В лесу нельзя хромать. Падение Солнца
- -
- 100%
- +
Предчувствие Далии кричало об опасности, но отчаяние и боль за сына подталкивали идти вперед.
– Мама… – донеслось жалобно.
Женщина опустилась на колени у края ямы и посмотрела на Скалеса. В её усталом взгляде малыш прочитал слова прощания.
– Мама… Мама, не ходи с ним, – умолял он, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал. – Мама, пожалуйста, – он оперся передними лапками о стену ямы, чтобы стать чуть ближе к ней, – не оставляй меня…
– Скалес, хватит хныкать, – тихо отвечала та, чувствуя, как разрывается сердце. – Если я вернусь и снова увижу твои слезы, я… я больше не буду с тобой играть. Ты понял?
Всхлипнув в последний раз, волчонок быстро-быстро закивал. Единственное, о чем подумала женщина в тот момент, это о том, как же смешно качаются его большие ушки. Самые милые ушки, которые она так любила целовать.
– Скалес, ты единственный мужчина, которого я по-настоящему люблю.
– Мама? – удивился волчонок, но от Далии остались лишь теплые камни. – Мама!
Древр и Регнар проводили её взглядом. Раненная, истощенная, но все ещё прекрасная. Гордость Горных и мечта любого воина. Истинная альфа. У неё было бы славное будущее, если бы не сила и желание вожака.
– Как думаешь, что он с ней сделает? – насмешливо спросил Регнар, и от его ухмылки искривился шрам на щеке.
Напарник ничего не ответил. Хмуро всматриваясь в коридор, в котором скрылась альфа, он прислушивался к шуму в яме. Маленькое сердечко так и билось в глубине ямы. Тут Регнар наклонился к его уху:
– Как бы малец не стал сиротой…
Выйдя из пещеры, женщина подставила лицо холодному ветру. Воздух в пещере был теплым, но он ни в какое сравнение не шел с ночным, напоенным ароматами летнего леса. Однако именно он принес запах Сульфира. Женщина поморщилась и резко выдохнула, пытаясь прогнать противный ей запах из ноздрей. Перекинувшись иссиня-черной волчицей, Далия нашла вожака недалеко от логова.
Волк стоял на краю обрыва и задумчиво смотрел в бездну. Луна, не успевшая скрыться за горизонтом, тускло освещала острые камни и хищные глаза. Темная большая фигура Сульфира угрожающе возвышалась над пропастью. Смотря на него, Далия мысленно обратилась к Создательнице:
«Луна, молю тебя, будь свидетельницей. Защити, отведи от беды».
Сульфир почувствовал её приближение и прорычал:
– Как ты посмела принять волчье обличье в моем присутствии? Для тебя мои законы – пустой звук?
– Мне бы сейчас хотелось говорить с тобой на равных, – отвечала волчица, стойко смотря ему в глаза.
– Уже поздно становиться равной мне. Ты упустила свой шанс, теперь подчиняйся.
– Сульфир, – у Далии шерсть поднялась дыбом, – хватит вспоминать прошлое. Я хочу поговорить с тобой о сыне. О нашем сыне, Злеяды тебя разорви! Как родитель с родителем, а не как рабыня с хозяином.
– Я больше не вижу в тебе никого, кроме рабыни. Очень дерзкой и непокорной. Сколько раз я говорил тебе, чтобы ты держалась от Скалеса подальше? Из-за тебя он никогда не будет готов исполнить задуманное.
– Что? – её лапы похолодели, но не от сильного ветра. – Ты не посмеешь использовать сына.
– Это уже не тебе решать. Он будет подчиняться мне как никто другой в этой стае. Я сделаю из него лучшего воина. Он убьет Драгура, подчинит всех Лесных волков и приведет их ко мне. Я буду править двумя кланами! И Совет только поддержит меня.
