Пешки богов-2. Наследница. Дар вампира

Пролог. Пляски с бубном

Сидя в центре огромной юрты уже давно не молодой орк со множеством шрамов по всему телу подбросил в огонь сухого навоза и, глядя, как радуется вновь ожившее пламя, поковырял палочкой в костре, поправляя выпавшие угольки. Сегодня он был особенно молчалив и задумчив.

Это был вождь самого многочисленного племени орков, звали его Кромм по прозвищу Скала, а его племя носило название "Сломанный Клык" и насчитывало около пяти тысяч представителей этой расы. Всего племён или, как иногда орки называли – родов южных степных орков было больше двух десятков, но именно род "Сломанного Клыка" на данный момент считался не только самым большим и свирепым, но и, соответственно, самым престижным. Ещё недавно многие орки сбегали из своих племён и старались примкнуть к "Сломанному Клыку", но в скором времени ситуация грозила резко измениться в худшую сторону, и вождь это знал.

– Дорогой, что тебя гложет? Последние дни ты сам не свой! – спросила Ванака и, сидя с другой стороны очага, разделывала уже второго из трёх пойманных ею сусликов. – Сегодня же праздник тринадцатой луны. Это важный день для всего племени, а ты хмурый, как скала, – пошутила она, намекая на прозвище Кромма.

Это была жена вождя – Ванака по прозвищу Меткая. Она одна из немногих орчанок, что пользовалась луком, и достигла довольно высоких результатов в этом искусстве. Мужчины же с их огромной комплекцией, подразумевающей толстые пальцы, которые тетиву рвали словно паутинку, лук даже за оружие не считали. Мужская часть племени отдавала предпочтение арбалетам собственного производства, которые обычному разумному больше напоминали компактный стреломёт. Конечно, изготовление арбалетов орками внешне оставляли желать лучшего, но по ударной силе и дальности полёта болта превосходили даже изделия, которые производили гномы.

– Для племени наступают трудные времена, – не отводя взгляда от играющих небольших языков огня, Скала решил поделиться своими опасениями, – Впереди сезон холодов, племя за последние три цикла сильно разрослось, и запасов провизии на всех не хватит. Воды в последних двух источниках осталось лишь на четыре луны. Имперцы совсем обнаглели и открыли на наших женщин и детей охоту, но я не могу даже отомстить. За последние несколько циклов границу сильно укрепили и увеличили количество солдат и магов. Я могу захватить пару приграничных постов и вырезать всех, но местью сыт не будешь, а брать на заставах, кроме трофейного оружия, нечего, и только зря потеряю своих воинов. Нужно сделать выбор! Или уводить племя и искать новое место для становища, но перед холодами это грозит нам голодом, даже если мы пустим под нож всю нашу скотину и даже лошадей, которых и так осталось очень мало, а ртов, наоборот, очень много. Или другой вариант. Перебить заставы на пути к ближайшему крупному городу и разорить его подчистую. Но для этой задумки нужен союз хотя бы трёх или четырёх родов, а вожди других племён очень жадные, каждый хочет себе кусок пожирнее.

Ванака взяла тушку последнего суслика и, вспоров ему брюхо, ответила на переживания мужа: – Это обязанность любого лидера – заботиться о своём народе, естественно, они не хотят терять воинов за малую часть добычи, – отрезав от трупика животного небольшой кусок мяса, она бросила его в себе в рот, прожевала и вынесла вердикт: – Жестковат. Старый очень, – и снова обратилась к своему мужу: – Кромм, сегодня праздник тринадцатой луны и в этот день шаман всегда обращается за советом к духам наших предков. Давай дождёмся, что он скажет, и тогда уже будем принимать решения, касающиеся будущего нашего рода.

– Этот высохший навозный червь уже много сезонов ничем путным не помог племени, – поморщившись высказался вождь, – Духи предков его не слышат. Глупо рассчитывать на чудо!

Ванака, держа в одной руке нож, а в другой содранную шкурку с тушки, подошла к супругу, приобняла его за шею, но так, чтобы не замазать кровью, и поцеловала в щеку: – Дорогой, давай сегодня повеселимся, а завтра вместе подумаем над нашими проблемами.

Скала словно обмяк, как будто сделал выдох, с которым ушли мучавшие его проблемы. Супруга всегда его поддерживала, а в бою сражалась рядом плечом к плечу наравне с мужчинами. И за её своевременные и мудрые советы он был очень ей благодарен.

