Стиратель

Глава 1

Ни в какой бар Матвей, разумеется, не пошел. Болтался рядом. С утра украдкой разглядел девушку влюбленного полурусала: та оказалась стопроцентно человеческой природы. Спасатели сидели на пляже на вышке высотой примерно с двухэтажный дом и со скучающим видом смотрели вдаль. Купающихся с утра было много, а ближе к полудню люди уже боялись сгореть и уходили в номера, отдохнуть перед обедом. Это кстати: когда не мельтешат перед глазами бесконечные тела и не орут над ухом на всех языках мира, проще не упускать жену из виду.

Ассо поцеловала мужа на прощание: в один уголок губ, в другой, в складочку между бровями, чтобы прекратил дуться. Ступила в воду. Засмеялась от радости, когда набежавшая волна одела бедра пышными кружевами. С блаженной улыбкой бросила тело вперед, отдаваясь стихии, поплыла прочь.

Потом, как договаривалась со спасателем, ушла под воду. Показалась, махнула рукой, нырнула снова.

Матвей встал с шезлонга. Еще пара минут, уговаривал он себя, и все будет позади.

Грек что-то сказал напарнице, спустился со своей вышки и красиво ринулся на помощь.

Ассо уже не было видно.

Не было. Не было. Не было.

Спасатель метался туда-сюда, выискивая сговорчивую русскую, и не находил.

Матвей стиснул зубы. Растерянный грек выскочил на берег, кинулся к спасательной вышке, стал что-то передавать своим. Поднялась суматоха. Ассо не было.

Утонуть она не могла.

Матвей взлетел по лесенке вышки и ухватил незадачливого спасателя за плечо.

– Русалка у тебя отец или мать? – прошипел он по-английски. – Давай их сюда быстро.

Парень отпрянул, с испугом глядя Матвею в лицо. Н-да, наверное, было чего бояться.

– Мама наша, – ответил он. – Человек она. Папу не знал никогда. Ночь любви у моря,o-la-la, и на этом все. Много лет прошло.

Матвею он не понравился. Что-то тут было не так. Они спустились вниз, на песок.

– Мистер, – подошел администратор из отеля. – Пройдите пока в холл. Мы сейчас тут все организуем. Мы найдем вашу жену. Успокойтесь, выпейте…

– Она не утонула, – уверенно проговорил Матвей.

– Ну… мы не можем сейчас сказать. Вы, главное, не волнуйтесь. Сядьте в холле. Выпейте виски. Мы проверим…

Они попытались его увести, Матвей вырвался. Он не мог уйти с пляжа, не мог отвести взгляда от волн, ждал, что Ассо покажется с минуты на минуту. Возможно, заболталась с дальними родичами. Не утонула же. Но ощущение беды нарастало, закладывало уши. Солнце растворялось в воде, плескало жидким золотом – глаза резало, подступили слезы. Кожу жгло, как будто на него дышал дракон.

– Мистер…

Матвей поднял ладонь: нормально, он будет сидеть здесь. Вернулся к шезлонгу, полез в сумку, на ощупь – чтобы не отрываться от моря – нашарил смартфон. Разблокировал. Выдохнул. Набрал номер.

– Серег, привет. Я. Из Греции. Отзывай меня из отпуска. Сейчас, да, давай сию секунду. И немедленно связывай с местными нейтральными службами. Вот прямо немедленно. У меня жену похитили.

Глава 2

Матвей наскоро оделся, обулся и вновь сел на пластиковый шезлонг.

Греческие нейтралы не заставили себя долго ждать. Их было трое; тот, что посередине, шел впереди, крайние – на шаг сзади. В одинаковых светлых костюмах, они вошли на пляж, как нож в масло, красивые, загорелые и неимоверно холодные, и люди невольно отступали, отводили глаза. Вспоминали о скором обеде и торопились в здание отеля.

Матвей поднялся навстречу коллегам.

Тот, кто шел впереди, был такой же природы, что и он сам. Во втором ряду один из нейтралов оказался наполовину русалом, а другой – отпрыском перекидыша. Но смотрелись они как братья.

Смуглый пришелец энергично пожал Матвею руку, по-английски поздоровался и приступил сразу к делу.

– Похищение, – сказал он высокомерно, – весьма серьезное обвинение. Слишком серьезное. Не думаю, что у вас есть для него основания.

– Найдите другое объяснение, – не стал спорить Матвей. – А лучше найдите мою жену, и она уже все нам объяснит.

