Молодая Кровь. Часть 1

Глава 1. Ирвент Кросс

– На основании вышеизложенного, я считаю, что «Восемь Законов» Фолькса Де Зен Виге не применимы в данной теории, особенно, если рассматривать их как постоянные. – молодой студент отвесил легкий поклон затихшей аудитории и отточенным движением поправил жилет.

– Очень интересно, студент Кросс. – пожилой лектор, прищурившись всматривался в формулы, начертанные на доске и методично протирал линзы своих, не менее «пожилых» очков. – Но, чтобы попасть в Номинальные Списки, недостаточно опровергнуть «Восемь законов Управления» профессора Фольса Де Зен Виге в «Теории Постоянства Контроля» профессора Пэриела Ругге. Думаю, вы понимаете, что смоделированная вами ситуация, несколько, хм, абсурдна. Тем более, что приведенные вами примеры, были бы более уместны, окажись вы на паре Критической Философии. А в аудитории Фундаментальных Систем Управления, увы, необходима конкретика и реальные прецеденты. Пожалуйста, проходите на своё место.

Молодой человек, названный Кроссом, не спеша покинул трибуну и вернулся за свой стол.

– Ирвент, а я считаю, что ты молодец. – донесся девичий голос с соседнего стола, и рука Браны Ди Хоскаль ободряюще легла на предплечье парня.

– Тебе легко говорить. Даже, если бы ты училась хуже – за тебя говорят твоя фамилия и заслуги твоих предков. – Ирвент положил, свою ладонь на ладонь Браны. – Но не подумай, это не значит, что я считаю тебя одной из этих снобов.

– Но ты же Эр-Кросс. – произнесла Брана и будто с неохотой, высвободила руку.

«Опять играет» – подумал Ирвент, а вслух произнёс – Был Эр-Кросс – теперь просто Кросс. И ты прекрасно знаешь эту историю…

– Если юная госпожа Ди Хоскаль хочет что-то добавить к моим словам или к выступлению студента Кросса – она может это сделать. – Строгий голос лектора, мгновенно прервал их разговор. – Нет? Значит, я позволю себе продолжить.

Ирвент вздохнул и с тоской посмотрел в огромное витражное окно. Брингтаун… Удивительный город… Город соблазнов и возможностей, город безумных новаторов и закостенелых консерваторов, город богатейших торговцев и безнадежных оборванцев, город сотен историй успеха и тысяч поломанных судеб. Если бы Ирвент не был нацелен получить образование именно в этом университете, именно этого города, то он все-равно когда-нибудь бы сюда приехал. Да хоть как путешественник. Кросс во многом разделял мнение большинства современных молодых людей, которое гласило – «Каждый уважающий себя гражданин должен побывать в „большой десятке“ хотя бы проездом, иначе как он сможет утверждать, что он патриот». Разделял, безусловно разделял, пока не был оторван от рода и отлучён от семьи. Перед Ирвентом возник выбор – страдать или меняться. Он выбрал второй вариант. После этого, многие привычные понятия предстали в совершенно ином свете. По крайней мере «патриот» – это явно не тот, кто просто побывал в десяти «центральных» городах.

Лёгкая колокольная мелодия обозначила конец учебной пары и вернула парня в реальность.

– Всем спасибо. Список материала для следующей пары вы можете найти на доске. С вашего позволения, я удаляюсь. – профессор повесил на сгиб локтя левой руки короткий кожаный плащ и уложил учебные журналы, правой рукой подобрал строго вида трость из чёрного дерева и вышел из аудитории.

– До следующей пары ещё полчаса. Может сводишь меня в буфет? – рядом с Кроссом снова возникла Ди Хоскаль.

– С удовольствием. – Ирвент закончил записывать список необходимого материала и аккуратно сложил бумаги и письменные принадлежности в жëсткий кожаный портфель. – Ну что, пойдем?

В буфете было людно, но свободные места все же имелись. Брана потянула приятеля за один из столиков, находившихся у окна, выходящего на проезжую часть. Она часто садилась за один из этих столиков и наблюдала за проезжающими мимо конными экипажами и редкими паромобилями. Ирвент это прекрасно знал, из-за чего и в этот раз дал усадить себя за данный стол. Через несколько секунд, к ним подошёл мальчик-разносчик, подал меню и поинтересовался, что они будут заказывать.

