Расколотый мир. Наследник павшего Дома: Невозможный мир. Интриги Великих Домов Иллиона. Наследия краха
- -
- 100%
- +
Что-то думается мне, что слияние началось не сейчас, а полгода назад: моя душа влетела в его тело, случайно повредив ядро. У местных уровень магии души крайне примитивный, и любые исследования сфокусированы чисто на ядре. Двойную душу могли и не заметить, в том числе и сам Эйгон, поскольку их не учат смотреть на душу в целом.
Тогда почему я «очнулся» сейчас? Скорее всего, душу Эйгона повредили астралом, и процесс слияния вышел из равновесного состояния.
Рядом раздался еще один стон, и я скосил взгляд, встретившись с ледяным взором голубых глаз.
– София, ты как? Голова болит? Может быть сотрясение после удара.
Синяк на скуле уже почти прошел после регенератора. Только свернувшаяся кровь от зажившей ранки осталась.
Девушка свела изящные бровки и, сморщившись, встала.
– Что произошло?
– Ты почти выучила родовую технику силового полета Ауэр, но отсутствие нужного ядра не позволило исполнить изящное приземление. Проще говоря, ты столкнулась с п… горой, – хохотнул я, желая сбросить напряжение. Серьезность никогда не была моей сильной стороной, а уж в этой ситуации мне было одновременно по-мальчишески интересно и страшно. Едва не забыл изменить шутку про «столкновение с планетой».
– Издеваешься, калека? – недовольно скривилась девушка.
– Что же так грубо? Я вообще-то спас вас.
– Ты? – со смесью недоверия и раздражения спросила она. Я лишь пожал плечами, начав лихорадочно соображать, что делать.
Тут нет «клинков души», а в их скафах вообще-то камеры есть, что наши похождения записывали. Вот только, судя по виду моего нагрудника, моя давно сломана, а на остальных я мог и не попасть в кадр, хотя кто знает. Не хотелось бы сразу раскрываться и объяснять, что я отчасти Эйгон, но уже и не он. Вообще-то у меня теперь даже семья есть – целый род! Правда, он в заднице, но подумаю об этом позже. Пусть и необычное чувство: я своих родителей уже лет двадцать пять не видел. Даниэль и Жанетт… хоть давно разошлись, но они в большей степени ощущаются моими родителями. Хах… теперь, наверное, никогда и не увижу.
Но к актуальному дерьмищу: София видела, что я один был на ногах, и сама сопоставит факты. Хотелось бы не кричать о том, что я убил монстров, но…
– Там, в овраге, труп напавшего… – я кивнул в сторону пожелтевших и обгоревших кустов. Пока Ригель и Озер копошились, я успел сбегать к трупу и короткими ударами чистой маной повредить блок компьютера и коммуникатор.
– Что, нас убить хотели?! – София вскочила на ноги.
– Не нас, а лично тебя. Может, и монстров к нам пригнали.
Рыжая, подхватив с земли свой меч, убежала смотреть на неудавшегося убийцу. Как хорошо, что у меня на тот момент магия оставалась, напавший так-то довольно сильным был.
Кстати, а где «мой» клинок, который Эйгона? Я не помню, что было до того, как парня вырубило, только как объявили практический экзамен в ВАМИ – Высшей академии магов Иллиона, филиале города Литцен. Мы отправились через недавно открывшийся разлом в хорошо изученный осколок СИ-4 «Горы Манор». Небольшой, никаких опасных свойств пространства. Ящерки – один из сильнейших местных видов монстров. Вот только на нас напали существа, которых в этих осколках быть не должно. Завязалась схватка, и преподаватель приказал нам бежать.
Пока я пытался сложить картину произошедшего с Эйгоном, прошел к валяющемуся на земле красному с черным клинку, что имел функцию ускорения силовой магией для усиления удара. Типичный и распространенный прием. К счастью, меч также огненный и высококлассный.
Односторонний клинок поблескивал в свете. В верхней части еще и техномагический лазер встроен. Правда, зарядов мало, но крайне мощный, с применением аномальных материалов в излучателе. Он стоит как новенькая броня не очень высокого класса. Эйгон не имел боевой магии, лишь надеялся починить ядро, хотя бы начав его усиливать. Резерв пускал на мощное оружие.
Убедившись, что меч не получил повреждений, сунул его за спину. Магнитные крепления сработали и зафиксировали клинок. Моя броня была повреждена в основном в районе левого плеча и груди, остальное цело.