– Русалка?

– Да.

– Русалка, – офицер со значением кивнул. – Может отправиться к своим родичам, не спросив супруга.

– Может, – опять согласился Матвей. – Но она бы так не поступила. Она договорилась со спасателем, наполовину русалом, что он ее вытащит, дабы способствовать его матримониальным планам. Обещала, что через две минуты вернется ко мне. Прошел уже час.

– Встретилась с родичами неожиданно и осталась погостить.

– Она пресноводная русалка. Она говорила мне, что морская вода не очень подходит ей для дыхания. Вы не можете этого не знать.

Командир обернулся на своего товарища, который отчасти принадлежал водной стихии, и тот кивнул.

– Речь идет о… – офицер поднял подбородок.

Тот развел руками.

– Днях, возможно. Не часах.

– Вы рано паникуете, – сказал предводитель, снисходительно улыбнувшись. – Кромешницам свойственно вести себя так. Они не спрашивают…

Матвей скрипнул зубами. Это звучало слишком знакомо.

– Ей не свойственно, – процедил он, начиная закипать. – Она знает, что я ее жду. И она обещала молодому человеку. Опросите его немедленно. И вызывайте кого-то из ваших подопечных русалов, чтобы опустились на дно и разобрались. Как можно скорее.

«Все же это вопрос дней, – повторил он себе, стараясь совладать с тревогой. – Дней. Жди».

– Мы не можем… – завел стандартную пластинку грек.

– Вы можете. Вы забываете, что я ваш коллега и в курсе того, что делается, а что нет. – Матвей поднял указательный палец и покачал им у носа надменного офицера. – Никому же не нужен международный скандал, правда?

Тот поджал губы.

– Сейчас же поручите вашему товарищу, – Матвей указал взглядом на сородича Ассо, – опросить спасателя, который сговаривался с моей женой. Почему здесь, почему сегодня, кто поджидал ее – и зачем.

– Вы не допускаете, что это совпадение? – поинтересовался офицер.

– Допускаю. Я допускаю что угодно. А вы допускаете слишком мало. Обратитесь за помощью к своим местным русалкам, я повторяю. И верните мне мою жену.

Глава 3

Ассо нырнула, наслаждаясь тем, как преломляются в воде яркие лучи летнего солнца, как скользят в глубине блики. Еще чуточку, и пора будет на поверхность, изображать, что не может выплыть. Она улыбнулась.

Впереди мелькнула юркая тень. Ребенок? Девочка! Ассо непроизвольно кинулась к ней, испугавшись, что это человеческая малышка тонет. Но нет, это оказалась русалка, ее дальняя морская родственница. У крошки были синие волосы, прямо как у героини сказки, которую Ассо читала в детстве. И это была первая морская русалка, которую она видела в своей жизни!

«Погоди!» – обратилась она к девочке, даже не успев сообразить, что делает.

Та развернулась.

«Ваше… Величество?»

Ее глаза расширились, и она почтительно склонила голову.

«Да нет, – с досадой ответила Ассо. – Просто царевна».

«Ваше… Высочество?»

По воде прошла мощная волна, и из самых глубин поднялся взрослый русал. Широкоплечий, длинноволосый, с блестящим украшением на шее, почти такой, каким рисуют обитателей морей люди. Девчонка юркнула ему за спину, будто боялась гостьи.

«Ваше высочество, – повторил он гулко, неотрывно глядя на Ассо. – Высочество, но не королева».

«Да я…» – попыталась объяснить Ассо, но у нее заломило в висках. Она поднесла руки к голове.

«И не девица, мужняя жена, но не вышла ни за человека, ни за кромешника».

Он расплылся в улыбке и резко выбросил в ее сторону что-то, напомнившее ей бенгальский огонь, который показывал Матвей. «Огонь под водой?» – успела удивиться Ассо, а потом все куда-то поехало, закрутилось и пропало.

Нейтрал, наполовину принадлежавший водной стихии, подошел к спасателю и негромко заговорил с ним по-гречески. Матвей судорожно вздохнул, дотащился до стойки пляжного бара, где никого уже не осталось, и пустым взглядом обвел разнообразные бутылки. Увидел пачку сигарет, достал одну и пристроил на прилавок купюру.

Закурил.

Неслышной походкой к нему приблизился командир маленькой бригады.

– Знаешь, – сказал он с некоторым удивлением. – Этот парень лгал.

– Что?

– Мой друг отчитался, что твой парень поначалу лгал.

