Обручённые вечностью, или Отдам жену в хорошие руки

© Лисавчук Елена

© ИДДК

Глава 1

Мой босс – настоящий волшебник! Вру! Он настоящее воплощение князя тьмы!

Кроме того, что мой босс – вице-президент крупнейшего медиа-холдинга, у него отлично выходит выводить меня из себя. Помимо прочего, у него имеется и не менее раздражающее умение: бросая девушек, оставаться с ними хорошими друзьями. Уму непостижимо! Он с ними расстаётся, а девушки слёзы по нему льют. Ладно б проклинали, обещали со свету сжить. Нет же. Его бывшие пассии ищут недостатки в себе!

Не зря наше с ним знакомство не задалось с самого начала.

Каких-то полгода назад я возглавляла мегапопулярный глянец «Европейский шик». К моему мнению прислушивались, указания беспрекословно исполнялись, сотрудники из кожи вон лезли, мечтая угодить. Что теперь? Теперь из руководителя я превратилась в девочку на побегушках. То есть обычную секретаршу.

Громкая должность главного редактора осталось при мне, вот только смысл полностью потерялся.

Первым делом несносный босс занял мой кабинет.

Прямо с порога заявил:

– Светло. Просторно. Вид на город. Мне подходит.

– Не помню, чтобы сдавала помещение в аренду, – ответила я сердито, откидывая со лба светлую челку.

На этой моей фразе градус напряженности между нами заметно возрос. Я бы сказала, столбик термометра опасно вознесся вверх. В кабинете стало ощутимо жарковато. Удивительно, что воздух не заискрился.

Серые с серебряным отливом глаза вице-президента остановились на мне. Вид из окна на многоэтажные торговые центры перестал его интересовать.

– Поспешите, успеете занять свободный стол в общем зале.

– Очень великодушно с вашей стороны, – выдала я фальшиво.

Поднялась, сгребла разложенные на столе макеты, подхватила с уютного диванчика сумку и гордо покинула кабинет.

Ушла я недалеко. Поупиваться жалостью к себе не успела. Единственный незанятый стол в офисе принадлежал секретарю. На нём и говорящая табличка имелась: «Свободен!».

Оставалось приписать: «Просьба с раритетом обращаться осторожно».

Через него столько секретарей прошло – не сосчитать. Они у нас надолго не задерживались. Всему виной повышенная любовь девушек к боссам. На перспективную роль последних подходили мужчины: начиная с мелкого подрядчика, доставляющего канцелярские товары, и заканчивая руководителями отделов.

Брачное агентство, а не офис крупнейшего медиа-холдинга.

Спустя неделю протирания брюк за раритетным столом мне самой захотелось заму… Это не то, о чём вы подумали! Замуж я не захотела, а вот замучить новое начальство до икоты своим неунывающим оптимистичным видом дико захотелось. Из вредности.

Между мной и новым боссом развернулись настоящие боевые действия.

Вечерами вице-президент заваливал меня работой по самое не хочу, где моё «не хочу» начиналось сразу с утречка при виде стопки папок, возвышающихся на столе вперемешку с различными бумагами. Чаще всего мне подкидывали отбраковку наводок, сплетен, догадок; согласование дизайнов обложек, статей, выходящих на первой полосе новостных и развлекательных газет, входящих в состав холдинга. А чтобы я совсем не заскучала, неугомонный руководитель устраивал мне День сюрприза!

Стою я, значит, довольная у лифта, радуясь, что успела вовремя улизнуть, не задержалась допоздна, как обычно. Нетерпеливо бью по кнопке лифта. Гипнотизирую взглядом створки дверей, мысленно умоляя: «Давайте! Давайте! Давайте уже открывайтесь!»

Понимаю, расслабляться рано. Обратный отсчёт идёт на секунды. Задние девяносто подсказывают: босс вот-вот появится. Он всегда появляется в неподходящий момент. Проверено. Говорю ж, мне на голову свалился всамделишный князь тьмы собственной персоной!

– Где он там застрял?! – это я лифту.

Сильнее сжимаю ручку сумки. Из её недр ощущается вибрация. Телефон надрывно выдаёт: «Зайка моя…» – сигнализируя, что пора ускориться.

Вариант спуститься по лестнице сразу отметаю. Не успею. Стучу лихорадочно ладонью по кнопке лифта. Из груди вырывается облегчённый вздох – створки разъезжаются в стороны. На выдохе сердце замирает. В свете светодиодных ламп стоит он… бог очарования, гуру обольщения и просто притягательный мужчина – Анатель Романович!