– Эйгон, ты серьезно, что ли? – София прибежала с совершенно шокированным взглядом, теперь изучая меня, словно впервые увидела.
– Сама знаешь, как полезны острые железки. Узнала его?
– Нет, конечно. Как ты с ним справился?!
Значит, это ее интересует в первую очередь? А, хотя на Иллионе «весело», судя по памяти Эйгона. Покушения на жизни высокородных – дело обычное, а Дом Вальтер довольно видный.
– Он сначала косо пальнул своей винтовкой, – начал я врать с как можно более честными глазами. – А потом решил пойти в ближний бой, видимо, хотел убедиться, что ты мертва. Может, меня думал живьем взять, кто его разберет? В общем, отобрал его винтовку с видимым тебе исходом. Можешь рассказать, что произошло? Мне кратковременную память отшибло, помню, как нам приказали свалить подальше от места битвы.
София несколько секунд внимательно смотрела на меня, а затем исполнила просьбу.
– Бежали от тварей в эту низину, но один урод, похожий… на трехметрового кошака с круглой пастью со щупальцами внутри… – девушку передернуло, меня тоже: воображение у меня хорошее. – Светился духовной энергией, и шкура будто жидкая и перетекала. Явно из того же осколка с искаженной биологией. Пришлось драться, мне ударом почти вскрыли шлем, и Райк он чуть не сожрал, но ты ее вытянул. Потом по тебе и Озеру духовные снаряды прилетели и вырубили вас. Но мы его кое-как добили и потащили вас сюда, увидев пещеру. Что было дальше, думаю, помнишь.
Ага, духовная энергия – забавное название астрала. Хотя не факт, ведь в этом диком, безумном, охреневшем мире законы физики и магии сбоят. Выходят погулять и нервно курят, пока именитые ученые нашего мира вращаются с достаточной скоростью, чтобы, прицепив к генератору, ими вышло заменить реакторы линкоров. В некоторых осколках без защиты от аномальных воздействий ты быстренько сдохнешь, поскольку искаженные законы начнут перекореживать тебя, изменяя, так сказать, «принесенные с собой». Зато зародившееся там чувствует себя очень даже неплохо, а достаточно сильные твари могут выйти перекусить в другие миры.
Я вздохнул. Кто бы мог подумать, что у развитой цивилизации будут проблемы с магическими монстрами.
– Спасибо, что не бросили. Я слышал.
– Тогда мы сочлись, – кивнула София, посмотрев на коммуникатор. На левом наруче сразу зажегся голографический интерфейс, подложка экрана затемнилась магией, и она потыкала по меню. – Связи нет.
– Мы в низине, в осколке и так электромагнитный фон шкалит. Надо выбираться отсюда. Мало ли какие искаженные твари тут еще бегают. Лучше самостоятельно выйти к разлому, ждать помощи не можем.
– Согласен, – сказал Ригель. Силами магии и регенераторов уже все очнулись. Озэр снял расколотую часть брони Райк и, выровняв положение руки, ускорял срастание кости. Итого нас тут семь человек. Обошлись без трупов каким-то чудом. – Заканчивайте быстрее, мы тут нашумели!
– Эйгон, а как я оказалась здесь? – София с подозрением на меня покосилась.
– Как истинная наследница Дома Вальтер, – пожал я плечами, снова встретив взгляд двух кристалликов льда, что контрастировали с огненными рыжими волосами. На симпатичном строгом узком личике отражалось недовольство. Девушка прожигала меня взглядом и, право слово, не понимаю, почему. – Хорошо, в следующий раз возьму за ногу и волоком потащу по камням.
– Эйгон, не доводи, – недобро сощурилась она, и я снова пожал плечами. Меня забавляла такая реакция – вернулся в молодые годы во всех смыслах. И личность самого Эйгона на меня точно повлияла. Все же она – результат памяти, а сейчас у меня в голове целая осознанная жизнь молодого парня, и воспоминания «свежи».
Девушка быстрым шагом пошла к трупу, скорее всего, снимать с него коммуникатор. Очень надеюсь, нигде мои способности на видео не попали.
– Чего это она? – спросил Ригель.
– Женщины, – произнес я тоном, словно это отвечает на все вопросы.
– Он прямо напал на нее? Думаешь, это он монстров на нас натравил?
Парень явно был обеспокоен и крутил в руках шлем.