Когда светило скрылось за горизонтом, и на степь легла тьма, вождь приказал зажечь костры, из которых был выложен огромный круг, чтобы происходящее могли видеть все. Сейчас здесь собралась большая часть племени. Скрестив ноги, орки, сидящие рядом с кострами, начали бить в барабаны, роль которых играли большие горшки с натянутыми на них козьими шкурами. Ночь – это время духов. Так начинался обряд общения с давно умершими предками и праздник тринадцатой луны, с которой по примитивному календарю у орков начинался новый цикл.

В центре круга так же горел костёр, но он был самым большим, и под нарастающий бой барабанов к нему, держа в руке кривой посох, подошёл шаман в своей неизменной серой накидке с капюшоном и широкими рукавами. Вместе с ним вышли два его ученика, в руках которых было по бубну и деревянной колотухе, которыми они уже начали отбивать определённый ритм.

Шамана звали Калтарог по прозвищу Беспокойный, которое он получил за то, что всюду пихал свой нос. В шаманы он пошёл, потому что ещё в молодости отличался от своих рослых и мускулистых, как полагается орку, ровесников щуплым телосложением. В племени он не пользовался уважением, но так получилось, что его четыре собрата – более опытные и сильные шаманы несколько циклов назад погибли в бою с магами империи, и роду "Сломанный Клык" приходилось довольствоваться одним Беспокойным. Но надо отдать ему должное – различные болячки, травмы и не тяжёлые раны он лечил быстро и качественно.

Калтарог достал фляжку и сделал несколько больших глотков снадобья для вхождения в транс, рецепт которого знал только он сам. Скала хмыкнул, узнав фляжку, он сам её подарил шаману, сняв с пояса трупа имперца, убитого собственноручно.

Бой барабанов и бубнов становился всё чаще и громче, Калтарог с закрытыми глазами хаотично дрыгался, совершенно не попадая в ритм. Наконец, шаман упал на колени, вытянул вперёд руки и упёрся головой в землю. Барабаны замолчали, ученики Калтарога опустили бубны, а его самого неестественно трясло. Подобное происходит всегда, когда шаман обращается к духам, и сейчас все собравшиеся молчали в ожидании, когда тот выйдет из транса и сообщит волю предков.

Калтарог вдруг завалился на бок, полежал, переводя дух, потом рукой начал искать свой посох, и оба ученика помогли ему подняться.

– Вождь, выйди в круг! – громко, но дрожащим голосом потребовал он.

Кромм не кичился своей властью, поэтому не стоял в первых рядах зрителей, и пришлось расталкивать соплеменников, чтобы выйти из толпы.

Шаман подождал, когда вождь остановится, потом выдержал интригующую паузу, и громко, чтобы все слышали, объявил волю предков: – Скала, как только утром на востоке покажется край диска светила, рассылай по всем племенам самых быстрых вестников. Пусть каждому орку, встречающемуся на их пути, сообщают, что клан "Сломанный Клык" собирает орду для великого похода на империю.

Кромм был, мягко говоря, ошарашен этой новостью и не понимал – с чего вдруг духи решили, что племена снимутся со своих обжитых мест и прибегут по первому его зову.

Шаман опять взял паузу, придавая моменту эпичности и наслаждаясь своей значимостью, потом зачем-то ударил в землю своим кривым посохом и прокричал: – Духи сообщили, что в следующую новую луну нашему племени выпала великая честь. Мы должны встретить Кровавого Дракона и его защитника! Дракон поведёт орду войной на людское племя! И людишки познают всю мощь орков, которую мы обрушим на их головы! Мы отомстим за убийство наших женщин, детей и братьев! – и, подняв посох над головой, Калтарог прокричал боевой клич всех южных степных орков: – Ургууу!

Племя подхватило клич, и около трёх тысяч глоток радостно заорали: – Ургууу… Ургууу… Ургууу…

Вождь нахмурился и пробубнил: – Не может быть! Кровавый Дракон – это всего лишь легенда. Это сказочка для детей, – потом развернулся и пошёл в ликующую толпу искать жену. Скала понимал, что если дракон, действительно, явится, то города империи зальёт не только кровь людей, но и орков. Как воин, Кромм хотел убивать врагов и пировать возле их трупов, но, как мудрый вождь, он понимал, что империя сильнее всех племён вместе взятых, а значит, последствия войны будут катастрофическими для обеих сторон.