– Уходите? – с улыбкой матёрого сердцееда спрашивает мой худший кошмар. В его движениях постоянно чувствуется опасная грация. От него исходит железобетонная уверенность и непоколебимое спокойствие.

Я обрываю вызов на многоговорящей строчке: «Ты убежишь, а я рядом…» (надо будет обязательно поменять рингтон!) и безжалостно сообщаю:

– Меня дома ждёт…

– Некормленая кошка и телевизор?

– Мужчина меня дома ждёт, – одариваю я хама холодной улыбкой. Неважно, что мои слова далеки от истины.

– Кот, кошка. Без разницы. Пусть учится мышей ловить. Разбаловали вы своего питомца, Луна Сергеевна. А я вас. Вы никуда не уйдёте, пока не выполните…

За этим следует перечисление нелепых дел, что мне предстоит сделать.

Пылая гневом, я возвращаюсь за стол. Некоторые из нас профессионалы, между прочим. Из-за прихоти начальства пришлось распрощаться с мечтой о вкусном ужине перед телевизором, в уютном коконе тёплого пледа.

Сегодняшний день мало чем отличался от предыдущих. Пришлось остаться и просмотреть вечерние сводки.

– Не верю своим ушам! Ты меня бросаешь?! – откуда-то из недр кабинета начальства послышался глухой удар, как если б в стену запустили ежедневником или чем другим поувесистее.

– Персик, нам нужно взять паузу в отношениях. Лучше притормозить и дать нам возможность во всём разобраться, чем потом полжизни друг друга ненавидеть.

Ещё немного – и мягкий, вкрадчивый тон начальства будет вызывать у меня изжогу. Нечто подобное мне приходится слушать с завидной регулярностью.

– Иди ты!!!

Громкий женский вопль ударил по ушам. Я не сдержалась и поморщилась, но когда из кабинета шефа выбежала красотка, даже глазом не повела. Затормозив у моего стола, модельной внешности девушка подрагивающими пальцами вытащила из клатча нетронутую пачку бумажных платочков. Надорвав упаковку, извлекла салфетку и изящно промокнула выступившие на глазах слёзы.

– Я недостойна его! – страдальчески взвыла она, комкая платочек. – Скажите, вы давно работаете у Анателя секретаршей?

– Я не секре…

– У него появилась другая? Да? – не дали мне договорить и порывисто сжали пальцы.

Обсуждать пассий начальства мне не улыбалось, и потому, стоически приняв тот факт, что меня принимают за секретаршу, я с вежливой улыбкой предложила:

– Кофейку? – Красотка высокомерно изогнула брови. – С коньячком?

– Не откажусь, – расплылась она в белозубой улыбке.

Предложив девушке присесть, я поставила изящную чашку в кофеварку, выбрала на электроном табло позицию «Американо», после чего отправилась в кабинет начальства. Там хранился основной компонент убойного кофе – элитный коньячок.

На улице давно стемнело, и в кабинете начальства над рабочим столом сиротливо горела лампа, создавая интимный полумрак. Свет уличных фонарей с трудом пробивался сквозь узкие щели закрытых жалюзи, наполняя углы комнаты дрожащими тенями. Самого Анателя Романовича в кабинете не обнаружилось, вот только дверь в ванную была приоткрыта.

Наверное, перед уходом пошёл освежиться.

Запах горького шоколада с капелькой ванили, витающий в воздухе, подтолкнул меня к действиям. Его хозяин мог в любой момент вернуться, а объясняться мне с ним совершенно не хотелось. Возле дивана стояла неприметная тумбочка, где я раньше хранила горячительные напитки. Туда я и устремилась.

Тишина в ванной настораживала. Не будь дверь приоткрыта, решила бы, что Анатель Романович ушёл. Глупости, конечно. Он же не невидимка. Девушка, сидящая перед его кабинетом, вряд ли проворонила бы его уход.

Мысленно поторапливая себя, открыла дверцу тумбочки, схватила бутылку с плавными изгибами и торопливо вынула её. Поскольку я и без того задержалась в кабинете начальства, вытянув шею, заглянула в ванную. Анатель Романович вроде на горизонте не маячил. Сделав глубокий вдох-выдох для успокоения расшалившихся нервишек, заторопилась к выходу.