– Если выстрел из винтовки по лежащей там Софии и атака тенью – это не нападение, то я даже не знаю. А если бы нас убили монстры, так вообще – идеальное убийство. Ты, кстати, какого рожна без шлема ходишь? Пролетел бы на пять сантиметров левее, и тебе бы затылок выступающим камнем пробило. И где мой?
– Забыли около монстра. Он все равно сильно поврежден. А я… – он скривился с видимым стыдом на лице. – Уронил и случайно оттолкнул в сторону.
Я со вздохом покачал головой – молодняк…
– Эй, ты чего мой меч прибрал? – объявился самый покусанный и оплеванный, то есть Кайзер. Кстати, он и хотел свалить, бросив меня с Озэром на съедение.
– Чего? – искренне не понял я, лишь спустя секунду вспомнив про железку. – Это с каких пор ты называешь имущество Ауэр своим?
– Ты потерял этот меч в битве, я вообще-то тащил тебя! Теперь он мой найденный в осколке трофей, все он равно калеке бесполезен. Отдавай по-хорошему, – темноволосый парень с наглой рожей сделал шаг ближе. В глазах интеллекта… у меня в детстве щенок был, и его взгляд мне умнее казался.
– Ты, конечно, из Младшего Дома, но чтобы до воровства опускаться. А еще я слышал твой визг. Удивлен, что не сбежал.
– Ну все, калека, ты… – он подошел еще на шаг, но ему на грудь легла рука Ригеля. Против него не попрет: они младшие маги, но Кайзер куда слабее. Я же неофит – низший ранг мага. В момент произошедшего инцидента со взрывом был третьей степени – пиковым. Сейчас же скатился на самое дно, и ядро пока не усиливается. Во всяком случае, так говорит память Эйгона.
– Кайзер, не начинай, и тем более не думай, что, отобрав меч, не получишь от Ауэров ответку хотя бы из принципа. Хочешь стать примером показательного наказания? Они ведь так и сделают. И трофеем считается снаряжение найденных мертвецов, а не то, что уронил член твоей команды, – вполне обоснованно объяснил неофициальный лидер отряда, и Кайзер отступил.
Наконец, команда собралась, подлечившись до нужной кондиции и собрав разбросанное снаряжение. Я же предвкушал, как ближайшие месяцы жизни будут наполнены незабываемыми во всех смыслах событиями…
Глава 5. Адаптация, планы и твари осколков
– Раз уж ящерок убили, нам бы трофеи с них взять… неплохая добыча, – заметил целитель.
– Соберем немного клыков – самое то. Экзамен, чтоб его, – Ригель согласился, и начались короткие сборы. За нами должен был бы преподаватель следить, ситуация вообще из-под контроля вышла, но так мы формально справимся с задачей экзамена по охоте на монстров.
Я пока просто отдался процессу, укладывая все в голове. Ко мне подошла Райк.
– Спасибо, София уже сказала, и за то, что спас раньше, – невысокая черноволосая девчушка. Хех, чмокнула в щеку… Ах да, «я» с ней некоторое время встречался, причем очень плотно. Расстались с ней еще за год до инцидента. Девушка выглядела смущенно, и правильно, ведь после травмы Эйгона она относилась к нему не очень. В этом мире практически культ личной силы.
– Главное, что все целы. А как пойдем? Ригель, ты маршрут помнишь? – уточнил я.
– Разумеется, тут ландшафт сложный, обратно той же дорогой. Надеюсь, с монстрами другими уже справились, – решил он, и никто с ним спорить не стал. Да и можно взять трофей как доказательство убийства. Нам было не так уж далеко, лишь немного поднялись на пологий склон.
Зря я не спорил. Местные, наверное, привычны, но я все же Михаэль… Чуть не блевал, когда увидел «это». Слизисто-желейное нечто растекалось по земле, раскрыв кольцевую пасть с щупальцами внутри и рядами зубов, все в кровоподтеках. Причем кровь болотно-зеленого оттенка.
– Разлагаться под нормальной физикой уже начала, – сморщился Озэр. М-да, потому материалы из настолько иных осколков зачастую не имеют ценности: их просто нельзя использовать в нормальном мире, очень редко ингредиенты сохраняют или приобретают полезные свойства.
Пока я старался не смотреть на кучу биомассы и подобрал валяющийся неподалеку оплавленный астралом шлем, целитель при помощи армейского кинжала отрезал что-то от монстра и бросил в герметичный пакет, который убрал в подсумок на поясе.