– У тебя ничего не выйдет. Род Арей против кровопролития, они ни за что не пойдут на сделку с совестью. К тому же, лесное племя люто ненавидит нас. Ты не сможешь заставить их замолчать и преклониться пред тобой. Они слишком упрямы.
– Всякое упрямство можно укротить силой, дорогая моя. Уж кому, как ни тебе, знать это, – злорадно засмеялся Сульфир. – Ты ведь знала, что я любил тебя. Я добивался тебя, преследовал, умолял, но ты упрямо отказывала мне и смешивала с грязью каждую мою попытку. И всё потому, что ты предпочла волка-одиночку. Я до сих пор не понимаю, как ты могла обратить внимание на вшивого чужака, когда перед тобой был наследник вожака?!
– Именно потому, что ты, будучи сыном вожака, возомнил, будто тебе всё дозволено, и что любая волчица будет готова на всё, стоит ей увидеть твой благосклонный взгляд! Я презирала и презираю тебя за эту гордость. А тот «вшивый чужак» был достойнее титула вожака, чем ты!
– Ты до сих пор так считаешь? Знаешь, когда я понял, что раз по-хорошему ты не желаешь становиться моей, то будет по-плохому. Нужно было взять тебя силой ещё раньше, тогда бы не пришлось терпеть его мерзкий запах на нашей территории. Помнишь ли ты, что он сделал, как только узнал обо всем? Помнишь?!
Уши Далии поджались, в глазах стояли слезы страха перед безумием волка и боли от его слов.
– Он сбежал, – ответил за неё Сульфир. – Быстро и позорно. Ничего другого от бродяги и не ожидалось. Стоило мне применить силу, как соперник исчез, а желанная женщина стала моей. Ты все ещё сомневаешься, что я смогу укротить упрямство Лесных?
Далия молча опустила глаза. Сульфир осклабился. Его распирало от удовольствия унижать ту, которая в прошлом унижала его.
– Но знаешь, я благодарен тебе, Далия. Если бы не ты и твое глупое упрямство, я бы так и не понял, что все в этом мире решается с помощью собственной силы, а не титула родителя. Поэтому я хочу, чтобы Скалес стал сильнейшим в этих краях. Конечно же, сильнейшим после меня, – говоря это, он медленно обходил волчицу, заставляя её машинально отступать в сторону. – Но ты делаешь его мягким, добрым, нерешительным. Все эти твои игры, поцелуи, забота – все это размягчает его! Сегодня он не убил зайца, а потом не убьет заклятого врага. Так не пойдет. Я уничтожу любую помеху, нарушающую мой план…
Далия отстранилась, и вдруг её лапа соскользнула вниз. Мелкие камни полетели в пропасть. Дыхание перехватило. Её взгляд, переполненный ужасом и неверием, встретился с его – полным черного торжества и безумия.
– И одна из этих помех прямо передо мной.
Волчьи клыки впились в шею волчицы. Её крик отразился от мертвых скал. Лапы не выстояли перед сильным толчком, волчица рухнула в пропасть. Сульфир увидел, как тело её искривилось от удара о камни, и глубоко вдохнул густой запах свежей крови.
– Все мне подчинятся. Ты увидишь это, Далия! – крикнул он в темноту, навеки поглотившую его волчицу и разум.
Глава 3. Старший брат
(2-ое июня)
Первородная вздрогнула от боли, пронзившей её сердце. Лихорадочно дыша, она ухватилась за край столешницы и только так избежала падения. Такую острую и мучительную боль она ощущала только тогда, когда…
«Не может быть! – жрица похолодела от осознания произошедшего. – Кто? Как? Мать-Луна, неужели Ты покарала того, кто скрыл Твое дитя?»
В висках стучала кровь, причиняя тупую боль. Стиснув зубы, женщина выпрямилась, и попыталась увидеть умершего волка. Луна ещё сияла в небе, Она должна была видеть, что произошло. Но все было напрасно – Создательница молчала.