– Я бы сейчас съела целого быка, прошу прощения за бестактность. Как насчёт мясного пирога, Ирвент? Сегодня должны готовить из копченой оленины – это просто пальчики оближешь.

– В очередной раз доверюсь твоему вкусу. – парень меланхолично сделал неопределённый жест рукой.

– Отлично. Тогда нам две, нет три порции пирога. – девушка заметно оживилась и внимательно вчиталась в меню. – Ещё, пожалуйста, овощной салат и две порции чая. Ирвент?

– Мне хватит. Не хочу зевать на парах.

– Ну как хочешь, а на десерт я буду фрукты в карамели, маленькую порцию. – Брана наконец отстала от меню и отдала его разносчику.

– Три порции пирога, овощной салат, две порции чая, маленькая порция фруктов в карамели. Это всё, что хотят молодые господа? – важно осведомился мальчик.

– Да, это всё. – не менее важно ответила девушка за обоих.

Разносчик кивнул и спешно удалился. Брана же, повернулась к Кроссу и, кокетливо положив подбородок на сплетенные тонкие пальцы с интересом и ожиданием уставилась на него. «Ну вот, опять.» – подумал Ирвент, однако вслух произнёс:

– Что-то не так с моим лицом?

– Всё так, мне просто интересно. Где ты пропадал все эти годы? В последний раз мы виделись, когда нам было лет по тринадцать, ведь так? – Брана забавно нахмурила брови и закатила глаза, видимо силясь вспомнить их крайнюю встречу.

– Тебе было тринадцать, а мне – четырнадцать. Если не вдаваться в подробности – все эти годы я путешествовал и учился. Много путешествовал и очень много учился. – воспоминания начали затуманивать взгляд парня, но он вовремя их отогнал.

– Может мой вопрос не совсем уместен или учтив, но всё-таки, что послужило причиной твоей размолвки с семьёй?

– Твой вопрос настолько же неуместен, насколько неучтив. Но я дам тебе ответ. Что ты знаешь о моих бывших родственниках?

– Тоже, что и остальные. Графы Эр Кросс – «Повелители Морей», потомственные Лорды Адмиралтейства, адмиралы-командующие и почётные граждане нашей страны. Любой из Эр Кроссов связывает свою жизнь с морем в той или иной степени. – Брана закончила говорить и в ожидании уставилась на Ирвента.

– А что ты знаешь обо мне?

– Ты – первый из своей семьи, кто не окончил школу мореходства при Адмиралтействе. Ты – первый из своей семьи, кто не поступил на военную службу во флот. А, кстати, как ты вообще смог избежать обязательной воинской повинности знати? Выплатил откупную?

– Я не смог её избежать, да и не собирался, но давай сейчас не об этом – в служебной рутине, на самом деле, нет ничего интересного.

– Давай. – неожиданно легко согласилась девушка. – Может, тогда расскажешь о своих планах на ближайшее будущее?

– Закончить обучение и с головой окунуться в мир политики – наверное это сейчас привлекает меня больше всего. Возможность помогать себе, через помощь другим – мне кажется это заманчиво. – мечтательно протянул Ирвент.

– А мне кажется, ты идеализируешь политику. Эти снобы вряд ли такие, какими ты их представляешь. Готова поспорить, их больше заботит удержание своего положения, нежели помощь другим. – Брана даже демонстративно фыркнула, дабы подчеркнуть своё отношение к чиновникам.

– Возможно. Но не все же такие, иначе мы бы давно прогнулись под соседей… – начал парень.

– Это не показатель. Они как никто другой заинтересованы в суверенитете нашей республики. – фыркнула Ди Хоскаль в очередной раз.

– Хм. Я, вообще-то, имел ввиду иностранные экономические отношения и фокус развития государства. – немного раздражённо произнёс Кросс.

– Ммм, значит я тебя не так поняла. – девушка примирительно улыбнулась, приняла у разносчика пирог с чаем и начала энергично резать часть своего пирога, слишком энергично, как показалось Ирвенту.

– Ничего страшного. – мягко произнёс парень после глубокого вздоха и тоже принялся за пирог, продолжая рассуждать. – Я могу показаться тебе занудой или как ты недавно выразилась, снобом, но всерьёз считаю, что тебе не стоит идти служить по специальности, после окончания университета. Слишком ты наивная, даже точнее будет сказать – слишком чистая, на мой взгляд.