София тоже подобрала свою защиту, сегодня по краю прошлась – глубокая царапина от когтя на щупальце почти разделила лицевой щиток пополам. К счастью, в этом осколке безопасная среда. Разве что жутко воняло разлагающейся плотью, причем так, как будто на нее вылили состав для уничтожения органики.
Именно на эту битву группа спустила большую часть сил и боезапаса, чтобы «запинать» не то чтобы очень сильное, но живучее существо.
Мы устало двинулись дальше в гору. Особенно хреново было отравленным.
Я глазел на совершенно незнакомые мне растения и мелькавших насекомых. Эйгон тоже не так уж много о них знал, но мне все казалось совсем уж необычным. Постоянное направление освещения необычно влияло на растительность. Оттененные стороны любого растения были зримо менее густыми, от стволов толстых деревьев буквально шла полоса мхов и грибков, слегка светящихся дикой маной.
И идем мы к нашему дому, населенному осколку под названием Иллион. Это огромный континент с небольшим внутренним морем, парой горных цепей и обширными равнинами. Высота неба там более чем достаточная для формирования облаков, круговорот воды действует.
Фон маны по территории низкий, стабильные законы, то есть физика и магия ведут себя нормально. Обычные люди без всякой защиты могут жить в нем где угодно. Не-магу не стоит долго находиться под высокой концентрацией хаотичной маны – можно схлопотать от болезней из-за ослабления иммунитета или сбоев внутренних органов до мутаций или повреждений души. Но маги, особенно сильные, легко держат воздействие.
Пути между осколками возникают спонтанно. Разломы можно стабилизировать особыми устройствами, но местным не хватает понимания в магии пространства, и сами открывать порталы они не умеют. Но пространство в этой аномалии – это что-то с чем-то. Я на среднем уровне знаю эту магию и очень сомневаюсь, что смог бы здесь телепортироваться, даже если бы мог сплести заклинание.
Поддерживать открытие разломов вечно не выходит, Осколки словно смещаются друг относительно друга в некоем пространстве. То есть разломы постоянно открываются и закрываются, и нам не повезло, ведь в «идеальном осколке для практического экзамена по охоте на монстров» появился проход в куда менее дружелюбный мир. К счастью, одиночная тварь оказалась достаточно слабой.
Итак… что мне теперь делать-то? Один из важных факторов – то, что я сначала принял за галлюцинацию, но теперь очень сомневаюсь, что это была она. То, что я увидел после… несомненно, череда осколков, через которые пронеслась моя душа.
Пейзаж за пейзажем, после каждого я ненадолго погружался в переливы тьмы и света, несущие меня куда-то.
Очередное мерцание, и я оказался в ярком белом пространстве, всюду витает энергия, буквально воздушные сине-белые потоки. Чистейшая мана и что-то с пространственным элементом. Она обжигала… кожу? Но я никак не мог разглядеть себя.
Я уже был готов продолжить «путешествие», но на этот раз видение не спешило сменяться.
Осматривал странное пространство, в центре которого сияла яркая сфера. Маленькое белое солнце, буквально вплетенное в окружающую реальность, а чуть поодаль виднелся как будто объемный… разлом; его края, похожие на осколки разбитого стекла, непрерывно плавали.
Около сферы в центре я сразу заметил женщину, окруженную фрагментами распавшейся золотой магической формации, которые почему-то не пропадали. Закрыв глаза, она стояла без движения, направив руку на сферу. Длинные черные волосы едва колебались в потоках окружающей ее энергии, как и великолепное черное с золотом платье, оставляющее голыми плечи и открывающее нескромное декольте.
Меня тянуло к сфере в центре с необъяснимой силой. Я пытался сопротивляться, но не мог даже немного изменить курс. Пробовал окликнуть девушку, но не получалось, не смог издать и звука. Разум постепенно пустел. По мере движения все лучше получалось разглядеть незнакомку – единственное осмысленное темное пятно в этом царстве света. Прекрасное, завораживающее лицо замерло недвижимой маской, но все же выглядело живым. Казалось бы, оно ничего не выражало, но почему-то я видел в нем страх, напряжение и… обреченность.
Прекрасная незнакомка никак не реагировала на мое присутствие. А сфера в центре все притягивала меня, неспособного сделать хоть что-то. Я со странной надеждой смотрел на единственную, кто могла бы мне помочь, в какой-то момент даже показалось, что тонкие изящные пальчики, вокруг которых струилась энергия, слегка двинулись… но нет. Лишь немного колыхалась легкая ткань с изысканным узором.