«Сколько еще Ты будешь мучить меня? – устало спрашивала жрица, опускаясь на скамью. – Десятки лет прошло с тех пор… Это была не моя вина. Не моя, слышишь?! Я защищала свой народ, а эта бестия могла все разрушить. Почему же ты наказываешь меня, а не её? Ответь!»
В маленькое окошко прокрался первый луч рассвета. Первородная с тоской встречала его. Луна зашла за горизонт, оставив её в неведении и отчаянии.
Сульфир бросил последний взгляд на бездыханное тело и пошёл прочь. На его шерсти остались капельки крови жертвы. В пещере все так же стояли охранники, дожидающиеся его приказов. В отличие от маленького щенка, они поняли, что произошло. Не обращая внимания на их взгляды, вожак подошел к краю ямы и посмотрел на волчонка.
– Отец, где мама? – с замиранием сердца спросил Скалес.
– Она ушла.
– Как… ушла?
– Я отправил её в изгнание.
– Что? Как ты мог?! Она же моя мама!
– Я здесь вожак, и я решаю, кому место в моей стае, а кому – нет. Запомни это, щенок, – в голосе волка слышался холодный металл.
Слезы затуманили глаза волчонка. Он не мог поверить, что его мамы больше не было рядом.
– Если будешь беспрекословно мне подчиняться, сможешь снова её увидеть.
– Правда?
– Ты сомневаешься в моих словах?
– Нет, отец.
– Тогда перевоплощайся. Вытаскивайте его.
Мальчик неуверенно посмотрел на веревочную лестницу, по которой совсем недавно поднялась его мать. В голове роилось множество вопросов, на которые он никак не мог найти ответа:
«Где мама? Почему она ушла? Что отец сделал с ней? Почему?»
Из вихря мыслей его выдернул нетерпеливый выкрик Сульфира. Мальчик снова посмотрел на лестницу, и в голове пробежала мысль – как только он поднимется, обратной дороги уже не будет. Наверху его ждали отец, долгие дни страданий и жестоких тренировок, повиновения и страха. И всё ради того, чтобы снова увидеть мать.
Толстые веревки были холодными и жесткими. Как только он взялся за них, воины вытянули его из ямы. Оказавшись наверху, мальчик встретился с холодными волчьими глазами, смотрящими на него свысока.
Вдруг Скалес почувствовал знакомый запах. Взгляд упал на шерсть Сульфира, чуть ниже его шеи. В тусклом свете факелов блеснули алые капли крови.
«Мама?» – мелькнула страшная догадка, заставившая его побледнеть.
– Запомни, Скалес – будешь делать всё, как я хочу, увидишь мать. А если посмеешь перечить, то до конца своих дней просидишь в яме. Ты понял? – Сульфир выжидательно посмотрел на него.
– Я понял, отец, – с дрожью в голосе ответил мальчик.
– Хорошо. Думаю, ты даже умнее, чем твоя мать, – волк не смог удержаться от смешка. – На рассвете начнем твое обучение. Я сделаю из тебя вожака.
Ласковые солнечные лучи коснулись рыжей шерстки маленькой Аэры. Они медленно подкрались к её милой мордочке, затанцевали на ресницах. Она заворочалась и попыталась спрятаться от них под теплым боком матери, но куда бы она не тыкалась носом, никак не могла её найти. Удивившись, она открыла глаза.
– Проснулась, соня?
Сидящая у очага Лиара с любовью смотрела на дочку. Аэра улыбнулась и лениво перекатилась с лежанки на деревянный пол.
– Ты опять во сне перевоплотилась, милая. Снова снились кролики?
– Да! Я почти их поймала, мама!
Она приняла человеческий облик и сладко потянулась.
– Шустрые такие, а все равно никуда от меня не денутся, – сказала она, зевая.
Лиара по-доброму засмеялась и позвала девочку к огню. Сидя у мамы на коленях и осторожно потягивая ароматный суп, Аэра наслаждалась теплотой и мягкостью момента.