Глава 1. Бессмертный дядюшка

АРИГАТ.

Бог удачи бросил брелок с ключами от своего бумера на столик и, скинув ботинки, уже хотел снять куртку, но вдруг чувство беспокойства просигнализировало об опасности.

– Не двигайся, а то голову прострелю! – предупредил мужик, который только что вышел из комнаты и держал в руке пистолет.

– Стою, не двигаюсь, даже дышу через раз, – спокойно ответил Аригат, и отметил для себя, что у мужика под расстёгнутой курткой костюм, конечно, не такой дорогой, как был на нём, но тоже не из дешёвых, плюс, накрученный глушитель на стволе, и на руках перчатки, а значит, это не простые гопники-домушники забрались в дом, ещё двоих он почувствовал через стенку.

– Медленно подними руки ладонями вперёд! – потребовал незваный гость.

– Как скажешь, – всё тем же спокойным тоном ответил Аригат и поднял руки. Он мог спокойно вырубить всех троих без каких-либо последствий для себя, но сначала надо было выяснить, кто послал этих быков, и что им, вообще, нужно. Бог удачи сканировал мысли, наставившего на него пистолет, но в них пока не было ответов.

– Медленно, без резких движений проходи в комнату, – потребовал визитёр.

В его эмоциональном фоне ауры Аригат видел, что тот готов нажать на курок, поэтому медленно проходя мимо, сказал: – Не психуй и обороты сбавь, а то движок в голове перегреешь и пальнёшь ненароком.

Как и определил бог: в комнате находились ещё двое, причём точно в такой же одежде и тоже с пистолетами в руках. Один из них схватил его за руку, и Аригат, взглянув на явно слабоумного громилу взглядом, обещающим ему очень мучительную смерть, сквозь зубы процедил: – Дрочилки свои убери, а то обе вырву и буду ими по выходным в гольф играть твоими же яйцами! – и, присаживаясь на диван, спросил: – Кто вас послал? – причём ответ ему был не нужен, просто он направлял их мысли в нужном направлении.

– Отдай браслет, и мы просто уйдём! – ответил тот же мужик, что в коридоре тыкал в него стволом.

Из их мыслей бог уже знал, что перед ним бывший опер, а на данный момент начальник безопасности крупного банкира Лебедева, которому он не захотел продать древний артефакт в виде браслета с двумя драгоценными камнями на нём. Эту очень дорогую безделушку работы гномов нашли чёрные копатели и расхитители древних захоронений на юге России, но вот только они не знали, что артефакту больше миллиона лет, и продали Аригату всего за пятнадцать тысяч евро. Хотя настоящие ценители древности – те, кто был в курсе, что в этом мире существовала не одна цивилизация, и не только человеческой расы, готовы были заплатить за браслет пару миллионов, а то и больше.

Лебедев очень хотел его купить, но Аригат ему не продал, не только потому, что тот был человеком с гнильцой, но и потому, что у него банально не хватило денег, и нашёлся другой покупатель. И вот этот говнюк решил прислать трёх мордоворотов с пукалками, которые должны были навести жути на владельца браслета, изъять драгоценность, а его самого пустить в расход. А вот место его проживания вычислили очень банально, запеленговав телефон и проверив места, которые наиболее часто посещал Аригат.

Приставив глушитель к голове бога, преданный пёсик банкира начал терять терпение: – Скажи, где браслет, или каждые две минуты я буду простреливать тебе по одной конечности!

– У меня есть другое предложение. У вас есть пять минут, чтобы убраться из моего дома, и тогда я оставлю вам ваши жалкие жизни, и даже не буду ругаться за то, что в обуви топтались по моему ковру, – игнорируя угрозы, Аригат дал шанс этим трём недоумкам.

– Ты под кайфом что ли? Что ты несёшь? – ещё сильнее начал нервничать он.

– Лебедев рано или поздно тебя закопает в лесочке, ты слишком много знаешь про его делишки. А дома тебя ждёт жена Вика и дочь Аня, а ты делаешь всё, чтобы больше их никогда не увидеть, – бог озвучил информацию, которую вытащил из головы бывшего опера, ещё раз предоставив ему последней шанс на светлое будущее.