Стараясь держаться в тени, я медленно продвигалась к двери, прокручивая в голове вразумительные варианты моего вторжения. Не знаю, о чём я только думала, вламываясь в кабинет начальства! Стремление доказать себе, возможно, и Анателю, что кабинет настолько же его, как и мой, могло мне стоить работы.

Я настолько увлеклась слежкой за входом в ванную, что случайно подвернула каблук. Падения удалось избежать, лишь сжав боковину дивана. Не знаю, что там лежало, но это что-то больно врезалось мне в ладонь.

Глухо пискнув, не нарушая конспирации, осторожно сняла руку с подлокотника. На деревянной поверхности лежал чудесный браслет, подмигивающий мне явно драгоценными камнями. Это украшение начальник, наверное, собирался подарить назойливой любовнице, рассчитывая откупиться. Похоже, девушка ушла раньше, чем получила подарок.

Я хотела отвести взгляд от браслета, но не смогла. Радужные блики, играющие на гранях кристаллов, притягивали, завораживали, манили меня. Не заметила, как сама потянулась к ним. Ощутив под пальцами холод камней, пришла в себя и шарахнулась назад от странной вещицы. Меньше всего я ожидала, что вещица окажется с секретом и не пожелает меня отпустить.

Браслет засветился, звенья разомкнулись, кристаллы отсоединились и змейкой по воздуху полетели ко мне. Вернее, к запястью. Обхватив его, цепочка замкнулась. Браслет приятной тяжестью осел на руке.

На этом положительные эмоции закончились.

Руку от кончиков пальцев до самого локтя охватило холодом. Мир перед глазами померк, рассыпаясь на сотни кусочков пазла. Тёмный, нескончаемый провал. Картинка собралась вновь. С той значительной разницей, что я совершенно не узнавала место, где находилась. Комната напоминала хоромы зажиточного лорда: старинная, дорогая мебель, гобелены, свечи в канделябрах.

В помещение с задёрнутыми тяжёлыми портьерами на окнах грациозно вошла девушка. Не ровня модельке, ожидающей меня в офисе. Плавные изгибы незнакомки подчёркивал полупрозрачный, отделанный тонким кружевом пеньюар. Под ним, думается мне, девушка была обнажена. Пышные волосы ее спускались водопадом до талии, переливаясь золотом и серебром. Стройная, холеная, с утончёнными чертами лица, она идеально соответствовала вкусам моего начальства.

– Как ты сюда попала? Кто пропустил тебя без разрешения? – совершенно обычным, стервозным голосом раскричалась незнакомка. Она стремительно подошла ко мне и нагло вырвала бутылку коньяка.

– И я не прочь получить ответы на ваши вопросы, – украдкой осмотрелась я.

Девушка недовольно скривила губы, безуспешно пытаясь скрыть это за фальшивой улыбкой. Её рентгеновский взгляд опустился к моим туфлям на высоком каблуке. Ненадолго задержался и начал подниматься, подмечая малейшие детали. Придирчиво осмотрев строгий деловой костюм, девушка остановила взгляд на неглубоком вырезе кремовой блузки.

– Ты не похожа на горничную, – изогнула она бровь, закончив с осмотром.

Не стыдясь едва прикрытой наготы, незнакомка откупорила принесённую мной бутылку и разлила коньяк по стаканам. Оставив порцию себе, другую плавным движением протянула мне. Чувствуя своё шаткое положение, в котором по нелепой случайности оказалась, я приняла стакан. Не стоило пренебрегать гостеприимством хозяев, прежде не наладив с ними отношения. Ночь в обезьяннике за взлом с проникновением вряд ли кому-нибудь пойдёт на пользу.

Стакан я принять приняла, но пить не стала. Мне нужна была ясная голова. Память и без того отшибло. Сколько ни пыталась, я не могла вспомнить, как забрела на арендованную площадку местных косплейщиков. Любителей игр с переодеваниями.

Отпив коньяк, незнакомка поверх стакана оценивающе посмотрела на меня.

Знакомый взгляд.

Она решала: соперница я ей или нет.

– Вынуждена признать, кто бы тебя ни подослал, он не просчитался. Яркие, выразительные глаза цвета шторма. – Занятно. Никто прежде не сравнивал серебристый оттенок моих глаз со штормом. – Длинные, густые ресницы. Пухлые губы. Маленький вздёрнутый нос. Довольно аппетитные формы. Даже вьющиеся локоны, небрежно собранные в пучок, не портят тебя. Провокационный наряд подкачал, да фиг с ним, сойдёт.