Больно. От сферы исходила такая энергия, что ее жар стал меня жечь так, словно я падаю на звезду. Нет, хватит, остановись!
Энергетическая сфера неумолимо тянула меня… как вдруг из самого окружающего пространства появились серые энергетические нити и потянулись ко мне. Я не понял, как именно, но они опутали меня и теперь защищали от жара, подтягивая к самому основанию сферы, где она как будто была вплетена в реальность.
Зрение затуманилось, я теперь был в бесконечном темном пространстве, а передо мной в воздухе висела рыжая девушка в светло-сером, похожем на халат, платье с поблескивающей сложной синей вышивкой. Меня с некоторым изумлением изучали невероятно усталые изумрудные глаза. Лицо выглядело молодым, но этот взгляд и темно-серые пряди в поблекших медного цвета волосах прибавляли ей возраста.
Она пыталась со мной заговорить, но я не понимал языка. Лишь слушал мягкий голос, пока мысли путались все сильнее.
Неожиданно в разум пришел мысленный образ с просьбой… скорее даже отчаянной мольбой – спасти их. Найти ядро и вытащить… ту черноволосую женщину. Потому что только она сможет помочь.
С глубочайшей эмоцией отчаяния, что просочилась в послание, мне пожелали удачи. Эти мысли почему-то очень обжигали, причиняли сильную боль, и на лице женщины появился испуг. А затем я вновь оказался в переливающемся пространстве, которое неожиданно вспыхнуло яркими огнями и утянуло меня куда-то.
Меня явно донесло сквозь Расслоение реальности до того… Осколка? Там был разлом и некий энергетический конструкт чудовищной мощности. Черноволосая женщина там и… рыжая, которую я видел уже в темноте. Моего языка она не знала, но мысленный образ и набор смыслов – универсальный метод общения. Найти их и вытащить?
Вероятно, они бы ответили на мои вопросы. Но я пока не понимаю, кто они. Впрочем, это сильно не влияет на мои дальнейшие действия.
Я спокойно могу изображать обычного Эйгона. При слиянии память была повреждена, и моя в меньшей степени. Пробелы в детских воспоминаниях да армейской бытовухе – ничего ценного. А вот у Эйгона тут и там были пробелы в недавней памяти. Плохо помню период его детства, куда-то провалилась часть знаний об осколках. Так, например, не знаю, откуда пришла та слизистая тварь, хотя должен. Даже почти целиком выпала прошлая декада… да, тут слово «неделя» не используется. В году тридцать шесть декад. Какой сейчас «годовой цикл», кстати?
Привычным для Эйгона движением открыл на коммуникаторе календарь, где строчками указывались декады без деления на месяцы. Тут же были всякие заметки, сделал вид, что смотрю их: 2401 год. От «краха», разумеется.
Усмехнулся себе под нос, из-за чего на меня покосились шедшие рядом. Я не смог сдержаться, когда в памяти всплыл один факт: местные считают, что их осколки – это вся вселенная. Точнее, остатки рухнувшей вселенной. Якобы более ничего не существует.
Я даже понимаю, откуда такое пошло! Грань аномалии непроницаема в обе стороны. У них нет ни одного свидетельства того, что снаружи существует остальная Вселенная. Тем не менее люди сохранили понятие «года», поскольку им удобно измерять течение времени на длинных периодах.
Природа и принцип существования осколков мне не совсем понятны. И каким чудом удержалась экосистема? Тепло сквозь грань осколков все же рассеивается, иначе все осколки давно бы спеклись под солнцем, что светит постоянно. Но и «ночные» до абсолютного нуля не замерзли.
До чего… безумно и интересно. Но на изначально заданный вопрос не отвечает.
Я сосредоточился и задумался. Пока оптимальнее всего дальше прикидываться, как будто ничего не произошло, и я легко это осуществлю. Но заниматься ли этим всю жизнь? Пассивный – самый простой вариант. Но вечно по течению плыть не по мне.
Второй – исследовать аномалию дальше и больше, чем получалось у местных. Всеми силами продвигать исследования. Если изучить аномалию изнутри, то, возможно, удастся открыть проход во внешнюю Вселенную. Выберусь сам, передам самые удивительные данные, какие вообще можно вообразить. Вопроса о пополнении моего кошелька до комфортных объемов и о попадании в учебники истории не будет даже стоять. Да и я… черт возьми, после увольнения на месте мне не сиделось. Вечно несло куда-то. Чувствую, скоро соскучусь я по космосу.
