы в комнату ворвался настоящий гигант. Лысый мужик с короткой бородой. С татуировкой на пол лица. Одна рука давно отрублена, а вторая, прямо-таки, разрывается от накаченных мышц. Настоящая машина для убийства.
– Вот ты где, сучка! – прорычал он и размахивая кувалдой пошел в нашу сторону.
Так. Этот бугай сильно зол. Никакие убеждения сейчас не помогут. Надо сперва охладить его пыл.
Я активирую каменный доспех. Но кувалда летит в Элаизу. Девочка исчезает и появляется позади Горина. Тот разворачивается и без разбора вдалбливает инструмент в пол. Каменная крошка разлетается в стороны. Я еле успеваю прикрыть глаза рукой. Принцесса снова успела исчезнуть.
Горец оборачивается ко мне. Отбрасывает кувалду в сторону и хватает за горло. Поднимает над полом. Я сжимаю его запястье. Пламя в моих ладонях не берет его. У картографа тоже активирован щит. Ему ни по чем.
– Элаиза! – он тащит меня в другую комнату.
Это хранилище еды. Тут везде – на стеллажах вокруг, – консервы, банки с вареньем, соленьями, мукой, макаронами и другими запасами. Горин оборачивается.
– Элаиз-а-а-а-а! – ревет он от ярости. – Иди ко мне или, клянусь, я сломаю шею этому мальчишке!
Сломает. Ага. Меня в расчет этот горец явно не берет. Ну ладно. Сейчас дам ему понять, что зря.
Я уже хотел нащупать его палец, чтобы попробовать сломать, когда принцесса горцев снова появилась из неоткуда. Прямо перед нами. В центре расстеленного на полу старого советского ковра.
– Вот ты и попалась, – ухмыляется Горин и кидает меня прямо в полку с соленьями.
Я сильно ударяюсь о нее, но не чувствую боли. Щит выдержал. Только вот рассол неприятно заливается под одежду и разливается по волосам.
– Думала, что переиграла меня? – спрашивает горец и откидывает край ковра в сторону.
Я вижу на полу выжженные черные линии. Поднимаю глаза на девочку. Та молчит. Лишь ее глаза сильно светятся красным.
– Зиртхава, – зло пищит Элаиза у меня в голове. – Знак паралича. Я не могу сдвинуться с места.
Горец берет с одной из полок бутылку самогона и плюхается на пол. Зубами отрывает пробку и выплевывает в сторону. Отпивает. Сильно вдыхает воздух одними ноздрями и ударяется затылком о стену сзади. Ведет себя так, словно поймал добычу всей своей жизни.
– Теперь надо решить, как ее грохнуть, – вздергивает подбородок Горин, судя по всему, обращаясь уже ко мне. – Отрубить башку, как всем остальным нашим братьям?
Похоже картограф совершает ту же ошибку, что и многие. Принимает меня за маленького мальчика. Ну и не спешит разделываться со своим врагом. Наслаждается местью. Только вот за что?
– Что вы не поделили? – спросил я прямо.
Нужно попробовать уладить конфликт. Вроде теперь обстановка к разговору располагает.
– Значит стерва привела тебя в мой дом и даже не потрудилась рассказать, что делает со своими друзьями? – бессмертный снова отпивает из бутылки и указывает подбородком на отсутствующую левую руку. – Дружба с ней не заканчивается ничем хорошим. Тебе повезло, что я появился вовремя. Может дам второй шанс и отпущу тебя. Еще не решил.
Слишком уверен в себе этот гигант. Значит знает, что не сбежим. Бункер закрыл?
– Повреди символ на полу, Костя, – шепчет в моей голове Элаиза. – Тогда я снова буду свободна.
Я смотрю на Знак. Горин подошел к делу основательно. Не мелом нарисовано. Просто так не сотрешь. А пока я занимаюсь вандализмом, громила уже успеет отправить меня на изнанку. Только в другом виде.
Нет. Надо договариваться.
