В лесу нельзя хромать. Падение Солнца

Глава 4. Дитя Солнца

(начало июля)

Скалес сквозь тревожный сон услышал грубый голос отца:

– Вставай! Немедленно просыпайся, щенок.

Скалес не мог открыть глаза. Всё тело ломило от переутомления и боли. Его неокрепшие мышцы ещё не были готовы к тем испытаниям, которым их подвергал жестокий вожак. Но Сульфиру было всё равно.

– Слабак. Встать!

Борясь с головокружением, мальчик с трудом поднялся на ноги и выпрямился перед волком. Голова гудела. В глазах плыло. В ушах звенело. С тех пор, как Далия ушла, тренировки лишь ужесточились. Измученный мальчик уже не мог различить слова Сульфира, говорящего о распорядке следующей тренировки. Голос вожака доносился словно сквозь воду.

– Ты меня вообще слушаешь? Отвечай, когда я спрашиваю!

Волчьи клыки щелкнули возле уха мальчика. Отстранившись, Скалес потерял равновесие и свалился на каменный пол. Упал и не поднимался. Сульфир раздраженно цыкнул, поняв, что мальчик потерял сознание.

Сквозь муть Скалес услышал, как волк вышел из комнаты, однако звука закрывающейся двери не было. Значит, ему нужно было следовать за ним? Но если он так и будет лежать, то отстанет. Сульфир снова разозлится.

Собрав последние силы, мальчик перевоплотился и поднялся на лапы. Снаружи было гораздо светлее. Дверь потайной комнаты вела прямо в покои вожака. Будто в тумане, волчонок направился к коридору, надеяясь нагнать отца, как вдруг…

– Господин, я принесла воду!

Прибежавшая служанка замерла, пораженная. Скалес не знал, что сказать. В коридоре послышались шаги отца. Опомнившись, волчонок быстро вернулся в тайную комнату. И как раз вовремя.

– Вот ты где, – прорычал Сульфир. – Где тебя носило?

Взяв в зубы ведро, волк заметил странный взгляд девушки. Она будто хотела ему что-то сказать, но не знала, стоит ли.

«Она его видела?!» – мелькнула догадка.

– Что встала? Тебе есть, что сказать?

Бедняжка только замотала головой. Быстро поклонилась и убежала.

«Показалось? Может, я становлюсь через чур мнительным?»

Он нашёл Скалеса все так же лежащем на полу. Вода полилась прямо на голову малышу. Волчонок подскочил, откашливаясь.

– Если у тебя есть силы на перевоплощение, значит, и идти ты сможешь. Вставай. Продолжим тренировку.

– Аэра… Малышка, вставай.

Девочка капризно поморщилась и по привычке попыталась спрятаться у бока матери. Но тут её нос уткнулся в жесткую шерсть, пропахшую травой, солнцем и землей. Мамина мягкая шерсть пахла совсем не так. Осознав это, Аэра распахнула глаза.

– Доброе утро, соня, – улыбнулся Ветерок, лежащий рядом.

– Доброе, – сонно протянула малышка, а потом встрепенулась: – Вирен! Вирен, пойдем, пойдем тренироваться.

Перевоплотившись, маленький волчонок стал в нетерпении тянуть старшего брата за ухо.

– Тренироваться? – прозвучал недовольный голос Драгура. – Не рановато ли? Тебе всего-то третий месяц пошел.

– Я уже большая, папа, и хочу быть самой сильной в стае! Остальные волчата начинают тренироваться уже в этом месяце…

– Каждый из них – мальчик, будущий воин и охотник. Девочкам не нужно так рано начинать обучение.

– Но я хочу!

– Нет, – строго сказал отец, плохо скрывая нарастающее раздражение. – Ты начнешь тренироваться вместе с другими девочками.

– Я хочу сейчас, – упрямо буркнула та. – Ветерок обещал.

– Правда? – удивилась Лиара.

– Да, – подтвердил Вирен. – В день моего возвращения я дал Аэре такое обещание. Видимо, она весь месяц сгорала от нетерпения.

– Вот именно, – маленькие лапки толкнули широкий бок альфы, – пойдем скорее!

Аэра выбежала из землянки вместе с братом, оставив мать в одиночестве выслушивать недовольства хмурого отца.

– В кого она такая бунтарка? – спрашивал вожак.

– Вспомни Вирена в детстве. Он тебе столько седых волос добавил, – мягко отвечала Лиара, предаваясь счастливым воспоминаниям.

– Я бы удивился, если бы было по-другому. Он будущее клана, воин и защитник. Не должно ему быть неженкой, а вот Аэре не помешало бы. Никто в здравом уме не возьмет в жены непокорную волчицу.