Ирвент не кривил душой, охарактеризовав Брану, он и вправду так считал, несмотря на все её кокетливые ужимки и мнимую, в большинстве своём, заинтересованность. Её поведение, точнее именно эта его часть, было сформировано, как и у остальных аристократов, при воспитании в самом раннем детстве. Напускная вежливость, вперемешку с необходимостью постоянно располагать к себе людей – основные отличительные черты поведения знати.

– Политика – для моей семьи, тоже самое, что море – для твоей. Это наше призвание, это – то немногое, в чём мы действительно сильны. Мои предки не построили военной карьеры, предпочтя дискуссии и дебаты в залах ратуш, вооружённым противостояниям на полях сражений. Титул наша семья получила позже, чем большинство ныне именитых семей, включая и вашу. Хоть сколько-нибудь серьезное влияние и авторитет мы получили только во время событий «Жëлтого Переворота», да и это немногое приходится постоянно подтверждать. Поэтому, я обязана стать хорошим политиком и продолжить семейное дело.

– Я не знал, что ты так серьезно к этому относишься. Это заслуживает уважения. Никогда бы не подумал, что девочка, подмешивающая лаборантам порох в угольную пыль, будет так вдохновенно говорить об ответственности. – с самым серьёзным видом сказал Ирвент.

– Перестань. – Девушка широко улыбнулась и заговорщически произнесла. – Это было всего пару раз и ему не следовало, до этого, называть меня негодяйкой – я была хорошей девочкой.

– Но негодяйкой-то он тебя назвал, потому что вместо медной соли у него на столе и в опыте соответственно, оказался синильный порошок. Парень думал, что совершил научный прорыв, а оказалось… – Кросс закатил глаза.

– Ну хватит же. – Брана не выдержала и прыснула со смеху. – Я была ребёнком, и кстати, это ты сказал – «пойдем в город, там уйма интересного».

– Всё верно, но я собирался показать тебе местный фехтовальный клуб и выступление приезжей труппы уличных артистов. – парень чуть улыбнулся детским воспоминаниям, но тут снова подошёл разносчик, на это раз на его подносе были две кружки чая и небольшая ваза с фруктово-карамельным десертом, небольшие полотенца и соответствующие столовые приборы. Мальчик настолько чинно выставил на стол всё принесённое и настолько ловко смахнул со стола всю пустую посуду, что Ирвент невольно залюбовался. Дождавшись, когда вся посуда будет на подносе, он подкинул туда же мелкую серебряную монетку, так, чтобы важный малый ничего не заметил и собрался было подмигнуть подруге, но та хмуро смотрела куда-то за его спину и казалось пыталась что-то расслышать. Кросс тоже прислушался, вылавливая отрывки фраз, сказанных в полтона.

– …увольте господа, рядом с ним, я не намерен занимать место… думаю, что отлучили не просто так… не хотелось бы запачкать своё достоинство… – несколько брезгливо и местами полушёпотом, вещал незнакомец.

– Брана, я всего третий день, как к вам перевёлся, тем более геральдикой я не особо увлекался в своё время, поэтому ты не против, если я тебя попрошу описать мне говорившего и его окружение, а также назвать их имена и кратко охарактеризовать. – не оборачиваясь, попросил парень.

– Говорливый зазнайка – это виконт Шарль Д’Юбуа, младший сын ландграфа Д’Юбуа. Их семья имеет обширные владения на юго-восточной окраине равнины Ферри – «плодородные поля и сытные пастбища» – так бы охарактеризовал их надел мой отец. Издавна занимаются разведением лошадей, в основном «парадных», но имеются и боевые кони не самого дурного качества. Поставляют своих питомцев в особняки наиболее знатных семей нашего государства. Внешние отличительные черты рода Д’Юбуа – светло-каштановые, с небольшой рыжиной, волосы, короткие усы и небольшая бородка, но более тёмного цвета. А ещё кривые ноги, что не мудрено, учитывая их род занятий. В народе они получили соответствующие прозвища «графы гнедой масти», «гнедые иноходцы», ну или просто «гнедые графы», хотя по мне – им больше подходит слово «гнилые»…

– Брана! – не слишком тактично оборвал её Ирвент, украдкой оглядываясь. – Тебе не пристало употреблять такие слова.

