Моя единственная любовь

Драма в одном действии

Владимир Александрович, молодой дворянин лет 30, меланхоличный, с вьющимися чёрными волосами.

Николай К., его друг, юноша со светлыми глазами.

Данило, управляющий имением Владимира.

Ольга, молодая помещица, приёмная дочь дяди Владимира.

Призрак матери.

Две служанки Ольги.

Две барышни на балу.

Лиза (Бетси) Псковская, взбалмошная соседка Ольги, барышня 22 лет.

Григорий Иванович Псковский, отец Лизы.

Лакей Псковских, с пышными бакенбардами, глуховат.

Гримо, седой крепостной, любимый лакей отца Владимира.

Дядя Владимира.

Александр, отец Владимира.

Генерал.

Парень, прочие слуги.

Дом отставного генерала.

Бал. Пары танцуют под музыку.

Музыка прекращается, гости расходятся по углам, где и продолжают оставаться. Пожилой господин в одной из групп рассказывает анекдоты, в другой две дамы кокетничают с молодыми людьми, одна пара ходит, рассматривая картины на стене, слуга разносит на подносе закуски.

В углу на переднем плане стоит старинное кресло. На нём угрюмо восседает Владимир.

Николай идёт с чашкой чая на блюдечке, здороваясь кивком с мужчинами и не принимая приглашения дам потанцевать. Подходит к Владимиру, тот беглым взглядом показывает, что ему чай не нужен и продолжает с грустью смотреть в зал.

Входит генерал.

Генерал. Господа, всё готово для игры в вист. Прошу желающих проследовать в соседнюю комнату.

Почти все ушли. Владимир и Николай не обращают на это внимания. Две барышни продолжают тихо беседовать в уголке, словно рассматривая картины.

Барышня N (недовольно). Ну вот. Опять все ушли к своим любимым картам.

Барышня D. Конечно, ведь это такая прекрасная возможность сделать состояние из ничего!

Барышня N. Да, и такая же прекрасная возможность лишиться состояния. Вы слышали про некоего Германна? Он немец…

Барышня D. Нет. Пренепременно расскажите!

Барышня N. О, это долгая история. Всё началось с бедной воспитанницы старой графини… (Рассказывает, и её голос становится всё тише.)

Владимир (оторвав от ладоней лицо). Не понимаю я этого.

Николай К. (пьёт чай). Да… И не говори. (Поглядывает многозначительно на дам, рисуется.) Провести ночь за ломберным столиком, чтобы проиграться в пух и прах или выиграть призрачную сумму. Призрачную, ибо она не сможет дать тебе счастья, ведь деньги… (Встаёт за креслом.)

Владимир (усмехаясь). Николай, ты неудержим в своих романтических идеалах. Только сейчас я говорю про письмо. Помнишь? (Владимир достаёт письмо из внутреннего кармана.) Не понимаю… Моего дядю не любили соседи. Говорили, он нелюдим. Да, он жил как отшельник. Ни с кем не виделся, гостей не привечал. И это не секрет. Но тогда откуда это?.. Что значит: «Меня погубила моя единственная любовь»? Какая у него могла быть любовь?

Николай К. (отдаёт чашку лакею). Mon ami, ты сам себе противоречишь. Именно отшельники славятся жизнью духа, а не тела. Почему же твой дядя не мог полюбить кого-то, пусть даже заочно?

Владимир. Ну, хотя бы потому, что ему слегка за шестьдесят…

Николай К. Но именно любовь делает нас бессмертными. Почему же возраст?..

Владимир. Ох уж этот высокий романтизм и юношеский пыл… Но дядя-то не юноша! Он был старше моего покойника отца. Как дядю могла погубить любовь? Какая уж там любовь?

Николай К. Единственная. Её же суть в душе, в стремлении одной внеземной сущности к другой…

Барышня D (хихикая). Твоя Лизавета очень глупа, раз поверила письмам немца! (Передразнивает услышанное.) “Ваши прекрасные глаза сулят мне смерть от любви”! Фи! (Обмахивается веером.)

Барышня N (тоже смеётся и искоса поглядывает на молодых людей). Фраза будто бы из плохих романов!

Барышня D. Вот именно! Говорю же, она простушка. Таким скажи что-то про любовь, тут же голову теряют.

Барышня N. Ей бы узнать сначала, сколько жалования получает… (Голос затихает, но они продолжают ворковать, уходя.)

Владимир (кивая на двух девиц). Внеземные сущности, говоришь? Им это скажи. Те ещё внеземные…

Николай К. (смущённо). Они просто… Наверное, ниже… любви.

Владимир. Как и мой дядя. В народе говорят: «Седина в бороду – бес в ребро». Подозреваю тут безумную связь с какой-нибудь крепостной…

Николай К. (Отходит от кресла и встаёт напротив собеседника.) Можем на пари бить, но я думаю, тебе так и так надо поехать домой в деревню. Дядя же умер. Последний из близкой родни, Владимир.

Владимир. Дядя мне ничего не оставил. (Встает.) Всё приёмным дочерям.