– Жена Медвира самая непокорная из всех волчиц, но ведь он любит её, – осторожно возразила та. – Не волнуйся, Аэра найдет своё счастье.

– Счастье? Ей уготовано единственное счастье, но ты посмотри на неё – она делает всё, чтобы упустить его! Пошла учиться драться, немыслимо! Для неё моё слово ничего не значит, будто я ей вовсе не отец!

– Муж мой, ты погорячился. Аэра…

– Я сомневаюсь, что она вообще моя дочь.

Слова были больнее пощечины. Но только сказав их, мужчина понял ошибку. В доме застыла тишина. Он осторожно поднял глаза на жену. Не хотел увидеть её обиду и слезы, но в место них было кое-что пострашнее.

– Драгур, какие Злеяды тебя попутали?

Вместо мягкости – колючий холод, вместо покорности – ярость. Подконтрольная и сдерживаемая, но оттого ещё более грозная.

– Ты забыл нашу весну, дорогой? Забыл, как я принимала тебя всего и без остатка? Как вынашивала твое дитя и кричала на родах? Сама Создательница была свидетельницей моих мучений. Твоя дочь благословлена Золотой Луной, отмечена золотой шерстью и огненным сердцем. Но вместо благодарности в тебе сомнения?

– Лиара, я…

– Уходи. Иди, расскажи своим охотникам, какая непослушная у тебя дочь. Пусть все посочувствуют своему вожаку, который боится силы девчонки и обвиняет в этом жену. Иди!

Драгур увидел звериные зрачки. Напряженно опустив голову, он вышел прочь из землянки. Лиара не позволила ему увидеть своих злых слез.

Стоя посреди равнины, Аэра выжидательно смотрела на Вирена. Она помнила о своем обещании и приготовилась внимательно слушать учителя.

Вокруг было тихо и тепло. Только ветер колыхал высокую траву, покрытую росой, и коршуны изредка пели в небе. Равнина была похожа на зеленое море, волны которого стремились к горизонту. Бегущая равнина.

Вирен нарочно тянул время. Ему было интересно, как отреагирует нетерпеливая девчушка на непонятное ей ожидание. Но Аэра была спокойна. Только на сердце скреблись недовольные слова отца. Закрыв глаза, малышка прислушивалась к голосу ветра. Мать рассказывала ей, что в этом спешном потоке иногда можно услышать шепот предков. Только добрые, ничем необремененные души могли путешествовать по миру, их словам можно довериться. Первородная, посланница Луны, часто прислушивалась к ним. Раньше Аэра тоже попробовала услышать, но никак не получалось. Может, сейчас, когда ей действительно нужны добрые слова, души смилуются?

Воздух наполнил грудь, быстрое сердце уняло бег, лапы почувствовали пульс земли. Глубоко вдохнув, Аэра потерялась в Ветре. Её обняло чувство легкости и покоя. На миг ей показалось, будто учуяла запахи других волков, но они были такими далекими и прозрачными. Послышался шорох травы. Так близко, но так тихо… Что это шумит? Ручей? Откуда? Аэра не открывала глаза. Она надеялась, что звуки станут отчетливее, громче. Дыхание участилось. Шерсть на загривке встала дыбом. Ещё чуть-чуть, и…

– Аэра!

Она распахнула глаза и резко вдохнула, будто выныривая из воды. Сердце бешено колотилось, голова кружилась. Не в силах себя контролировать, Аэра перевоплотилась в человека. Упав на колени, девочка в недоумении уставилась на землю. На её ладони со лба упала капля пота.

– Что с тобой? – волк обеспокоенно толкнул её носом.

– Я почти услышала… Ещё бы немного…

– Луна моя, ты услышала голоса Сверкающей равнины?

Перевоплотившись, он помог ей подняться. Держа её за плечи, парень посмотрел ей в глаза. Аэра видела, что брат переживал, но не понимала, из-за чего. Ей нельзя было попробовать прислушаться к Ветру?

– Братик, не злись. Я просто хотела успокоиться. Мне это помогает, но раньше я ни разу не слышала ручей… Извини, я всё прослушала?

– Не переживай, я не сержусь. Ты молодец, – он погладил золотистые волосы. – Не каждый волк способен почувствовать Ветер и услышать шаги умерших. Существует множество ветров, гуляющих по миру, но только один из них может перенести твою душу на Сверкающую равнину. Ты способна чувствовать его, улавливать, подчинять. Это поможет тебе на охоте или в беде. Смотря, что ты захочешь услышать от предков.

– Ты тоже так можешь?

– Не так легко, как ты. Меня отец долго учил этому. То, что ты сумела раствориться в Ветре, полагаясь только на интуицию и чувства, это удивительно. В следующую Ночь Славы я скажу о тебе Первородной.

Упоминание о Первородной заставило девочку поежиться.