– Хорошо. Извини, что я оскорбила твой нежный слух, своими неотесанными выражениями. – язвительно пробормотала девушка. – Сказал, словно моя нянька – старушка Гвенни.

– «Гнедые графы» Д’Юбуа… – не обращая внимания на колкости подруги, произнёс парень, силясь что-то вспомнить. – Их герб – семь чёрных подков на трехсекционном тарче жёлтого цвета в обрамлении оранжевых и золотых колосьев. Я прав?

– Точно. – удивленно произнесла Брана. – Уроки геральдики не прошли даром. Но у виконта другой герб, так как свой титул он получил самостоятельно, но пожелал оставить фамильное имя. Являясь третьим, самым младшим сыном графа, он был отдан в услужение Лиону Фон Торк – юному герцогу Феррийскому. Он рос и воспитывался вместе с Лионом в качестве будущего оруженосца, пока в возрасте четырнадцати лет, не спас жизнь своему господину. На конной прогулке они встретили табун диких коней, и конечно, молодой герцог не смог проехать мимо. Вожак почти дал себя оседлать, но потом взвился так резко, что чуть не сломал седока пополам. Конь успел сделать пару кувырков и запутать ловчую верёвку вокруг руки герцога, когда на помощь пришёл, тогда ещё просто сеньор, Д’Юбуа. Мало того, что он снял Лиона со взбесившейся лошади, Шарль смог догнать, оседлать и остепенить злосчастного жеребца. Кстати, этого же жеребца, лично объездив, он преподнёс в дар молодому герцогу, а тот в свою очередь забрал коня с собой, когда проходил обязательную армейскую службу. После этого, отец юного Лиона сделал предложение в Титулярную Комиссию, в которой он к слову состоит, о присвоении спасителю своего сына знатного титула. Учитывая, что Шарль все-таки сын графа, титулы баронет и барон даже не рассматривались. Вот так и получилось, что старший сын старого графа Д’Юбуа зовётся молодым графом Д’Юбуа, второй его сын традиционно носит титул виконта Д’Юбуа, который, после кончины предыдущего виконта, исчез почти на двенадцать лет. А Шарль имеет заслуженный титул виконта Д’Юбуа и герб, практически одинаковый с гербом отца, за исключением белого взвившегося жеребца в нижней части щита. Ну и само собой – он имеет самое полное покровительство семьи Фон Торк. В учёбе Шарль основателен и щепетилен, во всем остальном, как правило, заносчив и меркантилен.

– Занятно. – неопределённо протянул Ирвент. – А что можешь сказать насчёт тех двоих, что стоят по обе руки от Д’Юбуа?

– Долговязый смуглый брюнет – это молодой бургграф Эдо Шиммер, сын бургграфа Дюго Шиммера. Их семья владеет одноимённым городским округом и, непосредственно, самим городом Шиммер. Думаю, про них тебе не нужно рассказывать.

– Кирпичная круглая серая башня на светло зелёном фоне?

– Именно так. На полотне, без щита, так как Шиммеры относятся к неслужилой знати и не обязаны проходить военную службу. Единственное, что можно добавить – за последнее десятилетие Шиммеры обзавелись полезными связями и достигли серьёзных успехов на политическом поприще. Боюсь, что такими темпами, через пять-шесть лет они смогут составить конкуренцию моей семье. Хотя, как я успела заметить, сам Эдо не особо тяготеет к политике, предпочитая всё свободное время проводить на ипподроме. Кстати, периодически он сам выступает в качестве жокея команды, которой покровительствует семья Д’Юбуа.

– Ожидаемо. А второй? Он выглядит как воин. – в очередной раз обернувшись, спросил Кросс.

– Ты недалёк от истины. Один из предков этого коренастого блондина – знаменитый барон Рино Ровс – герой битвы в Жадном Ущелье, которая произошла…

– Во время войны с гномьим вождём по имени Камрон Золотая Маска. По крайней мере, гномы после войны настойчиво утверждали, что он был отступником, несмотря на то, что половина контрибуции была выплачена с общей казны Совета Горных Кланов. За эту битву, сержант Ровс получил титул барона и свой герб – красную алебарду на белой каменной стене и всё это на коричневом ростовом щите. Да-да, историю войн и то, что с ними связано, я очень любил. – ловя очередной удивленный взгляд Браны объяснился Ирвент.