Из открытого окна их уютной землянки лился утренний свет, огонь тихонько потрескивал, согревая всё вкруг. Держа в ладонях небольшую плошку, девочка медленно обводила взглядом свой дом. Справа стояли широкие полки с целебными травами, корзины с грибами и яблоками, кадка с чистой водой, а под ними скрывалась крышка от небольшого погреба, где хранилось мясо. Слева от огня были уложены медвежьи шкуры – лежанки для сна. На одной из них спала Аэра с мамой, а на других – отец и старший брат. Правда, брата она ещё ни разу не видела.
Старший брат Аэры, Вирен, приемник Драгура. В конце зимы он ушёл с небольшим отрядом на поиски новых территорий и волков-одиночек. Совет настаивал, что для укрепления власти над равниной, нужно было наращивать численность стаи. Особенно когда напряжения между кланами заметно выросло после воцарения Сульфира. Драгур, зная, что обычно молодые волки уходят из своих стай в поисках лучшей жизни именно в конце зимы, предложил сыну такую идею. Это было хорошим испытанием для будущего вожака. Вирен согласился, желая доказать отцу свою преданность. Но ему не нужно было ничего доказывать – Драгур ни разу не усомнился в правильности своего выбора. Сильный, умный и добрый Вирен был любим и уважаем всей стаей. Мало кто осмелился бы оспорить его право на титул.
Дома остался его старый лук. Девочка любила смотреть на него и размышлять, какой же он из себя – старший брат? Над луком брата висел лук отца. Большой, тяжелый, украшенный резьбой и хной. Драгур был настоящим воином. Аэра мечтала, что когда-нибудь отец научит её сражаться. Но эти мечты можно было отложить до того момента, пока она немного не подрастет.
Отхлебнув чуть остывший суп, Аэра поудобнее устроилась около мамы и поглубже вдохнула её приятный цветочный аромат. Сердце забилось тихой радостью и любовью. Это ли не счастье? Мама тихонько напевала старую песенку, внутри было тепло и приятно, а впереди был целый день, наполненный приключениями и радостью. Девочка настолько расслабилась от утренней неги, что снова чуть не уснула.
– Милая, хватит спать, – пожурила её мама, поймавшая чуть не упавшую плошку. – Ну же, доедай и иди умываться. Хочешь, чтобы Вирен увидел тебя сонной и чумазой?
Девочка встрепенулась. Имя брата прогнало всякий сон.
– Он возвращается? – оживленно спросила она.
– Да. Недавно дозорные услышали его вой на равнине. Он подал сигнал, чтобы мы его ждали.
– Правда? – подскочила она. – Ура, наконец-то я его встречу!
Выбежав из землянки, Аэра умылась в ручье. От неукротимого желания поскорее узнать что-нибудь о брате она перекинулась волчонком и поспешила к дозорным. Они как раз возвращались в селение после ночного караула.
Среди них был Медвир, опытный и сильный омега, возглавляющий отряды дозорных. Глава семейства Сларс, член Совета вожака, выглядел бы устрашающим в своей крупной волчьей форме, если бы не его светло-карие глаза, полные доброты и спокойствия. Заметив приближение Аэры, он остановился, а другие прошли мимо. Волки устали после бессонной ночи, но Медвир были не против рассказать девочке радостную весть.
– Да, мы слышали его на северо-востоке. Вой был четким и громким, так что наш Ветерок появится здесь ближе к полудню, – сказал Медвир, улыбаясь.
– Здорово! Спасибо за ваш труд, хорошего вам отдыха, – улыбнулась ему малышка.
– Спасибо, кроха.
Проводив его взглядом, Аэра с хитрой улыбкой подумала:
«Северо-восток, да?»
Непоседа сбежала вниз по пригорку, на котором стояло селение, и смело помчалась исполнять задуманную шалость.