– Не надо, – она взяла брата за руку. – Не говори никому. Пусть все останется так, как есть.

– Глупости, – чуть усмехнулся тот. – Такой дар нельзя зарывать в землю. Пусть она научит тебя, как им пользоваться. Ты же хотела, чтобы отец тобой гордился?

Аэра нахмурилась. В голове возникли все «за» и «против», но хорошенько додумать ей не дали. Вирен поднялся.

– Ну что, давай начнем твое обучение?

Аэра улыбнулась. Ветерок подозвал её подойти поближе. Присев с ней на корточки, он указал ей на сусличьи норы, видневшиеся на небольшом голом пригорке.

– Теперь слушай внимательно, моя юная ученица. Суслики очень пугливы. Любой шорох заставляет их встрепенуться, осмотреться и убежать в нору. Чтобы их поймать, нужно подкрадываться бесшумно. В такой высокой траве сделать это сложно, но зато можно хорошо спрятаться. Твоя задача на сегодня – поймать суслика.

– Понятно. Но как бесшумно красться?

– Сейчас покажу. Перевоплощайся.

Внимательно наблюдая за братом, Аэра пошла за ним, пригибаясь к земле. Ей было сложно. Мышцы ног быстро уставали от непривычной нагрузки – нужно было идти на полусогнутых лапах, резко припадать к земле, медленно подниматься. Спустя время даже равновесие держать стало трудно. Как только расслабишь уставшую шею или хвост, тут же тело начинало заваливаться вбок, а это неизбежно приводило к шуму. Да и контролировать все четыре лапы, чтобы они мягко наступали сначала на носок, а потом уже на все подушечки, было непривычно.

После проваленной десятой попытки, расстроенная и уставшая Аэра лежала в траве и еле сдерживалась, чтобы не застонать вместе со своими мышцами.

– Это ещё мелочи, – усмехался Ветерок, сидящий рядом с ней. – Вот начнем учиться подкрадываться к оленям или кабанам – тогда будут настоящие мучения. Суслик-то тебе ничего не сделает, если заметит, а кабан-то может клыки под брюхо всадить.

– Они нас не боятся, что ли? – удивленно спросила Аэра.

– Боятся, но страх толкает их давать отпор. Как, впрочем, и некоторых оленей. Молодые самцы иногда лезут на рожон. О, кстати, пока меня не было в селении, папа не водил охотников на лося?

– Лося? Нет, не припомню.

– Понятно. Значит, ещё не пришло время. Мы охотимся только на стариков, а пытаться завалить молодых всё равно, что со смертью играть.

– Да ну, не пугай. Неужели в этих лесах есть кто-то сильнее волков?

– Конечно, лучик. Знаешь, какого роста лоси? Они в два, а-то и в три раза выше моей волчьей формы. Их копыта такие тяжелые, что с легкостью голову проломят. А рога, – парень поставил «рога» из рук себе на голову, – ух, забодают маленьких волчат!

Аэра вскрикнула и залилась смехом, когда Ветерок начал её щекотать. Отбиваться уже не было сил, поэтому малышка просто визжала и ворочалась на траве.

– Ну всё, лучик, всех сусликов перепугала, – засмеялся тот, прекращая пытку.

– И по чьей вине? – заворчала девочка, хлопнув брата по груди за то, что тот подло воспользовался её бессилием.

Перевоплотившись, Ветерок мотнул головой на свою спину и сказал:

– Ладно, садись, охотница. Пора домой.

Скалес снова лежал, окруженный темнотой в глубине пещеры. Спасительное забвение никак не приходило – его прогоняла тягучая боль во всем теле. На грани между сном и реальностью оставались лишь страдания. Волчонок даже не услышал шагов за дверью. Тихий стук.

– Эй, привет… Я слышу тебя. Малыш, кто ты? Как ты здесь оказался?

– Уходи, – еле проговорил он. – Нельзя, чтобы Сульфир увидел тебя.

– Почему? Что с тобой? Я могу помочь?

Вместо ответа из груди вырвался жалкий скулеж. Она была в опасности. Если Сульфир увидит её здесь – убьет. Как она этого не понимала?

– Меня зовут Фиаллия. А тебя?

Молчание.

– Ладно. Я ухожу. Я просто хотела вернуть тебе кое-что. Нашла его в Малом зале. В Верхних пещерах нет других волчат. Я вообще не думала, что есть хотя бы один, но… Кажется, он твой. Прощай.

Шорох платья затих вместе с шагами. Скалес немного успокоился. Только потом до него дошел смысл последних слов. Нашла в Малом зале? Догадка заставила подняться. Ему стоило лишь чуть-чуть приоткрыть дверь, чтобы его надежды оправдались. Торопливо схватив любимую игрушку, он снова спрятался во тьме. Только теперь она не казалась такой устрашающей. Обнимая игрушечного зайчонка, Скалес выдохнул:

– Спасибо.