Это мой более чем целомудренный костюм провокационный? Незнакомка, случаем, не свихнувшаяся от ревности девица, любую представительницу слабого пола записывающая себе в соперницы?

– Признавайся! Тебя Васили́ка подослала?! Его верховное величество расстался с ней, и она подослала тебя? – с лукавством без затаённой ненависти предположила незнакомка.

– Другие причины моего нахождения здесь вы не рассматриваете? – принялась я тянуть время.

Учитывая изменчивую натуру незнакомки, откровенничать с ней не торопилась. Тем более она всё сильнее походила на ненормальную. Верховное величество, неизвестная соперница. Возможно, она вжилась в роль и не выходит из неё? Верно! Мы вместе с ней находимся на игровой площадке, и она не подозревает, что я не из их группы.

Я позволила себе снова осмотреться. Бархатные портьеры, широченная кровать с балдахином, неплавящиеся свечи в подсвечниках. Я по достоинству оценила добротную бутафорию. Организаторы косплея на славу расщедрились. Жаль, это не объясняло мои пробелы в воспоминаниях. Я до сих пор не вспомнила, как очутилась на площадке ролевиков.

Постепенно в памяти всплывали неясные образы вроде вспышки и сияющего водоворота. Дальше из свежих воспоминаний шла встреча с незнакомкой.

Браслет! Я помню, как нашла его. И он… он… Ерунда какая-то. Вещи нематериальны, не выбирают хозяев.

Машинально потрогала запястье. Украшение никуда не делось, обвивало мою кисть.

«Всему есть рациональное объяснение, – успокоила себя. – Надо постараться вспомнить, что я делала после того, как нашла браслет».

– Твоё лицо выглядит смутно знакомым, – внесла большую сумятицу в мои мысли незнакомка. Я-то её точно видела впервые. Плеснув себе в опустошённый стакан добавку коньяка, она возобновила переговоры:

– Учитывая твою привлекательную внешность и падкость повелителя на хорошеньких подданных, я готова предложить тебе за твой уход щедрую плату. Скажи, сколько заплатила тебе Васили́ка, и я удвою сумму. Не устраивает? – приняла моё ошарашенное молчание за отказ девушка.

– Ладно, утрою.

– Продано! – обрадовалась я возможности уйти без сопровождения правоохранительных органов. – То есть ничего не надо. Ни денег, ни повелителя. Оставьте всё себе. Продолжайте ролевые игры без меня.

Водрузив стакан на белоснежный столик с позолоченными изогнутыми ножками, я приготовилась немедленно убраться с игровой площадки. Хотелось уйти прежде, чем пресловутый повелитель явит себя нам.

Из бокового помещения послышался шорох, напоминающий характерный звук, когда ты наскоро обтираешься полотенцем. И он приближался. В смысле шорох. Кто-то, надеюсь, оборачивался полотенцем на ходу.

Плохо! Очень плохо!

Незнакомка резво подошла к двери, шелестя длинным, полупрозрачным пеньюаром.

– Спасибо, что заглянули, вам пора. – Обхватив дверную ручку подрагивающими пальцами, она нажала на неё.

Наши желания совпадали. Ей не терпелось избавиться от меня, а мне уйти.

– Согласна, – бросила я на ходу, продвигаясь к двери.

Не столько на уровне слуха, сколько на уровне ощущений я поняла, что мы в комнате с незнакомкой больше не одни. Верховный повелитель присоединился к нам.

Приглушённое ругательство, щедро приправленное рычащими нотками, подсказало, что моё присутствие заметили. Глупо было дальше изображать из себя статую. Бросив сожалеющий взгляд на украшенную широкими серебряными мазками дверь, я повернулась к очередному участнику косплея. Готовые слететь с губ слова оправдания застряли в горле.

Какое там застряли? Я буквально ими подавилась.

Я расширенными глазами смотрела на полуобнажённого босса. Благо широкое банное полотенце прикрывало смущательные части его тела. На рельефную грудь, поблескивающую от капелек воды, старалась вообще не смотреть.

– Вы, помнится, собирались уходить, – с громким стуком незнакомка присоединила свой стакан к моему и, схватив меня повыше локтя, потянула в направлении двери.

– Вы правы, мне давно стоило уйти. – Чувствуя себя лишней, я поддалась на её уговоры.