Глава безопасности банкира сначала опешил от того, что этот человек столько знает про него и его семью, а потом воспринял это, как угрозу, и, в готовности выстрелить, прорычал: – Где браслет?

Аригат резко схватил своего несостоявшегося убийцу за запястье, вскочил, подтянул к себе, со спины зажал горло в локте и направил его руку с зажатым пистолетом на одного из коллег, и главный охранник Лебедева рефлекторно нажал на курок. Когда один из его бойцов рухнул, Бессмертный снова направил его руку с пистолетом на второго его подчинённого, но тот, не задумываясь, защищаясь, машинально начал стрелять первым. Несколько чихов глушителя, и тело, зажатое в руках бога, дёрнулось, обмякло и упало на пол, а последний убийца-дилетант даже не понял, как Аригат оказался рядом, зато боковым зрением заметил летящий в висок кулак, и отрубился.

– Надеяться, что дураки поумнеют – самая опасная форма оптимизма! – вслух высказался Бессмертный и отшвырнул ногой пистолет, который отлетел под тумбу с широким телевизором. В этот момент в кармане завибрировал телефон, звук мелодии, который сильно раздражал, Аригат никогда не включал. Он посмотрел на экран, это звонила Варгана – дочь Илвуса и Виолы, но в этом мире её знали под именем Варвара или просто Варя.

– Привет, Жиза, соскучилась по любимому дядюшке или деньги опять кончились? – с иронией ответил на звонок он.

– Андрей, кое-что случилось, я не знаю, как тебе сказать! – могильным голосом заинтриговала она.

– Ты достигла половой зрелости? – пошутил Аригат и ногой повернул голову бесчувственного тела единственного выжившего гостя, проверяя – не пришёл ли тот в себя.

Ни своих родителей, ни своего имени, данного при рождении, ни настоящего имени Аригата и то, что он – бог, – Варя не знала. Для неё он был родным дядей, но правду ей предстояло узнать уже совсем скоро.

– Андрей, я убила Влада! – сообщила она.

– Какого Влада? – опешил Аригат.

– Своего парня! – пояснила Варя.

– Ты где? Ничего не делай и никому не звони! Я через час приеду! – тут же сменив тон, попросил или скорее приказал бог.

– Я дома и уже позвонила в полицию! Я растерялась! – сообщила его "племянница", и даже по голосу чувствовалось, что она на грани истерики.

Аригату хватило пяти секунд, чтобы проанализировать ситуацию и принять решение: – Делай, всё, что скажет полиция. Не спорь ни с кем и не провоцируй, подписывай любые бумаги. К утру я тебя вытащу вне зависимости от обстоятельств!

– Я поняла! – ответила Варя, в трубке послышался дверной звонок, видимо, прибыли менты, и она отключилась.

Бессмертный убрал телефон в карман куртки, которую так и не успел снять, и вслух произнёс: – Загостились мы в этом мире, пора возвращаться.

Вдруг он снова почувствовал вибрацию, снова достал телефон, посмотрел на экран и ответил: – Артём, говори коротко и по делу.

– Андрей Сергеевич, у подъезда Вари нездоровая движуха: две полицейские машины и скорая.

– Я в курсе, – хмуро сообщил бог, – Она грохнула своего парня дегенерата. Воспользуйся своей левой ксивой и узнай – в какое отделение её повезут. Больше от тебя ничего не требуется. Отпускай людей, встретимся через полтора часа на нашем месте. Отбой.

Пощёчинами приведя в чувство выжившего прихвостня банкира, Аригат схватил того за волосы и угрожающим, но тихим тоном потребовал: – Сейчас я включу камеру, а ты под запись подробно расскажешь правду! В ином случае я заберу у тебя здоровье – совсем заберу, и будешь остаток жизни под себя гадить!

– Какую правду? – испуганно спросил он.

– Про твоего хозяина – банкира. Расскажешь – когда и зачем он послал вас в этот дом. Вздумаешь соврать хоть в мелочи, я тебе глаз выдавлю, – вполне серьёзно пообещал Аригат, и выполнил бы свою угрозу без угрызений совести.