Вечером Аэра, уплетая вкусный ужин, с воодушевлением рассказывала, как охотилась на сусликов. Она украсила все такими подробностями и преувеличениями, что Ветерок еле мог сдерживать смех. Мать всячески её подбадривала, докладывала побольше кусочков мяса, и говорила не расстраиваться, что в первый день не получилось никого поймать. Аэра кивала и старательно жевала.

После ужина Ветерок украдкой позвал отца наружу. Оказавшись под звездным небом, Драгур заинтересованно взглянул на сына:

– На тренировке что-то случилось? – догадался он по его выражению лица.

– Да, было кое-что, – Вирен некоторое время подбирал слова. – Отец, ты учил её сливаться с Ветром?

Глаза мужчины расширились.

– Нет, я даже не думал об этом.

– Почему? Меня ведь ты учил.

– Пусть для начала она волчьей формой научится управлять. Сила Ветра, ха! Не всякий альфа ею обладает, куда уж ей. В тебе был потенциал, дисциплина и терпение, а в ней… Не знаю, в кого она такая.

– Ты слишком строг к ней. Сегодня я привел её на Бегущую равнину, и там она была на удивление спокойной. Я сперва даже обрадовался – наша непоседа так сосредоточена на обучении, а потом вдруг её шерсть стала переливаться белым светом. Сначала незаметно, но потом словно звезды засияли. Она оказалась на Сверкающей равнине.

– От неё до Чёрного леса путь короткий, – нахмурился вожак.

– Она это сделала сама, понимаешь? С помощью интуиции и чуткости. Расскажи о ней Первородной, отец, я прошу тебя.

Драгур тяжело вздохнул. Похоже, девчонка преподнесет ему множество сюрпризов.

У волчьего племени есть поверье – все волки после смерти попадают на Сверкающую равнину, где травы высокие, небо синее, и дичи вдоволь. Там живут те, кого устраивает мирная жизнь, и те, кто не хочет до конца разрывать связь с земной. Они безустанно наблюдают за своими потомками и помогают им в трудностях. И ночью, и днем, когда Луна отдыхает в своих Чертогах. Это нелегкий труд.

Именно на Сверкающую равнину прибегают Древние волки, павшие в битве с первыми людьми. Они передают молитвы потомков, приходящих каждую Ночь Славы в Лунный лес. Древние волки советуются с Луной и отвечают на молитвы. Передав ответ со Сверкающей равнины Первородной, Древние снова спокойно засыпают в дубах Лунного леса. Они проснутся лишь в следующую Ночь Славы или когда границу леса пересечет чужак. Тогда от его поведения зависит покарают его Древние или отпустят с миром.

За Сверкающей равниной возвышается Черный лес, полный опасностей, испытаний и чудовищ – Злеяд. Злеяды – умершие волки, преступившие законы Луны, и псы-предатели. Они рыщут по лесу в поисках еды, но никогда её не находят. Чёрный лес пуст, в нем нет никакой дичи, и поэтому удел чудовищ – вечный голод. Но у них есть два способа его притупить. Первый – это убить волка, осмелившегося войти в их лес в поисках Лунных Чертогов. Смельчак, который найдет их, сможет попросить у Луны всё, что угодно. Но таких героев было немного. Второй путь – убить того, кто, слившись с Ветром, приходит на Сверкающую равнину. Приходят за советом, помощью, успокоением среди погибших близких или для того, чтобы заглянуть в будущее. Первородная здесь частый гость, но даже она не защищена от Злеяд. Только Сверкающие волки могут им противостоять. Мертвым не страшна смерть от их лап, и поэтому они яростно защищают пришедших с Ветром.

По Сверкающей равнине течет Звездный ручей – граница между миром живых и мертвых. Как только пришедший с Ветром волк перейдет её, то присоединится к умершим. Тело его, оставшееся на земле, разложится, и попасть обратно волк сможет только в обличье духа.

Драгур снова посмотрел на сына и сказал:

– Больше никаких тренировок. Это не только опасно, но и просто неправильно. Аэра должна тренироваться, как все остальные девочки. Я не позволю, чтобы моя дочь…

– Отец, – Вирен не дал ему договорить. – В чем дело? Почему «неправильно»? Почему опять «не позволю»? Зачем ты так с ней поступаешь? Ты как будто стыдишься её. Думаешь, я этого не вижу? Как ты отстраняешься от неё, отмалчиваешься, отмахиваешься… Это вижу не только я, но и все в стае. Подражая тебе они поступают с ней точно так же! Спасибо Медвиру, он с ней общается, а другие? На празднике она просто ушла к лесу и сидела там одна. Она одинока.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.