Встретив в уютном гнёздышке Анателя Романовича, я ощутила неприятный укол обиды. Значит, он на меня оставил расстроенную модель, а сам отправился развлекаться дальше. Его уход из офиса остался в той части памяти, где имелся провал.

– Ты никуда не уйдёшь, Луна! – принялся раздавать приказы начальник. У него рефлекс, что ли, выработался на меня? Что ни встреча, то приказы.

– Вы знакомы? Знаете, неважно. Не нужно задерживать девушку, ваше верховное величество. Её ждут клиенты, – стиснув зубы, выдавила незнакомка милейшую улыбку.

Я понятия не имела, о каких клиентах она говорила, но принимать участие и дальше в ролевых играх не собиралась.

– Встретимся на работе, – бросила я скороговоркой, устремляясь к выходу.

Прозвучало очередное приглушённое ругательство, и дверь перед моим носом захлопнулась. И это в комнате, где нет даже намёка на сквозняк?

Оставив попытки выпроводить меня, девушка переметнулась к ухажёру и мёртвой хваткой вцепилась в его руку, помечая территорию. Смотрела при этом сердито.

На меня.

Где справедливость? Это не я мужиков, а Анатель Романович девушек меняет чаще, чем перчатки.

Наступила тишина, нарушаемая равномерным треньканьем свечей. Бракованные им, что ли, подсунули?

Стряхнув с руки незнакомку, Анатель Романович (к чёрту Романович!), Анатель медленно двинулся в мою сторону, оттесняя к двери. Он ступал так бесшумно, словно и вовсе не был человеком. Тень плащом стелилась за ним по полу. Её размытые края колыхались, высвобождая клочья тьмы. Ощутив лопатками неровную поверхность, я нащупала за спиной дверную ручку и нажала на неё. Щелчок. Другой щелчок. Дверь не поддалась. Замок заклинило.

Усилием воли я заставила себя разжать пальцы и, презрев врождённую стыдливость, уставилась на приближающегося начальника. Я честно старалась на него не смотреть, но взгляд сам собой задержался на влажных тёмных волосах, россыпью лежащих на плечах. Скользнул по мускулистым плечам, гладкой, рельефной груди без единого волоска. Остановился на куске ткани, прикрывающем узкие бёдра. Словно и не стояло задачи что-нибудь прикрыть. Несколько резких движений – и полотенце спадёт.

Мои щёки запылали. Исключительно от гнева. Взгляд сместился вниз к крепким икрам. Желание сбежать усилилось. Сложно вести диалог на равных с кем-то напоминающим Аполлона. Если судить по настроению начальства, меня ждал неприятный разговор с объяснениями. Коих, на минуточку, у меня не имелось.

Запретив себе малодушничать, я с вызовом посмотрела на Анателя. Лёгкий налёт дневной щетины придавал его лицу привлекательную небрежность. По мере приближения аристократические черты его лица каменели.

Впервые в жизни я пожалела, что неспособна слиться со стеной.

Мне упорно казалось: начальник борется с диким желанием меня придушить. Я почти убедила себя, что мои страхи надуманны, когда он вплотную приблизился ко мне и проникновенным голосом, пробирающим до дрожи в поджилках, произнёс:

– Ты нашла браслет?

Он не спрашивал, скорее утверждал.

– Какой браслет? – бессовестно ушла я в несознанку, прижав руку с украшением к бедру.

– Должно быть, тот, что ты стараешься от меня спрятать, – растягивая слова, ответил Анатель.

Схватив меня пониже локтя, он поднял мою руку на уровень наших лиц. Тусклый свет отразился от камней, браслет вспыхнул множеством крохотных огонёчков. Длинные мужские пальцы поднялись выше, поправили браслет и, прежде чем я успела что-то понять, погладили нежную кожу на запястье. Это было обычное касание, но меня точно пронзило электрическим разрядом. Я вроде знала, что должна отдёрнуть руку, но не торопилась с этим. Вместо этого я стояла и смотрела в необычайно притягательное лицо Анателя. Я и представить не могла, что мы когда-нибудь будем стоять настолько близко. Что я буду ощущать исходящее от него тепло. У меня появился шанс разглядеть Анателя вблизи. Мне начало казаться, что за его мужественной, потрясающей внешностью скрывается уязвимость. Если признаться совершенно откровенно, своими действиями он застал меня врасплох.

Несмотря на излучаемую им нерушимую уверенность, Анатель не сумел скрыть досаду, промелькнувшую в глазах.

Тех самых глазах, равнодушно смотрящих на меня.