Мужик понял, что этот человек, который, по словам Лебедева – должен был испачкать штаны только от вида ствола, совершенная противоположность и готов убивать, не задумываясь, поэтому рассказал всё, что знал. А когда Аригат убрал телефон, тот, цепляясь за жизнь, начал оправдываться: – Слушай, я тут, вообще, не при чём. Не убивай меня. У меня семья, и жена скоро родит. Прости, так получилось.

– Бог простит, а не могу! – ответил Бессмертный и сам про себя усмехнулся своей шутке. – Сейчас я вызову ментов, и ты дашь против Лебедева показания. Если меня не послушаешь, то я приду к твоей жене, если не ошибаюсь – её зовут Кристина, убью её и твоего неродившегося ребёнка. Кстати, я даже знаю, что вы вчера делали узи и у вас будет мальчик.

Вот теперь бойца ублюдошного банкира пробрало до холода в кишках, а то, что этот человек выполнит своё обещание – тот не сомневался. Слишком этот обыкновенный барыга древностями был спокоен, создавалось впечатление, что для него человека лишить жизни – всё равно, что зад почесать.

Этот человек был больше не нужен, Аригат мог лишить его сознания одним прикосновением, но решил потешить своё самолюбие и ввёл того в беспамятство мощным прямым ударом в лицо. Потом бог прошёл в другую комнату, обставленную под спальню, и взмахом руки убрал наложенную иллюзию со стены, за которой находился довольно приличного размера несгораемый сейф с цифровым замком. Введя нужные цифры и открыв толстую дверцу, он вытащил объёмную сумку и с верхней полки небрежно свалил в неё всю наличность в виде тугих пачек, перетянутых тонкими резинками. Покрутив в руках браслет, за которым и охотился банкир, Аригат решил, что теперь эта безделушка для него бесполезна, и положил артефакт обратно в сейф. Вызвав полицию, нацепив обувку и взяв со столика ключи от машины, он вышел на улицу, последний раз обернулся и хмыкнул: этот дом был его комфортной клеткой в этом мире, но больше он сюда возвращаться не собирался.

От элитного коттеджного посёлка в Репино до Питера дорога занимала минут сорок и по городу до места встречи с Артёмом ещё минут двадцать … тридцать. Аригат мог сократить время до нескольких секунд, воспользовавшись порталом, но, во-первых, хоть и небольшая, но была вероятность привлечь к себе внимание местного бога, открытие портала – это колоссальный выброс магической энергии, а, во-вторых, бог удачи хотел ещё раз прокатиться на своём бумере последней модели. Очень ему нравилась эта машина, да и оставлять её было глупо. Менты, рано или поздно, сообразив, что хозяин уже не объявится, естественно, её присвоят.

И вот держа руль, сдерживая себя, чтобы не воспользоваться всей мощностью двигателя и не вдавить педаль газа в пол, Аригат перед уходом из этого мира невольно вспомнил все двенадцать лет пребывания здесь, понятие – цикл бог уже давно отвык применять.

В день, когда Варгане исполнилось пять лет, они вдвоём за руку вышли из портала в мире, который боги называли "Синяя Планета", а местные звали планета "Земля". Бог удачи заранее выбрал Питер, как место, в котором они осядут. Во-первых, ему подсказывала интуиция, что так хотело бы мироздание, потому что до переноса в мир "Спящего Бога" в тело отца Варганы – Илвуса, тогда ещё Евгений был родом из этого города, а во-вторых, Аригат сразу решил поселиться в одном из крупнейших городов России. Прозябать в глуши и маяться от скуки было не в его стиле, а славяне, как нация, ему нравились, было у него с ними что-то общее, скорее всего, дух авантюризма.

Ещё перед уходом из мира, который теперь поменял название на мир "Падшего Бога", бог, шутя, занял у Илвуса пару десятков имперских золотых монет, которые сразу продал в Питере и снял дорогую квартиру со всем комфортом, к которому привык. За немалую сумму купил полностью легальные документы. Себе взял вымышленное имя Мор Андрей Сергеевич, а Варгане созвучное Мор Варвара Евгеньевна. То есть, не ломая голову вместо фамилии взял приставку клана вампиров Илвуса и Виолы, чтобы Варе потом не пришлось привыкать к приставке к её имени. Она, как и остальные в этом мире, думали, что он – её дядя.