Сильные лапы волков царапали мягкую землю Бегущей равнины. Пятеро Лесных воинов во главе с будущим вожаком спешили домой. Их обгоняли только тени, солнце и мысли о долгожданной встрече с родными.
– Давайте, ребята, мы уже близко! – подбадривал их Вирен, бегущий впереди.
Соплеменники отвечали ему воодушевленным лаем и ускорившимся бегом.
Поднимающаяся летняя трава приятно шуршала под лапами и наполняла воздух ни с чем не сравнимым ароматом. Ветер тормошил волчьи уши и гладил изумрудную траву. И он же принес Вирену незнакомый запах. Кто-то приближался. Замедлившись, он вдруг заметил рыжую шерстку, мелькнувшую золотом на солнце.
– Стоять, – скомандовал он.
Волки резко остановились и пригнулись к земле. Они настороженно посмотрели туда, куда был направлен взгляд лидера. Над травой вспыхнуло золотистое пятнышко и скрылось. Потом опять. И опять. Будто кто-то маленький бежал вприпрыжку, старательно преодолевая все кочки и ямки. А потом послышалось детское сопение и ойканье.
– Только не говорите мне, что это… – мелькнула у одного из них догадка.
– Да, это волчонок, – кивнул Вирен. – Ну-ка, возьмем в кольцо этого непоседу.
Воины одобрительно хмыкнули и бесшумно рассредоточились. Их «жертву» ждал хороший урок.
Уже изрядно вымотавшись, Аэра не видела перед собой ничего, кроме травы и осточертевших мышиных нор. Её лапки устали, а в голове вдруг возникло понимание того, что ей стоит вернуться домой. И чем быстрее, тем лучше. Но если она отступит прямо сейчас, то, получается, все её старания были напрасны – она так много прошла!
«Лучше уж меня накажут после того, как я встречусь с ним, а не тогда, когда вернусь ни с чем», – решила девочка, упрямо продолжая идти.
В высокой траве, согретой солнцем, жужжали пчелы и шелестел ветер. Из-под лапок убегали шустрые ящерки и жучки. Волчонок, высунув язычок, спешно вдыхал теплый воздух, и жмурился, продираясь сквозь травы. От цели его отвлекали лишь изредка поющие в небе коршуны. Зоркие степные хищники вызывали зависть в детском сердечке – вот бы разочек стать птицей и посмотреть на мир с голубой вышины, а не с сухой земли.
Пыхтя и старательно перебирая лапками, она и не думала оглядываться вокруг. В будущем она не позволит себе совершать подобную ошибку. О ней она будет вспоминать каждый раз, когда засмотрится на траву у себя под ногами.
Вдруг переменившийся ветер принес ясный запах чужака. Аэра замерла. Сердце бешено заколотилось, а уши нервно задергались в попытке уловить звуки приближающегося врага.
«Один… Два… Три… Пятеро… Луна моя!»
Она поняла, что была окружена. Аэра постаралась взять себя в руки.
«Я же точно шла на северо-запад, реку не пересекала… Или пересекала? Нет, не может быть. Это наша территория, здесь Горных нет. Это отряд Вирена? Тогда почему они прячутся? Что происходит? – Аэра в панике думала, что ей делать, но в голове творился хаос. – А если это нападение Горных? Я буду их первой жертвой? Нет-нет-нет, пожалуйста, я только родилась…»
Резкий шорох. Смазанный образ и рык. Поваленная на землю Аэра завизжала от ужаса. Она даже не заметила, как обратилась в беззащитного человека. Вся короткая жизнь пролетела перед глазами. Она, не в силах пошевелиться, встретилась с карими глазами напавшего на неё альфы.
– Ну здравствуй, маленькая путешественница. Куда уши навострила?
Девочка не могла ничего сказать. От шока она потеряла дар речи.
– Ветерок, это слишком жестоко.
– Да, как ты мог её так напугать? – послышались голоса выходивших из укрытий волков.