– Вы же понимаете, что без нее мы все обречены? – я начинаю издалека.
– Мне плевать, – картограф снова отпивает из бутылки и вытирает губы. – Я сполна наслажусь местью и избавлю мир от этой твари.
– Без шансов, – глаза бессмертной девочки еще сильнее светятся красным. – Он не отпустит меня по своей воле. Черт. Нужно было добить его тогда…
– Ладно, – Горин поднялся на ноги. – Пора и честь знать. Ступай, малец. А мы с Элаизой тут побалакаем.
Горец взял меня за шкирку и толкнул в сторону выхода.
– Ну! Иди! Пока я не передумал.
Понятно, что уйти я не могу. Значит выход остается только один.
Я закрываю глаза, чтобы поймать шестое чувство. Уже слышу, как осколки стекла хрустят под подошвой ботинок горца.
– Эй! Ты что задумал? – обращается ко мне бессмертный.
Я не отвечаю.
– Стой, – спокойно добавляет он. – Я на многое способен, но ребенка бить не стану. Хоть однажды эти принципы чуть не свели меня в могилу.
Я не открываю глаза. Не знаю, стоит ли доверять. Но, с другой стороны, если бы гигант хотел, то я был бы уже на том свете. Вернее, на этом. В общем, кажется, он настроен на диалог.
– Вы про Элаизу? – я открыл глаза, оставив попытки подраться.
– А про кого же еще? – горец подошел ближе к девочке, наклонился и посмотрел ей прямо в глаза. – Я считал ее близким человеком. Думал, что и она меня тоже. Но видишь, как вышло? Несколько лет в засаде сидел, чтобы ее сегодня врасплох застать.
– Что произошло?
– Тащи банкетки. После этой истории ты по своей воле ее тут оставишь. А я пока перекушу. Ужасно соскучился по нормальной жратве.
– Банкетки говорите?
С трудом вспомнив что значит это слово, я вернулся в гостиную и нашел глазами две небольшие тумбочки. Притащил по очереди. Уселся на одну из них. Кивнул Элаизе, чтобы она расслабилась. Главное, что у меня получилось вывести его на разговор. Теперь дело за малым. Включить дар убеждения и заставить гиганта освободить принцессу. Заодно узнаю побольше о ее прошлом. О том, что она когда-то предала одного из своих Эл не рассказывала.
– Ты не представляешь как я мечтал войти обратно в этот бункер и съесть малосольный огурчик.
Бугай, который сперва показался мне грозным, открыл банку солений и выловил из рассола овощ. С великим наслаждением откусил часть и принялся медленно пережевывать лакомство.
– Если бы я спустился сюда хоть раз, то девчонка не поверила бы в мою смерть. Не попала бы в капкан, – сказал он, усевшись на вторую банкетку и снова засунул руку в трехлитровую банку.
– Значит символ на полу здесь давно? – я решил занять паузу, чтобы не слушать, как он хрустит.
– Да. Я выжег его на полу на тот случай если кто-нибудь обнаружит мое логово и решит покуситься на еду. Именно она больше всего привлекает людей, попавших на изнанку и сумевших выжить.
– Проклятье! – капризный голосок Элаизы пронесся в моей голове. – Попалась в примитивную ловушку словно ребенок!
Я приложил палец ко рту, попросив ее помолчать.
Горин посмотрел на меня и нахмурился.
– Что она там болтает?
– Говорит, что попалась в эту ловушку, словно ребенок.
Я намерено сказал правду, чтобы вызвать доверие. Горец рассмеялся.
– А что? Разве ты не ребенок, Элаиза?
Молчание.
– Так и не хочешь со мной говорить? – спросил гигант и засунул в рот очередной огурец. – Ну да ладно. Я начну с начала, а ты поправляй меня, если что.
Он посмотрел на девочку. Она поджала свои губки, но не говорила. Очень интересно узнать, что между ними произошло.