Матвей отшвырнул сигарету и подлетел к лжеофицианту-лжеспасателю, схватил его за грудки.

– Ты, – выплюнул он на английском, – сейчас же скажешь офицерам правду! Или я вытряхну из тебя жизнь. Понятно? Может, перевести на греческий?

На запястья Матвею легли прохладные ладони нейтрала.

– Спокойнее, – мягко прожурчало над ухом. – Спокойнее, коллега.

«Коллега», – отметил каким-то уголком рассудка Матвей. Признали за своего, перестали считать психованным.

– Нам удалось выяснить, что этот господин действительно совершил то, что совершил, по предварительному сговору с русалками. Они хотели познакомиться со сродственницей из России.

– Они хотели познакомиться…

Под нажимом аккуратных рук Матвей все же отпустил задыхающегося грека.

– Это они так в гости ее пригласили? Не слишком завуалированно, нет? Напрямую нельзя было? Вам не кажется, что…

– Кажется. Но он больше ничего не знает.

Матвей повернулся к командиру. Тот смотрел внимательно, настороженно. Правильно. Международный скандал никому не нужен. Вдруг этот обезумевший русский убьет гражданина Греции, вовек не отмоешься. Нейтралы были при исполнении и готовились при необходимости принять меры. Он и сам действовал бы так же. В конце концов, ситуация в пределах штатной. Русалка не может утонуть. А вот вести себя так, как ей вздумается, может и будет.

Если Матвея сейчас расспросят как следует, со сканированием эмоционально-волевой и прочих сфер, он даже не сумеет убедить их, что они с Ассо не ссорились, потому что они почти ссорились. Вот и мотив. Кромешница делает то, что хочет. Перед людьми – и перед полукровками – не отчитывается.

Но этот офицер-нейтрал, командующий небольшим подразделением, он был такой же крови, как Матвей. Он способен понять. И Матвей скрутил свой страх, чтобы говорить ровно.

– Послушайте, – сказал он. – Моя жена чистокровная русалка. Она появилась в нашем мире пару месяцев назад. И вышла за меня замуж. Это факты, их легко проверить. Когда я вас вызвал, вы наверняка нас проверили.

Командир слегка склонил голову. Проверил, разумеется.

– Вы прекрасно видите мою природу. Я не кромешник. И я не человек. Я ваш коллега, нейтрал, и это означает, что я полукровка.

– Вы…

– Погодите. Она, – Матвей вытянул руку в направлении моря. – Она вышла за меня замуж. По любви. Не за человека, чтобы остаться в мире людей. Она вышла замуж за меня. По любви.

– Я вас слышу.

– Она вышла замуж за меня. У нас мало времени. Я же не русал. Мы недавно поженились. Она не ушла бы просто так. Вы обязаны правильно оценить обстановку. Если бы она пошла погулять, я бы слова не сказал. Она собиралась разыграть сценку ради того, чтобы этот подлец выпендрился перед своей девицей. Помочь ему. И все. Если местные русалки хотели позвать ее в гости, у них был миллион возможностей. Я бы не имел ничего против. То, что происходит, ненормально.

– Он больше ничего не знает, – повторил тот нейтрал, что был наполовину водяным.

Матвей втянул воздух через сжатые зубы.

– Пожалуйста, перескажите по-английски, что он вам поведал.

Водный кинул взгляд на командира, тот кивнул.

– Он виделся с русалами. Мужчины ночью встретили его у моря, он гулял, шел домой, неважно. Сказали, что на пляже заметили девушку, русскую русалку. Сказали, что хотят с ней познакомиться. Сказали, им нужна его помощь. Сказали, что он должен сделать. Сказали когда. Сказали, им нужно ее рассмотреть.

– Рассмотреть?

Матвей нахмурился.

– Что может означать это слово?

Главный из нейтралов пожал плечами.

– Рассмотреть. Ничего страшного оно означать не может.

– Они хотели посмотреть на нее поближе, так? Почему? Потому что она пресноводная? Почему они не пригласили ее в гости, как нормальные лю… почему бы не пригласить ее, или можно встретиться с ней наверху, в ресторане, например? Он виделся с ними на суше, значит, они выходят на сушу.

– Он не знает. Я переспросил по-разному. Это правда. Они хотели ее рассмотреть.

«Испорченный телефон, – подумал Матвей. – Опрашивают по-гречески, переводят на английский, я для себя перевожу на русский, а что в итоге?»