Но альфе было не до этого. Он увидел, как в глазах девочки засверкали выступившие слезы, и его охватила легкая паника. Аэра закрыла лицо ладонями и расплакалась.
Услышав детский надрывный плач, одни воины растерянно прижали уши, другие устало закатили глаза, а кто-то стал спокойно ждать, когда всё закончится. Ветерок был в числе первых. Он отступил от девочки и бросил вопросительный взгляд на сородичей в поисках совета. Но те просто качали головами. Приняв человеческий облик, парень сел на траву и обнял девочку. Аэра плакала, уткнувшись ему в шею. Мерно покачиваясь, он успокаивающе поглаживал её золотистые волосы и старательно извинялся.
– Ну-ну, не надо плакать. Всё хорошо, тебя никто не обидит. Прости, что напугали… Эй, меня зовут Вирен, но для друзей просто Ветерок. А ты кто? Где твои родители?
Детский разум зацепился за знакомое имя.
– Ви-рен? Ты Вирен? – сквозь слезы выговорила Аэра.
– Да, – ответил он, улыбаясь. – А как тебя зовут?
– Аэра-а-а! Я твоя сестра-а-а!
Девочка ладонями ощутила, как у брата перехватило дыхание. Окружившие их волки по-доброму засмеялись.
– Ты? Ты моя сестра? – Ветерок еле сдерживал счастливый смех.
– Да, – буркнула девочка, вытирая слезы и тщетно борясь с напавшей икотой.
Он обнял её ещё крепче. Настолько, что малышка смогла услышать биение его взволнованного сердца. Ослабив объятья, Ветерок снова посмотрел на сестренку.
– Прости, мы не хотели тебя напугать. Просто подумали преподать урок волчонку, который без спроса уходит так далеко от дома.
Детский кулачок сердито, но несильно, стукнул по его плечу.
– Преподать урок, – проворчала Аэра. – Я будто слов не понимаю.
– Мне кажется, что мама с папой не раз и не два говорили тебе, чтобы ты не уходила так далеко без них. Или я не прав?
Девочка насупилась. Конечно, прав.
– Ладно, я поняла… Больше так не буду.
– Умница, – Вирен легонько поцеловал её лоб.
Когда буря миновала, волки с любопытством посмотрели на златовласую девочку.
– Знаешь, Ветерок, я почему-то не удивлен, что она твоя сестра, – усмехнулся Сото, бурый волк, его друг детства и сын Медвира.
Альфа засмеялся, вспомнив свои шалости в юные годы. Глянув на сестру, он спросил:
– Хочешь прокатиться?
Детская обида мгновенно сменилась заинтересованностью.
Лиара обеспокоенно озиралась вокруг, быстро идя по селению.
– Ты не видел Аэру? Не знаете, где Аэра? – спрашивала она у сородичей.
Все, как один, в ответ качали головой.
«Да где же она? У ручья нет, на опушке нет, в овраге нет. Луна моя, неужели она на равнину убежала?»
Сердце матери сжалось в тревоге. Обратившись белоснежной волчицей, она по запаху нашла следы маленькой непоседы. Они вывели её из селения прямиком к равнине. Залитая солнцем пустошь виделась взволнованной волчице темным краем, в котором её волчонка поджидало множество опасностей.
Надеясь, что единственная беда, которая может случится с дочерью, это наказание за побег, Лиара не стала созывать сородичей и сама кинулась в погоню по горячим следам.
Девочка сидела на спине Вирена, крепко ухватившись за его густую шерсть, и восхищалась быстротой бега. Ей казалось, брат обгоняет ветер. Противные кочки были не страшны для его широких лап. Мечтая о том, что когда-нибудь сможет бежать так же быстро, Аэра позабыла всякую обиду и страх.
Вдруг бегущий рядом Сото с усмешкой заметил:
– Ну всё, малышка, готовься поджимать хвостик.
– Мама пришла, – сказал Вирен.