И то видение… или место, куда я изначально отправился. Я почти уверен, что это не галлюцинация. Вероятно, они бы ответили на мои вопросы, вот только кто они такие? Впрочем, решение уже принял.
Конечно, не факт, что получится, но хотя бы суну нос в тайны мироздания. Посмотрим, что из этого выйдет, но пока у меня нет сил и влияния, чтобы заниматься подобным.
– …Нет, ну вы видели, сколько их сбежалось? Кровь почуяли или скопление аур? – все болтал сбоку от меня Озэр. – Как вы с ними справлялись? Даже весь мой боезапас стащили! И учитесь стрелять лучше, там все кусты напротив нас и земля в следах от попаданий. Кто такой косорукий, что умудрялся промахиваться?
– Между прочим, а как ты убил двух ящеров и вспугнул третьего? – спросил Ригель, поравнявшись со мной.
– Мечом, изучил тактику боя ящеров и вовремя маневрировал, следя за их движениями. Они не слишком быстрые.
– У тебя же поражение после удара духовной энергией…
– И что? Щит не нужен, если по тебе не могут попасть, – пожал я плечами, и на меня уставились, как на психа. – Нет, я адекватный. Но ты сам подметил, что меня едва хватало напитывать меч. Учитесь лучше обращаться с клинками и не фокусируйтесь на одном противнике перед собой.
Вообще-то их этому учили, но молодняку опыта не хватало. Казалось бы, где меч, а где игольник? Что мечник сделает против солдата с ручным рейлганом? Как показывает практика, если оружие достаточно высокого класса и в руках достойного мага, то многое. Достаточно добежать, а там адепта учения «мы в современном мире, у нас есть большие пушки» ждет смерть.
Модель клинка Дирнуин вообще-то больше подходит для сражений с органиками, но вскрыть бронескафандр с ним – плевое дело. Правда, для этого нужна достаточная сила удара, а вот с этим у меня сейчас проблема.
Жаль, с зачарованием слияния с душой плохо сочетается любая тонкая артефакторика, поэтому пушку или коммуникатор не засунешь. Душа – это не склад хлама. И вообще удовольствие не из дешевых, но меч, что всегда с тобой, стоит того.
– Не учи нас, калека, – сплюнул Кайзер, пока я думал.
– И это говорит тот, кого хорошенько прожевали, – фыркнул я. Его рука еще долго восстанавливаться будет, и Озэр потихоньку подлечивал его.
– А как ты Софию защитил? – вступил в разговор Зак, броня которого теперь пестрила дырами. Шлем он снял.
– Перезагрузка щита и все же применил силы, сколько мог, – приврал я. – Он явно торопился и решил в ближний бой с мечом пойти. София, я не думал, что у рода Вальтер такие проблемы, что тебя аж на экзамене убить попытаются.
– Правильно, не думай и дальше. Не твое дело, – сморщилась она. Причем лицо выглядит бледноватым, и голос самую малость дрогнул. Видимо, сама оценила масштаб промелькнувшей беды и осознала «меня только что чуть не убили трижды». Сначала тот искаженный монстр, потом ящерки, а затем убийца.
– Кстати, интересно, как бой проходил… – задумчиво произнес Ригель и также стал копаться в коммуникаторе, синхронизированном с броней. Я же напрягся. – Ух, мне ударом камеру сломали. Попало к кому на видео?
Все стали проверять, но у одних камера тоже была сломана, а у других показывала небо или землю. Я незаметно для всех выдохнул. Не смогу объяснить местным возникающий в руке клинок и формации магии. Убийца вовсе вряд ли записывал свои похождения.
– Сколько ругани… – сморщилась Райк. Звук записался. К счастью, я на автомате сквернословил на местном языке. Трехэтажные конструкции с предельным богатством и разнообразием крепких выражений выдавал удивительно уверенно и складно.
– Выход эмоциям, – пожал я плечами, осматриваясь.
Тем временем мы поднимались все выше из низины вдоль уклона. Горный лес был полон жизни, но она пока не стремилась нас сожрать. Хищные растения и те игнорировали нас… зато одно поймало лианой птичку, привлеченную яркими оранжевыми плодами. Причем птичка быстро перестала трепыхаться, скручиваемая в кокон сетью быстро вырастающих белых нитей.