Поначалу он даже не знал, что ему делать со своей малолетней племянницей и в каком направлении взращивания её, как ребёнка, двигаться. Через пару дней всё-таки признав тот факт, что в воспитании детей он разбирается, как кенгуру в квантовой физике, Аригат решил нанять профессиональную няню. Отказав восьми претенденткам на эту роль, наконец, девятую он одобрил. Умение читать мысли смертных и задавать нужные наводящие вопросы давали возможность узнать о человеке практически всё, и женщина ему понравилась. Звали её Мария Васильевна. Её почтенный возраст – чуть за пятьдесят, многолетний опыт работы не только воспитателем, но и учителем младших классов и навыки последних трёх лет работы няней – сыграли свою роль. Плюс, бог не увидел в ней агрессии и жажды наживы. Она занялась обучением и воспитанием Варвары, а Аригат, чтобы не страдать бездельем и для улучшения их финансового положения решил заняться поиском и перепродажей артефактов древности. С его возможностями бога, он быстро достиг успеха в этом деле, тем более, что удача – была его вторым именем. Хоть и заниматься бизнесом для него тоже было делом непривычным, но всё же лучше, чем находиться в роли Бессмертного няньки.

Когда Аригат и тогда ещё – Варгана уходили из мира "Падшего Бога", Бессмертный пообещал её родителям, что сделает из неё хорошего воина и, как только малявке исполнилось шесть лет, он сам начал потихоньку обучать её. Найти учителей, достойно владеющих оружием средневекового мира и которые бы взялись за обучение ребёнка, ему никак не удавалось. Но выручил случай.

В одном из городов Греции, куда бог прибыл с целью посетить одну из стоянок археологов, чтобы попробовать выкупить найденные ими артефакты, Аригат стал свидетелем разборки местных отморозков и странного человека, сильно отличающегося от местных не только чертами лица, но и повадками. А странным он ему показался потому, что в течение пяти секунд прямо на оживлённой улице тот смог голыми руками обезвредить шесть человек вооружённых огнестрельным оружием, причём троих из них со смертельным исходом. Это только в кино главный герой, имея в руке одну зубочистку укладывает мёртвых вооруженных до зубов злодеев пачками, а в реальной жизни даже обученный человек с голым задом против пары стволов может получить лишь несколько лишних дырок. И тогда Аригат машинально взглянул на ауру этого необычного бойца и сильно удивился – это был высший вампир.

Бессмертный решил его выследить, но клыкастый заметил слежку и пошёл в отрыв, тогда Аригат его парализовал, повесил на него свою метку и отпустил. Вампир даже не осознал, что случилось, до тех пор, пока спустя двое суток ночью через портал к нему не заявился в гости бог везения. Как оказалось – клыкастик заочно знал Аригата, и не раз молился ему, прося удачи и благословения ещё будучи в своём мире, который Бессмертные из-за наличия на той планете множества пустынь из песка с сероватым оттенком называли миром "Серых Пустошей". Вампиру было больше двухсот лет и звали его Валким, но тот больше предпочитал своё необычное прозвище – Ёж, которое он заработал уже путешествуя в этом мире за его привычку скрытно таскать с собой большое множество мелкого колюще режущего оружия.

История его перемещения в этот мир, где вампиров знали лишь по преданиям и легендам, оказалась до простоты банальной. Шестнадцать лет назад Валким разошёлся во мнении со своими сородичами, и те решили от него избавиться, и, будучи загнанным, как дикий зверь, он воспользовался артефактом, активирующим портал, который ему достался, как семейная реликвия – от отца к сыну. Вампиры не знали, куда ведёт вход в виде чёрного окна, поэтому не решались им воспользоваться, но у Валкима не было выбора. Выкинуло его в Испании, и надо сказать, что клыкастый беженец не растерялся, и даже поначалу незнание местных диалектов не помешало ему стать профессиональным киллером. Кроме, как убивать, все его остальные навыки этому миру были не нужны. И надо сказать, что клыкастый по достоинству оценил комфорт проживания в высокотехнологичном мире и в средневековье возвращаться не собирался.

Аригат предложил Валкиму переезд в Россию и до достижения совершеннолетия Вари стать её учителем по боевым искусствам. Вампир, не задумываясь, согласился. Отказать одному из сильнейших богов было бы самой большой глупостью, которую мог совершить вампир. К тому же для него было честью стать наставником родственницы самого бога удачи.