– Я хорошо знал ее мать, – начал Горин. – Мы бились плечом к плечу во время Первого Пришествия. Крошили черепа тварей направо и налево. Только я не выжил. Вернее мое истинное тело усопло, и пришлось переселиться в первое попавшееся.
– Видимо вы решили начать прямо с самого-самого начала, – подметил я.
– Это важно. Иначе я бы сразу перешел к делу.
– Простите, – я извинился и положил локти на колени, превратившись во внимательного слушателя.
– Шли годы. Сотни лет. Наш клан был одним из самых влиятельных в мире. Не только потому, что мы бессмертные. Еще и потому, что с самого начала мы могли путешествовать между мирами и не бояться радиации здесь. На этой стороне. Как простые смертные.
– Еще тогда вам в голову пришла идея нарисовать карту изнанки? – я вновь заполнил жевательную паузу вопросом.
– Не только пришла. Уже тогда я начал ее реализовывать. Приходить на эту сторону и буквально шагами измерять пространство. В те времена не было ничего, что ускорило бы процесс.
– Понимаю, – я кивнул.
– Несколько сотен лет я покорно служил королеве. Пока она, насмотревшись на смертных, не решила зачать ребенка. Наследника чистой крови. Аристократа. Тем самым найдя способ побороть вымирание нашего рода.
– Я встречал Иннокентича. Он тоже рассказывал об этом. Говорит, что никто до сих пор не знает кто стал истинным отцом Элаизы.
– Каждый из тех, кто делил ложе с королевой думает, что девочка именно его дочь. Только ни у кого мозгов не хватает, чтобы понять, что мы также бесплодны в своих первородных телах, как и немы.
Он замолчал. Но услышать конец истории мне нужно было лишь для того, чтобы Горин подтвердил мои догадки.
– После того, как горец вселяется в другое тело он может говорить… – вслух сделал вывод я.
– Именно. И не только говорить. Он может еще и производить на свет маленьких аристократов, которые формально являются самыми что ни на есть чистокровными.
– Значит, – я посмотрел в глаза горцу. – Вы отец Элаизы?
– Лжец! – разнеслось в наших головах.
Это было так громко, что я схватился за виски и зажмурился. Горин, в отличие от меня, лишь добродушно рассмеялся.
– Именно после этой истории стерва сделала со мной то, что сделала, – он снова указал взглядом на обрубок руки.
– Эл? – я перевел глаза на принцессу горцев.
– Я чистокровная аристократка, – прошипела она, не открывая рта. – Я чудо природы! Моя мать и отец сражались в Великой Битве за Землю! И тот, кто лжет о моем происхождении, достоин смерти!
Эти слова слышал только я, но теперь мне стало все понятно.
Скорее всего Горин говорит правду. Элаиза стала темной именно потому, что родовая способность тела, которым владеет ее отец отличается от родовой способности горцев. Скорее всего вообще темные появились именно так. Из-за того, что баланс в этом мире нарушен и мертвые со способностями возвращаются в мир живых.
Я высказал свое предположение о происхождении темных вслух. На что тут же получил ответ Горина.
– С тех пор, как завеса между мирами живых и мертвых начала постоянно разрываться вообще многое полетело к чертям. Именно тогда мы снова вернулись к разговорам о Втором Пришествии.
– Значит порталы в комендантский час открывались не всегда? – уточнил я у первоисточника.
– Лазейки между мирами существовали. Через одну из них и я вернулся когда-то. Но этот ад с ежедневно открывающимися порталами случился позже.
Я не ответил. Задумался. Меня не оставляла в покое мысль о разрывах. Я уверен, что они стали возникать не просто так. Сейчас монстры чаще прорываются в наш мир тоже неспроста. Где-то притаился главный враг. Который и стоит за всем этим.
– Теперь понимаешь, что я не сделал девчонке ничего плохого? – спросил горец и, не дождавшись ответа, добавил: – А стерва оставила меня один на один с той тварью, которая и оттяпала мне руку. Знаешь, что именно она сделала?