Николай К. Какая разница? Он же твоя связь с корнями! И прислал он именно тебе это письмо! Тебе хотел рассказать о поздних чувствах к таинственной даме!

Владимир (озирается по сторонам, чтобы их не подслушали. Говорит, понизив голос). Николай, я рассказал тебе не всё. В письме была ещё одна строчка: «Приезжай хотя бы проститься».

Николай К. Проститься?.. Но тут уж ты не успел… Впрочем, ты не претендуешь на дядино состояние, так что намерения твои чисты. Смело поезжай, раз звали. (Похлопал Владимира по плечу.)

Владимир (снова озирается по сторонам). И это тоже не всё. К сожалению. Почерк в письме не дядин. Почерк я сразу узнал. Сразу, понимаешь?.. Это моя матушка писала.

Николай К. (немного в страхе). Матушка?

Владимир видит девушек и делает знаки Николаю , чтобы тот замолчал. Пока девушки общаются, аккуратно складывает письмо и убирает во внутренний карман.

Барышня N (продолжая рассказывать о своём, выходя). И, представляешь, он бросил её! Он выбрал какие-то там свои авантюры!

Барышня D. Я так и знала! Нельзя верить тем, кто сторонится общества. (Поглядывает презрительно на молодых людей.)

Барышня N. Потом Бог его наказал – был какой-то крупный проигрыш.

Барышня D. Так ему и надо! Все они корчат из себя Байрона, не замечают главного, а потом теряют то, что могло бы сделать их счастливыми.

Девушки с гордо поднятой головой покидают зал.

Николай К. Но… Твоя матушка не могла это написать. (Начинает стремительно ходить из угла в угол после каждой фразы.) Она тоже умерла! Ещё раньше дяди. (Владимиру.) Ты же сам говорил. Я помню. Она умерла, ведь так?

Владимир. Вот именно, Николай. Ты прав: мне стоит завтра же собраться с духом и покинуть Петербург. Отправлюсь в родные края.

Николай К. И это правильно. Определённо. (Жмёт ему руку.)

Владимир. Буду писать тебе. (Идут, дружески обнимаясь.)

Николай К. О, это замечательно. Я буду ждать писем.

Владимир. Ну а ты… (Останавливаются.) Ты, главное, продолжай верить в чистоту чувств и не скучай, когда снова все уйдут, а ты останешься один.

Владимир слегка отталкивает Николая , и они расходятся в разные стороны.

Владимир сидит на скамейке внутри экипажа. Владимир пишет что-то. Сквозь окошко экипажа пробегают пейзажи поздней осени средней полосы России. Завывает ветер, слышен стук копыт и тихо играет музыка.

Громко звучит голос Владимира, озвучивающий своё письмо, которое пишет Николаю.

«Милостивый государь мой, вот уже третьи сутки длится моё путешествие по просторам нашей необъятной родины. Но я отнюдь не скучаю – со мной великий труд Данта. Читаю его и поражаюсь величию замысла и трудолюбию гения, пробиравшегося к небесам на терцинах.

Природа осени как раз под стать моему чтению.

К твоему вящему удовольствию, мой романтичный друг, сообщу, что пребывал эти дни в мире идей, в путешествии по кругам ада и небесам рая, порой возвращаясь в собственный ад.

Помню похороны отца…”

Откладывает перо, задумывается и глядит в окно. Потом снова со вздохом берётся писать.

«Его положили в березняке подле дороги – так хоронят самоубийц. На погребение матери я приехать не мог – меня отправили в Персию с дипломатической миссией. Я в сердцах противился, но получил категорический отказ. Пришлось смириться и принять, что необязательно прощаться с телом, которое покинула душа.

А в душе я с ней давно простился.

Дядя же – мой последний близкий родственник, ты прав, mon ami. Но очень странно ехать туда, где меня больше никто не ждёт».

Владимир откладывает письмо и засыпает. Свет гаснет.

Свет вновь загорается с криком кучера:

“Приехали, барин!”

Ночь. Звуки ветра. Мрачный старый двор барской усадьбы. Владимир выходит и стучит в ворота.

Появляется хромой горбатый управляющий с фонарём. Звуки ветра мешают им говорить, и оттого управляющий разговаривает громко.

Данило. Эй, кто это? Кто там? Ох, кого занесла нелёгкая?

Владимир. Открывай скорее да вещи занеси. Не узнал, что ли, Данило?

Данило. Я-то Данило, а сам ты кто будешь? И откудова явился?

Владимир. Барин я, Данило. Неужели не узнал?

Данило. Какой такой барин? Барин умер давным-давно. Барыня тож почила, царство ей небесное. (Крестится.) Добрая была барыня…

Владимир. Данило, это же я, Владимир, молодой твой барин. Не узнаёшь, что ли?

Данило. Владимир?.. Владимир… Это наследничек-то который? Наследничек уехал семь лет назад, не навещал ни разу. Неужто соизволили сами дом отчий проведать?

Владимир. Сам решился, да. Не знаю, зачем приехал. Не знаю, надолго ли приехал. Комнату приготовь, прогрей, да…

Данило

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.