– Ты взяла чужой браслет, – обвиняюще заявил он.

– Нечего разбрасывать побрякушки где попало! – стряхивая наваждение, я дёрнула на себя руку, но не сумела освободить из захвата.

Ледяной взгляд начальства должен был если не приковать меня к полу, то однозначно подчинить, но к тому моменту я достаточно успела прийти в себя, чтобы понять: буду дурой, проявив перед ним слабость.

– Это не мне, а вам должно быть стыдно, Анатель Романовч! За год я много чего насмотрелась! С меня хватит! Это не я, а вы, будучи женатым, намеренно играете чувствами девушек! Вас не трогают их страдания! Вы даёте им ложную надежду на длительные, серьёзные отношения! Вы исчезаете из их жизней на несколько месяцев, затем от скуки появляетесь вновь как ни в чём не бывало! Вы разрушаете построенные ими отношения и, вдоволь потешив своё самолюбие, снова исчезаете! Знайте, я отказываюсь работать на бесчувственное чудовище, манипулирующее беззащитными девушками и изменяющее своей жене! Ждите утром заявление по собственному желанию! – закончила я с долго сдерживаемым негодованием.

Про супругу босса ходило по офису много домыслов, ничего из сказанного не подтвердилось, кроме платинового кольца на его безымянном пальце, предупреждающем о его женатости.

Взгляд босса сделался острым как бритва. Видно, я переборщила.

Он с такой зловещей порывистостью придвинулся ко мне, отчего даже его девушка предпочла прикинуться статуей, не издавая лишних звуков. Между мной и Анателем совершенно не осталось разделяющего пространства. Вздумай я сделать глубокий вдох – и моя грудь соприкоснётся с его. Жёстко контролируя себя, я проигнорировала настойчивый порыв отстраниться. Я не собиралась выказывать неуверенность. Перебьётся. Пускай незнакомка перед ним вытанцовывает.

– Мика, не хочешь узнать, почему я ещё не вызвал охрану и не выставил эту взбалмошную особу из дворца? – обратился мой начальник к своей любовнице. При этом спрашивал он её, а смотрел на меня.

Почему в его словах мне чудился подвох?

Анатель склонился к моему лицу, и нас окутал аромат горького шоколада с примесью ванили. Он находился настолько близко, что я при желании могла сосчитать каждую длинную ресничку, обрамляющую его глаза, детально разглядеть ямочку на волевом подбородке, простым касанием разгладить хмурую складку, пролёгшую между бровей. В том месте, где Анатель держал моё запястье, кожу начало покалывать. По телу разлилось странное ощущение, словно он ласкал меня невесомой лаской, и это совершенно не прикасаясь.

Что тут скажешь? Я влипла.

– Анатель Романович, вы долго собираетесь меня гипнотизировать? Вы не ту девушку обхаживаете. Ваша новая пассия скоро коркой льда покроется, пока вы передо мной павлиний хвост распускаете, – вернула я его и себя с небес на землю.

На первый взгляд Анатель выглядел невозмутимо. Его далёкое от спокойствия состояние выдали крепко сжатые губы.

– Кто она? – срывающимся голосом спросила любовница босса. – Ваше верховное величество, почему вы не вышвырнете дрянь из своих покоев? Не отдадите на потеху дозорным?

– Успокойтесь, милочка. Вам надо, вы и развлекайте их. У вас и наряд подходящий имеется. Я на участие в этом маскараде не подписывалась.

– Мерзавка! Тебе язык надо отрезать за такие речи!

– Хватит, Мика. Будь сдержаннее со своей королевой. Моя возрождённая супруга вернулась, – остановил Анатель взгляд на браслете.

Прежде чем любовница босса кинулась выдёргивать мне волосы, сводя несуществующие счета, я уверенно пояснила:

– Не принимайте его слова всерьёз. Не волнуйтесь, вступать в ваш театральный кружок я не собираюсь. Слава всевышним! Никакая я ему не жена и выходить замуж за него не собираюсь. Искренне сочувствую той, что связала жизнь с Анателем Романовичем.

Начальник склонился ниже ко мне. Хотя я была уверена, что ниже некуда. Дальше только поцелуй.

Ух, пронесло! Почему у меня такое чувство, что не совсем?

– Себе посочувствуй, Луна, – обожгли мне горячим дыханием щеку. – Мы с тобой были, есть и будем женаты. Никакая смерть не разлучит нас.