– Хм, заметно. Но кроме именитого предка, титула и солдатской выучки, барону Кико Ровсу нечем похвастать. Его отец слывёт человеком чести, но в их владении только полуразвалившийся замок с десятком слуг-стражников из числа крестьян, пара обнищалых деревень с сотней душ и долги по закладным, которые остались ещё от деда. В одной из давно минувших местных войн, того пришлось пару раз выкупать из плена. С Д’Юбуа Ровс состоит в сугубо партнерских отношениях, в качестве телохранителя и доверенного дуэлянта. К слову, у Шарля есть несколько других ручных бретёров, но думается мне они значительно уступают Ровсу. При мне Ровс участвовал в двух дуэлях и обе закончились скоропостижной смертью оппонента. Что самое удивительное – оба раза надзорный комитет университета его оправдывал, не назначая никаких взысканий. Хотя здесь нарушители закона о дуэлях наказываются куда строже, чем в той же школе при Адмиралтействе.

По помещениям столовой пробежал лёгкий мелодичный перезвон, предупреждая студентов о скором окончании перерыва. Брана тотчас отставила лакомство, достала небольшое серебряное зеркальце и в несколько движений поправила причёску и одежду. Пока девушка была занята своим внешним видом, Ирвент отсчитал и оставил на столе пять серебряных монет. После этого, друзья не сговариваясь встали и направились в учебную аудиторию.

Глава 2. Ирвент Кросс

Последние месяцы выпускного курса особенно тяжелы, по крайней мере для тех, кто действительно учится. Количество учебных пар сократилось, но количество подаваемого учебного материала непропорционально возросло. Казалось, за оставшееся время, профессоры хотят выдать столько же материала, сколько было выдано за всë предыдущее время обучения. Поэтому, к тому моменту, как окончилась крайняя учебная пара, Кросс был совершенно измотан. Заметив это, Брана не сказав ни слова, взяла его под руку и потянула за собой. И только после того, как они покинули аудиторию, она соизволила объясниться:

– Выглядишь усталым, поэтому я решила составить тебе компанию на прогулке.

– На прогулке? – слегка удивился Ирвент.

– Именно. Можем, например, погулять в парке университетского городка. Там красивые фонтаны, свежий воздух, лотки со сладостями и разносчики тонизирующих напитков. Думаю, это самое подходящее место для того, чтобы расслабить голову после учёбы. – при этих словах Брана улыбнулась самой невинной улыбкой, недвусмысленно намекая, что отказа она не примет.

– Молодая госпожа изволит прогуляться со мной в парк? – чопорно произнёс Кросс, состроив соответствующую физиономию.

– Изволит. – промурлыкала девушка, победно улыбаясь. – А если тебе будет скучно, то я могу рассказывать обо всём, что мы будем встречать по пути и возможно, даже, с кем-нибудь познакомлю.

– Не-у-го-монная. – простонал Ирвент, вызвав очередную улыбку, на этот раз ехидную, на лице Ди Хоскаль.

– За-ну-да. – в тон ему ответила девушка и залилась негромким смехом.

Так, перешучиваясь между собой и периодически обмениваясь любезностями со встреченными знакомыми, молодые люди дошли до одного из местных фонтанных комплексов. Комплекс состоял из трёх огромных фонтанов и десятка размером поменьше, которые были соединены многочисленными трубами и акведуками. В центре каждого большого фонтана была группа статуй, изображавшая студентов и преподавателей различных рас, принадлежащих какой-либо науке – географии, астрономии или гидрографии. В фонтанах поменьше также были статуи и группы статуй, но изображали они, либо какие-то сопутствующие науке понятия и предметы, например – композиция, состоящая из большого компаса, не менее большого секстанта и такого же циркуля, причудливо вставленных друг в друга, либо какие-то эпизоды из данной научной деятельности, например – астрономы с большими линейками и кисточками, корпящие над широким чертёжным столом перед картой созвездий. Здесь было достаточно людно, так как многие студенты предпочитали прогулку по залитому солнцем парку в окружении шума ветра и воды, другим видам отдыха, по крайней мере по будним дням. Как и говорила Брана, по пути во множестве встречались различные лавчонки, крытые лотки и вездесущие разносчики. Выпив пару местных «тоников», в основу которых, как правило, входили свежие соки кислых фруктов, уксус, мёд и различные приправы из орехов и специй, Ирвент действительно почувствовал себя гораздо лучше. Усталость, казалось, отступила и даже стало легче идти. А настроение не то чтобы сильно поднялось, но неугомонное щебетание подруги уже не вызывало периодических вспышек раздражения, что, безусловно, было хорошим знаком.