Понимая, что неизбежное случилось бы рано или поздно, девочка стала философски размышлять над своим оправданием.
Лиара смотрела на приближающихся к ней волков с любовью и облегчением. При виде сына, она забыла о проступке дочери. Воины почтительно поклонились первой волчице клана.
– Здравствуй, мама, – тепло приветствовал её Вирен, перевоплощаясь.
– С возвращением, сынок. Мы скучали.
Она нежно приложила ладонь к его шее. Так волки выражали свою любовь – дотрагивались до самого уязвимого места и не причиняли боли. Ветерок заботливо накрыл её пальцы своей ладонью. Он так соскучился по прикосновению материнских рук.
Тут Лиара перевела строгий взгляд на Аэру, сидевшую на руках воина.
– С тобой мы поговорим позже.
– Мам, не сердись. Я ведь совсем недалеко ушла. Просто хотелось поскорее увидеть брата.
– Да, мам, мы встретили её тут недалеко, – подыграл ей Ветерок. – Мы немного задержались, потому что мне захотелось покатать её на спине. Я был очень рад встретить сестренку.
Аэра заговорщически посмотрела на него.
«Спасибо, братишка. Я тогда забуду о том, как ты напугал меня».
В селении поднялась суматоха – караульные заметили отряд Вирена. Настежь открыв ворота, Лесные волки вышли встречать героев. Как только те вбежали на пригорок, их тут же захлестнула волна приветствий, крепких объятий и слез радости. Воины обнимали своих жен и сестер, целовали своих детей и благодарили Луну за то, что она хранила их во все дни опасного путешествия.
Драгур, увидевший сына спустя долгих четыре месяца, еле сдерживал эмоции. Обнимая Вирена, он сказал:
– Здравствуй, мальчик мой. Как же я рад, что ты вернулся.
К его словам присоединилась Лиара. Встав слева от мужа, женщина наблюдала за милой сценой воссоединения семей. Конечно, при этом она не отпускала руку Аэры, виновато смотрящей под ноги.
– Отец, – заговорил Вирен, – прости, мы не нашли волков-одиночек. Никто не отвечал на наш зов. Мы не смогли исполнить миссию… Однако за время нашего путешествия за Бегущей равниной мы нашли столько хороших и надежных мест для всей стаи!
– Хорошо, мой мальчик, жду не дождусь, когда ты мне все расскажешь. Я горжусь тобой.
Вирен склонил голову в знак почтения.
– Вижу, ты уже познакомился со своей сестрой, – заметил Драгур. – Она чем-то очень похожа на тебя – такая же неугомонная и любопытная.
– Неудивительно. У нас очень яркий пример для подражания, – ответил тот, с улыбкой глядя на отца.
Вожак добродушно засмеялся, а Лиара украдкой улыбнулась от светлых воспоминаний.
Привлекая всеобщее внимание, Драгур объявил о торжестве в честь возвращения храбрых сынов Луны. Под всеобщий гул одобрения и оживления, он увел свою семью в землянку, где смог спокойно поговорить с Аэрой о её поведении, а с Виреном о его открытиях.
На удивление маленькой златовласки после короткой воспитательной беседы никакого наказания не последовало. Она поняла, что это заслуга не столько её оправданий, сколько присутствия брата.
До самого заката они слушали рассказы Вирена о путешествии. О необычных местах за родной долиной, о холодных ночах в северных краях, о диких зверях и удачных охотах. Аэра была восхищена. Её переполнила гордость за брата. С блестящими глазами она ловила каждое его слово и радовалась его возвращению. Драгур поблагодарил сына за то, что смог сохранить каждого волка в отряде и вернуть их домой. За четыре месяца скитаний вдали от дома никто не погиб, и это была большая удача.
Когда до землянки дошли шум всеобщего веселья, отец предложил прервать ненадолго разговор и присоединиться к празднику. Как ни как, Вирен был главным виновником торжества.