– Что значит «рассмотреть»? – повторил он. – Посмотреть на нее поближе? Повнимательнее? Рассмотреть ее кандидатуру на роль…?

Нейтралы переглянулись.

– Изучить? Провести исследование? – нажимал Матвей. – Провести эксперимент?

– Эксперимент нет, – решительно остановил его командир нейтралов. – Никаких экспериментов. Посмотреть.

Он развел указательный и средний пальцы и для наглядности ткнул ими себе в глаза.

– Между тем прошло уже три часа, – напомнил Матвей. – Вы все еще настаиваете, что это не похищение?

Офицеры снова переглянулись.

– Кромешники в естественной среде обитания, коллега, – вкрадчиво проговорил полуогненный, – не подчиняются нейтралам так, как в мире людей. Вы это знаете. Мы можем опуститься на дно морское – и, скорее всего, ничего там не увидим, совсем ничего.

– На берегу наверняка живут русалы, – с холодной улыбкой бешенства подсказал Матвей. – Которые обязаны вас слушать. Которые точно заинтересованы в том, чтобы сотрудничать с нейтральными службами. Вы наизусть знаете, где и как их найти.

– Мы не… – начал командир, но Матвей не дал ему продолжить.

– Не знаете наизусть, хорошо, значит, поднимете базу данных. Вы живете на берегу моря. Нет никаких сомнений, что тут полно русалок среди людей. Я уверен, что если бы я прошелся вечером по оживленной улице, я бы их нашел и сам.

Главный нейтрал склонил голову и промолчал. Матвей почувствовал, что к щекам у него приливает кровь, вот-вот случится непоправимое.

– Вы предпочитаете международный скандал? – уточнил он. – Мне взять в заложники кого-то из кромешников и требовать обмена? На что вы меня толкаете?

Греки опять не ответили, и Матвей понял, что они безмолвно совещаются. Потом командир сделал шаг вперед и положил руку ему на плечо.

– Коллега, – сказал он уважительно. – Не надо поспешных решений. Ожидайте.

– Я уже задолбался ожидать, – признался Матвей.

– Ожидайте. Вечером мы направим к вам русалку. Не позже. Обещаю.

Глава 4

Прикосновение нейтрала к плечу неожиданно отозвалось во всем теле. Ощущение было такое, будто в нем прикрутили фитилек свечки. Раз!

– Что это вы сделали? – почти равнодушно проговорил Матвей.

– Стер то, что зашкаливало. Легче?

Командир заглядывал Матвею в глаза с искренним – ну или так казалось – сочувствием. Возможно, это было не более чем беспокойство. Когда лишние эмоции удалили, Матвею стало трудно распознать оттенки. Зато в нем включился профессионал (уж какой-никакой).

– А вы имеете право? – заинтересовался он. – Воздействовать на полукровок?

Поскольку возмущения в вопросе не было, ничего уже не было, кроме собственно запроса информации, грек ответил.

– Имеем. Ты огласил потенциально криминальный план, который может вредить равновесию и направлен против…

– Да ладно. Как бы я, полукровка, мог управиться с целым кромешником?

Командир глянул на подчиненных. Те промолчали. Пауза затягивалась.

– Действительно, – сказал наконец полуогненный. – Но ты заставил нас поверить, что можешь. Как тебе это удалось?

Матвей засмеялся, сбросил руку, что так и лежала до сих пор у него на плече, и сел к стойке бара. Он не собирался рассказывать этим своеобразным коллегам о брате и об остаточных явлениях после его фокусов[1].

– А вам как такое удается? Очень удобная штука же. Вместо электрошокера и резиновой дубинки…

Грек еще немного постоял на прежнем месте, а потом сел на соседний стул у бара. Махнул рукой третьему товарищу, тот молча обошел стойку и вытащил одну из бутылок.

– Извини, – проговорил командир. – Я так понимаю, это с моей стороны было превышение полномочий. В свою защиту могу сказать, что ты тоже прыгнул выше головы, и я не понял как… Ну и… что тебе теперь легче. Хоть немного.

Матвей прислушался к себе.

– Легче, – признал он. – Но пусто.

– Это не пусто, это так кажется. Это скоро пройдет. Выпьем?

Перед ними возникли пузатые стаканчики с виски. Ровно по одному пальцу.

– Выпьем, – согласился Матвей. – Как насчет русалок?

– Мой коллега уже отправлен на их поиски. Ты не заметил.

Матвей осмотрелся. И правда, водяного не было. Не заметил.