– Это комплекс фонтанов земных наук – вот по этой дороге можно дойти прямо до их корпусов. Там, немного дальше, находятся фонтаны точных наук и прямая дорога к их корпусам. В той стороне – фонтаны прикладных наук. В той – фонтаны промышленных наук. А вон там, наши – фонтаны общественных наук. Есть еще фонтаны магических наук, но они находятся в закрытом корпусе, куда имеют доступ только студенты соответствующих факультетов. – вещала Брана, сопровождая свои слова сдержанной жестикуляцией и опять-таки, не забывая, перебрасываться парой-другой слов со своими знакомыми, коих у девушки оказалось намного больше, чем ожидал Ирвент. – До известной поры, территория корпуса считалась общедоступной, однако, после того, как правительство приравняло имеющиеся магические знания к государственной тайне и усилило контроль над магами, корпус закрыли для посторонних. Но если хочешь, то можем не надолго туда заглянуть, у меня есть пара нужных знакомств.

– Госпожа Ди Хоскаль! Какой приятный сюрприз! – очередной знакомый Браны окликнул их из-за спины.

– Господин Пьен! Воистину, хорошие встречи всегда случаются внезапно. – ответила она, поворачиваясь и приседая в лёгком реверансе. – Позвольте познакомить вас с моим близким другом – это господин Ирвент Кросс. Ирвент – это господин барон Пьен де Гиль.

– Ещё одна приятная встреча! Господин Кросс, премного наслышан. – молодой парень, названный Пьеном, протянул Ирвенту руку и широко улыбнулся.

– К сожалению, не могу ответить тем же. – ответил тот, пожимая протянутую ладонь.

– О, не стоит беспокоиться. У меня немало знакомых, в том числе и среди людей вашего окружения. А у вас вряд ли найдутся друзья-повесы, чтобы они могли многое обо мне поведать. – голос парня был наполнен самоиронией. Выглядел он и вправду как заядлый пижон и гуляка, очень богатый гуляка. Чего только стоил его ярко-жёлтый камзол с пурпурными и зелёными вставками, расшитый золотом и украшенный мелкими самоцветами. Штаны были под стать верхней части – жёлтые богато изукрашенные галифе с пурпурными узорами. Не так давно, этот новомодный покрой штанов местные именитые швеи позаимствовали из формы кавалеристов. А те, что были на этом парне, наверное, стоили как пара хороших коней. На ногах парня красовались лакированные полусапожки красного цвета с металлическими позолоченными носами и такими же каблуками.

– Не часто можно встретить столь информированного «повесу». К вашей чести, могу сказать – то немногое, что я о вас слышал, было исключительно положительным, особенно, про ваши, так называемые, «интеллектуальные вечера».

– Приятно слышать. К слову, сегодня вечером я устраиваю праздник, приуроченный к покупке большого торгового корабля. И в рамках этого праздника я решил устроить небольшой приём, так сказать, «для своих». Буду очень рад видеть вас обоих у себя в гостях. Могу я рассчитывать на ваше общество?

– Обязательно, господин Пьен, мы обязательно вас посетим, правда Ирвент? – Брана повернулась к Кроссу и красноречиво приподнята брови.

– Это будет честью для нас. – сдался парень.

– Отлично! Значит жду вас к десяти. Адрес можете узнать у любого извозчика. – Пьен лучезарно улыбнулся и откланявшись, направился в сторону общежитий.

– По-моему, ты опять втягиваешь меня в какую-то свою авантюру. – негромко проворчал Ирвент, после того, как новый знакомый скрылся среди толпы прохожих.

– Нет-нет, что ты. Эта встреча будет полезна нам обоим. На приёмах Пьена де Гиль не бывает случайных людей, поэтому каждый из присутствующих получает возможность не только наладить полезные связи, но и серьёзно повышает свою значимость в глазах остальных понимающих людей.

– Признаю, это достаточно весомые аргументы, для того, чтобы потерпеть общество десятка богатеньких хлыщей в течении пары часов, но не более. – вынужден был согласиться Ирвент.